Решение № 12-39/2017 от 3 июля 2017 г. по делу № 12-39/2017

РЕШЕНИЕ

по жалобе на постановление по делу об административном правонарушении

г. Североморск 04 июля 2017 года

Судья Североморского районного суда Мурманской области Наволоцкая Н.М., рассмотрев жалобу ФИО6 в интересах ФИО7 на постановление мирового судьи судебного участка № 3 Североморского судебного района Мурманской области от 19.05.2017 (дата мотивированного постановления), которым:

ФИО7 признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ и подвергнута административному наказанию в виде лишения права управления транспортным средством на 1 (один) год,

установил:

Постановлением мирового судьи судебного участка № 3 Североморского судебного района Мурманской области от 19.05.2017 (дата мотивированного постановления) ФИО7 признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ, и ей назначено административное наказание в виде лишения права управления транспортным средством на 1 (один) год.

Не согласившись с указанным постановлением, представитель ФИО7 ФИО6 подала жалобу, в которой просит постановление мирового судьи отменить, производство по делу прекратить на основании ч.1 ст.24.5 КоАП РФ в связи с отсутствием события административного правонарушения, ссылаясь на то, что вина ФИО7 в совершении правонарушения не доказана. Полагая постановление мирового судьи не мотивированным, в обоснование доводов жалобы ссылается на то, что ФИО7 ДТП не совершала, на ее автомобиле никаких повреждений не было, мировой судья приняла решение, в отсутствие прямых доказательств вины ФИО7 в совершении правонарушения, без очевидцев ДТП, нарушив презумпцию невиновности. Ссылается на процессуальные нарушения, связанные с пересоставлением протокола об административном правонарушении, что не предусмотрено КоАП РФ, также ссылается на то, что в период составления нового протокола об административном правонарушении, ФИО7, исходя из определения об отказе в удовлетворении ходатайства в ознакомлении с материалами дела, участником ДТП не являлась, каких-либо доказательств в этот период добыто не было, в связи с чем, оснований для составления протокола в отношении ФИО7 не имелось. Полагает, что отсутствие вины ФИО7 подтверждено видеозаписью, где зафиксировано, что автомобиль ФИО7 находился на расстоянии от автомобиля потерпевшего, сигнализация на его автомобиле не сработала, а на автомобиле ФИО1 отсутствуют повреждения.

В судебном заседании ФИО7 и ее представитель ФИО6 доводы жалобы поддержали в полном объеме. ФИО7 дополнила, что потерпевший и его супруга требовали возмещения вреда, в ином случае угрожали знакомством с сотрудниками ГИБДД и лишением прав. Пояснила, что если бы она имела намерение скрыться, она бы уехала, однако она переставила автомобиль в другое место, чтобы не мешать движению. Когда ФИО2 сказал ей про ДТП, она сразу же вышла, осмотрела свой автомобиль, повреждений на нем не увидела, ФИО2 показал ей кусочки пластмассы около АВТО1, но она уверена, что она ДТП не совершала.

Представитель ФИО6 дополнила, что ФИО7 в ДТП не участвовала, повреждений на ее автомобиле не имелось, ремонт его не производился, процедура составления протокола об административном правонарушении нарушена. Кроме того, факт ДТП на видеозаписи не зафиксирован, свидетель ФИО2 также ДТП не видел, повреждения не осматривал, слышал только звук пластика. На 07 и 25 марта 2017 ФИО7 участником не являлась, не было установлено время совершения административного правонарушения, автомобиль ее не осматривался, акт осмотра не составлялся. Также на 11.04.2017 доказательств того, что ФИО7 может быть привлечена к административной ответственности, не имелось. Считает, что суд безосновательно отказал в удовлетворении ходатайства о назначении трассологической экспертизы.

В соответствии с ч. 3 ст. 30.6 КоАП РФ при рассмотрении жалобы на постановление по делу об административном правонарушении судья не связан доводами жалобы и проверяет дело в полном объеме.

В соответствии с ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ административным правонарушением признается оставление водителем в нарушение Правил дорожного движения места дорожно-транспортного происшествия, участников которого он является.

В силу положений пункта 2.5 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Совета Министров – Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года № 1090 (далее ПДД), при дорожно-транспортном происшествии водитель, причастный к нему, обязан немедленно остановить (не трогать с места) транспортное средство, включить аварийную световую сигнализацию и выставить знак аварийной остановки в соответствии с требованиями пункта 7.2 Правил, не перемещать предметы, имеющие отношение к происшествию, сообщить о случившемся в полицию, записать фамилии и адреса очевидцев и ожидать прибытие сотрудников полиции.

В силу абз. 4 ст. 2 Федерального закона от 10.12.1995 N 196-ФЗ "О безопасности дорожного движения" и п. 1.2 Правил дорожного движения РФ, утвержденных Постановлением Совета Министров - Правительства РФ от 23.10.1993 N 1090 "Дорожно-транспортное происшествие" - событие, возникшее в процессе движения по дороге транспортного средства и с его участием, при котором погибли или ранены люди, повреждены транспортные средства, сооружения, грузы либо причинен иной материальный ущерб.

Из материалов дела об административном правонарушении усматривается, что 25.02.2017 года в 14 часов 49 минут в районе д. ***, ФИО7, управляя автомобилем «АВТО2», государственный регистрационный знак ***, являясь участников ДТП с припаркованным автомобилем «АВТО1», г.р.з. ***, принадлежащим ФИО3 в нарушение требований п.2.5 Правил дорожного движения Российской Федерации, оставила место дорожно-транспортного происшествия.

Факт совершения ФИО7 административного правонарушения и ее виновность подтверждены совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, достоверность и допустимость которых сомнений не вызывает, а именно: протоколом об административном правонарушении; рапортами сотрудников полиции; схемой происшествия; справкой о ДТП, объяснениями ФИО7, ФИО2, ФИО4, ФИО5, потерпевшего ФИО3, ФИО1, видеозаписью.

Так, из объяснений ФИО7 данных мировому судье, а также данных в ходе настоящего судебного заседания следует, что в указанное в протоколе об административном правонарушении время и месте она действительно совершала маневр возле припаркованного автомобиля «АВТО1», г.р.з. *** (что также следует из видеозаписи) после остановки автомобиля к ней подошел мужчина (ФИО2) и сообщил о том, что она повредила «АВТО1», она вышла, осмотрела свой автомобиль и не нашла повреждений на автомобиле, которым она управляла, возле АВТО1 видела кусочки пластмассы, после чего перепарковалась на другое место.

Из объяснений ФИО2 следует, что в указанное в протоколе время и месте он стоял рядом с автомобилем «АВТО1», услышал треск пластмассы, увидел рядом со стоящим автомобилем разворачивающийся внедорожник, видел осколки пластмассы у правого переднего колеса «АВТО1». Подошел к водителю (ФИО7) сказал о ДТП, неоднократно предлагал вызвать ДПС, чтоб ее не лишили водительского удостоверения, так как она хотела уехать. Однако она на повышенном тоне сказала, что сама разберется. Вскоре она нашла его в магазине, куда он направился, и сообщила, что у ее автомобиля повреждений нет, потом на крыльце бассейна она еще раз сообщила ему, что не виновата, но что он ответил, что слышал факт ДТП и что надо вызывать полицию, но она его перебивала, он ушел.

Из объяснений ФИО4 следует, что 25.02.2017 в 17.45 она обнаружила на припаркованном ею у *** автомобиле «АВТО1», г.р.з. *** повреждения, которых раньше не было. ФИО2 сообщил ей об автомобиле, совершившем ДТП.

Обстоятельства, при которых произошло столкновение транспортных средств, наличие на автомобиле «АВТО1» повреждений брызговика переднего правого крыла, переднего бампера, отраженных в справке о ДТП, а также последующее поведение ФИО7 на месте ДТП, тот факт что она видела куски пластмассы около автомобиля «АВТО1», объективно свидетельствует о том, что произошедшее с участием автомобиля «АВТО1» и автомобиля «АВТО2» событие отвечает признакам ДТП, понятие которому дано в п.1.2 Правил дорожного движения РФ, а также очевидности для ФИО7 участия в нем.

Указанные обстоятельства обязывали ФИО7 выполнить требования п. 2.5. ПДД РФ, а также условия п.2.6.1 Правил дорожного движения, что, однако, ею не было исполнено.

При таких обстоятельствах, оставив место дорожно-транспортного происшествия, ФИО7 совершила административное правонарушение, ответственность за которое предусмотрена ч.2 ст.12.27 КоАП РФ.

При этом материалы дела содержат достаточно убедительных и достоверных доказательств, подтверждающих наличие контакта между автомобилями «АВТО1 и «АВТО2» приведшим к ДТП.

Согласно представленной в материалах дела справки о ДТП, у автомобиля «АВТО1» повреждены брызговик переднего правого крыла, передний бампер, у автомобиля «АВТО2» повреждений не указано.

Следует также отметить, что событие будет являться дорожно-транспортным происшествием и в том случае, когда повреждения причинены только одному из участвующих в ДТП автомобилей, поскольку для квалификации действий лица по ч.2 ст.12.27 КоАП РФ не имеет правового значения тот факт, имеются ли повреждения на транспортном средстве участника дорожно-транспортного происшествия, скрывшегося с места его совершения.

Из представленных материалов усматривается, что к выводу о виновности ФИО7 мировой судья пришел на основании всесторонне, полно, объективно исследованных доказательств, которые приведены выше, и с учетом всех обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения дела. Оснований не соглашаться с выводом мирового судьи о доказанности вины ФИО7, а также приведенной оценкой доказательств не имеется.

Дело рассмотрено мировым судьей с соблюдением установленного КоАП РФ порядка производства по делам об административных правонарушениях.

Бремя доказывания распределено правильно, с учетом требований ст. 1.5 КоАП РФ. Принцип презумпции невиновности мировым судьей не нарушен. Каких-либо неустранимых сомнений по делу не усматривается.

Действия ФИО7 правильно квалифицированы судьей по ч.2 ст.12.27 КоАП РФ.

Утверждение заявителя о существенных нарушениях процессуального административного законодательства должностными лицами, связанные с непризнанием до момента составления протокола об административном правонарушении ФИО7 лицом, в отношении которого ведется дело об административном правонарушении и участником ДТП, отсутствие этому доказательств, а также пересоставление протокола об административном правонарушении, что не предусмотрено КоАП РФ, основаны на неверном толковании норм права и не свидетельствуют о том, что допущены существенные нарушения КоАП РФ и (или) предусмотренные процессуальным законодательством требования, не позволившие всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело.

Более того, п. 4 ч.1 ст.29.4 КоАП РФ предусмотрено возвращение протокола об административном правонарушении в том числе в случае его неправильного составления.

Пересоставление протокола об административном правонарушении, с соблюдением требований ст.28.2, 28.8 КоАП РФ, не свидетельствует о недопустимости данного документа, так как не противоречит положениям закона и влечет признание ранее составленного протокола об административном правонарушении недействительным.

Утверждение заявителя о том, что на видеозаписи видно, что автомобиль ФИО3 находился на значительном расстоянии от автомобиля ФИО7 не нашло своего подтверждения представленной видеозаписью.

Ссылка на то, что сигнализация на автомобиле ФИО3 не сработала, так же не свидетельствует о непричинении ФИО7 повреждений его автомобилю, поскольку из его показаний следует, что в этот день у него сигнализация вообще не срабатывала, несмотря на фактическое повреждение его автомобиля.

Ссылка в жалобе на необоснованный отказ в удовлетворении ходатайства о проведении по делу трассологической экспертизы, не может повлечь отмену постановления.

Ходатайство о проведении экспертизы рассмотрено судом в соответствии со ст.24.4 КоАП РФ, по смыслу которой судья вправе как удовлетворить, так и отказать в удовлетворении ходатайства, с учетом обстоятельств дела. Вывод об отсутствии оснований для удовлетворения такого ходатайства мотивирован, сомнений не вызывает. Вопреки утверждению заявителя ссылка мирового судьи на то, что автомобили отремонтированы, не являлся единственным основанием для отказа в ее проведении.

Вопреки утверждению заявителя о том, что судебное расследование проведено не в объеме, предусмотренном КоАП РФ, нормы КоАП РФ не предусматривают какого-либо определенного перечня доказательств по делу, а о том, что в настоящем случае имело место событие дорожно-транспортного происшествия, свидетельствуют перечисленные выше доказательства, совокупность которых обоснованно признана судьей достаточной для рассмотрения дела. При этом наличие музыкального образования и идеального слуха для определения факта столкновения автомобиля, нормами КоАП РФ не предусмотрено.

Постановление вынесено правомочным судьей, в пределах срока давности привлечения к административной ответственности, установленного ч.1 ст.4.5 КоАП РФ.

Административное наказание, назначенное ФИО7 в соответствии с санкцией ч.2 ст.12.27 КоАП РФ, является минимальным, справедливым и соразмерным содеянному.

Нарушений норм процессуального законодательства, влекущих отмену обжалуемого судебного постановления по делу об административном правонарушении, не имеется.

При таких обстоятельствах, постановление мирового судьи является законным и обоснованным, оснований для его отмены, в том числе, и по доводам жалобы, не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 30.1, 30.6, 30.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, судья

решил:

Постановление мирового судьи судебного участка № 3 Североморского судебного района Мурманской области от 19.05.2017 о привлечении ФИО7 к административной ответственности по ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ отставить без изменения, а жалобу ФИО6 в интересах ФИО7 - без удовлетворения.

Решение по результатам рассмотрения жалобы может быть обжаловано в порядке ст. 30.9 Кодекса РФ об административных правонарушениях.

Судья Н.А. Наволоцкая