Решение № 2-141/2026 2-141/2026(2-3392/2025;)~М-2904/2025 2-3392/2025 М-2904/2025 от 2 февраля 2026 г. по делу № 2-141/2026

Дело № 2-141/2026


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Ухтинский городской суд Республики Коми в составе

председательствующего судьи Никулина М.О.,

при секретаре Филипповой У.А., с участием:

истца ФИО1, представителя ответчика ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Ухте

20 января 2026 года гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к государственному бюджетному учреждению Республики Коми «Республиканский Ухтинский интернат» об истребовании имущества и взыскании компенсации,

установил:

ФИО1 обратился с исковым заявлением к ГБУ РК «Республиканский Ухтинский интернат» об истребовании имущества из чужого незаконного владения, просил обязать ответчика вернуть принадлежащие ему предметы: личные вещи, одежду, обувь, телевизор, куртки, рубашки, лекарство, водительское удостоверение, чайник, плитку электрическую, поводок для собак, мочалку и т.д., со взысканием денежной компенсации.

Истец требования поддержал и по обстоятельствам пояснял, что в ...., проживал совместно без регистрации брака с ФИО4, которая с <...> г. года признана недееспособной и проживает в интернате. <...> г. с участием участкового истцу было предложено собрать вещи и освободить указанную квартиру, в которой он не был зарегистрирован. В квартире находятся указанные им в иске и принадлежащие ему вещи, однако, ответчик препятствует выдаче этого имущества, замки в квартире сменили, ключей от квартиры у него нет. Точный перечень принадлежащего ему имущества, индивидуальные признаки вещей вспомнить не может.

Представитель ответчика заявленные требования не признал и ранее показал, что при выселении ФИО1 с участием сотрудников полиции, истцу предлагалось забрать свои вещи, о чем составлялся акт, в котором истец какие-либо замечания относительно своего имущества не указал.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, в том числе гражданское дело ...., материалы надзорного производства ...., суд приходит к следующим выводам.

С <...> г. ФИО4 является единственным собственником жилого помещения, расположенного по адресу: .....

С <...> г. ФИО4 находится на стационарном социальном обслуживании в ГБУ РК «Республиканский Ухтинский интернат» на основании распоряжения Министерства труда, занятости и социальной защиты Республики Коми от <...> г. ...., заявления ФИО4 о приеме на стационарное социальное обслуживание в ГБУ РК «Республиканский Ухтинский интернат», договора о предоставлении социальных услуг в стационарной форме социального обслуживания от <...> г..

Решением Ухтинского городского суда Республики Коми от <...> г. по делу ...., вступившим в законную силу <...> г., ФИО4 признана недееспособной, ее опекуном является ГБУ РК «Республиканский Ухтинский интернат».

Из акта от <...> г., составленного сотрудниками ГБУ РК «Республиканский Ухтинский интернат», следует, что ФИО1 подтвердил факт нахождения у него ключей от жилого помещения по адресу: ...., принадлежащего ФИО4, в связи с чем в указанный день был информирован о необходимости передачи сотрудникам социальной службы интерната ключей от данного жилого помещения в срок до <...> г., что подтверждается подписью ФИО1, однако, ключи возвращены не были.

Согласно заочному решению Ухтинского городского суда Республики Коми от <...> г. по делу ...., вступившему в законную силу, после поступления ФИО4 в ГБУ РК «Республиканский Ухтинский интернат», ФИО1 пользовался вышеуказанной квартирой до <...> г. (дата фактического выселения).

По результатам посещения квартиры по адресу: .... сотрудниками ГБУ РК «Республиканский Ухтинский интернат», в присутствии участкового уполномоченного полиции, самозанятого ФИО5 составлен акт о том, что <...> г. дверь в квартиру, несмотря на стук и просьбы ее открыть, не открывали, открыть ключом замок входной двери не представилось возможным ввиду воздействия кем-то на него изнутри жилого помещения, в связи с чем были применены спецсредства для принудительного вскрытия замка квартиры, при вскрытии которого в квартире был обнаружен ФИО1 (личность установлена по предъявленному им паспорту), которому было предложено собрать личные вещи и покинуть квартиру, на что был получен категоричный отказ, затем на неоднократные требования участкового уполномоченного, представителей интерната ФИО1 собрал некоторые вещи, иные предметы и покинул квартиру. До сведения ФИО1 было доведено, что при необходимости он сможет по предварительной договоренности забрать иные свои личные вещи, находящиеся в квартире, каких-либо требований и/или претензий ФИО1 не высказывал и не предъявлял. В квартире незамедлительно была произведена замена дверного замка.

Из материалов надзорного производства ...., представленного прокуратурой ...., следует, что:

- <...> г. ФИО1 обращался с заявлением о противоправности действий сотрудников ГБУ РК «Республиканский Ухтинский интернат», в том числе, связанных с его выселением из принадлежащей ФИО4 квартиры, по результатам проверки которого письмом от <...> г. ФИО1 разъяснено, что в виду отсутствия у ФИО1 документов о праве собственности на указанную квартиру, отсутствия письменного соглашения с собственником о проживании в квартире, отсутствия регистрации по месту жительства в указанном жилом помещении, оснований для принятия мер реагирования не установлено, противоправность действия сотрудников интерната не установлена;

- <...> г. ФИО1 вновь обратился в прокуратуру города с заявлением о противоправности действий сотрудников ГБУ РК «Республиканский Ухтинский интернат», в том числе относительно незаконности отказа ГБУ РК «Республиканский Ухтинский интернат» от <...> г. на заявление ФИО1 от <...> г. о предоставлении ему доступа в жилое помещение ФИО4 в целях сбора принадлежащих ему вещей, в котором истцом указан следующий перечень истребуемых вещей: личные вещи, куртки, рубашки, носки, зонтик, чайник, обувь, телевизор, плитка электрическая, документы, лекарства, предметы личной гигиены. По результатам проверки письмом от <...> г. надзорный орган установил, что руководство интерната неоднократно информировала ФИО1 (как в устной, так и в письменной форме) о необходимости освобождения жилого помещения ФИО4 от проживания, передачи ключей от него, что подтверждается реестром отправки, а также актом об информировании ФИО1 о необходимости передачи ключей от квартиры. При этом, от ФИО1 не поступало каких-либо заявлений или обращений о создании препятствий со стороны интерната при вывозе своего имущества из квартиры, что свидетельствует о том, что администрация учреждения не чинила препятствий для своевременного освобождения ФИО1 жилого помещения и вывоза вещей, соответственно оснований для принятия мер реагирования не установлено.

В судебных заседаниях истцу предлагалось предоставить список вещей с их индивидуальными признаками, а также доказательства, подтверждающие их приобретение истцом, которые, как он полагает, подлежат истребованию из квартиры ФИО4, однако, уточненный список вещей и указанные доказательства представлены не были.

В соответствии с пунктом 1 статьи 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Согласно статье 301 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Иск об истребовании имущества из чужого незаконного владения (виндикационный иск) характеризуют четыре признака: наличие у истца права собственности на истребуемую вещь, утрата фактического владения вещью, возможность выделить вещь при помощи индивидуальных признаков из однородных вещей, фактическое нахождение вещи в чужом незаконном владении ответчика на момент рассмотрения спора. Виндикационный иск не подлежит удовлетворению при отсутствии хотя бы одного из перечисленных признаков.

В силу пункта 36 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29 апреля 2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» в соответствии со статьей 301 ГК РФ лицо, обратившееся в суд с иском об истребовании своего имущества из чужого незаконного владения, должно доказать свое право собственности на имущество, находящееся во владении ответчика. Право собственности на движимое имущество доказывается с помощью любых предусмотренных процессуальным законодательством доказательств, подтверждающих возникновение этого права у истца.

Поскольку объектом виндикации во всех случаях может выступать только индивидуально-определенная вещь, предполагая возвращение того же имущества собственнику, такой иск подлежит удовлетворению при доказанности факта наличия данного имущества, при этом бремя доказывания наличия движимого имущества с индивидуальными признаками и принадлежности истребуемого имущества законом возлагается на истца.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

В соответствии с частью 3 статьи 67 ГПК РФ суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Вместе с тем, из материалов дела следует, что истцом не представлено доказательств, отвечающих требованиям закона об относимости и допустимости, которые свидетельствовали бы о том, что истец, при его выселении из жилого помещения, в отсутствии оснований для его законного проживании в нем и хранения в нем личных вещей, и, оставляя в указанном жилье после выселения какие-либо вещи без фиксирования этих обстоятельств в соответствующем акте от <...> г., действовал добросовестно.

Оценивая по правилам статьи 67 ГПК РФ представленные в дело доказательства с учетом их относимости, допустимости и достаточности в совокупности, в отсутствие доказанности факта владения указанного в иске имущества, в том числе недоказанность приобретения спорного имущества на личные денежные средства истца, отсутствие у спорного имущества индивидуальных признаков, позволяющих его идентифицировать, недоказанности фактического нахождения спорного имущества в квартире ФИО4, находящейся под опекой у ответчика, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для истребования спорного имущества.

При этом суд учитывает, что актом о выселении истца от <...> г. подтверждается наличие у истца возможности собрать имеющиеся в указанной квартире личные вещи, какие-либо замечания либо перечень вещей истца, которые могли в ней остаться, в акте не отражены, что также подтверждается материалами проверок надзорного органа, проведенных по инициативе истца. Доказательств того, что имущество истца выбыло из владения помимо его воли, находится именно во владении ответчика и может быть истребовано у ответчика применительно к положениям статье 302 ГК РФ, не представлено.

Также следует отметить, что список вещей, указанных в иске (личные вещи, одежду, обувь, телевизор, куртки, рубашки, лекарство, водительское удостоверение, чайник, плитку электрическую, поводок, мочалку и т.д.), а также список вещей, указанный истцом в заявлении от <...> г., адресованном в интернат о предоставлении доступа в квартиру (личные вещи, куртки, рубашки, носки, зонтик, чайник, обувь, телевизор, плитка электрическая, документы, лекарства, предметы личной гигиены), содержит не идентичный друг другу список вещей, указанные списки не содержат индивидуальных признаков вещей, позволяющих их выделить из однородных вещей.

Между тем, как отмечалось выше, несмотря на предоставленное истцу время для уточнения перечня истребуемого имущества и сбора доказательств в нарушение положений статьи 56 ГПК РФ, в материалы дела не было представлено бесспорных и достаточных доказательств, позволяющих идентифицировать находящееся в распоряжении ответчика имущество, с тем имуществом, на которое претендует истец.

С учетом изложенного, истцом не представлено доказательств тому, что вышеуказанное имущество существует, принадлежит истцу на праве собственности и фактически находится у ответчика, а между сторонами отсутствуют обязательства по поводу истребуемых вещей.

Учитывая изложенное, суд не находит оснований для удовлетворения требований об истребовании движимого имущества.

Ограничение доступа ФИО1 в ГБУ РК «Республиканский Ухтинский интернат» осуществлено на основании распоряжения от <...> г. «О временном ограничении доступа на территорию и в здания ГБУ РК «Республиканский Ухтинский интернат»», с <...> г.. Иных обращений ФИО1 о посещении ФИО4 в материалах дела нет и самим истцом не представлено, что исключает суждение о противоправных действиях и намеренном прекращении доступа к знакомой.

Пунктом 1 статьи 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (пункт 1 статьи 151 ГК РФ).

В силу пункта 2 статьи 1099 ГК РФ моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации только в случаях, предусмотренных законом.

Статья 1069 ГК РФ, регулирующая гражданско-правовую ответственность за вред, причиненный публичной властью, прямо не предусматривает компенсацию морального вреда гражданину или юридическому лицу.

В данном случае какие-либо действия ответчика, в том числе его должностных лиц, направленные на нарушение личных неимущественных прав истца либо посягающие на принадлежащие ему нематериальные блага, истцом в обоснование иска не указаны и судом не установлены.

По мнению суда, каких-либо доказательств, подтверждающих причинение истцу нравственных или физических страданий, а также нарушений его личных неимущественных прав действиями ответчика, наличия причинно-следственной связи между действиями учреждения и заявленными последствиями, в ходе рассмотрения дела не установлено.

Соответственно, не подлежит удовлетворению требование о взыскании денежной компенсации, поскольку незаконных действий со стороны ответчика и должностных лиц учреждения не установлено, в том числе за прекращение посещения ФИО4 и удержание имущества.

Руководствуясь статьями 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

Оставить без удовлетворения исковое заявление ФИО1 к государственному бюджетному учреждению Республики Коми «Республиканский Ухтинский интернат» об истребовании имущества (личные вещи, одежду, обувь, телевизор, куртки, рубашки, лекарство, водительское удостоверение, чайник, плитку электрическую, поводок, мочалку и т.д.) со взысканием компенсации.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный суд Республики Коми с подачей жалобы через Ухтинский городской суд Республики Коми в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий-

Мотивированное решение составлено 3 февраля 2026 года.

Судья- М.О. Никулин