Приговор № 2-15/2020 от 23 ноября 2020 г. по делу № 2-15/2020

Дело №2-15/2020


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

г. Омск 23 ноября 2020 года

Судья Омского областного суда Гаркуша Н. Н.

с участием государственного обвинителя Земляницина Е. И.,

подсудимого ФИО1,

защитника адвоката Ведищевой А. Н.,

при секретаре Соколовой Е. С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Омского областного суда уголовное дело, по которому

ФИО1, <...> судим: - приговором Советского районного суда г. Омск от 16 июля 2020 года по ч. 2 ст. 228 УК РФ к 3 годам лишения свободы условно в соответствии со ст. 73 УК РФ с испытательным сроком 2 года,

обвиняется в совершении преступлений, предусмотренных ч. 5 ст. 228.1, ч. 2 ст. 228.3 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л

Подсудимый ФИО1 совершил незаконное производство наркотических средств группой лиц по предварительному сговору в особо крупном размере. Преступление совершено при следующих обстоятельствах.

Не позднее 4 июня 2020 года ФИО1 и лицо, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство в связи с заключением досудебного соглашения о сотрудничестве, вступили в сговор о незаконном производстве наркотических средств в особо крупном размере с целью их сбыта. Согласно сговору, иное лицо, используя мобильный телефон «<...>» IMEI № <...>, посредством сети «Интернет» договорился с неустановленным лицом о получении химических реактивов, специальной химической посуды и оборудования, необходимых для производства наркотического средства «мефедрон», которые 4 июня 2020 года были доставлены курьерской службой по месту проживания ФИО1 в <...><...>. В период с 10 по 16 июня 2020 года ФИО1 и иное лицо перенесли оборудование и часть реактивов в хозяйственную постройку на территории домовладения в <...><...><...>, где оборудовали лабораторию для незаконного серийного производства наркотических средств. Получив посредством сети «Интернет» от неустановленного лица заказ на партию наркотического средства мефедрон массой 2,5 кг и инструкцию (описание способа и технологии) по производству данного наркотического средства, иное лицо сообщило эти сведения ФИО1 После этого, в период с 10 июня 2020 года до 14 часов 16 июня 2020 года, ФИО1 и иное лицо с целью сбыта незаконно с использованием полученных реактивов и оборудования произвели наркотическое средство мефедрон (4-метилметкатинон) в особо крупном размере общей массой 927,53 г. Согласно распределению ролей, ФИО1 непосредственно осуществлял химические реакции, в то время как другой участник преступления контролировал данный процесс, при необходимости помогал ФИО1, посредством сети «Интернет» получал от неустановленного лица инструкции по производству наркотического средства, которые передавал ФИО1 16 июня 2020 года в 14 часов ФИО1 и иное лицо были задержаны оперативными сотрудниками в <...>. В ходе оперативно-розыскных мероприятий указанное наркотическое средство мефедрон общей массой 927,53 г, а также прекурсор 2-бром-1-(4-метилфенил)пропан-1-он массой 3852,28 г, полученный в процессе синтеза наркотического средства мефедрон, химическое оборудование и реактивы, которые ФИО1 с соучастником использовал при незаконном производстве наркотических средств, были изъяты.

В судебном заседании подсудимый ФИО1, заявив о полном признании своей вины в предъявленном обвинении, фактически признал обвинение частично.

Из показаний ФИО1 следует, что в мае - в начале июня 2020 года А. А.А. предложил ему заняться изготовлением наркотического средства. Он (ФИО1) согласился. А. в сети «Интернет» «нашел оператора», внес залог и заказал оборудование и прекурсоры, необходимые для изготовления наркотиков, указал адрес ФИО1 В начале июня 2020 года транспортная компания доставила ФИО1 оборудование и химические реактивы: колбы, печь-мешалку, канистры с жидкостью и т.п. ФИО1 сложил все это у себя в сарае и на чердаке. Примерно 14-15 июня 2020 года он и А. перенесли оборудование и часть реактивов в сарай к А., после чего изготовили наркотики - мефедрон. А. по телефону вел переписку и поддерживал связь с «оператором», получал от него инструкции по изготовлению «мефедрона», информировал «оператора» о процессе изготовления, в то время как ФИО1 согласно полученным указаниям непосредственно изготавливал наркотики. (Процесс подробно описан ФИО1) При необходимости А. присоединялся и помогал ФИО1: А. разлил по стаканам вещество, которые нужно смешать, совместно через джинсовую ткань отжимали полученную смесь, которую затем высушили. Оператор сообщил, что нужно сделать 1,7 кг мефедрона. В результате они получили вещество, должны были продолжить процесс кристаллизации для улучшения качества. Они смешали в стеклянной колбе реактивы для следующего процесса, после чего их задержали оперативные сотрудники. Изготовленное ими наркотическое средство, оборудование, все реактивы, использовавшиеся для изготовления наркотиков, были изъяты.

Позиция подсудимого сводится к тому, что он, согласившись «помочь» А., совместно с А. изготовил мефедрон в особо крупном размере без цели сбыта. Это было разовое изготовление, производством не являлось, он изготавливал наркотики для себя, «без всякой выгоды», не имел умысла на их сбыт и в дальнейшем не планировал помогать А. О размере партии наркотиков, которую необходимо изготовить, ему известно не было. Он также не был осведомлен о целях А., каким образом тот будет распоряжаться полученным наркотическим средством. Вместе с тем понимал, что наркотическое средство будет распространяться.

В ходе расследования, как видно из показаний, исследованных в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ, ФИО1 также признавал свою причастность к преступлению, в целом аналогичным образом показывал об обстоятельствах, касающихся подготовки преступления и непосредственно изготовления наркотических средств, о своей роли, а также о роли А. Объясняя мотивы, которыми руководствовался, ФИО1 пояснял, что они испытывали «финансовые трудности», А. предложил «заработать», «варить наркотические средства в своей лаборатории», и он (ФИО1) согласился. Оператор требовал изготовить первую партию мефедрона массой 2,5 кг. Его (ФИО1) роль заключалась в том, чтобы «сварить» наркотик, а затем «А. должен был с оператором решать, что делать с ним дальше» (т. № <...> л.д. № <...>). Показания получены в полном соответствии с требованиями закона, и подсудимый в судебном заседании подтвердил, что показания такого содержания были даны им. Отвечая на вопросы по поводу этих показаний, ФИО1 подтвердил, что действительно А. предложил «заработать», «изготовить (наркотическое средство) и потом получить за это деньги, продать». Он (ФИО1) согласился, «решили заработать, изготовить и заработать», «можно изготовить и потом получить за это деньги, продать», понимал, что «за это дадут деньги, сумму не говорили», «не хотел производить, потом все-таки согласился, и одну варку сделали». Исходя из количества привезенных реактивов, понимал, что полученное вещество нужно будет передать оператору для дальнейшего распространения.

Кроме того, в ходе расследования ФИО1 подробно описал процесс производства наркотического средства «мефедрон» (т. № <...> л.д.№ <...>) Доводы подсудимого, что такие показания он не давал, суд признает несостоятельными. ФИО1 был допрошен с соблюдением закона, с участием защитника. Никаких замечаний, возражений и заявлений о фальсификации, о нарушении закона и прав подсудимого не поступало, ФИО1 собственноручно указывал, что показания им прочитаны и записаны с его слов верно. Суд в этой связи приходит к выводу о допустимости этих доказательств.

Помимо частичного признания и приведенных выше показаний виновность подсудимого и фактические обстоятельства преступления устанавливаются следующими доказательствами.

В судебном заседании в соответствии с правилами ст. 281.1 УПК РФ допрошен А., который рассказал обстоятельства преступления и подтвердил участие в нем ФИО1 Согласно этим показаниям А., они дружили с ФИО1, оба испытывали материальные затруднения, в начале лета 2020 года решили заняться изготовлением наркотических средств. С телефона А. в сети «Интернет», через приложение «<...>», нашли объявление по поводу незаконного производства и сбыта наркотиков. А. связался с «оператором», сообщил, что за вознаграждение готов производить наркотические средства, внес залог 50 тысяч рублей, назвал адрес ФИО1, куда были доставлены оборудование и реактивы, необходимые для производства. Оператор сообщил, что требуется 2,5 кг мефедрона, «чем быстрее, тем лучше», оговаривалась оплата 250 тысяч рублей. ФИО1 был осведомлен о содержании переписки с оператором. Они перенесли оборудование и часть реактивов в сарай к А. Оператор сообщил «рецепт», инструкцию по изготовлению наркотиков. Эти сведения поступали на мобильный телефон А., который поддерживал связь с оператором. Непосредственно производством, «смешиванием реагентов» в основном занимался ФИО1 А. общался с оператором, переписывал инструкции, передавал их ФИО1, помогал ФИО1 Они вместе промыли и отжали через джинсовую ткань, а затем высушили полученный мефедрон, «начали вторую партию». Для улучшения качества планировалась кристаллизация, но они не успели этого сделать, так как были задержаны оперативными сотрудниками на месте преступления.

Свидетель В. показала суду, что у сына - ФИО1 были материальные трудности. О том, что сын совместно с А. занимался производством наркотиков, она не знала. Видела в своем сарае канистры и емкости, по поводу которых ФИО1 объяснил, что они принадлежат А.

Допрошенные в судебном заседании оперативные сотрудники <...> свидетели С., Р. и П. дали в целом аналогичные показания, из которых следует, что в начале июня 2020 года была получена оперативная информация о том, что ФИО1 и А. по месту жительства А. организовали производство наркотических средств. 16 июня 2020 года были проведены оперативно-розыскные мероприятия по пресечению преступления и задержанию ФИО1 и А. ФИО1 задержали во дворе у А., у него при себе был пакет с наркотическим средством «мефедрон», около килограмма. А. находился у себя в сарае. Там были обнаружены оборудование и различные емкости (канистры, колбы) с жидкостью. По месту проживания ФИО1 также изъяты канистры и иные емкости с химикатами. ФИО1 и А. поясняли, что изъятые реактивы и оборудование использовали при производстве наркотических средств.

В судебном заседании исследованы результаты оперативно-розыскной деятельности, представленные в деле, протоколы следственных действий и экспертные заключения.

Согласно протоколу личного досмотра 16 июня 2020 года в 14 часов на придомовой территории в <...> у ФИО1 был изъят черный пакет с веществом белого цвета, по поводу которого ФИО1 пояснил, что в пакете наркотическое средство «мефедрон». Также у ФИО1 изъят сотовый телефон «<...>» (т. № <...> л.д. № <...>). Как следует из протоколов обследования, 16 июня 2020 года в 14.30 часов в ходе осмотра придомовой территории в <...> (по месту проживания А.) в хозяйственной постройке находился А., в помещении обнаружены и изъяты различные емкости (колба, бутылки и т.п.) с жидкостью, алюминиевый лист, перчатки, электромагнитная мешалка, фрагменты джинсовой ткани, штатив и т.п. Там же изъят сотовый телефон «<...>», принадлежащий А. (т. № <...> л.д. № <...>). В тот же день в 16.50 часов при обследовании дома и придомовой территории ФИО1 в <...> в хозяйственной постройке и на чердаке обнаружены канистры (23) различной емкости с жидкостью, мешок с гранулированным веществом, стеклянная колба и обрезок канистры с химическим веществом и т.п. ФИО1 пояснял, что эти химические вещества были получены им с А. для изготовления наркотического средства «мефедрон» (т. № <...> л.д. № <...>).

Обнаруженные у ФИО1 и А. предметы, жидкости и вещества были переданы в Экспертно-криминалистический центр <...> для исследования. В ходе расследования на основании постановления следователя проведены судебные физико-химические экспертизы.

Согласно справкам об исследовании и заключениям экспертизы вещество массой 907,3 г (с учетом использованного при исследовании), изъятое в ходе личного досмотра ФИО1, содержит в своем составе наркотическое средство мефедрон (4-метилметкатинон). Обнаруженные на джинсовой ткани, перчатках, на листе металла (изъятых по месту проживания А. в <...>), вещества массой 17,02 г, 2,50 г, 0,37 г, 0,34 г (с учетом использованного для исследования) содержат в своем составе наркотическое средство мефедрон (4-метилметкатинон). Жидкость в колбе массой 3850 г (с учетом использованной), (изъятой в хоз. постройке по месту проживания А. на <...>), и вещества массой 2,20 г и 0,08 г (с учетом использованных при исследовании), обнаруженные на фрагменте емкости и на делительной воронке (на обрезанной канистре и стеклянной колбе, изъятых на чердаке дома по месту проживания ФИО1 в <...>), содержат в своем составе прекурсор – 2-бром-1-(4-метилфенил)пропан-1-он. На поверхности штатива, делительной воронки, платформы электрического устройства, мерного стакана содержится в следовых количествах наркотическое средство – мефедрон (4-метилметкатинон), на поверхности фрагмента деформированной бутылки содержится в следовых количествах прекурсор – 1-(4-метилфенил)пропан-1-он. Помимо этого в ряде изъятых на <...> жидкостей обнаружены прекурсоры, оборот которых в РФ ограничен. Жидкости массой 1346 г, 511 г, 9355 г содержат прекурсор – 1-(4-метилфенил)пропан-1-он; жидкость массой 1202 г содержит соляную кислоту в концентрации более 15% и относится к прекурсорам; жидкость массой 5848 г содержит уксусную кислоту в концентрации более 15% и относится к прекурсорам; жидкости в канистрах массами 14386 г, 14465 г, 15444 г, 15048 г, 14308 г, 14630 г, 13105 г, 14386 г, 14428 г, 3974 г содержат ацетон; жидкости в канистрах массой 1120, 8833 г., 4710 г и во флаконе массой 748 г содержат метиламин (т. 1 л.д. 37-38, 62-64, 130-133, 134-137, 141-150). Изъятые предметы и вещество в ходе расследования осмотрены и признаны вещественными доказательствами (т. № <...> л.д. № <...>).

По показаниям А. и ФИО1, джинсовую ткань, лист металла и перчатки они использовали при получении «мефедрона».

Изъятый в ходе обследования сотовый телефон марки «<...>» IMEI № <...> вместе с сим-картой оператора связи «<...>» с абонентским номером <...>, принадлежащий А., и изъятый у ФИО1 сотовый телефон марки «<...>» вместе с сим-картой оператора связи «<...>» с абонентским номером <...>, которым пользовался ФИО1, осмотрены и признаны вещественными доказательствами. В деле представлены результаты оперативно-розыскного мероприятия «прослушивание телефонных переговоров», проведенного в отношении ФИО1 и ФИО2 диск с записями переговоров осмотрен и признан вещественным доказательством, содержание переговоров зафиксировано в протоколе осмотра. (т. № <...> л.д. № <...>).

Как видно из протокола осмотра, А. и ФИО1 поддерживали связь по телефону, обсуждали процесс изготовления наркотических средств. 15 июня 2020 года в 17.21 часов они говорили о том, что необходимо («успеем») до вечера сделать одну «варку» и «подготовить вторую». На следующий день обсуждали процесс, ссылаясь на то, что «подвела сода» и т.д. (т. № <...> л.д. № <...>). В судебном заседании ФИО1 и А. не отрицают, что вели указанные телефонные переговоры, речь в этих переговорах идет об изготовлении мефедрона при описываемых обстоятельствах.

Кроме того, в телефоне А. марки «<...>» обнаружена переписка с оператором интернет-магазина, в которой обсуждался процесс производства наркотического средства мефедрон. В фототаблице к протоколу осмотра зафиксированы переписка А. с оператором, инструкции, которыми руководствовались А. и ФИО1, химические реакции, процедура производства наркотического средства мефедрон, фотоизображения, которые А. отправлял оператору (т. № <...> л.д. № <...>). В судебном заседании на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ оглашены показания эксперта П., проводившего физико-химические исследования по делу. После предъявления фототаблицы к протоколу осмотра П. пояснил, что в этих документах содержится действительное описание схемы изготовления наркотического средства мефедрон. Из показаний эксперта следует, что синтез наркотического средства мефедрон (4-метилметкатинон) представляет собой многостадийный процесс последовательного получения путем химических реакций первоначально 2-бром-1-(4-метилфенил)пропан-1-она (являющегося прекурсором наркотических средств) и далее химическим путем на его основе собственно наркотического средства мефедрон. Прекурсор 2-бром-1-(4-метилфенил)пропан-1-он является продуктом промежуточного синтеза при производстве наркотического средства мефедрон. В результате действий, описанных в рецепте, с использованием обнаруженных по делу прекурсоров и веществ, с помощью оборудования, представленного на экспертизу, возможно получение наркотического средства мефедрон (т. № <...> л.д. № <...>).

На основании изложенного, анализируя полученные доказательства в их совокупности, суд считает установленной виновность подсудимого ФИО1 в незаконном производстве наркотических средств, совершенном группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере, что квалифицируется судом по ч. 5 ст. 228.1 УК РФ.

Как видно, подсудимый ФИО1 на предварительном следствии и в судебном заседании, допуская определенные расхождения, не отрицал свою причастность к незаконному производству наркотического средства мефедрон при изложенных в обвинении обстоятельствах. Участие ФИО1 в преступлении наряду с этим подтверждается показаниями А., объективными доказательствами, что указывает на обоснованность и достоверность сделанных подсудимым признаний. Однако версию подсудимого о том, что его умыслом охватывалось лишь разовое изготовление наркотических средств для собственного потребления, без цели их сбыта, суд находит необоснованной, обусловленной целями защиты от предъявленного обвинения и стремлением представить содеянное как менее тяжкое преступление.

По смыслу закона, под незаконным производством наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов следует понимать совершенные в нарушение законодательства умышленные действия, направленные на серийное получение таких средств или веществ из растений, химических и иных веществ. Например, с использованием специального оборудования, производство наркотических средств в приспособленном для этих целей помещении, изготовление наркотика партиями. Такие обстоятельства установлены по настоящему делу.

В ходе расследования ФИО1 неоднократно показывал, что они решили «заработать», А. предложил заняться изготовлением наркотических средств, открыть свою лабораторию, «варить» наркотические средства в своей лаборатории. В судебном заседании подсудимый также показал, что А. в интернете нашел объявление о лаборатории, предложил попробовать изготовить наркотическое вещество, нашел деньги на лабораторию, оставил залог, они получили нужное оборудование и реактивы для изготовления наркотических средств. Он (ФИО1) согласился, «решили заработать, изготовить и потом получить деньги, продать». Соответствующие показания даны А.

Из показаний эксперта П. видно, что технология изготовления наркотического средства мефедрон представляет собой достаточно сложную и требующую специальных познаний процедуру осуществления ряда последовательных химических реакций и манипуляций с прекурсорами и реактивами. Этот процесс требовал использования специального оборудования, защитных средств и приводил к образованию нового вещества, обладающего наркотическими свойствами.

Наряду с показаниями ФИО1 и А. объективно подтверждено, что ФИО1 совместно с соучастником для реализации задуманного получил от неустановленного лица через интернет-магазин специальное химическое оборудование и посуду (штатив, делительная воронка, электрическое устройство, мерный стакан, колба и т.п.), большое количество химических реактивов, необходимых для синтеза наркотического средства мефедрон, которое хранилось по месту жительства подсудимого, оборудовали лабораторию в сарае у А., где занимались синтезом мефедрона согласно полученным от неустановленного лица инструкциям и рекомендациям, используя защитные средства (перчатки, противогаз).

Фактически подсудимый с соучастником изготовили наркотическое средство мефедрон в количестве 927, 53 г и начали «второй процесс», смешав в колбе необходимые реактивы и получив прекурсор для дальнейшего синтеза мефедрона. Так, из показаний ФИО1, данных им предварительном следствии, и показаний А. следует, что «оператор» «заказал», требовал изготовить первую партию 2,5 кг, «чем быстрее, тем лучше». Эти показания согласуются друг с другом и признаются судом достоверными. В судебном заседании ФИО1 назвал 1,7 кг требуемого наркотика, что также превышает количество изготовленного. По показаниям ФИО1, после получения первой партии «в стеклянной колбе смешали еще два прекурсора и оставили на будущее», «для следующего процесса». Соответствующие показания даны А.: «сделали одну партию, выложили сушить и начали вторую». В телефонном разговоре ФИО1 и А. оговаривали «сделать одну «варку» и подготовить вторую». Преступная деятельность подсудимого была пресечена на месте преступления сотрудниками правоохранительных органов. Обращает внимание, что по месту жительства ФИО1 оставалось большое количество химических реактивов, и не вызывает сомнений тот факт, что они также предназначались для получения наркотического средства мефедрон.

Изложенные обстоятельства в своей совокупности, значительное количество изъятых химических реактивов, обнаружение готового наркотического средства в особо крупном размере и прекурсора «для следующей процесса», позволяют утверждать, что деятельность подсудимого и его соучастника, их намерения не ограничивались однократным получением наркотического средства мефедрон и были направлены на его систематическое производство. Как установлено и указывалось выше, подсудимый и другой участник преступления смешали в колбе химические реагенты для следующей партии, был получен промежуточный продукт, прекурсор, после чего произошло их задержание на месте преступления. Таким образом, доводы ФИО1 о том, что он хотел лишь один раз «попробовать изготовить наркотики», не желал дальше участвовать в преступлении и помогать А. в производстве «мефедрона», противоречат полученным доказательствам и установленным фактическим обстоятельствам и не могут быть признаны обоснованными.

Версия подсудимого, что наркотик он изготавливал для себя, также противоречит установленным обстоятельствам. Само по себе количество произведенного наркотического средства, объем исходных химических реактивов, предназначенных для синтеза мефедрона, указывают на то, что производство наркотика предполагало серийный характер и производимые объемы явно не были предназначены для личного потребления. Не вызывает сомнений, что получаемый мефедрон заведомо для подсудимого предназначался для сбыта. Подтверждение содержится и в показаниях ФИО1 и А., которые хотели «заработать», признавали, что наркотическое средство подлежало передаче оператору интернет-магазина для дальнейшего распространения, оговаривалась плата. ФИО1 в судебном заседании не отрицает осознание того, что наркотическое средство будет распространяться третьими лицами, они обсуждали, что «можно изготовить и потом получить за это деньги, продать». Доводы подсудимого, что он не был осведомлен, каким образом А. будет передавать полученный наркотик оператору, не влияют на квалификацию содеянного.

Таким образом, судом установлено, что подсудимым ФИО1 и другим лицом было организовано незаконное производство наркотических средств с целью их сбыта.

ФИО1 и иное лицо заранее договорились о совершении преступления, совместными действиями с распределением ролей осуществили преступный замысел. Относительно роли в преступлении полученными доказательствами установлено, что ФИО1, являясь участником преступного сговора, был осведомлен о переговорах соучастника с оператором, участвовал в подготовке преступления, принимал доставленные ему химические реактивы и оборудование, непосредственно осуществлял процесс производства наркотических средств. Другой участник преступления, согласно сговору и распределению ролей, установил и поддерживал связь с оператором интернет-магазина, получал инструкции по производству «мефедрона», которые передавал ФИО1, при необходимости помогал ФИО1, непосредственно участвуя в производстве. Таким образом, подсудимый и другое лицо, заранее договорившись о совместном совершении преступления и выполняя совместно объективную сторону преступления, являлись его соисполнителями, что дает основания для квалификации деяния как совершенного группой лиц по предварительному сговору.

Вид и размер произведенного и изъятого наркотического средства установлен заключением экспертизы. Согласно Перечню наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в Российской Федерации, утвержденному постановлением Правительства Российской Федерации №681, мефедрон (4-метилметкатинон) отнесен к наркотическим средствам и внесен в Список 1 наркотических средств и психотропных веществ, оборот которых в РФ запрещен в соответствии с законодательством РФ и международными договорами РФ. В соответствии с пунктом 2 Примечания к статье 228 УК РФ и Постановлением Правительства Российской Федерации № 1002 "Об утверждении значительного, крупного и особо крупного размеров наркотических средств и психотропных веществ, а также значительного, крупного и особо крупного размеров для растений, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, либо их частей, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, для целей статей 228, 228.1, 229 и 229.1 Уголовного кодекса Российской Федерации", масса наркотического средства мефедрон (4-метилметкатинон) 927,53 г является особо крупным размером. Умыслом подсудимого охватывалось производство мефедрона в таком количестве, и квалификация незаконного производства наркотических средств как совершенного в особо крупном размере является обоснованной.

Доводы защиты о неоконченном преступлении, поскольку наркотическое средство было изъято и его сбыт не состоялся, противоречат закону, а потому не могут быть приняты во внимание. По смыслу закона, ответственность за незаконное производство наркотического средства и окончание данного преступления не связываются с обязательным сбытом наркотических средств. Преступление считается оконченным с момента производства, получения готового наркотического средства с целью сбыта. По настоящему делу установлено, что подсудимый ФИО1 в группе с другим лицом фактически произвел наркотическое средство с целью сбыта, тем самым совершил все действия, образующие объективную сторону поставленного ему в вину преступления. Показания ФИО1 и А., что они не успели провести кристаллизацию полученного вещества и процесс не был завершен, также не влияют на юридическую оценку содеянного. Процесс кристаллизации предполагал улучшение готового продукта. Как следует из полученных доказательств, заключения экспертизы, подсудимым и иным лицом путем химических реакций, из различных химических веществ и прекурсоров было синтезировано наркотическое средство мефедрон, процесс производства наркотического средства был полностью завершен и преступление доведено до конца.

Кроме того органами предварительного следствия ФИО1 предъявлено обвинение в том, что 4 июня 2020 года ФИО1 по сговору с другими лицом незаконно приобрел прекурсор наркотических средств или психотропных веществ – 2-бром-1-(4-метилфенил)пропан-1-он, запрещенный к обороту в РФ и включенный в Список I Перечня наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в РФ, вместе с соучастником незаконно хранил в <...> и <...> до 16 июня 2020 года, когда данный прекурсор общей массой 3852,28 г был изъят сотрудниками правоохранительных органов. Эти действия ФИО1 квалифицированы по ч. 2 ст. 228.3 УК РФ как незаконные приобретение и хранение прекурсоров наркотических средств или психотропных веществ в особо крупном размере.

Суд находит данное обвинение излишне вмененным.

Как видно из материалов дела, протоколов обследования, справок и заключения экспертизы, а также показаний подсудимого ФИО1 и свидетелей, прекурсор – 2-бром-1-(4-метилфенил)пропан-1-он массой 3850 г был обнаружен и изъят в колбе в сарае по месту проживания А. на <...>, где была оборудована лаборатория и производилось наркотическое средство мефедрон. На чердаке дома на <...>, где проживал ФИО1, данный прекурсор был обнаружен в мерной емкости в количестве 2,2 г и в делительной воронке в количестве 0,08 г. Причем в сарае по месту проживания ФИО1, где находилось основное количество химических реактивов и веществ (более двадцати канистр), полученных подсудимым и его соучастником для производства наркотического средства, прекурсор 2-бром-1-(4-метилфенил)пропан-1-он обнаружен не был.

Подсудимый ФИО1 по поводу указанного прекурсора показал, что после получения первой партии мефедрона они в сарае у А. в колбе смешали два вещества для следующей партии, «в стеклянной колбе смешали еще два прекурсора и оставили на будущее», «смешали в стеклянной колбе два вещества для следующего процесса». А. аналогичным образом показал, что «сделали одну партию, выложили сушить и начали вторую». В телефонном разговоре ФИО1 и А. оговаривали «сделать одну «варку» и подготовить вторую».

Из показаний эксперта П. следует, что схема синтеза наркотического средства мефедрон (4-метилметкатинон) представляет собой многостадийный процесс последовательного получения путем химических реакций первоначально 2-бром-1-(4-метилфенил)пропан-1-она (являющегося прекурсором наркотических средств и психотропных веществ) и далее химическим путем на его основе собственно наркотического средства мефедрон. Прекурсор 2-бром-1-(4-метилфенил) пропан-1-он является продуктом промежуточного синтеза при производстве мефедрона. Этот процесс изготовления мефедрона содержится в инструкциях, полученных подсудимым и его соучастником по телефону (т. № <...> л.д. № <...>).

Таким образом, доказательства того, что данный прекурсор был специально приобретен подсудимым и его соучастником, отсутствуют. Имеются все основания утверждать, что обнаруженный в сарае у А. в колбе прекурсор 2-бром-1-(4-метилфенил)пропан-1-он массой 3850 г был получен ими как промежуточный продукт синтеза наркотического средства мефедрон. Данное обстоятельство признано в судебном заседании государственным обвинителем, который полагает, что «прекурсор не был приобретен ФИО1 и А. одновременно с химическим оборудованием и иными веществами, а получен ими после смешивания поставленных им веществ и предназначался для дальнейшего использования при производстве наркотика».

Судом установлена вина подсудимого ФИО1 в производстве наркотического средства мефедрон. Прекурсор, являющийся промежуточным продуктом синтеза мефедрона, обнаружен на месте производства наркотического средства. ФИО1 с соучастником были задержаны на месте преступления, в процессе производства наркотического средства, когда они «начали вторую» партию, «смешали в стеклянной колбе вещество для следующего процесса». При установленных обстоятельствах хранение на месте производства прекурсора как промежуточного продукта проведенного синтеза охватывается объективной стороной незаконного производства наркотических средств, являющегося более тяжким преступлением, не требует дополнительной квалификации по ст. 228.3 УК РФ. Совершение этих действий объективно вменено ФИО1 при квалификации незаконного производства наркотических средств по ч. 5 ст. 228.1 УК РФ. Что касается прекурсора, обнаруженного на чердаке дома на <...>, где проживал ФИО1, то количество 2,2 г и 0,08 г в мерной емкости и делительной воронке указывает на то, что эти прекурсоры также получены при производстве наркотического средства мефедрон, остались на стенках сосудов.

На основании изложенного суд исключает из обвинения ФИО1 ч. 2 ст. 228.3 УК РФ как излишне вмененную.

Нарушений закона, влияющих на допустимость доказательств и препятствующих суду вынести решение по делу, а также нарушений прав подсудимого органами расследования допущено не было. Как видно из материалов дела, оперативно-розыскные мероприятия проведены законно, в соответствии с требованиями Федерального Закона РФ «Об оперативно-розыскной деятельности», <...>, то есть органом, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность. Результаты оперативно-розыскной деятельности переданы в следственные органы согласно Федеральному Закона РФ «Об оперативно-розыскной деятельности» и Инструкции о порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю, прокурору или в суд, в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона осмотрены и признаны вещественными доказательствами, и представленные органами расследования доказательства являются допустимыми. Высказанные ФИО1 предположения, что те же оперативные сотрудники, которые участвовали в задержании, до этого осуществили доставку химических веществ и оборудования для производства наркотических средств, не имеют под собой никаких оснований. И как видно, в ходе расследования подсудимый никогда на это не ссылался и не указывал. Никаких оснований полагать о провокации преступления не имеется.

У суда не возникло сомнений по поводу вменяемости ФИО1 Каких-либо данных о психическом нездоровье ФИО1 в деле не содержится, и подсудимый таких сведений не сообщил. Действия подсудимого носили осмысленный, целенаправленный и мотивированный характер. В судебном заседании он также ведет себя адекватно, дает логически связные показания и признаков расстройства психической деятельности у него не имеется.

Согласно ч. 2 ст. 43 УК РФ наказание применяется в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений.

При определении ФИО1 наказания суд в соответствии со ст. 60 УК РФ принимает во внимание характер и степень общественной опасности, все фактические обстоятельства содеянного, роль и степень участия подсудимого в осуществлении преступного замысла. Судом также учитываются влияние назначаемого наказания на исправление подсудимого и иные предусмотренные законом цели наказания, личность ФИО1, который характеризуется удовлетворительно и положительно.

Обстоятельств, отягчающих наказание в соответствии ст. 63 УК РФ, не установлено. Ссылка органов расследования на совершение ФИО1 преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением наркотических средств, не может быть признана обоснованной. Из полученных доказательств, касающихся мотивов и поводов для участия в преступлении, видно, что преступление было заранее продуманно, решение ФИО1 заниматься незаконной деятельностью по производству наркотических средств и непосредственно действия по производству наркотических средств никоим образом не обусловливалось состоянием наркотического опьянения. В этой связи суд не усматривает отягчающего обстоятельства, предусмотренного ч.1.1 ст. 63 УК РФ.

Обстоятельством, смягчающим наказание, суд в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ признает активное способствование раскрытию и расследованию преступления и изобличению соучастника. Как видно, в ходе расследования, признавая свою вину, ФИО1 давал последовательные и подробные показания, рассказывая обстоятельства, при которых договорились о совершении преступления, мотивах преступления, подготовке, всех этапах преступной деятельности, об участии и роли соучастника. Признания и показания ФИО1 использованы органами расследования для установления фактических обстоятельств и обоснования обвинения, что и обусловливает признание судом названного выше смягчающего обстоятельства.

Поскольку за деяние, совершенное ФИО1, предусмотрено наказание в виде пожизненного лишения свободы, в связи с ограничениями, установленными ч. 2 ст. 61 УК РФ, льготные правила ч. 1 ст. 62 УК РФ, предусматривающие смягчение наказания, не учитываются судом.

Учитывая изложенное, все установленные фактические обстоятельства, совершение ФИО1 особо тяжкого преступления, направленного против здоровья населения, суд приходит к выводу, что достижение целей уголовного наказания возможно лишь посредством реального лишения свободы, изоляции его от общества. Такое наказание соответствует общественной опасности содеянного, необходимо для осознания ФИО1 своей вины и его исправления. Оснований для применения ст. 73 УК РФ и условного осуждения подсудимого, равно как и оснований для изменения категории совершенного преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ не имеется.

Вместе с тем суд принимает во внимание, что преступная деятельность подсудимого была пресечена и произведенные им наркотические средства изъяты, не были допущены к незаконному обороту и не повлекли неблагоприятных последствий для здоровья граждан. Руководствуясь требованиями о строго индивидуальном подходе к назначению наказания, учитывая конкретные обстоятельства и роль подсудимого, наличие смягчающего обстоятельства и признавая эти обстоятельства в их совокупности исключительными, суд полагает возможным применить положения ст. 64 УК РФ и назначить наказание в виде лишения свободы ниже низшего предела, предусмотренного санкцией ч. 5 ст. 228.1 УК РФ.

В отношении дополнительных наказаний в виде штрафа и лишения права занимать определенные должности либо заниматься определенной деятельностью, которые носят альтернативный характер, суд не находит оснований для их назначения, полагая достаточным для достижения целей наказания основного наказания в виде лишения свободы.

ФИО1 совершил описываемое преступление до осуждения его приговором Советского районного суда г. Омск от 16 июля 2020 года по ч. 2 ст. 228 УК РФ. Поскольку ФИО1 осужден условно в соответствии со ст. 73 УК РФ, правила ч. 5 ст. 69 УК РФ применены быть не могут, настоящий приговор и приговор Советского районного суда г. Омск от 16 июля 2020 года подлежат самостоятельному исполнению.

На основании п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывание наказания подсудимому, совершившему особо тяжкое преступление, надлежит определить в исправительной колонии строгого режима.

В соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания ФИО1 под стражей до вступления приговора в законную силу подлежит зачету в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы. Причем из материалов дела, показаний подсудимого и оперативных сотрудников, допрошенных в качестве свидетелей, видно, что фактически ФИО1 был задержан 16 июня 2020 года, с которого и надлежит исчислять время содержания его под стражей.

Согласно п. 3, 6 ч. 3 ст. 81 УПК РФ изъятые по делу предметы, признанные вещественными доказательствами, передаются законным владельцам; предметы, не представляющие ценности и не истребованные стороной, подлежат уничтожению. В соответствии с п. 2 ч. 3 ст. 81, п.п. 2, 58 Инструкции от 18 октября 1989 года «О порядке изъятия, учета, хранения и передаче вещественных доказательств по уголовным делам, ценностей или иного имущества органами предварительного следствия, дознания и судами» предметы, запрещенные к обращению, подлежат передаче в соответствующие учреждения или уничтожаются. Поскольку изъятый у А. телефон «<...>» использовался в незаконной деятельности по производству наркотических средств (для связи с «оператором», для передачи информации и инструкций о производстве наркотических средств и т.п.), телефон подлежит конфискации в доход государства в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 307, 308 и 309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 228.1 УК РФ, и назначить наказание с применением ст. 64 УК РФ в виде лишения свободы на срок 11 лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания ФИО1 исчислять со дня вступления приговора в законную силу. В соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачесть в срок наказания в виде лишения свободы время содержания ФИО1 под стражей со дня фактического задержания с 16 июня 2020 года до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы.

Меру пресечения до вступления приговора в законную силу в отношении ФИО1 оставить без изменения - заключение под стражу.

Настоящий приговор и приговор Советского районного суда г. Омск от 16 июля 2020 года об условном осуждении ФИО1 по ч. 2 ст. 228 УК РФ исполнять самостоятельно.

Сотовый телефон марки «<...>», принадлежащий А., в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ конфисковать в собственность государства. Вещественные доказательства по делу: - Оптические диски, сведения о принадлежности сим-карты оператора связи «<...>» с номером <...>, хранить с делом. Сотовый телефон марки «<...>», принадлежащий ФИО1, после удаления информации, имеющей отношение к незаконному обороту наркотических средств, вернуть представителям ФИО1, а при невостребованности уничтожить. Все остальные вещественные доказательства (наркотическое средство мефедрон, прекурсоры, химические реактивы, оборудование, канистры, колбы и т.д.), находящиеся на хранении в камере хранения наркотических средств и психотропных веществ <...>, уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Пятый апелляционный суд общей юрисдикции Российской Федерации в течение десяти суток со дня провозглашения, а осужденным - в тот же срок со дня получения копии приговора. Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции. Данное ходатайство должно быть указано в апелляционной жалобе осужденного либо в возражениях осужденного на жалобы или представление, принесенные другими участниками уголовного процесса.

Председательствующий