Решение № 2-362/2019 2-7/2020 2-7/2020(2-362/2019;)~М-356/2019 М-356/2019 от 21 октября 2020 г. по делу № 2-362/2019

УИД 66RS0058-01-2019-000518-77


Решение в окончательной форме изготовлено 22 октября 2020 года

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

п.г.т. Тугулым 15 октября 2020 года

Тугулымский районный суд Свердловской области в составе:

председательствующего судьи Субботина В.Н.,

при секретаре Ибраевой А.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-7/2020 по иску ФИО1 к ФИО2 о сносе за счет ответчика самовольных построек возведенных на границе с земельным участком истца с нарушением строительных, санитарно-гигиенических, пожарных норм и правил,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о сносе за счет ответчика самовольных построек возведенных на границе с земельным участком истца с нарушением строительных, санитарно-гигиенических, пожарных норм и правил.

В обосновании своих требований истец указывает, что ей на праве собственности принадлежит дом и земельный участок по адресу: <адрес> кадастровый №. Фактическое использование земельного участка длится свыше 15 лет (с 1950 года). На участке дом возведен в 1950 году.

На соседнем участке по адресу: <адрес> находится земельный участок с кадастровым номером №, принадлежащий с осени 2018 года ФИО2 До 2003 года данный земельный участок принадлежал родственнику ФИО3 Позже участок был продан ФИО6 В 2003 году проводилось межевание с участком по адресу: <адрес>, с установлением границ, ни у кого никаких претензий по границам не было. В августе 2019 года ФИО2 пригласил ФИО4, который проводил уточнение границ, но уже с другими границами, с нарушением Федерального закона от 24.07.2007 N 221- ФЗ (ред. от 02.08.2019) «О кадастровой деятельности» ч.3 ст.39. Порядок согласования местоположения границ земельных участков, а так же с нарушением ст.39.15. Земельного кодекса Российской Федерации Предварительное согласование предоставления земельного участка.

Акт согласования местоположения границ, в соответствии со ст.40 Федерального закона от 24.07.2007 N 221-ФЗ (ред. от 02.08.2019) «О кадастровой деятельности», в августе 2019 года ей ФИО2 не предъявлялся и ею не подписывался.

ФИО2 на участке по адресу: <адрес> снес имеющиеся постройки для нового строительства. Мало того, что нарушены границы участка, так ответчик залил фундамент и возводит объекты капитального строительства с нарушением строительных, санитарно-гигиенических, пожарных норм и правил: гараж, на расстоянии 3 м от окон её дома, кухню, хозяйственные постройки для содержания скота и птицы, на расстоянии 0,5 м от границы с её земельным участком. При этом ФИО2 к ней и её семье не обращался для согласования расстояния для строительства названных объектов.

Стены постройки не имеют разрывов, что затеняет комнаты её дома, то есть нарушают естественную освещенность. Строительство указанного объекта осуществляется ответчиком без её согласия и без получения необходимых разрешений. В то же время, она возражает против сохранения самовольно возведенных с нарушением градостроения, санитарно-гигиенических, пожарных норм построек на земельном участке, о чем ставился в известность Ответчик.

В настоящее время, не смотря на нарушения, а так же вынесенные указания о нарушениях архитектором Тугулымского района, ФИО2 продолжает в ускоренном темпе строительство объектов, таким образом, сводя её требования о сносе построек к малозначительности по сравнению с затраченными средствами на строительство.

Обращает внимание суда, что нормативы расположения построек на земельном участке закреплены в строительных нормах и правилах, в том числе в СП 30- 102-99, СП 42.13330.2011, СП 53.13330.2011. Так, в соответствии с п. 5.3.4 «СП 30-102-99. Планировка и застройка территорий малоэтажного жилищного строительства» (принят постановлением Госстроя России от 30.12.1999 № 94) до границы соседнего приквартирного участка расстояния по санитарно-бытовым условиям должны быть не менее: от усадебного, одно-двухквартирного и блокированного дома - 3 м с учетом требований п.4.1.5 СП 30-102-99; от постройки для содержания скота и птицы -4 м; от других построек (бани, гаража и др.) - 1 м; от стволов высокорослых деревьев - 4 м; среднерослых - 2 м; от кустарника - 1 м.

Как указано в п.5.3.8 СП 30-102-99, на территориях с застройкой усадебными, одно-двухквартирными домами расстояние от окон жилых комнат до стен соседнего дома и хозяйственных построек (сарая, гаража, бани), расположенных на соседних земельных участках, должно быть не менее 6 м.

В соответствии с п.7.1 «СП 42.13330.2011. Свод правил. Градостроительство. Планировка и застройка городских и сельских поселений. Актуализированная редакция СНиП 2.07.01-89*» (утвержден приказом Минрегиона России от 28.12.2010 № 820): расстояния между жилыми зданиями, жилыми и общественными, а также производственными зданиями следует принимать на основе расчетов инсоляции и освещенности в соответствии с требованиями, приведенными в разд. 14 СП 42.13330.2011, нормами освещенности, приведенными в СП 52.13330, а также в соответствии с противопожарными требованиями, приведенными в разд. 15 СП 42.13330.2011.

Между длинными сторонами жилых зданий следует принимать расстояния (бытовые разрывы): для жилых зданий высотой два - три этажа - не менее 15 м; четыре этажа - не менее 20 м; между длинными сторонами и торцами этих же зданий с окнами из жилых комнат - не менее 10 м.

В условиях реконструкции и в других сложных градостроительных условиях указанные расстояния могут быть сокращены при соблюдении норм инсоляции, освещенности и противопожарных требований, а также обеспечении непросматриваемости жилых помещений (комнат и кухонь) из окна в окно. ФИО2 данные исследования и измерения не проводились, с ней не согласовывались.

Кроме этого, в районах усадебной и садово-дачной застройки расстояния от окон жилых помещений (комнат, кухонь и веранд) до стен дома и хозяйственных построек (сарая, гаража, бани), расположенных на соседних земельных участках, должны быть не менее 6 м, а расстояния до сарая для содержания скота и птицы - в соответствии с п.8.6 СП 42.13330.2011: расстояние от границы участка должно быть не менее, м: до стены жилого дома - 3; до хозяйственных построек - 1. При отсутствии централизованной канализации расстояние от туалета до стен соседнего дома необходимо принимать не менее 12 м, до источника водоснабжения (колодца) - не менее 25 м. В то время как канализация ответчика находится под полом гаража, стена которого на расстоянии 3 м от окон её дома.

Так же ссылается на п.6.7 СП 53.13330.2011 в котором указано, что минимальные расстояния до границы соседнего участка по санитарно-бытовым условиям должны быть от: жилого строения (или дома) - 3 м; постройки для содержания мелкого скота и птицы -4 м; других построек - 1 м; стволов высокорослых деревьев -4 м, среднерослых -2 м; кустарника - 1 м. Расстояние между жилым строением (или домом), хозяйственными постройками и границей соседнего участка измеряется от цоколя или о стены дома, постройки (при отсутствии цоколя), если элементы дома и постройки (эркер, крыльцо, навес, свес крыши и др.) выступают не более чем на 50 см от плоскости стены. Если элементы выступают более чем на 50 см., расстояние измеряется от выступающих частей или от проекции их на землю (консольный навес крыши, элементы второго этажа, расположенные на столбах и др.).

При возведении на садовом, дачном участке хозяйственны построек, располагаемых на расстоянии 1 м от границы соседнего садового, дачного участка, скат крыши следует ориентировать таким образом, чтобы сток дождевой воды не попал на соседний участок. А у строений ФИО2 скат крыш направлен на их дом и на их земельный участок.

До обращения в суд, её семья пыталась решить мирным путем данные вопросы, указывая ФИО2 на нарушения при заливке фундамента, но ФИО2 отказывался признавать, что строительство идет с нарушением. После этого она обратилась к главе администрации Тугулымского городского округа, откуда был получен ответ, подтверждающий, что ФИО2 производит строительство с нарушением. После этого, в порядке ст.45 ГПК РФ она обратилась в прокуратуру Тугулымского района, которая в настоящее время проводит проверку. Кроме этого, за допущенные нарушения, на ФИО2 архитектурой Тугулымского района был составлен административный протокол.

В силу своего возраста и физических возможностей, с ФИО2 неоднократно разговаривали её внучка - ФИО7, её дочь - ФИО5 Но ФИО2 не идет на мирные соглашения, настроен решительно и считает, что волен делать, что хочет на своем участке.

Действия ФИО2 значительно подорвало её здоровье (она и так в силу возраста не здоровый человек, но стали частыми сердечные приступы), нанесли моральный и материальный ущерб (перенос ямы, лишения гаража и пр.). Моральный и материальный ущерб составил 150000 рублей.

На основании изложенного, изначально просила обязать ответчика ФИО2 перенести забор от её дома, расположенного на границе между участками, с кадастровыми номерами №, восстановив, таким образом, границу земельного участка, обязать ответчика ФИО2 снести за его счет самовольные постройки, возведенные на границе с её земельным участком с нарушением строительных, санитарно-гигиенических, пожарных норм и правил, взыскать с ФИО2 в её пользу денежные средства в размере 150000 рублей в качестве морального и материального ущерба.

В последующем истец неоднократно уточняла заявленные исковые требования, по последним уточненным исковым требованиям просит обязать ответчика ФИО2 снести за его счет самовольные постройки, возведенные на границе с её земельным участком с нарушением строительных, санитарно-гигиенических, пожарных норм и правил.

Уточненные требования судом приняты.

Определением суда от 21.05.2020 года к участию в деле в качестве третьего лица привлечена Администрация Тугулымского городского округа.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом, просила рассмотреть дело в её отсутствие, с участием своих представителей.

Представитель истца ФИО10, действующая на основании доверенности (л.д.55) в судебном заседании пояснила, что самовольной постройкой у ответчика является летняя кухня, гараж и баня, которые построены одним зданием, расстояние не выдержано. Считает что ответчик начал строительство, не получив разрешения на него, без градостроительного плана, в связи с чем данная постройка была признана самовольной комиссией Администрации Тугулымского городского округа. В настоящее время данная постройка является объектом незавершенного строительства. Нарушение прав истца выражается в том, что в доме из-за построек ответчика темно, снег сходит прямо на дом истца, в связи с чем участок поддопляется. С оплатой экспертизы в ООО «Решение» она не согласна, поскольку её назначил суд, она не просила об этом.

Представитель истца ФИО11, действующий на основании доверенности (л.д.226) в судебном заседании пояснил, что с небольшими отступами от границы земельного участка находится дом истца, и ответчик построил нежилое помещение, в котором должны находиться гараж, летняя кухня и баня. Истца, данное строение, не устроило, и истец обратился в суд с данным иском, так как не было получено разрешение на строительство, считает, что не соблюдены расстояния отступа от границы с участком истца, существует угроза жизни и здоровью истца, возможность пожара. Истец считает, что из-за возведенного строения в доме истца нарушена инсоляция. Поскольку существует угроза жизни и здоровью истца из-за пожара, считает, что должны быть проведены дополнительные меры для устранения данной угрозы, а именно, должна быть сплошная стена, поменяны перекрытия с деревянных на другие.

Давая оценку заключению эксперта, обращает внимание суда, что экспертом допущены грубые нарушения в оформлении заключения. Отсутствуют сведения о том, что эксперту разъяснены права и обязанности, предусмотренные ст. 85 ГПК РФ, отсутствует дата дачи подписки, отсутствует методика проведения экспертизы, указано, что использовался дальномер лазерный RGK свидетельство о поверке №378338, а само свидетельство приложено не было. В исследовании на вопрос №1 эксперт не руководствуется какой-либо методикой, которая гарантирует точность проводимых измерений. Считает, что для того чтобы дать достоверный ответ на этот вопрос, необходимо провести измерения в соответствии с методикой, либо провести геодезическую съемку смежных участков. При ответе на вопрос № 2 эксперт не обращает внимания на то, что объект, расположенный на участке по адресу: <адрес> является самовольной постройкой. Так как данный объект признан самовольной постройкой, он априори нарушает градостроительные, строительные, противопожарные и санитарные нормы и правила. На основании этого, полагает, что в заключении не отражены выводы в полной мере на вопрос суда №2. В исследовании на вопрос № 4 предложено решение о реконструкции стены строения на участке №3. Поскольку не произведено расчета, каким станет минимальное расстояние между объектами, после проведения реконструкции стены, и дальнейшего анализа полученных результатов с нормативными значениями, поэтому нельзя однозначно ответить на вопрос суда №4 о том, что нарушения можно устранить без сноса спорного строения. В исследовании на вопрос 5 эксперт руководствовался только лишь методом наблюдения. Единственно допустимые методы при проведении инсоляционных расчетов указаны в ГОСТ Р 57795-2017 Здания и сооружения. Методы расчета продолжительности инсоляции: «стандарт устанавливает правила расчета продолжительности инсоляции помещений жилых и общественных зданий и территорий». Считает, что при ответе на данный вопрос, эксперт должен был воспользоваться одним из методов, указанных в данном ГОСТе. Эксперт им не воспользовался. Полагает, что данная экспертиза должна быть оценена судом критически. Настаивал на исковом требовании о сносе самовольного строения на участке ответчика.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, просил рассмотреть дело в его отсутствие, с участием своего представителя.

Представитель ответчика ФИО12, действующая на основании доверенности (л.д. 56) в судебном заседании пояснила, что требования истца с учетом уточнений считает необоснованными и незаконными, в связи с чем просила их оставить без удовлетворения. Суду пояснила, что земельный участок с кадастровым номером № был поставлен на кадастровый учет в 2004 году, земельный участок с кадастровым номером № - в 2003 году, границы участков определены в этот же период. Межевание земельного участка, с кадастровым номером №, проводилось прежним собственником. ФИО2 купил земельный участок, с кадастровым номером №, уже с установленными границами, перемежевать либо перенести границу по «новому» Акту согласования местоположения границ было невозможно. В 2019 году проводился вынос поворотных точек границ земельного участка с кадастровым номером №. При этом «никаких изменений внесено не было». Полагала, что ФИО1 вводит в заблуждение суд, указывая на изменение границы между земельными участками с кадастровыми номерами № В настоящее время граница между участками соответствует данным Государственного кадастра недвижимости.

Обратила внимание суда, что решением Тугулымского районного суда Свердловской области от 10.02.2020 года по делу №12-1/2020 по протесту прокурора Тугулымского района Свердловской области ФИО8, постановление Административной комиссии Тугулымского городского округа от 22.11.2019 года об административном правонарушении в отношении ФИО2, на которое ссылается истец, было отменено, производство по делу об административном правонарушении в отношении ФИО2 прекращено на основании п. 3 ч. 1 ст. 30.7 КоАП РФ.

Согласно п. 3.1.13 подраздела 3.2 раздела 3 Нормативов градостроительного проектирования Тугулымского городского округа, расстояние от бани, гаража и других построек до границы соседнего земельного участка должно составлять 1,0 метр.

Возможность строительства в расстоянии 1,0 метр от границы соседнего земельного участка подтверждается Градостроительным планом земельного участка №RU66-372-0020-2020, выданным 12.02.2020 года Администрацией Тугулымского городского округа.

Из проведенного ООО «Проект-индустрия» обследования на соответствие градостроительным нормам объекта незавершенного строительства, расположенного по адресу: <адрес>, следует, что объект незавершенного строительства по расположению на земельном участке соответствует требованиям местных нормативов градостроительного проектирования Тугулымского городского округа, а также требованиям, предъявляемым градостроительным планом к зоне застройки Ж-1, минимальные отступы превышают 1,0 метр. Обратила внимание суда, что в исковом заявлении ФИО1, цитируя выдержки из Сводов правил по градостроительству, сама неоднократно указывает на возможность строительства хозяйственных построек в расстоянии 1 метр от границы земельного участка.

Ссылку Истца на отсутствие разрешения на строительства считает несостоятельной, поскольку строение, возведенное на земельном участке, принадлежащем ФИО2, является хозяйственной постройкой и получение разрешения на строительства в данном случае не требуется. Назначение объекта недвижимости (гараж, летняя кухня, баня) подтверждается техническим планом от 13 декабря 2019 года. В связи с чем, данное строение не может являться самовольной постройкой по смыслу ст. 222 Гражданского кодекса РФ.

При этом ООО «Проект-индустрия» в ходе обследования несущих и ограждающих конструкций, а также инженерных коммуникаций объекта незавершенного строительства, расположенного по адресу: <адрес>, было установлено, что несущие и ограждающие конструкции, а также инженерные коммуникации объекта незавершенного строительства соответствуют СП 70.13330.2012, пригодны для дальнейшей эксплуатации, не нарушают права третьих лиц, не несут угрозу их жизни и здоровью.

Считает, что ФИО2 осуществлял строительство хозяйственной постройки законно на принадлежащем ему земельном участке, с соблюдением градостроительных норм и необходимых отступов от границы соседнего земельного участка ФИО1, в связи с чем оснований для сноса по ст. 222 Гражданского кодекса РФ нет. Требование ФИО1 о сносе самовольной постройки необоснованно.

Согласилась с выводами эксперта ООО «Региональный центр оценки и экспертизы» ФИО9 о том, что фактическая продолжительность инсоляции составляет более 2,0 часов, что соответствует действующим нормам. Нормативная продолжительность инсоляции для 3-комнатного жилого дома соблюдается» (стр. 25-26 заключения).

Обратила внимание суда, что в материалы дела Ответчиком ФИО2 представлен Теплотехнический расчет «Оценка противопожарных расстояний», выполненный ООО «БонусАудит» от 15 июня 2020 года.

В Теплотехническом расчете выполнено расчетное обоснование отступления от требования пожарной безопасности - противопожарное расстояния между исходным объектом незавершенного строительства (хозпостройка) по адресу: <адрес> жилым домом истца менее нормативного и составляет 3.15 м.

Согласно разъяснений Департамента надзорной деятельности и профилактической работы МЧС России (письмо от 18 февраля 2015 г. N 19-2-4-610) полученные расчетные значения лучистой энергии показывают нераспространение пожара между рассмотренными объектами, следовательно: установлена возможность безопасного расположения исходного объекта незавершенного строительства, с учетом вышеуказанного отступления от требования пожарной безопасности; устройство дополнительных мероприятий организационно-технического характера не требуется.

Просила принять во внимание техническое заключение ООО «Проект-индустрия» от 19.12.2019 года, в котором делается вывод о том, что несущие и ограждающие конструкции, а также инженерные коммуникации объекта незавершенного строительства пригодны для дальнейшей эксплуатации, не нарушают права третьих лиц, не несут угрозу их жизни и здоровью. Техническое заключение ООО «Проект-индустрия» от 11.03.2020 года, в котором делается вывод о том, что объект незавершенного строительства по расположению на земельном участке соответствует требованиям местных нормативов градостроительного проектирования Тугулымского городского округа, а также требованиям, предъявляемым градостроительным планом к зоне застройки Ж-1, минимальные отступы превышают 1 метр. Экспертное заключение №248-20/Э от 14.09.2020 года эксперта ООО «Региональный центр оценки и экспертизы» ФИО9, в котором делается вывод о том, что нормативная продолжительность инсоляции для 3-комнатного жилого дома истца соблюдается, а также предлагается не осуществлять снос спорного строения Ответчика и принять ряд мер, чтобы устранить выявленные нарушения пожарной безопасности, а так же теплотехнический расчет ООО «БонусАудит» от 15 июня 2020 года, в котором установлена возможность безопасного расположения исходного объекта незавершенного строительства, с учетом вышеуказанного отступления от требования пожарной безопасности, при этом устройство дополнительных мероприятий организационно-технического характера не требуется.

Третье лицо ФИО4 в судебном заседании пояснил, что какого либо перемежевания и перемещения границ земельных участков истца и ответчика не было. Они выносили границы в ЕГРН в натуру, так как у ФИО2 были сомнения по поводу границ. Границы были восстановлены, были установлены колышки, составлен технический план, нормы были соблюдены. Схема расположения хозяйственных построек соответствует действительности.

Представитель третьего лица – Администрации Тугулымского городского округа Ермолин В.В., действующий на основании доверенности (т.2 л.д. 49) в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, причины неявки суду не сообщил. В судебном заседании от 25.05.2020 года пояснил, что спорный объект строительства у ответчика это баня, гараж и летняя кухня. Он расположен на земельном участке – земли населенных пунктов. ГПЗУ ответчика соответствует градосторительным нормам и правилам. Минимальное расстояние от границ земельного участка 1 метр. Разрешения на строительство при возведении хозяйственной постройки не требуется, это вспомогательные постройки. От границ до вспомогательного объекта 1 метр, минимальный 6 м на 1 земельном участке, высота строения значения не имеет.

Заслушав участников судебного разбирательства, исследовав материалы дела, суд находит исковые требования ФИО1 с учетом уточнений не подлежащими удовлетворению, по следующим основаниям.

Согласно пункту 1 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

В соответствии со статьей 263 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник земельного участка может возводить на нем здания и сооружения, осуществлять их перестройку или снос при условии соблюдения градостроительных и строительных норм и правил.

В соответствии со статьей 304 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник может требовать устранения всяких нарушений его прав, хотя бы эти нарушения не были соединены с лишением владения.

В силу статьи 40 Земельного кодекса Российской Федерации собственник земельного участка вправе возводить жилые и иные строения, сооружения в соответствии с целевым назначением земельного участка и его разрешенным использованием с соблюдением требований градостроительных регламентов, строительных, экологических, санитарно-гигиенических, противопожарных и иных правил, нормативов.

Из разъяснений, содержащихся в пунктах 45, 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10 и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", следует, что иск законного собственника об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению при доказанности того, что действиями ответчика нарушается право собственности или законного владения истца или имеется реальная угроза такого нарушения со стороны ответчика.

При рассмотрении исков об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, путем возведения ответчиком здания, строения, сооружения суд устанавливает факт соблюдения градостроительных и строительных норм и правил при строительстве соответствующего объекта.

Несоблюдение, в том числе незначительное, градостроительных и строительных норм и правил при строительстве может являться основанием для удовлетворения заявленного иска, если при этом нарушается право собственности или законное владение истца.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Обзоре судебной практики по делам, связанным с самовольным строительством, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19.03.2014, наличие допущенных при возведении самовольной постройки нарушений градостроительных и строительных норм и правил является основанием для отказа в удовлетворении иска о признании права собственности на самовольную постройку либо основанием для удовлетворения требования о ее сносе при установлении существенности и неустранимости указанных нарушений.

К существенным нарушениям строительных норм и правил суды относят, например, такие неустранимые нарушения, которые могут повлечь уничтожение постройки, причинение вреда жизни, здоровью человека, повреждение или уничтожение имущества других лиц.

Положения строительных норм и правил, градостроительных регламентов предусматривают расположение построек с отступом от границ смежных участков, пунктом 7.1 СП 42.13330.2011. Свод правил. Градостроительство. Планировка и застройка городских и сельских поселений. Актуализированная редакция СНиП 2.07.01-89*, пунктом 5.3.4 СП 30-102-99. Планировка и застройка территорий малоэтажного жилищного строительства, предусмотрено, что расстояние от границы участка до хозяйственных построек должно быть не менее 1 м.

В силу ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Истец утверждает, что объекты незавершенного строительства – гараж, летняя кухня, баня, расположенные на земельном участке по адресу: <адрес> кадастровым номером №, являются самовольной постройкой и подлежат сносу, поскольку созданы без получения на это необходимого разрешения. Кроме того, объекты незавершенного строительства нарушают права истца, поскольку созданы с нарушением градостроительных и строительных норм и правил.

Заявляя исковые требования, истец утверждает, что постройка ответчика является самовольной и подпадает под норму пункта 1 статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации в редакции (в редакции Федерального закона от 13.07.2015 N 258-ФЗ), согласно которым самовольной постройкой является здание, сооружение или другое строение, возведенные, созданные на земельном участке, не предоставленном в установленном порядке, или на земельном участке, разрешенное использование которого не допускает строительства на нем данного объекта, либо возведенные, созданные без получения на это необходимых разрешений или с нарушением градостроительных и строительных норм и правил.

В данном случае спорные отношения регулируют положения, предусмотренные пунктами 1, 2 статьей 222 (в редакции Федерального закона от 03.08.2018 N 339-ФЗ), согласно которым самовольной постройкой является здание, сооружение или другое строение, возведенные или созданные на земельном участке, не предоставленном в установленном порядке, или на земельном участке, разрешенное использование которого не допускает строительства на нем данного объекта, либо возведенные или созданные без получения на это необходимых в силу закона согласований, разрешений или с нарушением градостроительных и строительных норм и правил, если разрешенное использование земельного участка, требование о получении соответствующих согласований, разрешений и (или) указанные градостроительные и строительные нормы и правила установлены на дату начала возведения или создания самовольной постройки и являются действующими на дату выявления самовольной постройки. Не является самовольной постройкой здание, сооружение или другое строение, возведенные или созданные с нарушением установленных в соответствии с законом ограничений использования земельного участка, если собственник данного объекта не знал и не мог знать о действии указанных ограничений в отношении принадлежащего ему земельного участка (пункт 1).

Лицо, осуществившее самовольную постройку, не приобретает на нее право собственности. Оно не вправе распоряжаться постройкой - продавать, дарить, сдавать в аренду, совершать другие сделки. Использование самовольной постройки не допускается. Самовольная постройка подлежит сносу или приведению в соответствие с параметрами, установленными правилами землепользования и застройки, документацией по планировке территории, или обязательными требованиями к параметрам постройки, предусмотренными законом (далее - установленные требования), осуществившим ее лицом либо за его счет, а при отсутствии сведений о нем лицом, в собственности, пожизненном наследуемом владении, постоянном (бессрочном) пользовании которого находится земельный участок, на котором возведена или создана самовольная постройка, или лицом, которому такой земельный участок, находящийся в государственной или муниципальной собственности, предоставлен во временное владение и пользование, либо за счет соответствующего лица, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 3 настоящей статьи, и случаев, если снос самовольной постройки или ее приведение в соответствие с установленными требованиями осуществляется в соответствии с законом органом местного самоуправления (пункт 2).

Оценивая данные доводы истца, суд приходит к следующему.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, ответчик ФИО2 является собственником земельного участка с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес>, площадью 1423 кв.м., категория земель: земли населенных пунктов, вид разрешенного использования: под жилой дом индивидуальной жилой застройки, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра недвижимости от 18.11.2019 года (т. 1 л.д.48-50).

Администрацией Тугулымского городского округа 12.02.2020 года по заявлению ФИО2 от 11.02.2020 года утвержден градостроительный план земельного участка с кадастровым номером № указанием видов разрешенного использования (т.1 л.д.122-127).

Таким образом, объект незавершенного строительства – летняя кухня, баня, гараж являются хозяйственными постройками вспомогательного использования, и в соответствии с п.п. 3 п. 17 статьи 51 Градостроительного кодекса Российской Федерации выдача разрешения на их строительство не требуется. В связи с чем, данные объекты недвижимости самовольной постройкой не являются и сносу не подлежат. В подтверждении обратного в соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, доказательств истцом суду не представлено.

Относительно доводов истца о том, что объекты незавершенного строительства нарушают права истца, поскольку созданы с нарушением градостроительных и строительных норм и правил, суд приходи к следующему.

Как установлено судом, земельные участки истца и ответчика являются смежными.

Право собственности ФИО1 на земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>, общей площадью 1498 кв.м., для индивидуального жилищного строительства (приусадебные земли) подтверждается копией свидетельства о праве собственности на землю серия РФ-XII 66.29.01.03 №187841 выданного Тугулымским райкомземом регистрационная запись №5261 от 07.12.1999 года (т.1 л.д.11-14), а также копией технического паспорта на жилой дом индивидуального жилищного фонда от 28.09.1999 года (т. 1 л.д.15-18).

Согласно копии межевого плана от 02.02.2018 года, данный план подготовлен в связи с уточнением границы и площади участка, кадастровый №, расположенного по адресу: <адрес>. По заключению кадастрового инженера, земельный участок расположен в кадастровом квартале №, стоит на кадастровом учете с кадастровым номером № и находится в собственности ФИО1 Фактическое использование земельного участка длиться более 15 лет, ранее участок не был отмежеван, границы земельного участка в натуре закреплены забором (т. 1 л.д.19-31).

Определением суда от 03.12.2019 года была назначена судебная строительно-техническая экспертиза.

Согласно заключения эксперта №1170 20.02.2020 года ООО «Решение» объектом экспертизы являлся земельный участок с кадастровым номером № расположенный по адресу: <адрес>, на территории земельного участка расположен капитальный объект незаконченного строительства – назначение хозяйственная постройка, предназначение – гараж, помещение хозяйственных нужд. Расстояние между жилым домом истца и строением ответчика составляет 3,1545 метров, расстояние от стены строения ответчика до границы участка истца составляет 1,9611 метров, расстояние от края фундамента строения ответчика до границы участка истца составляет 1,3253 метра (т.1 л.д.128-154).

Согласно технического заключения ООО «Проект-индустрия» от 11.03.2020 года по результатам обследования на соответствие градостроительным нормам объекта незавершенного строительства, расположенного по адресу: <адрес>, земельный участок с кадастровым номером №, представленного ответчиком ФИО2, объект незавершенного строительства (гараж, летняя кухня, баня), расположенный по адресу: <адрес>, земельный участок с кадастровым номером №, по расположению на земельном участке соответствует требованиям местных нормативов градостроительного проектирования Тугулымского городского округа, а также требованиям, предъявляемым градостроительным планом к зоне застройки Ж-1, минимальные отступы от границ превышают 1,0 метра (т.1 л.д.176-185).

Как следует из Уведомления Администрации Тугулымского городского округа №24 от 06.03.2020 года, параметры объекта индивидуального жилищного строительства или садового дома соответствуют установленным параметрам и допустимости размещения объекта индивидуального жилищного строительства или садового дома на земельном участке с кадастровым номером №, расположенным по адресу: <адрес> (т.1 л.д.190-192).

Из акта осмотра объектов недвижимости на земельных участках от 01.11.2019 года, составленного Администрацией Тугулымского городского округа следует, что расстояние от окна жилого дома, расположенного по адресу: <адрес> до стены объекта незавершенного строительства по адресу: <адрес> составляет 3,6 метров (т. 1 л.д.193).

Из технического заключения ООО «Проект-индустрия» от 19.12.2019 года по результатам обследования несущих и ограждающих конструкций, а также инженерных коммуникаций объекта незавершенного строительства, расположенного по адресу: <адрес>, земельный участок с кадастровым номером №, представленного ответчиком ФИО2 следует, что несущие и ограждающие конструкции, а также инженерные коммуникации объекта незавершенного строительства (гараж, летняя кухня, баня) находятся в удовлетворительном состоянии, соответствуют требованиям СП 70.13330.2012, в том числе требованиям в отношении прочности и устойчивости, пригодны для дальнейшей эксплуатации, не нарушают права третьих лиц, не несут угрозу их жизни и здоровью (т. 1 л.д.194-205).

Как следует из технического плана от 13.12.2019 года, план подготовлен в результате выполнения кадастровых работ в связи с созданием 3-х объектов незавершенного строительства (гараж, летняя кухня, баня), расположенных по адресу: <адрес> на земельном участке с кадастровым номером №, принадлежащего на праве собственности ФИО2 (т.2 л.д.1-42).

Определением суда от 28.05.2020 года назначена судебная строительно-техническая экспертиза, производство которой поручено ООО «Региональный центр оценки и экспертизы».

Согласно заключению №248-20/Э от 14.09.2020 года ООО «Региональный центр оценки и экспертизы» минимальное расстояние от стены постройки на участке <адрес> до смежной границы (забора) составляет 1,11 метров в южной части, максимальное - 2,1 метр в северной части. Минимальное расстояние от стен жилого дома на участке <адрес> до смежной границы (забора) составляет 1,25 метров (по выступу сруба) в южной части, максимальное - 1,4 метров в северной части. Минимальное расстояние от стен жилого дома на участке <адрес> постройки на участке <адрес> 3,26 метров (по выступу сруба) в южной части, максимальное - 3,51 метров (от стены) в северной части. Минимальное расстояние от окна (по стеклу) жилого дома на участке <адрес> до постройки на участке <адрес> составляет 3,6 метров (в южной части), максимальное - 3,7 метров (в северной части). Объект недвижимости ответчика создает угрозу для жизни и здоровья истца и иных лиц проживающих или временно находящихся в жилом доме №5. Выявленные нарушения можно устранить без сноса спорного строения. Необходимо произвести следующей комплекс работ: заложить оконные проемы с западной стороны строения, чтобы сделать западную стену полностью глухой, увеличить характеристику предела огнестойкости стены до уровня REI 150 (противопожарная стена 1-го типа); деревянные конструкции кровли и чердачного перекрытия заменить на негорючие; кровельное покрытие выполнить из негорючего материала. В части иных требований, предъявляемых к оборудованию объекта, а именно наличию снегозадерживающих устройств, организации водостока с кровли, не использованию плохо закрепленных или потенциально опасных конструкций и инженерных систем, при завершении строительства следует руководствоваться действующими нормами. Определить состав необходимых дополнительных мероприятий в этой части на момент проведения экспертизы не представляется возможным.

Суд считает правильным выводы эксперта о том, что строение ответчика действительно снижает уровень естественного освещения жилища истца относительно ранее имевшихся условий. Однако, это не приводит к нарушению санитарных норм.

Действующими нормами предусмотрено требование по продолжительности инсоляции в жилых зданиях не менее чем в одной комнате 1-3-комнатных квартир. Таким образом, для вывода о соответствии или нарушении нормы, объект необходимо рассматривать целиком без разделения по помещениям. Обеспечение требуемого уровня инсоляции в одной жилой комнате является достаточным для вывода о соответствии нормативу. Фактическая продолжительность инсоляции как минимум в одной в жилой комнате (пом. №3 на плане) составляет более 2,0 часов, что соответствует действующим нормам. В жилой комнате пом. №2 на плане имеется 2 оконных проема, помещение №3 на плане имеется 2 оконных проема, помещение №1 на плане имеет 1 оконный проем. Нормативная продолжительность инсоляции для 3-комнатного жилого дома соблюдается (т.2 л.д.151-193).

Относительно противопожарного расстояния между домом истца и строения ответчика суд отмечает, что в соответствии с пунктом 4.13 СП 4.13130 "Системы противопожарной защиты. Ограничение распространения пожара на объектах защиты. Требования к объемно-планировочным и конструктивным решениям" противопожарные расстояния от хозяйственных построек, расположенных на одном садовом, дачном или приусадебном земельном участке, до жилых домов соседних земельных участков, а также между жилыми домами соседних земельных участков следует принимать в соответствии с таблицей 1, а также с учетом требований подраздела 5.3.

Требования подраздела 5.3 СП 4.13130 в заключении не учитывались, при том, что противопожарные расстояния между зданиями при организованной малоэтажной застройке, в зависимости от степени огнестойкости и класса их конструктивной пожарной опасности следует принимать в соответствии с таблицей 2. По данным данной таблицы расстояние должно составлять от 6 до 8 метров. Более того, при оснащении зданий дополнительными противопожарными системами противопожарные расстояния могут сокращаться до 50%.

Суд учитывает, что строительство спорной постройки, а, следовательно, обустройство ее противопожарными системами ответчиком еще не завершено. Доказательств отсутствия возможности устранения допущенных нарушений посредством выполнения каких-либо иных противопожарных мероприятий (установки противопожарных преград, пропитки огнестойкими составами, организации наружного противопожарного водопровода и иное), в том числе указанных экспертом, суду не представлено.

При этом, суд так же принимает во внимание, что сокращению противопожарного разрыва способствовали и действия самого истца, жилой дом которого расположен с нарушением необходимых отступов от границ участка.

Согласно ч. 1 ст. 69 Федерального закона РФ от 22.07.2008 N 123-ФЗ "Технический регламент о требованиях пожарной безопасности" противопожарные расстояния между зданиями, сооружениями должны обеспечивать нераспространение пожара на соседние здания, сооружения.

Из содержания указанной нормы закона следует, что в соответствии с действующей редакцией противопожарное расстояние определяется индивидуально в каждом конкретном случае.

Между тем, несоблюдение противопожарных расстояний может служить основанием для сноса постройки, которая непосредственно создает угрозу жизни и здоровью граждан. Данная угроза должна быть реальной, а не абстрактной, то есть основанной не только на нарушениях при строительстве каких-либо норм и правил, но и на фактических обстоятельствах расположения строений в их взаимосвязи. Отсутствие требуемых противопожарных расстояний не свидетельствует о существующей угрозе для жизни и здоровья людей, так как строительными нормами и правилами допускается возможность уменьшения их расстояния, данное нарушение может быть устранено путем устройства противопожарных мероприятий.

Снос самовольной постройки является крайней мерой, применяемой, по смыслу закона, только в случае, если будет установлено, что сохранение такой постройки нарушает права и охраняемые законом интересы граждан и юридических лиц, а также создает угрозу жизни и здоровью граждан, между тем, в данном случае избранный истцом способ защиты нарушенного, по ее мнению, права путем сноса постройки, не соразмерен нарушению и оснований для сноса спорного объекта с целью восстановления ее прав не имеется.

Вопреки доводам истца, достоверных доказательств необходимости применения таких исключительных мер в отношении спорного строения, как его снос суду не представлено, как не представлено и достоверных доказательств наличия реальной угрозы нарушения права истца по использованию принадлежащего ей имущества.

Так же не является очевидным то обстоятельство, что в результате ориентации крыши построек ответчика, участок истицы приобретет повышенную влажность, поскольку дополнительные факторы увеличения влажности (помимо природных осадков), истцом не указаны, необходимое исследование не проводилось, в то время как бремя доказывания несоответствия расположенных на участке ответчицы строений и сооружений установленным строительным и иным нормам и правилам, лежит на истице (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Давая оценку представленной истцом рецензии №36/10/20 ООО «Бюро экспертиз и проектных решений» от 01.10.2020 года на заключение эксперта №248-20/Э, суд отмечает, что данный документ не может служить основанием для признания представленного в дело экспертного заключения недостоверным и недопустимым доказательством, поскольку правовой статус рецензии законом не определен, ходатайств о проведении дополнительной или повторной судебной экспертизы сторонами не заявлено.

В связи с изложенным суд считает, что переоценка заключения другого специалиста в той же области, не может расцениваться как экспертное заключение в смысле требований, предъявляемых к экспертизе ст. 79, 80, 85, 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, подлежит оценке в соответствии со ст. ст. 55, 56, 60, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, равно как и заключения экспертов, которые согласно ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации для суда являются одним из доказательств по делу, не имеют заранее установленной силы, не носят обязательного характера и подлежат исследованию и оценке судом наравне с другими представленными доказательствами по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Представленная рецензия не опровергает выводов судебной экспертизы, поскольку не отвечает признакам допустимости доказательств по вопросам правильности оценочной экспертизы. Доказательства вправе оценивать только суд (статья 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

При этом, суд учитывает, что специалистом готовившим данный документ не осуществлялся выезд и осмотр объектов, не исследовались материалы дела, об уголовной ответственности не предупреждался.

По сути, данная рецензия является субъективным мнением относительно заключения судебной экспертизы, а не исследованием на предмет поставленных судом вопросов.

Судом установлено и не отрицается сторонами, что спорная хозяйственная постройка является самостоятельным строением вспомогательного назначения, для возведения которой в силу статья 51 Градостроительного кодекса Российской Федерации разрешения на строительство не требовалось и предельные параметры разрешенного строительства которой ограничены только отступом от границы соседнего участка на 1 м. Данное расстояние как следует из материалов дела выдержано.

В связи с изложенным, суд, учитывая конкретные обстоятельства дела, пришел к выводам о недоказанности заявленных требований, поскольку спорные объекты возведены на земельном участке с кадастровым номером № который находится в собственности ответчика, разрешенное использование земельного участка допускает строительство вышеуказанных объектов, разрешенное использование земельного участка соответствует градостроительным регламентам территориальной зоны, определенной правилами землепользования и застройки с учетом градостроительного плана.

Кроме того, суд полагает необходимым в силу ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации взыскать с истца в пользу ООО «Решение» судебные расходы на проведение экспертизы в размере 40 000,00 рублей, которые отнесены на истца определением суда от 03.12.2019 года (т.1 л.д.80-83).

Суд при вынесении решения оценивает исследованные судом доказательства в совокупности и учитывает, что у сторон не возникло дополнений к рассмотрению дела по существу, стороны согласились на окончание рассмотрения дела при исследованных судом доказательствах, сторонам также было разъяснено бремя доказывания в соответствии с положениями статей 12, 35, 56, 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о сносе за счет ответчика самовольных построек возведенных на границе с земельным участком истца с нарушением строительных, санитарно-гигиенических, пожарных норм и правил, оставить без удовлетворения.

Меры по обеспечению иска ФИО1 к ФИО2, принятые определением Тугулымского районного суда Свердловской области от 14.11.2019 года отменить.

Взыскать с ФИО1 в пользу ООО «Решение» судебные расходы на проведение экспертизы в размере 40 000 рублей 00 копеек.

Решение суда может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме в Свердловской областной суд через Тугулымский районный суд.

Председательствующий судья Субботин В.Н.