Апелляционное определение № 33-18/2026 33-334/2025 от 3 февраля 2026 г.

Судья Абдуллина М.З. № 33-18/2026

№2-405/2025 УИД:960S0000-01-2025-001483-15


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

«04» февраля 2026 г.

с. Счастливцево

Судебная коллегия по гражданским делам Херсонского областного суда в составе председательствующего Морева Е.А.,

судей Вагнер А.Б., Герасимовой И.А.,

с участием прокурора Вершинина М.С.,

при ведении протокола судебного заседания помощником ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению Херсонской области «Владимиро-Ильинский гериатрический пансионат» о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, по апелляционной жалобе истца ФИО1 на решение Новотроицкого межрайонного суда Херсонской области от 15 сентября 2025 года,

заслушав доклад судьи Морева Е.А., выслушав объяснения истца ФИО1, представителей ответчика Государственного бюджетного учреждения Херсонской области «Владимиро-Ильинский гериатрический пансионат» ФИО9, ФИО11, заключение прокурора, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным иском к Государственному бюджетному учреждению Херсонской области «Владимиро-Ильинский гериатрический пансионат» (далее – ГБУ ХО «Владимиро-Ильинский гериатрический пансионат») о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсацию морального вреда.

В обоснование исковых требований указал, что с ДД.ММ.ГГГГ работал в ГКУ ХО «Владимиро-Ильинский гериатрический пансионат» (после реорганизации ГБУ ХО «Владимиро-Ильинский гериатрический пансионат») в должности начальника отдела административно-хозяйственной деятельности. На основании приказа работодателя от 06 мая 2025 года № истец уволен с занимаемой должности по основанию, предусмотренному п.п. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ – прогул. Истец с приказом не согласен, поскольку 5 мая 2025 года отсутствовал на рабочем месте по уважительной причине. Утром истец почувствовал острую зубную боль. В связи с чем обратился за медицинской помощью к врачу-стоматологу в ближайшее медицинское учреждение Чкаловскую врачебную амбулаторию. По результатам осмотра истцу было выдано направление на рентген 12 зуба. Кроме того у истца обострился хронический простатит, следствием чего стало обращение в этот же день к врачу-урологу, который назначил амбулаторное лечение. Полагал, что наличие болезненного состояния и обращение в связи с этим в медицинское учреждение свидетельствуют о наличии уважительных причин отсутствия на рабочем месте 05 мая 2025 года. О причинах отсутствия на рабочем месте было сообщено специалисту по кадрам 1 категории ФИО7 и заместителю директора ФИО8 06 мая 2025 года истец представил работодателю письменные объяснения. В этот же день истцу был оглашен приказ об увольнении и выдана трудовая книжка. К дисциплинарной ответственности истец не привлекался, работодатель ранее претензии к качеству выполняемой им работы не предъявлял.

На основании изложенного истец просил суд признать незаконным его увольнение по основанию, предусмотренному п.п. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 за прогул, восстановить на работе в ГБУ ХО «Владимиро-Ильинский гериатрический пансионат» в должности начальника отдела административно-хозяйственной деятельности с 6 мая 2025 года, взыскать с ответчика средний заработок за время вынужденного прогула за период с 6 мая 2025 года по день вынесения решения суда, компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты>.

Решением Новотроицкого межрайонного суда Херсонской области от 15 сентября 2025 года исковые требования ФИО1 к ГБУ ХО «Владимиро-Ильинский гериатрический пансионат» оставлены без удовлетворения (том 1 л.д. 232).

В апелляционной жалобе истец ФИО1 просит отменить решение суда от 15 сентября 2025 года, принять новое решение которым исковые требования удовлетворить в полном объёме. В обоснование жалобы, описывая обстоятельства, изложенные в иске, со ссылками на нормы законодательства Российской Федерации и разъяснения по их применению полагает, что суд необоснованно отказал в удовлетворении исковых требований, поскольку в дело представлены доказательства посещения врачей в связи с ухудшением состояния здоровья. Суд не учел тяжесть совершенного проступка, а также предыдущее отношение истца к работе. Суд безосновательно проигнорировал показания супруги истца, о том, что она поставила в известность представителя работодателя о причинах отсутствия истца на рабочем месте. Полагает, что отсутствие больничного листа не свидетельствует о законности действий работодателя, поскольку факт обращения к врачу в связи с ухудшением состояния здоровья имел место.

В возражениях на апелляционную жалобу представитель ответчика ФИО9, прокурор просили решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В суде апелляционной инстанции истец ФИО10 доводы апелляционной жалобы поддержал, просил решение суда отменить, принять по делу новое решение об удовлетворении заявленных исковых требований.

Представители ответчика, действующий на основании доверенности, ФИО9 и директор ГБУ ХО «Владимиро-Ильинский гериатрический пансионат» ФИО11 возражали против удовлетворения жалобы, просили оставить решение суда без изменения, а жалобу истца без удовлетворения.

Представитель третьего лица Юго-Западной межрегиональной территориальной государственной инспекции труда в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела уведомлены, в ходатайстве просили рассматривать дело в отсутствие представителя инспекции.

При таких обстоятельствах и на основании части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ) судебная коллегия определила рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, в соответствии с ч.1 ст.327.1 ГПК РФ, изучив материалы гражданского дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, а также возражений относительно нее, выслушав заключение прокурора ФИО5, полагавшего жалобу обоснованной, а решение суда подлежащим отмене с вынесением нового решения о частичном удовлетворении исковых требований о восстановлении на работе, взыскании заработной платы, компенсации морального вреда, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 22 Трудового кодекса РФ работодатель имеет право требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей, соблюдения правил внутреннего трудового распорядка, привлекать работников к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном Трудовым кодексом РФ, иными федеральными законами.

В соответствии со ст. 192 Трудового кодекса РФ за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить к работнику дисциплинарные взыскания: замечание, выговор, увольнение по соответствующим основаниям. При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

Порядок применения дисциплинарных взысканий установлен статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации.

Основания расторжения трудового договора по инициативе работодателя определены статьей 81 Трудового кодекса Российской Федерации.

Согласно подп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей - прогула, то есть отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также в случае отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, решение работодателя о признании конкретной причины отсутствия работника на работе неуважительной и, как следствие, об увольнении его за прогул может быть проверено в судебном порядке. При этом, осуществляя судебную проверку и разрешая конкретное дело, суд действует не произвольно, а исходит из общих принципов юридической, а следовательно, и дисциплинарной ответственности (в частности, таких как справедливость, соразмерность, законность) и, руководствуясь подпунктом «а» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса РФ во взаимосвязи с другими его положениями, оценивает всю совокупность конкретных обстоятельств дела, в том числе причины отсутствия работника на работе (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19.02.2009 № 75-О-О, от 24.09.2012 № 1793-О, от 24.06.2014 № 1288-О, от 23.06.2015 № 1243-О, от 26.01.2017 № 33-О и др.).

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 23, подп. «а», «б» п. 39 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если трудовой договор с работником расторгнут по подпункту "а" пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса РФ за прогул, необходимо учитывать, что увольнение по этому основанию, в частности, может быть произведено: за невыход на работу без уважительных причин, т.е. отсутствие на работе в течение всего рабочего дня (смены) независимо от продолжительности рабочего дня (смены); за нахождение работника без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня вне пределов рабочего места.

При рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

По смыслу приведенных нормативных положений Трудового кодекса РФ, правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, при рассмотрении судом дела по спору о законности увольнения работника на основании подпункта «а» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса РФ (за прогул) обязательным для правильного разрешения названного спора является установление обстоятельств и причин (уважительные или неуважительные) отсутствия работника на рабочем месте. При этом, исходя из таких общих принципов юридической, а значит, и дисциплинарной ответственности, как справедливость, соразмерность, законность, вина и гуманизм, суду надлежит проверить обоснованность признания работодателем причины отсутствия работника на рабочем месте неуважительной, а также то, учитывались ли работодателем при наложении дисциплинарного взыскания тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен, предшествующее поведение работника, его отношение к труду. Если увольнение работника произведено работодателем без соблюдения этих принципов юридической ответственности, то такое увольнение не может быть признано правомерным.

Данная правовая позиция изложена в п. 16 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам, связанным с прекращением трудового договора по инициативе работодателя (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 09.12.2020).

В соответствии со статьей 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение должно быть законным и обоснованным.

Согласно разъяснениям пункта 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. № 23 «О судебном решении» решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов (пункт 3 этого же Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации).

Согласно ч. 1 ст. 196 ГПК РФ при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению.

Рассмотрение дела в апелляционном порядке предполагает проверку законности и обоснованности решения суда первой инстанции, в том числе проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию (ст. 327.1, ст. 330 ГПК РФ, п. 1, п. 37 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.06.2021 № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции»).

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, на основании приказа директора ГКУ ХО «Владимиро-Ильинский гериатрический пансионат» №ЛС от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 принят на работу в качестве начальника отдела административно-хозяйственной деятельности.

В этот же день работодателем с ним заключен трудовой договор № по условиям, которого истец обязался: добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, должностной инструкцией и не допускать действий препятствующих другим работникам исполнять свои трудовые обязанности; соблюдать трудовую дисциплину (п.п. 2.2.1, 2.2.3 трудового договора).

В п. 1.3. трудового договора в качестве места работы указан адрес: <адрес>.

Правилами внутреннего трудового распорядка, утвержденными приказом директора ГБУ ХО «Владимиро-Ильинский гериатрический пансионат» №/ОД от ДД.ММ.ГГГГ в учреждении установлена пятидневная рабочая неделя продолжительностью 40 часов с двумя выходными (суббота и воскресенье): время начала работы – 8 ч. 00 мин., время окончания работы – 17 ч. 00 мин., перерыв для отдыха и питания – с 12 ч. 00 мин. до 13 ч. 00 мин. (перерыв не включается в рабочее время).

На основании приказа ГБУ ХО «Владимиро-Ильинский гериатрический пансионат» от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был уволен по основаниям, предусмотренным пп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ за прогул (дата прогула в приказе об увольнении не отражена). В качестве основания для увольнения указана только докладная записка заместителя директора учреждения № от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно актам № и № от ДД.ММ.ГГГГ об отсутствии работника на рабочем месте, ФИО1 отсутствовал на рабочем месте 05.05.2025 в течение восьми часов с 8.00 до 17.00 (т. 1 л.д. 72-73, 75-76).

Из докладной записки заместителя директора ГБУ ХО «Владимиро-Ильинский гериатрический пансионат» № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что 05.05.2025 ФИО1 без объяснения причин отсутствует на рабочем месте. Просит объявить последнему дисциплинарное взыскание в виде выговора (л.д. 71 т. 1).

В представленном работодателю письменном объяснении ФИО1 указал, что 05.05.2025 отсутствовал на рабочем месте, поскольку был на приеме у врача-стоматолога, о чем представил соответствующую справку (т. 1 л.д. 74).

Как следует из объяснений ФИО1 в суде, 05.05.2025 утром он почувствовал острую зубную боль. В связи с чем поехал в ближайшую медицинское учреждение – Чкаловскую врачебную амбулаторию, где после осмотра врачом-стоматологом был направлен в ГБУЗ ХО «Новотроицкая центральная районная больница» на рентген 12 зуба. В виду обострения хронических заболеваний и повышенного давления, после рентгена, по рекомендации врача-терапевта Чкаловской врачебной амбулатории обратился к врачу-урологу ГБУЗ ХО «Новотроицкая центральная районная больница», который поставил диагноз и назначил амбулаторное лечение. От дальнейшего лечения у врача-стоматолога истец отказался, поскольку ранее она уже проводила лечение данного зуба, однако в виду оказания не качественной медицинской помощи лечение результата не дало. В связи с чем полагал, что повторное медицинское вмешательство не даст надлежащего результата. В связи с продолжающейся болью 21 ноября 2025 года он обратился к другому врачу-стоматологу в <адрес>, где ему была на платной основе оказана надлежащая медицинская помощь.

Обстоятельства прибытия ФИО1 05.05.2025 с утра в Чкаловскую врачебную амбулаторию (с жалобами на зубную боль), его осмотра врачом стоматологом-хирургом ФИО12, врачом терапевтом, дальнейшее обращение в ГБУЗ ХО «Новотроицкая центральная районная больница», где ему была произведена рентгенография зуба и осуществлен прием врачом-урологом, который назначил амбулаторное лечение, выдача истцу медсправки о посещении врача-стоматолога, предоставления указанной справки на следующий день работодателю и непринятия у нее этой справки, как имеющей ненадлежащую форму, проверялись судом первой инстанции и нашли свое подтверждение по результатам исследования представленных в дело доказательств.

Так, из представленной по запросу суда информации ГБУЗ ХО «Новотроицкая центральная районная больница» следует, что 05.05.2025 ФИО1 действительно был на приеме в Чкаловской врачебной амбулатории у врача-стоматолога ФИО12, направлен на рентген 12 зуба, от дальнейшего лечения отказался. В период с 05.05.2025 по 15.05.2025 проходил лечение в амбулаторном режиме у врача-уролога ГБУЗ ХО «Новотроицкая центральная районная больница» с диагнозом: хронический простатит, стадия обострения. Сопутствующее заболевание – мочекаменная болезнь, конкремент правой почки. Кисты обеих почек. Листок нетрудоспособности не оформлялся (т.1 л.д. 136).

Аналогичная информация следует из других медицинских документов, в том числе справки о посещении истцом в вышеуказанную дату от 05.05.2025 врача-стоматолога от 05.05.2025 (т.1 л.д. 21), направления на рентген 12 зуба (т.1 л.д. 22), справки о посещении Чкаловской врачебной амбулатории (т.1 л.д. 23), справки врача-уролога (т.1 л.д. 26), копией журнала учета посещений пациентов (т.1 л.д. 137-138), справки врача ФИО13 от 21.11.2025 об обращении к врачу-стоматологу с диагнозом «хронический периодонтит 12 зуба» (т.2 л.д. 21), амбулаторной карты на имя ФИО1, содержащей записи об обращении истца 05.05.2025 к врачам стоматологу, терапевту, урологу.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении исковых требований ФИО14 суд первой инстанции исходил из того, что его отсутствие на работе 05.05.2025 более 4 часов без уважительной причины подтверждено в ходе судебного разбирательства, посчитав установленным факт обращения истца в указанную дату в медицинское учреждение, суд пришел к выводу о том, что это не свидетельствует об уважительности причин его отсутствия на рабочем месте в течение всего рабочего дня, документов, подтверждающих нетрудоспособность ФИО1 и наличие у него оснований для освобождения от работы не представлено, порядок применения к нему взыскания в виде увольнения за прогул соблюден, в связи с чем оснований для восстановления истца на работе не имеется.

Между тем, с такими выводами суда первой инстанции согласиться нельзя, поскольку эти выводы не соответствуют установленным фактическим обстоятельствам дела и вышеприведенным нормам материального и процессуального права.

Рассматривая дело, суд первой инстанции не учел, что об уважительности причин отсутствия на работе могут свидетельствовать обстоятельства, объективно препятствовавшие прибыть на рабочее место и выполнять трудовые обязанности, хотя бы и при отсутствии выданных в установленном порядке документов об освобождении от работы.

Так, в случае плохого самочувствия работника, появления у него болей (на что ссылался истец в данном случае) вопрос о возможности выполнения трудовых обязанностей и о наличии (отсутствии) оснований для освобождения от работы подлежал разрешению врачом. В такой ситуации работнику необходимо было явиться в медицинское учреждение и обратиться к врачу. При этом то обстоятельство, что врач, осмотрев пациента и выставив ему диагноз, не нашел оснований для выдачи листка временной нетрудоспособности, лишь указывает, что работник не освобожден от трудовой деятельности по болезни и может продолжать трудиться с учетом выполнения рекомендаций врача. В то же время, отсутствие листка нетрудоспособности за тот день, когда работник находился у врача, само по себе не исключает наличие уважительной причины для неявки на работу, поскольку работник объективно не мог одновременно находиться и в больнице, и на предприятии.

Обстоятельств, свидетельствующих о наличии злоупотреблений со стороны истца при невыходе на работу 05.05.2025, в частности, обстоятельств, указывающих, что он обратился в больницу с целью скрыть свое недобросовестное поведение при отсутствии у него каких-либо причин и оснований для такого обращения, суд не установил, и в судебном акте (решении) таких обстоятельств не приведено.

При этом судебная коллегия отмечает, что в силу ч. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Напротив, из объяснений самого истца, медицинской документации следует, что у ФИО1 имелись жалобы на зубную боль, обострилось хроническое заболевание, имело место повышенное давление, ему был выставлен диагноз и выданы медицинские рекомендации. Отказ от дальнейшего лечения не исключает наличия оснований для обращения за медицинской помощью. Более того факт дальнейшего обращения за медицинской помощью к врачу-стоматологу, в связи с наличием у него диагноза «хронический периодонтит 12 зуба» подтверждается, представленной в материалы дела справкой врача ФИО13 от 21.11.2025. Данные обстоятельства не были оценены судом первой инстанции с точки зрения наличия у истца объективных причин для того, чтобы обратиться в лечебное учреждение на прием к врачам и в связи с этим не выйти в этот день на работу.

Само по себе отсутствие у работника после обращения в медицинское учреждение листка нетрудоспособности не подтверждает неуважительность причин отсутствия работника на рабочем месте в связи с болезнью, а лишь является основанием для невыплаты соответствующего пособия.

Наличие уважительных причин может быть подтверждено любыми относимыми и допустимыми доказательствами в соответствии с положениями ст. 55 ГПК РФ.

Судом первой инстанции не были учтены объяснения ФИО1 о том, что его супруга ФИО15 05 мая 2025 года предупредила специалиста по кадрам и заместителя директора учреждения ФИО8 о причинах отсутствия истца на рабочем месте.

При этом в суде апелляционной инстанции представители ответчика ФИО9 и ФИО11 данные обстоятельства не оспаривали.

Факт прохождения работником медицинского освидетельствования,, медицинских осмотров, медицинского обследования и (или) лечения, профилактического медицинского осмотра или диспансеризации подтверждается справкой медицинского учреждения, оформленной в произвольной форме на бумажном носителе и (или) в форме электронного документа с использованием усиленной квалифицированной электронной подписи медицинского работника (п.п. 2, 10, 11 Порядка выдачи медицинскими организациями справок и медицинских заключений, утверждённого приказом Минздрава России от 14.09.2020 № 972н).

В то же время, суд установил, и ответчик не оспаривал, что до момента увольнения за прогул ФИО1 объяснил работодателю письменно в объяснительной от 06.05.2025 причину отсутствия на работе 05.05.2025, указав, что обращался в медицинское учреждение. В обоснование объяснений представил медицинскую справку. Учитывая эти пояснения, а также сомнения работодателя в достоверности медицинской справки, как ненадлежаще оформленной, работодатель вправе был самостоятельно выяснить обстоятельства нахождения ФИО10 в медицинском учреждении, поскольку это имело значение для оценки уважительности причин неявки на работу. Между тем, выяснение названных обстоятельств ответчик не осуществлял, возможность принести правильно оформленную справку истцу не предоставил, издав в тот же день приказ о прекращении трудового договора, что само по себе свидетельствовало об увольнении ФИО1 за прогул без проверки действительных причин его отсутствия на работе. Такое поведение работодателя, которое не может быть признано правомерным, оставлено судом первой инстанции без внимания, несмотря на то, что в ходе судебного разбирательства факт посещения истцом врачей стоматолога-хирурга, терапевта в амбулатории, а затем врача-уролога и кабинета рентгенографии в больнице подтвержден.

При этом судебная коллегия отмечает, что место жительства истца находится на значительном расстоянии, как от места его работы, так и местонахождения медицинских учреждений. Так, согласно общедоступным сведениям, расстояние между <адрес> и <адрес><адрес> составляет около 40 км.

Судебная коллегия полагает, что с учетом состояния здоровья истца, удаленности места работы от местонахождения больницы и местожительства истца, необходимости приобретения лекарственных средств для прохождения амбулаторного лечения у истца отсутствовала объективная возможность явиться в указанный день на работу.

При этом доказательств, свидетельствующих о возможности истца явиться на работу 05 мая 2025 года исполнять свои трудовые обязанности во второй половине дня продолжительностью не менее 4-х часов материалы дела не содержат.

Выводы суда первой инстанции о возможности явиться на работу во второй половине дня (с учетом того, что истец, согласно его объяснениям покинул больницу между 12 и 13 часами дня), носят гипотетический характер и не подтверждаются надлежащими доказательствами.

Кроме того, отсутствие истца на работе во второй половине дня не образует самостоятельного состава дисциплинарного проступка.

Так, с учетом установленного трудовым договором обеденного перерыва с 12 ч. 00 мин. до 13 ч. 00 мин., которое не входит в рабочее время, отсутствие истца на работе во второй половине дня в период с 13 час. 00 мин. до 17 ч. 00 мин. составляет не более 4-х часов подряд, тогда как квалифицирующим признаком прогула, согласно пп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, является отсутствие работника более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).

При этом судебная коллегия отмечает, что истец был уволен именно в связи с отсутствием на рабочем месте в течение всего рабочего дня.

В п. 53 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 (ред. от 09.12.2025) «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в силу статьи 46 (часть 1) Конституции РФ, гарантирующей каждому судебную защиту его прав и свобод, и корреспондирующих ей положений международно-правовых актов, в частности статьи 8 Всеобщей декларации прав человека, а также статьи 14 (пункт 1) Международного пакта о гражданских и политических правах, государство обязано обеспечить осуществление права на судебную защиту, которая должна быть справедливой, компетентной, полной и эффективной.

Учитывая это, а также принимая во внимание, что суд, являющийся органом по разрешению индивидуальных трудовых споров, в силу части 1 статьи 195 ГПК РФ должен вынести законное и обоснованное решение, обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания или о восстановлении на работе и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции РФ и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а следовательно и дисциплинарной, ответственности, таких, как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм.

В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть пятая статьи 192 ТК РФ), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

Если при рассмотрении дела о восстановлении на работе суд придет к выводу, что проступок действительно имел место, но увольнение произведено без учета вышеуказанных обстоятельств, иск может быть удовлетворен.

Однако в указанном случае суд не вправе заменить увольнение другой мерой взыскания, поскольку в соответствии со статьей 192 Кодекса наложение на работника дисциплинарного взыскания является компетенцией работодателя.

Судебная коллегия обращает внимание на то, что в нарушение приведенных выше положений Трудового кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда по их применению, ответчиком в материалы дела не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что при принятии в отношении истца решения о применении дисциплинарного взыскания в виде увольнения учитывалась тяжесть вменяемого ему в вину дисциплинарного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен, а также то, что ответчиком учитывалось предшествующее поведение истца, его отношение к труду; возможность применения ответчиком к истцу иного, менее строгого вида дисциплинарного взыскания.

При совокупности вышеприведенных данных о характере проступка, обстоятельств, при которых он был совершен и его последствий, прежнего поведения работника, ранее не привлекавшегося к дисциплинарной ответственности, выбор вида дисциплинарного взыскания в виде увольнения в отношении истца, не может быть признан соответствующим требованиям ч. 5 ст. 192 Трудового кодекса РФ и п. 53 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 г. № 2.

При таких обстоятельствах выводы суда о наличии оснований для увольнения ФИО1 по подпункту «а» пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации за прогул, нельзя признать правомерными, они сделаны при неправильном применении норм материального права и с нарушением норм процессуального права.

Согласно ст. 394 ТК РФ в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.

С учетом изложенного судебная коллегия полагает, что решение суда в указанной части подлежит отмене, а требования истца о восстановлении на работе подлежат удовлетворению.

Поскольку исковые требования в вышеуказанной части признаны обоснованными, имеются основания и для взыскания с ответчика в пользу истца заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда.

С учетом издания приказа об увольнении истца 06 мая 2025 года с указанием на увольнение в этот день названная дата является последним рабочим днем для ФИО1, после которой он считается незаконно уволенным, в связи с чем средний заработок за время вынужденного прогула подлежит исчислению за рабочие дни с 07 мая 2025 года по день восстановления на работе.

Определяя взыскиваемую сумму, суд апелляционной инстанции исходит из ст. 139 ТК РФ, согласно которой для всех случаев определения размера средней заработной платы (среднего заработка), предусмотренных настоящим Кодексом, устанавливается единый порядок ее исчисления (ч. 1).

Для расчета средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя независимо от источников этих выплат (ч. 2).

При любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно) (ч. 3).

Руководствуясь приведенными нормами права и постановлением Правительства Российской Федерации от 24 декабря 2007 года № 922 «Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы» (действовавшим до 1 сентября 2025 года) и от 24 апреля 2025 года № 540 «Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы», содержащих аналогичные нормы, судебная коллегия, исходя из представленных ответчиком сведений о фактически произведенных истцу выплатах за фактически отработанное им время, принимает во внимание, содержащиеся в справке работодателя и подтверждённые истцом данные о его заработной плате за 12 месяцев, предшествующих дате его увольнения.

Соответственно, среднедневной заработок истца составит <данные изъяты>. из расчета: <данные изъяты>

Тем самым за период вынужденного прогула заработок истца составит <данные изъяты>. из расчета: <данные изъяты>.

Согласно ст.237 ТК РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно ст. 151, 1101 ГК РФ при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Исходя из того, что нарушение трудовых прав истца имеет место и вызвано неправомерным увольнением, учитывая, что нарушение трудовых прав уже само по себе причиняет моральный вред, принимая во внимание все обстоятельства дела, учитывая характер нарушения и значимость нарушенного права, требования разумности и справедливости, наличие возражений со стороны ответчика по поводу размера, подлежащей взысканию компенсации, судебная коллегия считает возможным удовлетворить требования истца о компенсации морального вреда и взыскать в его пользу сумму компенсации морального вреда в размере <данные изъяты>.

При таких обстоятельствах решение суда подлежит отмене, а исковые требования частичному удовлетворению.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Херсонского областного суда,

определила:

Решение Новотроицкого межрайонного суда Херсонской области от 15 сентября 2025 года отменить, принять по делу новое решение о частичном удовлетворении исковых требований ФИО1.

Признать незаконным увольнение ФИО1 с должности начальника отдела административно-хозяйственного деятельности Государственного бюджетного учреждения Херсонской области «Владимиро-Ильинский гериатрический пансионат» по п.п. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ за прогул.

Восстановить ФИО1 (паспорт №) на работе в Государственном бюджетном учреждении Херсонской области «Владимиро-Ильинский гериатрический пансионат» (№) в должности начальника отдела административно-хозяйственного деятельности.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения Херсонской области «Владимиро-Ильинский гериатрический пансионат» (№) в пользу ФИО1 (паспорт №) средний заработок за время вынужденного прогула в сумме <данные изъяты> и компенсацию морального вреда в сумме <данные изъяты>

Апелляционное определение может быть обжаловано в течение трех месяцев во Второй кассационный суд общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение составлено 05 февраля 2026 г.