Апелляционное определение № 33-10854/2025 33-513/2026 от 4 февраля 2026 г.

Судья Стрелкова С.Г.

Дело № 33-513/2026 (33-10854/2025)

УИД № 59RS0004-01-2025-002454-21

Мотивированное
апелляционное определение изготовлено 5 февраля 2026 года.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Город Пермь 22 января 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Пермского краевого суда всоставе председательствующего Торжевской М.О.,

судей Коневских О.В., Лобанова В.В.,

при секретаре судебного заседания Дедученко Л.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-2033/2025 по иску А. к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации, Следственному комитету Российской Федерации, Следственному управлению Следственного комитета Российской Федерации по Пермскому краю о компенсации морального вреда, причинённого в связи с незаконным уголовным преследованием,

по апелляционным жалобам истца А., ответчика Министерства финансов Российской Федерации, третьего лица прокуратуры Пермского края на решение Ленинского районного суда г. Перми от 29 августа 2025 года.

Заслушав доклад судьи Лобанова В.В., объяснения представителя истца ФИО1, представителя ответчика Минфина России ФИО2, представителя третьего лица прокуратуры Пермского края ФИО3, исследовав материалы дела, судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

21 апреля 2025 года истец А., дата года рождения, обратился в суд с иском к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации (далее также – Минфин России), Следственному комитету Российской Федерации (далее также – СК России), Следственному управлению Следственного комитета Российской Федерации по Пермскому краю (далее также – СУ СК России по Пермскому краю), просил взыскать за счёт казны Российской Федерации в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 3000000 руб. в порядке реабилитации,

в обоснование исковых требований указано на то, что 15 декабря 2023 года в отношении истца было возбуждено уголовное дело по пункту «д» части второй статьи 127 Уголовного кодекса Российской Федерации (незаконное лишение человека свободы, не связанное с его похищением, совершённое в отношении заведомо несовершеннолетнего),

в тот же день он был допрошен в качестве подозреваемого и задержан в порядке статей 91, 92 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации,

он подозревался в том, что 14 декабря 2023 года около 11 часов дня вблизи здания по ул. **** совершил насильственные действия в отношении **-летней потерпевшей, пытаясь завести её в подвал дома (л. д. 119 т. 1),

16 декабря 2023 года ему была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, данная мера пресечения неоднократно продлевалась, он находился в ФКУ СИЗО-** ГУФСИН России по Пермскому краю (далее также – СИЗО-**) до 14 июня 2024 года,

22 декабря 2023 года истцу было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного пунктом «д» части второй статьи 127 Уголовного кодекса Российской Федерации, и он допрошен в качестве обвиняемого,

23 октября 2024 года производство по уголовному делу прекращено на основании пункта 1 части первой статьи 27 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с непричастностью к совершению преступления,

в результате уголовного преследования истцу причинён моральный вред, который выразился в том, что он был лишён возможности работать, материально помогать своему сыну Б., дата года рождения, с ним прекратила общение его бывшая супруга и его сын, друзья, репутация на работе была испорчена,

его супруга М1., узнав, что в отношении него возбуждено уголовное дело и избрана мера пресечения в виде заключения под стражу в связи с совершением преступления в отношении несовершеннолетней, прекратила с ним общение и до настоящего времени не даёт общаться с дочерью М2., дата года рождения, участвовать в её воспитании,

А. тяжело переживает сложившуюся ситуацию, свою разлуку с дочерью, вынужден будет обратиться в суд для разрешения вопроса по общению с ребёнком,

на протяжении всего следствия по делу он опасался утратить свой доход, и что не сможет в последующем работать на стабильных организациях, гарантирующих постоянный заработок, поддерживать прежний уровень дохода, материально помогать своему сыну и обеспечивать дочь,

заключение под стражу лишило его возможности свободно передвигаться, избирать место пребывания, изменило привычный образ жизни, так как он оказался изолирован,

в условиях СИЗО-** был лишён возможности нормально передвигаться, гулять, получать витамины и надлежащее питание, испытывая постоянный стресс, у него обострились хронические заболевания, что привело к последующему оперативному вмешательству,

неоднократные обращения в медицинскую часть СИЗО-** с жалобами на ухудшающееся самочувствие, с просьбами учесть его состояние здоровья и назначения врачей, связанные с проведённой операцией по удалению желчного пузыря, были проигнорированы, что в итоге повлекло значительное ухудшение состояния здоровья и стало причиной повторного оперативного вмешательства,

переживания негативно сказывались на его общем состоянии здоровья, он постоянно находился в состоянии нервного напряжения, поскольку в течение длительного времени безосновательно продолжалось уголовное преследование; на фоне переживаний у него было подавленное состояние, схожее с состоянием депрессии, периодически возникала бессонница,

ситуация усугублялась тем, что правоохранительные органы передали журналистам информацию, что он является подозреваемым в преступлении, предусмотренном частью второй статьи 127 Уголовного кодекса Российской Федерации, при этом были сообщены подробности нападения на **-летнюю девочку, а также его личные данные, в связи с чем в СМИ появились статьи, в которых в утвердительной форме указывалось на то, что он напал на девочку.

В суде первой инстанции ответчики Минфин России, СК России просили в удовлетворении иска отказать, полагая, что истцом не представлено доказательств причинения ему физических и нравственных страданий в связи с уголовным преследованием.

Решением Ленинского районного суда г.Перми от 29 августа 2025 года постановлено исковые требования А. к Минфину России, СК России, СУ СК России по Пермскому краю о компенсации морального вреда удовлетворить частично,

взыскать с Российской Федерации в лице Минфина России за счёт казны Российской Федерации в пользу А. компенсацию морального вреда в размере 300000 руб.,

в удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

В апелляционной жалобе истец просит указанное решение суда отменить, принять по делу новое решение об удовлетворении исковых требований в полном объёме, считает, что нарушены нормы материального и процессуального права, что привело к принятию неправильного решения суда;

представитель истца в суде апелляционной инстанции поддержал доводы апелляционной жалобы истца, просил отказать в удовлетворении апелляционных жалоб Минфина России, прокуратуры Пермского края.

В апелляционных жалобах ответчик Минфин России, третье лицо прокуратура Пермского края просят указанное решение суда изменить, принять по делу новое решение, которым снизить размер компенсации морального вреда до разумных пределов, считают, что нарушены нормы материального и процессуального права, что привело к принятию неправильного решения суда,

в апелляционной жалобе Минфина России указано на то, что при аналогичных обстоятельствах при нахождении в местах лишения свободы в течение 6 месяцев в пользу реабилитированного лица решением Кировского районного суда г. Перми от 9 июля 2025 года взыскана компенсация морального вреда в размере 200000 руб.,

представители ответчика Минфина России и третьего лица прокуратуры Пермского края в суде апелляционной инстанции поддержали доводы своих апелляционных жалоб, в удовлетворении апелляционной жалобы истца просили отказать.

Исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, проверив законность и обоснованность состоявшегося решения по правилам статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобах, судебная коллегия находит подлежащим изменению решение суда в части размера компенсации морального вреда в связи с несоответствием выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела, неправильным применением норм материального права (пункты 3, 4 части первой статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Как следует из материалов дела и установлено судебной коллегией на основании имеющихся в деле доказательств, 15 декабря 2023 года на основании постановления следователя следственного отдела по Мотовилихинскому району г.Перми СУ СК России по Пермскому краю на основании сообщения о преступлении - рапорта об обнаружении признаков преступления (КРСП № **), и материалов проверки в отношении А. возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного пунктом «д» части 2 статьи 127 Уголовного кодекса Российской Федерации.

15 декабря 2023 года проведено следственное действие с участием А. - предъявления лица для опознания, в ходе которого потерпевшая С1. опознала А.

Также 15 декабря 2023 года А. был допрошен в качестве подозреваемого и у него произведена выемка мобильного телефона, двух курток, штанов.

15 декабря 2023 года в 17 час. 10 мин. А. задержан в соответствии со статьями 91, 92 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

16 декабря 2023 года на основании постановления Мотовилихинского районного суда г. Перми в отношении подозреваемого А. избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на 2 месяца до 15 февраля 2024 г.

22 декабря 2023 года А. привлечён в качестве обвиняемого, ему предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного пунктом «д» части второй статьи 127 Уголовного кодекса Российской Федерации.

В тот же день А. допрошен в качестве обвиняемого, у него получены образцы буккального эпителия для сравнительного анализа.

13 февраля 2024 года на основании постановления Мотовилихинского районного суда г. Перми отказано в удовлетворении ходатайства обвиняемого А. и его защитника об изменении меры пресечения с заключения под стражей на домашний арест.

12 апреля 2024 года на основании постановления Мотовилихинского районного суда г. Перми срок содержания А. под стражей продлён до 6 месяцев до 15 июня 2024 года, отказано в удовлетворении ходатайства обвиняемого А. и его защитника об изменении меры пресечения с заключения под стражей на домашний арест.

14 июня 2024 года на основании постановления Мотовилихинского районного суда г. Перми отказано в удовлетворении ходатайства следователя о продлении срока содержания А. под стражей, мера пресечения изменена с заключения под стражей на запрет определённых действий; на А. возложена обязанность своевременно самостоятельно являться по вызовам следователя и суда, установлены следующие запреты: без разрешения следователя, прокурора, суда общаться с потерпевшей, свидетелями, иными подозреваемыми и обвиняемыми по уголовному делу, кроме близких родственников, круг которых определён законом; отправлять и получать почтово-телеграфные отправления, за исключением адресованных в органы государственной власти, органы местного самоуправления, суда, прокуратуры, следственного органа и исходящих от перечисленных органов; использовать средства связи и сеть Интернет, за исключением необходимости использования в связи с выполнением трудовых обязанностей, исключительно для выполнения трудовых обязанностей, использования интернет-ресурсов российских органов власти и суда, интернет-ресурсов в сфере банковских услуг, а также телефонной связи в целях вызова скорой медицинской помощи, сотрудников правоохранительных органов, аварийно-спасательных служб в случае возникновения чрезвычайной ситуации, а также для общения со следователем, судом, с контролирующим органом, с допущенным к участию в деле адвокатом, близкими родственниками, возложив на А. обязанность информировать контролирующий орган о каждом таком звонке и использовании сети Интернет.

23 октября 2024 года на основании постановления следователя следственного отдела по Мотовилихинскому району г. Перми СУ СК России по Пермскому краю уголовное преследование в отношении обвиняемого А. прекращено на основании пункта 1 части первой статьи 27 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с непричастностью к совершению преступления, предусмотренного пунктом «д» части второй статьи 127 Уголовного кодекса Российской Федерации; мера пресечения в виде запрета определённых действий отменена; А. разъяснено право на реабилитацию.

Приговором Мотовилихинского районного суда г. Перми от 25 декабря 2024 года Н. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного пунктом «д» части второй статьи 127 Уголовного кодекса Российской Федерации, ему назначено наказание в виде лишения свободы на срок два года, которое в силу статьи 53.1 Уголовного кодекса Российской Федерации заменено принудительными работами на срок два года с удержанием 15 % из заработной платы осуждённого в доход государства.

Из выписного эпикриза ГКБ им. М.А. Тверье следует, что А. находился на лечении в хирургическом отделении с 22 мая 2021 года по 28 мая 2021 года, 25 мая 2021 года ему выполнена лапороскопическая холецистэктомия.

В период с июня по август 2023 года А. работал в ООО «***».

Согласно справке ФКУ СИЗО-** ГУФСИН России по Пермскому краю А. содержался в СИЗО-** с 24 марта 2023 года по 21 апреля 2023 года, с 16 декабря 2023 года по 14 июня 2024 года.

Из показаний свидетелей Б. и С2. следует, что они знакомы с А., часто общаются с ним, после его задержания А. сильно переживал о том, что не может устроиться на работу, снизился доход, стал замкнутым, малообщительным.

Установив приведённые выше обстоятельства, оценив по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации имеющиеся в деле доказательства, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации об основаниях возникновения права на реабилитацию, статей 150, 151, 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации о нематериальных благах, компенсации морального вреда, об ответственности за вред, причинённый незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, постановил по делу вышеуказанное решение.

Делая такие выводы, суд первой инстанции принимал во внимание разъяснения, изложенные в пунктах 1, 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», пунктах 1, 14 постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», и исходил из того, что А. находился под уголовным преследованием в период с 15 декабря 2023 года по 23 октября 2024 года (10месяцев), в том числе с 15 декабря 2023 года по 14 июня 2024 года (6 месяцев) содержался под стражей, информация об обвинении его в совершении преступления опубликована в интернет-ресурсах СМИ и доступна неограниченному кругу лиц; преступление, в совершении которого обвинялся А., относится к категории средней тяжести,

доказательств, подтверждающих, что в результате уголовного преследования А. причинены физические страдания, что у него ухудшилось состояние здоровья, снизился заработок и возникли иные негативные последствия, суду не представлено.

Определяя размер компенсации морального вреда в сумме 300 000 руб., суд первой инстанции принимал во внимание продолжительность уголовного преследования, объем проведённых в отношении истца следственных действий, категорию тяжести инкриминированного истцу преступления, а также конкретные обстоятельства по делу.

Судебная коллегия полагает, что выводы суда первой инстанции об определении размера компенсации морального вреда в сумме 300 000 руб., причинённого А. в результате незаконного уголовного преследования, являются ошибочными, суд не применил положения части второй статьи 151Гражданского кодекса Российской Федерации о том, что при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства, суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинён вред, и пункта 2 статьи 1101Гражданского кодекса Российской Федерации о том, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда, при определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости, характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств, при которых был причинён моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего,

доводы апелляционных жалоб ответчика Минфина России и третьего лица прокуратуры Пермского края о том, что размер компенсации морального вреда завышен и подлежит уменьшению, поскольку не соответствует требованиям разумности и справедливости, фактическим обстоятельствам дела, данным о личности истца, заслуживают внимания,

при определении размера компенсации морального вреда суд первой инстанции не учёл то, что истцом не представлены в материалы дела доказательства, подтверждающие нравственные страдания в связи с нарушением взаимоотношений с родными и близкими людьми, что ухудшились возможности трудоустройства, наступили иные неблагоприятные последствия для личных неимущественных прав истца, в суде апелляционной инстанции представитель истца пояснил, что взаимоотношения истца со своими детьми восстанавливаются,

из постановления Мотовилихинского районного суда г. Перми от 26 августа 2025 года следует, что среднедневной заработок истца к моменту взятия под стражу 16 декабря 2023 года составил 517 руб., 74 руб., взыскано с Минфина России в пользу истца в возмещение имущественного ущерба, причинённого в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, в виде утраченного заработка за период нахождения под стражей 107217 руб. 01 коп.,

судом первой инстанции не приняты во внимание данные о личности истца, в частности, их справки информационного центра ГУ МВД России по Пермскому краю следует, что за период с 19 марта 1990 года по 12 февраля 2008 года А. пять раз привлекался к уголовное ответственности, в связи с чем находился под арестом и отбывал уголовное наказание в виде лишения свободы общей продолжительностью более 17 лет (л. д. 93 – 95 т. 1),

24 марта 2023 года заключён под стражу в связи совершением преступления, предусмотренного пунктом «г» части третьей статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации (кража, совершённая с банковского счёта), приговором суда осуждён к обязательным работам, которые заменены на лишение свободы на срок 1 месяц 17 дней, освобождён 5 мая 2023 года из ИК-** г.Березники Пермского края по отбытию наказания.

При таких обстоятельствах судебная коллегия приходит к выводу о том, что истцом не представлено в суд доказательств перенесённых им значительных нравственных страданий, причинённых ему в результате незаконного уголовного преследования, которые бы обосновывали размер заявленных в апелляционной жалобе истца требований о компенсации морального вреда в сумме3 000000руб.,

доводы апелляционной жалобы истца не содержат оснований для изменения обжалуемого судебного решения и взыскания в пользу истца компенсации морального вреда в большем размере, поэтому её следует оставить без удовлетворения,

истцом не представлено доказательств, подтверждающих, что в результате уголовного преследования возникли необратимые негативные последствия для его охраняемых законом неимущественных прав и нематериальных благ, что ему причинены физические страдания, что у него ухудшилось состояние здоровья, снизились возможности оказывать материальную поддержку сыну и дочери, так как на момент взятия под стражу 15 декабря 2023 года среднедневной заработок истца равнялся минимальному размеру оплаты труда.

Судебная коллегия полагает, что при определении размера компенсации морального вреда необходимо в полной мере учитывать все указанные обстоятельства по настоящему гражданскому делу.

Как неоднократно указывала судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации, компенсация морального вреда должна быть адекватной обстоятельствам причинения морального вреда и должна обеспечить баланс частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, поскольку казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счёт налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причинённого государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан,

в связи с этим судебная коллегия, руководствуясь указанными нормами материального права, принимая во внимание установленные по настоящему делу фактические обстоятельства, длительность незаконного уголовного преследования, степень нравственных страданий истца, отсутствие необратимых неблагоприятных последствий для него, с учётом данных о личности истца полагает, что состоявшееся решение суда подлежит изменению в части определения размера компенсации морального вреда,

изменяя решение суда первой инстанции, судебная коллегия, руководствуясь положениями статей 150, 151, 1070, 1071, 1099 – 1101 Гражданского Российской Федерации о нематериальных благах, компенсации морального вреда, ответственности за вред, причинённый незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, органах и лицах, выступающих от имени казны при возмещении вреда за её счёт, основаниях, способе и размере компенсации морального вреда, полагает возможным постановить по делу новое решение об удовлетворении иска о компенсации морального вреда в размере 200000 руб., подлежащего взысканию с Российской Федерации в лице Минфина России за счёт казны Российской Федерации, поскольку все обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены.

Иных доводов, которые могли бы служить основаниями для отмены или изменения решения суда, апелляционные жалобы не содержат.

Руководствуясь статьями 328, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

решение Ленинского районного суда г. Перми от 29 августа 2025 года изменить в части размера взыскания компенсации морального вреда в пользу А.,

взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счёт казны Российской Федерации в пользу А. (паспорт ***) компенсацию морального вреда в размере 200000руб.

В остальной части решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу А. оставить без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи