Апелляционное определение № 33-4004/2025 от 8 декабря 2025 г.

КИРОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 09 декабря 2025 года по делу № 33-4004/2025

1 инстанция - судья Бармин Д.Ю. № 2-2105/2025

43RS0003-01-2025-002820-55

Судебная коллегия по гражданским делам Кировского областного суда в составе председательствующего Бакиной Е.Н.,

судей Катаевой Е.В., Обуховой С.Г.

при секретаре Хвостовой М.Р.

рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Кирове дело по апелляционной жалобе представителя ФИО1 по доверенности ФИО2 на решение Первомайского районного суда г. Кирова от 27 августа 2025 г., которым постановлено:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3 о взыскании задолженности по договору купли-продажи, процентов за пользование чужими денежными средствами отказать.

Заслушав доклад судьи Катаевой Е.В., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился с иском к ФИО3 о взыскании задолженности по договору купли-продажи, процентов за пользование чужими денежными средствами. В обоснование требований указал, что между ФИО4 и ФИО3 заключен договор купли-продажи доли в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>. Договор зарегистрирован в Управлении Росреестра по Кировской области. Цена объекта недвижимости составила 7500 000 руб., оплата произведена покупателем. 16 мая 2023 г. между сторонами заключено дополнительное соглашение, которым стороны изменили цену объекта недвижимости с 7500 000 руб. на 1700 000 руб. Разница в стоимости (5800 000 руб.) возвращена покупателю. Вместе с тем дополнительное соглашение в установленном законом порядке не зарегистрировано, следовательно, изменения в договор купли-продажи не внесены. Право требования задолженности по договору купли-продажи передано ФИО1 на основании договора уступки прав (цессии) от 02 апреля 2025 г. Просил взыскать с ответчика задолженность по договору купли-продажи доли в праве общей долевой собственности на земельный участок от 16 мая 2023 г. в размере 5800 000 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 17 мая 2023 г. по 16 мая 2025 г. в размере 1 883 569,88 руб.

Судом постановлено решение, резолютивная часть которого приведена выше.

В апелляционной жалобе представитель ФИО1 по доверенности ФИО2 просит решение суда отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении исковых требований. В обоснование ссылается на несоблюдение требований к форме дополнительного соглашения, отсутствует как нотариальное удостоверение соглашения, так и его государственная регистрация. Несоблюдение формы соглашения нарушает права третьих лиц – долевого собственника, а также покупателей земельных участков, выделенных из приобретенной ответчиком доли. Изложенные в решении правовые позиции высших судебных инстанций не имеют отношения к рассматриваемой сделке, поскольку не учитывают ее особенности.

В возражениях на жалобу представитель ФИО3 по доверенности ФИО5 указывает на отсутствие оснований для отмены обжалуемого решения.

Разрешив вопрос о возможности рассмотрения дела в отсутствие неявившихся участников процесса, в соответствии со ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, изучив материалы дела, выслушав представителей сторон, проверив в порядке ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность обжалуемого решения суда в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом первой инстанции установлено и следует из материалов дела, что 16 мая 2023 г. между ФИО4 и ФИО3 заключен договор купли-продажи 1/2 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>. Договор удостоверен нотариусом, произведена государственная регистрация перехода права собственности, что подтверждается сведениями Единого государственного реестра недвижимости.

Стоимость 1/2 доли объекта недвижимости составила 7 500 000 руб., между сторонами произведен расчет (п. 2.1 договора).

16 мая 2023 г. стороны заключили дополнительное соглашение к указанному договору купли-продажи, которым внесли изменения в п. 2.1 договора путем установления цены отчуждаемой доли в размере 1700 000 руб.

Разница в цене возвращена продавцом покупателю в сумме 5800 000 руб., о чем в материалы дела представлена расписка от 16 мая 2023 г.

Между ФИО4 и ФИО1 02 апреля 2025 г. заключен договор уступки прав (цессии), по условиям которого ФИО1 передано право получения денежных средств, возникших из договора купли-продажи доли в праве общей долевой собственности на земельный участок от 16 мая 2023 г.

Истец указывает, что поскольку дополнительное соглашение от 16 мая 2023 г. в установленном порядке не зарегистрировано, то юридические последствия его заключения не наступили, цена доли составляет 7500 000 руб. В этой связи на стороне ответчика имеется задолженность по договору купли-продажи в размере 5800 000 руб. (7500000 – 170000).

Направленная в адрес ФИО3 претензия оставлена без ответа, что послужило основанием для обращения в суд.

Разрешая спор, суд руководствуясь положениями ст. ст. 131, 153, 154, 433, 450, 549, 551, 555 Гражданского кодекса Российской Федерации, оценив представленные доказательства по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, правовых оснований для удовлетворения заявленных требований не усмотрел.

Проверяя доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно статье 433 Гражданского кодекса Российской Федерации договор признается заключенным в момент получения лицом, направившим оферту, ее акцепта (пункт 1).

Договор, подлежащий государственной регистрации, считается для третьих лиц заключенным с момента его регистрации, если иное не установлено законом (пункт 3).

В силу пункта 1 статьи 452 указанного кодекса соглашение об изменении или о расторжении договора совершается в той же форме, что и договор, если из закона, иных правовых актов, договора или обычаев не вытекает иное.

Вместе с тем согласно статье 1 этого же кодекса при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно (пункт 3).

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4).

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно разъяснениям пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 Гражданского кодекса Российской Федерации); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 3 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации для лиц, не являющихся сторонами сделки и не участвовавших в деле, считается, что подлежащие государственной регистрации права на имущество возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, а не в момент совершения или фактического исполнения сделки либо вступления в законную силу судебного решения, на основании которых возникают, изменяются или прекращаются такие права (пункт 2 статьи 8.1, пункт 2 статьи 551 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом с момента возникновения соответствующего основания для государственной регистрации права стороны такой сделки или лица, участвовавшие в деле, в результате рассмотрения которого принято названное судебное решение, не вправе в отношениях между собой недобросовестно ссылаться на отсутствие в государственном реестре записи об этом праве.

Из разъяснений, изложенных в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора", следует, что по смыслу пункта 3 статьи 433 Гражданского кодекса Российской Федерации в отношении третьих лиц договор, подлежащий государственной регистрации, считается заключенным с момента его регистрации, если иное не установлено законом. В отсутствие государственной регистрации такой договор не влечет юридических последствий для третьих лиц, которые не знали и не должны были знать о его заключении. Момент заключения такого договора в отношении его сторон определяется по правилам пунктов 1 и 2 статьи 433 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При рассмотрении спора между сторонами договора, которые заключили в установленной форме подлежащий государственной регистрации договор, но нарушили при этом требование о такой регистрации, следует учитывать, что с момента, указанного в пункте 1 статьи 433 Гражданского кодекса Российской Федерации, эти лица связали себя обязательствами из договора, что не препятствует предъявлению соответствующей стороной к другой стороне договора требования о регистрации сделки на основании пункта 2 статьи 165 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их совокупности следует, что в отношениях между собой стороны договора, взявшие на себя определенные обязательства, на которые другая сторона может разумно полагаться, не вправе недобросовестно ссылаться на отсутствие государственной регистрации договора или соглашения об изменении его условий.

При рассмотрении спора между сторонами договора, которые заключили в установленной форме подлежащий государственной регистрации договор, но нарушили при этом требование о такой регистрации, следует учитывать, что с момента, указанного в пункте 1 статьи 433 Гражданского кодекса Российской Федерации, эти лица связали себя обязательствами из договора, что не препятствует предъявлению соответствующей стороной к другой стороне договора требования о регистрации сделки на основании пункта 2 статьи 165 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Из материалов дела следует, что спорная сделка совершена в надлежащей форме, подписана и исполнена сторонами, что свидетельствует о совершении конкретных действий, направленных на создание соответствующих заключенной сделке правовых последствий, данный факт сторонами не оспаривается,

При изложенных обстоятельствах судебная коллегия приходит к выводу о несостоятельности доводов апелляционной жалобы, поскольку при установленных обстоятельствах нарушение требований о государственной регистрации, равно как и нотариальной формы спорной сделки, не свидетельствует о её незаключённости.

Доводы жалобы сводятся по существу к несогласию с выводами суда, иной оценке исследованных судом доказательств и установленных по делу обстоятельств, а также основаны на неверном толковании положений действующего законодательства, что не отнесено статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к числу оснований для отмены решения суда в апелляционном порядке.

Разрешая спор, суд правильно определил юридически значимые обстоятельства. Установленные судом обстоятельства подтверждены материалами дела и исследованными судом доказательствами, которым суд дал надлежащую оценку, в связи с чем, оснований к отмене либо изменению постановленного судом решения по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Первомайского районного суда г. Кирова от 27 августа 2025 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Председательствующий Судьи

Мотивированное апелляционное определение составлено 23.12.2025