Приговор № 1-48/2020 от 14 октября 2020 г. по делу № 1-85/2019

КОПИЯ

66RS0020-01-2019-000796-93

Дело № 1-48/2020


ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

15 октября 2020 года пгт.Белоярский

Белоярский районный суд Свердловской области в составе:

председательствующего Пархоменко Т.А.,

с участием государственных обвинителей Юдиной О.М., Федотова Д.А., Лыткиной Е.О.,

потерпевшей Потерпевший №1,

подсудимого ФИО1,

защитников подсудимого – адвокатов Нохрина И.Г., Ольхового А.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Лялиной М.А., помощником судьи Замараевым И.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по обвинению

ФИО1, <...>, не судимого;

копию обвинительного заключения получившего в полном объеме 27 июня 2019 года;

12 мая 2019 года задержан в порядке ст.91 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации;

14 мая 2019 года избрана мера пресечения в виде домашнего ареста;

11 ноября 2019 года избрана мера пресечения в виде заключения под стражу;

23 января 2020 года избрана мера пресечения в виде домашнего ареста;

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 Уголовного кодекса Российской Федерации,

установил:

ФИО1 совершил умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего А.

Преступление совершено в пгт. Верхнее Дуброво Белоярского района Свердловской области при следующих обстоятельствах.

09 мая 2019 года в период времени с 19 часов 00 минут до 21 часа 15 минут в гаражном боксе, расположенном напротив <адрес> пер. Лесном пгт. Верхнее Дуброво Белоярского района Свердловской области, у ФИО1, находившегося в состоянии алкогольного опьянения, на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений, по причине совершения А. противоправных действий по отношению к его <...> Свидетель №1, возник преступный умысел на причинение тяжкого вреда здоровью А.

Реализуя свой преступный умысел, в вышеуказанное время и по вышеуказанному адресу ФИО1 с целью причинения тяжкого вреда здоровью А., опасного для его жизни, но, не имея умысла на причинение ему смерти, умышленно, взяв на месте происшествия металлическую армейскую каску, и используя ее как предмет, используемый в качестве оружия, умышлено с силой нанес не менее двух ударов по голове потерпевшему А.

В результате умышленных преступных действий ФИО1, потерпевшему А. были причинены телесные повреждения в виде: субдурального (объемом до 60 мл) субарахноидального кровоизлияния по выпуклой и базальной поверхности больших полушарий головного мозга, кровоизлияния в желудочки головного мозга; ушибленной раны у наружного конца левой брови по направлению к левой височной области с кровоизлиянием под кожный лоскут головы в её проекции; кровоподтека левой параорбитальной области с кровоизлиянием под кожный лоскут головы в его проекции и в области переносья.

Ушибленная рана у наружного конца левой брови у живых лиц при обычном течении вызывает кратковременное расстройство здоровья сроком не свыше 21 дня, и по этому признаку может быть оценена как причинившая легкий вред здоровью.

Описанный кровоподтек у живых лиц при обычном течении кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты трудоспособности не вызывает, и по этому признаку не может быть оценен как причинивший вред здоровью.

В данном конкретном случае ушибленная рана и кровоподтек явились точками приложения травмирующей силы.

От полученных в результате умышленных преступных действий ФИО1 телесных повреждений, в виде закрытой черепно-мозговой травмы: кровоизлияний под оболочки и в желудочки головного мозга, являющихся опасными для жизни, расценивающихся как тяжкий вред здоровью, потерпевший А. скончался <дата> года на месте происшествия.

Подсудимый ФИО1 вину по предъявленному обвинению признал частично, не оспаривая факт нанесения телесных повреждений в виде нанесения потерпевшему двух ударов армейской каской в область лопаток, указал, что неприязненных отношении к А. и умысла на причинение ему тяжкого вреда здоровью у него не имелось, он нанес удары, чтобы защитить своего <...>, которого душил потерпевший. Также оспаривая факт причинения смерти в результате его действий, указал, что смерть А. могла наступить в результате того, что потерпевший в этот день выходил из гаража на улицу, где падал и мог удариться о металлическую бочку или бетонные блоки.

Допрошенный в судебном заседании подсудимый показал, что он сидел слева от входа в гараж на раскладном армейском стуле, слева, вдоль стены стоял стол, следом диван, на подлокотнике которого сидел Свидетель №1. А. сидел за столом на крутящемся офисном стуле. Конфликта между Свидетель №1 и А. он не слышал, они все вместе разговаривали. Он никуда не выходил из-за стола, кушал, но при этом постоянно ни на Свидетель №1, ни на А. не смотрел. Через некоторое время услышал, что Свидетель №1 и А. дерутся на полу, с которого после перешли на диван. Потом он услышал шаркающие движения по полу, и увидел, что его <...> Свидетель №1 находится на диване, а сверху на нем сидит А. Он (подсудимый) оперся на костыль, встал и увидел, что А. душит его <...> Свидетель №1 (при этом он не видел, что руки А. были расположены на шее Свидетель №1), а последний что-то нечленораздельное говорит, в связи с чем он попытался толкнуть А., но тот не отреагировал. Тогда он повернулся, и взял со стола армейскую каску, и нанес А. два удара выпуклой частью каски в область лопаток. При этом он понимал, что бить в голову нельзя. После нанесения ударов А. ослабил хватку, и Свидетель №1 оттолкнул потерпевшего, вылез из-под него и сел на диван. Он посмотрел на <...> и увидел, что у него все лицо в крови, на что Свидетель №1 сообщил, что это А. его ударил. После Свидетель №1 стал прибирать со стола и сказал А., что вызовет такси, на что последний стал выражаться нецензурной бранью и выражать свое недовольство. При этом А. ходил и пинал по ногам Свидетель №1, который сидел на диване. Потом, А. вдруг упал лицом в пол в его (подсудимого) сторону. При этом указал, что во время происходящего не находился в сильном алкогольном опьянении, ранее к А. неприязненных отношений он не испытывал, конфликтов между ними не возникало. Также указал, что не хотел убивать А., а целью его ударов было прекратить противоправные действия А. в отношении его <...> Свидетель №1 Он (подсудимый) хотел спасти <...>, так как видел его беспомощное состояние, которое выражалось в невнятной речи и шарканьем ног, что он (подсудимый) расценил, как призвание <...> его на помощь. Полагает, что смерть потерпевшего наступила не из-за его действий, а в результате падений до нанесения им ударов, ссылаясь на то обстоятельство, что после произошедшего, А. находился в движении около 20 минут, выходил из гаража на улицу, где падал и мог удариться о находящиеся на улице металлическую бочку и бетонные блоки. В результате драки между Свидетель №1 и А., у Свидетель №1 имелось рассечение над левой бровью, у А. внешних повреждений он не заметил. Каких-либо повреждений или следов на шее у своего <...> Свидетель №1 он не видел.

По ходатайству государственного обвинителя в порядке ст. 276 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в судебном заседании оглашены показания ФИО1, данные им в ходе предварительного расследования в качестве подозреваемого и обвиняемого (т. 1 л.д. 121-126, л.д. 130-133, л.д. 153-157).

В целом оглашенные показания подсудимый ФИО1 подтвердил, однако не подтвердил показания в части нанесения ударов в область шеи, указав, что он наносил удары потерпевшему в область плечевого сустава, но в область шеи он его не ударял.

Однако вина ФИО1 в совершении преступления подтверждается доказательствами, исследованными в ходе судебного следствия.

Потерпевшая Потерпевший №1, допрошенная в судебном заседании показала, что А. являлся ее мужем. Об обстоятельствах произошедшего ей стало известно от участкового-уполномоченного полиции, который позвонил ей около 21 часа 30 минут – 22 часов 00 минут и сообщил, что ее муж умер. На место происшествия (гараж, принадлежащий подсудимому ФИО1) она приехала совместно с участковым. Дверь в гараж была открыта, в углу сидел ФИО1, ее муж лежал на полу головой к выходу. Из повреждений у А. была только кровь в области носа, никаких предметов на полу она не видела, ФИО1 не был пьяный, возможно был выпивший. Подробности произошедшего она узнала от Свидетель №1, который пояснил, что в ходе распития спиртных напитков А. выходил из гаража на улицу, где падал, потом вернувшись в гараж, они продолжили выпивать, и в дальнейшем Свидетель №1 предложил ее мужу поехать домой, стал вызывать такси, в это время А. набросился на Свидетель №1 и ударил молотком в левую часть над бровью, после повалил его и стал душить. В результате Свидетель №1 не мог встать из-под А. и подсудимый ударил ее мужа. Свидетель №1 она видела 11 мая 2019 года, у него слева над бровью была рваная рана, отекший глаз и сотрясение головного мозга, а также синяки и гематомы на ноге. Кроме того, у него на шее (с боковых сторон шеи) она видела синяки. При этом с одной стороны синяк был больше, чем с другой стороны. Также указала, что в состоянии опьянения ее муж (потерпевший) мог становиться агрессивным. Конфликтов между А. и ФИО1 не было. ФИО1 не конфликтный и не агрессивный. Гражданский иск заявлять она не желает, просила не назначать ФИО1 наказание, связанное с лишением свободы.

Свидетель Свидетель №1 суду показал, что 09 мая 2019 года он совместно с ФИО1 (его <...> и подсудимым) и А. сидели в гараже, где выпивали и разговаривали. В период времени, когда они находились в гараже, А. выходил из гаража на улицу, при этом он находился в состоянии сильного алкогольного опьянения, и после возвращения обратно в гараж он был в грязи, в связи с чем он стал его отряхивать. Увидев это, он принял решение вызвать такси, о чем сообщил А., на что последний стал возмущаться. А. сидел за столом и когда он подошел к столу и нагнулся, А. ударил его в левую височную часть (в область брови), отчего он оступился и присел на пол. А. повалил его на пол, ударил несколько раз и начал душить, от чего ему стало не хватать кислорода и помутнело в глазах. При этом сбросить А. с себя ему не удавалось. В это время ФИО1 сидел около дверей в гараж, и, увидев, что свидетель находится в беспомощном состоянии, подсудимый замахнулся в сторону А., в результате чего свидетель смог оттолкнуть А. При этом он не видел, чем нанес удары его <...> ФИО1 Поднявшись, А. попинал его по ногам, выразился нецензурной бранью, затрясся, побагровел, развернулся и упал на пол, подогнув руки под себя. В правой руке у А. находился маленький молоток. После произошедшего, ФИО1 сказал ему, что ударил потерпевшего каской, чтобы тот ослабил хватку. В этот момент подъехал Свидетель №2, который видел его с окровавленной головой и помог набрать номер участкового-уполномоченного полиции, после чего приехала оперативная группа. После приезда оперативной группы, после опроса его сопроводили в больницу, где оказали медицинскую помощь. Также указал, что когда защищался, ударов А. не наносил, так как находился с ним в хороших отношениях. Кроме того, А. был физически сильнее него. Также знает, что ранее у А. были конфликты с другими людьми, чему он был свидетелем.

Также в судебном заседании в соответствии с ч. 3 ст. 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с наличием существенных противоречий были оглашены показания свидетеля Свидетель №1, данные в ходе предварительного следствия, согласно которым свидетель ничего не пояснял о том, что А. выходил из гаража и падал (т. 1 л.д. 95-98, т. 2 л.д. 31).

Свидетель И. суду показал, что 09 мая 2019 года в вечернее время около 21 часов 00 минут, он приехал домой с работы. Видел, что в гараже у Свидетель №1 горит свет. Сначала, посмотрев в окно, он увидел автомобиль такси, позже увидел автомобиль участкового, в связи с чем решил выйти и посмотреть, что произошло. Подойдя к гаражу, он увидел Свидетель №1, у последнего имелось рассечение на лице слева, одежда и лицо были в крови. Также он видел на шее у Свидетель №1 следы от удушения. В гараже на полу лежал А. головой по направлению к воротам, никаких предметов в его руках он не видел, как и не видел каски. Со слов Свидетель №1 подсудимый ударил А. каской. Кроме того, он видел как Свидетель №1 осматривал следователь.

Допрошенный в судебном заседании свидетель Свидетель №4 И.Г. показал, что 09 мая 2019 года около 21 часа 00 минут ему поступил звонок от Свидетель №1, который пояснил, что в гараже с <...> происходит скандал, какие-либо подробности не сообщил. Прибыв в гараж, увидел, что на полу на спине, головой к выходу лежал А., у которого не было пульса. Свидетель №1 и ФИО1 были в гараже. Свидетель №1 пояснил, что произошел конфликт и А. сначала ударил его молотком по голове, а затем накинулся на него, навалился и стал душить. ФИО1 пытался оттащить А. и ударил последнего, чем он ударил, они не поясняли. При этом Свидетель №1 находился в состоянии алкогольного опьянения. Каких-либо предметов на полу он не видел, их и не было в руках у потерпевшего А. У потерпевшего он заметил кровоподтек в затылочной области головы. У Свидетель №1 была разбита голова, на шеи были следы от удушья (кожные покраснения). Молоток он видел на столе справа, каску также видел на столе. О том, что ФИО1 нанес удар каской ему стало известно позже. Свидетель вызвал скорую помощь и оперативную группу.

Свидетель Свидетель №5 М.А. в судебном заседании показал, что 09 мая 2019 года ему позвонил руководитель и сообщил, что обнаружен труп с признаками насильственной смерти. По прибытию на место, он как оперуполномоченный уголовного розыска опрашивал Свидетель №1 об обстоятельствах произошедшего. Свидетель №1 пояснил, что в ходе распития спиртного у последнего возник конфликт со своим <...> (погибшим). А. повалил Свидетель №1 на пол, стал душить, в результате чего подсудимый нанес удар каской по голове А., чтобы предотвратить его действия, в результате чего А. умер. Со слов Свидетель №1, подсудимый наносил удары сидя ФИО1 Также Свидетель №1 сообщил, что не сопротивлялся. Какие были повреждения у Свидетель №1, свидетель не помнит, его не осматривал. Свидетель №1 говорил, что ранее с <...> случались конфликты, в состоянии опьянения последний вел себя неадекватно.

Допрошенный в судебном заседании свидетель Ч. показал, что 09 мая 2019 года выезжал по вызову в гаражи, расположенные в п. Верхнее Дуброво. В данном гараже находился подсудимый ФИО1 и его <...> Свидетель №1, на полу в гараже лежал труп. В ходе опроса, Свидетель №1 пояснил, что он, его <...> ФИО1 и <...> А. распивали алкоголь. В ходе конфликта А., накинулся на Свидетель №1 Такие же обстоятельства подтвердил ФИО1 У Свидетель №1 имели следы на шее, его возили на освидетельствование. Свидетель №1 находился в состоянии алкогольного опьянения, и футболка была в крови. Удары А. были нанесены в область затылка и шеи, сколько раз свидетель сказать не может. Свидетель №1 он не фотографировал, но точно помнит, что на шее были следы. Каска, которой ФИО1 были нанесены удар А., лежала на столе, на полу рядом с трупом лежал маленький молоток, которые были изъяты. Следов борьбы в гараже не было, у подсудимого повреждении не было. Повреждений на трупе не помнит, визуально их не было.

Допрошенный в качестве специалиста Свидетель №8 показал, что проводил судебно-медицинскую экспертизу (по медицинским документам) по факту причинения телесных повреждений Свидетель №1 Была обнаружена рана, которая не является опасной для жизни и здоровья. Голова является жизненно важным органом, однако в данном случае были повреждены мягкие ткани, а не голова, повреждение которых не являются опасным для жизни и здоровья. На наличие иных повреждений указано не было.

Допрошенная в качестве эксперта Свидетель №10 суду показала, что травма могла повлечь смерть в любой степени алкогольного опьянения при наличии ударного воздействия. Данность кровоизлияний по данным судебно-гистологического исследования составляла не менее 30 - 60 минут, то есть после полученных травм потерпевший мог жить от 30 до 60 минут. В данном случае было минимум 2 точки приложения ударной силы. Это левая параорбительная область и у наружного конца левой брови по направлению к левой височной области. Между собой эти точки не связаны. После травмы потерпевший был жив некоторое время. Причиной смерти явилось осложнение черепно-мозговой травмы в виде кровоизлияния под оболочки и в желудочки головного мозга. «С» - образное вдавление глубиной до 0,5 см – это проявление отека головного мозга. В данном случае страдает стволовой отдел, прекращается дыхательная и сердечная деятельность, нарушается координаторная функция. После отека головного мозга человек не может ходить.

Вина ФИО1 также подтверждается письменными доказательствами, исследованными в судебном заседании:

- рапортом оперативного дежурного ОП № 29 МО МВД России «Заречный» от 09 мая 2019 года, согласно которому 09 мая 2019 года в 21 час 15 минут поступило сообщение от УУП Свидетель №4 И.Г. о том, что по адресу: <адрес> в гаражном боксе в драке убили А. (л.д. 23);

- рапортом оперативного дежурного МО МВД России «Заречный» от 10 мая 2019 года, согласно которому 10 мая 2019 года в 02 часа 00 минут от диспетчера МСЧ №32 поступило сообщение об оказании медицинской помощи Свидетель №1 (л.д. 34);

- протоколом осмотра места происшествия от 09 мая 2019 года и фотоиллюстрации со схемой к нему, согласно которому был проведен осмотр гаражного бокса напротив <адрес>, а также трупа А. На столе в гараже обнаружены следы распития спиртного. На полу возле дивана обнаружено пятно вещества бурого цвета. На полу головой по направлению к воротам гаража обнаружен труп А., лежащий на животе. На полу возле кисти трупа обнаружен молоток, а также на столе обнаружена армейская каска. В ходе осмотра места происшествия изъяты армейская каска, молоток, смыв вещества бурого цвета, следы рук на отрезках липкой ленты (л.д.8-21);

- протоколом осмотра предметов от 12 июня 2019 года и фотоиллюстрации к нему, согласно которому осмотрены предметы, изъятые в ходе осмотра места происшествия (л.д. 72-75);

- заключением эксперта <номер>био, согласно которому на ударной части молотка обнаружена кровь человека.

- заключением эксперта <номер> (по трупу), согласно которому на трупе А. обнаружены телесные повреждения, в виде субдурального (объемом до 60 мл) субарахноидального кровоизлияния по выпуклой и базальной поверхности больших полушарий головного мозга, кровоизлияния в желудочки головного мозга; ушибленной раны у наружного конца левой брови по направлению к левой височной области с кровоизлиянием под кожный лоскут головы в её проекции; кровоподтека левой параорбитальной области с кровоизлиянием под кожный лоскут головы в его проекции и в области переносья; кровоподтека по наружной поверхности левого предплечья; кровоподтека тыльной поверхности левой кисти; ссадин (2) по задней поверхности левого локтевого сустава.

Согласно выводам эксперта смерть А. наступила вследствие закрытой черепно-мозговой травмы в виде кровоизлияний под оболочки и в желудочки головного мозга, которое явилось опасным для жизни и по этому признаку расценивающееся как причинившее тяжкий вред здоровью, состоящее в прямой причинной связи с наступлением смерти. Указанная травма осложнилась отеком головного мозга с вклиниванием стволового отдела в большое затылочное отверстие.

Ушибленная рана у наружного конца левой брови у живых лиц при обычном течении вызывает кратковременное расстройство здоровья сроком не свыше 21 дня, и по этому признаку может быть оценена как причинившая легкий вред здоровью.

Кровоподтеки и ссадины у живых лиц при обычном течении кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты трудоспособности не вызывает, и по этому признаку не может быть оценен как причинивший вред здоровью.

В данном конкретном случае ушибленная рана, кровоподтеки и ссадины явились точками приложения травмирующей силы.

Все вышеописанные повреждения прижизненны, причинены незадолго или непосредственно перед наступлением смерти, одновременно или в быстрой последовательности друг за другом. Все вышеописанные повреждения могли быть причинены тупым твердым предметом, не исключена возможность причинения при его ударном воздействии. Оценить особенности травмирующей поверхности не представляется возможным. Количество повреждений на коже может соответствовать количеству травмирующих воздействий. Потерпевший мог находиться в по отношению к нападавшему передней и левой боковой поверхностью тела, с учетом локализации повреждений на коже (л.д. 49-55);

- актом судебно-медицинского исследования трупа <номер>, согласно которому смерть А. наступила вследствие закрытой черепно-мозговой травмы в виде кровоизлияний под оболочки и в желудочки головного мозга (л.д. 56-61);

- заключением эксперта <номер> от 30 мая 2019 года, согласно которому на части изъятых в ходе осмотра места происшествия отрезков липкой ленты со следами рук, обнаружены следы рук Свидетель №1 (л.д. 66-69);

- выпиской МСЧ № 32 ФМБА России, согласно которой 10 мая 2019 года в результате осмотра у Свидетель №1 указаны телесные повреждения в виде рваной ушибленной раны бровно-лобной области слева (л.д. 35);

- копией журнала №13 наблюдения пациентов, не подлежащих госпитализации МСЧ № 32 ФМБА России с 08 мая 2019 года по 12 мая 2019 года, согласно которому 10 мая 2019 года в 01 час 10 минут проводился осмотр Свидетель №1 В анамнезе указано, что «ударил по голове молотком <...>». Зафиксирована рваная рана бровно-лобной области слева с неровными краями;

- заключением эксперта <номер> (по медицинским документам), согласно которому при обращении за медицинской помощью 10 мая 2019 года у Свидетель №1 обнаружена «рваная, ушибленная» рана бровно-лобной области слева, которая подвергалась ушиванию, могла образоваться в результате удара (ударов) тупым твердым предметом (предметами) или при ударе (ударах) о таковой (таковые), при перерастяжении мягких тканей, не имела признаков опасности для жизни, квалифицируется как легкий вред здоровью. Отсутствие подробного описания морфологических характеристик раны в области головы не позволяет в настоящее время установить конкретный травмирующий предмет, точную дату её причинения. В представленных медицинских документах, данных о наличии повреждений в области шеи у Свидетель №1 не имеется;

- протоколом проверки показаний на месте от 13 июня 2019 года с фотоиллюстрациями, согласно которому ФИО1 показал свои действия во время происходящих событий, армейской каской нанес потерпевшему два удара, при этом куда -либо специально не целился. При ударе держал каску за край и не исключает того, что мог попасть потерпевшему каской по голове, в том числе и острым краем (л.д. 176-184).

Исходя из совокупности всех доказательств, исследованных в судебном заседании, суд находит вину подсудимого ФИО1 в совершенном преступлении установленной.

При оценке доказанности вины подсудимого, суд берет за основу показания свидетелей И., Свидетель №4 И.Г., Свидетель №5 М.А., Ч., специалиста Свидетель №8 и эксперта Свидетель №10

Так согласно показаниям свидетелей Свидетель №3, Ч., Свидетель №5 М.А., когда прибыли к гаражу, видели, что А. лежит на полу в гараже возле стола головой по направлению к воротам. Со слов Свидетель №1 им стало известно, что в ходе распития спиртного у него возник конфликт со своим <...> А., который сначала ударил его молотком по голове, а затем повалил на пол и стал душить, в результате чего подсудимый нанес А. удар каской по голове.

Свидетель Ч. показал, что согласно пояснениям Свидетель №1 удары были нанесены А. в область затылка и шеи.

Свидетель Свидетель №4 И.Г. показал, что у потерпевшего он заметил кровоподтек в затылочной части головы. У Свидетель №1 была разбита голова, на шеи были следы от удушья (кожные покраснения).

Специалист Свидетель №8 показал, что раны, зафиксированные у Свидетель №1, не являются опасными для жизни и квалифицируется как легкий вред здоровью. На наличие иных повреждений указано не было.

Эксперт Свидетель №10 суду показала, что травма могла повлечь смерть в любой степени алкогольного опьянения при наличии ударного воздействия. Данность кровоизлияний по данным судебно-гистологического исследования составляла не менее 30 - 60 минут, то есть после полученных травм потерпевший мог жить от 30 до 60 минут. В данном случае было минимум 2 точки приложения ударной силы. После отека головного мозга человек не может ходить.

Показания данных свидетелей, специалиста и эксперта согласуются между собой, с другими собранными по уголовному делу доказательствами, оснований для оговора подсудимого ФИО1 указанными лицами судом не установлено, у суда сомнений данные показания не вызывают, поскольку свидетели, специалист и эксперт были предупреждены в установленном законом порядке об уголовной ответственности, поэтому суд берет их за основу при постановлении приговора.

Оценивая в соответствии со ст.ст. 87, 88 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации исследованные доказательства, суд находит их допустимыми, соответствующими Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации, в своей совокупности достаточными для выводов о доказанности вины подсудимого ФИО1 в совершении преступления.

Также вина подсудимого, подтверждается его собственными показаниями, данными в ходе судебного заседания, согласно которым он нанес потерпевшему два удара армейской каской.

При этом доводы подсудимого, изложенные в судебном заседании, о том, что удары им наносились в область лопаток, судом во внимание не принимаются, поскольку опровергаются как показаниями свидетелей Свидетель №3, Ч., Свидетель №5 М.А., которым стало известно о нанесении подсудимым ударов потерпевшему именно в область головы, а также показаниями подсудимого, данными им в ходе предварительного следствия, а также в суде, согласно которым он не отрицал нанесение А. двух ударов в область шеи, но не исключал того обстоятельства, что мог попасть и по голове. При этом показания подсудимого в части локализации ударов всегда менялись, то он ударил в область шеи, то спины, то лопаток.

При этом суд относится критически к показаниям свидетеля Свидетель №1, а также подсудимого ФИО1, в части того обстоятельства, что подсудимый нанес потерпевшему удары каской, когда потерпевший душил свидетеля, захватив руками в области шеи, то есть в тот момент, когда жизни свидетеля Свидетель №1 угрожала опасность, поскольку указанные обстоятельства не нашли своего объективного подтверждения в ходе судебного разбирательства. Так в судебном заседании подсудимый ФИО1 указал, что не видел, душил ли А. руками Свидетель №1, а только слышал шаркающие движения ногами и нечленораздельную речь. Кроме того, согласно результатам медицинской судебной экспертизы, проведенной по постановлению суда, у свидетеля Свидетель №1 при обращении за медицинской помощью, отсутствовали какие-либо повреждения в области шеи, которые бы могли свидетельствовать о том, что в момент происходящих событий в отношении свидетеля имело место опасное для жизни посягательство. Также об отсутствии опасных для жизни повреждений указал и специалист Свидетель №8, который указал, что зафиксированные у Свидетель №1 раны не являются опасными для жизни и квалифицируется как легкий вред здоровью.

Показания иных лиц, в части наличия у Свидетель №1 каких-либо иных телесных повреждений, суд во внимание для установления указанного обстоятельства не принимает, в связи с тем, что допрошенные свидетели не обладают специальными познаниями в области медицины, и в установленном для оказания медицинской помощи порядке, осмотр Свидетель №1 не проводили. А субъективные суждения об обстоятельствах, для оценки которых требуются специальные познания в области медицины, не могут быть положены в основу установления обстоятельств, имеющих значение для дела.

По таким же основаниям суд не принимает во внимания показания свидетеля Свидетель №7, допрошенной по ходатайству стороны защиты, которая дала пояснения относительно телесных повреждений, которые она обнаружила у <...> Свидетель №1 после того как забрала его к себе домой из больницы. А именно, что видела у <...> следующие повреждения: была зашита левая надбровная часть головы, вся шея была «черная» (начиная от ушей), также имелась небольшая полоска на передней части шеи; гематомы на левом бедре (от колена то тазобедренного сустава) и на правом колене была содрана кожа. Кроме того, у Свидетель №1 была перевязана голова, левый глаз заплыл и не видел, футболка и кофта были в крови. Она обрабатывала раны <...>.

Таким образом, сам факт наличия борьбы между потерпевшим и свидетелем Свидетель №1, которые оба являются мужчинами, по своим антропометрическим данным обладают физической силой, не свидетельствует о наличии посягательства, в том числе опасного для жизни по отношению к Свидетель №1, и данный факт не может являться поводом для умышленного нанесения потерпевшему ударов в область головы подсудимым.

Данные доводы подсудимого и свидетеля, которые являются близкими родственниками суд оценивает как избранный способ защиты в целях избежания уголовной ответственности подсудимого за содеянное.

Оценивая показания подсудимого ФИО1 данные им в ходе судебного заседания, его доводы о том, что смерть потерпевшего А. натсупила не из-за его действий, а в результате падений до нанесения им ударов, ссылаясь на то обстоятельство, что после произошедшего, А. находился в движении около 20 минут, выходил из гаража на улицу, где падал и мог удариться о находящиеся возле гаража металлическую бочку и бетонные блоки, суд признает их недостоверными, так как они опровергаются имеющимися в деле доказательствами. Суд считает, что доводы ФИО1 в указанной части являются избранной им линией защиты, в целях уменьшения степени общественной опасности совершенного деяния.

Суд отмечает, что на предварительном следствии, подсудимый ФИО1 такую позицию не выражал, на нее не ссылался. Ни при допросах в качестве подозреваемого и обвиняемого на указанные обстоятельства он не указывал.

Доводы подсудимого о том, что после нанесения ударов потерпевшему, А. находился в движении около 20 минут и выходил из гаража именно после нанесения им ударов, опровергаются показаниями Свидетель №1, который указал, что после нанесения подсудимым ударов потерпевшему, последний непродолжительной время находился на ногах, а после чего резко упал.

При этом суд также критически относится и к показаниям свидетеля Свидетель №1 в части того, что А. выходил из гаража, где падал на улице, поскольку также, на предварительном следствии свидетель на такие обстоятельства не указывал.

Ссылка на то, что подсудимый и свидетель на данное обстоятельство не указывали на стадии предварительного расследования, поскольку об этом их не спрашивал следователь, судом во внимание не принимается, поскольку при рассмотрении дела в суде, подсудимому и свидетелю вопросы относительного этого обстоятельства не задавались, указанные лица самостоятельно довели свою позицию до суда. Что также указывает, что избранная позиция защиты направлена на уменьшение степени общественной опасности совершенного деяния.

Кроме того, доводы подсудимого, что смерть А. наступила в результате падений последнего и ударов о иные металлические и бетонные объекты, а также то обстоятельство, что потерпевший после нанесения ударов находился в движении около 20 минут опровергаются заключением медицинской судебной экспертизы, согласно которому не исключается образование повреждений, входящих в комплекс закрытой черепно-мозговой травмы от ударного воздействия тупого твердого предмета. При этом, суд также учитывает показания эксперта Т., которая указал, что после отека головного мозга человек не может ходить.

Каких-либо причин подвергать сомнению компетентность выводов судебно-медицинского эксперта, имеющего длительный стаж экспертной работы более 20 лет, или не доверять сделанным им в заключении выводам (л.д. 49-55), которые обоснованы, не имеется, противоречий в данном заключении судом не установлено.

Допрошенная в судебном заедании по ходатайству стороны защиты свидетель Свидетель №6 показала, что 09 мая 2019 года в вечернее время она находилась в гостях у своей <...> Н. по адресу: <адрес>. Окна квартиры расположены на расстоянии примерно 50 м от гаража ФИО1. Находясь по вышеуказанному адресу в вечернее время (точное время назвать не может, но на улице не было темно, были сумерки) в окно видела, что А. вышел из гаража ФИО1 в туалет и завернул за угол. По дороге А. падал. Рядом с гаражом и по дороге, по которой шел потерпевший, расположены металлическая труба, бочка, блокированная плита, возле которых он падал несколько раз. Так он упал сразу у гаража, потом падал возле металлической бочки и когда шел обратно упал на спину. При этом при падении вперед, А. падал навзничь. По возвращению обратно в гараж он вновь упал и не мог подняться. Какое количество раз он падал, свидетель назвать не может, так как не считала. Кроме того, указала, что А. идти не мог, себя не контролировал. Были ли после его падений какие-либо повреждения у А., свидетель не видела. Кроме того, помнит, что после того, как А. вышел из гаража, через 10 минут вышел Свидетель №1.

Вместе с тем, суд к данным показаниям свидетеля относится критически, поскольку свидетель не могла назвать точное время, когда она видела А. возле гаража, не могла указать какими именно частями тела, сколько раз, и о какие именно предметы ударялся потерпевший.

Иным свидетелям, указывающим на это обстоятельство, стало известно от свидетеля Свидетель №6

Суд также относится критически к показаниям подсудимого ФИО1, в части отсутствия умысла на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшему.

Умысел подсудимого был направлен именно на причинение тяжкого вреда здоровью А., о чем свидетельствуют характер, множественность и локализация смертельных телесных повреждений, обнаруженных в области жизненно-важного органа - головы, применение тупого твердого предмета, используемого в качестве оружия – в данном случае металлической армейской каски. ФИО1 осознавал общественную опасность своих действий, причиняя тяжкий вред здоровью А., предвидел возможность наступления тяжких последствий, поскольку умышленно с силой нанес потерпевшему в область головы удары тупым твердым предметом, не желал, но относился к наступлению смерти безразлично. Отношение к смерти потерпевшего у подсудимого выразилось в форме неосторожности.

Законного повода для причинения тяжких телесных повреждений А. с применением тупого твердого предмета, используемого в качестве оружия, у подсудимого не было, поскольку потерпевший, непосредственно в момент нанесения ему телесных повреждений со стороны ФИО1 никаких противоправных действий, свидетельствующих о необходимости их пресечения, в отношении подсудимого или свидетеля Свидетель №1 не совершал, какие-либо предметы, предполагающие нанесение телесных повреждений, причинение вреда, потерпевший в указанный момент времени не использовал и не применял в указанный момент по отношению к кому-либо из присутствующих на месте происшествия лиц.

Само обстоятельство нанесения удара в область лица свидетелю Свидетель №1 до возникновения борьбы между потерпевшим и свидетелем не свидетельствует о возникновении угрозы жизни и наличии и продолжаемого опасного посягательства по отношению к свидетелю, поскольку, согласно результатам медицинской судебной экспертизы, телесное повреждение, причиненное Свидетель №1 относится к категории повреждений, причинивших легкий вред здоровью и не может являться основанием для нанесения потерпевшему тяжкого вреда здоровью с применением предмета, используемого в качестве оружия со стороны подсудимого, который, как установлено судом не видел, чтобы потерпевший нанес удар свидетелю.

Вопреки доводам стороны защиты, сама конфликтная ситуация, в которой участвовал потерпевший, не являлась основанием и поводом для причинения А. тяжких телесных повреждений с применением тупого твердого предмета, используемого в качестве оружия подсудимым.

В связи с чем, учитывая несоответствие средств защиты в виде используемого в качестве оружия тупого твердого предмета и предполагаемого, по доводам защиты, нападения; отсутствие реальной опасности, угрожающей жизни подсудимого или свидетеля Свидетель №1; наличие у свидетеля Свидетель №1, как лица мужского пола, обладающего по антропометрическим свойствам физической силой и соответственно возможности по отражению посягательства, при наличии такового, у суда отсутствуют основания полагать, что в действиях подсудимого усматриваются признаки необходимой обороны, либо превышения её пределов.

При этом суд считает, что указание в обвинении органами следствия на факт причинения потерпевшему подсудимым физической боли является излишним, поскольку установлен факт причинения телесных повреждений, в то же время, какими-либо объективными данными не установлено, что в процессе нанесения удара потерпевший, исходя из его физиологического состояния и восприятия, испытал именно физическую боль, у самого потерпевшего указанные обстоятельства не выяснены. Вместе с тем, указанное обстоятельство на квалификацию действий подсудимого не влияет.

Исходя из совокупности всех доказательств, исследованных в судебном заседании, суд находит вину подсудимого ФИО1 в совершенном в отношении потерпевшего А. преступлении установленной.

Действия ФИО1 в совершенном в отношении потерпевшего А. преступлении суд квалифицирует по ч. 4 ст. 111 Уголовного кодекса Российской Федерации как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенное с применением предметов, используемых в качестве оружия, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

При назначении наказания в соответствии со ст.ст. 6, 43, 60 Уголовного кодекса Российской Федерации, суд учитывает характер и степень общественной опасности содеянного и обстоятельства совершенного преступления, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих обстоятельств, личность подсудимого, а также воздействие назначенного наказания на его исправление и условия жизни его семьи.

Так, совершенное преступление относится к категории особо тяжких, направлено против жизни и здоровья.

Смягчающими наказание обстоятельствами суд признает в соответствии с п. «и» ч.1 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации: явку с повинной, в качестве которой суд расценивает объяснение ФИО1, адресованное в правоохранительные органы об обстоятельствах произошедшего (л.д. 27-32); активное способствование раскрытию и расследованию преступления, выразившееся в том, что ФИО1 давал показания в ходе следствия об обстоятельствах произошедшего, показал свои действия при проверке показаний на месте; в соответствии с п. «з» ч. 1 указанной статьи аморальность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, поскольку установлено, что потерпевший А., будучи в состоянии алкогольного опьянения, являлся инициатором и принимал участие в сложившейся конфликтной ситуации, а также в соответствии с п. «к» ч. 1 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации иные действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему, который выразились в принесении потерпевшей извинений и помощи в быту.

Кроме того, в соответствии с ч. 2 ст.61 Уголовного кодекса Российской Федерации, в качестве смягчающих наказание обстоятельств суд признает: частичное признание вины; раскаяние в содеянном; состояние здоровья подсудимого, который является инвалидом третьей группы и нуждается в периодическом медицинском обследовании; состояние здоровья его близких родственников; положительные характеристики; наличие устойчивых социальных связей.

Исследуя личность подсудимого, суд принимает во внимание, что ранее ФИО1 не судим, имеет постоянное место жительства, устойчивые социальные связи.

Отягчающих наказание обстоятельств не установлено.

При этом, суд не находит оснований для признания в качестве отягчающего наказание обстоятельства в соответствии с ч.1.1 ст. 63 Уголовного кодекса Российской Федерации совершение преступления в состоянии опьянения, вызванное употреблением алкоголя, поскольку не смотря на указание данного факта при описании деянии подсудимого, в ходе судебного разбирательства не установлено, что состояние опьянения каким-либо образом повлияло на совершение подсудимым данного деяния.

Кроме того, при назначении наказания подсудимому суд учитывает положения ч. 1 ст. 62 Уголовного кодекса Российской Федерации, согласно которым при наличии смягчающих обстоятельств, предусмотренных пунктами «и» и (или) «к» ч.1 ст. 61 настоящего Кодекса, и отсутствии отягчающих обстоятельств срок или размер наказания не могут превышать двух третей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части настоящего Кодекса.

Кроме того, судом учитывается при назначении наказания мнение потерпевшей, просившей о назначении подсудимому наказания не связанного с изоляцией от общества.

Учитывая обстоятельства совершенного преступления, личность подсудимого, его поведение непосредственно после совершения преступления, отсутствие отягчающих обстоятельств, суд полагает, что для восстановления социальной справедливости, исправления П., ему необходимо назначить наказание в виде лишения свободы.

При назначении вида исправительного учреждения суд учитывает положения п. «в» ч.1 ст.58 Уголовного кодекса Российской Федерации, поскольку подсудимый совершил особо тяжкое преступление, ранее не отбывал лишение свободы.

С учетом фактических обстоятельств преступления, совершенного ФИО1 и степени его общественной опасности, оснований для применения положений ч. 6 ст.15, ст.64 Уголовного кодекса Российской Федерации не имеется.

В силу п. «а» ч. 3.1 ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации время содержания лица под стражей засчитывается в срок лишения свободы из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строго режима.

Согласно ч. 3.4. ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации время нахождения лица под домашним арестом засчитывается в срок содержания лица под стражей до судебного разбирательства и в срок лишения свободы из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день содержания под стражей или лишения свободы.

ФИО1 содержался под стражей с 12 мая 2019 года по 14 мая 2019 года, с 11 ноября 2019 года по 23 января 2020 года; в период с 15 мая 2019 года по 10 ноября 2019 года, с 24 января 2020 года по 15 октября 2020 года находился под домашним арестом. Таким образом, при назначении наказания подсудимому необходимо зачесть время содержания под стражей и под домашним арестом в срок лишения свободы, исходя из вышеуказанного расчета.

Решая в соответствии с п. 10 ч. 1 ст. 308 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации вопрос о мере пресечения в отношении подсудимого ФИО1 по настоящему уголовному делу до вступления приговора в законную силу, суд полагает необходимым избранную в отношении подсудимого меру пресечения оставить без изменения.

Судьбу вещественных доказательств суд определяет в соответствии с положениями п.п. 5, 6 ч. 3 ст. 81 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь ст.ст. 307 - 309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд

приговорил:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 Уголовного кодекса Российской Федерации и назначить наказание в виде лишения свободы на срок ДЕСЯТЬ месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии СТРОГОГО режима.

В соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст.72 Уголовного кодекса Российской Федерации зачесть ФИО1 в срок отбытия наказания время содержания под стражей с 12 мая 2019 года по 14 мая 2019 года, с 11 ноября 2019 года по 22 января 2020 (из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима), на основании ч. 3.4 ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации время содержания под домашним арестом с 14 мая 2019 года по 10 ноября 2019 года, с 23 января 2020 года по 15 октября 2020 года, а также с 16 октября 2020 года по день вступления приговора суда в законную силу (из расчета два дня содержания под домашним арестом за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима).

Считать назначенное наказание отбытым.

Меру пресечения в виде домашнего ареста, избранную в отношении ФИО1 оставить без изменения до вступления приговора суда в законную силу.

Вещественные доказательства:

- металлическую армейскую каску, молоток, марлевый тампон с веществом бурого цвета – уничтожить по вступлению приговора суда в законную силу.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Свердловский областной суд через Белоярский районный суд Свердловской области в течение 10 суток со дня его провозглашения. В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции. Ходатайство о рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции с участием осужденного может быть подано им в течение 10 суток со дня вручения копии приговора, а также в тот же срок со дня вручения копии представления или апелляционной жалобы, затрагивающих его интересы.

Кроме того, осужденный вправе поручать осуществление своей защиты в суде апелляционной инстанции, при рассмотрении его апелляционной жалобы или представления прокурора, избранному им защитнику, либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника либо отказаться от защитника.

О своем желании иметь защитника в суде апелляционной инстанции или о рассмотрении дела без защитника, осужденному необходимо сообщить суду, постановившему приговор, в письменном виде в срок, предусмотренный для подачи апелляционной жалобы.

Председательствующий /подпись/ Т.А. Пархоменко