Решение № 2-2271/2024 2-2271/2024~М-1559/2024 М-1559/2024 от 16 июля 2024 г. по делу № 2-2271/2024

Дело № 2-2271/2024

УИД 03RS0064-01-2024-002263-59


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Уфа 16 июля 2024 года

Уфимский районный суд Республики Башкортостан в составе: председательствующего судьи Вахитовой Д.М.,

при секретаре судебного заседания Кагировой К.А.,

с участием:

помощника прокурора – Бадретдиновой Л.В.,

представителя истца – ФИО1,

представители ответчика – ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 ФИО17 к ООО «Чесновское ДРСУ» о компенсации морального вреда, судебных расходов.

установил:

ФИО4 обратился в суд с иском к ООО «Чесновское ДРСУ» о компенсации морального вреда, судебных расходов.

В обоснование требований указал, что 30.04.2021 г. между ООО «Чесновское ДРСУ» и ФИО4 был заключен срочный трудовой договор № 2021-135, в соответствии с которым последний принят на должность машиниста крана манипулятора.

28.10.2022 г. с истцом произошел несчастный случай, факт которого ответчик скрыл.

Так, 27.10.2022 г. по Watsapp был определен фронт работы на 28.10.2022 г., согласно которому истец был обязан забрать с Демы MANцентр по адресу: <адрес>., манипулятор Hyundai (г/н 913), проехать за коллегами по адресу <адрес> а далее осуществить погрузку охранной будки и увези до указанного места. Истец, приехав на базу <адрес> для того, чтобы освободить места для груза установил машину манипулятор HYUNDAI на опоры (выдвинул опоры - это его рабочее положение, для устойчивости). Необходимо было разгрузить/убрать люльку манипулятора (корзину для поднятия людей), в целях освобождения и подготовки места в кузове манипулятора для охранной будки. ФИО4 поднялся до кабины управления, расположенной над основной кабиной (кабина управления самодельная) поднял кабину манипулятора в рабочее вертикальное положение. Люльку цепляли/и отцепили коллеги, и поставили на землю. Чтобы при движении по городу не зацепить трамвайные/троллейбусные электропровода необходимо было манипулятор собрать в транспортное положение и опустить кабину в горизонтальное положение. Истец вышел из кабины, начал опускать кабину манипулятора в горизонтальное транспортное положение (чтобы опустить кабину, нужно было отжать стопор и уложить эту кабину). Истец ногой отжал стопор, придерживая кабину, но кабина никак не возвращалась на свое горизонтальное положение. После очередной попытки кабина пошла вниз на свое место в горизонтальное положение, и потащила истца в сторону, что привело к его падению с высоты 3 м, многократно ударяясь головой и телом об лестницу, об опоры манипулятора hyundai, он приземлился головой на землю засыпанной щебенкой. Истец находился в состоянии болевого шока, но помнит, что голова истекала кровью, одежда была в крови, его отвезли в больницу ГКБ N 21. Истец в это время находился в сознании, но за свои действия отвечать полноценно не мог, не мог позвонить близким и сообщить о происшедшем. Инспектор по тех безопасности ФИО5 представилась врачам ГКБ №21 племянницей истца и сообщила, что «он упал с крыши на даче», о чем фигурируют записи в Амбулаторной карточке ГКБ №21 для сокрытия факта травмы на рабочем месте.

28.10.2022 г. в ГКБ №21 истцу провели обследование КТ брюшной области, по заключению которой брюшная область без существенных изменений, и КТ головного мозга, заключением которого установлен отёк, подкожная гематома, подкожная эмфизему мягких тканей теменной области слева. Раны обработали, наложили швы. Истец находился на больничном с 28.10.2023 г. по 07.11.2022 г. под наблюдением невролога по месту жительства. Так как его состояние не улучшалось, 14.11.2022 г. истец обратился на прием к нейрохирургу клиники ООО «Клиника интеллектуальной нейрохирургии», установлен диагноз: ОЗЧМТ легкой степени, сотрясение головного мозга, острый период, ушибленная рана височной области. Также, была назначена дополнительная диагностика: ФГДС, МРТ шейного отдела, грудного, поясничного отдела.

В ходе обследования выяснилось, что ГКБ №21, халатно отнеслась к осмотрю и исследования характера травмы, а именно: при промывании раны, оставили песок и мусор в ране, который в последующем мог привести к сепсису; не обнаружили перелом шейных отделов позвонков и т.д.

15.11.2022 г. в ООО «Клиника Интеллектуальной Нейрохирургии» было проведено обследование ФГДС с выдачей заключения. В связи с загноением раны провели хирургическую обработку.

16.11.2022 г. в ООО «Клиника интеллектуальной нейрохирургии» провели обследования МРТ позвоночника.

В связи с непрекращающимися болями в поясничном отделе и головокружениями 17.11.2022 г. в ООО «Многофункциональном медицинском центре «Профилактическая медицина»» провели осмотр врачом травматологом-ортопедом и рентгенографию мелких суставов, мелких костей. В ходе осмотра был поставлен диагноз: ушиб мягких тканей грудной клетки и компрессионный перелом L1 позвоночника. Дополнительное обследование: Рентген ребер в 2-х проекциях.

21.11.2022 г. в связи с падением с высоты у истца стало падать зрение, и он обратился в ЗАО «Оптимедсервис» за диагностикой и проведения обследования. В ходе обследования выявили одиночные друзы мембраны Бруха, что подтверждают ухудшение зрения в ходе получения травмы. Для лечения необходимо оперативное вмешательство или возможна полная потеря зрения.

Также, 21.11.2022 г. было проведено МРТ кисти, на которую опирался истец при падении для возможности смягчения удара. МРТ установила повреждение связок запястья и пястно- фалангового сустава, умеренное повреждение треугольника мениска.

29.11.2022 г. в связи с непрекращающимися болями в поясничном отделе и онемением покровов головы, головными болями, истец снова обратился в ООО "Клиника интеллектуальной нейрохирургии» к нейрохирургу, поставлен диагноз: Множественная травма ЗЧМТ легкой степени, сотрясение головного мозга, подострый период, ушиблено-рваная рана височно-теменной области, компрессионный перелом L позвоночника подострый период, ушиб мягких тканей грудного и поясничного отделов, повреждение связок запястно-пястном пястном и пястно- фаланговом суставе. Контрольно было назначено пройти ортопеда и МРТ через год.

01.12.2022 г. при посещении ортопеда и проведении осмотра было подтверждение компрессионного перелома позвонка L1, перелом 10 ребра со смещением справа, рвано- скальпированная рана головы, повреждение сухожилий мышц отводящей 1 палец правой кисти.

07.02.2023 г. представителем истца были затребованы документы по факту расследования несчастного случая на производстве, однако ответчиком направлен не весь комплект запрашиваемых документы, а именно отсутствовали документы расследования несчастного случая.

24.03.2023 г. в связи с сокрытием несчастного случая на производстве были направлены письменные жалобы в Государственную инспекцию труда в Республики Башкортостан, Социальный фонд России Республики Башкортостан, Прокурату Октябрьского района г. Уфы Республики Башкортостан, что подтверждается почтовой описью об отправки.

19.04.2023 г. Государственной инспекцией труда в Республике Башкортостан, выдано предписание ответчику об оформление Акта по форме Н-1, в связи с тем, что доводы, изложенные в обращении подтверждены. От ответчика уведомлений о проведении расследования по факту производственной травмы не поступало.

06.09.2023 г. истец обратился к ответчику с письменным заявлением о компенсации морального вреда за травму, полученную на производстве, увеличении процента утраты профессиональной трудоспособности, однако требование осталось без удовлетворения.

На сегодняшний день, истец продолжает лечение и находится на больничном, не может осуществлять трудовую деятельность по причине здоровья.

На основании изложенного, истец просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в сумме 500 000 рублей, судебные расходы в размере 51 581, 08 рублей, состоящие их оплаты услуг представителя и почтовые расходы.

Истец ФИО4 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом. Его представитель ФИО1 поддержала исковые требования, просила иск удовлетворить.

Представитель ответчика ФИО2 просила снизить компенсацию морального вреда до 20 000 рублей и судебные расходы до 7 000 рублей, ссылаясь на доводы, изложенные в письменном возражении на иск. Полагает, что требования истца являются завышенными. Ответчик добровольно возместил вред в виде приобретения предметов первой необходимости на сумму 5 863, 48 руб. при нахождении на стационарном лечении в ГКБ №21 в период с 28.10.2022г. по 03.11.2022 г. Кроме того, ответчиком были оплачены медицинские услуги на общую сумму 67 327 руб., а также санаторно-курортное лечение в санатории «Анган-Тау» на сумму 65 940 руб. Просят учесть требования разумности и справедливости, на основании ст. 1101 ГК РФ снизить размер компенсации морального вреда.

Ответчик возражает относительно суммы, предъявленной истцом в возмещение судебных расходов в размере 51 581,08 руб., из которых 50 000 руб.- расходы на оплату услуг представителя, 1 581,08 руб. - почтовые расходы, считает ее чрезмерной.

Договором на оказание комплексных юридических услуг по ведению гражданского дела от 10.03.2023 г. предусмотрено, что услуги заключаются в подготовке претензии, процессуальных документов, ведении гражданского дела. Расходы представителя, необходимые для исполнения его обязательства по оказанию юридических услуг, например, расходы на ознакомление с материалами дела, на использование сети "Интернет", на мобильную связь, на отправку документов, не подлежат дополнительному возмещению другой стороной спора, поскольку в силу статьи 309.2 ГК РФ такие расходы, по общему правилу, входят в цену оказываемых услуг, если иное не следует из условий договора (часть 1 статья 100 ГПК РФ). Договором не предусмотрено, что сопутствующие расходы возмещаются дополнительно. Представителем отправлены: претензия ответчику на сумму 237,04 руб., жалоба в Социальный фонд РБ на сумму 349,08 руб., жалоба в прокуратуру Октябрьского района г. Уфы на сумму 349,08 руб., в Государственную инспекцию труда в РБ на сумму 349,08 руб., заявление ответчику на выдачу документов на сумму 297,04 руб., исковое заявление. Следует отметить и то, что расходы на направление жалобы в Социальный фонд РБ на сумму 349,08 руб., жалобы в прокуратуру Октябрьского района г. Уфы на сумму 349,08 руб., в Государственную инспекцию труда в РБ на сумму 349,08 руб., заявление ответчику на выдачу документов на сумму 297,04 руб. не являются судебными расходами по смыслу ст. 94 ГПК РФ и не подлежат возмещению в принципе.

Указанное дело не обладает повышенной категорией сложности, подготовка документов для квалифицированного юриста по делу не является сколько-нибудь затруднительной, представитель участвовал в одном предварительном заседании. В связи с чем, полагают что стоимость оказанных юридических услуг, заявленных ФИО4 не может быть более 7 000 рублей.

Помощник прокурора Бадретдинова Л.В. просила удовлетворить требования иска, полагая их законными и обоснованными, с учетом принципа разумности и справедливости.

Выслушав явившихся лиц, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства, суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, 30.04.2021 г. между ООО «Чесновское ДРСУ» и ФИО4 был заключен срочный трудовой договор № 2021-135, в соответствии с которым последний принят на должность машиниста крана манипулятора.

28.10.2022 г. произошел несчастный случай на производстве, в результате которого ФИО4 причинен вред здоровью.

Согласно заключению государственного инспектора труда от 19.04.2023 г. по несчастному случаю с легким исходом от 28.10.2022 г., в связи с поступившим обращением истца, установлены обстоятельства несчастного случая с машинистом крана манипулятора ФИО4, произошедшем 28.10.2022 в 9.30 часов на площадке электрогазосварочного цеха ООО «Чесноковское ДСУ» в результате падения пострадавшего с площадки крана манипулятора на землю с высоты 2,65 м.

Так, 27.10.2022 г. в 08.05 часов диспетчер по транспорту автотранспортного цеха ФИО6 предварительно позвонив ФИО4, определила фронт работы на 28.10.2022, согласно поставленного директором ФИО7 задания, необходимо было перевезти постовое помещение охранника (будку охранника) с территории Многофункционального центра «Артерия», расположенного по адресу: РФ, РБ, г. Уф1, <адрес>,67/2 на базу ООО «Чесноковское ДСУ», по адресу: РФ, РБ, <адрес> (жилой район в западной города Уфы) использованием крана-манипулятора автомобильного Hyundai 10DongYangSS2725LB гос. номер С 912 BK 102, а перед этим забрать с базы ООО «Чесноковское ДСУ» (РФ, РБ, <адрес>) электрогазосварщика ФИО8

Также ФИО4 диспетчером по транспорту ФИО6 было отправлено сообщением фото будки охранника, которую необходимо было перевезти. Прибыв, машинист манипулятора ФИО9 завел Hyundai г/н C912BK 102RUS и выгнал из бакса, показал впервые, как управлять данной техникой. ФИО4 сев в манипулятор, направился на базу в ООО «ЧДСУ», расположенной по адресу: РБ <адрес>, ние 5, строение 1, оф. 5.

В 08.00 часов заехав на территорию базы. Зашел в диспетчерскую (административное здание, рядом с постом охраны), взял путевой лист на манипулятор Hyundai г/н C912BK 102RUS, его выдал механик ФИО10 и прошел медосмотр. Далее, сев в машину Hyundai г/н C912BK 102RUS, проехал до заправочной машины (находится на территории базы), заправив 100 литров дизельного топлива, расписался в ведомости о заправке, и поехал за сварщиком ФИО8, находившимся в вагончиках, в другой части базы.

На данном манипуляторе Hyundai г/н C912BK 102RUS ФИО11 ранее не стажировался и никогда не работал. Перед тем как приступить к исполнению поставленной задачи на этот день, никакие инструктажи ФИО4 не проводились, средства защиты не давались, сведения о размерах и габаритах будки, которую необходимо было перевезти не сообщалось. Технический осмотр манипулятора Hyundai г/н № никто не проводил.

Прибыв, ФИО4 остановился напротив вагончика сварщиков. Войдя в вагончик, позвал сварщика ФИО8, после чего втроем вышли на улицу, сварщики ФИО8 и ФИО12

Для того, чтобы перевезти будку, согласно заданию на 28.10.2022, необходимо было подготовить место в кузове манипулятора Hyundai г/н C912BK 102RUS разгрузив/убрать люльку манипулятора.

ФИО4 перед началом работы установил манипулятор на опоры (выдвинул опоры, для устойчивости). Поднялся по металлической лестнице до кабины управления манипулятором, встал на имеющуюся площадку, расположенной на крайней верхней ступени лестницы, подняв кабину управления манипулятором в рабочее вертикальное положение вручную (т.к. подъем кабины управления осуществляется только вручную), держал ручку за металлический поручень. Сев в кабину управления, поднял стрелу манипулятора, подал крюк стрелы к люльке манипулятора. Сварщики ФИО8 и резчик ФИО12 произвели зацепку люльки, далее ФИО4 поднял и установил на землю.

Чтобы при движении по городу не зацепить трамвайные/троллейбусные электропровода в связи с этим необходимо было кабину управления манипулятором собрать в транспортное положение, опустить кабину в горизонтальное положение. ФИО4 выйдя из кабины, встал на имеющуюся площадку, далее правой ногой наступил на крышу серой металлической конструкции, которая располагается за кабиной водителя. Держась левой рукой за поручень, отжал стопор правой рукой и начал опускать кабину управления манипулятором в горизонтальное транспортное положение, но кабина не опускалась, чтобы перейти в горизонтальное положение. ФИО4 несколько раз повторил данные действия, и в какой-то момент кабина управления резким движением откинулась в горизонтальное положение и потащила ФИО4 за собой.

Учитывая, резкость движения, и то, что ФИО4 находился на высоте, в неустойчивом положении, контролировать ситуацию в эту секунду и попытаться как-либо удержаться не представилось возможным.

ФИО4 начал падать вниз с высоты примерно 2,60 м, ударяясь головой и телом об выдвинутые опоры манипулятора, и металлические конструкции машины, после чего приземлился головой на землю засыпанной щебенкой. Работники немедленно сообщили о произошедшем руководству. Далее ФИО4 доставили в ГБУЗ РБ ГКБ № 21 г. Уфа.

Согласно выводам государственного инспектора труда, на основании проведенного расследования, данный несчастный случай, происшедший с ФИО4 подлежит квалификации как связанный с производством, оформлению актом формы Н-1, учету и регистрации в ООО «Чесноковское ДСУ».

Причины несчастного случая: 1. Неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в необеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы. Нарушены требования абз.2 ч.3 ст. 214 Трудового кодекса РФ.

- недостатки в создании и обеспечении функционирования системы управления охраной труда. Нарушены требования абз.3 ч.3 ст. 214 Трудового кодекса РФ.

2. Недостатки в организации подготовки работников по охране труда, в части допуска допущен к работе и эксплуатации транспортного средства без прохождения стажировки инструктажа по охране труда. Нарушены требования абз. 11 ч. 3 ст. 214 Трудового кодекса РФ; п.19 «Правил обучения по охране труда и проверки знания требований охраны труда», утвержденных постановлением Правительства РФ от 24.12.2021 № 2464н.

3. Неприменение работником средств индивидуальной защиты, вследствие необеспеченности ими работодателем. Нарушены требования абз. 9 ч. 3 ст. 214, ст. 221 Трудового кодекса РФ, п.п. 4, 13 «Межотраслевых правил обеспечения работников специальной одеждой, специальной обувью и другими средствами индивидуальной защиты», утв. приказом от 1 июня 2009 № 290н.

Заключение о лицах, ответственных за допущенные нарушения законодательных и иных нормативных правовых, локальных нормативных актов, явившихся причинами несчастного случая (п.8) :

8.1. ООО «Чесноковское ДСУ» - не обеспечило безопасные условия труда, не обеспечило контроль со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы; не обеспечило функционирование системы управления охраной труда; не обеспечило средствами индивидуальной защиты. Нарушены требования абз.2, 3, 9 ч.3 ст. 214, 221 Трудового кодекса РФ; п.п. 4, 13 «Межотраслевых правил обеспечения работников специальной одеждой, специальной обувью и другими средствами индивидуальной защиты», утв. приказом от 1 июня 2009 № 290н.

8.2 ФИО10 - главный механик автотранспортного цеха ООО «Чесноковское ДСУ» не обеспечил безопасные условия труда, не осуществил контроль технического состояния транспортного средства; не осуществил контроль за ходом выполнения работ; не обеспечил проведения стажировки и инструктажа по охране труда. Нарушены требования абз.3,9 ч.3 ст. 214 рудового кодекса РФ; п.19 «Правил обучения по охране труда и проверки знания требований охраны труда», утвержденных постановлением Правительства РФ от 24.12.2021 № 2464,п.3.5, 3.14 3.26, 3.36 должностной инструкции главного механика ООО «Чесноковкое ДСУ».

8.3 ФИО7 – директор не обеспечил безопасные условия труда, функционирование системы управления охраной труда; необеспечение средствами индивидуальной защиты. Нарушены требования абз. 3, 9 ч. 3 ст. 214, 221 Трудового кодекса РФ; п.п. 4, 13 «Межотраслевых правил обеспечения работников специальной одеждой, специальной обувью и другими средствами индивидуальной защиты», увт. Приказом от 1 июня 2009 г. №290н; п.п. 7, 8 должностной инструкции директора ООО «Чесноковское ДСУ».

20.04.2023 г. на основании заключения государственного инспектора труда ФИО13 от 19.04.2023 г. директором ООО «Чесноковское ДСУ» ФИО7 составлен Акт № 1 о несчастной случае на производстве по форме Н-1.

Установлено, что сразу после получения травмы, 28.10.2022 г. в 10.00 час. ФИО4 доставили в ГБУЗ РБ ГКБ № 21, в тот же день провели обследование КТ брюшной области, по заключением которой брюшная область без существенных изменений, и КТ головного мозга, заключением которого установлен отёк, подкожная гематома, подкожная эмфизему мягких тканей теменной области слева. Раны обработали, наложили швы.

Из представленных стороной истца медицинских документов следует, что ФИО4 периодически в связи с полученной травмой проходит различные медицинские обследования и лечение.

Истец находился на больничном с 28.10.2023 г. по 07.11.2022 г. под наблюдением невролога по месту жительства.

14.11.2022 г. истец обратился на прием к нейрохирургу клиники ООО «Клиника интеллектуальной нейрохирургии», установлен диагноз: ОЗЧМТ легкой степени, сотрясение головного мозга, острый период, ушибленная рана височной области. Также, была назначена дополнительная диагностика: ФГДС, МРТ шейного отдела, грудного, поясничного отдела.

15.11.2022 г. в ООО «Клиника Интеллектуальной Нейрохирургии» было проведено обследование ФГДС с выдачей заключения. В связи с загноением раны провели хирургическую обработку.

16.11.2022 г. в ООО «Клиника интеллектуальной нейрохирургии» провели обследования МРТ позвоночника.

В связи с непрекращающимися болями в поясничном отделе и головокружениями 17.11.2022 г. в ООО «Многофункциональном медицинском центре «Профилактическая медицина»» провели осмотр врачом травматологом-ортопедом и рентгенографию мелких суставов, мелких костей. В ходе осмотра был поставлен диагноз: ушиб мягких тканей грудной клетки и компрессионный перелом L1 позвоночника. Дополнительное обследование: Рентген ребер в 2-х проекциях.

21.11.2022 г. в связи с падением с высоты у истца стало падать зрение, и он обратился в ЗАО «Оптимедсервис» за диагностикой и проведения обследования. В ходе обследования выявили одиночные друзы мембраны Бруха, что подтверждают ухудшение зрения в ходе получения травмы. Для лечения необходимо оперативное вмешательство или возможна полная потеря зрения.

Также, 21.11.2022 г. было проведено МРТ кисти, на которую опирался истец при падении для возможности смягчения удара. МРТ установила повреждение связок запястья и пястно- фалангового сустава, умеренное повреждение треугольника мениска.

29.11.2022 г. связи с непрекращающимися болями в поясничном отделе и онемением покровов головы, головными болями, истец снова обратился в ООО "Клиника интеллектуальной нейрохирургии» к нейрохирургу, поставлен диагноз: Множественная травма ЗЧМТ легкой степени, сотрясение головного мозга, подострый период, ушиблено-рваная рана височно-теменной области, компрессионный перелом L позвоночника подострый период, ушиб мягких тканей грудного и поясничного отделов, повреждение связок запястно-пястном пястном и пястно- фаланговом суставе. Контрольно было назначено пройти ортопеда и МРТ через год.

01.12.2022 г. при посещении ортопеда и проведении осмотра было подтверждение компрессионного перелома позвонка L1, перелом 10 ребра со смещением справа, рвано- скальпированная рана головы, повреждение сухожилий мышц отводящей 1 палец правой кисти.

Согласно медицинскому заключению о характере и степени тяжести полученных повреждений здоровья от 06.04.2023 г. выданному ГБУЗ РБ ГКБ № 21 г. Уфы, пострадавший ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ г.р., поступил в ГБУЗ РБ ГКБ№ 21 г. Уфа нейрохирургическое отделение, 28.10.2022 г. в 14.00, полученная травма – сотрясение головного мозга, ушибленная рана головы.

Согласно схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве указанное повреждение относится к категории легкой.

В соответствии с частью 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя (часть 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, гарантии и компенсации, установленные в соответствии с данным кодексом, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (часть 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

Правовое регулирование отношений по возмещению вреда, причиненного здоровью, или в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания осуществляется нормами Федерального закона от 24 июля 1998 г. №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» (далее – Федеральный закон от 24 июля 1998 г. №125-ФЗ), которыми предусматривается, что обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, являясь видом социального страхования, устанавливается для социальной защиты застрахованных путем предоставления в полном объеме всех необходимых видов обеспечения по страхованию в возмещение вреда, причиненного их жизни и здоровью при исполнении обязанностей по трудовому договору (пункт 1 статьи 1 данного закона).

Абзац второй пункта 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. №125-ФЗ предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами (абзац 14 части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что расследованию и учету в соответствии с главой 36 Трудового кодекса Российской Федерации подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

В соответствии с частью 3 статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены: телесные повреждения (травмы), в том числе нанесенные другим лицом; тепловой удар; ожог; обморожение; утопление; поражение электрическим током, молнией, излучением; укусы и другие телесные повреждения, нанесенные животными и насекомыми; повреждения вследствие взрывов, аварий, разрушения зданий, сооружений и конструкций, стихийных бедствий и других чрезвычайных обстоятельств, иные повреждения здоровья, обусловленные воздействием внешних факторов, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли, в частности:

- в течение рабочего времени на территории работодателя либо в ином месте выполнения работы, в том числе во время установленных перерывов, а также в течение времени, необходимого для приведения в порядок орудий производства и одежды, выполнения других предусмотренных правилами внутреннего трудового распорядка действий перед началом и после окончания работы, или при выполнении работы за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени, в выходные и нерабочие праздничные дни;

- при следовании к месту выполнения работы или с работы на транспортном средстве, предоставленном работодателем (его представителем), либо на личном транспортном средстве в случае использования личного транспортного средства в производственных (служебных) целях по распоряжению работодателя (его представителя) или по соглашению сторон трудового договора;

- при следовании к месту служебной командировки и обратно, во время служебных поездок на общественном или служебном транспорте, а также при следовании по распоряжению работодателя (его представителя) к месту выполнения работы (поручения) и обратно, в том числе пешком.

При несчастных случаях, указанных в статье 227 Трудового кодекса Российской Федерации, работодатель (его представитель) обязан в числе прочего немедленно организовать первую помощь пострадавшему и при необходимости доставку его в медицинскую организацию; немедленно проинформировать о несчастном случае органы и организации, указанные в Кодексе, других федеральных законах и иных нормативных правовых актах Российской Федерации, а о тяжелом несчастном случае или несчастном случае со смертельным исходом - также родственников пострадавшего; принять иные необходимые меры по организации и обеспечению надлежащего и своевременного расследования несчастного случая и оформлению материалов расследования в соответствии с главой 36 Трудового кодекса Российской Федерации (абзацы первый, второй, пятый и шестой статьи 228 Трудового кодекса Российской Федерации).

Несчастный случай на производстве является страховым случаем, если он произошел с застрахованным или иным лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть 7 статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации).

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В абзаце 3 пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно пункту 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

В соответствии с пунктом 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» работник в силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть восьмая статьи 216.1 Трудового кодекса Российской Федерации). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» осуществляется причинителем вреда.

В случае смерти работника или повреждения его здоровья в результате несчастного случая на производстве члены семьи работника имеют право на компенсацию работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного нарушением принадлежащих им неимущественных прав и нематериальных благ.

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, компенсируется в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора, а в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (статья 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.

В пункте 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.

Разрешая спор, руководствуясь вышеназванными положениями закона, суд установил, что в результате несчастного случая, произошедшего 28.10.2022 г. на рабочем месте ФИО4 получил травму, квалифицирующуюся как легкая, работодателем не были обеспечены безопасные условия труда ФИО4, что сторонами не оспаривается, приходит к выводу о наличии правовых оснований для взыскания в пользу истца с работодателя ООО «Чесноковское ДРСУ» компенсации морального вреда.

Определяя размер денежной компенсации морального вреда в сумме 100 000 рублей, удовлетворяя исковые требования частично, суд учитывает характер причиненных истцу физических и нравственных страданий, установление легкой степени тяжести вреда здоровью, тот факт, что истец после произошедшего с ним несчастного случая до настоящего времени испытывает физическую боль, проходит лечение, а также степень вины ответчика, не обеспечившего безопасность условий труда истца, требования разумности и справедливости.

В связи чем, доводы ответчика, выражавшего мнение о завышенном требовании истца, полагавшим возможным взыскать компенсацию морального вреда в сумме 20 000 рублей не могут быть приняты во внимание. Указанный размер компенсации определен судом с учетом цели реального восстановления нарушенного права.

Разрешая заявление истца о взыскании судебных расходов на оплату услуг представителя и почтовых расходов, суд приходит к следующему.

Согласно статье 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Абзацами 5 и 8 статьи 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся расходы на оплату услуг представителей; почтовые расходы.

В силу статье 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах (часть 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" разъяснено, что, разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, часть 4 статьи 1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, часть 4 статьи 2 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 3, 45 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, статьи 2, 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная ко взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (пункт 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела").

Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что критериями отнесения расходов лица, в пользу которого состоялось решение суда, к судебным издержкам является наличие связи между этими расходами и делом, рассматриваемым судом с участием этого лица, а также наличие необходимости несения этих расходов для реализации права на судебную защиту. Размер таких понесенных и доказанных расходов может быть подвергнут корректировке (уменьшению) судом в случае его явной неразумности (чрезмерности), определяемой судом с учетом конкретных обстоятельств дела.

Как следует из договора на оказание комплексных юридических услуг по ведению гражданского дела от 10.01.2023 года, исполнитель ФИО14 обязалась оказать заказчику ФИО4 юридические услуги на признание травмы на производстве с взысканием морального вреда с ООО «Чесноковское ДРСУ». Стоимость услуг установлена сторонами в размере 50 000 рублей (п.6.1), расписка в получении денежных средств подтверждает получение ФИО1 денежных средств в указанной сумме.

Определяя размер судебных расходов на оплату услуг представителя, суд принимает во внимание среднюю стоимость юридических услуг в Уфе, информация о которой размещена в открытом доступе в сети Интернет, объем проделанной представителем работы, характер спора, степень его сложности, результат рассмотрения дела по существу спора, и приходит к выводу о частичном удовлетворении требования в размере 20 000 рублей.

Соответственно доводы ответчика о том, что размер услуг представителя не может быть более 7 000 рублей признается несостоятельным.

Как видно по обстоятельствам дела, истец обращался с письменными жалобами в Государственную инспекцию труда в РБ, Социальный фонд РБ, прокуратуру Октябрьского района г. Уфы, к ответчику именно по причине произошедшего с ним 28.10.2022 г. несчастного случая на производстве ООО «Чесноковсое ДРСУ», ввиду сокрытия несчастного случая работодателем. В связи с отказом в добровольном порядке возместить причиненный моральный вред, истец обратился в суд, направив иск по почте.

Согласно квитанциям об отправке почтовых отправлений, истцом подтверждены почтовые расходы на сумму 1581, 32 рублей, в связи с чем они подлежат взысканию с ответчика в его пользу.

Доводы ответчика, полагающего, что расходы на направление жалобы в Социальный фонд РБ на сумму 349,08 руб., жалобы в прокуратуру Октябрьского района г. Уфы на сумму 349,08 руб., в Государственную инспекцию труда в РБ на сумму 349,08 руб., заявление ответчику на выдачу документов на сумму 297,04 руб. не являются судебными расходами по смыслу ст. 94 ГПК РФ и не подлежат возмещению в принципе, основаны на ошибочном толковании норм материального права и во внимание не принимаются.

Учитывая, что истец в соответствии с п. 19 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации освобожден от уплаты госпошлины при подаче иска, который частично удовлетворен судом, на основании ст. 103 ГПК РФ с ответчика подлежат взысканию государственная пошлина в доход местного бюджета в размере 300 рублей.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО3 ФИО18 к ООО «Чесноковское ДРСУ» о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов, удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «Чесноковское ДРСУ» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу ФИО3 ФИО19 паспорт № компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 20 000 рублей, почтовые расходы в сумме 1 581,32 рублей.

Взыскать с ООО «Чесноковское ДРСУ» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в местный бюджет госпошлину в размере 300 рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО3 ФИО20 в большем размере, отказать.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд РБ через Уфимский районный суд Республики Башкортостан в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

Судья Д.М. Вахитова