Решение № 2-1139/2017 от 5 сентября 2017 г. по делу № 2-1139/2017

Дело № 2-1139/2017


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

06 сентября 2017 года г. Слободской Кировской области

Слободской районный суд Кировской области в составе председательствующего судьи Мерзляковой Ю.Г., при секретаре Сумароковой Т.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ЗАО СК «РСХБ - Страхование» к ФИО1 о признании договора страхования недействительным,

УСТАНОВИЛ:

ЗАО СК «РСХБ-Страхование» обратилось в суд с иском к наследнику ФИО2 - ФИО1, указывая, что ДД.ММ.ГГГГ. между обществом и ФИО2 (страхователь) был заключен договор страхования от несчастного случая и болезней № При заключении договора страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления, если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику. Поскольку страхователем при заключении договора страхования в анкете было указано только одно заболевание глаз, а заболевание в виде гипертонической болезни, ишемической болезни сердца и иные заболевания не были указаны, истец просит признать вышеуказанный договор страхования недействительным.

Представитель истца в судебное заседание не явился, на исковых требованиях настаивал, согласно письменным пояснениям полагал доказанным факт как наличия заболеваний у умершей, ставших причиной смерти, так и умысла на сокрытие данной информации при заключении договора страхования, в связи с чем уклонился от проведения по делу судебно-медицинской экспертизы.

Ответчик ФИО1 в судебном заседании исковые требования не признала, указав, что заболевания, ставшие причиной смерти матери были диагностированы у нее после даты заключения договора страхования, она не скрывала данную информацию, так как не знала о ней и не могла знать. Также указала, что договор страхования мать заключала не в первый раз, поскольку обязана была это сделать в рамках договора кредитования, в результате чего страхователь мог сам проверить ее состояние здоровья, особенно с учетом ее преклонного возраста, но не делал этого. Кроме того, ответчик полагала, что истец уклоняется от выплаты страхового возмещения банку – выгодоприобретателю, в связи с чем и предъявлен настоящий иск.

Третьи лица в судебное заседание не явились, оставив разрешение спора на усмотрение суда.

Выслушав явившуюся, допросив врача - кардиолога, исследовав представленные письменные доказательства, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 934 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) по договору личного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию), уплачиваемую другой стороной (страхователем), выплатить единовременно или выплачивать периодически обусловленную договором сумму (страховую сумму) в случае причинения вреда жизни или здоровью самого страхователя или другого названного в договоре гражданина (застрахованного лица), достижения им определенного возраста или наступления в его жизни иного предусмотренного договором события (страхового случая).

Согласно статье 943 ГК РФ условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых, одобренных или утвержденных страховщиком либо объединением страховщиков (правилах страхования).

При этом в силу ч. 1 ст. 927 ГК РФ договор личного страхования является публичным договором (статья 426 ГК РФ).

Согласно ч. 1 ст. 944 ГК РФ при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику.

Если договор страхования заключен при отсутствии ответов страхователя на какие-либо вопросы страховщика, страховщик не может впоследствии требовать расторжения договора либо признания его недействительным на том основании, что соответствующие обстоятельства не были сообщены страхователем (ч. 2 ст. 944 ГК РФ).

Исходя из ч. 3 ст. 944 ГК РФ, если после заключения договора страхования будет установлено, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, указанных в ч. 1 настоящей статьи, страховщик вправе потребовать признания договора недействительным и применения последствий, предусмотренных ч. 2 ст. 179 настоящего Кодекса.

В силу ч. 2 ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Данное положение закона при оспаривании договора страхования подлежит применению во взаимосвязи с приведенной выше нормой ч. 1 ст. 944 ГК РФ, которой определены обязанности страхователя, связанные с предоставлением страховщику информации, влияющей на определение вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), а также с нормой ч. 3 той же статьи, которая является специальной по отношению к ч. 2 ст. 179 ГК РФ, и по смыслу которой, обманом со стороны страхователя признается только сообщение страховщику заведомо ложных сведений об обстоятельствах, указанных в части 1.

Таким образом, в предмет доказывания по спору о признании сделки недействительной как совершенной под влиянием обмана входит, в том числе, факт умышленного введения недобросовестной стороной другой стороны в заблуждение относительно обстоятельств, имеющих значение для заключения сделки. Обязанность доказывания наличия умысла страхователя при сообщении страховщику заведомо ложных сведений лежит на страховщике (истце), обратившемся в суд с иском о признании сделки недействительной.

Страховщик не может требовать признания договора страхования недействительным, если обстоятельства, о которых умолчал страхователь, уже отпали.

Положения ст. 944 ГК РФ направлены на обеспечение страховщику возможности наиболее точного определения вероятности наступления страхового случая и избежание рисков, которые не оценивались страховщиком при заключении договора страхования, при этом не освобождают страховщика от обязанности заключить договор, а в дальнейшем его и исполнить при наступлении страхового случая, поскольку договор личного страхования является публичным.

Составной частью договора страхования является заявление на страхование с анкетой о состоянии здоровья застрахованного лица, которые применительно к правилам ст. 944 ГК РФ имеет такое же значение, как и письменный запрос. Указанные в заявлении и анкете сведения являются существенными для определения вероятности наступления страхового случая, но не могут служить основаниями для отказа в заключении договора. Обязанность по сообщению этих сведений лежит на страхователе.

Правовое значение в данном случае также имеет и наличие либо отсутствие причинно-следственной связи между смертью страхователя и имеющимися у нее заболеваниями на момент заключения договора страхования.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ между ЗАО СК «РСХБ-Страхование» и ФИО2 был заключен договор страхования от несчастного случая и болезней (заемщиков банка) №л.д. <данные изъяты>). Данный договор заключен на основании заявления на страхование в соответствии с Правилами комплексного страхования от несчастных случаев и болезней от 20.01.2012г. (в редакции от 20.01.2014г.). Застрахованным лицом является - ФИО2 (п. 1.4 договора). Предметом договора является страхование в случае причинения вреда жизни, здоровью застрахованного лица при наступлении предусмотренного договором события (страхового случая). Выгодоприобретателем первой очереди по договору является АО «Россельхозбанк», являющийся кредитором по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ в отношении страховой выплаты, не превышающей непогашенную заемщиком задолженность по кредитному договору, в остальной части страховой выплаты, превышающей задолженность по кредитному договору выгодоприобретателем второй очереди назначено заинтересованное лицо, а в случае его смерти - наследники.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 умерла. Свидетельство о праве на наследство по закону после смерти выдано её дочери - ответчице ФИО1

ДД.ММ.ГГГГ выгодоприобретатель - АО «Россельхозбанк» обратился к истцу с заявлением о страховом случае в связи со смертью ФИО2 и о страховой выплате по договору страхования.

Доказательств направления ответа на данное письмо либо доказательств выплаты материалы дела не содержат, в связи с чем, доводы ответчика ФИО1 о причинах обращения в суд с иском, связанных с невыплатой страхового возмещения, обоснованы.

В соответствии с п. 1.5.1, п. 1.5.2 вышеуказанного договора страхования выгодоприобретателем первой очереди по договору является АО «Россельхозбанк», являющийся кредитором по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ в отношении страховой выплаты, не превышающей непогашенную заемщиком задолженность по кредитному договору, в остальной части страховой выплаты, превышающей задолженность по кредитному договору выгодоприобретателем второй очереди назначено заинтересованное лицо, а в случае его смерти - наследники.

Согласно п. 3.1 договора объектом страхования являются не противоречащие законодательству имущественные интересы застрахованного лица, связанные с причинением вреда здоровью застрахованного лица, а также с его смертью в результате несчастного случая и болезни.

В соответствии с п. 3.2 договора страховым случаем по страхованию от несчастных случае и болезней является, в том числе смерть застрахованного лица в результате несчастного случая (произошедшего) или заболевания, (впервые диагностированного) в течение срока действия договора, либо обострения в любой момент действия договора заболевания, существующего на момент заключения договора, о наличии либо проявлениях которого заявлено застрахованным лицом страховщику в заявлении. При заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления, если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику. Существенными признаются, во всяком случае, обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в его письменном запросе.

В материалы дела представлены копия заявления ФИО2 на страхование (л.д. <данные изъяты>) и копия анкеты о состоянии здоровья застрахованного лица (л.д. <данные изъяты>), из которых следует, что на момент заключения договора страхования ФИО2 указала лишь об одном имевшемся у нее диагностированном заболевании - заболевание глаз.

В справке о смерти №, выданной <адрес> ЗАГС Министерства юстиции <адрес>, указано место смерти и иные сведения: «хроническая сердечная недостаточность, декомпенсация, хроническая ишемическая болезнь сердца, сахарный диабет 2 типа» (л.д. <данные изъяты>). Истец предполагает, что именно данные заболевания и явились причинами смерти ФИО2, однако в качестве таковых они в данном документе не указаны.

Заявляя исковые требования о признании договора страхования недействительным, истец указывает на то, что ФИО2 при заключении договора страхования знала о наличии имеющихся у неё иных заболеваний, в связи с которыми наступила её смерть, и умышленно скрыла данные сведения, в частности: она знала о наличии диагностированных у нее в 2006 году гипертонической болезни, ишемической болезни сердца.

Вместе с тем, истец в нарушение ст. 56 ГПК РФ не представил суду безусловных и допустимых доказательств, свидетельствующих о том, что спорный договор был заключен под влиянием обмана, то есть при его заключении страхователь действовал умышленно и сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления.

Не являются такими доказательствами и представленные суду истцом копии медицинских документов.

Так, в материалы дела истцом представлена ксерокопия выписки из медицинской карты амбулаторного, стационарного больного на имя ФИО2 в виде ксерокопии, не заверенной надлежащим образом (л.д. <данные изъяты>). Выписка не читается, подлинник суду не представлен. Данный документ не отвечает признакам относимости и допустимости доказательства, а потому не принимается судом в качестве доказательства по делу в силу ст. 71 ГПК РФ.

Из объяснений специалиста - заведующей отделения неотложной кардиологии МКОГБУ «ЦРБ им.ак.ФИО5» ФИО7, допрошенной судом и предупрежденной по ст. 307 УК РФ, а также исследованной врачом и судом подлинной амбулаторной карты умершей ФИО2 следует, что поскольку вскрытие ФИО2 после смерти не производилось, точно сделать вывод о причинах ее смерти невозможно. Судя по амбулаторной карте ФИО2, диагноз в виде стенокардии у неё не выявлен, в ДД.ММ.ГГГГ году выявлена гипертония, на март ДД.ММ.ГГГГ года ишемическая болезнь сердца у ФИО2 не была диагностирована, последняя не могла знать о наличии у нее данного заболевания на день заключения спорного договора. В ДД.ММ.ГГГГ. у умершей был впервые диагностирован сахарный диабет, и только в ДД.ММ.ГГГГ года - ишемическая болезнь сердца, которая является одним из основных факторов прогрессирования сахарного диабета. При этом, проявлявшиеся в ДД.ММ.ГГГГ году на фоне сахарного диабета симптомы заболеваний сердечно-сосудистой системы при отсутствии соответствующего диагноза, сами по себе не могут свидетельствовать об осведомленности умершей о наличии у неё такого заболевания как «ишемическая болезнь сердца» или иных заболеваниях сердечно - сосудистой системы, при этом имевшееся и диагностированное ранее даты заключения договора страхования заболевание – «гипертония» не может расценено как заболевание, ставшее причиной ее смерти.

На основании изложенного, суд приходит к выводу, что впервые диагноз «ишемическая болезнь сердца» установлен ФИО2 только в ДД.ММ.ГГГГ года, «сахарный диабет» – в ДД.ММ.ГГГГ года, то есть после заключения договора страхования, в связи с чем не имеется оснований полагать, что при заключении договора страхования ФИО2, указав на отсутствие у неё него заболеваний сердечно-сосудистой системы, сообщила страховщику заведомо ложные сведения о состоянии своего здоровья.

При таком положении в судебном заседании не нашел подтверждения тот факт, что ФИО2 при заключении договора страхования умышленно сообщила страховщику не соответствующие действительности, то есть заведомо ложные сведения об обстоятельствах имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления, что, в свою очередь, могло бы повлечь признание договора страхования недействительным в соответствии со статьями ч. 2 ст. 944 ГК РФ.

При этом доказательств того, что имеется причинная связь между ранее диагностированными заболеваниями и смертью страхователя, материалы дела не содержат, истцом таких доказательств не представлено, подобного рода заключение истцом сделано на основании выписки из истории болезни, признанной судом недопустимым доказательством, и справки о смерти без необходимого медицинского заключения; от проведения судебно - медицинской экспертизы истец уклонился, не смотря на то, что бремя доказывания как факта наличия заболеваний, наличия причинно - следственной связи между этими заболеваниями и смертью, так и наличия умысла умершей на сокрытие информации, как указано судом выше, лежит исключительно на истце.

Кроме того, из положений ч. 2 ст. 944 ГК РФ следует, что риск последствий, связанных с неполным выяснением всех необходимых обстоятельств, относящихся к страховому риску, несет страховщик.

В соответствии со статьей 945 ГК РФ, страховщик вправе оценить страховой риск, в том числе закон не запрещает страховщику выявлять обстоятельства, влияющие на степень риска, путем обращения к специалистам, проведения экспертиз и т.п.

Пунктом 11.1.1 Правил комплексного страхования от несчастных случаев и болезней от 20.01.2012г. в редакции от 20.01.2014г. установлено право страховщика при заключении договора страхования провести медицинский осмотр, обследование в медицинском учреждении страхуемых лиц для оценки фактического состояния их здоровья. Однако, данным правом страховщик при заключении договора страхования не воспользовался, всех необходимых обстоятельств, влияющих на возможность наступления такого страхового случая, не выяснил, риск наступления страхового случая не оценил, не смотря на преклонный возраст умершей - 67 лет, и факт не первого обращения в данную страховую компанию (предыдущий договор от ДД.ММ.ГГГГ.).

Поскольку страховщик, являясь лицом, осуществляющим профессиональную деятельность на рынке страховых услуг и, вследствие этого, более сведущим в определении факторов риска, не выяснил в порядке, определенном действующим законодательством, обстоятельства, влияющие на степень риска, до заключения договора, а стал ставить вопрос о его недействительности исключительно после обращения выгодоприобретателя с заявлением о страховой выплате, то суд приходит к выводу о том, что согласно п. 2 ст. 944 ГК РФ он не может требовать признания договора страхования недействительным.

Соответственно, не проявив должной степени заботливости, осмотрительности и заинтересованности при заключении договора страхования в части выяснения состояния здоровья ФИО2, ЗАО СК «РСХБ-Страхование» несет повышенные риски наступления негативных последствий.

При таких обстоятельствах, оснований для удовлетворения иска, суд не находит.

Руководствуясь ст.ст. 194 - 198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ЗАО СК «РСХБ - Страхование» к ФИО1 о признании недействительным договора страхования от несчастного случая и болезней от ДД.ММ.ГГГГ №, заключенного между ЗАО СК «РСХБ-Страхование» и ФИО2, отказать.

Решение может быть обжаловано в Кировский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путём подачи апелляционной жалобы через Слободской районный суд.

Судья подпись Ю.Г. Мерзлякова