Апелляционное постановление № 22-187/2025 от 23 февраля 2025 г. по делу № 1-43/2024

Судья Ракутина О.В.

Дело № 22-187/2025

УИД35RS0023-01-2024-000605-04

ВОЛОГОДСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Вологда

24 февраля 2025 года

Вологодский областной суд в составе

председательствующего судьи Шаталова А.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Иващенко К.С.,

с участием прокурора Колосовой Н.А.,

лица, в отношении которого принято решение о прекращении уголовного дела - ФИО1, ее защитника – адвоката Хрусталевой Е.А.,

потерпевшей С..,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению заместителя прокурора Вологодской области Пацана В.В. на постановление Устюженского районного суда Вологодской области от 10 декабря 2024 года в отношении ФИО1,

установил:

постановлением Устюженского районного суда Вологодской области от 10 декабря 2024 года

ФИО1, <ДАТА> года рождения, уроженка <адрес>, не судимая,

освобождена от уголовной ответственности с прекращением уголовного дела по п.«а» ч.2 ст.264 УК РФ в связи с примирением с потерпевшими.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменена, решена судьба вещественных доказательств.

В апелляционном представлении заместитель прокурора Вологодской области Пацан В.В. выражает несогласие с постановлением суда. Ссылаясь на Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 19 от 27.06.2013, правовую позицию Конституционного Суда РФ, сформулированную в определении № 519-О-О от 04.06.2007, положения ст. 76 УК РФ и ст. 25 УПК РФ, указывает, что при разрешении вопроса об освобождении от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим, судам следует учитывать конкретные обстоятельства уголовного дела, включая особенности и число объектов преступного посягательства, их приоритет, наличие свободно выраженного волеизъявления потерпевшего, изменение степени общественной опасности лица, совершившего преступление, после заглаживания вреда и примирения с потерпевшим, личность совершившего преступление, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание. Произвольное разрешение такого вопроса недопустимо. Вместе с тем, судом оставлено без внимания, что основным объектом преступления, предусмотренного ст. 264 УК РФ, являются общественные отношения в сфере безопасности дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, безопасность дорожного движения - это состояние данного процесса, отражающее степень защищенности его участников, то есть неопределенного круга лиц, от дорожно-транспортных происшествий и их последствий; дополнительным объектом такого преступления являются здоровье и жизнь человека, то есть важнейшее, охраняемое законом благо, непреходящая общечеловеческая ценность, так как утрата жизни и ухудшение здоровья необратимы и невосполнимы.

Отмечает, что потерпевшие, которым в результате действий ФИО1 причинен тяжкий вред здоровью, в судебное заседание не явились, направили письменные заявления о прекращении уголовного дела в связи с примирением с ФИО1 и заглаживанием причиненного ею вреда путем выплаты компенсации в размере 100 000 рублей каждому.

Вместе с тем, с учетом обстоятельств причинения вреда, характера повреждений, степени тяжести травм, суд не убедился, что причиненный преступлением вред возмещен потерпевшим С.. и К. в полном объеме, и, что между сторонами действительно состоялось примирение. В судебном заседании у потерпевших не выяснялись вопросы, непосредственно влияющие на законность прекращения дела по указанному основанию. Одно лишь отсутствие у потерпевших претензий к ФИО1 не могло быть единственным подтверждением снижения степени общественной опасности преступления для освобождения от уголовной ответственности.

Указывает, что суд не принял во внимание, что санкция ч.2 ст.264 УК РФ предусматривает назначение обязательного дополнительного наказания в виде лишения права заниматься определенной деятельностью на срок до 3 лет, что свидетельствует о нацеленности государства на принятие мер, обеспечивающих реализацию принципа неотвратимости ответственности за содеянное. Принятие судом решения о прекращении уголовного дела исключает возможность рассмотрения вопроса о назначении ФИО1 не только основного наказания, но и дополнительного - в виде лишения права управления транспортными средствами. При этом одно только управление транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения, без причинения вреда здоровью людей, влечет административную ответственность по ч.1 ст.12.8 КоАП РФ, предусматривающей в качестве обязательного наказания лишение права управление транспортными средствами на срок от полутора до 2 лет.

Обращает внимание, что, суд не учел, что ФИО1 ранее привлекалась к административной ответственности за совершение правонарушений в области дорожного движения, что свидетельствует о стойком противоправном поведении ФИО1 в указанной сфере. Считает, что допущенные судом нарушения уголовного и уголовно-процессуального законов искажают саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия.

Просит отменить постановление, уголовное дело передать на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе.

В возражениях на апелляционное представление адвокат Хрусталева Е.А., приводя свои доводы, считает, что оснований для отмены постановления суда не имеется.

В судебном заседании прокурор Колосова Н.А. поддержала апелляционное представление, просила его удовлетворить.

ФИО1, ее защитник – адвокат Хрусталева Е.А., а также потерпевшая С. просили обжалуемое постановление оставить без изменения.

Изучив материалы уголовного дела, заслушав участников судебного разбирательства, проверив доводы апелляционного представления, суд апелляционной инстанции приходит к следующему. Как следует из материалов уголовного дела, обвинение ФИО1 заключалось в то, что она 14.07.2024 являясь водителем, в нарушение требований п.2.7 Правил дорожного движения РФ, находясь в состоянии опьянения, управляла автомобилем ..., с находящимися в нем пассажирами К. и С.., в нарушение требований абз. 1 п. 10.1, п. 10.3 Правил дорожного движения РФ, выбрала скорость движения и приемы управления, которые не соответствовали дорожным условиям, не обеспечивали безопасность движения автомобиля под ее управлением, вследствие чего утратила контроль за движением автомобиля, допустила занос и выезд автомобиля за пределы проезжей части дороги с последующим опрокидыванием. В результате дорожно-транспортного происшествия С. и К.. причинены телесные повреждения, расцениваемые как тяжкий вред здоровью.

Принимая решение о прекращении уголовного дела в отношении ФИО1 за примирением сторон, суд первой инстанции сослался на то, что обвиняемая впервые совершила преступление, относящееся в соответствии с ч.3 ст.15 УК РФ к категории средней тяжести, примирилась с потерпевшими, которые претензий к подсудимой не имеют.

Вместе с тем, согласно разъяснениям, содержащимся в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 июня 2010 года № 17 «О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве», принимая решение о прекращении уголовного дела за примирением сторон, суду необходимо оценить, соответствует ли это целям и задачам защиты прав и законных интересов личности, отвечает ли требованиям справедливости и целям правосудия.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в Определении от 04 июня 2007 г. № 519-О-О, полномочие суда отказать в прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон, вытекающее из взаимосвязанных положений ст. 76 УК РФ и ст. 25 УПК РФ, направлено на достижение конституционно значимых целей дифференциации уголовной ответственности и наказания, усиления их исправительного воздействия, предупреждения новых преступлений и тем самым - защиты личности, общества и государства от преступных посягательств. При этом указание в названных статьях на возможность, а не обязанность освобождения от уголовной ответственности и прекращения уголовного дела означает необходимость принятия соответствующего решения с учетом всей совокупности обстоятельств конкретного дела, включая степень общественной опасности совершенного деяния.

Такая же позиция нашла отражение в п.9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 года № 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности», согласно которому при разрешении вопроса об освобождении лица, совершившего преступление, от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим судам следует учитывать конкретные обстоятельства уголовного дела, включая особенности и число объектов преступного посягательства, их приоритет, изменение степени общественной опасности лица, совершившего преступление, после заглаживания вреда и примирения с потерпевшим, личность совершившего преступление.

Вместе с тем, суд лишь формально констатировал соблюдение требований ст.25 УПК РФ без учета всех обстоятельств дела, личности обвиняемой.

Из материалов дела следует, что ФИО1 за период с апреля по июль 2024 года четырежды привлекалась к административной ответственности за нарушения ПДД, однако данные сведения не поучили оценки в оспариваемом постановлении.

Как обоснованно указывает автор представления, объектами преступного посягательства, предусмотренного ст.264 УК РФ, являются общественные отношения в сфере безопасности дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также здоровье и жизнь человека.

Принимая решение о прекращении уголовного дела в связи с примирением с потерпевшими, суд должен был оценить, в какой степени предпринятые ФИО1 действия по заглаживанию вреда позволяли компенсировать наступившие негативные последствия, заключающиеся не только в причинении вреда здоровью потерпевших.

ФИО1 обвиняется в причинении тяжкого вреда здоровью двум лицам при управлении автомобилем в состоянии опьянения.

Общественная опасность в указанном случае заключается и в причинении вреда интересам государства и общества в сфере эксплуатации транспортного средства - источника повышенной опасности, для управления которым в состоянии опьянения законодательством РФ установлен категоричный запрет.

При указанных обстоятельствах апелляционное представление следует удовлетворить, обжалуемое постановление подлежит отмене с направлением дела на новое рассмотрение в Устюженский районный суд Вологодской области.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

постановление Устюженского районного суда Вологодской области от 10 декабря 2024 года, которым прекращено уголовное дело по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного п.«а» ч.2 ст.264 УК РФ в связи с примирением с потерпевшими - отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, непосредственно в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции.

Председательствующий А.В. Шаталов