Решение № 2-521/2024 2-521/2024~М-172/2024 М-172/2024 от 2 июня 2024 г. по делу № 2-521/2024

24RS0054-01-2024-000236-34 (2-521/2024)


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

03 июня 2024 года город Ужур

Ужурский районный суд Красноярского края

в составе председательствующего судьи Макаровой Л.А.

при секретаре Мазур Е.А.,

с участием заместителя прокурора Ужурского района Красноярского края Максименко И.Ю.,

представителя истца ФИО1 ФИО2,

представителя ответчика КГБУЗ «ГБ ЗАТО Солнечный» ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Городская больница ЗАТО Солнечный Красноярского края» о компенсации морального вреда, причиненного некачественной медицинской помощью,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к КГБУЗ «ГБ ЗАТО Солнечный» о компенсации морального вреда, причиненного некачественной медицинской помощью его отцу ФИО4 Как следует из иска, 22.04.2018 в дневное время отец истца Р.В.Н., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, находился на улице в ЗАТО п. Солнечный Красноярского края. В это время ему стало плохо, он упал на землю. Кто-то из прохожих увидел это и вызвал скорую медицинскую помощь КГБУЗ «ГБ ЗАТО Солнечный Красноярского края». По приезду бригады скорой медицинской помощи, со слов очевидцев, отец находился в таком состоянии, что не мог ничего сказать медицинскому работнику, только смог достать из кармана сотовый телефон и протянул его медработнику. Медработник М.Е.П. с телефона отца позвонила матери истца и объяснила ситуацию. Со слов матери медработник сообщила ей, что отца возили в медучреждение, где поставили инъекцию какого-то препарата, дали таблетку под язык, сделали электрокардиограмму и предложили поместить его на лечение в больницу, однако он отказался, поэтому его везут к дому. При этом также попросили мать назвать домашний адрес. Мать вышла на улицу и встретила машину скорой медицинской помощи, после чего помогла отцу подняться в квартиру на второй этаж. Отец сообщил матери, что ему стало плохо, в больнице ему дали таблетку, после чего лег на кровать. Минут через 30-40 отцу вновь стало плохо и он, закричав, скатился с дивана на пол, его лицо и тело начало приобретать синий цвет. В этот момент мать обратилась к соседям с просьбой вызвать скорую медицинскую помощь. Однако к приезду медицинских работников отец был уже мертв. Согласно акту медицинского исследования трупа № 132 от 11.05.2018 смерть Р.В.Н. наступила вследствие заболевания - острого инфаркта миокарда заднебоковой стенки левого желудочка, осложнившегося развитием кардиогенного шока. После смерти отца, посчитав, что работники ответчика не оказали ему квалифицированной медицинской помощи, которая могла бы предотвратить преждевременную смерть, истец обратился в ООО «МСК Медика-Восток», где отец был застрахован, с заявлением о проведении проверки по факту смерти отца. По его обращению страховой организацией была проведена экспертиза качества оказания медицинской помощи отцу Р.В.Н. в КГБУЗ «ГБ ЗАТО Солнечный», в ходе которой были выявлены дефекты по оказанию медицинской помощи, что явилось основанием для применения к указанному медицинскому учреждению финансовых санкций. Истец считает, что халатное отношение работников скорой медицинской помощи КГБУЗ «ГБ ЗАТО Солнечный» к своим должностным обязанностям, нежелание оказывать необходимую медицинскую помощь, отказ от госпитализации, от проведения необходимого обследования для выявления причины ухудшения состояния здоровья отца и назначении соответствующего лечения, стало причиной его скоропостижной смерти. По причине неоказания работниками ответчика качественной медицинской помощи отцу, он скоропостижно умер, в связи с чем истцу, как его сыну, причинен моральный вред. Скоропостижная смерть близкого человека - отца, повлекла для него тяжелый нервно-психологический стресс, причинивший сильные нравственные и физические страдания. Смерть отца является невосполнимой утратой, поскольку он был для истца всегда опорой в жизни и помощником во всех делах. До настоящего времени истец не может вести нормальный образ жизни, постоянно испытывает переживания по поводу утраты отца. Учитывая степень перенесенных истцом нравственных страданий, обстоятельства смерти отца, степень вины причинителя вреда и положения статей 151, 1101 ГК РФ, компенсацию морального вреда он оценивает в размере 500 000 рублей, что, по его мнению, соответствует требованиям разумности и справедливости.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, о времени, дате и месте его проведения извещен надлежащим образом.

В судебном заседании представитель истца ФИО2 поддержал исковые требования по доводам, изложенным в исковом заявлении. Дополнительно суду пояснил, что моральный вред выразился в потере близкого человека, который был помощником и опорой в жизни для истца. Р.В.Н. не жаловался на состояние своего здоровья. После оказания ему медицинской помощи он в этот же день умер. Это вызвало сильнейшие переживания и стресс для истца. После смерти отца ФИО1 взял на себя заботу о своей матери, которая стала проживать совместно с ним. Длительный срок необращения в суд за компенсацией морального вреда вызван занятостью истца, он является военнослужащим. Истцом в 2018 году принимались меры для получения документов, необходимых для обращения в суд, но ему было отказано, затем произошла смена страховой компании. Считает, что не имеется оснований для применения последствий пропуска срока обращения в суд.

В судебном заседании представитель ответчика КГБУЗ «ГБ ЗАТО Солнечный» ФИО3 исковые требования не признал, просить применить срок исковой давности, а также учесть небрежное отношение к своему здоровью Р.В.Н. С выводами экспертизы качества оказания медицинских услуг согласен. Кроме того, представитель ответчика поддержал возражения, содержащие следующее. Как следует из письма ООО МСК «Медика-Восток» истцу стало известно о том, что по результатам экспертизы качества медицинской помощи экспертом выявлены дефекты по оказанию медицинской помощи КГБУЗ «ГБ ЗАТО Солнечный» Р.В.Н., что явилось основанием для применения к учреждению финансовых санкций. При этом у истца, на основании данного письма, еще в 2018 году были объективные причины обращения в суд с соответствующим исковым заявлением и в рамках подготовки к судебному разбирательству истребовать по запросу суда отсутствующее экспертное заключение (акт экспертизы). Также истец мог либо напрямую обратиться в КГБУЗ «ГБ ЗАТО Солнечный» с заявлением о предоставлении результатов экспертизы, либо в прокуратуру о проведении проверки законности отказа ООО МСК «Медика-Восток», либо обжаловать решение ООО МСК «Медика-Восток» об отказе в предоставлении результатов экспертизы в суде. Однако, при обращении с настоящим исковым заявлением, истцом не представлено объективных, уважительных причин невозможности обращения в суд в 2018 году. В связи с чем имеются достаточные основания полагать о злоупотреблении истцом своими правами. Просит применить общий трехгодичный срок исковой давности и отказать истцу в удовлетворении заявленных требованиях по причине его пропуска. Как следует из акта экспертизы качества скорой медицинской помощи от 24.05.2018 в разделе краткое экспертное заключение (на основании экспертного заключения): вызов выполнен фельдшерской бригадой, выезд к пациенту вызвали прохожие на улицу. Со слов прохожих мужчина упал, потерял сознание, были судороги, сразу вызвали скорую помощь. По данным записей в карте вызова такое состояние не впервые, за медицинской помощью не обращался. Согласно акту экспертизы качества медицинской помощи (целевой) от 01.06.2018 установлено: пациент страдал <данные изъяты>; на Д учете не состоял. За медицинской помощью в поликлинику в 2017-2018 году не обращался. Рекомендации ККБ не выполнялись. С учетом изложенного можно сделать вывод, что приверженности к лечению у пациента не было. Отсутствие наблюдения за пациентом, страдающим <данные изъяты>, не выполнение пациентом рекомендаций кардиолога ККБ, низкая приверженность к лечению (за медицинской помощью не обращался), явились возможной причиной развития острого коронарного события со смертельным исходом. Согласно судебно-медицинскому диагнозу (акт медицинского исследования трупа №) пациент страдал сопутствующими заболеваниями: <данные изъяты>. Таким образом, необходимо сделать вывод о том, что Р.В.Н. небрежно относился к состоянию своего здоровья, самонадеянно рассчитывал на ненаступление обстоятельств, приведших к летальному исходу.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ООО «СК «Ингосстрах-М» в судебное заседание не явился, о времени, дате и месте его проведения третье лицо извещено надлежащим образом. От представителя общества Б.Л.А. поступил отзыв, содержащий следующее. На основании обращения ФИО1 ООО «СК «Ингосстрах-М» организовал проведение экспертизы качества медицинской помощи случаев оказания медицинской помощи его отцу, Р.В.Н., ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Для проведения экспертизы страховой медицинской организацией были привлечены эксперты качества медицинской помощи, соответствующие требованиям действующего законодательства и включенные в территориальный реестр экспертов качества медицинской помощи. В ходе мультидисциплинарной экспертизы качества медицинской помощи, оказанной Р.В.Н. в условиях КГБУЗ «Городская больница ЗАТО Солнечный Красноярского края», по двум случаям оказания медицинской помощи были выявлены дефекты: при оказании медицинской помощи 26.10.2016 медицинская организация допустила дефект/нарушение с кодом 3.2.1 (акт экспертизы от 01.06.2018); при оказании скорой медицинской помощи 22.04.2018 медицинская организация допустила дефект/нарушение с кодом 3.2.5 и кодом 4.6 (акт экспертизы от 24.05.2018); по случаю оказания скорой медицинской помощи 22.04.2018 повторный вызов, дефектов оказания медицинской помощи не выявлено (акт не составлялся). В соответствии с приложением к Порядку контроля: код дефекта 3.2.1 означает невыполнение, несвоевременное или ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятий, оперативных вмешательств в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, стандартами медицинской помощи и (или) клиническими рекомендациями (протоколами лечения) по вопросам оказания медицинской помощи: не повлиявшее на состояние здоровья застрахованного лица; код дефекта 3.2.5. означает невыполнение, несвоевременное или ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятий, оперативных вмешательств в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, стандартами медицинской помощи и (или) клиническими рекомендациями (протоколами лечения) по вопросам оказания медицинской помощи: приведших к летальному исходу (за исключением случаев отказа застрахованного лица от лечения, оформленного в установленном порядке); код дефекта 4.6. означает несоответствие данных первичной медицинской документации данным реестра счетов. Заключения по результатам экспертизы качества медицинской помощи от 01.06.2018, от 22.04.2018 и являющиеся их неотъемлемой частью экспертные заключения медицинской организацией подписаны без разногласий. В соответствии с выводами врачей-экспертов, отраженными в актах экспертизы от 01.06.2018, от 24.05.2018, с которыми медицинская организация согласилась, медицинская помощь ФИО4 была оказана ненадлежащего качества. Не вызывает сомнений тот факт, что смерть близкого, родного человека (в рассматриваемой ситуации одного из самых близких для истцов человека - родного отца) является наиболее тяжелым и необратимым по своим последствиям событием, влекущим глубокие и тяжкие страдания, переживания, вызванные такой утратой, затрагивающие личность, психику, здоровье, самочувствие и настроение, негативные последствия такого события для психического и психологического благополучия личности несопоставимы с негативными последствиями любых иных нарушений субъективных гражданских прав. Страховая медицинская организация полагает, что заявленные истцом требования являются обоснованными и подлежащими удовлетворению. Представитель просит рассмотреть дело в свое отсутствие по имеющимся в деле доказательствам.

В судебном заседании заместитель прокурора Ужурского района Красноярского края Максименко И.Ю. считает, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению, в пользу истца ФИО1 следует взыскать компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей, а также оплаченную государственную пошлину в размере 300 рублей. К требованиям о компенсации морального вреда, вытекающим из нарушения личных неимущественных прав и других нематериальных благ, исковая давность не распространяется, кроме случаев, предусмотренных законом, что следует из пункта 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда». Факт злоупотребления истцом правом на судебную защиту не установлен.

Заслушав участников процесса, исследовав представленные доказательства, суд приходит к следующему.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее также - Закон об основах охраны здоровья).

Согласно пункту 1 статьи 2 Закона об основах охраны здоровья под охраной здоровья граждан понимается система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи. Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг. Медицинская услуга - это медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение. Качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Согласно пункту 2 статьи 19 Закона об основах охраны здоровья каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования.

В соответствие со статьей 79 Закона об основах охраны здоровья медицинская организация, в том числе, обязана оказывать гражданам медицинскую помощь в экстренной форме; организовывать и осуществлять медицинскую деятельность в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, в том числе порядками оказания медицинской помощи, и с учетом стандартов медицинской помощи; обеспечивать оказание медицинскими работниками медицинской помощи на основе клинических рекомендаций, а также создавать условия, обеспечивающие соответствие оказываемой медицинской помощи критериям оценки качества медицинской помощи.

Медицинские организации, медицинские работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи (часть 2 статьи 98 Закона об основах охраны здоровья).

Из приведенных норм, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, следует, что право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе, как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за нарушение прав в сфере охраны здоровья.

Пунктом 1 статьи 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 ГК РФ).

Согласно подпунктам 1, 2 статьи 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Судом установлено, что около 15 часов ДД.ММ.ГГГГ.2018 отец истца Р.В.Н., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, на улице потерял сознание, у него начались судороги. Прохожими в 15 часов 05 минут вызвана неотложная медицинская помощь. По прибытию скорой медицинской помощи в 15 часов 12 минут Р.В.Н. был помещен в автомобиль скорой медицинской помощи, где был проведен его физикальный осмотр, измерены артериальное давление (АД), пульс, определен уровень кислорода в крови, проведено ЭКГ-исследование. По результатам осмотра состояние пациента оценено как удовлетворительное, ему введена внутривенно инъекция сернокислой магнезии 25% на физиологическом растворе, дано лекарственное средство «каптоприл». Мер к госпитализации пациента предпринято не было, Р.В.Н. доставлен по месту проживания. Через 1 час 17 минут после первого вызова фельдшерской бригадой при повторном вызове в 16 часов 57 минут медицинскими работниками по прибытию констатирована биологическая смерть Р.В.Н. до приезда скорой помощи.

Согласно выписке из журнала вызовов скорой медицинской помощи ДД.ММ.ГГГГ.2018 в 16 часов 16 минут поступил вызов на адрес: <адрес>, в связи с тем, что Р.В.Н. упал, не дышит. По приезду бригадой скорой помощи констатирован летальный исход. Отметки о первичном вызове в этот день фельдшерской бригады для оказания неотложной медицинской помощи Р.В.Н. журнал не содержит.

Согласно медицинскому свидетельству о смерти серии 04 № Р.В.Н. умер ДД.ММ.ГГГГ дома, по адресу: <адрес>, по причине кардиогенного шока, острого инфаркта миокарда заднебоковой стенки левого желудочка.

Как следует из акта № медицинского исследования трупа Ужурского судебно-медицинского отделения КГБУЗ ККБСМЭ от 11.05.2018 смерть Р.В.Н. наступила вследствие заболевания - острого инфаркта миокарда заднебоковой стенки левого желудочка, осложнившегося развитием кардиогенного шока. При судебно-медицинском исследовании трупа, кроме острого инфаркта миокарда задней стенки левого желудочка, выявлены сопутствующие заболевания: <данные изъяты>.

04.05.2018 ФИО1 обратился с заявлением в ООО «МСК Медика-Восток» с просьбой провести разбирательство по факту оказания его отцу Р.В.Н. некачественной медицинской помощи.

ООО «МСК Медика-Восток» проведена экспертиза качества оказания медицинской помощи Р.В.Н. в КГБУЗ «ГБ ЗАТО Солнечный».

04.04.2018 в адрес истца направлено письмо ООО «МСК Медика-Восток», согласно которому экспертом выявлены дефекты медицинской помощи Р.В.Н. в КГБУЗ «ГБ ЗАТО Солнечный», что явилось основанием для применения к учреждению финансовых санкций. Со ссылкой на часть 1 статьи 13 Закона об основах охраны здоровья (врачебная тайна) подробные результаты экспертизы истцу не предоставлены.

Согласно экспертному заключению (протоколу оценки качества скорой медицинской помощи) ООО «МСК Медика-Восток» от ДД.ММ.ГГГГ фельдшерской бригаде неотложной медицинской помощи КГБУЗ «ГБ ЗАТО Солнечный» в 15 часов 06 минут 22.04.2018 передан вызов, бригада прибыла на место в 15 часов 12 минут. Вызов выполнен прохожими на улице. Со слов прохожих мужчина упал, потерял сознание, были судороги, сразу вызвали скорую помощь. По данным записей в карте вызова такое состояние не впервые, за медицинской помощью не обращался. Взят в автомобиль СМП. При осмотре: состояние удовлетворительное, заторможенное состояние, менингиальные знаки отр., анизокории нет, нистагма нет, АД 180/100, ЧСС 86 в 1 мин., ЧД 17 в 1мин., сатурация 98%. ЭКГ 15.15 ритм синусовый, ЧСС 72 в мин. Неполная блокада ПНПГ. Медицинской организацией установлен диагноз R56.8 судорожный синдром. Назначена сернокислая магнезия 25%-10,0е/в на физ.р-ре, каптоприл 50 мг.

Экспертом выявлены ошибки при сборе информации: на представленной ЭКГ в отведениях V3-V5 регистрируются высокие, острые зубцы Т (коронарные), с формированием Q; не проведен тропониновый тест; анамнез собран недостаточно; неврологический статус описан не в полном объеме (не описана очаговая симптоматика); недооценка тяжести состояния, диагноза, прогноза; не заподозрена субэндокардиальная ишемия во задней и боковой стенке левого желудочка, не предложена эвакуация в приемное отделение для динамического наблюдения. Проверяющей организацией установлен диагноз Р.В.Н.: R58.8 судорожный синдром неясной этиологии; ГБЗ, Риск 4; ОКС, не исключается субэндокардиальная ишемия по боковой и задней стенкам левого желудочка. Негативные последствия ошибок в диагнозе повлияли на тактику догоспитального этапа, прогноз. Обоснование негативных последствий ошибок в лечении: не проведено лечение ОКС, не предложена госпитализация.

В карте вызова в пункте 4 имеется отметка, что в 15 часов 35 минут доставлен в медицинскую организацию, в пункте 35 имеется отметка - доставлен по адресу (надо понимать, что на домашний адрес). Информация о вызове передана (не передана) для активного посещения врачом поликлиники. Обоснование негативных последствий ошибок в преемственности лечения: риск прогрессирования заболевания, повторный вызов через 1 час. 17 мин констатирована биологическая смерть.

Экспертом качества медицинской помощи дано следующее заключение: невыполнение медицинских услуг, приведших к летальному исходу (за исключением случаев отказа застрахованного лица от лечения, оформленного в установленном порядке), код дефекта 3.2.5 недооценка диагноза, тяжести состояния, не предложена госпитапизация. На представленной ЭКГ в отведениях V3-V5 регистрируются высокие, острые зубцы Т (коронарные), с формированием Q. Не проведен тропониновый тест. Анамнез собран недостаточно. Неврологический статус описан не в полном объеме (не описана очаговая симптоматика). Недооценка тяжести состояния, диагноза, прогноза. Не заподозрена субэндокардиальная ишемия во задней и боковой стенке левого желудочка, не предложена эвакуация в приемное отделение для динамического наблюдения. На повторном вызове через 1 час 17 минут констатирована биологическая смерть. По данным копии медицинского свидетельства о смерти от ДД.ММ.ГГГГ имеет место ОИМ; кардиогенный шок. Наиболее значимые ошибки, повлиявшие на исход заболевания: невыполнение медицинских услуг, приведших к летальному исходу (за исключением случаев отказа застрахованного лица от лечения, оформленного в установленном порядке).

В соответствии с экспертным заключением ООО «МСК Медика-Восток»от 06.06.2018 в 16 часов 57 минут 22.04.2018 поступил вызов скорой медицинской помощи Р.В.Н., вызов передан бригаде в 16 часов 58 минут, вызов повторный, выполнен линейное фельдшерской бригадой, через 1 час 17 минут после окончания первичного вызова. Со слов жены 20 минут назад почувствовал себя плохо: жжение в груди, 2-х кратная рвота, судороги, посинел, потерял сознание. При осмотре дыхание отсутствует, АД, ЧСС, пульс не определяется; на ЭКГ изолиния; синюшность лица, грудной клетки. Констатирована биологическая смерть. Диагноз: R96.1 смерть до приезда скорой помощи. Экспертом установлены негативные последствия ошибок в лечении: не проведено лечение ОКС, не предложена госпитализация. Наиболее значимые ошибки, повлиявшие на исход заболевания: невыполнение медицинских услуг, приведших к летальному исходу (за исключением случаев отказа застрахованного лица от лечения, оформленного в установленном порядке).

Как следует из экспертного заключения (протокол оценки качества медицинской помощи), составленного ООО «МСК Медика-Восток» на основании амбулаторной карты КГБУЗ «ГБ ЗАТО Солнечный» на имя Р.В.Н. с 2010 года, в 2011 году зарегистрирована <данные изъяты> болезнь 2, риск 3. Посещал терапевта нерегулярно. В 2016 году находился на амбулаторном обследовании в консультативной поликлинике Красноярской краевой больницы, выставлен диагноз: <данные изъяты> 2, риск 4; <данные изъяты>. Даны рекомендации по лечению, самоконтролю артериального давления, модификации образа жизни, наблюдению терапевта (кардиолога). На Д учет в поликлинике не состоял. Осматривался терапевтом с выпиской гипотензивной терапии 26.10.2016. Других посещений к терапевту не зарегистрировано. Негативные последствия ошибок в сборе информации обоснованы следующим отсутствием наблюдения терапевта поликлиники, не выполнение пациентом рекомендаций, данных кардиологом ККБ на амбулаторном обследовании в 2016 году, в лечении - приверженности к лечению <данные изъяты> болезни не было, за выпиской льготных рецептов к врачу не обращался, рекомендации кардиолога ККБ не выполнялись.

Экспертом установлены наиболее значимые ошибки, повлиявшие на исход заболевания: отсутствие наблюдения за пациентом, страдающим <данные изъяты> болезнью, невыполнение рекомендаций кардиолога ККБ, низкая приверженность к лечению (за медицинской помощью не обращался), явилось возможной причиной развития острого коронарного события со смертельным исходом. Вместе с тем установлено нарушение медицинской организацией приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации №1344н от 21.12.2012 (код дефекта 3.2.1 26.10..2016 - терапия), поскольку Р.В.Н. не взят на Д учет.

В акте экспертизы качества медицинской помощи (целевой) КГБУЗ «ГБ ЗАТО Солнечный» от 01.06.2018 указано на дефекты 3.2.1. 26.10..2016 - терапия (не взят на Д учет). Эксперт пришел к следующим выводам: пациент страдал <данные изъяты> болезнью 2, риск 4; <данные изъяты>. Отягчающим моментом развития острого коронарного события со смертельным исходом явилось отсутствие наблюдения за пациентом в 2017-2018 годах, невыполнение рекомендаций кардиолога ККБ, низкая приверженность к лечению пациента (за медицинской помощью не обращался).

В соответствии с выводами мультидисциплинарной экспертизы качества медицинской помощи от 04.08.2018 установлено ненадлежащее оказание медицинской помощи: на амбулаторном этапе врачом терапевтом КГБУЗ «ГБ ЗАТО Солнечный» 26.10.2016 не взят на диспансерный учет, отсутствие динамического наблюдения за пациентом, страдающим <данные изъяты> болезнью, не выполнение рекомендаций кардиолога КГБУЗ «ККБ»; на этапе СМП КГБУЗ «ГБ ЗАТО Солнечный» 22.04.2018: на представленной электрокардиограмме в отведения V3-V5 регистрируются высокие, острые зубцы Т (коронарные), с формированием Q. Не проведен тропониновый тест. Анамнез собран недостаточно, неврологический статус описан не в полном объеме (не описана очаговая симптоматика). Недооценена тяжесть состояния, неверно выставлен диагноз, что повлияло на тактику на догоспитальном этапе и прогноз. Не заподозрена субэндокардиальная ишемия по задней и боковой стенке левого желудочка, не предложена эвакуация в приемное отделение для динамического наблюдения. При повторном вызове через 1 час 17 минут констатирована биологическая смерть Р.В.Н. По данным копии медицинского свидетельства о смерти от ДД.ММ.ГГГГ имеет место острый инфаркт миокарда; кардиогенный шок.

Допрошенная судом в качестве свидетеля М.Е.П. показала, что она выезжала на вызов ДД.ММ.ГГГГ. По приезду Р.В.Н. был на улице без сознания, после оказания медицинской помощи он пришел в сознание, была дрожь в конечностях, заторможенность. Р.В.Н. пояснил, что у него это не в первый раз. Ему была предложена госпитализация, от которой он отказался и попросил доставить его домой. В карете скорой помощи она общалась с супругой Р.В.Н. по телефону. По приезду домой она предложила повторно госпитализацию, но Р.В.Н. и его супруга отказались. Факт отказа от госпитализации она в письменном виде не оформляла. После чего скорая помощь. Через некоторое время опять позвонили на телефон скорой, она повторно выехала по месту жительства Р.В.Н. По приезду ею была зафиксирована смерть Р.В.Н. Считает, что она оказала необходимую медицинскую помощь, предусмотренную стандартами, с выводами экспертизы качества оказания медицинских услуг Р.В.Н. несогласна.

Как следует из разъяснений, изложенных в пунктах 48, 49 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.

Судом установлена вина медицинских работников КГБУЗ «ГБ ЗАТО Солнечный» в дефектах оказания медицинской помощи Р.В.Н. Сотрудники медицинского учреждения неверно оценили его состояние, выставили диагноз и не осуществили экстренную госпитализацию больного, вследствие чего ответчиком не приняты все возможные меры для оказания необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода.

Ссылки медицинского работника М.Е.П. на отказ Р.В.Н. от госпитализации являются голословными и надуманными. Статьей 20 Закона об основах охраны здоровья регулируются вопросы информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство и отказа от медицинского вмешательства. Приказом Минздрава России от 12.11.2021 №1051н утвержден Порядок дачи информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство и отказа от медицинского вмешательства, формы информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство и формы отказа от медицинского вмешательства (далее Порядок). В данном случае отказ от медицинского вмешательства, оформленный в соответствии с указанным Порядком, отсутствует.

При отсутствии надлежащим образом оформленного отказа от госпитализации нет оснований для утверждения о том, что он был.

Таким образом, ответчик не исполнил обязанность по качественному и квалифицированному оказанию медицинских услуг Р.В.Н., допустил лечебно-диагностические и организационно-тактические ошибки, тем самым нарушил права лица на медицинскую помощь.

Вопреки требованиям статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации КГБУЗ «ГБ ЗАТО Солнечный» не представлено доказательств, подтверждающих отсутствие нарушений при оказании медицинской помощи, а также доказательств того, что его сотрудниками были предприняты все необходимые и возможные меры для оказания Р.В.Н. медицинской помощи надлежащего качества.

Наличие дефектов медицинской помощи, констатированное организованной страховой организацией экспертизой её качества, само по себе в силу вышеприведенных положений статьи 19 и части 2, 3 статьи 98 Закона об основах охраны здоровья является обстоятельством, свидетельствующим о наличии оснований для компенсации морального вреда.

С учетом требований разумности и справедливости, индивидуальных особенностей истца, сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими родственными отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, нравственных страданий истца, испытываемых ввиду безвозвратной утраты близкого родственника - отца, при которых был причинен моральный вред, а также степени вины причинителя вреда, принимая, в том числе, давность события, суд полагает возможным взыскать в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей. Данную сумму суд считает разумной и справедливой, соответствующей тем нравственным страданиям, которые истец испытал в результате некачественной медицинской помощи его отцу.

Доводы ответчика о длительном необращении истца в суд с требованиями о компенсации морального вреда, свидетельствующим о пропуске срока исковой давности, злоупотреблении правами, основаны на неверном толковании статьи 208 ГК РФ, согласно которой исковая давность не распространяется на требования о защите личных неимущественных прав и других нематериальных благ, кроме случаев, предусмотренных законом. При этом на требования о компенсации морального вреда, вытекающие из нарушения личных неимущественных прав и других нематериальных благ, исковая давность не распространяется, кроме случаев, предусмотренных законом, что следует из пункта 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда».

Обстоятельств, указывающих на злоупотребление истцом правом на судебную защиту, не установлено.

В силу части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 96 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. С учетом изложенного с ответчика в пользу истца подлежат взысканию судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей, которые подтверждены чеком-ордером от 21.02.2024.

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 к краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Городская больница ЗАТО Солнечный Красноярского края» о компенсации морального вреда, причиненного некачественной медицинской помощью, удовлетворить.

Взыскать с краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Городская больница ЗАТО Солнечный Красноярского края» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу ФИО1, <данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 200000 (двести тысяч) рублей, а также оплаченную государственную пошлину в размере 300 (триста) рублей, а всего 200 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Красноярский краевой суд через Ужурский районный суд Красноярского края в течение месяца со дня принятия в окончательной форме.

Председательствующий Л.А. Макарова

Мотивированное решение составлено 10 июня 2024 года