Апелляционное постановление № 10-5/2018 от 4 сентября 2018 г. по делу № 10-5/2018

Дело №


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

<адрес> «05» сентября 2018 года

Шатровский районный суд <адрес>

в составе: председательствующего – судьи Фитиной О.А.,

при секретаре Безгодовой С.А.,

с участием и.о.прокурора Шатровского района Курганской области Тарасенкова А.В.,

осужденного ФИО1 Э.З.О.,

защитника осужденного - адвоката Кривошеина Ю.А.,

рассмотрев в апелляционном открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе осужденного ФИО1 Э.З.О. на приговор мирового судьи судебного участка № 27 Шатровского судебного района Курганской области ФИО2 от 23 июля 2018 года, которым

ФИО3, родившийся <..............>, ранее не судимый,

осужден по ст. 319 УК РФ к 350 часам обязательных работ.

Изучив материалы дела, заслушав пояснения участников процесса, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Приговором мирового судьи судебного участка № 27 Шатровского судебного района Курганской области от 23 июля 2018 года ФИО4 О. признан виновным в умышленном публичном оскорблении представителей власти ФИО19 при исполнении ими своих должностных обязанностей и в связи с их исполнением.

Преступление совершено 23 февраля 2018 года в <адрес> при изложенных в приговоре обстоятельствах.

В судебном заседании ФИО4 О. виновным себя не признал.

В апелляционной жалобе осужденный указал, что считает приговор мирового судьи подлежащим отмене вследствие неправильного определения обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела; существенного нарушения уголовного и уголовно-процессуального закона. Оскорбления в адрес Потерпевший №1 и Потерпевший №2 он не высказывал. В своей речи использовал нецензурную брань, которая не была направлена в чей-либо адрес, и не имел цели унизить честь и достоинство сотрудников полиции.

С Потерпевший №1 у них ранее сложились личные неприязненные отношения.

Показания потерпевших и свидетелей противоречивы. Потерпевшие не смогли пояснить, какие конкретно оскорбления он высказывал в адрес каждого из них. Свидетели указали, что слышали нецензурную брань, но в чей адрес она была направлена - пояснить не смогли.

Правонарушений в области дорожного движения он не совершал, в связи с чем действия сотрудников <..............> по составлению в отношении него протоколов по факту совершения административного правонарушения и доставление его в больницу были противоправными.

Мировой судья необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства о признании недопустимыми доказательствами данных материалов административного дела и сослался на них как доказательства его вины.

Просит приговор мирового судьи от 23.07.2018 отменить и постановить оправдательный приговор.

Возражений на апелляционную жалобу не поступило.

Апелляционное представление отозвано прокурором до его рассмотрения по существу, апелляционное производство по апелляционному представлению прокурора прекращено.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции осужденный ФИО4 О., его защитник адвокат Кривошеин Ю.А. поддержали доводы апелляционной жалобы осужденного.

И.о.прокурора Шатровского района Курганской области Тарасенков А.В. полагал доводы апелляционной жалобы необоснованными.

Изучив материалы дела и выслушав мнение участников процесса, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства дела и сделал обоснованный вывод о доказанности виновности ФИО1 Э. З.О. в инкриминируемом преступлении на основе объективной оценки исследованных в судебном заседании убедительных и достаточных доказательств, содержание и анализ которых приведены в приговоре.

Судом первой инстанции верно установлено, что 23.02.2018 сотрудники полиции Потерпевший №2 и Потерпевший №1, выявив в ходе патрулирования улиц <адрес> признаки нарушения ФИО1 Э.З.О. правил дорожного движения, начали проводить административное разбирательство, доставили ФИО1 в ГБУ ««<..............>» для проведения медицинского освидетельствования, где ФИО4 О. стал выражаться грубой нецензурной бранью, на требование сотрудников полиции прекратить данные противоправные действия в период времени с 21 час. 50 мин. до 23 час. 55 мин. высказал в присутствии иных лиц слова оскорблений, грубой нецензурной брани в адрес представителей власти - Потерпевший №2 и Потерпевший №1, чем публично унизил их честь и достоинство при исполнении ими своих должностных обязанностей и в связи с их исполнением.

В качестве доказательств виновности ФИО1 Э.З.О. суд обоснованно сослался на показания потерпевших Потерпевший №2 и Потерпевший №1, свидетелей ФИО20, оглашенные показания свидетеля ФИО22 и другие доказательства, исследованные в судебном заседании.

Доводы жалобы о невиновности осужденного в совершении преступления суд апелляционной инстанции находит необоснованными, поскольку они опровергаются совокупностью исследованных доказательств по делу.

Так, показаниями потерпевших Потерпевший №1 и Потерпевший №2 подтверждено, что 23 февраля 2018 года они находились на работе в составе патруля. В центре <адрес> ими был выявлен водитель ФИО4 О, имевший признаки алкогольного опьянения. После отстранения ФИО1 от управления транспортным средством, последний отказался от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, в связи с чем был доставлен в отделение скорой медицинской помощи ГБУ «<..............>» для проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения. Находясь в больнице, в присутствии иных лиц, ФИО1 начал ругаться, использовал нецензурную брань, на требование о прекращении данного поведения стал оскорблять их (Потерпевший №1 и Потерпевший №2), выражался в их адрес нецензурной бранью.

Из показаний свидетеля ФИО21 установлено, что 23 февраля 2018 года в 21 - 22 часа его вызвали в приемный покой ГБУ «<..............>» как дежурного врача для проведения медицинского освидетельствования водителя ФИО1 Э.З.О. Пока он заполнял документы, ФИО4 О. стал оскорблять его и сотрудников <..............> ФИО8 и Потерпевший №2, одетых в форменное обмундирование, в том числе словами грубой нецензурной брани.

Из показаний свидетелей ФИО9, ФИО10, ФИО11, оглашенных показаний свидетеля ФИО12 следует, что находящийся 23 февраля 2018 года в вечернее время в ГБУ «<..............>» ФИО1 на повышенных тонах выражался словами грубой нецензурной брани, на требование сотрудников полиции о прекращении противоправных действий также стал выражаться грубой нецензурной бранью в их адрес.

Свидетели ФИО13, ФИО14 подтвердили, что, находясь в больнице, в присутствии врача и сотрудников ДПС ФИО1 выражался нецензурной бранью.

В совокупности с показаниями потерпевших и свидетелей письменными материалами дела: выписками из приказов начальника УМВД России по Курганской области от 03.08.2011 № 236 л/с и от 15.08.2012 № 252 л/с (л.д. 60, 82), графиком несения службы ОГИБДД МО МВД России «<..............>» на февраль 2018 года (л.д. 19-20), должностными инструкциями инспекторов ДПС Потерпевший №1 и Потерпевший №2 (л.д. 61-63, 83-85) и другими подтверждается, что Потерпевший №2 и Потерпевший №1 являются представителями власти – инспекторами ДПС группы по обслуживанию <адрес> МО МВД России «Каргапольский», 23.02.2018 в вечернее время находились при исполнении своих служебных обязанностей, были в форменной одежде, в силу своих должностных обязанностей обязаны обеспечивать общественный порядок и наделены в связи с этим властными полномочиями, доставили ФИО1 в больницу для прохождения медицинского освидетельствования ввиду выявления признаков управления им транспортным средством в состоянии опьянения.

Признаки возможного совершения ФИО1 Э.З.О. административного правонарушения в области дорожного движения зафиксированы в протоколе об отстранении его от управления транспортным средством, протоколе о направлении на медицинское освидетельствование ввиду отказа от прохождения освидетельствования на состояние опьянения (л.д. 27-32), составленных в соответствии с требованиями ст.27.12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в присутствии понятых, что подтверждено также показаниями свидетеля ФИО15, что свидетельствует о правомерности действий сотрудников ДПС по доставлению ФИО1 в больницу для медицинского освидетельствования.

Доводы ФИО1 о том, что указанные административные материалы незаконны, поскольку в дальнейшем производство по делу об административном правонарушении в отношении него по данному факту было прекращено за отсутствием состава административного правонарушения, необоснованны, поскольку последующее прекращение производства по делу об административном правонарушении не свидетельствует о противоправности действий сотрудников полиции, совершение которых предусмотрено законом на стадии выявления сотрудником полиции признаков совершения административного правонарушения (отстранение от управления транспортным средством, требование о прохождении медицинского освидетельствования).

Кроме того, употребление в речи нецензурной брани противоречит общепринятым и общеизвестным в обществе правилам поведения, в связи с чем требование сотрудников полиции о прекращении ФИО1 употребления в речи таких выражений в общественном месте – больнице также было правомерным, а последующее оскорбление ФИО1 потерпевших Потерпевший №1 и Потерпевший №2 было связано именно с их замечанием о прекращении употребления в речи нецензурной брани в присутствии иных лиц.

Оценивая показания потерпевших и свидетелей, мировой судья правильно признал их достоверными и согласующимися между собой и с письменными материалами дела.

Основания для оговора подсудимого потерпевшими и свидетелями судом не установлены.

Суд обоснованно, с приведением мотивов принятого решения, отнесся критически к показаниям подсудимого ФИО1 Э.З.О. и свидетеля ФИО14 в части о том, что подсудимый не высказывал оскорблений в адрес сотрудников ДПС, поскольку они опровергнуты совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, признанных судом достоверными.

Доводы защитника адвоката Кривошеина Ю.А. о том, что в приговоре фактически не указано, в чем именно заключались оскорбительные выражения ФИО1, инкриминированные ему, является необоснованным.

В приговоре прямо указано, что ФИО1 высказал в адрес сотрудников полиции слова оскорблений, грубую нецензурную брань.

В приговоре, с учетом положений ч. 6 ст. 1 Федерального закона от 01.06.2005 № 53-ФЗ «О государственном языке Российской Федерации» и разъяснений, содержащихся в п.22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2016 № 55 «О судебном приговоре», не могут быть приведены слова, произнесенные осужденным в адрес потерпевших, неприемлемые в официальных документах.

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, судом первой инстанции не допущено.

Действия ФИО1 Э.З.О. правильно квалифицированы судом по ст. 319 УК РФ как публичное оскорбление представителя власти при исполнении им своих должностных обязанностей и в связи с их исполнением.

При назначении наказания подсудимому судом учтены общественная опасность и характер совершенного им преступления, требования ст. ст. 6, 15 УК РФ, данные о личности осужденного, в том числе отсутствие у него доходов, отсутствие смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств, приведены мотивы невозможности назначения более мягкого наказания, чем обязательные работы. Назначенное наказание предусмотрено санкцией ст. 319 УК РФ, является справедливым, соответствует характеру и степени общественной опасности совершенного осужденным преступления, установленным судом обстоятельствам его совершения, а также соответствует и целям наказания - исправление подсудимого и предотвращение совершения им нового преступления.

Предусмотренных ст.389.15 УПК РФ оснований для отмены или изменения приговора мирового судьи от 23 июля 2018 года в апелляционном порядке не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20, ст. 389.33 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор мирового судьи судебного участка № 27 Шатровского судебного района Курганской области ФИО2 от 23 июля 2018 года в отношении ФИО3 оставить без изменения, апелляционную жалобу осужденного - без удовлетворения.

Председательствующий: судья О.А. Фитина