Апелляционное постановление № 22-2197/2025 22-8/2026 от 12 января 2026 г.

дело №22-8/2026 (22-2197/2025) судья Юсупов М.З.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

13 января 2026 года г. Благовещенск

Амурский областной суд в составе:

председательствующего Казаковой М.В.,

при секретаре судебного заседания Поповой Н.Н.,

с участием:

прокурора уголовно-судебного отдела прокуратуры Амурской области

Лисиной И.А.,

защитника ФИО1 – адвоката Сулимова Д.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе защитника ФИО1 – адвоката Сулимова Д.В. на постановление Благовещенского городского суда Амурской области от 18 ноября 2025 года, которым в отношении

ФИО1, родившегося <дата> в <адрес>

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 264 УК РФ, прекращено уголовное дело на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в деянии состава преступления.

Избранная ФИО1 мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления постановления в законную силу оставлена без изменения.

Разрешена судьба вещественных доказательств.

Изложив обстоятельства дела и доводы апелляционной жалобы, выслушав выступление защитника ФИО1 – адвоката Сулимова Д.В., поддержавшего доводы апелляционной жалобы, просившего постановление отменить, ФИО1 оправдать, прокурора Лисиной И.А., полагавшей необходимым доводы апелляционной жалобы оставить без удовлетворений, а постановление - без изменений, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л:

Постановлением суда уголовное дело по обвинению ФИО1 в свершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 264 УК РФ, (то есть в нарушении лицом, управляющим другим механическим транспортным средством, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, если оно совершено лицом, находящимся в состоянии опьянения), прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в деянии состава преступления.

В апелляционной жалобе защитник ФИО1 – адвокат Сулимов Д.В. выражает несогласие с постановление суда, считает его незаконным и необоснованным ввиду несоответствия выводов суда фактически установленным обстоятельствам, а также существенного нарушения уголовного и уголовно-процессуального закона, при этом указывает, что:

- выводы суда об установлении вины ФИО1 в инкриминируемом ему деянии, и о прекращении уголовного дела по основаниям, указанным в постановлении, являются ошибочными;

- выводы суда, изложенные в постановлении, содержат существенные противоречия, носят предположительный характер и не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании;

- ссылаясь на протокол осмотра места происшествия (т. 1 л.д. 16-22), а также на показания свидетелей Свидетель №4, Свидетель №2, потерпевшего Потерпевший №1 указывает, что следствием не было установлено место наезда на пешехода, и какой частью транспортного средство произошёл удар; суд не принял во внимание имеющееся противоречия между показаниями свидетеля Свидетель №3, потерпевшего Потерпевший №1, данные ими в ходе проверки показаний на месте с протоколом осмотра места происшествия, из которых следует, что следствием было изменено место удара (сместили его на 0,8 метра к обочине от середины полосы движения, и с середины трактора на край);

суд необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства стороны защиты о назначении по делу комплексной ситуационной судебно-медицинской-автотехнической экспертизы, для установления взаимного расположения транспортного средства и пешехода, и установления какой частью трактора был совершён наезд на пешехода;

- решая вопрос о виновности ФИО1 в совершении дорожно-транспортного происшествия суд, вопреки разъяснениям, содержащимся в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 9 декабря 2008 года № 25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения» не указал в своём решении, нарушение каких конкретно пунктов Правил дорожного движения повлекло наступление последствий, указанных в ст. 264 УК РФ, и в чём конкретно выразилось это нарушение; суд не указал, какие опасности возникли для движения ФИО1, которые он должен был обнаружить и предпринять меры к их устранению; не установлено, имел ли ФИО1 техническую возможность избежать дорожно-транспортного происшествия;

- указывая на нарушение п. 9.10 ПДД РФ, о несоблюдении бокового интервала, суд не установил и не указал, какой боковой интервал в данном случае будет безопасен и каким образом он определён; отмечает, что в ходе следственного эксперимента от 1 июля 2025 года установлено, что при движении экскаватора, по установленной траектории движения, какой - либо опасности для движения ФИО1 не возникало, боковой интервал был выбран правильно, он двигался со скоростью значительно ниже максимально разрешённой, дорожная обстановка никаким образом не менялась; автор апелляционной жалобы считает, что в связи с отсутствием опасности для движения, у ФИО1 отсутствовала какая-либо обязанность в снижении скорости и применении мер торможения вплоть до остановки транспортного средства;

- придя к выводу, что ФИО1 действовал небрежно, исключив из обвинения указание на легкомысленное отношение к дорожной обстановке и фразу о том, что ФИО1 легкомысленно полагался на благополучный исход, суд вышел за рамки предъявленного обвинения, чем ухудшил положение последнего.

Просит постановление отменить, ФИО1 оправдать на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

В возражениях на апелляционную жалобу защитника ФИО1 – адвоката Сулимова Д.В. помощник прокурора г. Благовещенска Русинова О.А. просит постановление суда оставить без изменения, а жалобу защитника без удовлетворения.

Изучив материалы уголовного дела, проверив доводы апелляционной жалобы и поданных возражений на неё, выслушав мнение сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующему выводу.

Обстоятельства, при которых ФИО1 совершил дорожно-транспортное происшествие (допустил наезд на пешехода), и которые в силу ст. 73 УПК РФ подлежали доказыванию по делу, судом установлены правильно.

Так, судом установлено, что <дата> не позднее 15 часов 29 минут, ФИО1, в нарушении требований п. 1.3, абз. 1 п. 1.5, п. 2.7, п. 9.10, п.10.1 ПДД РФ, управляя в состоянии алкогольного опьянения механическим транспортным средством (колёсным экскаватором марки <данные изъяты>, без государственного регистрационного знака), не избрал необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения, не предпринял мер к остановке своего транспортного средства, проигнорировал идущих детей, допустил наезд правой опорной лапой, находящейся в транспортном положении, на пешехода Потерпевший №1, который, в результате дорожно-транспортного происшествия получил телесные повреждения, повлекшие, в том числе, причинение средней тяжести вреда здоровью.

Согласно правовой позиции, изложенной в п. п. 6, 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9 декабря 2008 г. № 25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения», уголовная ответственность по ст. 264 УК РФ наступает, если у водителя имелась техническая возможность избежать дорожно-транспортного происшествия и между его действиями и наступившими последствиями установлена причинная связь. При решении вопроса о технической возможности предотвращения ДТП необходимо исходить из того, что момент опасности для движения определяется в каждом конкретном случае с учётом дорожной обстановки, предшествующей ДТП. При этом опасность для движения следует считать возникшей в тот момент, когда водитель имел объективную возможность её обнаружить.

Несмотря на непризнание ФИО1 своей вины в совершении установленных судом первой инстанции обстоятельств, по которому он признан виновным, его вина, подтверждается исследованными в судебном заседании доказательствами, в частности:

показаниями самого ФИО1 (в части, принятой судом), не отрицавшего, что он управлял технически исправным колесным экскаватором марки <данные изъяты>, без государственного регистрационного знака; двигался по проезжей части <адрес>; видел движущихся вдоль проезжей части по окраине правой стороны дороги троих детей, мимо которых он проследовал;

потерпевшего Потерпевший №1, согласно которым он с друзьями Свидетель №3 и Ф.И.О.6 шли по правой стороне гравийной дороги по <адрес>; он шёл первый примерно в 5 метрах; шли колонной прямо по краю дороги, не смещались; деревья они не обходили, шли прямо по краю дороги и чуть-чуть влево, т.к. там ветка висела напротив лица, которую пришлось обходить; столкновение произошло уже после того, как дерево было пройдено; увидел как экскаватор едет на расстоянии метров 30 левее их траектории (ближе к середине дороги); каких-либо звуковых сигналов не было; он почувствовал удар в левое плечо и ощутил боль, от удара его отбросило на землю на лицо, от чего потерял сознание;

свидетеля Свидетель №3 согласно которым он с Потерпевший №1 и Ф.И.О.6 шли по гравийной дороги по <адрес>; они шли в ряд по окраине дороги; Потерпевший №1 шёл первый, а за ним он; он увидел, как в непосредственной близости проехал экскаватор, который чуть его и Ф.И.О.7 не сбил; после чего, проехав дальше; экскаватор задел идущего по обочине дороги Потерпевший №1 своей правой стойкой опоры, от чего последнего отбросило прямо и немного в правую сторону на землю на лицо, после чего Потерпевший №1 потерял сознание; экскаватор звуковых сигналов не подавал;

свидетеля Ф.И.О.7, которые в целом, аналогичны показаниям свидетеля Свидетель №3;

свидетелей Ф.И.О.11, Свидетель №2, Свидетель №1, Свидетель №5, об обстоятельствах, ставших им известных по данному уголовному, очевидцами которых они явились;

фактическим данными, зафиксированными в:

протоколе осмотра места происшествия от 1 сентября 2024 года, из которого следует, что осмотрен участок местности по <адрес> районе переулков <адрес><адрес>, дорожное покрытие шириной для двух направлений 7,4 м.; место дорожно-транспортного происшествия находится на расстоянии 11,2 м от места привязки – угла <адрес> и 1,7 м от края обочины (том 1 л.д. 16-22);

протоколах: выемки и осмотра предметов от 10 марта 2025 года (том 1 л.д. 146-149, л.д. 150-161); осмотра документов от 2 апреля 2025 года и от 21 марта 2025 года (том 1 л.д. 23-24, л.д.34, л.д. 191-198, л.д. 201-203); осмотра предметов от 18 марта 2025 года (том 1 л.д. 187-188); протоколе происшествия № 2686824 (том 1 л.д. 183-185);

протоколе следственного эксперимента от 1 июля 2025 года с участием потерпевшего Потерпевший №1, свидетелей - Свидетель №3, Свидетель №4, из которого следует, что они следовали друг за другом по краю дороги, Потерпевший №1 левее на 10-15 см от позади идущего в 5 метрах Свидетель №3 и следовавшего за Свидетель №3 – Свидетель №4; наезд колёсным экскаватором на пешехода Потерпевший №1 расположен от угла <адрес> на расстоянии 11,2 м и на расстоянии 1,7 м от края проезжей части; шли по прямой траектории, на месте траектории движения в сторону колёсного экскаватора не смещались; они двигались в попутном направлении без изменения траектории движения, в сторону экскаватора не смещались (том 2 л.д. 82-96);

в заключении эксперта № 2840 от 7 октября 2024 года о количестве, характере, локализации и степени вреда, причинённого здоровью потерпевшего Потерпевший №1, механизме образования телесных повреждений (том 1 л.д. 40-43);

дополнительном заключении эксперта № 3009/2566 от 17 октября 2025 года, показаниями эксперта Ф.И.О.8, свидетельствующие об изменении регулирования порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека; о том, что приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 08.04.2025 № 172н «Об утверждении Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», вступившего в силу с 1 сентября 2025 года, внесены изменения в Порядок определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, согласно которым, имеющийся у Потерпевший №1 закрытый переломом нижней трети диафиза левой плечевой кости со смещением, в настоящий момент относится к средней тяжести вреда здоровью;

а также в иных исследованных в судебном заседании доказательств.

Всесторонне и полно исследовав в судебном заседании доказательства, представленные сторонами, сопоставив их друг с другом, суд, вопреки доводам апелляционной жалобы, правильно установил фактические обстоятельства дела, дал объективную оценку всем исследованным в ходе судебного разбирательства доказательствам в их совокупности, в соответствии с требованиями УПК РФ привёл в постановлении мотивы, по которым признал одни доказательства достоверными и допустимыми, и отверг другие (в частности показания ФИО1 о том, что он сместился на достаточное расстояние от края проезжей части, чтобы избежать наезда на пешехода, а также подавал детям звуковой сигнал) в части, противоречащей фактическим обстоятельствам дела, правомерно признав их недостоверными, и, придя к правильному выводу о доказанности вины ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступного деяния.

У суда апелляционной инстанции отсутствуют основания не соглашаться с данной оценкой доказательств и выводами суда.

Доводы защитника, связанные с анализом представленных суду доказательств, являются несостоятельными, поскольку правильные по существу выводы суда оспариваются стороной защиты исключительно путём переоценки в выгодную для ФИО1 сторону тех же доказательств, которые исследованы судом и положены в основу постановления. При этом не приводится каких-либо существенных обстоятельств, не учтённых или оставленных без внимания судом.

То обстоятельство, что данная судом оценка доказательств как допустимых и достоверных не совпадает с позицией стороны защиты, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не является основанием к отмене или изменению судебного решения.

При этом суд обоснованно не усмотрел оснований для назначения и проведения судебной комплексной ситуационной судебно-медицинской-автотехнической экспертизы по делу, которая, по мнению защитника, определила бы расположение транспортного средства (колёсного экскаватора) относительно пешехода, и какой частью трактора был совершён наезд на пешехода. Суд апелляционной инстанции также не усматривает оснований для этого.

По смыслу закона производство судебной экспертизы требуется только тогда, когда для разрешения возникших в ходе судебного разбирательства вопросов в целях всестороннего и объективного исследования обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу, необходимо проведение исследования с использованием специальных знаний в науке, технике и пр.

Исходя из установленных судом фактических обстоятельств дела, а также изученных материалов дела, такой необходимости в данном случае не имелось, о чём обоснованно указал суд в обжалуемом решении.

Доводы стороны защиты о том, что следствием не было достоверно установлено место наезда на потерпевшего и иные значимые обстоятельства дела, а также, что не установлен момент возникновения опасности для ФИО1, что исключает его вину в дорожно-транспортном происшествии, были тщательно проверены судом первой инстанции и обоснованно отвергнуты с приведением соответствующих мотивов. Оснований ставить под сомнения выводы суда в указанной части суд апелляционной инстанции не находит.

Также обоснованно голословным суд признал и версию стороны защиты о том, что потерпевший Потерпевший №1 по ходу движения значительно сместился в сторону середины проезжей части, совершая тем самым действия, которые спровоцировали ДТП.

Опровергая данные доводы, суд первой инстанции, сославшись на показания: потерпевшего Потерпевший №1, свидетелей Свидетель №3, Ф.И.О.7, на протокол осмотра места происшествия от 1 сентября 2024 года, протокол следственного эксперимента от 1 июля 2025 года, пришёл к обоснованному выводу, что ФИО1 понимая, что управляет источником повышенной опасности – механическим транспортным средством (колёсным экскаватором), по своей небрежности, не предвидел возможности наступления общественно опасных последствий своих действий, в нарушении ПДД РФ, приближаясь к идущим по краю проезжей части пешеходам, не предпринял мер к снижению скорости движения до необходимой в данной обстановке или до полной остановки, не избрал безопасный боковой интервал до детей, не сместился на достаточное от края проезжей части расстояние, которое следовало избрать исходя из конкретной дорожной обстановки – ширины проезжей части, отсутствия оборудованного тротуара или обочины, приближения детей к растительности, которая затрудняла их проход и могла вынудить изменить направление движения.

Вопреки доводам жалобы адвоката, описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа совершения преступления, формы вины, конкретных пунктов Правил дорожного движения и последствий преступления, в постановлении изложены в соответствии с требованиями ст. 73, ст. 307 УПК РФ.

При этом указание в предъявленном обвинении на легкомысленное отношение ФИО1 к дорожной обстановке и фразы о том, что последний легкомысленно полагался на благополучный исход, на что ссылается защитник в апелляционной жалобе, обоснованно расценено судом как не нашедшие подтверждения и вменённые излишне, и не нарушает право на защиту.

Действия ФИО1 органами предварительного расследования квалифицированы по п. «а» ч. 2 ст. 264 УК РФ – нарушение липом, управляющим другим механическим транспортным средством, правил дорожного движения, повлекшее но неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, если оно совершено лицом, находящимся в состоянии опьянения.

Вместе с тем, согласно выводам эксперта в заключении №3009/2566 от 17 октября 2025 года, а также показаний эксперта Ф.И.О.8, на основании приказа Министерства здравоохранения РФ от 8 апреля 2025 года №172н «Об утверждении Порядка определения степени тяжести вреда, причинённой здоровью человека», вступившего в силу 1 сентября 2025 года и действующего на момент производства дополнительной судебно-медицинской экспертизы (то есть на 17 октября 2025 года), имеющийся у потерпевшего Потерпевший №1 закрытый перелом нижней трети диафиза левой плечевой кости со смещением, причинил средней тяжести вред здоровью.

Таким образом, учитывая, что в действиях ФИО1 отсутствует обязательный признак для ст. 264 УК РФ – «причинение тяжкого вреда здоровью», а также учитывая положения ст. 10 УК РФ, суд обоснованно пришёл к выводу о прекращении уголовного дела в отношении ФИО1 на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ - в связи с отсутствием в деянии состава преступления.

Между тем, в соответствии со ст. 133 УПК РФ, право на реабилитацию имеют лица, по уголовным делам которых был вынесен оправдательный приговор или уголовное преследование в отношении которых прекращено по основаниям, предусмотренным пп. 1, 2, 5, 6 ч. 1 ст. 24, пп. 1, 4 - 6 ч. 1 ст. 27 УПК РФ; осуждённый - в случаях полной или частичной отмены вступившего в законную силу обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным пп. 1, 2 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, и некоторые другие лица.

При этом, по смыслу ч. 4 ст. 133 УПК РФ, правила этой статьи, предусматривающие основания возникновения права на реабилитацию, не распространяются на лиц, в отношении которых обвинительный приговор пересмотрен ввиду принятия закона, устраняющего преступность или наказуемость деяния, поскольку прекращение уголовного дела (освобождение от наказания) в таких случаях само по себе не является свидетельством незаконности или необоснованности уголовного преследования.

Принимая во внимание, что уголовное дело в отношении ФИО1 прекращено на основании ст. 10 УК РФ (в связи с внесением изменений в нормативной акт, регулирующий порядок определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека, улучшающих положение ФИО1), суд обоснованно не усмотрел оснований для признания за последним права не реабилитацию.

Нарушений уголовного или уголовно-процессуального закона, влекущих отмену либо иные изменения постановления, судом не допущено.

С учётом изложенного, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

Постановление Благовещенского городского суда Амурской области от 18 ноября 2025 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу защитника - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в шестимесячный срок в судебную коллегию по уголовным делам Девятого кассационного суда общей юрисдикции через суд первой инстанции в порядке, предусмотренном статьями 401.7 и 401.8 УПК РФ.

В случае пропуска срока или отказа в его восстановлении кассационные жалобы, представление на постановление или апелляционное постановление подаются непосредственно в судебную коллегию по уголовным делам Девятого кассационного суда общей юрисдикции в порядке, предусмотренном статьями 401.10 – 401.12 УПК РФ.

В соответствии с ч.5 ст.389.28 УПК РФ ФИО1 вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий М.В. Казакова