Апелляционное определение № 33-8663/2025 от 23 декабря 2025 г.

УИД 29RS0023-01-2024-009190-07

Судья Звягин И.В.

Дело № 2-508/2025

город Архангельск

Докладчик Горишевская Е.А.

№ 33-8663/2025

24 декабря 2025 года


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Архангельского областного суда в составе председательствующего судьи Бланару Е.М.,

судей Горишевской Е.А., Сафонова Р.С.,

при секретаре судебного заседания Ануфриевой Т.А.,

с участием прокурора Фоменко К.И.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании расходов на лечение, проезд в лечебное учреждение, компенсации морального вреда

по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Северодвинского городского суда Архангельской области от 27 февраля 2025 г.

Заслушав доклад судьи Горишевской Е.А., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, расходов на лечение и проезд в лечебное учреждение.

Мотивировала требования тем, что 07 сентября 2021 г. около 17 часов 30 минут она, намереваясь поговорить с ответчиком, подошла к ее дому, где находилась принадлежащая ей собака, которая выбежала на территорию общего пользования и укусила истца за ноги. От полученных ран она испытала физическую боль, была вынуждена проходить курс стационарного и амбулаторного лечения, а также восстановления в домашних условиях. В результате укуса собаки ей причинены физические и нравственные страдания, понесены расходы на лечение, проезд в лечебное учреждение и медицинское освидетельствование. Просила взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб., расходы на лечение и проезд в лечебное учреждение 53 432 руб. 83 коп.

В судебном заседании истец ФИО1 и ее представитель ФИО3 исковые требования поддержали, просили их удовлетворить.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, ответчик ранее в суде с иском не согласилась.

Рассмотрев дело, суд принял решение, которым в удовлетворении исковых требований отказал.

С данным решением не согласилась истец, в поданной апелляционной жалобе просит его отменить, исковые требования удовлетворить.

В обоснование доводов жалобы и дополнений к ней указывает на незаконность и необоснованность решения. Отмечает, что суд нарушил принцип состязательности в процессе, отдал предпочтение возражениям ответчика, не устранив имеющиеся противоречия с позицией истца и лишив ее возможности их опровергнуть, неверно распределил между сторонами бремя доказывания, выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. При этом пояснения ответчика недостоверны, противоречивы и непоследовательны, представленные ею доказательства являются ненадлежащими, поскольку фотографии придомового участка выполнены значительно позже инцидента и после его видоизменения, а допрошенный в суде свидетель не являлся очевидцем события и заинтересован в исходе дела. Обращает внимание, что о наличии у ответчика собаки истец знала, но не располагала сведениями о месте ее нахождения и расположения будки на участке, предупреждающей таблички и забора по всему периметру земельного участка ответчика на тот момент не было, доказательств того, что вред здоровью истца причинен на территории участка ответчика, а также наличия запрета на его посещение материалы дела не содержат.

Вывод суда о том, что собака ответчика не отнесена к потенциально опасным в отсутствие сведений о ее породе является необоснованным. Также ссылается на неправомерность отказа в удовлетворении требований при наличии факта причинения вреда здоровью истца от укуса собаки, принадлежащей ответчику.

В возражениях на апелляционную жалобу ответчик и и.о. заместителя прокурора г. Северодвинска просят оставить решение суда без изменения, полагая его законным и обоснованным.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Архангельского областного суда от 04 июня 2025 г. решение суда оставлено без изменения.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 27 октября 2025 г. апелляционное определение отменено, дело направлено на новое апелляционное рассмотрение.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель истца ФИО3 поддержал апелляционную жалобу по изложенным в ней доводам.

Иные участвующие в деле лица в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом. Оснований для отложения разбирательства дела, предусмотренных ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), судебная коллегия не усматривает.

Изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность решения суда, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, заслушав представителя истца ФИО3, приняв во внимание заключение прокурора, полагавшего заслуживающими внимания доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

В ходе рассмотрения дела судом первой инстанции установлено, следует из материалов дела, что ответчик ФИО2 проживает в доме № ***, земельный участок, на котором расположен жилой дом, предоставлен ответчику.

07 сентября 2021 г. около 17 часов 30 минут истца укусила собака, принадлежащая ответчику.

В период с 07 сентября 2021 г. по 14 сентября 2021 г. истец проходила лечение в *** больнице, в период с 15 сентября 2021 г. по 11 октября 2021 г. – в ***. При проведении в период с 24 сентября 2021 г. по 15 октября 2021 г. судебно-медицинского освидетельствования у истца обнаружены раны на ***. Достоверно установить характер выявленных ран, механизм их образования не представилось возможным.

В связи с содержанием собаки без обязательной ежегодной вакцинации против бешенства постановлением Североморского межрегионального управления Россельхознадзора от 27 октября 2021 г. № *** ответчик признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 10.6 КоАП РФ.

Разрешая спор, суд первой инстанции, учитывая, что в ходе судебного разбирательства не нашли подтверждения доказательства наличия вины ответчика в причинении вреда здоровью истца, а также противоправности действий ответчика, пришел к выводу об отсутствии оснований для возложения на нее обязанности по возмещению истцу морального вреда, а также расходов на лечение и проезд в лечебное учреждение.

С данным выводом судебная коллегия согласиться не может.

Согласно ст. 137 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) к животным применяются общие правила об имуществе постольку, поскольку законом или иными правовыми актами не установлено другое.

В силу положений ст. 210 ГК РФ собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Пунктом 2 ст. 2 ГК РФ установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Согласно п. 1 ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).

В п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В п. 12 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации разъяснено, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда.

Потерпевший – истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (ч. 2 ст. 1064 ГК РФ).

В п. 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями – страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п. 25 вышеназванного постановления также разъяснил, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из ст.ст. 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (п. 26 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации).

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, моральный вред – это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен.

Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинная связь между наступившим вредом и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

Гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если не докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности ст. 1100 ГК РФ.

Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда влечет наступление негативных последствий в виде физических и нравственных страданий потерпевшего. При этом закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим моральным вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить моральный вред только прямую причинную связь.

Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий – если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Применительно к спорным отношениям в соответствии с действующим правовым регулированием ответчик должна доказать отсутствие своей вины в причинении морального вреда ФИО1, которой, как она утверждает, причинен вред здоровью в результате укуса собаки, принадлежащей ФИО2

Ответчик в нарушение требований ст. 1064 ГК РФ в ходе рассмотрения дела ничем не опровергла установленную законом презумпцию своей вины, как причинителя вреда.

Разрешая спор, суд принял во внимание, что ФИО1 07 сентября 2021 г. около 17 часов 30 минут, зная о наличии у ответчика собаки, слыша ее лай и, несмотря на это, подойдя к калитке ответчика, начала ее открывать, продолжила движение на участок ответчика, в результате чего последовало нападение собаки и укус.

При этом сторонами не оспаривается, что 07 сентября 2021 г. ответчик истца не приглашала, посетить ответчика истец решила самостоятельно.

Истец пояснила, что намеревалась обратиться к ответчику по вопросу работы приборов учета электроэнергии, она подошла к калитке забора дома, принадлежащего ответчику, и при входе на территорию земельного участка ее покусала собака.

Иных доказательств, свидетельствующих о противоправном поведении истца, материалы дела не содержат.

Отказывая в удовлетворении исковых требований по мотиву недоказанности наличия совокупности условий, позволяющих привлечь ответчика к ответственности, в частности вины в причинении вреда здоровью истца, а также противоправности действий ответчика, суд также указал, что собака находилась на цепи на территории земельного участка, находящегося в пользовании у ответчика, в условиях, исключающих её свободный выгул за пределами участка, на заборе имелась преграждающая надпись, участок полностью огорожен, калитка была закрыта, истец знала, что на участке находится собака, разрешения проходить на участок ответчик не давала.

При этом суд не учел, что в соответствии с положениями ст. 1083 ГК РФ, возмещению не подлежит только вред, возникший вследствие умысла самого потерпевшего. Если же его грубая неосторожность содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. Между тем, при причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

По смыслу приведенных норм, в отсутствие доказательств умысла истца, причиненный вред здоровью ФИО1 подлежал возмещению. При определении размера возмещения вреда и компенсации морального вреда могут быть учтены как обстоятельства, при которых причинен вред, так и грубая неосторожность потерпевшей, если таковая найдет свое подтверждение при рассмотрении дела.

Кроме того, делая вывод о том, что собака находилась во дворе дома, что исключает вину ответчика в причинении вреда истцу, судом не учтено, что в соответствии с положениями п. 2 ст. 209 ГК РФ собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц.

Таким образом, содержание животного должно быть организовано таким образом, чтобы оно не причинило вред другому лицу. В данном случае только констатация факта нахождения на поводке собаки в отсутствие доказательств отсутствия вины собственника в причинении вреда и при установленных фактических обстоятельств нападения собаки при входе в калитку, выводы суда об отказе в иске в полном объеме нельзя признать обоснованными.

Поскольку материалами дела бесспорно подтверждается, что в связи с укусом собаки, принадлежащей ответчику, здоровью истца причинён вред ***, и истец не совершила умышленных действий, в результате которых собака напала на нее, требования о взыскании в её пользу денежной компенсации морального вреда подлежали удовлетворению.

Материалами дела подтверждается, что 07 сентября 2021 г. истец бригадой скорой помощи была доставлена в ФИО4 с укушенной раной ***, проходила лечение до 13 сентября 2021 г. амбулаторно у врача-***.

15 сентября 2021 г. истец обратилась на прием к травматологу в ФИО5 с жалобами на укушенные раны ***, ей выполнена перевязка, наложена асептическая повязка, рекомендованы перевязки, медикаментозное лечение *** 3 раза в день, назначена явка на 17 сентября 2021 г.

На приеме у врача травматолога 17 сентября 2021 г. истцу также выполнена перевязка, наложена асептическая повязка, рекомендованы перевязки с *** и ***, медикаментозное лечение *** 3 раза в день, назначена явка на 20 сентября 2021 г.

20 сентября 2021 г. истец на приеме у врача травматолога жаловалась на боли в ***, истцу выполнен туалет раны, наложена повязка с ***, рекомендован препарат ***, назначена явка по состоянию.

Последний прием истца у врача *** ФИО5 проведен 11 октября 2021 г., истцу также выполнен туалет раны, наложена повязка с ***, рекомендовано продолжение лечения.

Доказательств обращения истца за медицинской помощью в связи с полученной 07 сентября 2021 г. в результате укуса собаки раной после 11 октября 2021 г. материалы дела не содержат. Доводы о том, что после окончания амбулаторного лечения в условиях поликлиники истец еще длительное время лечилась в домашних условиях, и такое лечение ей требовалось объективно, достоверными доказательствами не подтверждены.

При определении размера подлежащей взысканию в пользу истца компенсации морального вреда судебная коллегия, с учетом приведенных ранее правовых норм, разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, а также установленных обстоятельств, полагает необходимым учесть и поведение самой потерпевшей, которая, как указывалось ранее, продолжила движение на земельный участок ответчика, зная о наличии там собаки и слыша её лай, не отказалась от своего намерения встретиться с ответчиком на принадлежащей ей придомовой территории, чем спровоцировала нападение собаки, не проявила должной осмотрительности и осторожности, в то время как исходя из принципа разумности действий участников гражданских правоотношений, должна была и могла сделать это.

Кроме того, в соответствии с положениями п. 3 ст. 1083 ГК РФ суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

Ответчик, ссылаясь на свое тяжелое материальное положение и заявляя о том, что взыскание с нее компенсации морального вреда в заявленном истцом размере поставит ее в безвыходное положение, указывает, что имеет хроническое заболевание – ***, в октябре 2024 г. перенесла ***. Указанные заболевания, наличие которых подтверждается представленными в материалы дела медицинскими документами, препятствуют ей полноценно вести трудовую деятельность, требуют приобретения лекарственных препаратов.

Согласно представленной в материалы дела справке формы 2-НДФЛ доход ответчика до удержания налога за 12 месяцев 2024 г. составил 374 348 руб. 21 коп., за 2025 г. – 455 475 руб. 19 коп.

Также судебная коллегия считает необходимым обратить внимание на поведение ответчика, имевшего место после произошедшего события, в частности добровольную выплату в счет компенсации за причиненные моральные страдания суммы в размере 1 500 руб.

Принимая во внимание конкретные обстоятельства дела, характер причиненных истцу физических повреждений (укушенные раны ***) и нравственных страданий, её возраст (на момент причинения травмы истцу было ***), очевидно испытанные ею боль и стресс от укуса собаки, а также испуг от её нападения, *** степень тяжести причиненного здоровью истца вреда, продолжительность периода амбулаторного лечения (с 07 сентября по 11 октября 2021 г.), на протяжении которого она также испытывала болезненность в ***, однако учитывая общее улучшение состояния здоровья истца, что зафиксировано в медицинских документах, отсутствие осложнений, наличие в действиях истца признаков грубой неосторожности, а также материальное положение ответчика, судебная коллегия считает, что причинённый истцу моральный вред подлежит компенсации в сумме 20 000 руб. Поскольку в добровольном порядке ответчик выплатила истцу сумму в размере 1 500 руб., в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда в сумме 18 500 руб.

Указанная сумма с учетом всех обстоятельств дела, по мнению судебной коллегии, носит действительно компенсационный характер, соответствует принципами разумности и справедливости, соблюдению баланса интересов обеих сторон, но при этом не приводит к неосновательному обогащению потерпевшей.

Пунктом 1 ст. 1085 ГК РФ предусмотрено, что при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

В подп. «б» п. 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что в объем возмещаемого вреда, причиненного здоровью, включаются расходы на лечение и иные дополнительные расходы (расходы на дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии и т.п.). Судам следует иметь в виду, что расходы на лечение и иные дополнительные расходы подлежат возмещению причинителем вреда, если будет установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение. Однако если потерпевший, нуждающийся в указанных видах помощи и имеющий право на их бесплатное получение, фактически был лишен возможности получить такую помощь качественно и своевременно, суд вправе удовлетворить исковые требования потерпевшего о взыскании с ответчика фактически понесенных им расходов.

Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что в случае причинения вреда здоровью гражданина расходы на его лечение и иные понесенные им дополнительные расходы, вызванные повреждением здоровья, подлежат возмещению такому гражданину (потерпевшему) причинителем вреда или иным лицом, на которого в силу закона возложена такая обязанность, при одновременном наличии следующих условий: нуждаемости потерпевшего в этих видах помощи и ухода, отсутствии права на их бесплатное получение, наличии причинно-следственной связи между нуждаемостью потерпевшего в конкретных видах медицинской помощи и ухода и причиненным его здоровью вредом. При доказанности потерпевшим, имеющим право на бесплатное получение необходимых ему в связи с причинением вреда здоровью видов помощи и ухода, факта невозможности получения такого рода помощи качественно и своевременно на лицо, виновное в причинении вреда здоровью, или на лицо, которое в силу закона несет ответственность за вред, причиненный здоровью потерпевшего, может быть возложена обязанность по компенсации такому потерпевшему фактически понесенных им расходов.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались (ч. 2 ст. 56 ГПК РФ).

Таким образом, к обстоятельствам, имеющим значение для правильного разрешения спора об объеме подлежащих возмещению потерпевшему расходов на его лечение и иных понесенных им дополнительных расходов в связи с причинением вреда его здоровью, обязанность доказать которые законом возложена на истца (потерпевшего), относятся: наличие расходов на лечение и иных дополнительных расходов, связанных с восстановлением здоровья, отсутствие права на бесплатное получение этих видов медицинской помощи либо невозможность их получения качественно и в срок, а также наличие причинно-следственной связи между понесенными потерпевшим расходами и вредом, причиненным его здоровью.

Истцом заявлено требование о взыскании в её пользу с ответчика расходов на приобретение лекарственных препаратов, проведение судебно-медицинского освидетельствования и проезд в поликлинику на общую сумму 53 432 руб. 83 коп.

Сведениями из медицинской амбулаторной карты ФИО1 подтверждается, что для лечения укушенной раны *** ей были рекомендованы перевязки, в том числе с *** и ***, препарат ***, а также назначен *** 3 раза в день, выписан рецепт. Сведений о том, что данные медицинские препараты истцу были назначены бесплатно, в материалы дела не представлено.

В подтверждение приобретения назначенных лечащим врачом препаратов истцом в материалы дела представлены товарные и кассовые чеки от 08 октября 2021 г. на сумму 59 руб. 70 коп. (марлевые салфетки), от 15 сентября 2021 г. на сумму 417 руб. (***), от 25 октября 2021 г. на сумму 89 руб. (бинт марлевый стерильный, салфетки марлевые стерильные), от 07 октября 2021 г. на сумму 3 151 руб. 90 коп. (повязка ***), от 28 сентября 2021 г. на сумму 19 руб. 90 коп. (салфетки марлевые стерильные), от 09 ноября 2021 г. на сумму 106 руб. 93 коп. (салфетки марлевые стерильные, бинт стерильный), от 28 сентября 2021 г. на сумму 70 руб. 96 коп. (салфетки марлевые стерильные), всего на сумму 3 915 руб. 39 коп.

Расходы на приобретение иных лекарственных препаратов (*** и пр.) не могут быть взысканы с ответчика, поскольку доказательств назначения истцу указанных препаратов материалы дела не содержат, представленные чеки на приобретение указанных препаратов не отвечают признакам относимости к рассматриваемому спору. Судебная коллегия не усматривает оснований и для взыскания в пользу истца расходов, несение которых подтверждается представленными ею выписками со счета своей дебетовой карты, поскольку данные документы не содержат сведений ни о приобретенном препарате, ни о том, что такой препарат был истцу назначен для лечения полученных ран. Более того, указанная выписка содержит сведения о совершенных истцом расходных операциях в период с 2021 г. по 2023 г. включительно, в то время как доказательств необходимости продолжения истцом лечения после октября 2021 г. материалы дела, как указывалось ранее, не содержат.

На основании договора от 15 октября 2021 г., заключенного с ФИО4 истцу оказана услуга по проведению судебно-медицинского освидетельствования, по результатам составлен акт № *** от 15 октября 2021 г., согласно выводам которого выявленные у истца раны от укуса собаки, как по отдельности, так и в совокупности оценены как вред здоровью ***.

Расходы истца по указанному договору, которые составили 881 руб., подлежат взысканию с ответчика, поскольку необходимость их несения обусловлена полученной истцом по вине ответчика травмы.

Учитывая, что по сведениям из медицинской карты ФИО1 приемы у врача *** имели место, как указывалось ранее, 15, 17 и 20 сентября 2021 г., 11 октября 2021 г., а 15 октября 2021 г. истец прошла медицинское освидетельствование, судебная коллегия считает возможным взыскать в её пользу с ответчика расходы на проезд на автобусе в поликлинику и обратно, понесенные ею 11 и 15 октября 2021 г. на общую сумму 120 руб.

Доказательств, подтверждающих связь понесенных расходов на проезд 27, 29 сентября, 01, 05, 08, 14 и 18 октября 2021 г. с необходимостью явки в лечебное учреждение, истцом суду не представлено, в указанные дни, как следует из медицинской карты ФИО1, приемов у врача не было.

При этом судебной коллегией истцу разъяснено бремя доказывания указанных обстоятельств, в частности, необходимости приобретения лекарственных препаратов, расходы на которые заявлены к взысканию, как и необходимости несения расходов на проезд, их относимости к рассматриваемому спору.

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности, эффективность правосудия по гражданским делам обуславливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделение равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности. То есть, стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или несовершения процессуальных действий. Доказательственная деятельность в первую очередь связана с поведением сторон, процессуальная активность которых по доказыванию ограничена исключительно процессуальными правилами об относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств (ст.ст. 56, 59, 60, 67 ГПК РФ). В случае процессуального бездействия стороны в части представления в обоснование своих требований и возражений доказательств, отвечающих требованиям процессуального закона, такая сторона самостоятельно несет неблагоприятные последствия своего пассивного поведения.

Учитывая изложенное, обжалуемое решение подлежит отмене с принятием нового решения о частичном удовлетворении исковых требований. В пользу истца с ответчика подлежит взысканию компенсация морального вреда в сумме 18 500 руб., расходы на лечение в сумме 4 796 руб. 39 коп. (3 915 руб. 39 коп. + 881 руб.), и на проезд в лечебное учреждение в сумме 120 руб.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Истец при подаче настоящего иска в соответствии с подп. 3 п. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) была освобождена от оплаты государственной пошлины.

Следовательно, в пользу местного бюджета с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 7 000 руб. (4 000 руб. за требование имущественного характера и 3 000 руб. за требование о компенсации морального вреда), истец вправе в порядке, установленном ст. 93 ГПК РФ, п. 1 ст. 333.40 НК РФ, обратиться с заявлением о возврате излишне уплаченной государственной пошлины.

Руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Северодвинского городского суда Архангельской области от 27 февраля 2025 г. отменить, принять по делу новое решение, которым исковые требования ФИО1 к ФИО2 о взыскании расходов на лечение, проезд в лечебное учреждение, компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 (паспорт ***) в пользу ФИО1 (паспорт ***) расходы на лечение в сумме 4 796 руб. 39 коп., на проезд в лечебное учреждение в сумме 120 руб., компенсацию морального вреда 18 500 руб.

Взыскать с ФИО2 (паспорт ***) в доход местного бюджета государственную пошлину 7 000 руб.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 в остальной части отказать.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 19 января 2026 г.

Председательствующий

Е.М. Бланару

Судьи

Е.А. Горишевская

Р.С. Сафонов