Апелляционное определение № 33-11496/2026 от 24 февраля 2026 г.

Судья: Новикова А.С.

Дело № 33-11496/2026УИД 50RS0021-01-2024-015880-82


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Красногорск Московской области 25 февраля 2026 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Московского областного суда в составе:

председательствующего судьи Цуркан Л.С.,

судей Гулиной Е.М., Родиной Т.Б.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Деевым С.А.,

с участием прокурора Сало М.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело <данные изъяты> по иску ФИО к ФИО о компенсации морального вреда, возмещении материального ущерба, взыскании судебных расходов,

по апелляционной жалобе ФИО,

по апелляционной жалобе ФИО,

на решение Красногорского городского суда Московской области от 5 ноября 2025 г.

Заслушав доклад судьи Цуркан Л.С.,

объяснения истца, ответчика, представителя ответчика,

заключение прокурора Сало М.В. о законности вынесенного решения судом первой инстанции,

УСТАНОВИЛА:

ФИО обратилась в суд с иском (с учетом уточнений исковых требований) к ФИО о компенсации морального вреда, возмещении материального ущерба, взыскании судебных расходов.

Просила взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 1 500 000 руб., в счет возмещения материального вреда 432 915 руб., почтовые расходы в размере 2 667,61 руб., расходы по уплате госпошлины в размере 14 664 руб., расходы по оплате аутоиммунного анализа в размере 4 310 руб., расходы по оплате госпошлины при уточнении иска в размере 15 338 руб., расходы на оплату нотариальных услуг в размере 32 968 руб.

В обоснование иска указала, что она по рекомендации знакомых путем переписки в мессенджере WhatsApp договорилась о проведении процедуры на лице в Салоне красоты ООО «МейджикСтайл» - инъекции гиалуроновой кислоты. Ранее у косметолога ФИО истец уже делала такие процедуры без нареканий. Поскольку косметолог ФИО работала в салоне красоты, истец полагала, что она имеет необходимое медицинское образование. 18.11.2022 года ФИО ответила истцу в переписке, что готова принять ее на процедуру не в салоне красоты, а у себя дома. Так, 18.11.2022 года ответчик провела истцу необходимую процедуру на лице, а после стала уговаривать истца провести процедуру на шее с применением другого, неизвестного истцу препарата. Поскольку истец является аллергиком, какую-либо процедуру на шее делать не хотела, но поддалась уговорам ответчика. Название препарата истец не знала, вещество ответчик набирала из начатой ампулы, карту пациента или анкету не заполняла, о наличии противопоказаний у истца не интересовалась, о противопоказаниях использования препарата истцу не сообщала, при этом провела процедуру введения препарата несколькими уколами в шею. В результате указанных действий ответчика в местах введения уколов на шее истца сразу возникли папулы, которые обычно проходят на следующий день. Однако папулы на следующий день увеличились в размерах и покраснели, стали болезненными. С жалобами на воспаление истец обратилась к ответчику, которая назначила истцу препараты: дексаметазон, затем лонгидазу. После применения данных препаратов никаких положительных изменений не наступило. Ответчик обвинила истца в том, что она не предупредила ее о наличии аллергических реакций. Ответчик вернула истцу часть суммы, оплаченной за оказанные услуги, также оплатила одну консультацию врача и препарат лонгидазу. Затем ответчик в ультимативной форме предложила истцу заключить мировое соглашение, условия которого истца не устроили. Переговоры не привели к какому-либо результату. В связи с проведенной ответчиком косметологической процедурой и причинением вреда здоровью, истец вынуждена была проходить лечение, в том числе оперативное вмешательство для удаления возникших образований на шее, проходила реабилитацию, приобретала и принимала различные препараты, в числе прочего у истца повысился уровень сахара в крови. Всего расходы на лечение составили 432 915 руб. По факту причинения ответчиком вреда здоровью истец обратилась в правоохранительные органы, которыми по заявлению истца возбуждено уголовное дело. Также вышеуказанными действиями ответчика истцу причинен моральный вред, который ФИО оценивает в 1 500 000 руб. Поскольку ответчик от возмещения вреда уклоняется, истец обратилась в суд с вышеуказанными требованиями.

Истец ФИО и ее представитель в судебное заседание суда первой инстанции явились, требования иска поддержали в полном объеме.

Ответчик ФИО не явилась, извещена надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, обеспечила явку своего представителя ФИО, которая возражала против удовлетворения требований иска.

Решением Красногорского городского суда Московской области от 5 ноября 2025 г. исковые требования удовлетворены частично.

Суд взыскал с ФИО в пользу ФИО компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей, расходы на лечение в размере 106 665 рублей, расходы по оплате аутоиммунного анализа в размере 4 310 рублей, расходы по оплате услуг нотариуса в размере 7 424 рублей 16 копеек, почтовые расходы в размере 677 рублей 04 копеек, расходы по уплате государственной пошлины в размере 4 170 рублей 19 копеек; исковые требования ФИО к ФИО в большем размере оставил без удовлетворения.

В апелляционной жалобе ответчик просит решение суда изменить и снизить размер суммы взысканной компенсации морального вреда.

В апелляционной жалобе истец просит решение суда отменить в части удовлетворенных требований и вынести новое решение.

Законность и обоснованность решения суда первой инстанции проверены судебной коллегией по гражданским делам Московского областного суда в порядке, установленном главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов апелляционной жалобы.

Проверив материалы дела в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционных жалоб, заслушав пояснения явившихся лиц, заключение прокурора, судебная коллегия оснований для отмены или изменения обжалуемого решения не усматривает.

В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. № 23 «О судебном решении» решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению.

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

В соответствии со статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Судебная коллегия полагает, что обжалуемое решение суда таким требованиям соответствует.

Статьей 41 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого Федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Пунктом 9 части 5 статьи 19 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» предусмотрено право пациента на и возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи. Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Порядок заключения договора на оказание платных медицинских услуг и оплаты медицинских услуг определен Постановлением Правительства РФ от 4 октября 2012 г. № 1006 «Об утверждении Правил предоставления медицинскими организациями платных медицинских услуг» (далее - Постановление Правительства РФ № 1006).

Согласно пункту 16 Постановления Правительства РФ № 1006 договор на оказание платных медицинских услуг заключается потребителем (заказчиком) и исполнителем в письменной форме.

Медицинская карта пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях является основным учетным медицинским документом медицинской организации, оказывающей медицинскую помощь в амбулаторных условиях взрослому населению согласно п. 1 приложения № 2 к приказу Минздрава России от 15 декабря 2014 г. № 834н «Об утверждении унифицированных форм медицинской документации, используемых в медицинских организациях, оказывающих медицинскую помощь в амбулаторных условиях, и порядков по их заполнению».

Информированное добровольное согласие заключается в соответствии со статьей 20 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-Ф3 «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», при котором необходимым предварительным условием медицинского вмешательства является дача информированного добровольного согласия гражданина или его законного представителя на медицинское вмешательство на основании предоставленной медицинским работником в доступной форме полной информации о целях, методах оказания медицинской помощи, связанном с ними риске, возможных вариантах медицинского вмешательства, о его последствиях, а также о предполагаемых результатах оказания медицинской помощи. Порядок и форма дачи информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство и отказа от медицинского вмешательства в отношении определенных видов медицинских вмешательств определены приказом Минздрава России от 12 ноября 2021 г. № 1051н «Об утверждении Порядка дачи информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство и отказа от медицинского вмешательства, формы информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство и отказа от медицинского вмешательства в отношении определенных видов медицинских вмешательств»).

Согласно части 1 статьи 38 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-Ф3 «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинскими изделиями являются любые инструменты, аппараты, приборы, оборудование, материалы и прочие изделия, применяемые в медицинских целях отдельно или в сочетании между собой, а также вместе с другими принадлежностями, необходимыми для применения указанных изделий по назначению, включая специальное программное обеспечение, и предназначенные производителем для профилактики, диагностики, лечения и медицинской реабилитации заболеваний, мониторинга состояния организма человека, проведения медицинских исследований, восстановления, замещения, изменения анатомической структуры или физиологических функций организма, предотвращения или прерывания беременности, функциональное назначение которых не реализуется путем фармакологического, иммунологического, генетического или метаболического воздействия на организм человека. Медицинские изделия могут признаваться взаимозаменяемыми, если они сравнимы по функциональному назначению, качественным и техническим характеристикам и способны заменить друг друга.

Согласно части 4 указанной статьи на территории Российской Федерации разрешается обращение медицинских изделий, зарегистрированных в порядке, установленном Правительством Российской Федерации, уполномоченным им федеральным органом исполнительной власти.

В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Таким образом, по общему правилу необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред, в том числе моральный, являютсяпричинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

Положением части 1 статьи 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

Пунктом 2 статьи 19 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» предусмотрено, что каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования.

Согласно подпункту «б» пункта 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» расходы на лечение и иные дополнительные расходы подлежат возмещению причинителем вреда, если будет установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение. Однако если потерпевший, нуждающийся в указанных видах помощи и имеющий право на их бесплатное получение, фактически был лишен возможности получить такую помощь качественно и своевременно, суд вправе удовлетворить исковые требования потерпевшего о взыскании с ответчика фактически понесенных им расходов.

Судом первой инстанции, что 18.11.2022 года истцу ФИО ответчиком ФИО на дому проведена косметологическая процедура – подкожное введение в область передней и передне-боковых поверхностей шеи инъекций препарата DermahilHSR 1 мл (наименование препарата и его количество со слов ответчика).

Как указывала истец ФИО, на следующий день после данной процедуры у нее начались воспалительные процессы в местах уколов, папулы увеличились в размерах, появилось покраснение, болевые ощущения. Перед процедурой она предупреждала ответчика о наличии аллергии на некоторые препараты, однако ответчик настаивала на процедуре, в результате поддавшись уговорам, истец согласилась. При этом ответчик не сообщала, - какой препарат будет вводить истцу, не представляла сертификаты качества, вещество набирала из уже открытой ампулы. После начала осложнений в результате проведенной процедуры истец обратилась к ответчику с жалобами на состояние кожи шеи, ответчик рекомендовала прием препаратов, консультацию другого врача. Однако предпринятые действия не давали положительного результата. В итоге последствия некачественной косметологической процедуры истцом устранялись длительным, в том числе оперативным лечением.

Указанные обстоятельства также подтверждаются представленными истцом протоколами осмотра доказательств переписки сторон в мессенджере.

Согласно письму Росздравнадзора от 15.12.2016 года препарат «Dermaheal» является незарегистрированным медицинским изделием, в связи с чем в соответствии с требованиями Федерального закона «Об основах охраны здоровья в Российской Федерации» обращение данного препарата на территории Российской Федерации запрещено.

Из ответа Министерства здравоохранения Московской области от 22.03.2024 года в адрес УМВД России по г.о. Красногорск следует, что ответчик ФИО не заключала трудовой договор с медицинскими учреждениями, подведомственными Министерству. Министерство не подтверждает факт присвоения квалификационной категории медицинского работника ФИО

Из ответа Министерства здравоохранения Московской области от 03.06.2025 года следует, что согласно приказу Министерства здравоохранения Российской Федерации от 10.02.2016 года № 83н «Об утверждении квалификационных требований к медицинским и фармацевтическим работникам со средним медицинским образованием» по специальности «Сестринское дело в косметологии» условием допуска к осуществлению медицинской деятельности на должности медицинской сестры в косметологии является среднее профессиональное образование по одной из специальностей «Лечебное дело», «Акушерское дело», «Сестринское дело»; профессиональная переподготовка по специальности «Сестринское дело в косметологии»; повышение квалификации по специальности «Сестринское дело в косметологии» не реже одного раза в 5 лет в течение всей трудовой деятельности.

11.11.2024 года по заявлению ФИО СУ УМВД России по г.о. Красногорск Московской области возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 235 УК РФ.

Постановлением от 11.06.2025 года уголовное дело <данные изъяты> и уголовное преследование в отношении ФИО прекращено по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 1 чт. 24 УПК РФ, в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности.

В ходе следствия установлено, что ФИО, не имея лицензии на осуществление медицинской (косметологической) деятельности, провела ФИО косметологическую процедуру – подкожное введение (всего 18 инъекций) неизвестного препарата в область шеи, после чего у ФИО начался воспалительный процесс. Согласно заключению комиссии экспертов ФИО причинен вред здоровью средней тяжести. Проведенными следственными действиями установлена причастность ФИО к указанному преступлению, предусмотренному ч. 1 ст. 235 УК РФ.

В рамках расследования уголовного дела ООО «Межрегиональный центр экспертизы и оценки» проведена судебно-медицинская экспертиза, согласно заключению которой № 15636/23/09/2024/МЦЭО от 27.09.2024 года экспертами установлено, что 18.11.2022 года ФИО была проведена косметологическая процедура – подкожное введение (всего 18 инъекций) неизвестного препарата (предположительно DermahilHSR) в область передней и передне-боковых поверхностей шеи. Процедура проведена косметологом без медицинского образования ФИО Непосредственно в ответ на введение извне неизвестного химического вещества у ФИО развилось гранулематозное воспаление, что подтверждается многочисленными врачебными осмотрами врачей-специалистов различных клиник, а также результатами прижизненного гистологического исследования макропрепарата (удаленной гранулемы).

Возникшее у ФИО гранулематозное воспаление, как ответная реакция организма на введение извне неизвестного химического вещества (в контексте данной экспертизы рассматривается как повреждающий фактор), потребовало по медицинским показаниям длительного консервативного и поэтапного хирургического лечения, продолжительного свыше 3-х недель.

Таким образом, имевшееся у ФИО гранулематозное воспаление в ответ на введение из вне неизвестного химического вещества, не было опасным для жизни, не повлекло за собой значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть, однако вызвало длительное расстройство здоровья продолжительностью свыше трех недель, 21 день, и по этому признаку, согласно п. 7.1 Приказа Минздравсоцразвития России № 194н от 24.04.2008 года «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», расценивается как вред здоровью средней тяжести.

Между действиями косметолога (без медицинского образования) ФИО при проведении косметологической процедуры в отношении ФИО и наступившими негативными последствиями для последней, а также причиненным вредом здоровью имеется прямая причинно-следственная связь.

Определением суда от 10.04.2025 года по делу назначена судебная медицинская экспертиза, производство которой поручено экспертам ООО «Институт судебной медицины и патологии».

Согласно заключению судебной экспертизы № 032Э/25 при оказании платной медицинской услуги ФИО были допущены:

- недостатки организации медицинской помощи: оказание косметологических услуг вне медицинской организации (на дому), без наличия лицензии на осуществление медицинской деятельности и надлежащих санитарных условий; отсутствие ведения медицинской документации; отсутствие информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство; отсутствие соответствующих полномочий у ФИО для проведения инъекционных процедур;

- недостаток лечения: использование препарата «Дермахил», не имеющего регистрационного удостоверения и официальной документации.

То есть услуг была оказана некачественно.

Недостаток лечения в виде непоказанных инъекций препарата «Дермахил» (не являющегося лекарственным средством) повлек за собой развитие у ФИО гранулематозного воспаления проявившегося образованием множественных ярко-красных гранулем (в количестве 16 штук) в местах инъекций и состоит с ним в прямой причинно-следственной связи. Недостаток лечения, который привел к развитию гранулематозного воспаления, обусловил длительное расстройство здоровья продолжительностью свыше 21 дня и поэтом признаку расценивается как средний тяжести вред здоровью человека.

У ФИО сформировалась постинфекционная воспалительная реакция кожи, проявляющаяся образованием множественных гранулем инородного тела. Гранулемы возникли в ответ на введение в кожу чужеродного вещества (препарат «Дермахил»), не подвергшегося естественному разрушению и выведению из организма.

Указанное осложнение потребовало длительного лечения, включающего хирургические вмешательства с последующей коррекцией рубцов.

В рамках проведения экспертизы ФИО 07.08.2025 года была осмотрена внештатным экспертом врачом-косметологом. При осмотре на передней и боковой поверхностях шеи на фоне здоровой кожи отмечается 16 линейных рубцов белесоватого цвета длиной 0,8-2,0 см, не спаянных с подлежащей тканью.

Медицинская документация, отражающая исходное состояние кожного покрова, факторы риска, повышающие развитие осложнений (например, аллергия), показания для проведения процедуры и другими данными отсутствует.

В рассматриваемом случае информированное добровольное согласие также отсутствовало. То есть ФИО перед началом проведения процедуры не была проинформирована об объеме запланированного и впоследствии проведенного вмешательства, а также не была предупреждена о возможных его осложнениях.

Также по результатам исследования заявленных истцом расходов на лечение и представленных истцом в материалы дела доказательств несения данных расходов, всего на сумму 396 120 руб. судебными экспертами установлено, что из указанной суммы стоимость оказанных медицинских услуг и приобретенных препаратов, которые были обоснованы и показаны ФИО, составляют 273 345 руб., из которых услуги и препараты на сумму 166 680 руб. могли быть оказаны за счет средств ОМС, сумма показанных ФИО услуг, которые не могли быть предоставлены за счет средств ОМС, составляет 106 665 руб.

Разрешая спор в части расходов на лечение, оценив представленные доказательства в соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности причинно?следственной связи между оказанной ответчиком косметологической услугой и возникшими у истца негативными последствиями вредом здоровью, выраженным в воспалительном процессе на шее, в связи с чем правомерно взыскал с ответчика в пользу истца расходов на лечение в размере 106 665 руб., которые подтверждены результатами судебной экспертизы.

При этом, у суда отсутствовали основания для удовлетворения требований истца в остальной части, поскольку заявленные истцом расходы на лечение в части, превышающей взысканную сумму, не были надлежащим образом обоснованы как связанные с причинением вреда здоровью, также часть медицинских услуг (лечения) могла быть оказана за счет средств обязательного медицинского страхования (ОМС), что исключает возможность их взыскания с ответчика.

Оснований не согласиться с данным выводом суда, судебная коллегия не усматривает.

При определении размера компенсации морального вреда, суд первой инстанции исходил из принципов разумности и справедливости, учел внимание характер физических и нравственных страданий, причиненных ФИО, в том числе характер полученных повреждений, необходимость оперативного вмешательства для восстановления здоровья, болезненность и длительность процедуры лечения, наличие шрамов у истца в результате проведенных процедур, тяжесть причиненного вреда здоровью, и пришел к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в размере 500 000 руб.

Определенный судом первой инстанции размер компенсации, с учетом установленных обстоятельств по делу, по мнению судебной коллегии, является соразмерным причиненным истцу физическим и нравственным страданиям.

Доводы апелляционной жалобы ответчика о завышенном размере компенсации морального вреда не могут являться основанием для изменения решения суда первой инстанции, так как оценка характера и степени причиненного заявителю морального вреда относится к исключительной компетенции суда. Размер компенсации морального вреда, исходя из регламентации, приведенной в статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, относится к сфере оценочных категорий и определяется на основании судейского усмотрения.

Выводы суда первой инстанции относительно размера компенсации морального вреда мотивированы, в связи с чем, доводы апелляционной жалобы о заниженном размере компенсации морального вреда подлежат отклонению.

Таким образом, размер компенсации морального вреда определен с учетом всех обстоятельств дела, согласуется с принципом конституционной ценности жизни и здоровья, общеправовым принципом справедливости, на основании которого защита прав гражданина должна осуществляться на основе соразмерности и пропорциональности в целях обеспечения баланса прав и законных интересов обеих сторон спора, и взысканная судом сумма безусловно является соразмерной причиненным физическим и нравственным страданиям, отвечает требованиям разумности и справедливости.

С учетом требований статей 88, 94, 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд взыскал с ответчика в пользу истца расходы по оплате аутоиммунного анализа в размере 4 310 рублей, расходы по оплате услуг нотариуса в размере 7 424 рублей 16 копеек, почтовые расходы в размере 677 рублей 04 копеек, расходы по уплате государственной пошлины в размере 4 170 рублей 19 копеек.

Разрешая спор, суд первой инстанции правильно определил характер правоотношений сторон и нормы закона, которые их регулируют, исследовал обстоятельства, имеющие значение для разрешения спора, а представленные сторонами доказательства оценил по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Нарушения либо неправильного применения норм материального и процессуального права, в том числе предусмотренных статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, при рассмотрении дела не установлено.

Руководствуясь статьями 199, 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Красногорского городского суда Московской области от 5 ноября 2025 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО, апелляционную жалобу ФИО – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Апелляционное определение в окончательной форме изготовлено 19.03.2026 года