Апелляционное постановление № 22-1253/2025 от 25 августа 2025 г. по делу № 1-685/2025

Председательствующий Колегов Е.П. Дело № 22-1253/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Курган 26 августа 2025 г.

Курганский областной суд в составе председательствующего Белоусова Д.В.,

при секретаре судебного заседания Шайда М.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Шадрина И.Ю. на постановление Курганского городского суда Курганской области от 18 июня 2025 г., которым уголовное дело в отношении:

ФИО1, родившейся <...>,

обвиняемой в совершении преступлений, предусмотренных по «б» ч. 4 ст. 291 УК РФ,

ФИО2, родившегося <...>,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 5 ст. 290, ч. 2 ст. 292 УК РФ,

возвращено прокурору г. Кургана для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Заслушав выступления: прокурора Мешкова А.А., поддержавшего доводы апелляционного представления; обвиняемого ФИО2, его защитника – адвоката Горелого А.В. об оставлении постановления без изменения; обвиняемой ФИО1 и ее защитника – адвоката Попова О.В., оставивших разрешение данного вопроса на усмотрение суда, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

обжалуемым постановлением уголовное дело в отношении ФИО2 и ФИО1 на основании пп. 1, 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ возвращено прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

В апелляционном представлении государственный обвинитель, ссылаясь на нормы Уголовно-процессуального кодекса РФ и разъяснения Пленума Верховного Суда РФ № 28 от 22 декабря 2009 г., просит постановление отменить в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона, уголовное дело передать на новое судебное разбирательство. Полагает, что нарушений уголовно-процессуального закона, исключающих возможность вынесения итогового судебного решения на основании предъявленного ФИО1 и ФИО2 обвинения, не допущено, препятствий для рассмотрения уголовного дела судом не имеется.

В обвинительном заключении указаны существо обвинения, место и время совершения преступления, его способ, мотив, цель, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела. Вопреки выводам суда, из установленных в ходе предварительного расследования фактических обстоятельств дела, изложенных в обвинительном заключении, следует, что ФИО2 выписывал ветеринарные сопроводительные документы по договоренности с руководством подконтрольных хозяйствующих субъектов ООО «<...>», ИП <...> и ИП <...> без фактического осмотра поступающей и отгружаемой продукции, транспортных средств и условий транспортировки, лабораторных и иных исследований, в чем и заключается подложность изготовленных им ветеринарных сопроводительных документов, содержащих сведения о не проверенной информации относительно поступившей продукции, которые вносились им в <...>.

Проверив материалы дела, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отмене обжалуемого постановления.

В соответствии с требованиями ч. 4 ст. 7 УПК РФ постановление суда должно быть обоснованным, законным и мотивированным.

Согласно положениям п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ основанием возвращения уголовного дела прокурору для устранения препятствий к его рассмотрению судом являются такие нарушения требований УПК РФ при составлении обвинительного заключения, которые исключают возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основании данного заключения.

Таких нарушений, исключающих возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основании составленного по делу обвинительного заключения, в обжалуемом постановлении не приведено.

Возвращая уголовное дело прокурору, суд первой инстанции указал, что предъявив ФИО2 обвинение в том, что он за денежное вознаграждение от ФИО1 изготовил подложные ветеринарные сопроводительные документы (ВСД) на подконтрольный товар ООО «<...>» в период с 10 января 2018 г. по 25 июня 2020 г., путем внесения заведомо ложных сведений о произведенных ветеринарных осмотрах и проведенных им ветеринарно-санитарных экспертизах, орган предварительного расследования ограничился лишь перечислением более чем <...> ВСД, при этом не указал, какие именно содержащиеся в них сведения являются ложными, то есть не соответствующими действительности и в чем именно выражается их недостоверность. Как не содержит предъявленное обвинение указание на недоброкачественность продукции животного происхождения в инкриминируемый ФИО2 период времени, что исключает возможность самостоятельного изменения судом обвинения в случае установления таких обстоятельств, поскольку тем самым суд выйдет за рамки предъявленного обвинения и ухудшит положение подсудимого, его право на защиту. С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к выводу, что обвинительное заключение составлено с нарушениями требований УПК РФ, которые не устранимы в ходе судебного разбирательства с учетом положений ст. 252 УПК РФ, препятствуют правильному установлению фактических обстоятельств дела, применению уголовного закона и постановлению законного, обоснованного и справедливого приговора.

Вместе с тем, судом первой инстанции оставлено без внимания, что предметом преступления, предусмотренного ст. 292 УК РФ, является официальный документ, удостоверяющий факты, влекущие юридические последствия, в том числе, в виде предоставления прав. Под внесением в официальные документы заведомо ложных сведений, искажающих действительное содержание указанных документов, необходимо понимать отражение и (или) заверение заведомо не соответствующих действительности фактов как в уже существующих официальных документах (подчистка, дописка и др.), так и путем изготовления нового документа, в том числе с использованием бланка соответствующего документа (п. 35 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9 июля 2013 г. № 24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях»).

Согласно предъявленному обвинению ФИО2 органом предварительного расследования обвиняется в том, что являясь должностным лицом контролирующего государственного органа – ведущим ветеринарным врачом-экспертом ГБУ «<...>», находясь на территории <...>, реализуя единый продолжаемый преступный умысел на служебный подлог, действуя из корыстных побуждений и иной личной заинтересованности, в нарушение приведенных в обвинении положений должностной инструкции и нормативно-правовых актов, без проведения ветеринарного осмотра и результатов ветеринарно-санитарной экспертизы подконтрольного товара для установления его безопасности в ветеринарно-санитарном отношении, то есть при отсутствии обязательных мероприятий по предупреждению болезней животных и защите населения от болезней, общих для человека и животных, за денежное вознаграждение от ФИО1 изготовил в электронной форме для представляемых ФИО1 хозяйствующих субъектов: в период с 10 января 2018 г. по 31 июля 2020 г. ООО «<...>»; с 17 июля 2018 г. по 31 июля 2020 г. ИП <...>.; в период с 13 августа 2018 г. по 25 июня 2020 г. ИП <...> подложные ветеринарные сопроводительные документы - ветеринарные справки формы № 4 на подконтрольный товар путем внесения в них заведомо ложных сведений о якобы произведенных им ветеринарных осмотрах и проведенных ветеринарно-санитарных экспертизах в отношении подконтрольного товара, тем самым недостоверных сведений о: наименовании и объеме продукции; ее изготовлении из сырья, прошедшего ветеринарно-санитарную экспертизу; способе хранения при перевозке и ее цели, которые последовательно умышленно выгрузил в общий доступ посредствам <...>, предоставив ФИО1 возможность использовать эти ВСД в своей предпринимательской деятельности, в связи с чем в свободный оборот произошел выпуск неполноценных продуктов животноводства, не отвечающих в ветеринарном отношении требованиям безопасности жизни и здоровья граждан а, следовательно, угрожавших санитарно-эпидемиологическому благополучию <...>.

Таким образом, составленное по делу обвинительное заключение вопреки выводам суда, соответствует требованиям ст. 220 УПК РФ, в нем обстоятельства инкриминируемых деяний изложены в том виде, как они были установлены органом предварительного расследования уже после возвращения уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, с указанием существа обвинения, места и времени совершения инкриминируемого деяния, его способа, последствий и других обстоятельств, имеющих значение для данного уголовного дела.

Кроме того, суд апелляционной инстанции отмечает, что согласно положениям п. 6 ч. 1, ч. 1.3 ст. 237 УПК РФ уголовное дело может быть возвращено прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, если о наличии оснований для квалификации действий обвиняемого как более тяжкого преступления свидетельствуют фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, либо на наличие таких оснований указывают фактические обстоятельства, установленные в ходе предварительного слушания или судебного разбирательства. При этом суд обязан указать обстоятельства, являющиеся основанием для квалификации действий обвиняемого как более тяжкого преступления.

Из обжалуемого постановления и протокола судебного заседания видно, что вопрос о возвращении уголовного дела прокурору суд разрешил сразу после изложения государственным обвинителем предъявленного подсудимому обвинения, то есть без исследования каких-либо доказательств по делу, на основании анализа которых можно было бы установить фактические обстоятельства, указывающие на наличие оснований для квалификации действий ФИО2 как более тяжкого преступления, что в соответствии с положениями приведенного судом в постановлении п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ могло бы являться основанием для возвращения уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Таким образом, обжалуемое постановление суда в данной части основано лишь на непроверенном в ходе судебного следствия предположении о возможном установлении по делу обстоятельств, не указанных в предъявленном ФИО2 обвинении, в связи с чем также не может считаться отвечающим требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ.

При указанных обстоятельствах обжалуемое постановление о возвращении уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом нельзя признать законным и обоснованным, соответствующим требованиям ст. 237 УПК РФ, в связи с чем оно подлежит отмене, а уголовное дело – направлению на новое рассмотрение со стадии судебного разбирательства.

Поскольку решение о возвращении уголовного дела прокурору было обусловлено, в том числе, наличием оснований для квалификации действий ФИО2 как более тяжкого преступления, что представляет собой выраженную позицию суда как органа правосудия, уголовное дело подлежит направлению на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Курганского городского суда Курганской области от 18 июня 2025 г. о возвращении уголовного дела в отношении ФИО1 и ФИО2 прокурору г. Кургана для устранения препятствий его рассмотрения судом, отменить, уголовное дело направить на новое судебное рассмотрение в тот же суд со стадии судебного разбирательства.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции с подачей кассационных жалоб, представления непосредственно в суд кассационной инстанции.

Обвиняемые вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий