Решение № 2-511/2017 2-511/2017~М-426/2017 М-426/2017 от 27 сентября 2017 г. по делу № 2-511/2017

Дело № 2-511/2017


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

27 сентября 2017 года г.Аша

Ашинский городской Челябинской области в составе председательствующего Л.Т. Кулагиной,

при секретаре Э.Р. Поздеевой,

с участием представителя Ашинской городской прокуратуры А.А. Нечаева,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Челябинской области о взыскании денежной компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании денежной компенсации морального вреда за незаконное уголовное преследование в размере 1 000000 руб. 00 коп.

В обоснование заявленных требований истец указал, что 13.05.2015 года в отношении неустановленного лица было возбуждено уголовное дело по факту совершения преступления, предусмотренного ч.3 ст. 159 УК РФ. По данному делу ФИО1 привлечен в качестве подозреваемого, в рамках данного уголовного дела избрана мера пресечения –подписка о невыезде и надлежащем поведении. 25.12.2015 года уголовное дело в отношении него прекращено в связи с отсутствием события и состава преступления. Также в отношении ФИО1 было возбуждено уголовное дело по ч. 1 ст. 201 УК РФ. В период с 09.03.2016 года по 31.08.2016 года в отношении истца органом предварительного следствия проводились следственные действия. Приговором Ашинского городского суда от 29.12.2016 года по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 201 УК РФ истец был оправдан на основании п. 3 ч.2 ст. 302 УПК РФ в связи с отсутствием в действиях состава преступления, с признанием права на реабилитацию. За время незаконного уголовного преследования истец находился в непривычных условиях, испытывал стрессовое состояние, негативное отношение к себе, горечь и обиду разочарования из-за безразличия следователя, пренебрежения с его стороны процессуальными правами истца, из-за явного негативного отношения к нему. За время уголовного преследования и судебного следствия истец переосмыслил свои взгляды на справедливость и добропорядочность, дополнительные страдания вызвало отсутствие защиты интересов личности со стороны государства. Моральная травма сказывается на психологическом здоровье истца, воспоминания об уголовном преследовании, судебных процессах служат причиной бессонницы и депрессии.

Истец ФИО1 в судебном заседании заявленные требования поддержал, пояснил, что для возбуждения уголовного дела по ч.3 ст. 159 УК РФ по факту деятельности ООО «Коммунальщик-Аша» следственные органы вымешивались в его жизнь, все оперативные мероприятия (обыск, прослушивание его телефонных переговоров) проводились еще с июля 2014 года. Вмешательство в его жизнь следственных органов доставляло неудобство, стресс. Ему пришлось самому проводить строительно-техническую экспертизу, которой был подтвержден факт отсутствия ущерба. В результате незаконного уголовного преследования он потерял работу, был вынужден уволиться с должности директора ООО «Коммунальщик-Аша», учредителем которого являлся, так как все работники уволились, предприятие перестали допускать до участия в электронных торгах. В декабре 2015 года в связи с перенесенным стрессом и переживаниями пришлось обратиться к неврологу. Отсутствие состава преступления по ч. 1 ст. 201 УК РФ было очевидным для органов предварительного следствия, представитель потерпевшего заявлял об отсутствии ущерба. Однако органы предварительного следствия продолжали расследование, проводились очные ставки, составлялись протоколы допросов, проводились экспертизы. Прокурор в судебном заседании настаивала на применении меры наказания в виде лишения свободы, хотя государственный обвинитель знал об отсутствии в его действиях состава преступления. В результате незаконного преследования он испытывал переживания, пострадала его репутация, он устроился на работу в ООО «Сетевой Сервис» в июне 2016 года, откуда его попросили уволиться по собственному желанию в августе 2016 года. В связи с избранием меры пресечения в виде подписке о невыезде, пострадавшей репутации он не мог трудоустроиться в г. Аше, и смог найти работу в г. Уфа только после отмены меры пресечения в январе 2017 года.

Ответчик, Министерство финансов Российской Федерации, представляемое Управлением Федерального казначейства по Челябинской области, о месте и времени рассмотрения дела извещено надлежаще (почтовое уведомление т.1 л.д.154), представило возражения на иск (т.1 л.д.129-132) и ходатайство о проведении судебного разбирательства без участия представителя (т.1 л.д.132, 151). В обоснование возражений указали о необходимости соблюдений требований разумности и справедливости при определении размера компенсации морального вреда.

Представитель третьего лица, прокуратуры Челябинской области, А.А. Нечаев, действующий по доверенности (т.1 л.д.136), полагает, что у истца возникло право на возмещение компенсации морального вреда, но требуемый размер компенсации морального вреда завышен.

Заслушав участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В силу ст. 53 Конституции РФ каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Согласно п. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В отношении лиц, незаконно или необоснованно подвергнутых уголовному преследованию, порядок реабилитации определен ст.ст. 133-139, 397, 399 Уголовно - процессуального кодекса РФ.

Согласно ст. 133 Уголовно - процессуального кодекса РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Исходя из содержания данных норм право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает только при наличии реабилитирующих оснований (вынесение в отношении подсудимого оправдательного приговора, прекращение уголовного преследования в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения, прекращение уголовного преследования в отношении подозреваемого или обвиняемого по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 части 1 статьи 24 и пунктами 1 и 4-6 части 1 статьи 27 УПК РФ).

Иски о компенсации морального вреда предъявляются в порядке гражданского судопроизводства ( ч. 2 ст. 136 УПК РФ).

В п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11. 2011 года N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве", разъяснено, что, исходя из положений Конституции Российской Федерации о праве каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц, и п. 4 ч. 2 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию имеет не только лицо, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным ч. 2 ст. 133 УПК РФ, по делу в целом, но и лицо, уголовное преследование в отношении которого прекращено по указанным основаниям по части предъявленного ему самостоятельного обвинения.

В соответствии с пунктом 4 данного постановления к лицам, имеющим право на реабилитацию, указанным в части 2 статьи 133УПК РФ, не относятся, в частности, подозреваемый, обвиняемый, осужденный, преступные действия которых переквалифицированы или из обвинения которых исключены квалифицирующие признаки, ошибочно вмененные статьи при отсутствии идеальной совокупности преступлений, либо в отношении которых приняты иные решения, уменьшающие объем обвинения, но не исключающие его, а также осужденные, мера наказания которым снижена вышестоящим судом до предела ниже отбытого.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса РФ моральный вред компенсируется в случае причинения физических или нравственных страданий действиями, нарушающими личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в случаях, установленных законом.

Как разъяснено в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В силу ст. 1101 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме, её размер определяется в зависимости от характера причиненных страданий, степени вины причинителя вреда, с учетом требований разумности и справедливости.

Пленум Верховного Суда РФ в п. 21 Постановления от 29.11. 2011 года № 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" разъяснил, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

В соответствии со ст. 1100 Гражданского кодекса РФ основанием для компенсации морального вреда является незаконное осуждение, незаконное привлечение к уголовной ответственности, незаконное применение в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

Обязанность доказывания наличия вреда и причинно-следственной связи между действиями (бездействием) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов и наступившими вредоносными последствиями лежит на потерпевшем.

Как установлено судом и усматривается из материалов дела, 13.05.2015 года заместителем руководителя следственного отдела по г. Аша следственного управления Следственного комитета РФ по Челябинской области возбуждено уголовное дело <номер> в отношении неустановленного лица по ч. 3 ст. 159 УК РФ по факту хищения денежных средств должностным лицом ООО «Коммунальщик-Аша», принадлежащих администрации Ашинского муниципального района (т.1л.д.159).

30.10.2015 года ФИО1 допрошен в качестве подозреваемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ (т.1л.д.165-166).

03.06.2015 года заместителем руководителя следственного отдела по г. Аша следственного управления Следственного комитета РФ по Челябинской области возбуждено уголовное дело <номер> по ч.3 ст. 160 УК РФ в отношении неустановленного лица по факту присвоения денежных средств, принадлежащих МУП «АГУК» (т.1 л.д.160).

23.06.2015 года ФИО1 допрошен в качестве подозреваемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 160 УК РФ (л.д.161-162).

23.06.2015 года в отношении ФИО1 по уголовному делу <номер>, возбужденному по ч.3 ст. 160 УК РФ, избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении (т.1 л.д.163,164).

02.11.2015 года уголовные дела <номер> и <номер> соединены в одно производство, уголовному делу присвоен <номер> (т.1 л.д.167).

24.12.2015 года уголовное дело и уголовное преследование в отношении подозреваемого ФИО1 в части совершения преступления, предусмотренного ч.3 ст. 159 УК РФ, прекращено по основаниям п. 1. ч.1 ст.24 УПК РФ, в связи с отсутствием события преступления (т.1 л.д.168-170).

16.03.2016 года заместителем руководителя следственного отдела по г. Аша следственного управления Следственного комитета РФ по Челябинской области возбуждено уголовное дело <номер> по ч.1 ст. 201 УК РФ в отношении ФИО1 по факту злоупотребления должностными полномочиями вопреки законным интересам организации ООО «Экологический сервис» (т.2 л.д.13-14).

16.03.2016 года уголовное дело <номер> по ч.1 ст. 201 УК РФ в отношении ФИО1 соединено в одно производство с уголовным делом <номер>, возбужденным в отношении ФИО1 по признакам состава преступления, предусмотренного ч.3 ст. 30.ч.3 ст. 160 УК РФ по факту покушения на присвоение и растрату вверенного имущества, находящегося в хозяйственном ведении МУП «АКХ», принадлежащего Администрации Ашинского муниципального района, уголовному делу присвоен <номер> (т.2 л.д.15).

17.03.2016 года ФИО1 был допрошен в качестве подозреваемого по ч.1 ст. 201 УК РФ(т.2 л.д.43-44).

23.08.2016 года проведена очная ставка с потерпевшим (т.2 л.д.45-46).

24.08.2016 года ФИО1 привлечен в качестве обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч.3 ст. 30 ч.3 ст. 160, ч.1 ст. 201 УК РФ (т.2 л.д.16-30).

25.08.2016 года по уголовному делу <номер> в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде подписке о невыезде и надлежащем поведении (т.2 л.д. 31,32).

В рамках расследования уголовного дела по признакам состава преступления, предусмотренного ч.1 ст. 201 УК РФ назначались почерковедческие экспертизы 07.04.2016года (т.2 л.д.33-34), 09.06.2016 года (т.2 л.д.39).

Приговором Ашинского городского суда Челябинской области от 29.12.2016 года, вступившим в законную силу 23.03.2017 года ФИО1 был признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч.3 ст. 160 УК РФ, ч.3 ст.30 ч.3 ст. 160 УК РФ. По предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 201 УК РФ ФИО1 оправдан на основании п.3 ч.2 ст. 302 УПК РФ в связи с отсутствием в деянии подсудимого состава преступления, за ним признано право на реабилитацию с части указанного преступления (т.1 л.д.79-106).

Прекращение уголовного дела и уголовного преследования по ч.3 ст. 159 УК РФ в отношении ФИО1 по основаниям, предусмотренным п. 1. ч.1 ст.24 УПК РФ, в связи в отсутствием события преступления, а также наличие оправдательного приговора по ч.1 ст. 201 УК РФ от 29.12.2016 года свидетельствует о незаконности привлечения ФИО1 в качестве подозреваемого по ч. 3 ст. 159 УК РФ и в качестве обвиняемого по ч.1 ст. 201 УК РФ, в результате чего истцу были причинены нравственные страдания и нарушены его личные неимущественные права на доброе имя, пострадали честь и достоинство, что является основанием для взыскания денежной компенсации морального вреда в соответствии со статьями 151, 1070, 1100, 1101 Гражданского кодекса РФ за счет казны Российской Федерации, независимо от вины должностных лиц.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 года N 10 "О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда", размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Доводы истца о нравственных страданиях в связи с проведением доследственной проверки до возбуждении уголовного дела по ч. 3 ст. 159 УК РФ не могут быть приняты во внимание, поскольку действующее законодательство не предусматривает возможности компенсации морального вреда в результате доследственных мероприятий по проверке заявления о совершении преступления.

Доводы истца о том, что он потерял работу, деловую репутацию, был вынужден проходить лечение у невролога в связи с возбуждением в отношении него уголовного дела по признакам преступления по ч. 3 ст. 159 УК РФ суд во внимание не принимает, поскольку в период возбуждения указанного уголовного дела в отношении ФИО1 было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 160 УК РФ, также связанное с профессиональной деятельностью истца, в совершении которого в последующем ФИО1 был признан виновным приговором Ашинского городского суда. Доказательств, свидетельствующих о том, что указанные неблагоприятные последствия связаны именно возбуждением уголовного дела по ч. 3 ст. 159 УК РФ истцом не представлено. Мера пресечения в виде подписке о невыезде и надлежащем поведении по данному уголовному делу в отношении ФИО1 не избиралась.

Доводы истца о том, что он был вынужден уволиться с работы в ООО «Сетевой Сервис» в результате пострадавшей репутации в связи с возбуждением уголовного дела по признакам преступления по ч. 1 ст. 201 УК РФ, а также не мог найти работу за пределами г. Аши, так как в отношении него была избрана мера пресечения в виде подписке о невыезде и надлежащем поведении, которая отменена только в январе 2017 года после вступления приговора в законную силу, не могут быть приняты во внимание по следующим основаниям.

Так судом установлено, что до момента возбуждения уголовного дела по признакам преступления, предусмотрено ч. 1 ст. 201 УК РФ (16.03.2016 года) в отношении ФИО1 23.06.2015 года уже была избрана мера пресечения в виде подписке о невыезда и надлежащем поведении (т.1 л.д. 163) по возбужденному уголовному делу по признакам преступления предусмотренного ч. 3 ст. 160 УК РФ (т.1 л.д.160), по обвинению в котором он был осужден. Основанием для избрания меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении 25.08.2016 года послужило обвинение не только по ч. 1 ст. 201 УК РФ, по которому он был оправдан, но и обвинение по ч.3 ст. 30 ч.3 ст. 160 УК РФ, по которому ФИО1 был осужден.

Между тем, доказательств, свидетельствующих о причинно-следственной связи между неблагоприятными последствиями и возбуждением уголовного дела именно по ч.1 ст. 201 УК РФ и уголовным преследованием по данному уголовному делу, истцом не представлено.

Вместе с тем, у суда не вызывает сомнений, что истец испытывал нравственные и эмоциональные страдания, которые причинил сам факт незаконного уголовного преследования в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ, ч. 1 ст. 201 УК РФ.

При определении размера денежной компенсации морального вреда в результате незаконного уголовного преследования по ч. 3 ст. 159 УК РФ и по ч. 1 ст. 201 УК РФ суд принял во внимание обстоятельства причинения вреда, характер причиненных страданий, длительность судопроизводства по уголовному делу, объем проведенных следственных действий, индивидуальные особенности истца, и, руководствуясь принципами разумности и справедливости, позволяющими с одной стороны максимально возместить причиненный моральный вред, а с другой стороны – не допустить неосновательного обогащения истца, пришел к выводу, что компенсация в размере, заявленном истцом, является завышенной.

Исходя из положения ст.ст. 151, 1101 ГК РФ суд, с учетом фактических обстоятельств дела, требований разумности и справедливости, индивидуальных особенностей истца и характера причиненных ему нравственных страданий, приходит к выводу о частичном удовлетворении иска, находит разумным и справедливым определить денежную компенсацию морального вреда в размере 5 000 руб. 00 коп.

Руководствуясь ст. ст.194-198 ГПК РФ ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 денежную компенсацию морального вреда в размере 5000 руб. 00 коп. (пять тысяч рублей 00 копеек).

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Челябинский облсуд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи жалобы через Ашинский городской суд.

Председательствующий Л.Т. Кулагина