Приговор № 1-63/2018 от 25 июля 2018 г. по делу № 1-63/2018

Дело №


ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Дальнегорск 26 июля 2018 года

Дальнегорский районный суд Приморского края в составе:

Председательствующего судьи Поташовой И.И.

с участием государственных обвинителей помощников прокурора г.Дальнегорска Приморского края Л, Ф

подсудимого ФИО1,

защитника – адвоката Б, представившего удостоверение №, а также ордер № от 05.04.2018г.

потерпевшей Потерпевший №1

при секретаре О,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО1, <дата> года рождения, <...>,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст.158 УК РФ, суд

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, в период с 09 часов 00 минут <дата> до 08 час. 00 мин. <дата>, находясь на территории рудника открытых горных работ <адрес> по адресу: Приморский край, г. <адрес> восточной долготы, из корыстных побуждений, руководствуясь прямым умыслом, направленным на тайное хищение чужого имущества и безвозмездное обращение его в пользу своего знакомого Н, который был веден ФИО1 в заблуждение о наличии прав у последнего на собаку породы «<...>», осознавая противоправный характер своих действий, путем свободного доступа, тайно похитил с территории рудника открытых горных работ <...> и передал Н указанную собаку, стоимостью 25 000 рублей с цепью и ошейником, не представляющих материальной ценности, тем самым совершил тайное хищение чужого имущества, принадлежащего Потерпевший №1, чем причинил последней значительный материальный ущерб.

Подсудимый ФИО1 виновным себя в совершении инкриминируемого ему преступления признал частично, суду показал, что он ранее работая на руднике <...>». В ноябре 2017г., он пришел на работу и увидел, что на цепи сидит собака. Там был также К И.. Он стал разговаривать с К, последний у него спросил, не нужна ли ему собака. Он ответил, что узнает, кому можно отдать собаку. Через некоторое время, ему позвонил знакомый <...> и попросил найти ему собаку на дачу. Поскольку он не смог дозвониться до <...>, он оцепил собаку и отдал ее <...>. Отдал собаку без какого –либо умысла, потому то пожалел её, она сидела на цепи, без будки, находилась на карьере, где постоянно много пыли. Ему также неоднократно ранее жаловались сторожа на руднике, что собака скулит, что они ее кормят. О том, что <...> может съесть собаку, он не догадывался, думал для охраны дачи. Считает, что свидетель К говорит неправду в той части, что он привез собаку на карьер для адаптации. Он подтверждает, что при разговоре с К ранее о собаке (о том, кому нужна собака), К конкретно не говорил про собаку, которая находилась на карьере, но он понял, что именно о ней и была речь. К ему также не говорил, сколько стоила эта собака. После того, как он забрал собаку и отдал ее <...>, К стал требовать вернуть её, так как она нужна его детям и жене, или вернуть деньги в размере 25 000 рублей. Его знакомый <...> ему сообщил, что после того, как он (ФИО1) забрал собаку, когда <...> с К находились на съемной квартире (в декабре 2017г.), К обратился с просьбой, что он посмотрел по сотовому телефону в интернете, сколько стоить порода такой собаки. Когда К узнал, что Маламут стоит от 5000 до 30 000 рублей, он позвонил своей жене и сказал ей, чтобы она пошла к <...> и та написала ей расписку на 25 000 рублей, после чего, они напишут в полицию заявление и ФИО1 отдаст им деньги. Он неоднократно пытался позвонить <...>, чтобы забрать собаку, но телефон последнего был недоступен. Считает, что он кражу не совершал, в содеянном, что забрал собаку раскаивается. Гражданский иск признает частично, только в сумме 12 500руб. как по справке ООО «Диамонд». Заявленная сумма истцом завышена.

Согласно ст. 17 УПК РФ, судья оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств.

Статья 74 УПК РФ предусматривает, что доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, на основе которых суд устанавливает наличие обстоятельств, подлежащих доказыванию по делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела.

Давая оценку показаниям подсудимого ФИО1, в части того, что К сам предложил ему забрать щенка, суд относится к ним критически, считает, что они не соответствуют действительности, и в обоснование выводов о его виновности, кладёт совокупность исследованных в судебном заседании доказательства, а именно: показаний потерпевшей Потерпевший №1, свидетелей К, П, Н, допрошенных в ходе судебного разбирательства, оглашённых показаний свидетелей: Д, М, а также доказательствами, исследованными и оглашёнными в судебном заседании.

Так потерпевшая Потерпевший №1, суду показала, что она с подсудимым знакома с 2009г., он приезжал к ним домой в гости, находился с её мужем в приятельских отношениях. У нее также есть подруга <...>, которая проживает недалеко от неё. Примерно в июне 2017г., Настя приобрела месячного щенка северной породы «Маломут», щенок очень понравился её детям. Сын постоянно просил этого щенка у <...> купить, дети играли с ним. Примерно через 3 месяца (начала октября), у Насти начались материальные трудности, и она ей сообщила, что готова щенка им продать за 25 000 рублей. У нее имелись ранее скопленные деньги на покупку другого щенка породы «Ротвеллер», которого они с мужем хотели купить, и поэтому она решила, что поскольку Ротвелера они по интернету не нашли, купить щенка у Насти. Она передала Насте 15 000 рублей и они договорились, что остальные деньги, она ей будет отдавать по частям до конца месяца (всего еще 10 000 рублей). 29 октября, она полностью рассчиталась с Настей и забрала у нее щенка. Настя написала ей расписку, что она рассчиталась за собаку. Документов на собаку не было. Собака 4-5 дней, жила у них дома в квартире, потом муж <...> И. в первых числах ноября 2017г. решил забрать на период зимы щенка на работу, поскольку собаке нужен был простор, адаптация. Щенок был очень пушистый, данная порода собак живет на Севере, закапывается в снег. Для собаки они купили, ошейник, цепь, два мешка корма, специальные добавки в еду. Один мешок корма муж забрал на работу для щенка. Больше она собаку не видела. Муж каждый день приезжал на работу, кормил щенка. Всего щенку было примерно 4 месяца. 12 ноября, муж ей по телефону еще скидывал фото щенка, а примерно через неделю, когда она попросила мужа вновь сделать фотографию щенка, муж ей сообщил, что собаки на работе нет, что собаку забрал ФИО1. Примерно через неделю, она сама лично приехала к мужу на работу, встретилась с ФИО1, спрашивала у него, где ее щенок, когда он собирается вернуть собаку. ФИО1 ей стал отвечать, что собака живет у его матери. Она также спросила у него:-«Зачем ты вообще забрал собаку к своей матери?», на что последний ей ответил, что ее муж ему сам отдал собаку. Муж присутствовал при данном разговоре и сразу же спросил у ФИО1, зачем он врет, что он не отдавал ему щенка. Она потребовала у ФИО1 вернуть ей щенка, на что последний ей сообщил, что его матери для охраны нужна собака. Она ему говорила, что данная собака не предназначена для охраны, что собака была куплена для её детей. В дальнейшем, она неоднократно звонила ФИО1, требовала вернуть щенка, ФИО1 выдвигал различные версии, что щенок находится у его матери, то собаку он отдал <...> Далее она написала заявление в полицию. Когда она узнала, что собаку съели, она стала у ФИО1 требовать вернуть ей деньги, однако он отказался. Для нее ущерб 25 000 руб. является значительным. Когда она ему звонила, по телефону он только обещал вернуть деньги. Полностью поддерживает гражданский иск.

Свидетель К суду показал, что с подсудимым он знаком с 2009г., потерпевшая Потерпевший №1 является его женой. Осенью 2017г. он пришел с работы домой и увидел в квартире щенка породы «Маломут». Жена ему сообщила, что купила щенка у <...>, что хотела купить породы «Ротвеллер», но не нашла. Жена сообщила, что купила щенка за 25 000 рублей. Щенок был примерно возраста 4.5- 5 месяцев, звали Ричик, окрас коричнево- красноватый. Документов на собаку не было. Щенок прожил у них в квартире примерно 3-4 дня. Ему было жарко, он постоянно скулил, ему приходилось ночью выводить щенка на улицу. Данная порода собак живет на Севере на улице, под снегом. Посоветовавшись с супругой, они решили на время адаптации отвезти щенка к нему на работу. Они купили цепь, корм, пищевые добавки в пищу, поскольку щенок был худой. На работе ФИО2 привязал щенка к грузовику на длинную цепь. На работу он приезжал каждый день, поскольку у него смена или в день или в ночь. Утром в конце ноября 2017г., он пришел на работу и увидел, что собаки нет. Он стал спрашивать у сторожей, где его собака. Ему сообщили, что водитель, который работает у них, увез собаку. Пермяков ему сообщил, что вчера приходил на работу ФИО1, и он и увез щенка. Также <...> ему сообщил, что ФИО1 спрашивал у него можно ли забрать щенка, он ему не разрешил это сделать, говорил, чтобы ФИО1 позвонил <...> И., однако ФИО1 ему так и не звонил, а ФИО2 сообщил, что он заберет собаку. Далее, он сразу же подошел к ФИО1 и потребовал вернуть ему щенка. ФИО1 стал говорить, что щенок у его матери, потом сообщил, что собака уехала на заезд в лес, потом, что отдал щенка другу, чтобы он ждал, когда последний приедет с вахты. Он целый месяц уговаривал ФИО1 вернуть ему щенка. Он отрицает, что собаку на работе никто не кормил, ее кормили и сторожа и работники. Он не отрицает, что ранее между ним и ФИО1 был разговор, что ФИО1 просил у него собаку, также спрашивал про щенка, просил его отдать ему, однако он ему в этом отказывал. Обещал подыскать ФИО1 другую собаку. Когда он приходил на работу, он фотографировал щенка, посылал фото по телефону жене и детям. После того, как собаку похитил ФИО1, он ему стал звонить каждый день, требовал вернуть её. От сотрудников полиции ему стало известно, что собаку съели. Подсудимый всего один раз говорил, что привезет деньги, но так ущерб и не возместил. Он не подтверждает показания свидетеля П, данные им в суде в той части, что говорил ему, что приобрел щенка у Насти за 1000 рублей, он не мог так сказать, поскольку ему было известно, за сколько купила жена этого щенка.

Свидетель П суду пояснил, что он работает на Руднике вместе с К и с подсудимым он также знаком, так как последний ранее также работал на руднике. В конце октября, начало ноября 2017г. К привел на работу собаку, они посадили ее на цепь, кормили её. Собака там у них прожила примерно около месяца, она была худая, у них она отъелась, стала нормальной. К собаке никто плохо не относился, ее никто не бил. К её всегда кормил, что- то приносил и из дома. Собака никогда не была бесхозной. Иногда собаку отпускали с цепи, она бегала по территории. Собака была привязана цепью за самосвал, у нее там был диван. Ранее, до оттого, как собака появилась у них на работе, К ему говорил, что приобрел эту собаку за 1000 рублей у какой- то Насти, что собаку жалко стало, худая была. В конце ноября, утром, он пришел на работу, и увидел, что собаки нет. Ранее, вечером на кануне, примерно в 16 час., ФИО1 ему позвонил домой и сообщил, что хочет забрать собаку. Он ему сказал, что хозяин собаки К, сказал, чтобы ФИО1 ему и звонил и спрашивал разрешение. Он также сам звонил К, спрашивал у него, звонил ли ему ФИО1 по поводу того, что хочет забрать собаку. К ему ответил, что ФИО1 ему не звонил. В ходе предварительного следствия, он давал показания, что К не разрешал ФИО1 забирать собаку. Ранее, еще до того, как собака была похищена, он присутствовал при разговоре К и ФИО1 по поводу собаки. К говорил ФИО1, что если он хочет собаку, то этого щенка не трогай, а у него есть другая собака, он может ФИО1 её отдать. Он не слышал ни разу, чтобы К согласился отдать Чамкину именно эту собаку, что была у них на работе.

В связи с имеющимися противоречиями по ходатайству гос. обвинителя были оглашены в порядке ч.3 ст. 281 УПК РФ показания свидетеля П, данных ходе предварительного следствия от 15.01.2018г., из которых следовало, что примерно вначале ноября 2017 года, на территорию рудника К И. привел щенка возрастом на вид примерно 3 месяца, коричневого окраса. Собака была посажена на цепь, закрепленную к кузову самосвала, который был сломан. Собаку ежедневно кормил К, рабочие подкармливали. Для кормления собаки он видел, как К привозит корм для собак. Точного числа он не помнит, (когда собака уже была на территории рудника), он присутствовал при разговоре между К И. и ФИО1. Он не слышал, чтобы К предлагал отдать ФИО1 данную собаку, которая находилась на территории рудника. Разговор между ними сводился к тому, что К предупредил ФИО1, чтобы последний не трогал собаку, что если ему нужна собака, то К привезет ему другую. Примерно через неделю, когда он вместе с другими работниками находился на служебной квартире, пришел ФИО1, который находился в состоянии алкогольного опьянения. ФИО1 обратился к нему с вопросом, разрешает ли он ему забрать собаку К. Он не интересовался у ФИО1, куда он собрался забирать собаку, принадлежащую К и с какой целью. Он ответил ФИО1, чтобы он звонил К лично и спрашивал у него разрешение, так как собака ему не принадлежит. ФИО1 попросил его сказать К, что якобы они разрешили взять ему собаку, на что он ФИО1 ответил, что никому, ничего говорить не будет и такого разрешения ему давать не собирается. Примерно через час, на квартиру пришел К И. и спросил у них, не известно ли им. кто взял его собаку. Он К рассказал, что приходил ФИО1 и просил забрать собаку. К при них стал звонить ФИО1 и требовать вернуть ему её. В последующем, когда они с ФИО1 виделись на работе, он интересовался у него, куда он дел собаку, на что ФИО1 ему пояснил, что собаку он отвез к своей матери в <адрес>. (л.д.73-75)

После оглашения показаний, свидетель П суду показал, что данные показания подтверждает, ранее он давал более точные показания. Он не может сказать утвердительно, что К ранее ему сообщал, что собака, которую украл ФИО1, была приобретена семьей К за 1000 рублей. К возможно в разговоре говорил ему о другой собаке, у К их 3 штуки.

Свидетель К суду показала, что с потерпевшей К, они соседи. <дата>г. она через интернет купила собаку породы «Маламут» за 25 000 рублей, собаке был 1 месяц. Собака такой породы без документов, стоит по интернету от 5000 до 35 000 рублей, в зависимости от возраста. Хозяин щенка показал документы на родителей щенка, сказал, что если нужны документы, то щенок будет стоит дороже, и документы надо было делать за свой счет. При этом хозяин предложил ей на выбор двух щенков. Какого –либо договора купли- продажи на щенка, они не составляли. Она решила купить щенка без документов. 2 месяца собака прожила у нее в доме на земле, была приучена ко двору. Когда ее мужа посадили, она переехала жить в квартиру, собаку поместила на балкон, однако она начала гадить, скулить, соседи стали жаловаться. До этого Потерпевший №1 у нее просила, чтобы она указанного щенка ей продала. После того, как у нее начались материальные проблемы, она сама предложила К купить у нее этого щенка. Изначально К передала ей 15 000 рублей, а остальную сумму обещала в рассрочку до конца октября месяца. К попросила её написать ей расписку, когда полностью рассчиталась за собаку. Через какое- то время, ей позвонила К и сообщила, что ФИО1 украл у них собаку. Она ранее также была знакома с ФИО1, стала ему звонить, просила чтобы он вернул щенка по хорошему, он ей говорил, что собака у его матери. Она не подтверждает показания ФИО1 в той части, что она написала расписку в декабре 2017г., по просьбе Потерпевший №1.

Свидетель Н от 10.01.2018г. суду показал, что он знаком с подсудимым около года. У него имеется дача. Когда его дачу ограбили, ему понадобилась собака. Он обзвонил своих знакомых, но ни у кого собаки не было, он решил позвонить ФИО1. ФИО1 обещал найти ему собаку. Вначале пообещал привезти собаку к нему в Мономахово на дачу, однако потом попросил прийти к нему на работу, на рудник в район типографии, сказал, что там и отдаст ему собаку. Это было в конце ноября 2017г. или начало декабря 2017г. Он пришел к нему на работу с братом, был уже вечер. ФИО1 у него сразу же спросил:-«Имеются ли у меня деньги?». Он сказал ему, что с собой у денег нет, но есть дома пара стен. Он спросил также у Чамкмна, его ли это собака, не будет ли проблем?. ФИО1 ему сообщил, что проблем не будет. Собака имела окрас коричнево- пепельный, глаза как у хаски. Считает, что ФИО1 хотел взять за собаку 200 рублей, на выпивку. Некоторое время собака у него была на даче, потом он ее съел, так как она не могла охранять дачу, поскольку была очень добрая. Он не знал, что собака ФИО1 не принадлежит. Поняв, что собака не сторожевая, вернуть назад собаку ФИО1 он не мог, так как накануне утопил телефон и поэтому не знал номера ФИО1.

Из показаний свидетеля Д от 16.01.2018г. оглашённых в порядке ч.1 ст. 281 УПК РФ (с согласия сторон), данных ходе предварительного следствия, следует, что в ноябре 2017 года, он по договору был трудоустроен в ООО «Трест ЗБСМ МК-160 в должности механика. К и ФИО1 ему знакомы. О том, что К привел на территорию рудника собаку, он видел, и ему было известно. Когда точно собака пропала, он не знает, так как не обратил внимания. Собака была на цепи, закрепленной к сломанному самосвалу, стоящему на территории рудника открытых горных работ ООО «Дальнегорский ГОК» в районе 12 поста. (л.д.92-94)

Из показаний свидетеля М от 10.01.2018г. оглашённых в порядке ч.1 ст. 281 УПК РФ (с согласия сторон), данных ходе предварительного следствия, следует, что в середине ноября 2017 г., примерно в 10:00 часов, к нему домой пришел <...> И.. Они стали употреблять спиртное. Примерно в 12:00 часов, Наумец предложил ему сходить с ним в район Типографии г. Дальнегорска, пояснив, что ему должны отдать собаку, которую он хочет увезти к себе на дачу для охраны участка. Что за собака и у кого он ее хотел забрать, он не знает. Придя в назначенное место, с огороженной территории карьера вышел ранее ему неизвестный молодой человек, он привел собаку - щенка небольшого роста, окрас коричневый с переливами, на длинной цепи с ошейником. О чем разговаривал <...> И. с данным молодым человеком, он не слышал, так как был в стороне. Забрав собаку, он и <...> пошли к нему домой. (л.д.56-58).

Вина подсудимого ФИО1 также подтверждается и письменными доказательствами по делу:

- Заявлением Потерпевший №1 от <дата>, зарегистрированное в КУСП за №, в котором она просит привлечь к ответственности ФИО1, который путем свободного доступа похитил её собаку породы «Маламут» вместе с цепью, стоимостью 25 000 рублей. (л.д.7);

- Протоколом осмотра места происшествия от <дата> в ходе

которого, был произведен осмотр территории рудника открытых горных работ <адрес>, где участвующий К указал на место откуда была похищена собака. (л.д.9-14);

- Протоколом явки с повинной, поступивший 20.12. 2017года от ФИО1, зарегистрированный в КУСП за №, в котором сообщил, что он примерно в середине ноября 2017 года, находясь на рабочем месте на территории рудника ГХК «Бор», похитил собаку породы «Маламут», принадлежащую К Данную собаку передал своему знакомому, так как он попросил собаку па дачу. (л.д.36-37);

- Протоколом проверки показаний на месте от <дата> в ходе которого, обвиняемый ФИО1 в присутствии защитника Б указал на место на территории рудника открытых горных работ <...>» в районе 12 поста пояснив, что в данном месте находилась собака, принадлежащая К которую он похитил, передав её своему знакомому Н В ходе проверки установлено, что место совершения преступления имеют координаты <...>. (л.д.95-102);

- Протоколом очной ставки от <дата> в ходе, которой свидетель К подтвердил свои показания части того, что не предлагал ФИО1 собаку породы Маламут. (л.д.66-68);

- Распиской К от <дата>, о том, что последняя

получила от Потерпевший №1 25 000 рублей, в качестве оплаты за приобретенную ею собаку породы «Маламут». (л.д. 21).

Не доверять показаниям потерпевшей Потерпевший №1, свидетелям К, Н, М, П, Д, у суда нет оснований, поскольку они последовательны и логично дополняют друг друга, подтверждаются доказательствами, имеющимися в материалах уголовного дела.

Каких либо существенных, неустранимых противоречий между ними, сомнений, которые могли бы повлиять на установление фактических обстоятельств дела, судом не установлено, оценивая показания свидетелей, суд учитывал время, прошедшее между событием и допросами, их физическое состояние в период событий, свидетелями которых они стали. Оснований для признания указанных показаний недостоверными не имеется, как и не имеется данных свидетельствующих об заинтересованности и оговоре ими подсудимого ФИО1

В материалах дела также не содержится каких-либо данных о том, что потерпевшая, свидетели были вынуждены давать показания на стадии предварительного следствия против подсудимого вследствие оказанного на них психического или физического воздействия со стороны сотрудников полиции, что у сотрудников правоохранительных органов имелась необходимость для искусственного создания доказательств обвинения, либо их фальсификации.

Все протоколы допросов, протоколы следственных действий, составлены надлежащим лицом, подписаны всеми участниками следственных действий, никто из которых не делал замечаний, как по процедуре проведения следственных действий, так и по содержанию показаний.

Суд считает, что все указанные в приговоре доказательства являются относимыми, допустимыми, достоверными, а в совокупности достаточными для разрешения уголовного дела.

Суд к показаниям подсудимого ФИО1, в части того, что умысла у него похищать собаку не было, что К сам просил его забрать её, относится критически, расценивая это как способ защиты с целью уйти от ответственности, поскольку не подтверждается показаниями свидетеля К, П

Свидетель К суду показал, что у него действительно ранее был разговор с ФИО1 о том, что последнему нужна собака, однако разговора, что он отдаст ему именно Маламута, не было, так как эта собака нравилась его жене и детям и у него был умысел со временем забрать ее домой, на свою дачу. Он предлагал найти собаку ФИО1 другую.

Свидетель П также суду показал, что ФИО1 ему позвонил домой и сообщал, что хочет забрать собаку. Он ему сказал, что хозяин собаки К, сказал, чтобы ФИО1 ему звонил и спрашивал разрешение. Ранее, еще до того, как собака была похищена, он присутствовал при разговоре К и ФИО1 по поводу собаки. К говорил ФИО1, что если он хочет собаку, то этого щенка не трогай, а у него есть другая собака, он может ФИО1 её отдать. Он не слышал ни разу, чтобы К согласился отдать Чамкину именно эту собаку, что была у них на работе.

Также, в ходе проведения проверки показаний на месте, с участием ФИО1 органами предварительного следствия велась видеозапись.

Давая показания при проверке показаний на месте, подсудимый ФИО1 точно и достоверно рассказал и продемонстрировал на участке местности последовательность своих действий при совершении кражи собаки, указал место нахождения собаки. Его показания совпадают с показаниями, которые он изложил в протоколе явки с повинной от <дата>, где он признался в том, что он с территории рудника ГХК «Бор» в середине ноября 2017г. именно похитил собаку породы «Маламут» и передал её своему знакомому на дачу, а также с показаниями свидетелей, с которыми он был ознакомлен только в ходе выполнения требований ст. 217 УПК РФ.

Достаточная точность восприятия обстоятельств содеянного, подробное и детальное изложение подсудимым на протокол проверки показаний на месте обстоятельств совершения им преступления, свидетельствуют, о том, что вина подсудимого в хищении собаки, принадлежащей Потерпевший №1, полностью подтверждается.

При указанных обстоятельствах, доводы защиты, что действия ФИО1 необходимо переквалифицировать на ч.1 ст. 330 УК РФ (самоуправство) необоснованны, поскольку достоверно судом установлено, что никакого права у ФИО1 забирать у К указанную собаку не было. ФИО1 было известно, что К был против того, чтобы отдавать ему собаку породы Маламут, предупреждал ФИО1, чтобы последний не трогать указанную собаку.

Суд также критически относится к показаниям подсудимого ФИО1 и в части того, что он не имел корыстной заинтересованности при передаче собаки Н поскольку пожалел собаку, так как его показания опровергаются показаниями свидетелей К, П, Д которые показали, что никто на руднике плохо к собаке не относился, ее кормили, выгуливали, а также показаниями свидетеля Н, который показал, что ФИО1 просил у него 200 рублей за собаку, как он понял на выпивку.

То обстоятельство, что Н не дал ему 200 рублей, по причине того, что не имел при себе денег, не может расцениваться как факт того, что подсудимый не преследовал корыстной цели, в связи с чем, не даёт оснований считать, что подсудимый не совершил кражу собаки. Суд считает, что не передача денег ФИО1 на квалификацию содеянного не влияет.

Также, суд не принимает во внимание доводы подсудимого ФИО1 что размер ущерба в размере 25000 рублей (стоимость собаки) потерпевшей завышен, что стоимость собаки необходимо исчислять согласно справке ООО « Диамонд» в размере 12 500 рублей.

Из имеющейся в материалах уголовного дела справке ООО «Диамонд» от <дата>, следует, что средняя рыночная стоимость собаки породы «Маламут» возрастом 10 месяцев по состоянию на декабрь 2017 года составляет 12 500 рублей. ( л.д.41).

Суд считает необходимым признать размер причиненного ущерба потерпевшей в размере 25 000 рублей, поскольку указанный размер подтверждается имеющейся в материалах дела распиской, полученной от гр-ки К, из которой следует, что Потерпевший №1 в октябре 2017года купила у <...> щенка и породы «Маломут» за 25 000 рублей.

Допрошенная в судебном заседании свидетель К подтвердила, что действительно продала указанного щенка Потерпевший №1 за 25 000 рублей. Не доверять показаниям К у суда нет оснований, она была предупреждена об уголовной ответственности по ст. 306 УК РФ, последняя в суде показала, что она говорит правду.

Кроме того, сам ФИО1 в суде показал, что его знакомый <...> также подтвердил, что он по просьбе К в интернете ознакомился с примерной стоимостью щенка породы Маламут от 5000 до 35 000 рублей, что в целом укладывается в показания свидетеля К, что она купила щенка за 25 000 рублей.

В подобных случаях применению так называемого расчетного метода для определения стоимости ущерба, препятствует содержащийся в законе запрет постановлять обвинительный приговор на предположениях (ч. 4 ст. 14, ч. 4 ст. 302 УПК РФ). Указанная в справке ООО «Диамонд» сумма, установлена на основании данных интернета, что означает лишь предположительную оценку. Размер между продавцом и покупателем собаки был установлен по обоюдному согласию, за 25 000 рублей, потерпевшая Потерпевший №1 в дальнейшем также понесла затраты на приобретение собаки в размере 25 000 рублей, что подтверждалось распиской, то есть подтверждено доказательством, отвечающим названным в ст. 88 УПК РФ критериям, такая стоимость должна быть учтена при установлении общей суммы причиненного ущерба.

Ссылка подсудимого на то, что К написала потерпевшей К расписку уже в декабре 2017г. (после того, как собака уже была съедена), голословны и ничем не подтверждены.

Свидетель К суду показала, что она расписку написала в конце октября 2017г, после того, как потерпевшая полностью выплатила ей сумму в размере 25 000 рублей.

Мотив совершения преступления «хищение чужого имущества» судом установлен и не опровергается показаниями свидетелей, допрошенных в судебном заседании.

Суд, квалифицирует действия подсудимого ФИО1 по п. «в» ч. 2 ст.158 УК РФ, как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенная с причинением значительного ущерба гражданину.

При назначении наказания подсудимому, суд учитывает наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств.

Не смотря на то, что подсудимый ФИО1 вину не признал в части того, что он похитил собаку, суд признает обстоятельством, смягчающим наказание ФИО1 согласно п.«и» ч. 1 ст. 61 УК РФ явку с повинной, поскольку указанную явку, суд положил в основу доказательств вины подсудимого.

Кроме этого, суд также признает смягчающих наказание обстоятельством – наличие у подсудимого малолетнего ребенка.

Отягчающих наказание обстоятельств судом не установлено.

Суд при определении наказания подсудимому ФИО1 руководствуется требованиями ст.ст. 6, 43,60 УК РФ, учитывает, степень общественной опасности совершенного подсудимым преступления (направлено против собственности), личность виновного, который в деянном раскаивается, характеризуется по месту жительства <...>.

Размер штрафа установить с учетом материального положения подсудимого.

Суд, с учётом фактических обстоятельств совершения преступления и личности подсудимого, не находит оснований для изменения в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ категории совершённого преступления на менее тяжкое.

В силу ч.5 ст. 72 УК РФ, при назначении осужденному, содержавшемуся под стражей до судебного разбирательства, в качестве основного вида наказания штрафа, суд, учитывая срок содержания под стражей, смягчает назначенное наказание или полностью освобождает его от отбывания этого наказания.

Судом установлено, что 05.06.2018г. Постановлением Дальнегорского районного суда Приморского края ФИО1 был объявлен в розыск, с изменением ему меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении на содержание под стражей.

Согласно Информационного письма МО МВД России « Дальнегорский» <...>. сотрудниками ОП № УМВД России по <адрес> Ч был задержан и помещен в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>.

В судебном заседании ФИО1 суду пояснил, что он нарушил подписку о невыезде и уехал на вахту, поскольку не хотел терять работу.

Суд, с учетом обстоятельств совершения преступления, степени общественной опасности совершенного преступления, личности подсудимого, срока нахождения его под стражей, считает возможным применить положения ч.5 ст. 72 УК РФ и полностью освободить ФИО1 от отбывания наказания в виде штрафа.

В соответствии со ст. 110, 255 УПК РФ, мера пресечения подсудимому ФИО1 – задержание под стражей, в связи с рассмотрением дела, должна быть отменена.

Вещественные доказательства по делу отсутствуют.

Гражданским истцом по данному уголовному делу (л.д. 48-49) признана потерпевшая Потерпевший №1, гражданским ответчиком признан ФИО1 (л.д. 164).

Потерпевший №1 заявлен иск (л.д. 181) к ФИО1 в размере 25 000 рублей.

В судебном заседании ФИО1 исковые требования признал частично в размере 12500 рублей.

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ, вред, причинённый личности или имуществу гражданина, а также вред, причинённый имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред.

В соответствии с ч. 3 ст. 42 УПК РФ потерпевшему обеспечивается возмещение имущественного вреда, причинённого преступлением.

Поскольку причинённый вред преступлением в отношении Потерпевший №1 действиями подсудимого ФИО1 подтверждён материалами дела в размере 25000 рублей, суд считает необходимым данные исковые требования в соответствии со ст. 1064 ГК РФ удовлетворить.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 304, 307-309 УПК РФ, суд,

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ и назначить ему наказание в виде штрафа в размере 15 000 (пятнадцати тысяч) рублей.

В соответствии с ч. 5 ст. 72 УК РФ от назначенного наказания в виде штрафа, с учетом содержания ФИО1 под стражей - освободить.

Меру пресечения ФИО1 – заключение под стражу – отменить, освободить его из под стражи в зале суда.

Взыскать с ФИО1 в пользу Потерпевший №1 сумму имущественного ущерба в размере 25 000 ( двадцать пять тысяч) рублей 00 копеек.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Приморский краевой суд в течение 10 суток со дня его провозглашения. В случае подачи апелляционной жалобы, осуждённый вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, имеет право на защиту. Дополнительные апелляционные жалобы, представление подлежат рассмотрению, если они поступили в суд апелляционной инстанции не позднее чем за 5 суток до начала судебного заседания. В дополнительной жалобе потерпевшего, представлении прокурора, поданных по истечении срока обжалования, не может быть поставлен вопрос об ухудшении положения осужденного, если такое требование не содержалось в первоначальных жалобах и представлении.

Председательствующий судья Поташова И.И.