Приговор № 1-263/2019 от 14 ноября 2019 г. по делу № 1-263/2019

УИД № 66RS0008-01-2019-001283-44 Дело № 1-263/2018 года


П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

город Нижний Тагил 15 ноября 2019 года

Дзержинский районный суд города Нижнего Тагила Свердловской области в составе: председательствующего судьи Ильютик Н.В.,

с участием государственного обвинителя – помощника прокурора Дзержинского района города Нижнего Тагила ФИО8,

защитника адвоката Балдина А.Н., по удостоверению <№> и ордеру <№>,

подсудимого ФИО11,

при секретаре Смелянцевой Е.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении ФИО11, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в городе <Адрес>, гражданина Российской Федерации, <данные изъяты>, ранее судимого:

19 июня 2017 года мировым судьей судебного участка № 2 Дзержинского судебного района г.Н.Тагил по ч. 1 ст. 157 УК РФ к 6 месяцам исправительных работ с удержанием в доход государства 5% из заработной платы ежемесячно (отбытый срок наказания составляет 5 месяцев 18 дней),

по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 223 УК РФ, ч. 1 ст. 222 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

Подсудимый ФИО11 незаконно изготовил огнестрельное оружие, а также незаконно хранил боеприпасы в Дзержинском районе города Нижнего Тагила при следующих обстоятельствах:

С 2015 года по 16 апреля 2019 года ФИО11, имея стандартный газовый револьвер «РС-01 Форманта -5,7», который хранил в помещении шиномонтажной мастерской, расположенной по <Адрес> «а», в помещении указанной мастерской, действуя умышленно, самостоятельно удалил перегородки в канале ствола и каморе барабана приобретенного газового револьвера. Тем самым ФИО11 незаконно в нарушение Федерального закона Российской Федерации от 13 декабря 1996 года № 150-ФЗ «Об оружии» изготовил огнестрельное оружие путем переделки стандартного газового револьвера «РС-01 Форманта-5,7» (удаления перегородок в канале ствола и каморе барабана) под патрон кольцевого воспламенения калибра 5,6 мм..

Кроме того, в период с 2010 года до 16 апреля 2019 года ФИО11, действуя умышленно незаконно, вопреки установленному порядку, в нарушение Федерального закона Российской Федерации от 13 декабря 1996 года № 150-ФЗ «Об оружии», без соответствующего разрешения принес по месту своего проживания - в <Адрес>, где умышленно незаконно хранил: - 40 патронов, являющихся винтовочными патронами калибра 5,6 мм кольцевого воспламенения, относящихся к боеприпасам, изготовленным заводским способом, предназначенных для стрельбы из спортивно-охотничьего нарезного огнестрельного оружия, к винтовкам ТОЗ-8, ТОЗ -8М, карабинам ТОЗ-11,16,17, ТОЗ-99-01 и др.; - 11 патронов являющихся промежуточными военными патронами стрелкового оружия калибра 5,45 мм, относящихся к категории боеприпасов, изготовленных заводским способом и предназначенных для стрельбы из автоматов: АК74, АКС74, АКС74У, ручных пулеметов РПК74, РПКС74 и др.; - 2 патрона являющихся военными патронами стрелкового оружия калибра 7,62х39 мм образца 1943 года, относящихся к категории боеприпасов, изготовленных заводским способом и предназначенных для стрельбы из автоматов АКМ, АКСМ, ручных пулеметов РПК, РПКС, карабина СКС и др., до момента проведения сотрудниками полиции 16 апреля 2019 года в период с 18:10 до 18:30 часов, осмотра места происшествия, в рамках проверки сообщения КУСП № 8118 от 16 апреля 2019 года, в ходе которого указанные боеприпасы были обнаружены и изъяты, тем самым выведены из незаконного оборота.

Подсудимый ФИО11 в судебном заседании вину в изготовлении огнестрельного оружия не признал, пояснил, что у него в гараже несколько лет лежал разобранный газовый револьвер, который ему кто-то подарил. При этом он никаких действий с этим револьвером не производил, ничего в нем не убирал, не растачивал, только вывинтил болтики и разобрал его, а также вбил боек в рамку, чтобы он не выпадывал, так как с ним играл его ребенок.

Суд критически относится к показаниям подсудимого о непричастности к совершению преступления, расценивает данные показания, как способ защиты. Эти показания ФИО11 опровергаются его собственными признательными показаниями в ходе предварительного следствия, где при допросе в качестве подозреваемого ФИО11 в присутствии защитника показывал, что в 2015 году его знакомый М.А., который в настоящее время умер, подарил ему газовый револьвер с барабаном. Этот револьвер он хранил в ящике деревянной полки шиномонтажной мастерской по <Адрес> «а». Также он пытался переделать его под боевой, для чего расточил барабан револьвера сверлом. 16 апреля 2019 года данный револьвер был изъят у него сотрудниками полиции. (том 1 л.д. 158-161).

В судебном заседании подсудимый ФИО11 оглашенные показания не подтвердил, пояснил, что дал их под давлением сотрудников полиции, которые длительное время держали его в Отделе полиции, заставляли признать вину, а также заставили написать отказ от защитника по соглашению Балдина А.Н..

Суд критически относится к доводам подсудимого ФИО11 о применении к нему недозволенных методов ведения следствия, о нарушении его права на защиту, поскольку они не нашли своего подтверждения в судебном заседании, расценивает данную позицию, как способ защиты от уголовного преследования.

Суд учитывает, что ФИО11 перед допросом в качестве подозреваемого были разъяснены его процессуальные права, предусмотренные ст. 46 УПК РФ, статья 51 Конституции РФ. В допросе участвовал адвокат, что само по себе исключает возможность оказания какого-либо незаконного воздействия на допрашиваемое лицо.

Во время допроса подозреваемого ФИО11 и предъявления ему обвинения 30 мая 2019 года в отсутствие защитника по соглашению не было нарушено право ФИО11 на защиту, поскольку он в порядке ст. 52 УПК РФ обратился к дознавателю с заявлением о замене адвоката Балдина А.Н. на защитника по назначению (том 1 л.д. 95), который был ему предоставлен дознавателем.

Допрошенная в суд в качестве свидетеля дознаватель Отдела полиции № 17 МУ МВД России «Нижнетагильское» ФИО1 пояснила суду, что изначально защиту ФИО11 по делу осуществлял адвокат по соглашению Балдин А.Н., затем ФИО11 письменно добровольно заявил ходатайство о смене защитника, поскольку адвокат Балдин А.Н. неоднократно не являлся на следственные действия. ФИО11 был предоставлен дежурный адвокат ФИО10, которая перед допросом проконсультировала ФИО11, после чего он дал признательные показания. Никаких жалоб на действия сотрудников полиции ФИО11 при допросе не высказывал.

Факт реального присутствия адвоката ФИО10 в следственных действиях подтверждается ордером (том 1 л.д. 96) и не оспаривается ФИО11. При этом ФИО11 не был лишен возможности распорядиться своим правом и отказаться от назначенного адвоката. Однако подозреваемый ФИО11 не возражал против того, чтобы его интересы при выполнении процессуальных действий представлял адвокат ФИО10, назначенный юридической консультацией, и реализовал предусмотренное ст. 47 УПК РФ право пользоваться услугами защитника по назначению бесплатно. Доказательств, свидетельствующих, что органами следствия ФИО11 предоставлялись адвокаты, участие которых было выгодно дознавателю, ущемляло права ФИО11, не имеется.

От подачи заявлений о привлечении сотрудников полиции к ответственности за осуществление неправомерных действий, оказание давления, ФИО11 отказался.

При таких обстоятельствах оснований для признания протокола допроса ФИО11 от 30 мая 2019 года в качестве подозреваемого недопустимым доказательством суд не усматривает.

Подсудимый ФИО11 в судебном заседании вину в незаконном хранении боеприпасов признал полностью, суду пояснил, что у него очень давно хранилось много патронов, которые ему дарили, в том числе ФИО18, несколько патронов остались от покойного отца. Патроны лежали в коробке, были ржавые, он за ними не ухаживал. Коробку с патронами хранил в мебельном шкафу. У матери в комнате на полу лежал пакет с патронами, которые остались от отца.

Свидетель ФИО9 суду пояснила, что в апреле 2019 года проходила мимо шиномонтажа, где работает ее сын, видела стоящий рябом автомобиль сотрудников полиции. В шиномонтаже что-то искали. Через некоторое время она пришла домой, там производился обыск, искали какие-то патроны. Она видела, что в белье нашли оранжевую коробку, внутри которой были ряды патронов, а также нашли пакет с патронами. Она их ранее не видела, однако сын мог принести их в квартиру без ее ведома. Впоследствии ее допрашивали в Отделе полиции.

В ходе предварительного следствия свидетель ФИО9 показывала, что около двух лет назад, после смерти супруга, сын принес домой какие-то пакеты, сказал, что там охотничьи патроны. Куда он их убрал, не знает. 16 апреля 2019 года днем она мыла пол в квартире и в большой комнате у балкона увидела пакет черного цвета, в котором находились патроны. Вечером этого же дня к ним домой приехали сотрудники полиции, которые осмотрели их квартиру, в которой было изъято большое количество патронов, ей не принадлежащие. Часть патронов была изъята из комнаты сына. Она полагает, что большую часть патронов сын принес в её отсутствие. Ни она, ни ее умерший супруг к оружию и боеприпасам никакого отношения не имеют. От сотрудников полиции ей известно, что в автомастерской у сына было изъято оружие – револьвер. (том 1 л.д. 135-136)

В судебном заседании свидетель ФИО9 подтвердила оглашенные показания, однако пояснила, что дознаватель перед допросом не разъяснила ей возможность отказаться свидетельствовать против сына по ст. 51 Конституции РФ, а также права. Кроме того, она плохо себя чувствовала после операции, протокол допроса не читала, просто расписалась в нем, а также выполнила рукописные записи о разъяснении ей всех прав, но это было осуществлено после ее допроса. Впоследствии она написала жалобу в прокуратуру на действия дознавателя.

Суд критически относится к доводам свидетеля ФИО9 о нарушении закона при ее допросе. Из протокола допроса свидетеля ФИО9 видно, что ее допрос производился дознавателем в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, с разъяснением процессуальных прав, предусмотренных ст. 56 УПК РФ, в том числе п. 1 этой статьи, корреспондирующий со ст. 51 Конституции РФ, о праве не свидетельствовать против себя, своего супруга и других близких родственников. Также она была предупреждена об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ. Протокол подписан свидетелем, имеются ее рукописные записи, что показания в отношении сына она желает дать добровольно, показания ею прочитаны, напечатаны верно. При таких обстоятельствах у суда нет оснований для признания протокола допроса свидетеля ФИО9 недопустимым доказательством.

Допрошенная в качестве свидетеля дознаватель Отдела дознания Отдела полиции № 17 МУ МВД России "Нижнетагильское" ФИО2 пояснила суду, что допрос свидетеля ФИО9 она проводила в соответствии с требованиями закона, в том числе, перед началом допроса разъяснила свидетелю положения ст. 51 Конституции РФ. Никаких жалоб на состояние здоровья свидетель ФИО9 не высказывала, протокол допроса прочитала самостоятельно, подписала его. Однако через некоторое время ей сообщили, что в прокуратуру в отношении нее поступила жалоба, что она перед допросом свидетелю не разъяснила права и статью 51 Конституции РФ, что не соответствует действительности.

Каких-либо данных, свидетельствующих о наличии у свидетеля ФИО2 оснований для искусственного создания доказательств обвинения ФИО11, либо их фальсификации, как на то указывает защита подсудимого, в материалах дела не содержится и суду не представлено, а утверждение свидетеля ФИО9 о применении в отношении нее незаконных методов допроса является голословным и объективно ничем не подтверждено.

При отсутствии у свидетеля ФИО2, ранее не знакомой с подсудимым и его матерью, каких-либо причин добиваться получения от свидетеля изобличающих ФИО11 показаний с целью его привлечения к уголовной ответственности, у суда нет оснований не доверять ее показаниям. Оснований для исключения протокола допроса свидетеля ФИО9 из разбирательства дела по мотивам его недопустимости, не имеется.

Допрошенный в качестве свидетеля оперуполномоченный Отдела полиции № 17 МУ МВД России «Нижнетагильское» ФИО3 пояснил, что в Отделе полиции имелась оперативная информация, что у ФИО11 в шиномонтаже находятся боеприпасы. Было организовано проведение оперативно-розыскного мероприятия «Наблюдение». В утреннее время он и сотрудники полиции ФИО5 и ФИО4 расположились возле шиномонтажа, дождались прихода ФИО11, у которого спросили, есть ли у него боеприпасы. ФИО11 сразу сообщил, что у него в шиномонтаже в ящике длительное время лежит старый револьвер. В ходе осмотра помещения шиномонтажа он видел в ящике предмет, конструктивно напоминающий револьвер, в котором отсутствовала какая-то деталь. Была вызвана следственно-оперативная группа, которая этот предмет изъяла. В ходе беседы ФИО11 рассказал, что револьвер хранился у него в качестве сувенира, он пытался просверлить в нем дуло. После осмотра шиномонтажа в этот же день он участвовал при производстве осмотра жилища ФИО11, поскольку имелась информация, что там он хранит патроны. Перед началом осмотра квартиры ФИО11 подтвердил, что у него имеются патроны, дал согласие на проведение осмотра, после чего показал место в шкафу, где был обнаружен футляр от фотоаппарата, в котором находилось больше 10 патронов мелкого калибра. Затем ФИО11 показал в другой комнате возле окна мешок с охотничьими патронами, в количестве больше 30 штук. Все изъятое упаковали и опечатали. Впоследствии в ходе беседы ФИО11 пояснил, что патроны приобрел у бывшего "спецназовца", который в настоящее время умер. Впоследствии дознаватель при допросе показал ему справку об исследовании изъятых патронов, из которой ему стало известно точное количество, наименование, калибр патронов, а также, что они являются боевыми боеприпасами.

Свидетель, являющийся сотрудником полиции, дал показания об обстоятельствах, ставших ему известными в ходе служебной деятельности, причин для оговора с его стороны ранее ему незнакомого ФИО11 судом не установлено. Как следует из показаний свидетеля ФИО3 в орган, занимающийся оперативно-розыскной деятельностью, поступила информация о причастности ФИО11 к незаконному обороту оружия и боеприпасов, впоследствии данная информация нашла свое подтверждение.

Свидетель ФИО7 в ходе предварительного следствия показывал, что примерно 2 года назад неофициально устроился подрабатывать в автомастерскую по <Адрес> «а», владельцем которой является ФИО11. При этом увидел в табурете в виде пуфа с открывающимся верхом пистолет металлический с барабаном. Там же лежали какие-то запчасти от пистолета. Затем пистолет переложили в ящик над мойкой. Последний раз он видел в ящике данный пистолет 15 апреля 2019 года. Кроме того, работая у ФИО11, видел, что к тому в автомастерскую приходил какой-то мужчина, они шептались. На его расспросы ФИО11 сказал, что мужчина предложил ему приобрести у него патроны. Также он видел, что после этого ФИО11 уносил к себе домой приобретенные патроны. Полгода назад случилась аналогичная ситуация, снова приходил мужчина, который продал ФИО11 патроны. (том 2 л.д. 129-130)

Свидетель ФИО6 в ходе предварительного следствия показывал, что с января 2018 года работал в автомастерской по <Адрес> «а», владельцем которой является ФИО11. Когда он устроился к ФИО11, увидел в автомастерской табурет в виде пуфа с открывающимся верхом, в котором хранились рабочие тетради, там же находился пистолет металлический с барабаном, лежали какие-то запчасти от пистолета. Затем данный пистолет кто-то переложил в ящик шкафа над мойкой. Последний раз он видел пистолет в шкафу 15 апреля 2019 года. (том 1 л.д. 126-127)

В материалах дела имеется рапорт дежурного Отдела полиции № 17 МУ МВД России «Нижнетагильское» ФИО12 о поступлении 16 апреля 2019 года в 10:55 часов сообщения от неизвестного лица, что в шиномонтажной мастерской по <Адрес> найден револьвер. (том 1 л.д. 15)

В этот же день оперуполномоченный ФИО3 обратился к начальнику Отдела полиции №» 17 с рапортом на проведение оперативно-розыскного мероприятия «Наблюдение». Из рапорта следует, что в ОУР поступила оперативная информация, что днем 16 апреля 2019 года гражданин ФИО11 будет незаконно хранить пистолет и боеприпасы в здании шиномонтажа по <Адрес> «а». На проведение ОРМ получено разрешение начальника Отдела полиции. (том 1 л.д. 17).

Согласно протоколу осмотра места происшествия в ходе осмотра гаражного бокса шиномонтажа, расположенного по <Адрес> «а», на стене имеется деревянная полка с ящиком, где обнаружен предмет, похожий на пистолет в корпусе черного цвета, на раме которого имеется маркировочное обозначение «РС-01 ФОРМАНТА-5,7». Это предмет упакован в коробку, опечатан. (том 1 л.д. 31-38).

Ход и результаты оперативного мероприятия «Наблюдение» нашли свое отражение в соответствующей Справке оперуполномоченного ФИО3 (том 1 л.д. 18-19). Составленный оперуполномоченным ФИО3 рапорт об обнаружении признаков преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 223 УК РФ (том 1 л.д. 26) послужил поводом для возбуждения в отношении ФИО11 уголовного дела по ч. 1 ст. 223 УК РФ. Результаты оперативно-розыскной деятельности были предоставлены в орган дознания в порядке, предусмотренном ст. 11 Федерального закона от 12 августа 1995 г № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», на основании постановления от 17 апреля 2019 года руководителя органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность (том 1 л.д. 20-21).

Согласно справки об исследовании № 1182 от 16 апреля 2019 года револьвер, представленный на исследование, состоит из следующих основных частей и механизмов: рамки со стволом и рукояткой, барабана и ударно-спускового механизма. Осмотром установлено, что каморы револьвера пусты. На рукоятке револьвера отсутствуют накладки (щечки), так же отсутствует боевая (спиральная) пружина. Барабан револьвера восьмизарядный, одна из камор барабана рассверлена и в ней отсутствуют сужения и перегородки – штифты. В канале ствола отсутствует перегородка, удаленная путем рассверливания в нижней части ствола. На частях револьвера имеются маркировочные обозначения: на левой части рамки – вид, модель и калибр «РС-01», «Фотманта-5,7», на правой поверхности рамки – номер «049700034». Таким образом, предмет, изъятый у в помещении гаражного бокса, является короткоствольным огнестрельным оружием, изготовленным самодельным способом путем переделки сигнального револьвера РС -01 «Форманта- 5,7» № 049700034 (удаление перегородок в канале ствола и каморе барабана, рассверливание каморы барабана) под унитарный патрон калибра 5,6 мм кольцевого воспламенения. Револьвер пригоден для производства отдельных выстрелов из одной каморы барабана (при условии нанесения ударов по курку, ввиду отсутствия боевой пружины). (том 1 л.д. 52)

Согласно экспертным заключениям № 1939 от 07 мая 2019 года и № 2392 от 28 мая 2019 года представленный револьвер является огнестрельным оружием, изготовленным самодельным способом путем переделки стандартного газового револьвера «РС-01 Форманта-5,7» (удаления перегородок в канале ствола и каморе барабана) под патрон кольцевого воспламенения калибра 5,6 мм. Вопрос об исправности оружия не решался, так как на самодельно изготовленное и переделанное оружие не существует каких-либо технических норм и условий. Данный револьвер пригоден для производства отдельных выстрелов из одной каморы барабана (при условии нанесения удара по курку, в виду отсутствия боевой пружины). При этом экспертом в ходе исследования проводился эксперимент (3 выстрела из данного револьвера), которым установлено, что удельная кинетическая энергия снаряда составила 0,52 Дж/мм?, что превышает минимальное значение, необходимое для поражения человека 0,5 Дж/мм? (том 1 л.д. 64-66, 99-104)

Согласно рапорту оперуполномоченного ОУР Отдела полиции № 17 МУ МВД России «Нижнетагильское» ФИО13 от 16 апреля 2019 года, в результате проведения ОРМ в ОУР поступила информация, что по <Адрес> гражданин ФИО11 незаконно хранит боеприпасы, от которых хотят избавиться его родственники (том 1 л.д. 23).

В ходе осмотра места происшествия – <Адрес> в городе Нижнем Тагиле – дознавателем Отдела полиции № 17 ФИО14 совместно с ФИО11, оперуполномоченными ФИО3 и ФИО4, экспертом ФИО15 в комнате № 2 в углу на полу обнаружен полимерный пакет черного цвета с металлическим шомполом и патронами из металла: 29 патронов с гильзой с маркировочными обозначениями на дне гильз «BAIKAL.12 Made in USSR.12»; 4 патрона с гильзой с надписью «Record.70 mm» с маркировочными обозначениями на 2 штуках «BAIKAL.12 Made in USSR.12», на двух других - «BAIKAL.12 Made in Russia.12»; 2 патрона с гильзами с маркировочными обозначениями «16.83»; 6 патронов с гильзами с маркировочными обозначениями «16.81» - 4 штуки, «16.76» - 1 штука, «16.71» - 1 штука. В комнате № 3 на нижней полке мебельной стенки обнаружен чехол желтого цвета от фотоаппарата, в котором по словам ФИО11 находятся патроны. В данном чехле обнаружены 11 патронов с гильзами с кольцевой проточкой на гильзах и маркировочными обозначениями на дне гильз; 3 патрона с гильзами бутылочной формы; 1 гильза с кольцевой проточкой с маркировочным обозначением на дне «АКБС ЭРА»; 40 патронов с гильзами цилиндрической формы с выступающим фланцем. Указанные патроны и гильза были упакованы в чехол от фотоаппарата, затем полимерный пакет черного цвета и в картонную коробку. (протокол осмотра в томе 1 на л.д. 39-49).

Согласно справки об исследовании № 1187 от 17 апреля 2019 года изъятые в ходе осмотра квартиры по <Адрес> патроны: 40 патронов калибра 5,6 мм кольцевого воспламенения являются штатными для нарезного спортивного и охотничьего оружия, к винтовкам ТОЗ-8М, карабинам ТОЗ-11, 16, 17, 18 и др.; 33 охотничьих патрона 12 калибра являются штатными к ружьям ТОЗ-34, ТОЗ-66, ИЖ-27 и др.; 11 патронов калибра 5,45 мм являются штатными к автоматам АК-74, ручным пулеметам РПК-74 и др.; 2 патрона калибра 7,62 х 39 мм являются штатными к автоматам АК-47, АКМ, карабинам СКС и др.; 1 патрон калибра 9 х 39 мм является штатным к автоматам 6П30, 9А-91, СР-3 – изготовлены заводским способом и относятся к категории боеприпасов; 8 патронов 16 калибра являются штатными к ружьям ИЖ-12, ИЖ-17, ТОЗ-БМ, ТОЗ-63 и др. – снаряжены самодельным способом, необходимо производство экспериментальной стрельбы; гильза калибра 8 мм является частью патрона штатного к пистолетам ИЖ-79-8, ИЖ-78-8 и др., к категории боеприпасов не относится (том 1 л.д. 57).

Согласно заключениям судебных баллистических экспертиз № 1938 от 09 мая 2019 года, № 2392 от 28 мая 2019 года, проведенных экспертом экспертно-криминалистического отдела МУ МВД России «Нижнетагильское» ЭКЦ ГУ МВД России по Свердловской области ФИО16, на исследование представлены, в том числе: - 40 патронов, являющихся винтовочными, калибра 5,6 мм кольцевого воспламенения, относящиеся к категории боеприпасов, предназначенными для стрельбы из спортивно-охотничьего нарезного огнестрельного оружия – винтовка ТОЗ-8, ТОЗ-8М, карабины ТОЗ-11, 16, 17, ТОЗ-99-01 и др.; - 11 патронов, являющиеся промежуточными военными патронами стрелкового оружия калибра 5,45 мм, относящиеся к категории боеприпасов, предназначенными для стрельбы из автоматов АК-74, АКС-74, АКС74У, ручных пулеметов РПК74, РПКС74 и др.; - 2 патрона, являющихся военными патронами стрелкового оружия калибра 7,62 х 39 мм, образца 1943 года, относящиеся к категории боеприпасов, предназначенными для стрельбы из автоматов АКМ, АКСМ, ручных пулеметов РПК, РПКС, карабина СКС и др.. Решить вопрос об исправности и пригодности патронов для стрельбы не представляется возможным ввиду отсутствия в распоряжении эксперта оружия для данных типов патронов (том 1 л.д. 72-75, 99-104).

Упаковки с изъятыми в ходе осмотра мест происшествия предметами осмотрены дознавателем, повреждений упаковочного материала, печатей, надписей не обнаружено (том 1 л.д. 83-87). Постановлением дознавателя изъятые патроны и револьвер приобщены к делу в качестве вещественных доказательств (том 1 л.д. 88-89). Постановлением дознавателя вещественные доказательства, упакованные соответствующим образом, переданы на хранение в камеру хранения оружия Отдела полиции № 17 МУ МВД России «Нижнетагильское» (том 1 л.д. 106-107) по квитанции № 162 от 29 мая 2019 года (том 1 л.д. 108).

Согласно заключению дополнительной судебной баллистической экспертизы № 3986 от 18 сентября 2019 года, проведенной в судебном заседании экспертом ФИО16, представленные на исследование 40 винтовочных патронов калибра 5,6 мм кольцевого воспламенения, 11 военных патронов калибра 5,45 мм, 2 военных патрона калибра 7,62 х 39 мм, являются боеприпасами для нарезного огнестрельного оружия, исправны и пригодны для стрельбы. (том 2)

Согласно сведений Отдела лицензионно-разрешительной работы по г.Н.Тагил, В.Салда, Н.Салда, Кушва, Красноуральск УФСВИГ России по Свердловской области гражданин ФИО11 на учете в данном Отделе как владелец гражданского оружия не значится. С заявлением на получение разрешительных документов, согласно действующего законодательства не обращался. (л.д. 198)

За основу приговора суд принимает совокупность исследованных в судебном заседании доказательств, в том числе, показания подсудимого ФИО11, данные им в ходе дознания, поскольку они получены с соблюдением требований УПК РФ, суд полагает их более достоверными. Эти показания ФИО11 согласуются с показаниями свидетелей ФИО3, ФИО9, ФИО6 и ФИО7, подтверждаются результатами проведенного оперативно-розыскного мероприятия, осмотрами мест происшествия, заключениями баллистических экспертиз.

По смыслу закона под незаконным изготовлением огнестрельного оружия и его основных частей, влекущим уголовную ответственность, следует понимать их создание, в том числе путем переделки каких-либо иных предметов (например, ракетниц, пневматических, стартовых и строительно-монтажных пистолетов, предметов бытового назначения или спортивного инвентаря), без полученной в установленном порядке лицензии, в результате чего они приобретают свойства огнестрельного, газового или холодного оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ или взрывных устройств.

С учетом положений статей 1 и 2 Федерального закона «Об оружии» применительно к статьям 222, 223, 224 - 226.1 УК РФ под огнестрельным оружием следует понимать все виды боевого, служебного и гражданского огнестрельного оружия, в том числе изготовленные самодельным способом, конструктивно предназначенные для механического поражения живой или иной цели на расстоянии метаемым снаряжением, получающим направленное движение за счет энергии порохового или иного заряда.

Согласно ст. 3 Федерального закона от 13 декабря 1996 года № 150-ФЗ («Об оружии» гражданское оружие и патроны к нему должны соответствовать криминалистическим требованиям, установленным федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере внутренних дел, согласованным с федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным в сфере оборота оружия, и федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по оказанию государственных услуг, управлению государственным имуществом в сфере технического регулирования и обеспечения единства измерений.

Согласно п. 15 Криминалистических требований к техническим характеристикам гражданского и служебного оружия, а также патронов к нему, утвержденных приказом МВД России № 429 от 30 июня 2017 года, гражданское огнестрельное оружие ограниченного поражения не должно без необратимых изменений конструкции обеспечивать возможность производства выстрелов металлическими снарядами, в результате чего им сообщается удельная кинетическая энергия более 0,5 Дж/мм2.

Исходя из результатов исследования оружия, изъятого в ходе осмотра помещения шиномонтажа, суд находит неубедительными доводы ФИО11 о том, что револьвер хранился у него в разобранном состоянии, никаких его переделок он не осуществлял.

Экспертом в вышеприведенном заключении приведено детальное описание представленного на исследование револьвера, его основных частей, отсутствие боевой пружины, а также накладок (щечек) на рукоятке. Также экспертом описаны внесенные изменения в конструкцию стандартного газового револьвера, позволяющих производить из него выстрелы для поражения человека, с удельной кинетической энергией снаряда свыше 0,5 Дж/мм2,что у суда не вызывает сомнений.

При этом способ, при котором возможно осуществление выстрелов из данного оружия, не имеет юридического значения для квалификации действий ФИО11.

Совокупность исследованных доказательств свидетельствует о том, что ФИО11 из стандартного газового револьвера изготовил огнестрельное оружие, пригодное для производства отдельных выстрелов, обладающее кинетической энергией, достаточной для поражения человека.

Согласно ст. 1 Федерального закона от 13 декабря 1996 года № 150-ФЗ (ред. от 26.07.2019) «Об оружии» боеприпасы – это предметы вооружения и метаемое снаряжение, предназначенные для поражения цели и содержащие разрывной, метательный, пиротехнический или вышибной заряды либо их сочетание.

По смыслу закона к категории боеприпасов относятся все виды патронов к огнестрельному оружию независимо от калибра, изготовленные промышленным или самодельным способом, а также иные предметы вооружения и метаемое снаряжение, предназначенные для поражения цели и содержащие разрывной, метательный, пиротехнический или вышибной заряды либо их сочетание.

Под незаконным хранением огнестрельного оружия, боеприпасов, следует понимать сокрытие указанных предметов в помещениях, тайниках, а также в иных местах, обеспечивающих их сохранность. При этом хранение может обеспечиваться любым способом.

Незаконность хранения боеприпасов не оспаривается подсудимым и подтверждается отсутствием у ФИО11 соответствующего разрешения на владение таковыми.

Вместе с тем органом предварительного расследования ФИО11 обвинялся в том, что в период с 2010 года до 16 апреля 2019 года, действуя умышленно незаконно, вопреки установленному порядку, в нарушение Федерального закона Российской Федерации от 13 декабря 1996 года № 150-ФЗ «Об оружии», без соответствующего разрешения хранил по месту своего проживания - в <Адрес> в городе Нижнем Тагиле 1 патрон, являющийся военным патроном СП-5 стрелкового оружия калибра 9x39 мм, относящийся к категории боеприпасов, изготовленный заводским способом и предназначенный для стрельбы из автоматов 6П30, 9А-91, СР-3, снайперской винтовки 6П29 др., с момента приобретения и до проведения сотрудниками полиции 16 апреля 2019 года в период с 18:10 до 18:30 часов, осмотра места происшествия, в рамках проверки сообщения КУСП № 8118 от 16 апреля 2019 года, в ходе которого этот патрон был обнаружен и изъят, тем самым выведен из незаконного оборота.

Вместе с тем, поскольку согласно заключению эксперта ФИО16 вопрос о пригодности к стрельбе изъятого у ФИО11 боеприпаса – патрона калибра 9х39 мм не представляется возможным в виду отсутствия в распоряжении эксперта оружия для данного патрона, действия ФИО11 по незаконному хранению данного патрона подлежат исключению из объема обвинения.

Кроме того, органом предварительного расследования ФИО11 обвинялся в том, что в период с 2015 года по 16 апреля 2019 года, действуя умышленно незаконно, вопреки установленному порядку, в нарушение Федерального закона Российской Федерации от 13 декабря 1996 года № 150-ФЗ «Об оружии», находясь в помещении шиномонтажной мастерской, расположенной по <Адрес> «а», после изготовления самодельным способом огнестрельного оружия путем переделки стандартного газового револьвера «РС-01 Форманта -5,7» под патрон кольцевого воспламенения калибра 5,6 мм., указанное огнестрельное оружие убрал в ящик деревянной полки мастерской, где хранил его с момента изготовления и до момента обнаружения его сотрудниками полиции в ходе проведения ОРМ «Наблюдение» и изъятия его в ходе осмотра места происшествия в помещении вышеуказанной шиномонтажной мастерской, проведенного 16 апреля 2019 года в период с 11:04 до 11:32 часов.

Однако в ходе судебного следствия из показаний подсудимого, свидетелей ФИО7 и ФИО6 следует, что данный револьвер хранился в помещении шиномонтажной мастерской, в ящике с инструментами, на протяжении длительного времени данный револьвер наблюдали работники автомастерской, что не соответствует критериям определенного места, сокрытого от посторонних лиц и обеспечивающего сохранность огнестрельного оружия.

При таких обстоятельствах действия ФИО11 по незаконному хранению огнестрельного оружия подлежат исключению из объема обвинения.

Оценивая собранные доказательств их совокупности, действия подсудимого ФИО11 суд квалифицирует по ч. 1 ст. 223 УК РФ, как незаконное изготовление огнестрельного оружия, и по ч. 1 ст. 222 УК РФ, как незаконное хранение боеприпасов.

При назначении наказания, суд руководствуется правилами ст. 6, 43, 60 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности содеянного: подсудимый ФИО11 совершил два умышленных оконченных преступления против общественной безопасности в сфере борота огнестрельного оружия, боеприпасов, которые в соответствии с ч. 3 ст. 15 УК РФ относятся к категории преступлений средней тяжести.

Кроме того, суд учитывает личность ФИО11, который ранее судим за преступление против несовершеннолетних небольшой тяжести, на учете у психиатра и нарколога не состоит, к административной ответственности не привлекался, по месту жительства участковым уполномоченным со слов соседей характеризуется неудовлетворительно, а близким родственником (матерью) с удовлетворительной стороны.

В качестве смягчающего наказание обстоятельства в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ суд учитывает активное способствование ФИО11 расследованию обоих преступлений, что выразилось в указании им места хранения оружия и боеприпасов в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий, даче подробных признательных показаний и объяснений, которые позволили сотрудникам правоохранительных органов установить все юридически значимые обстоятельства по делу. К иным обстоятельствам, смягчающим наказание, в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ суд относит состояние здоровья подсудимого, имеющего хроническое заболевание, а также наличие у него на иждивении совершеннолетнего сына, которому он оказывает материальную помощь.

У суда нет оснований учитывать в качестве смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ наличие у ФИО11 малолетнего ребенка, поскольку в судебном заседании установлено, что материально подсудимый свою дочь не обеспечивает, имеет задолженность по уплате алиментов. Также со слов подсудимого установлено, что с дочерью он не общается, воспитанием ее не занимается.

Отягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных ст. 63 УК РФ судом не установлено.

Оснований для изменения категории преступлений, с учетом их фактических обстоятельств и степени общественной опасности, личности подсудимого, на менее тяжкую, в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ, суд не усматривает.

По делу не установлено исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершения преступлений, поведением подсудимого, которые бы существенно уменьшали степень общественной опасности содеянного им, в связи с чем суд не находит оснований для применения при назначении наказания положений ст. 64 УК РФ о назначении более мягкого наказания, чем предусмотрено за данные преступления.

С учетом изложенного, характеристики личности подсудимого, его биографии, руководствуясь принципами разумности, справедливости и соразмерности наказания, в целях восстановления социальной справедливости, исправления виновного и предупреждения совершения им новых преступлений, в том числе, в сфере незаконного оборота огнестрельного оружия и боеприпасов, суд приходит к выводу о том, что наказание за совершенные преступления ФИО11 должно быть назначено в виде лишения свободы в пределах санкции ч. 1 ст. 222, ч. 1 ст. 223 УК РФ, с учетом положений ст. 56, ч. 1 ст. 62 УК РФ. С учетом состояния здоровья ФИО11, наличия у него неотбытого срока наказания в виде исправительных работ, суд не усматривает оснований для замены ему наказания в виде лишения свободы принудительными работами в соответствии со ст. 53.1 УК РФ.

Вместе с тем совокупность смягчающих наказание обстоятельств, отсутствие отягчающих обстоятельств, влияние назначенного наказания на исправление подсудимого и условия жизни его семьи, состояние здоровья ФИО11, свидетельствуют о том, что достижение целей наказания и исправление подсудимого возможно без реального отбывания наказания в условиях изоляции от общества, и дают основания для применения к ФИО11 положений ст. 73 УК РФ о назначении наказания условно с испытательным сроком, в течение которого осужденный должен своим поведением доказать свое исправление. С учетом возраста ФИО3, трудоспособности и состояния его здоровья суд полагает необходимым возложить на него исполнение определенных обязанностей, способствующих его исправлению.

Процессуальные издержки в виде вознаграждения адвокатов ФИО17 и ФИО10 в общей сумме 2070 рублей за оказание юридической помощи ФИО11 в ходе предварительного следствия, суд считает необходимым взыскать с осужденного ФИО11. Судом не установлено оснований для освобождения осужденного ФИО11 полностью или частично от уплаты процессуальных издержек.

В соответствии с п. 1 ч. 3 ст. 81 УПК РФ орудия преступления, принадлежащие обвиняемому, подлежат конфискации, либо передаются в соответствующие учреждения либо уничтожаются. Согласно п. 2 ч. 3 ст. 81 УПК РФ предметы, запрещенные к обращению, подлежат передаче в соответствующие учреждения или уничтожаются. При разрешении судьбы вещественных доказательств суд, руководствуясь также положениями Инструкции «О порядке изъятия, учета, хранения и передачи вещественных доказательств по уголовным делам, ценностей и иного имущества органами предварительного следствия, дознания и судами» от 18 октября 1989 года, полагает необходимым оружие, пули, гильзы и патроны, признанные вещественными доказательствами, направить в распоряжение соответствующего органа внутренних дел, который в установленном порядке принимает решение об их уничтожении или реализации, либо использовании в надлежащем порядке.

Руководствуясь ст. 307 – 309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО11 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 222 УК РФ, ч. 1 ст. 223 УК РФ, и назначить ему наказание за каждое преступление в виде лишения свободы: по ч. 1 ст. 222 УК РФ на срок 10 месяцев, по ч. 1 ст. 223 УК РФ на срок 3 года.

На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний, назначить ФИО11 наказание в виде лишения свободы на срок 3 года 6 месяцев.

На основании ст. 73 УК РФ наказание считать условным с испытательным сроком 2 года.

Обязать ФИО11 в период испытательного срока 1 раз в месяц являться на регистрацию в специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осужденных, в установленный данным органом день; не менять без уведомления этого органа место жительства.

Меру пресечения ФИО11 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставить без изменения до вступления приговора в законную силу.

Наказание в виде исправительных работ, назначенное ФИО11 по приговору мирового судьи судебного участка № 2 Дзержинского судебного района города Нижнего Тагила от 19 июня 2017 года, исполнять самостоятельно.

Процессуальные издержки в виде вознаграждения адвокатов ФИО17 и ФИО10 в общей сумме 2070 рублей (две тысячи семьдесят рублей) взыскать с ФИО11 в пользу федерального бюджета.

Вещественные доказательства по уголовному делу по вступлению приговора в законную силу:

<данные изъяты>.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Свердловский областной суд с подачей жалобы (представления) через Дзержинский районный суд города Нижнего Тагила в течение 10 суток со дня провозглашения приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы, а также в случае принесения апелляционного представления прокурором либо подачи апелляционной жалобы кем-либо из участников процесса, осужденный вправе ходатайствовать в указанный срок о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, а также поручать осуществление своей защиты избранному им защитнику либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника, о чем должно быть указано в его апелляционной жалобе или подано соответствующее заявление.

Судья: Н.В. Ильютик