Апелляционное определение № 33АП-374/2026 от 1 февраля 2026 г.

УИД 28RS0008-01-2025-001178-47

Дело № 33АП-374/2026 судья первой инстанции:

Докладчик Дружинин О.В. Клаус Н.В.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

2 февраля 2026 года г. Благовещенск

Судебная коллегия по гражданским делам Амурского областного суда в составе

председательствующего Фурсова В.А.,

судей Бережновой Н.Д., Дружинина О.В.,

при секретаре Веденчуке Д.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по Амурской области, Межмуниципальному отделу Министерства внутренних дел Российской Федерации «Зейский» о признании незаконным решения, признании права состоять на учёте граждан, нуждающихся в улучшении жилищных условий, восстановлении на учёте граждан, нуждающихся в улучшении жилищных условий,

по апелляционным жалобам представителя МО МВД России «Зейский» – ФИО2, УМВД России по Амурской области – ФИО3 на решение Зейского районного суда Амурской области от 30 октября 2025 года.

Заслушав доклад судьи Дружинина О.В., объяснения представителя МО МВД России «Зейский» – ФИО2, представителя УМВД России по Амурской области – ФИО4, ФИО5, представителя ФИО1, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО7 – ФИО8, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с настоящим иском к УМВД России по Амурской области.

В обоснование исковых требований указано, что он был поставлен на учет в составе четырех человек (истец, супруга ФИО5, несовершеннолетние дети Ф.И.О.9, Ф.И.О.1) в качестве нуждающихся на улучшение жилищных условий в МО МВД России Зейский с <дата>

Решением жилищно-бытовой комиссии МО МВД России «Зейский», оформленным протоколом <номер> от <дата>, он был снят с данного учета в связи с отсутствием оснований, которые до введения в действие Жилищного кодекса РФ давали ему право на получение жилых помещений по договору социального найма. Полагает выводы комиссии об обеспеченности его семьи общей площадью жилого помещения, в котором они проживают, не соответствующими действительности.

На основании изложенного, истец просил суд: признать незаконным решение жилищно-бытовой комиссии МО МВД России «Зейский», содержащееся в протоколе <номер> от <дата>, о снятии его с учёта нуждающихся в улучшении жилищных условий, признать за ним право состоять на учёте с <дата> и восстановить его на учёте нуждающихся в улучшении жилищных условий, с учётом членов его семьи Ф.И.О.12, Ф.И.О.13, Ф.И.О.10 и Ф.И.О.10 под номером очередности по состоянию на дату принятия оспариваемого решения.

Определениями суда к участию в деле привлечены: в качестве ответчика Межмуниципальный отдел Министерства внутренних дел Российской Федерации «Зейский», в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, Ф.И.О.12, Ф.И.О.13, действующая в своих интересах и в интересах несовершеннолетних Ф.И.О.10 и Ф.И.О.10

В суде первой инстанции истец, представитель истца и третьих лиц настаивали на удовлетворении исковых требований.

Третье лицо ФИО5 поддержала исковые требования.

Представитель ответчика УМВД России по Амурской области возражал против удовлетворения иска, указав, что является ненадлежащим ответчиком по заявленным требованиям, поскольку на учёт в качестве нуждающихся в улучшении жилищных условий истец УМВД России по Амурской области не принимался, оспариваемое истцом решение принято МО МВД России «Зейский», соответственно, в случае наличия оснований для восстановления истца на соответствующем учёте, указанные действия должны быть совершены органом, осуществившим такой учёт.

Представитель ответчика МО МВД России «Зейский» возражал против удовлетворения исковых требований.

Решением Зейского районного суда Амурской области от 30 октября 2025 г. признано незаконным решение жилищно-бытовой комиссии межмуниципального отдела Министерства внутренних дел Российской Федерации «Зейский» от <дата> о снятии истца с учёта нуждающихся в улучшении жилищных условий, на МО МВД России «Зейский» возложена обязанность восстановить ФИО1 с учётом членов его семьи ФИО5, ФИО6, ФИО7 и ФИО7 на учёте граждан, нуждающихся в улучшении жилищных условий, с 03 октября 2001 г. В удовлетворении остальной части исковых требований, в том числе к УМВД России по Амурской области, отказано.

В апелляционных жалобах представители УМВД России по Амурской области, МО МВД России «Зейский» просят отменить решение суда первой инстанции как незаконное и необоснованное. Ссылаются на установленные решением Зейского районного суда Амурской области от 15.10.2024 г. обстоятельства, согласно которым до августа 2024 г. семья ФИО1 состояла из двух человек (он и его супруга), в связи с чем с учетом их проживания в принадлежащем супруге истца жилом помещении общей площадью <данные изъяты> кв. м, их обеспеченность жилой площадью составляла по <данные изъяты> кв. м, что выше учетной нормы <данные изъяты> кв. м на одного человека, установленной органом местного самоуправления. Полагают необоснованным вывод суда о непригодности данного жилого помещения для проживания, поскольку оно в установленном порядке таковым не признавалось. Указывают на незаконность обжалуемого решения в связи с его вынесением судьей, который рассматривал ранее гражданское дело <номер>, по которому было принято решение Зейского районного суда Амурской области от 15.10.2024 г., имеющее преюдициальное значение при рассмотрении настоящего спора.

В суде апелляционной инстанции представители УМВД России по Амурской области, МО МВД России «Зейский» поддержали доводы апелляционных жалоб.

ФИО5, представитель ФИО1, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО7 возражали против удовлетворения апелляционных жалоб, просили оставить решение суда без изменения.

Остальные участвующие в деле лица, извещавшиеся о времени и месте судебного разбирательства, в заседание судебной коллегии не явились, ходатайств об отложении дела не заявляли. Руководствуясь ст. ст. 167, 327 ГПК РФ, судебная коллегия определила рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Проверив законность и обоснованность решения в пределах доводов апелляционных жалоб в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, судебная коллегия приходит к следующему.

Как следует из материалов дела и не оспаривается участвующими в деле лицами, ФИО1 проходил службу в органах внутренних дел, уволен со службы на основании приказа <номер> л/с от <дата> по пункту "з" части седьмой статьи 19 Закона Российской Федерации от <дата> N 1026-I "О милиции" (по ограниченному состоянию здоровья - на основании заключения военно-врачебной комиссии об ограниченной годности к службе и о невозможности по состоянию здоровья исполнять служебные обязанности в соответствии с занимаемой должностью при отсутствии возможности перемещения по службе).

<дата> Ф.И.О.1 был поставлен на учет в МО МВД России «Зейский» в качестве нуждающегося в предоставлении жилых помещений с составом семьи 4 человека (включая супругу Ф.И.О.12, дочерей Ф.И.О.15 (после заключения брака – Ф.И.О.16) А.А., <дата> г.р., Ф.И.О.15 (после заключения брака – Ф.И.О.18., <дата> г.р.).

Судом установлено, подтверждается материалами дела, что в собственности Ф.И.О.12 на основании договора приватизации от <дата> находится жилое помещение по адресу: <адрес>, общей площадью <данные изъяты> кв. м, право собственности зарегистрировано <дата>.

Вступившим в законную силу решением Зейского районного суда <адрес> от <дата> дочь истца - Ф.И.О.13, <дата> рождения, и ее несовершеннолетние дети Ф.И.О.10, <дата> рождения, Ф.И.О.10, <дата> рождения, признаны членами семьи Ф.И.О.1, как проживающие вместе с ним в указанном жилом помещении и ведущие с ним общее хозяйство.

Из адресной справки следует, что Ф.И.О.13 зарегистрирована по указанному адресу с <дата> по настоящее время, ее несовершеннолетние дети зарегистрированными на территории <адрес> и Зейского муниципального округа <адрес> не числятся.

Согласно акту проверки жилищных условий Ф.И.О.1 от <дата>, в жилом помещении по адресу: <адрес> проживают Ф.И.О.12, Ф.И.О.1, Ф.И.О.13, Ф.И.О.10, Ф.И.О.10

Решением жилищно-бытовой комиссии МО МВД России «Зейский», оформленным протоколом <номер> заседания комиссии от <дата>, Ф.И.О.1 снят с учёта нуждающихся в улучшении жилищных условий МО МВД России «Зейский» на основании ч. 2 ст. 6 Федерального закона от <дата> № 189-ФЗ «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации» в связи с утратой оснований, которые до введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации давали ему право на получение жилого помещения по договору социального найма. В качестве таких оснований в решении указано, что решением Зейского районного суда <адрес> от <дата>, которым Ф.И.О.13 и ее несовершеннолетние дети Ф.И.О.10, Ф.И.О.10 признаны членами семьи Ф.И.О.1, установлено, что указанные лица вселились в жилое помещение по адресу: <адрес> августе 2024 г., из чего следует, что до августа 2024 г. семья Ф.И.О.1 состояла из двух человек (Ф.И.О.1 и его супруга Ф.И.О.12), в связи с чем с учетом общей площади жилого помещения <данные изъяты> кв. м, их обеспеченность составляла по <данные изъяты> кв. м, что выше учетной нормы <данные изъяты> кв. м на одного человека, установленной органом местного самоуправления.

Рассматривая спор и удовлетворяя исковые требования ФИО1 к МО МВД России «Зейский» о признании указанного решения незаконным, восстановлении на учёте в качестве нуждающихся в улучшении жилищных условий, суд, руководствуясь положениями Жилищного кодекса РСФСР, Жилищного кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 29 декабря 2004 года № 189-ФЗ «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации», Федерального закона от 19 июля 2011 г. N 247-ФЗ "О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", Порядка предоставления жилых помещений жилищного фонда Российской Федерации по договору социального найма в органах внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Приказом МВД России <номер> от <дата>, исходил из того, что доказательств тому, что в период нахождения на учете нуждающихся в жилом помещении семья М-вых была обеспечена жилой площадью выше учетной нормы, ответчиками не представлено, а потому законных оснований для снятия их с данного учета не имелось.

Судебная коллегия считает указанный вывод суда соответствующим нормам права и обстоятельствам дела.

Отношения, связанные с обеспечением жилыми помещениями сотрудников органов внутренних дел Российской Федерации регулируются Федеральным законом от 19 июля 2011 г. N 247-ФЗ "О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" (далее - Федеральный закон от 19 июля 2011 г. N 247-ФЗ).

Согласно части 1 статьи 6 Федерального закона от 19 июля 2011 г. N 247-ФЗ сотрудникам, гражданам Российской Федерации, уволенным со службы в органах внутренних дел, принятым на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях соответствующим территориальным органом федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, иным федеральным органом исполнительной власти, в котором проходят службу сотрудники, до 1 марта 2005 г., и совместно проживающим с ними членам их семей указанным федеральным органом предоставляются жилые помещения жилищного фонда Российской Федерации по договору социального найма с последующей передачей этих помещений в муниципальную собственность. Состав членов семьи сотрудника, гражданина Российской Федерации, указанных в настоящей части, определяется в соответствии с Жилищным кодексом Российской Федерации.

Данное регулирование основано на норме части 2 статьи 6 Федерального закона от 29 декабря 2004 г. N 189-ФЗ "О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации", согласно которой граждане, принятые на учет до 1 марта 2005 г. в целях последующего предоставления им жилых помещений по договорам социального найма, сохраняют право состоять на данном учете до получения ими жилых помещений по договорам социального найма. Указанные граждане снимаются с данного учета по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 3 - 6 части 1 статьи 56 Жилищного кодекса Российской Федерации, а также в случае утраты ими оснований, которые до введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации давали им право на получение жилых помещений по договорам социального найма. Указанным гражданам жилые помещения по договорам социального найма предоставляются в порядке, предусмотренном Жилищным кодексом Российской Федерации, с учетом положений настоящей части.

Согласно пункту 1 части 1 статьи 29 Жилищного кодекса РСФСР нуждающимися в улучшении жилищных условий признавались граждане, имеющие обеспеченность жилой площадью на одного члена семьи ниже уровня, устанавливаемого Советом Министров автономной республики, исполнительным комитетом краевого, областного, Московского и Ленинградского городских Советов народных депутатов.

В соответствии с пунктом 1 части 2 статьи 32 Жилищного кодекса РСФСР граждане подлежали снятию с учета нуждающихся в улучшении жилищных условий в случае улучшения жилищных условий, в результате которого отпали основания для предоставления жилого помещения.

Из изложенных нормативных положений следует, что граждане, принятые на учет в качестве нуждающихся в улучшении жилищных условий до 1 марта 2005 г. в целях последующего предоставления им жилых помещений по договору социального найма, могут быть сняты с данного учета по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 3 - 6 части 1 статьи 56 Жилищного кодекса Российской Федерации, а также в соответствии с пунктом 1 части 2 статьи 32 Жилищного кодекса РСФСР в случае улучшения жилищных условий, в результате которого отпали основания для предоставления жилого помещения.

Применив приведенные нормы и оценив представленные сторонами доказательства, суд пришел к правильному выводу о том, что с учетом уровня обеспеченности жилой площадью семьи Ф.И.О.1 на дату принятия оспариваемого решения, состоящей из пяти человек (Ф.И.О.1, его супруги Ф.И.О.12, дочери истца - Ф.И.О.13, <дата> рождения, и ее несовершеннолетних детей Ф.И.О.10, <дата> рождения, Ф.И.О.10, <дата> рождения), - <данные изъяты> кв. м (<данные изъяты>), у комиссии отсутствовали законные основания для снятия их с учета в качестве нуждающихся в жилом помещении. Вывод жилищной комиссии о том, что факт проживания в принадлежащем супруге истца жилом помещении до августа 2024 г. только двух человек (истца и его супруги) установлен решением Зейского районного суда <адрес> от <дата>, которым Ф.И.О.13 и ее несовершеннолетние дети Ф.И.О.10, Ф.И.О.10 признаны членами семьи Ф.И.О.1, суд обоснованно признал противоречащим содержанию данного судебного акта и установленным по делу обстоятельствам.

Доводы апелляционных жалоб УМВД России по <адрес>, МО МВД России «Зейский» указанные выводы суда первой инстанции не опровергают.

Как следует из договора на передачу квартиры в собственность граждан от <дата>, на момент передачи в собственность Ф.И.О.12 жилого помещения по адресу: <адрес>, в квартире были зарегистрированы все члены семьи Ф.И.О.15, в том числе Ф.И.О.1, Ф.И.О.12, их дети Ф.И.О.9, Ф.И.О.1).

Согласно ч. 4 ст. 31 ЖК РФ в случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, если иное не установлено соглашением между собственником и бывшим членом его семьи.

В соответствии со ст. 19 Федерального закона от 29.12.2004 N 189-ФЗ "О введении в действие ЖК РФ" действие положений ч. 4 ст. 31 ЖК РФ не распространяется на бывших членов семьи собственника приватизированного жилого помещения при условии, что в момент приватизации данного жилого помещения указанные лица имели равные права пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим, если иное не установлено законом или договором.

В случае выезда в другое место жительства право пользования жилым помещением бывшего члена семьи собственника, в котором он проживал вместе с собственником жилого помещения, может быть прекращено независимо от того, что в момент приватизации спорного жилого помещения бывший член семьи собственника жилого помещения имел равное право пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02 июля 2009 года N 14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации", при временном отсутствии нанимателя жилого помещения и (или) членов его семьи, включая бывших членов семьи, за ними сохраняются все права и обязанности по договору социального найма жилого помещения (статья 71 Жилищного кодекса Российской Федерации).

Если отсутствие в жилом помещении указанных лиц не носит временного характера, то заинтересованные лица (наймодатель, наниматель, члены семьи нанимателя) вправе потребовать в судебном порядке признания их утратившими право на жилое помещение на основании части 3 статьи 83 Жилищного кодекса Российской Федерации в связи с выездом в другое место жительства и расторжения тем самым договора социального найма.

Намерение гражданина отказаться от пользования жилым помещением по договору социального найма может подтверждаться различными доказательствами, в том числе и определенными действиями, в совокупности свидетельствующими о таком волеизъявлении гражданина как стороны в договоре найма жилого помещения.

При разрешении вопроса об утрате, прекращении права пользования жилым помещением гражданами, отказавшимися от участия в приватизации, подлежат выяснению обстоятельства фактического проживания этих граждан в жилом помещении, а в случае их не проживания - причины и период не проживания, характер выезда - вынужденный или добровольный, временный или постоянный, не чинились ли им препятствия со стороны других лиц в пользовании жилым помещением, приобрели ли они право пользования другим жилым помещением в новом месте жительства, исполняют ли обязанности по договору по оплате жилого помещения и коммунальных услуг.

Таким образом, право ФИО1 (после заключения брака – ФИО9) на жилое помещение по адресу: <адрес> как члена семьи собственника, в котором она проживала вместе с собственником жилого помещения и в момент приватизации имела равное право пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим, могло быть прекращено только в судебном порядке по иску заинтересованных лиц при наличии выше перечисленных оснований.

Между тем, с таким иском к ФИО6 никто не обращался, соответствующее судебное решение отсутствует, доказательств тому, что ФИО6 отказалась от права пользования данным жилым помещением, в деле не имеется.

По делу видно, что ФИО6 зарегистрирована в указанном жилом помещении с 1990 года, с регистрационного учета не снималась, в своих заявлениях руководству МО МВД России «Зейский», УМВД России по Амурской области о составе его семьи и принятии документов для нахождения на учете по улучшению жилищных условий от <дата>, <дата>, <дата> ФИО1 последовательно указывал о проживании с ним в квартире ФИО6 и ее детей.

При этом принимается во внимание, что согласно выпискам из ЕГРН за супругом ФИО6 - ФИО6, с которым она состояла в браке с <дата> по <дата>, какого-либо жилого помещения не зарегистрировано.

Как обоснованно указал суд, из решения Зейского районного суда <адрес> от <дата>, которым Ф.И.О.13 и ее несовершеннолетние дети Ф.И.О.10, Ф.И.О.10 признаны членами семьи Ф.И.О.1, следует, что Ф.И.О.13 и её малолетние дети ФИО10 и Мария с августа 2024 года проживают вместе с родителями Ф.И.О.13 - Ф.И.О.1 и Ф.И.О.12 в одном жилом помещении, куда были вселены в качестве членов их семьи. При этом вопрос об обстоятельствах фактического проживания указанных лиц в занимаемом истцом жилом помещении ранее, об обстоятельствах даты и причин их выезда из данного жилого помещения, равно как и вопрос относительно того, носило ли отсутствие указанных лиц в предшествующий августу 2024 года период в указанном жилом помещении временный либо постоянный характер, и с чем было связано их не проживание в данном жилом помещении в течение того или иного периода, судом не исследовался и не разрешался, поскольку правого значения в рамках рассматриваемого спора не имел.

С учетом изложенного, вывод суда об отсутствии в деле доказательств тому, что до августа 2024 г. семья Ф.И.О.1 состояла из двух человек (Ф.И.О.1 и его супруга Ф.И.О.12), и о незаконности снятия их с учета в качестве нуждающихся в улучшении жилищных условий, как обеспеченных жилой площадью свыше учетной нормы, является правильным.

Не могут являться основанием для отмены состоявшегося решения и доводы апелляционной жалобы о незаконности обжалуемого решения в связи с его вынесением судьей, который рассматривал ранее гражданское дело <номер>, по которому было принято решение Зейского районного суда Амурской области от 15.10.2024 г., имеющее преюдициальное значение при рассмотрении настоящего спора.

Основания для отвода судьи и недопустимости повторного участия судьи в рассмотрении дела предусмотрены статьями 16, 17 ГПК РФ, которые не содержат ограничений для рассмотрения судьей гражданского дела в случае его участия в другом деле, имеющем преюдициальное значение для настоящего спора.

Доводы апелляционных жалоб об ошибочности вывода суда о непригодности для проживания жилого помещения по адресу: <адрес> сами по себе правового значения в данном случае не имеют.

С учетом изложенного, оснований для отмены решения суда по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Зейского районного суда Амурской области от 30 октября 2025 года оставить без изменения, апелляционные жалобы представителя МО МВД России «Зейский» – ФИО2, УМВД России по Амурской области – ФИО3 – без удовлетворения.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий

Судьи

Апелляционное определение в окончательной форме составлено 4.02.2026 года