Решение № 2-256/2024 2-4490/2023 от 24 марта 2024 г. по делу № 2-256/2024

<данные изъяты>

Дело № 2-256/2024

Мотивированное
решение изготовлено судом 25 марта 2024 года

(с учетом выходных дней 23.03.2024 и 24.03.2024)

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

18 марта 2024 года

Первоуральский городской суд Свердловской области

в составе: председательствующего Кутенина А.С.,

при секретаре Беляевских К.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-256/2024 по иску прокурора Орджоникидзевского района г. Екатеринбурга в интересах Российской Федерации к ФИО1, ФИО2 о взыскании незаконно полученных денежных средств,

УСТАНОВИЛ:

прокурор Орджоникидзевского района г. Екатеринбурга в интересах Российской Федерации обратился в Орджоникидзевский районный суд г. Екатеринбурга с иском к ФИО4, ФИО1 о взыскании незаконно полученных денежных средств в сумме 900 000 руб. ФИО4 и 100 000 руб. ФИО1

В обоснование исковых требований указано, что приговором Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 28.10.2022 ФИО4, ФИО1 признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 Уголовного кодекса РФ. Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Свердловского областного суда от 22.03.2023 действия ФИО4, ФИО1 переквалифицированы на ч. 3 ст. 159 Уголовного кодекса РФ, как хищение чужого имущества путем обмана, группой лиц по предварительному сговору, с использованием своего служебного положения, в крупном размере. Приговором суда установлено, что указанные лица, через гражданина ФИО2, виновного в посредничестве во взяточничестве, получили денежную сумму не менее 1 000 000 руб. от ФИО5, виновного в покушении на дачу взятки должностному лицу через посредника. Совершенные указанным лицами гражданско-правовые сделки через посредников в виде получения ответчиками денежных средств за совершение незаконных действий в пользу взяткодателя являются недействительными в силу ничтожности, поскольку совершены с целью, заведомо противной основам правопорядка и нравственности. В этой связи истец просит взыскать с ответчиков в доход Российской Федерации денежные средства с ФИО4 - 900 000 руб., с ФИО1 – 100 000 руб.

Определением Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 19.10.2023 выделено в отдельное производство из гражданского дела по иску прокурора Орджоникидзевского района г. Екатеринбурга в интересах Российской Федерации к ФИО4, ФИО1 о взыскании незаконно полученных денежных средств материалы по иску прокурора Орджоникидзевского района г. Екатеринбурга в интересах Российской Федерации к ФИО1 о взыскании незаконно полученных денежных средств.

01.02.2024 представителем истца старшим помощником прокурора г. Первоуральска Свердловской области Фетисовой А.С. уточнены исковые требования (л.д. 92-100). С учетом уточнения, просит взыскать солидарно с ФИО1, ФИО5, ФИО2 в доход Российской Федерации незаконно полученные денежные средства в сумме 100 000 руб.

Определением от 18.03.2024 производство по делу в части исковых требований к ответчику ФИО5 прекращено в связи с его смертью.

В судебном заседании представитель истца старший помощник прокурора г. Первоуральска Свердловской области Фетисова А.С. на исковых требованиях настаивала, дала пояснения, аналогичные, изложенным в исковом заявлении и уточнении к нему. Просила исковые требования удовлетворить в полном объеме.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании заявленные исковые требования не признал, по доводам, изложенным в письменных возражениях на исковое заявление, указав, что законом не установлены основания для взыскания незаконно полученных денежных средств в доход государства. При этом уже отбывает наказание за указанное в иске преступление в виде штрафа, а двойная ответственность за одно и тоже деяние применена быть не может.

Ответчик ФИО1 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен своевременно и надлежащим образом (л.д. 47).

Представитель третьего лица Управления Федерального казначейства по Свердловской области в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен своевременно и надлежащим образом, представил в материалы дела возражения на исковое заявление (л.д. 87-88).

Информация о времени и месте рассмотрения дела своевременно размещена на сайте Первоуральского городского суда Свердловской области.

С учетом мнения сторон, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Заслушав пояснения участников процесса, исследовав письменные доказательства по делу, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст.ст. 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации гражданское судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, если иное не предусмотрено законом.

Согласно ч. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Приговором Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 28.10.2022 ФИО8 признан виновным в покушении на дачу взятки должностному лицу через посредника, в особо крупном размере, если при этом преступление не было доведено до конца по независящим от этого лица обстоятельствам.

ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 291.1 Уголовного кодекса РФ - в посредничестве во взяточничестве, то есть непосредственной передаче взятки по поручению взяткодателя, иному способствованию взяткодателю и взяткополучателю в достижении либо в реализации соглашения между ними о получении и даче взятки, в особо крупном размере.

ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 Уголовного кодекса РФ - в мошенничестве, то есть в хищении чужого имущества путем обмана, совершенной группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере.

Апелляционным определением Свердловского областного суда от 22.03.2023 действия ФИО1, квалифицированные как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере, переквалифицированы на ч. 3 ст. 159 Уголовного кодекса РФ, как хищение чужого имущества путем обмана, группой лиц по предварительному сговору, с использованием своего служебного положения, в крупном размере.

Действия ФИО2 переквалифицированы с ч. 4 ст. 291.1 Уголовного кодекса РФ на ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 291.1 Уголовного кодекса РФ как покушение на посредничество во взяточничестве, то есть непосредственную передачу взятки по поручению взяткодателя, иному способствованию взяткодателю и взяткополучателю в достижении либо реализации соглашения между ними о получении и даче взятки, в особо крупном размере.

Данным приговором установлено, что в производстве в производстве ОМВД России по г. Первоуральск находилось уголовное дело №, возбужденное по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, по факту хищения работниками ОАО «Первоуральский завод металлоконструкций» товаро-материальных ценностей ООО «Уралтрансстрой» путем обмана. На причастность к совершению указанного преступления проверялся единственный учредитель и директор ОАО «Первоуральский завод металлоконструкций» - ФИО8 Оперативное сопровождение уголовного дела осуществляли сотрудники ОЭБиПК ОМВД России по г. Первоуральск.

У ФИО8, опасавшегося привлечения к уголовной ответственности по уголовному делу №, и не желавшего выявления в его действиях иных составов преступлений, возник преступный умысел, направленный на дачу взятки должностным лицам органов полиции, которые в силу занимаемой должности могли способствовать прекращению уголовного дела или не привлечению его к уголовной ответственности.

ФИО2, выполняя взятые на себя функции посредника во взяточничестве в виде иного способствования в реализации соглашения о получении взятки, действуя согласно ранее достигнутой договоренности и в интересах ФИО8 передал денежные средства в размере 1 000 000 руб. ФИО6 для дальнейшей передачи их ФИО4 в качестве первой части взятки.

ФИО4 при совершении преступления занимал должность оперуполномоченного ОЭБиПК ОМВД России по г. Первоуральск, имел специальное звание «капитан полиции», являлся должностным лицом, осуществляющим в органе внутренних дел функции представителя власти, наделённым распорядительными полномочиями в отношении лиц, не находящихся от него в служебной зависимости. Достоверно зная, что сотрудниками ОЭБиПК ОМВД России по г. Первоуральск осуществляется оперативное сопровождение уголовного дела № в отношении ФИО8, предложил ФИО3 принять участие в получении денежного вознаграждения за оказание содействия ФИО8 избежать уголовного преследования по результатам расследования уголовного дела, действуя умышлено группой лиц по предварительному сговору с ФИО1, получил денежные средства в сумме 1 000 000 руб., что является крупным размером. Полученные в качестве взятки денежные средства в сумме 1 000 000 руб. ФИО4 и ФИО1 разделили между собой, из которых 900 000 руб. ФИО4 оставил себе, 100 000 руб. отдал ФИО1 и распорядились ими по своему усмотрению.

Разрешая требования прокурора о взыскании с ответчиков солидарно в доход государства денежной суммы в размере 100 000 руб., полученных непосредственно ФИО1, суд исходит из следующего.

В соответствии со ст. 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В силу ч. 1 ст. 14 Уголовного кодекса Российской Федерации преступлением признается виновно совершенное общественно опасное деяние, запрещенное настоящим Кодексом под угрозой наказания.

Таким образом, действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей, в частности по передаче денежных средств и иного имущества (сделки), а в случае их общественной опасности и обусловленного этим уголовно-правового запрета могут образовывать состав преступления, например, сделки с объектами гражданских прав, обороноспособность которых ограничена законом, передача денежных средств и имущества в противоправных целях и т.д.

Вместе с тем квалификация одних и тех же действий как сделки по нормам Гражданского кодекса Российской Федерации и как преступления по нормам Уголовного кодекса Российской Федерации влечет разные правовые последствия: в первом случае - признание сделки недействительной (ничтожной) и применение последствий недействительности сделки судом в порядке гражданского судопроизводства либо посредством рассмотрения гражданского иска в уголовном деле, во втором случае - осуждение виновного и назначение ему судом наказания и иных мер уголовно-правового характера, предусмотренных Уголовным кодексом Российской Федерации, либо освобождение от уголовной ответственности и наказания или прекращение дела по нереабилитирующим основаниям в порядке, предусмотренном Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации.

При этом признание лица виновным в совершении преступления и назначение ему справедливого наказания по нормам Уголовного кодекса РФ сами по себе не означают, что действиями осужденного не были созданы изменения в гражданских правах и обязанностях участников гражданских правоотношений, а также не означают отсутствия необходимости в исправлении таких последствий.

Положениями ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрена недействительность сделок, нарушающих требования закона или иного правового акта, в отсутствие иных, специальных оснований недействительности сделки.Однако если сделка совершена с целью, противной основам правопорядка и нравственности, что очевидно в случае ее общественной опасности и уголовно-правового запрета, такая сделка является ничтожной в силу статьи 169 ГК РФ, согласно которой сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 8 июня 2004 года N 226-О, статья 169 ГК РФ указывает, что квалифицирующим признаком антисоциальной сделки является ее цель, то есть, достижение такого результата, который не просто не отвечает закону или нормам морали, а противоречит - заведомо и очевидно для участников гражданского оборота - основам правопорядка и нравственности. Антисоциальность сделки, дающая суду право применять данную норму ГК РФ, выявляется в ходе судопроизводства с учетом всех фактических обстоятельств, характера допущенных сторонами нарушений и их последствий.

Вместе с тем статьей 169 ГК РФ предусмотрено, что такая сделка влечет последствия, установленные статьей 167 данного кодекса. В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.

Согласно пункту 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2).

Как разъяснено в пункте 85 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", в качестве сделок, совершенных с указанной целью, могут быть квалифицированы сделки, которые нарушают основополагающие начала российского правопорядка, принципы общественной, политической и экономической организации общества, его нравственные устои. К названным сделкам могут быть отнесены, в частности, сделки, направленные на производство и отчуждение объектов, ограниченных в гражданском обороте (соответствующие виды оружия, боеприпасов, наркотических средств, другой продукции, обладающей свойствами, опасными для жизни и здоровья граждан, и т.п.); сделки, направленные на изготовление, распространение литературы и иной продукции, пропагандирующей войну, национальную, расовую или религиозную вражду; сделки, направленные на изготовление или сбыт поддельных документов и ценных бумаг; сделки, нарушающие основы отношений между родителями и детьми.

Нарушение стороной сделки закона или иного правового акта, в частности уклонение от уплаты налога, само по себе не означает, что сделка совершена с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности.

Для применения статьи 169 ГК РФ необходимо установить, что цель сделки, а также права и обязанности, которые стороны стремились установить при ее совершении, либо желаемое изменение или прекращение существующих прав и обязанностей заведомо противоречили основам правопорядка или нравственности и хотя бы одна из сторон сделки действовала умышленно.

Сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, влечет общие последствия, установленные статьей 167 ГК РФ (двусторонняя реституция). В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.

Таким образом, признание сделки ничтожной на основании статьи 169 ГК РФ влечет общие последствия, предусмотренные статьей 167 этого кодекса, в виде двусторонней реституции, а взыскание в доход Российской Федерации всего полученного по такой сделке возможно в случаях, предусмотренных законом.

Однако в качестве такого закона, устанавливающего гражданско-правовые последствия недействительности сделок, не могут рассматриваться нормы Уголовного кодекса РФ о конфискации имущества.

Так, в силу статьи 2 Уголовного кодекса РФ задачами данного кодекса являются: охрана прав и свобод человека и гражданина, собственности, общественного порядка и общественной безопасности, окружающей среды, конституционного строя Российской Федерации от преступных посягательств, обеспечение мира и безопасности человечества, а также предупреждение преступлений (часть 1).

Для осуществления этих задач данный кодекс устанавливает основание и принципы уголовной ответственности, определяет, какие опасные для личности, общества или государства деяния признаются преступлениями, и устанавливает виды наказаний и иные меры уголовно-правового характера за совершение преступлений (часть 2).

Согласно части 1 статьи 3 этого же кодекса (принцип законности) преступность деяния, а также его наказуемость и иные уголовно-правовые последствия определяются только данным кодексом.

Конфискация имущества относится к иным мерам уголовно-правового характера (глава 15.1 Уголовного кодекса РФ) и согласно части 1 статьи 104.1 названного кодекса состоит в принудительном безвозмездном изъятии и обращении в собственность государства на основании обвинительного приговора следующего имущества: а) денег, ценностей и иного имущества, полученных в результате совершения преступлений, предусмотренных в том числе статьей 290 этого кодекса; б) денег, ценностей и иного имущества, в которые имущество, полученное в результате совершения преступлений, предусмотренных статьями, указанными в пункте "а" данной части, и доходы от этого имущества были частично или полностью превращены или преобразованы.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14.06.2018 № 17 «О некоторых вопросах, связанных с применением конфискации имущества в уголовном судопроизводстве» конфискация имущества является мерой уголовно-правового характера, состоящей в принудительном безвозмездном его изъятии и обращении в собственность государства, что связано с ограничением конституционного права граждан на частную собственность и осуществляется в точном соответствии с положениями Конституции Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права и международными договорами Российской Федерации, требованиями уголовного и уголовно-процессуального законодательства.

Согласно абзацу 2 пункта 4 этого же постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации по делам о коррупционных преступлениях деньги, ценности и иное имущество, переданные в виде взятки или предмета коммерческого подкупа, подлежат конфискации и не могут быть возвращены взяткодателю либо лицу, совершившему коммерческий подкуп, в том числе в случаях, когда они освобождены от уголовной ответственности.

С учетом приведенных выше норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации предусмотренная статьей 104.1 Уголовного кодекса Российской Федерации конфискация имущества, переданного в виде взятки, является мерой уголовно-правового характера и применяется на основании постановления суда, вынесенного по результатам рассмотрения уголовного дела, а не решения суда по гражданскому делу.

Применение принудительных мер уголовно-правового характера в порядке гражданского судопроизводства, тем более после вступления в законную силу приговора суда, которым определено окончательное наказание лицу, осужденному за совершение преступления, является недопустимым, поскольку никто не может быть повторно осужден за одно и то же преступление (часть 1 статьи 50 Конституции Российской Федерации).

При этом гражданское судопроизводство не может использоваться для исправления недостатков и упущений уголовного процесса, если таковые имели место.

Предусмотренная же статьей 243 Гражданского кодекса Российской Федерации конфискация, не является мерой уголовно-правового характера, однако применяется только в случаях, предусмотренных законом.

Из установленных судом обстоятельств настоящего дела следует, что за совершение мошенничества – хищение денежных средств ФИО8 путем обмана, совершенном группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере – ФИО1 вынесен обвинительный приговор с назначением уголовного наказания, при этом конфискацию денежных средств в размере похищенного суд в отношении них не применил.

Ссылки истца на нормы, регулирующие отношения по неосновательному обогащению, не состоятельны, поскольку в рассматриваемом случае не установлено обстоятельств незаконного обогащения ответчика ФИО1 непосредственно за счет государства, в пользу которого прокурором истребуется денежная сумма в настоящем иске.

Ответчик ФИО2, осужденный приговором суда за покушение на посредничество во взяточничестве, надлежащим ответчиком по делу не является, поскольку непосредственно денежных средств в размере 100 000 руб. не получал, обратное не доказано.

Солидарная ответственность ФИО2 при заявленных истцом обстоятельствах вопреки его правовой позиции, законом не предусмотрена.

С учетом изложенного, оснований для удовлетворения иска не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

иск прокурора Орджоникидзевского района г. Екатеринбурга в интересах Российской Федерации к ФИО1, ФИО2 о взыскании незаконно полученных денежных средств – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Свердловском областном суде через Первоуральский городской суд Свердловской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий: - <данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>