Приговор № 1-1017/2025 1-104/2026 от 15 января 2026 г. по делу № 1-1017/2025

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Ангарск 16 января 2026 года

Ангарский городской суд под председательством судьи Строковой М.В., при секретаре Т.А.М., с участием государственного обвинителя – старшего помощника прокурора г. Ангарска Р.В.Ю., подсудимой ФИО1, защитника-адвоката Т.Н.И., рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении ФИО1, <данные изъяты>, по данному уголовному делу избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.111 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 совершила умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, при следующих обстоятельствах.

** около 18 часов 00 минут ФИО1, будучи в состоянии алкогольного опьянения, находилась в кухне квартиры, расположенной по адресу: ..., ..., где между ней и Б.Т.В., находившейся в состоянии алкогольного опьянения, произошла словесная ссора, в ходе которой у ФИО1 на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений, возник преступный умысел, направленный на причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека – Б.Т.В. Реализуя свой преступный умысел, ФИО1, находясь в вышеуказанное время в вышеуказанном месте, умышленно нанесла Б.Т.В. один удар рукой, сжатой в кулак, по голове, причинив ей физическую боль. Продолжая реализовывать свой преступный умысел, ФИО1 умышленно толкнула руками Б.Т.В. в область груди, от чего последняя упала на пол. После чего, ФИО1 умышленно нанесла Б.Т.В. два удара ногой, обутой в обувь, по голове последней. Таким образом, ФИО1 причинила Б.Т.В. телесные повреждения в виде: параорбитальной гематомы с субконъюнктивальным кровоизлиянием справа, ушиба мягких тканей правой височной области, ссадин и ушибленных ран шеи и ключицы слева, ушиба мягких тканей, ссадин в области левого плечевого сустава, не причинивших вред здоровью; тупой травмы головы, выразившейся в виде ушиба мягких тканей левой теменно-височной области с переломом левой височной кости, расценивающейся, как причинившая тяжкий вред здоровью, по признаку опасности для жизни.

Подсудимая суду показала, что вину признает частично. По обстоятельствам дела показала следующее. С Б. они знакомы около 5 лет. Между ними хорошие, дружеские отношения. Она бывала в гостях у Б., также как и Б. у нее в гостях. Они раньше работали вместе в клининге. ** она приехала в гости к Б. в ..., привезла бутылку коньяка, у Б. была бутылка водки, они стали вместе распивать алкоголь, все было хорошо. В какой-то момент Б. стала ей жаловаться, что у нее муж А. умирает, у него рак последней стадии, он на тот момент лежал в больнице. Она знала хорошо мужа Б.. Последняя говорила, что в случае его смерти она не будет его хоронить, так как ей не на что. На этой почве они стали ругаться, она стала предъявлять претензии Б., говорить, что так нельзя, что надо искать варианты. Они начали друг друга оскорблять, между ними начался словесный конфликт. На тот момент они сидели за столом. Потом они встали, она ударила Б. рукой по лицу, сначала один раз, Б. стала к ней подходить, тогда она ее толкнула, но та не упала, она еще раз ударила Б. по лицу рукой, не помнит, сжатой ли в кулак или нет. Б. стала ее выгонять. Они выражались в адрес друг друга нецензурной бранью. Дверь у Б. в квартиру была закрыта, она сказала той, чтобы та ее открыла. При ней Б. не падала. Потом она вышла из квартиры, села в такси и уехала. Кто ей вызывал такси не помнит. Она помнит только, как ударила Б. по лицу два раза. Они с Б. были в средней степени алкогольного опьянения. Почему не помнит события дальше, не знает, предполагает, что была на эмоциях. Когда она приехала домой, то встретила соседа А., возможно, сказала ему, что поконфликтовала с потерпевшей. На следующее утро они опять встретились, и она предложила ему съездить с ней к Б., так как ей надо было извиниться перед подругой. Они созвонились с Б., нормально поговорили, та пригласила ее к себе. Когда они приехали, она видела у Б. синяк под глазом. Б. не говорила, что у нее болит голова, просто сказала, что ей плохо. Ни тряпок, ни следов крови в квартире она не видела. На кухне в квартире Б. она видела следы их застолья накануне. Она не помнит, извинялась ли перед Б., но та ей претензии не предъявляла, просто сказала, что полежит, а им предложила посидеть. Они с А. посидели немного и уехали. Не прошло и недели, как Б. позвонила ей и сказала, что лежит в больнице почти неделю. Как ей стало известно, Б. лежала в нейрохирургическом отделении. Когда она пришла, чтобы навестить Б., та вышла к ней и сказала, что ее кто-то избил, и что она подозревает родственников А.. На тот момент Б. ей не сказала о том, что это она ее избила. Спустя несколько дней она была на работе, куда приехали сотрудники полиции увезли ее в ОП-2 ... и сказали, что нападение на Б. не подтвердилось и что они вышли на нее. В ходе очной ставки Б. указала на нее как на человека, избившего ее. Она ей не поверила, так как не могла ее избить. Она не отрицает, что нанесла удары Б. рукой, но ногами ее не била. Полагает, что Б. сама ударилась и не помнит, что произошло. На сегодняшний день они примирились, Б. приходила к ней в гости. Она готова оказать помощь Б.. Также указала, что оснований для ее оговора у Б. не было, почему она указывает на нее – не знает. Когда они с Асташкевичем приходили в гости к Б., у последней телесных повреждений не было, она не говорила ей, что ее кто-то избил. Также уточнила, что ** на момент распития алкоголя с Б. она находилась в квартире последней в кроссовках, не разувалась, когда проходила.

Между тем, вина подсудимой в совершении данного преступления подтверждается показаниями потерпевшей и свидетелей, а также письменными материалами уголовного дела, исследованными в судебном заседании.

Потерпевшая Б.Т.В. суду показала, что с ФИО1 знакомы около 5-6 лет. Охарактеризовать ее может с положительной стороны, ФИО1 поддерживала ее, когда ее сожитель лежал в тяжелом состоянии в больнице. Ранее ФИО1 агрессии по отношению к ней не проявляла. ** ФИО1 позвонила ей в дневное время, спросила, можно ли приехать, на что она согласилась. ФИО1 приехала к ней на такси, такси оплатила она, так как у ФИО1 не было наличных денег. Они прошли в ее квартиру, на кухню, где стали распивать спиртное. В ходе распития алкоголя между ними произошел разговор по поводу ее сожителя, а именно, она сказала ФИО1, что врач сказал ей, что сожитель вряд ли доживет до конца недели, также она поплакалась ФИО1, что ей не на что хоронить сожителя. На этой почве ФИО1 психанула, занервничала, начала ругаться, после этого ударила ее, и она сказала ФИО1 ехать домой. В момент удара она и ФИО1 сидели за столом. Она сидела ближе к входу, а ФИО1 – справа от нее. Между ними было расстояние меньше пол метра. Она не поняла, замахивалась ли ФИО1, когда ее била, потому что все произошло очень быстро. Удар был нанесен кулаком, и пришелся в правую часть головы, в висок. Боль она не испытала, так как была в алкогольном опьянении, и ничего не чувствовала. Она понимала, что ФИО1 ударила ее из-за сожителя. При этом, она не помнит, говорила ли ФИО1 что-то в момент нанесения удара. На удар она не ответила, стала подниматься со стула и сказала ФИО1, чтобы та уходила. ФИО1, в свою очередь, тоже встала и толкнула ее руками в грудь. Она вывалилась из кухни в коридор, упала на пол, на правый бок, при падении ничем не ударилась. ФИО1 вышла из кухни, она думала, что та пойдет домой, и стала подниматься с пола, но подняться не смогла, скорей всего, в силу алкогольного опьянения. Но ФИО1 пнула ее два раза по голове, по левой стороне, ногой, обутой в обувь, после этого она потеряла сознание, и что было дальше, не знает. Удары по голове были сильные. Ближе к утру она очнулась, увидела, что под ней, в районе уха, была кровь на полу, также кровь сочилась с уха. Лужа крови была примерно 10 см в диаметре. У нее болела голова, ее тошнило, голова кружилась. В квартире больше никого не было. Дверь в ее квартиру можно захлопнуть снаружи, и никто не войдет, на ключ закрывать не надо. Когда она очнулась, то пошла проверять входную дверь, она была закрыта. Она выпила таблетки от головы, думала, что отлежится и все пройдет. Дома одна она находилась почти сутки. На следующий день ФИО1 приехала к ней с соседом, который ранее ей знаком не был, зовут его А.. До этого они с ФИО1 разговаривали по телефону, она жаловалась последней, что у нее болит и кружится голова, ей плохо, ее тошнит. Когда ФИО1 с А. приехали к ней, они привезли с собой коньяк, предложили выпить, но она с ними пить не стала, так как ей было плохо. На тот момент она не понимала, что происходит, не помнила события, произошедшие накануне, вспомнила обо всем только в больнице, спустя некоторое время. ФИО1 и А. выпивали спиртное на ее кухне, а она легла спать в комнате, так как ей было плохо. Они тоже недолго находились в ее квартире, потом уехали. ** она позвонила сестре, попросила ее купить сигарет, так как ей было плохо. Сестра к ней приехала, привезла сигареты, сестре она рассказала, что ее ударили на улице, на тот момент она еще не вспомнила события **. Сестра вызвала скорую, и ее увезли в больницу, так как ее состояние ухудшилось, голова кружилась, она не могла встать. Полы в коридоре она мыла уже после больницы. Она лежала в больнице в БСМП, в нейрохирургическом отделении, с 11 по 19 августа. Телесные повреждения, указанные в обвинительном заключении, образовались на ее теле от действий ФИО1, никого другого в квартире больше не было. Пока она лежала в больнице, ФИО1 к ней приходила, так как работает там. Ей она не говорила, что данные телесные повреждения образовались от ее действий, поскольку она приходила к ней в больницу на второй или третий день ее нахождения там, а события она вспомнила уже перед выпиской. К ней в больницу пришел следователь или оперуполномоченный, она все ему рассказала. Раньше у нее таких провалов в памяти не было, предполагает, что это было связано с травмой. ФИО1 она не оговаривает, оснований для ее оговора у нее нет. ФИО1 говорила о том, что от ее действий попала в больницу, только в полиции. ФИО1 приносила ей извинения, когда была очная ставка. Первоначально она действительно говорила сотрудникам полиции, что ее избили ** на улице, потому что не знала, что сказать. ФИО1 не заставляла ее так говорить, так говорила она сама. Когда ФИО1 приходила к ней в больницу, она ей не говорила, что ее избили на улице, так как ей было не до этого. Также она видела, что ФИО1 писала ей СМС, предлагала решить все, но она ей не отвечала, так как было не до этого. Она точно помнит, что ФИО1 один раз ударила ее кулаком, и два раза пнула. Почему она стала ее пинать, ей не известно.

Свидетель С.С.Н. показала, что потерпевшая Б.Т.В. – ее сестра, охарактеризовала ее с положительной стороны. На ** ее сестра проживала одна, сожитель был жив, но был в больнице. До событий ** они с ней созванивались по телефону, когда виделись – не помнит. По телефону до ** сестра ей не говорила, что ее избили на улице. ** она была дома, сестра позвонила ей днем, в четвертом часу, попросила, чтобы она срочно пришла. Когда она зашла в квартиру, то увидела кровь в коридоре, перед входом на кухню. Также она увидела кровь на постельном белье – на одеяле и на подушке. На самой сестре крови не было, но та сказала ей, что у нее из уха идет кровь, и показала ей на ватной палочке. Она спросила у сестры, что случилось, на что та сказала, что на нее напали возле подъезда, когда она шла с работы, забрали пакет с продуктам, что это было вечером **. Сначала она поверила сестре, но потом стала сомневаться, потому что в подъезде и на улице крови не было, а в квартире была. Также, когда она пришла к сестре **, та плохо ходила, говорила, что кружится голова, также у нее был синяк под правым глазом. Она предложила сестре вызвать скорую помощь, но та отказалась, попросила купить ей пачку сигарет, она сходила в магазин, купила ей сигареты, и ушла. В тот день они в больницу не поехали. На следующий день утром она вновь приходила к сестре, та стала чувствовать себя хуже, и в понедельник утром, **, она отвезла сестру на таки в травматологию, и пробыла там с ней, пока ее не госпитализировали. К этому времени ее состояние еще ухудшилось. Сестра жаловалась, что у нее слабость и сильно кружится голова. Когда она приходила к сестре **, то на кухню не проходила, но поскольку кухонный стол виден из коридора, то она видела, что на столе следов распития спиртного не было. Также она увидела, что сестра затерла кровь на полу еще **, после того, как она сходила в магазин за сигаретами. Потом, когда сестру уже выписывали из больницы, та ей рассказала, что ** к ней приходила женщина в гости, они распивали спиртное, и та ее избила. Также сказала, что ранее об этом не говорила, так как не хотела писать заявление на эту женщину. Как эту женщину зовут и за что та ее избила, сестра ей не сообщала. Как она поняла со слов сестры, женщина сначала ударила ее по лицу руками, а потом еще пинала по голове. Более подробно сестра ей о произошедшем не рассказывала.

Свидетель А.А.А. суду показал, что ФИО1 – его соседка. Потерпевшая Б.Т.В. – знакомая ФИО1 ** он в гостях у Б.Т.В. не был, ФИО1 в тот вечер не видел, видел ее утром **. Когда он ее увидел, она была в нормальном состоянии. Они с ФИО1 в этот день ездили в гости к Б.Т.В. ФИО1 ему рассказала, что накануне между ней и Б.Т.В. произошел какой-то конфликт, на что он предложил ФИО1 решить данный конфликт, съездить и извиниться. Ему известно, что между ними был только словесный конфликт. В тот же день кто-то из них позвонил другому, и они поехали в 12 микрорайон по месту жительства Б.Т.В. Это было днем, примерно в обед. Б.Т.В. сама открыла дверь, была в нормальном состоянии. Он не присматривался, были ли на открытых частях ее тела какие-то телесные повреждения. Когда они приехали, прошли на кухню, там были стол, стулья. Они выпили, закусили. За столом сидели все вместе, втроем, потом Б.Т.В. сказала, что пойдет приляжет, а мы можем еще посидеть, после чего она ушла, а они с ФИО1 остались вдвоем, посидели полчаса-час, затем уехали. За то время, что они сидели, Б.Т.В. к ним не выходила, но когда они уходили, она закрывала за ними дверь. Он не обращал внимания на то, лежали ли где-то в квартире на полу тряпки, полотенца. При нем Б.Т.В. на плохое самочувствие не жаловалась. При нем никакого разговора за столом о конфликте не было, предполагает, что Б.Т.В. и ФИО1 решили все между собой в его отсутствие. Утром **, когда они с ФИО1 встретились, последняя ему не говорила о том, что избила свою знакомую, просто говорила о конфликте.

В порядке ч.3 ст.281 УПК РФ были оглашены показания свидетеля, данные им в ходе предварительного следствия, из которых следует, что ** примерно в обеденное время в подъезде своего дома он встретил свою соседку ФИО3 из ..., которая была выпившая и они разговорились. Он пригласил ФИО2 к себе в гости, где они пили пиво и общались. Когда они находились дома, ФИО2 рассказала, что переживает и-за произошедшего ** конфликта между ней и ее подругой. Он расспрашивал, била ли она свою подругу или нет, ФИО2 отвечать не хотела, и сказала лишь, что возможно и била. Он сказал, что ей надо мириться, и ФИО2 предложила вместе съездить в гости к ее подруге, чтобы она извинилась. Он согласился и через некоторое время они проехали в ... ..., где прошли в квартиру к женщине по имени Т., в настоящее время известная ему под фамилией Б.. Он заметил синяк с правой стороны на лице Б. когда они находились в квартире. Б. посадила их за стол, они начали выпивать, женщины о чем-то общались между собой, после чего Б. легла на диван, сказала, что ей плохо. Они еще некоторое время сидели на кухне, после чего покинули квартиру. Он не слышал четких разговоров о том, что ФИО2 избила Б.. Более по этому поводу он пояснить ничего не может (т.1 л.д.70-72). В ходе очной ставки с ФИО1 от ** показал, что ** в воскресенье он с ФИО1 приезжал в гости к Б.. Когда они находились дома, ФИО2 рассказала, что переживает из-за произошедшего ** конфликта между ней и ее подругой. Он расспрашивал, била ли она свою подругу или нет, ФИО2 отвечать не хотела, и сказала лишь, что возможно и била. Он сказал, что ей надо мириться, и ФИО2 предложила вместе съездить в гости к ее подруге, чтобы она извинилась (т.1 л.д.102-104).

После оглашения показаний свидетель их подтвердил, пояснил, что действительно видел у потерпевшей на лице ссадину, и потерпевшая говорила, что ей плохо. На день допроса в суде он это забыл.

Свидетель С.М.Х. показал, что подсудимая – его жена, а потерпевшая – подруга жены. С ФИО2 в браке они состоят 20 лет. Охарактеризовал ее в целом с положительной стороны, по характеру она спокойная, спиртное выпивает редко, только по праздникам. В нетрезвом состоянии ее поведение не меняется, к агрессии она не склонна. Как долго ФИО2 дружит с Б., ему не известно, но он знает, что они часто ходили в гости друг к другу. Бывало, что ФИО2 и Б. распивали спиртное у них дома, при этом конфликтов, скандалов между ними не было. Про ** он узнал только спустя месяц, когда к ним домой ночью приехали сотрудники полиции. В начале августа 2025 года он был в ..., никуда не уезжал. Чем занималась ФИО2 ** и ** ему не известно, потому что с утра он уходил на работу. В эти дни ее поведение не менялось. ** крови у жены на руках, одежде он не видел. Когда от сотрудников полиции он узнал, что она избила женщину, то спросил у нее об этом, на что ФИО2 сказала, что ничего не помнит, ничего не было. В августе 2025 года ФИО2 работала в поликлинике в ..., говорила ему, что видела Б. в больнице, навещала ее. ФИО2 говорила, что Б. ей рассказала о том, что последнюю на улице избили двое мужчин.

Показания следующих свидетелей были оглашены в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ.

Свидетель У.С.Ю. показал, что работает водителем службы такси «<данные изъяты>» около 5 лет. ** двигаясь на автомобиле марки «Тойота Королла» с государственным регистрационным номером № регион, он получил от службы такси предварительную заявку с магазина «<данные изъяты>», расположенного в ... ... до ... 93 квартале и ... ... .... У службы такси «<данные изъяты>» заключен договор об оказании услуг перевоза пассажиров, являющихся работниками магазина. ** в 23 часа 07 минут с магазина «<данные изъяты>» вышли женщина и девушка, которые являются работниками магазина, и которые сели на заднее пассажирское сидение. Данные женщины находились в трезвом состоянии, запаха алкоголя от них не исходило, вели себя спокойно. Девушка вышла первая около дома, указанного в заявке в ... ..., женщину он довез до ... <данные изъяты>. Когда женщина выходила из автомобиля, он не обратил внимание, имелся ли у нее в руке пакет. Он остановил автомобиль на расстоянии около 10 метров от подъезда, женщина вышла из автомобиля и направилась в сторону подъезда, так как он принял другую заявку, он не стал ждать, когда женщина зайдет в подъезд. Около подъезда никого посторонних он не видел (т.1 л.д.195-196).

Эксперт Ш.И.А. показал, что учитывая морфологические особенности повреждений, имевшихся у Б.Т.В., следует считать возможным совершению ею активных целенаправленных действий после получения травм (т.1 л.д.218-219).

Согласно протоколу от **, у потерпевшей Б.Т.В. изъяты скриншоты переписки и звонков (т.1 л.д.171-172), которые осмотрены и приобщены к уголовному делу в качестве доказательств (т.1 л.д.174-175).

Согласно протоколу от **, осмотрена квартира, расположенная по адресу ..., ..., в ходе осмотра изъяты 3 следа папиллярных линий на 3 отрезках темной дактилоскопической пленки размерами 28х42 мм, 34х47 мм, 43х43 мм, смыв вещества бурого цвета, которые приобщены к уголовному делу в качестве доказательств (т.1 л.д.40-45).

Согласно протоколу от **, у ФИО1 изъяты образцы отпечатков пальцев рук и ладоней на дактокарту (т.1 л.д.93-94), которые осмотрены и приобщены к уголовному делу в качестве доказательств (т.1 л.д.105-106).

Согласно заключению эксперта № от **, след пальца руки размером 14х22 мм на отрезке темной дактилоскопической пленки размером 34х47 мм, пригоден для идентификации личности. След пальца руки размером 14х22 мм на отрезке темной дактилоскопической пленки размером 34х47 мм, оставлен средним пальцем левой руки подозреваемой ФИО1 (т.1 л.д.115-131).

Согласно протоколу от **, осмотрена копия медицинской карты пациента №б на имя Б.Т.В., которая приобщена к уголовному делу в качестве доказательства (т.1 л.д.157-158).

Согласно заключению эксперта № от **, у Б.Т.В. имелась тупая травма головы, выразившаяся в виде ушиба мягких тканей левой теменно-височной области с переломом левой височной кости, распространяющимся на основание черепа, пирамиду правой височной кости. Данная травма образовалась от воздействия (воздействий) тупым твердым предметом в левую теменно-височную область головы, что могло быть в срок и при обстоятельствах, указанных потерпевшей. Эта травма расценивается (квалифицируется), как причинившая тяжкий вред здоровью, по признаку опасности для жизни. Кроме того, у Б.Т.В. имелась параорбитальная гематома с субкноъюнктивальным кровоизлиянием справа; ушиб мягких тканей правой височной области; ссадины и ушибленные раны шеи и ключицы слева; ушиб мягких тканей, ссадины в области левого плечевого сустава. Указанные повреждения образовались от действия тупых твердых предметов. Достоверно высказаться о давности их образования не представляется возможным ввиду отсутствия описания их морфологических особенностей в представленной медицинской документации. Данные повреждения следует отнести к категории не причинивших вред здоровью человека. Учитывая смежную анатомическую локализацию параорбитальной гематомы с субконъюнктивальным кровоизлиянием справа и ушиба мягких тканей правой височной области, не исключается возможность их образования в результате ударного воздействия тупым твердым предметом, то есть, что могло быть в срок и при обстоятельствах, указанных потерпевшей. Учитывая морфологические особенности, характер тупой травмы головы, имевшейся у Б.Т.В., следует исключить возможность ее образования при падении и соударении головой о тупую твердую поверхность (т.1 л.д.140-142).

Согласно заключению эксперта № от **, у Б.Т.В. имелась тупая травма головы, выразившаяся в виде ушиба мягких тканей левой теменно-височной области с переломом левой височной кости, распространяющимся на основание черепа, пирамиду правой височной кости. Данная травма образовалась от воздействия (воздействий) тупым твердым предметом в левую теменно-височную область головы, что могло быть в срок и при обстоятельствах, указанных потерпевшей в ходе дополнительного допроса. Учитывая морфологические особенности и анатомическую локализацию повреждений, составляющих комплекс тупой травмы головы, имеющейся у Б.Т.В., следует исключить возможность ее образования при обстоятельствах, указанных подозреваемой ФИО1 в ходе дополнительного допроса. Кроме того, у Б.Т.В. имелась параорбитальная гематома с субконъюнктивальным кровоизлиянием справа; ушиб мягких тканей правой височной области; ссадины и ушибленные раны шеи и ключицы слева; ушиб мягких тканей, ссадины в области левого плечевого сустава. Указанные повреждения образовались от действия тупых твердых предметов. Достоверно высказаться о давности их образования не представляется возможным ввиду отсутствия описания их морфологических особенностей в представленной медицинской документации. Данные повреждения следует отнести к категории, не причинившие вред здоровью человека. Учитывая смежную анатомическую локализацию параорбитальной гематомы с субконъюнктивальным кровоизлиянием справа и ушиба мягких тканей правой височной области, не исключается возможность их образования в результате ударного воздействия тупым твердым предметом, то есть, что могло быть в срок и при обстоятельствах, указанных потерпевшей в ходе дополнительного допроса (т.1 л.д.202-205).

Оценивая приведенные доказательства, суд находит их относимыми, допустимыми, достоверными и достаточными для разрешения уголовного дела.

При этом, в части нанесения потерпевшей телесных повреждений ФИО1, в том числе руками и ногами, а также в части того, что последняя умышленно повалила потерпевшую на пол, суд более доверяет показаниям потерпевшей Б.Т.В., поскольку они последовательны, стабильны, существенных противоречий не содержат, согласуются с другими доказательствами, исследованными в судебном заседании, в том числе заключениями эксперта № от ** и № от **. Оснований для оговора подсудимой со стороны потерпевшей не установлено. А указание потерпевшей до возбуждения уголовного дела о том, что ее избили неизвестные, Б.Т.В. объяснила тем, что в связи с травмой головы не помнила обстоятельств ее получения.

Свидетель А.А.А. также подтвердил, что со слов ФИО1 ему стало известно о конфликте между подсудимой и потерпевшей, а также ФИО1 в разговоре с ним не отрицала, что могла причинить потерпевшей телесные повреждения. Кроме того, он видел у Б.Т.В. на лице синяк, когда приезжал к ней с ФИО1 **, а также Б.Т.В. в его присутствии говорила, что плохо себя чувствует.

Свидетель С.С.Н. показала, что ** приезжала домой к Б.Т.В., которая жаловалась ей на плохое самочувствие, также она видела, что у Б.Т.В. из уха текла кровь, видела лужу крови в ее квартире на полу при входе в кухню, а также на постельном белье. Изначально Б.Т.В. говорила ей, что ее избили неизвестные ** возле подъезда и отобрали пакет с продуктами, но потом вспомнила, что у нее произошел конфликт с ФИО3, в ходе которого последняя нанесла ей телесные повреждения.

Свидетель С.М.Х. охарактеризовал ФИО1 с положительной стороны.

Свидетель У.С.Ю. показал, что ** на автомобиле службы заказа такси «Надежное» из магазина «<данные изъяты>» в ... ... до ... ... ... подвозил женщину, которая вышла из автомобиля и направилась в сторону подъезда, при этом около подъезда посторонних не было.

Эксперт Ш.И.А. показал, что Б.Т.В. могла совершать активные целенаправленные действия после получения травм.

Показания подсудимой ФИО1 суд признает относимыми, допустимыми и достоверными в части, не противоречащей иным доказательствам. В части же ее показаний о том, что потерпевшей она наносила удары только рукой, а также что в ее присутствии Б.Т.В. не падала, суд относится критически, поскольку они опровергаются иными доказательствами, представленными суду, и суд расценивает ее показания в этой части как позицию защиты.

Таким образом, причастность ФИО1 к причинению вреда здоровью Б.Т.В. подтверждается как ее собственными показаниями, так и показаниями потерпевшей Б.Т.В., а также свидетелей А.А.А., С.С.Н., У.С.Ю., и эксперта Ш.И.А. Материалы дела не содержат сведений о возможной причастности к причинению данных телесных повреждений иного лица, а также при иных обстоятельствах. Исходя из изложенных показаний перечисленных лиц, которые в целом согласуются и подтверждаются совокупностью иных исследованных доказательств, суд приходит к твердому убеждению о том, что телесные повреждения, обнаруженные у Б.Т.В., причинены действиями ФИО1 Оснований для оговора подсудимой со стороны указанных лиц суд не усматривает.

Суд не усматривает в действиях ФИО1 признаков необходимой обороны, поскольку как следует из показаний самой подсудимой, а также показаний потерпевшей, последняя не представляла угрозу для подсудимой либо для иных лиц. Действия подсудимой были обусловлены не самообороной, а личной неприязнью на фоне произошедшего конфликта.

Суд признает допустимыми и относимыми заключения всех проведенных по делу экспертиз. Соответствующие исследования выполнены на основании научно разработанных методик экспертами, имеющими соответствующую квалификацию и обладающими специальными познаниями. Оснований сомневаться в выводах экспертов у суда не имеется.

Протоколы следственных действий отвечают требованиям уголовно-процессуального законодательства к их составлению, подписаны участвующими лицами. Вещественные доказательства также вовлечены в процесс доказывания законным способом.

Суд квалифицирует действия ФИО1 по ч.1 ст.111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека.

Сомнений во вменяемости подсудимой у суда не возникло, поскольку на учете у психиатра она не состоит, ее поведение в судебном заседании адекватно, в связи с чем, суд признает ее вменяемой и подлежащей уголовной ответственности.

При назначении наказания суд учитывает требования ст.ст.6, 43, 60 УК РФ, то есть характер и степень общественной опасности совершенного преступления, относящегося к категории тяжких, личность подсудимой, в том числе обстоятельства, смягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление подсудимой и на условия ее жизни и жизни ее семьи.

Подсудимая не судима, к административной ответственности не привлекалась, на учете у нарколога и психиатра не состоит, трудоустроена, имеет семью, по месту жительства и работы характеризуется положительно.

Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимого, суд установил частичное признание вины, раскаяние в содеянном, принесение извинений потерпевшей.

Отягчающих наказание обстоятельств по делу судом не установлено.

Оснований для применения при назначении наказания положений ч.1 ст.62 УК РФ судом не установлено, поскольку не установлено смягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных п. «и» и (или) «к» ч.2 ст.61 УК РФ.

Судом не установлено обстоятельств, связанных с целями и мотивам преступления, ролью виновной, ее поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, для применения ст.64 УК РФ. Оснований для применения ч.6 ст.15 УК РФ при назначении наказания суд не усматривает.

При указанных обстоятельствах, а также с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, суд пришел к убеждению, что наказание подсудимой должно быть назначено в виде лишения свободы в пределах санкции соответствующей статьи Особенной части УК РФ. При этом, с учетом сведений о личности подсудимой, совокупности смягчающих вину обстоятельств и отсутствии отягчающих обстоятельств, суд полагает возможным назначить подсудимой наказание с применением ст.73 УК РФ, то есть условно, с испытательным сроком, в течение которого она должна доказать свое исправление.

Судьбу вещественных доказательств определить согласно ст.81 УПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.307 - 309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО1 виновной в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.111 УК РФ, назначив ей наказание в виде 2 лет 6 месяцев лишения свободы.

На основании ст.73 УК РФ назначенное наказание считать условным, с испытательным сроком в 3 года, возложив на условно-осужденную обязанности: встав на учет, не менять место жительства без уведомления уголовно-исполнительной инспекции, периодически являться на регистрацию в указанное госучреждение согласно их предписанию.

Испытательный срок исчислять с момента вступления приговора в законную силу. Засчитать в испытательный срок время, прошедшее со дня провозглашения приговора.

Меру пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении по вступлении приговора в законную силу – отменить.

По вступлении приговора в законную силу вещественные доказательства:

- копию медицинской карты на имя Б.Т.В., хранящуюся в ОГБУЗ «Ангарская городская больница» - оставить по принадлежности в указанном учреждении;

- скриншоты переписки и звонков, вещество бурого цвета, 3 следа папиллярных линий на 3 отрезках дактопленки, дактокарты с образцами пальцев и ладоней рук на имя А.А.А., Б.Т.В., ФИО1, хранящиеся в материалах уголовного дела – хранить при деле.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Ангарский городской суд в течение 15 суток со дня его провозглашения. В случае подачи апелляционной жалобы осужденная вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий: судья М.В. Строкова

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>