Решение № 7-56/2026 от 23 февраля 2026 г. по делу № 7-56/2026

Судья Жуков В.В. Дело № 7- 56/2026


РЕШЕНИЕ

г. Томск 24 февраля 2026 года

Судья Томского областного суда Еремеев А.В., рассмотрев жалобу защитника Запорожцева Н.Н. на постановление инспектора ИАЗ ОБ ДПС Госавтоинспекции УМВД России по Томской области Г. от 20.11.2025 и решение судьи Октябрьского районного суда г. Томска от 30.01.2026, вынесенные в отношении ФИО1 по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 3 ст. 12.14 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее - КоАП РФ),

УСТАНОВИЛ:

постановлением инспектора ИАЗ ОБ ДПС Госавтоинспекции УМВД России по Томской области Г. от 20.11.2025, оставленным без изменения решением судьи Октябрьского районного суда г. Томска от 30.01.2026, ФИО1 признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ, ей назначено наказание в виде административного штрафа 500 рублей.

В жалобе, поданной в Томский областной суд, защитник Запорожцев Н.Н. просит отменить постановление должностного лица и судебное решение, а производство по делу прекратить за отсутствием состава административного правонарушения.

В обоснование жалобы защитник приводит версию развития дорожной ситуации непосредственно предшествующей дорожно-транспортному происшествию, выдвинутую ФИО1, а также проводит анализ доказательств в ее подтверждение.

В письменных пояснениях защитника Запорожцева Н.Н., которые можно расценить как дополнение к жалобе, приводится анализ схемы административного правонарушения, фотографий с места происшествия, а также указывается на то, что судья необоснованно отказал в проведении по делу автотехнической экспертизы, разрешил жалобу, не обладая специальными познаниями в области автотехники. Защитник полагает, что по делу имеются неустранимые сомнения в виновности ФИО1 в совершении правонарушения, которые должны трактоваться в ее пользу.

В судебном заседании защитник Запорожцев Н.Н. доводы жалобы поддержал по основаниям, изложенным в ней.

Потерпевший С. в судебном заседании возражал против доводов жалобы, настаивая на виновности ФИО1 в совершении правонарушения.

ФИО1, будучи извещенной о времени и месте рассмотрения жалобы, в суд не явилась, об отложении судебного разбирательства не ходатайствовала, в связи с чем сулья определил рассмотреть жалобу без ее участия.

Изучив материалы дела об административном правонарушении и доводы жалобы, выслушав пояснения явившихся участников судебного разбирательства, прихожу к следующим выводам.

Частью 3 ст. 12.14 КоАП РФ предусмотрена административная ответственность за невыполнение требования Правил дорожного движения уступить дорогу транспортному средству, пользующемуся преимущественным правом движения, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 12.13 и ст. 12.17 настоящего Кодекса.

В соответствии с п. 8.1 Правил дорожного движения РФ (далее - ПДД РФ) при выполнении маневра не должна создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

Согласно п. 8.3 ПДД РФ при выезде на дорогу с прилегающей территории водитель должен уступить дорогу транспортным средствам, лицам, использующим для передвижения средства индивидуальной мобильности, и пешеходам, движущимся по ней, а при съезде с дороги - пешеходам, велосипедистам и лицам, использующим для передвижения средства индивидуальной мобильности, путь движения которых он пересекает.

Из материалов дела следует и судом установлено, что 08.11.2025 в 18 часов ФИО1, управляя автомобилем «Рено Сандеро» с государственным регистрационным знаком /__/, в районе дома № /__/, в нарушение требований п. 8.3 ПДД РФ, выезжая на дорогу с прилегающей территории, не уступила дорогу автомобилю «Тойота Королла Левин» с государственным регистрационным знаком /__/ под управлением С., ехавшего по дороге и имевшего преимущественное право в движении, в результате чего произошло столкновение указанных автомобилей.

Вопреки доводам жалобы, факт совершения ФИО1, административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ, подтверждается исследованными судом доказательствами, которым была дана оценка на предмет допустимости, достоверности, достаточности в соответствии с требованиями ст. 26.11 КоАП РФ.

Так, З. при составлении протокола об административном правонарушении указала, что не согласна с вмененным ей правонарушением.

В письменных объяснениях от 09.11.2025 и от 20.11.2025 З. настаивала на том, что при выезде на дорогу она убедилась в том, что не создает помех иным автомобилям, ехавшим по дороге. В обоих случаях она апеллировала к тому, что в момент начала маневра на пр. Комсомольском на пешеходном переходе горел красный сигнал светофора, который находился справа от нее. Она указывала, что успела закончить маневр, выехать на первую полосу движения, когда автомобиль потерпевшего врезался в ее автомобиль при перестроении со второй полосы в первую.

Вместе с тем, данная версия ФИО1 о развития дорожной ситуации непосредственно предшествующей дорожно-транспортному происшествию в ходе рассмотрения дела не нашла своего подтверждения и опровергается достаточной совокупностью достоверных доказательств.

По версии потерпевшего С., изложенной в письменных объяснениях от 09.11.2025 и от 20.11.2025 и в судебном заседании, он вел свой автомобиль по первой (крайней правой) полосе движения пр. Комсомольского в направлении ул. Пушкина, намереваясь на дорожной развязке повернуть направо и продолжить свой путь по ул. Пушкина в сторону Иркутского тракта. Потерпевший указал, что ехал со скоростью около 50 км в час. Когда он проезжал мимо остановки общественного транспорта «Партизанская» заметил, автомобиль под управлением ФИО1, который медленно выезжал с прилегающей территории. Он полагал, что этот автомобиль перед выездом на дорогу остановится и пропустит его, так как у него было преимущество в движении. Однако этот автомобиль не остановился и стал выезжать на дорогу. Он принял меры к экстренному торможению, хотел увести автомобиль от удара, однако избежать столкновения не удалось из-за недостаточного расстояния между автомобилями. После удара автомобиль развернуло поперек дороги.

Из схемы административного правонарушения следует, что автомобиль под управлением З. выезжал с прилегающей территории от здания /__/, а автомобиль под управлением С. ехал по пр. Комсомольскому со стороны перекрёстка с пер. Мариинским по первой полосе движения прямолинейно без изменения направления. По версии С. столкновение произошло на расстоянии 3.3 метра от правого края проезжей части по ходу движения автомобиля в проекции выезда с прилегающей территории. По версии ФИО1 она успела выехать на первую полосу движения и столкновение автомобилей произошло на 11,29 метров дальше по направлению движения от места, указанного С., и в 3,03 метрах от правого края проезжей части по ходу движения автомобиля. При этом, место столкновения, указанное ФИО1, расположено под автомобилем С. после его полной остановки. Автомобиль ФИО1 остановился в 19 метрах дальше по направлению движения вдоль правого края проезжей части. Участники дорожно-транспортного происшествия подписали схему без замечаний, имея разногласия только в месте столкновения автомобилей.

При этом, из обстоятельств дела следует, что С. после разворота автомобиля и его полной остановки свой автомобиль не перемещал, а ФИО1, чей автомобиль также развернуло поперек дороги, отъехала с этого места дальше и припарковала свой автомобиль у края проезжей части.

Из сведений о транспортных средствах и водителях, участвовавших в ДТП, следует, что у автомобиля «Рено Сандеро» с государственным регистрационным знаком /__/ имеются повреждения передней и задней левых дверей, левого порога, заднего левого крыла, декоративной накладки задней левой колесной арки. У автомобиля «Тойота Королла Левин» с государственным регистрационным знаком /__/ повреждения локализованы в переднем правом углу (передний бампер, переднее правое крыло, правая передняя блок-фара, капот). Данные повреждения автомобилей наглядны из фотографий с места происшествия.

Из характера повреждений следует, что автомобиль С. переднем правым углом вошел в контакт с автомобилем ФИО1 в районе левой задней колесной арки и далее по касательной прошел по левой задней и передней двери.

Данный характер повреждений свидетельствует, что в момент контакта автомобили располагались под определенным углом. Защитник в своих письменных пояснениях указывает, что этот угол мог быть не более 20 – 30 градусов. То есть, защитник моделирует ситуацию, когда автомобиль ФИО1 едет прямо по полосе движения, а автомобиль С. перестраивается с средней полосы в первую под указанным углом. Однако такой угол «перестроения» слишком велик и не характерен для данного маневра на скорости в 50 – 60 км в час.

Более вероятным такой угол контакта автомобилей характерен в случае, если автомобиль С. двигался прямолинейно по первой полосе движения, а автомобиль под управлением ФИО1 выезжал на дорогу с прилегающей территории, поворачивая направо.

Кроме того, ФИО1 указала в качестве места столкновения точку, расположенную под автомобилем С. после его полной остановки после дорожно-транспортного происшествия.

По мнению суда второй инстанции, место столкновения автомобилей, указанное ФИО1, является не верным, указанно ею с целью обосновать свою невиновность в дорожно-транспортном происшествии и, как следствие, не виновность в совершении правонарушения.

Учитывая, что дорожно-транспортное происшествие произошло в 18 часов, а сотрудники Госавтоинспекции прибыли на место в двенадцатом часу вечера, а также то, что все это время шел снег, каких-либо следов торможения автомобилей, юза их колес после столкновения на дороге не осталось. На фотографиях видно, что в месте дорожно-транспортного происшествия вокруг автомобилей дорожное полотно покрылось плотным снежным покровом.

Вместе с тем, учитывая скорость автомобиля под управлением С. в 50 – 60 км в час., механизм столкновения, последующий разворот обоих автомобилей, место столкновения, указанное ФИО1, является не столько маловероятным, сколько не возможным.

Напротив, место столкновения автомобилей, указанное С. является достоверным.

Вопреки мнению защитника, привязка указанного места столкновения на схеме правонарушения сделана не к окончанию закругления края выезда с прилегающей территории, а к ближайшему углу здания по /__/. Соответственно, указанное место соответствует показаниям самой ФИО1 о траектории ее движения при выезде с прилегающей территории и повороте направо.

Также, суд второй инстанции при просмотре информационно картографических интернет-сервисов Гугл.мэп и Яндек.карты, в том числе при просмотре функции панорамы улиц, установил, что правый край проезжей части по направлению движения до и после выезда с прилегающей территории не совпадает. До указанного выезда расположен остановочный комплекс с карманом для остановки общественного транспорта, который переходит в указанный выезд с прилегающей территории. За выездом проезжая часть пр. Комсомольского уже. Данное обстоятельство на схеме происшествия не отражено, ширина проезжей части отображена одинаково. Ширину проезжей части в 10,77 метра инспектор ДПС замерил до выезда с прилегающей территории, то есть вместе с остановочным карманом. За выездом с прилегающей территории ширина проезжей части не измерялась. Если расположение места столкновения, указанное ФИО1, инспектор ДПС с очевидностью замерил от края проезжей части, где три полосы движения и 3,03 метра, как раз является подтверждениме ее версии о перестроение автомобиля С. со средней полосы движения в первую. Замер места столкновения автомобилей, указанный С., сделан от условной линии, соединяющей край проезжей части с учетом остановочного кармана и края проезжей части за выездом с прилегающей территории. Таким образом, расстояние от правого края первой полосы движения до места столкновения, указанного С., не 3.3 метра, а меньше данного значения, что соответствует тому, что столкновение автомобилей произошло на первой полосе движения, при выезде автомобиля З. с прилегающей территории на дорогу.

На основании изложенного суд полагает, что ФИО1 обоснованно привлечена к административной ответственности по ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ.

Административное наказание назначено ФИО1 с учетом положений ст. 4.1 КоАП РФ, в пределах санкции ч. 3 ст. 12.14 названного Кодекса.

Постановление о привлечении ФИО1 к административной ответственности вынесено с соблюдением срока давности привлечения к административной ответственности, установленного ст. 4.5 КоАП РФ для данной категории дел.

Существенных процессуальных нарушений требований КоАП РФ при производстве по делу, влекущих за собой отмену постановления должностного лица и судебного решения, допущено не было.

Заявленное защитой ходатайство о назначении по делу автотехникой экспертизы судьей районного суда было рассмотрено в установленном порядке, обоснованно было оставлено без удовлетворения. Оснований для проведения автотехнической экспертизы не усматривает и суд второй инстанции, так как имеющиеся в деле доказательства достаточны для разрешения жалобы и вынесения судебного решения.

Обстоятельств, исключающих производство по делу об административном правонарушении, предусмотренных ст. 24.5 КоАП РФ, судом также не установлено.

При таких обстоятельствах оснований для отмены или изменения постановления и судебного решения не усматривается.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 30.7 и 30.9 КоАП РФ, судья

РЕШИЛ:

постановление инспектора ИАЗ ОБ ДПС Госавтоинспекции УМВД России по Томской области Г. от 20.11.2025 и решение судьи Октябрьского районного суда г. Томска от 30.01.2026, вынесенные в отношении ФИО1 по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 3 ст. 12.14 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, оставить без изменения, а жалобу защитника - без удовлетворения.

Судья Томского областного суда А.В. Еремеев