Решение № 2-374/2018 2-3789/2017 от 7 февраля 2018 г. по делу № 2-374/2018

Дело № 2-374/2018


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Иваново 8 февраля 2018 г.

Ленинский районный суд города Иваново в составе председательствующего судьи Уенковой О. Г., единолично, при ведении протокола секретарем Касаткиным А.М.,

с участием представителя истицы по доверенности – ФИО1,

ответчицы – ФИО2, ее представителя – адвоката Лямзина Андрея Сергеевича по доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Ленинского районного суда города Иваново гражданское дело по иску

ФИО3 к ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения,

установил:

ФИО3 обратилась в суд с вышеуказанным иском к ответчице по тем основаниям, что около 2-х лет назад она постепенно отдала на сохранение 5 денежных сертификатов без права снятия денег, без своего согласия (2 сертификата на 250 000 руб., 2 сертификата на 50 000 руб., 1 сертификат на 100 000 руб.) своей внучке ФИО2

Примерно через полгода истица пошла в банк проверить состояние сертификатов, поскольку истцу насторожило, что внучка ФИО2 перестала навещать истицу, в то время как до этого ходила каждый выходной.

В банке истице сообщили, что сертификаты закрыты – все деньги сняла ФИО2

Истица много раз звонила внучке, просила ее, чтобы та пришла к ней для разрешения проблемы, но она приходить отказалась, перестав отвечать на телефонные звонки.

Истица была вынуждена обратиться в полицию за помощью к участковому полицейскому. Участковый полицейский осуществил выход к ответчице, однако вернуть деньги та отказалась. Полицейский посоветовал написать заявление на имя начальника Ленинского РОВД г. Иванова. Истица написала заявление, в результате чего ей пришел ответ, где рекомендовано обратиться в суд для защиты права в порядке гражданского судопроизводства.

Учитывая вышеописанные обстоятельства и отказ ФИО2 вернуть незаконно присвоенные деньги, истица просит суд истребовать возврат денег в свою пользу в сумме 700 000 руб. От возмещения морального вреда и процентов за пользование незаконно присвоенных денег истица отказалась при подаче иска.

Впоследствии истица изменила размер исковых требований, просила суд взыскать с ответчицы неосновательное обогащение в сумме 513 709 руб. 52 коп. в виде реализованных ответчицей без законных оснований сберегательных сертификатов, расходы по оплате государственной пошлины в сумме 8 337 руб., 15 000 руб. – расходы по оплате услуг представителя в сумме 15 000 руб., расходы по оплате услуг нотариуса – 1 000 руб.

Истица ФИО4, уведомленная о времени и месте судебного заседания в установленном законом порядке, в суд не явилась, направила представителя ФИО1 по доверенности, которая истица требования поддержала по основаниям, изложенным в первоначально поданном иске и исковом заявлении в порядке ст. 39 ГПК РФ.

В состоявшихся ранее судебных заседаниях истица настаивала, что сберегательные сертификаты передавала внучке на хранение, чтобы ими не смог распорядиться проживающий вместе с ней сын, отец ответчицы. Настаивала, что не разрешала обналичивать сберегательные сертификаты.

Ответчица ФИО2 и ее представитель по доверенности адвокат Лямзин А.С. против удовлетворения иска возражали, полагая, что по предъявительской ценной бумаге удостоверенные ею права может осуществить любой ее держатель, поскольку управомоченное лицо легитимируется одним лишь фактом предъявления бумаги. Поэтому для передачи другому лицу выраженных в предъявительской бумаге прав достаточно ее простого вручения этому лицу в соответствии с ч. 1 ст. 146 ГК РФ. Кроме того, стороной ответчика акцентировано внимание на то, что противоправность выбытия сберегательных сертификатов из обладания истцы последней не доказана.

Представитель третьего лица – ПАО Сбербанк России в лице Ивановского отделения № 8639 ПАО Сбербанк, уведомленный о времени и месте судебного заседания в установленном законом порядке, в суд не явился, просил рассмотреть дело в свое отсутствие.

Выслушав представителя истицы по доверенности ФИО1, ответчицу ФИО2, ее представителя по доверенности адвоката Лямзина А.С., свидетелей, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующим выводам.

Согласно нормам статьи 128 ГК РФ к объектам гражданских прав относятся вещи, включая наличные деньги и документарные ценные бумаги, иное имущество, в том числе безналичные денежные средства, бездокументарные ценные бумаги, имущественные права; результаты работ и оказание услуг; охраняемые результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (интеллектуальная собственность); нематериальные блага.

Объекты гражданских прав могут свободно отчуждаться или переходить от одного лица к другому в порядке универсального правопреемства (наследование, реорганизация юридического лица) либо иным способом, если они не ограничены в обороте (ст. 129 того же кодекса).

Согласно статье 142 Гражданского кодекса Российской ценными бумагами являются документы, соответствующие установленным законом требованиям и удостоверяющие обязательственные и иные права, осуществление или передача которых возможны только при предъявлении таких документов (документарные ценные бумаги).

В силу ст. 143 ГК РФ документарные ценные бумаги могут быть предъявительскими (ценными бумагами на предъявителя), ордерными и именными. Предъявительской является документарная ценная бумага, по которой лицом, уполномоченным требовать исполнения по ней, признается ее владелец.

Из статьи 844 ГК РФ следует, что сберегательный (депозитный) сертификат является ценной бумагой, удостоверяющей сумму вклада, внесенного в банк, и права вкладчика (держателя сертификата) на получение по истечении установленного срока суммы вклада и обусловленных в сертификате процентов в банке, выдавшем сертификат, или в любом филиале этого банка. Сберегательные (депозитные) сертификаты могут быть предъявительскими или именными.

Статьей 146 ГК РФ предусмотрено, что с переходом права на документарную ценную бумагу переходят все удостоверенные ею права в совокупности. Права, удостоверенные предъявительской ценной бумагой, передаются приобретателю путем вручения ему ценной бумаги лицом, совершившим ее отчуждение.

Таким образом, утрата заявителем сберегательного сертификата на предъявителя не исключает возможности реализации прав по нему любым лицом, завладевшим указанным сертификатом, в том числе на незаконных основаниях.

По основаниям ст. 147.1 ГК РФ истребование документарных ценных бумаг из чужого незаконного владения осуществляется по правилам настоящего кодекса об истребовании вещи из чужого незаконного владения с особенностями, предусмотренными настоящей статьей (ч.1).

Правом на истребование документарных ценных бумаг из чужого незаконного владения обладает лицо, которое на момент, когда ценные бумаги выбыли из его владения, являлось их законным владельцем (ч. 2).

Правообладатель ценной бумаги, утративший ее в результате неправомерных действий, вправе потребовать от лица, которое приобрело ее у третьего лица, независимо от того, является ли такое третье лицо добросовестным или недобросовестным приобретателем, либо признается законным владельцем, возврата ценной бумаги или возмещения ее рыночной стоимости, если указанный приобретатель, от которого истребуется ценная бумага, своими обманными или другими незаконными действиями способствовал утрате прав законного владельца на ценную бумагу либо в качестве предшествующего владельца знал или должен был знать о наличии прав иных лиц на ценную бумагу (ч. 3).

Судом установлено, что истица ФИО3, №, приобрела в филиале № Ивановского ОСБ № ПАО «Сбербанк России» ценные бумаги (сберегательные сертификаты) на сумму:

100 000 руб. 18 января 2013 г. (ставка 7% годовых), сумма дохода 3 471 руб. 23 коп. – 103 471 руб. 23 коп.;

10 февраля 2014 г. на сумму 100 000 руб. (ставка 6, 10% годовых), сумма дохода 3 024 руб. 93 коп. – 103 024 руб. 93 коп.;

8 ноября 2012 г. на сумму 227 326 руб. 87 коп. (ставка 8, 50% годовых), сумма дохода 19 368 руб. 06 коп. – 246 694 руб. 93 коп.;

21 августа 2013 г. на сумму 56 024 руб. 21 коп. (ставка 8% годовых), сумма дохода 4 494 руб. 22 коп. – 60 518 руб. 43 коп.

Установлено также, что в течение 2013 – 2014 годов истица передала указанные сберегательные сертификаты своему близкому родственнику – дочери своего сына и своей внучке – ФИО2. Целью передачи являлось сохранение данных сертификатов.

Из объяснений истицы, являющихся в силу ст. 55 ГПК РФ, доказательством по делу, следует, что она опасалась оставлять сертификаты в своей квартире, поскольку она проживает с сыном-инвалидом, злоупотребляющим спиртными напитками. Денежные средства после реализации сертификатов истица была намерена потратить либо на оплату услуг лиц, которые могли осуществлять уход за ней в случае болезни, либо на ее похороны. Денежные средства были заработаны супругом истицы, который при жизни говорил истице, что в случае его смерти она будет материально обеспечена.

Судом так же установлено, что ФИО2, не имея на то законных оснований, реализовала права держателя сберегательного сертификата на получение денежных средств и процентов по вкладам, а полученными денежными средствами распорядилась по своему усмотрению.

Сберегательные сертификаты на сумму 100 000 руб. 18 января 2013 г. (ставка 7% годовых), 10 февраля 2014 г. на сумму 100 000 руб. (ставка 6, 10% годовых), 8 ноября 2012 г. на сумму 227 326 руб. 87 коп. (ставка 8, 50% годовых), 21 августа 2013 г. на сумму 56 024 руб. 21 коп. (ставка 8% годовых) были реализованы ФИО2 18 июля 2013 г., 5 ноября 2017 г., 16 ноября 2013 г. и 5 ноября 2014 г. соответственно.

Согласно п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Таким образом, воля и волеизъявление дарителя должны быть направлены на то, чтобы облагодетельствовать одаряемого.

Между тем, данная позиция с достоверностью опровергается пояснениями самой истицы, показаниями свидетеля ФИО5, который четко и однозначно показал, будучи предупрежденным судом за дачу заведомо ложных показаний об уголовной ответственности, о том, что сертификаты передавались от ФИО3 ФИО2 на хранение.

Свидетель ФИО6 показала, что в 2013 г. истица обращалась к бабушке свидетеля с просьбой о сохранении сберегательных сертификатов. Затем в 2016 – 2017 г.г. истица звонила свидетелю, плакала, просила съездить в полицию, написать заявление о присвоении внучкой сертификатов, которые внучке были переданы на сохранение.

Показания данных свидетелей последовательны, логичны и непротиворечивы, согласуются между собой и другими доказательствами, представленными истицей.

Данные свидетели не заинтересованы в разрешении настоящего спора по существу, суд также учитывает, что данные свидетели отказались принять на сохранение принадлежащие истце сберегательные сертификаты, в чем усматривает добросовестность и правдивость данных свидетелей.

Свидетель ФИО7 показал, что сберегательные сертификаты были поданы ФИО3 ее сыну – ФИО8

Несовершеннолетний свидетель ФИО8 также показал, что сберегательные сертификаты были поданы ему ФИО3

Квалифицируя правоотношения сторон, суд приходит к выводу о том, что позиция ответчицы о том, что сберегательные сертификаты были поданы ее сыну – ФИО10, правнуку истцы, не нашла своего подтверждения в судебном заседании.

Показания свидетелей сына истицы - ФИО8 и ее супруга – ФИО9 являются в силу норм ст. 67 ГПК РФ недопустимым доказательством подтверждения заключения договора дарения.

Кроме того, несовершеннолетний сын истицы в силу своего возраста и психического состояния в этом возрасте (14 лет) повержен влиянию близких родственников – матери и отца, в силу чего суд сомневается в достоверности данных им показаний.

Критически также суд оценивает показания супруга истицы - ФИО7, учитывая, что ФИО7, являясь ближайшим родственником истицы, является лицом, заинтересованным в результате разрешения настоящего спора.

Соответствующих доказательств отчуждения сберегательных сертификатов путем дарения ФИО2, ФИО10 ответчицей не представлено, письменных документов, подтверждающих факт заключения договора дарения (ст. 161, 162, 574 ГК РФ), вопреки положениям ст. 60 ГПК РФ, ответчицей не представлено.

Доказательств, подтверждающих заключение между сторонами договора хранения, обусловленных нормами ст. ст. 886, 887, 432, 434, ГК РФ, суду также не представлено.

Вместе с тем, квалифицируя правоотношения сторон, суд приходит к выводу о том, что они находятся в области регулирования норм Гражданского кодекса Российской Федерации о неосновательном обогащении (Глава 60 ГК РФ). Данное решение принято судом с учетом разъяснений, содержащихся в п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2003 № 23 «О судебном решении».

Каких-либо законных соглашений о совершении сделок, связанных с обоснованием передачи денежных средств, между истицей и ответчицей не заключалось.

Сам по себе факт передачи истицей ценных бумаг ответчице в данном случае о переходе права распоряжения денежными средствами у последней не порождает, поскольку ФИО3 изначально не изъявляла волю на безвозмездную передачу денежных средств в постоянную собственность ФИО2

Суд считает установленным отсутствие волеизъявления ФИО3 на отчуждение денежных средств, поскольку приобретение сертификатов истицей изначально было обусловлено необходимостью сохранения сбережений, оставленных ей покойным супругом.

Суд полагает, что действия истицы в данном случае были направлены на сохранение своих сбережений, а не желанием их отчуждения, либо распоряжения ими иным образом.

С учетом установленных по настоящему делу фактических обстоятельств, суд не принимает во внимание ссылки представителя ответчицы - адвоката Лямзина А.С. на нормы ст. 29 ФЗ № 39-ФЗ «О рынке ценных бумаг» в той части, что право на предъявительскую документарную ценную бумагу переходит к приобретателю в случае нахождения ее сертификата у владельца – в момент передачи этого сертификата приобретателю.

Истица последовательно и настойчиво утверждала в ходе судебного заседания, что передавала сертификаты на хранение, настаивала на том, что не наделяла ответчицу ФИО2 правом на распоряжение денежными средствами, хранящимися на сберегательных сертификатах.

Все действия истицы, наоборот, были направлены на получение своих сберегательных сертификатов обратно. Владелец сертификата, в момент его вручения другому лицу, должен обладать желанием подарить, отдать, то есть, произвести отчуждение ценной бумаги. Юридически значимым обстоятельством в момент передачи является воля собственника.

Между тем, обращение истицы в банк, в правоохранительные органы свидетельствует об активной позиции истицы в защите своего нарушенного права и также опровергает позицию ответчицы о том, что сертификаты были подарены либо ей, либо ее несовершеннолетнему сыну.

Следовательно, оснований для получения денежных средств по сберегательным сертификатам у ответчицы не было.

Данную позицию ответчицы суд расценивает как выбранную линию защиты против заявленных истицей требований.

Представитель ответчицы адвокат Лямзин А.С. отмечал, что в настоящее время он не заявляет о пропуске срока для защиты истицей своего права.

Между тем, суд полагает необходимым указать следующее.

В силу ч.1 ст. 199 ГК РФ требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности.

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения (ч. 2 той же статьи).

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно норм ст. 200 ГК РФ если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Судом достоверно установлено, что о нарушении своего права истица узнала в 2016 г.

Как следует из ее пояснений, в начале 2016 г. истица обратилась банк, в августе 2016 г. обратилась в полицию, в сентябре 2017 г. после неудачных попыток мирного урегулирования спора с внучкой – в суд.

При указанных обстоятельствах, требования заявлены в пределах срока исковой давности.

В силу норм ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 настоящего Кодекса.

При этом ссылки представителя ответчицы на судебную практику по аналогичным спорам не могут быть приняты во внимание судом, рассматривающим дело по существу, ввиду отсутствия в правовой системе Российской Федерации судебного прецедента.

При указанных обстоятельствах заявленные истицей требования суд находит обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Истицей также заявлены требования о взыскании с ответчицы судебных расходов.

В соответствии с пунктом 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесённые по делу судебные расходы.

Судебные расходы согласно статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В свою очередь, к издержкам, связанным с рассмотрением дела, согласно статьи 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации отнесены в том числе расходы на оплату услуг представителя, а также другие, признанные судом необходимыми расходы.

Оплату услуг нотариуса в сумме 1 000 руб. суд относит к судебным издержкам, поскольку указанные расходы были необходимы для получения истицей квалифицированной юридической помощи. Поэтому они подлежат взысканию с ответчика в полном объёме.

Размер взыскиваемых судом расходов на оплату услуг представителя определяется положениями части 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и ограничен пределами, которые суд оценивает как разумные. Суд полагает, что размер расходов в сумме 15 000 рублей не является завышенным и соответствует степени сложности и продолжительности настоящего гражданского дела.

Несение истицей расходов по оплате услуг представителя подтверждается распиской поверенного от 28 декабря 2017 г.

По основаниям ст. 98 ГПК РФ в пользу истицы с ответчицы подлежит взысканию государственная пошлина.

Руководствуясь ст. ст. 196-198 ГПК Российской Федерации,

Решил:

иск ФИО3 удовлетворить.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО3 денежные средства в сумме 513 709 руб. 52 коп., расходы по оплате государственной пошлины в сумме 8 337 руб., 15 000 руб. – расходы по оплате услуг представителя, 1 000 руб. – расходы по оплате услуг нотариуса, всего взыскать – 538 046 руб. 52 коп.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Ивановский областной суд через Ленинский районный суд города Иваново в течение одного месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Судья Уенкова О. Г.

Решение в полном объеме изготовлено 12 февраля 2018 г.