Решение № 2-3321/2019 2-3321/2019~М-2500/2019 М-2500/2019 от 12 декабря 2019 г. по делу № 2-3321/2019

Гражданское дело № 2-3321/19 (публиковать)


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Ижевск 13 декабря 2019 года

Первомайский районный суда г. Ижевска Удмуртской Республики в составе судьи Созонова А.А., при секретаре Александровой И.А., прокуроре Васильченко С.С., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Бюджетному учреждению Удмуртской Республики «Центр кадастровой оценки и технической инвентаризации недвижимого имущества» о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, денежной компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец обратилась в суд с иском к ответчику о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда. Из текста искового заявления следует, что истец состояла в трудовых отношениях с БУ УР «ЦКО БТИ» с <дата> в должности <данные скрыты>. <дата> приказом № ответчик в одностороннем порядке прекратил действие трудового договора и уволил истца с формулировкой: «Сокращение численности или штата работников организации, пункт 2 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации». Истец считает увольнение незаконным по следующим основаниям. Ответчик фактически не проводил сокращение численности или штата работников, поскольку отсутствуют доказательства проведения мероприятий по сокращению. Фактически действия ответчика следует расценивать, как мероприятия направленные исключительно на прекращение трудовых отношений именно с истцом, как с неугодным (нежелательным) работником. С момента уведомления о сокращении (<дата>) до момента увольнения (<дата>) истцу было предложена лишь должность уборщика служебных помещений 0,1 ставки, которая на тот момент не была вакантной. Данную ставку занимала ФИО10 Согласно выписки из Единого государственного реестра юридических лиц, помимо основного офиса, Ответчик имеет 8 филиалов в разных районах Удмуртской Республики. Очевидно, что специалисты квалификации истца были востребованы за период с момента уведомления истца, до момента прекращения трудовых отношений. Однако истцу не поступало предложений занять какую-либо должность. У истца на иждивении пятеро детей. При принятии решения о сокращении данное обстоятельство не было учтено Ответчиком. В штате Ответчика имеются так называемы «декретные» ставки, где должности временно (на период нахождения в отпуске по беременности и родам) вакантны, т.е. не заняты, либо заняты сотрудниками устроенными временно, на период декретного отпуска. Данные ставки истцу также не были предложены Ответчиком. С момента уведомления истца о сокращении до расторжения трудового договора, истец не была ознакомлена с утвержденным штатным расписанием Ответчика. Данное обстоятельство свидетельствует о том, что работодатель намеренно скрывал вакантные должности, что еще раз свидетельствует о том, что со стороны работодателя мероприятия по сокращению истца велись скрытно, т.е. без намерения сократить занимаемую истцом должность <данные скрыты>. Более того, на официальном сайте Ответчика в сети Интернет по адресу: http://www.udmbti.ru/index.php/ob-uchrezhdenii/vakansii опубликована информация об открытых вакансиях, которые истцу также не были предложены. Все вышеизложенные обстоятельства свидетельствуют о незаконности увольнения. Согласно ч. 4 ст. 3 Трудового кодекса РФ лица, считающие, что они подверглись дискриминации в сфере труда, вправе обратиться в суд с заявлением о восстановлении нарушенных прав, возмещении материального вреда и компенсации морального вреда. Лишившись работы, истец испытывала душевные и нравственные страдания. У истца на иждивении пятеро детей. Истец переживала за то, на что будет их кормить и одевать. Из-за продолжительных переживаний по поводу потери работы, истец попала в больницу. С учетом изложенного истец просит:

1. Признать увольнение незаконным, восстановить ФИО1 на работе в БУ УР «ЦКО БТИ» в должности <данные скрыты>

2. Взыскать с БУ УР «ЦКО БТИ» в пользу ФИО1 средний заработок за время вынужденного прогула начиная с <дата> по день фактического восстановления на работе.

3. Взыскать компенсацию морального вреда в сумме 100 000 рублей.

В судебном заседании:

- истец ФИО1 настояла на заявленных требованиях, ссылаясь на доводы, изложенные в исковом заявлении. Дополнительно пояснила, что имеет на иждивении четверо несовершеннолетних детей: ФИО3, <дата> года рождения, ФИО4, <дата> года рождения, ФИО5, <дата> года рождения, ФИО6, <дата> года рождения, и совершеннолетнего (на день рассмотрения дела) сына ФИО7, <дата> года рождения. Отцом ФИО3, ФИО4, ФИО5 С., ФИО2 С. Является ФИО8, брак с которым расторгнут решением мирового судьи судебного участка Каракулинского района Удмуртской Республики от <дата>. Бывший супруг добровольно предоставляет деньги на содержание детей. Суд по алиментам решения не выносил. Претензий к бывшему супругу по алиментам нет. С детьми бывший муж общается и участвует в их воспитании. Отец ФИО7 умер, но до 18 лет истец получала пособие по потере кормильца. В настоящее время работает в ООО «Кадастровый центр» кадастровым инженером. Это основное место работы с полным рабочим днем.

- представитель истца ФИО9, действовавший на основании доверенности, требования истца поддержал. Дополнительно пояснил, что ответчиком при увольнении истца не соблюдены требования ст. 179 ТК РФ, согласно которой при сокращении численности или штата работников преимущественное право на оставление на работе предоставляется работникам с более высокой производительностью труда и квалификацией. Трудовую деятельность в структуре ответчика ФИО1 осуществляла с <дата> На момент увольнения в структуре каракулинского отделения по мимо ФИО1 работала техник по инвентаризации ФИО10. Техник ФИО18 имеет стаж работы меньше, чем ФИО1 Кроме того у ФИО18 в семье 3 ребенка в семье, тогда как в семье ФИО1 - 5 несовершеннолетних детей. Ответчик не проводил мероприятий, направленных на определение преимущественного права оставления на работе при осуществлении сокращения. Кроме того, после расторжения трудового договора с ФИО1 в каракулинское отделение Сарaпульского филиала БУ УР «ЦКО БТИ» на работу принята ФИО11, которая фактически исполняет трудовые обязанности, которые ранее исполняла ФИО1 Иными словами у ответчика сохранялась потребность в работе определенного рода и объема. При таких обстоятельствах имеет место не сокращение численности или штата, а изменение определенных сторонами условий трудового договора. Следовательно, оснований для увольнения истца по п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ не было.

- представители ответчика (БУ УР «ЦКО БТИ») ФИО12, действовавшая на основании доверенности, требования истца не признала, представила письменное возражение на исковое заявление истца, согласно которого работодателем расторжение трудового договора с работником ФИО1 по пункту 2 части 1 статьи 81 ТК РФ произведено с соблюдением установленной ТК РФ процедуры увольнения и гарантий, предусмотренных ТК РФ при сокращении штата работников организации. На основании изложенного, просит суд в удовлетворении исковых требований истца отказать в полном объёме.

- ст. помощник прокурора Васильченко С.С. дала заключение, согласно которого требования истца считает не обоснованными и не подлежащими удовлетворению.

Суд, выслушав мнение сторон, исследовав материалы дела, пришел к следующим выводам.

Согласно статье 22 Трудового кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ТК РФ), работодатель имеет право заключать, изменять и расторгать трудовые договоры с работниками в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 81 ТК РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае сокращения численности или штата работников организации, индивидуального предпринимателя.

Так, из содержания ст.ст. 81, 82, 179, 180 и 373 Трудового кодекса РФ, а также положений п. 29 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» следует, что увольнение в связи с сокращением штата работников является правомерным при совокупном наличии следующих обстоятельств:

-сокращение штата работников является реальным;

-при сокращении работника соблюдено преимущественное право оставления на работе;

-работник персонально и под расписку предупрежден о предстоящем увольнении не менее чем за 2 месяца до увольнения;

-работник отказался от предложенной ему работодателем работы (как вакантной должности или работы, соответствующей квалификации работника, так и вакантной нижестоящей должности или нижеоплачиваемой работы), или в организации отсутствовали соответствующие вакансии;

-увольнение работника произведено не в период его пребывания в отпуске или в состоянии временной нетрудоспособности;

-приказ об увольнении работника должен быть подписан уполномоченным на то должностным лицом;

-увольнение работника произведено с учетом мотивированного мнения выборного органа первичной профсоюзной организации.

При этом необходимо иметь в виду, что не допускается увольнение работника (за исключением случая ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем) в период его временной нетрудоспособности и в период пребывания в отпуске (часть шестая статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации); беременных женщин (за исключением случая ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем), а также женщин, имеющих детей в возрасте до трех лет, одиноких матерей, воспитывающих ребенка в возрасте до четырнадцати лет (ребенка-инвалида - до восемнадцати лет), других лиц, воспитывающих указанных детей без матери, за исключением увольнения по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 5 - 8, 10 или 11 части первой статьи 81 или пунктом 2 статьи 336 Трудового кодекса Российской Федерации (статья 261 Трудового кодекса Российской Федерации) (подпункт «а» пункта 23 Постановления).

Исходя из того, что расторжение трудового договора по п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ производится по инициативе работодателя, именно он в силу п. 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 2 от 17.03.2004 года «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» обязан доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения.

Основанием для увольнения работника по п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ является сокращение численности или штата работников организации. В данном случае работодатель обязан доказать действительность (реальность) сокращения, что подтверждается совокупностью двух обстоятельств – изданием приказа о сокращении и новым штатным расписанием, в котором на дату увольнения работника (или ранее) отсутствует должность увольняемого работника или уменьшено количество штатных единиц по должности.

Данный вывод следует из требований постановления Государственного комитета РФ по статистике № 1 от 05 января 2004 года «Об утверждении унифицированных форм первичной учетной документации по учету труда и его оплаты», в частности, из содержания приведенной в нем формы № Т-3 (штатное расписание) и Указаний по применению и заполнению форм первичной учетной документации по учету труда и его оплаты.

Так, согласно названным Указаниям, изменения в штатное расписание вносятся в соответствии с приказом (распоряжением) руководителя организации или уполномоченного им на это лица.

Следовательно, приказ о сокращении той или иной должности не свидетельствует о реальности сокращения, если он не исполнен, то есть если не изменено само штатное расписание, в котором на дату увольнения или ранее сокращаемая должность должна отсутствовать.

В силу п. 2 постановления Государственного комитета РФ по статистике № 1 от 05 января 2004 года унифицированные формы первичной учетной документации, указанные в п. 1.1 постановления, к числу которых относится и форма № Т-3 (штатное расписание), распространяются на организации независимо от формы собственности, осуществляющие деятельность на территории Российской Федерации.

Таким образом, из смысла приведенных выше норм действующего трудового законодательства следует, что право определять численность и штат работников принадлежит работодателю.

Реализуя закрепленные Конституцией Российской Федерации (статья 34 часть 1; статья 35 часть 2) права, работодатель в целях осуществления эффективной экономической деятельности и рационального управления имуществом вправе самостоятельно, под свою ответственность принимать необходимые кадровые решения (подбор, расстановка, увольнение персонала), обеспечивая при этом в соответствии с требованиями статьи 37 Конституции Российской Федерации закрепленные трудовым законодательством гарантии трудовых прав работников.

Принятие решения об изменении структуры, штатного расписания, численного состава работников организации относится к исключительной компетенции работодателя, который вправе расторгнуть трудовой договор с работником в связи с сокращением численности или штата работников организации при условии соблюдения установленного порядка увольнения и гарантий, направленных против произвольного увольнения.

В судебном заседании установлено, что согласно Устава Бюджетного учреждения Удмуртской Республики «Центр кадастровой оценки и технической инвентаризации недвижимого имущества» (далее по тексту также – БУ УР «ЦКО БТИ») создано в соответствии с распоряжением Правительства Удмуртской Республики от <дата> №-р, является правопреемником государственного унитарного предприятия Удмуртской Республики «Удмуртский Республиканский центр технической инвентаризации недвижимого имущества» (п. 1.1.). Учредителем Учреждения является Удмуртская Республика. Функции и полномочия Учредителя Учреждения осуществляет Министерство имущественных отношений Удмуртской Республики (п. 1.3.). Учреждение является юридическим лицом (п. 1.5.). Учреждение имеет филиалы (п. 1.14.), в том числе Сарапульский филиал бюджетного учреждения Удмуртской Республики «Центр кадастровой оценки и технической инвентаризации недвижимого имущества» (почтовый адрес: Удмуртская Республика, <адрес>).

В судебном заседании установлено, что согласно Положения о Сарапульском филиале бюджетного учреждения Удмуртской Республики «Центр кадастровой оценки и технической инвентаризации недвижимого имущества» (далее по тексту также – БУ УР «ЦКО БТИ») филиал не является юридическим лицом (п. 1.6.). Филиал является обособленным подразделением Учреждения, расположенным вне места его нахождения и осуществляет функции Учреждения на территории <адрес> (п. 1.7.).

Судом установлено, что на основании приказа № от <дата> директора Сарапульского филиала ГУП «Удмурттехинвентаризация» истец принята на работу на должность составителя описи объектов Каракулинского отделения ГУП «Удмурттехинвентаризация» с <дата>.

Трудовой договор № от <дата> был заключен с истцом на неопределенный срок (п. 1.2.).

<дата> между сторонами по настоящему гражданскому делу было заключено соглашение об изменении и дополнении к трудовому договору, согласно которого истец переведена на должность техника технической инвентаризации с <дата> (п. 1).

<дата> между сторонами по настоящему гражданскому делу было заключено соглашение к трудовому договору, согласно которого истец переведена на работу в Каракулинское отделение бюджетного учреждения Удмуртской Республики «Центр кадастровой оценки и технической инвентаризации недвижимого имущества» на должность <данные скрыты> с <дата> (п. 1).

В соответствии с Уставом ответчика (п. 6.2.) руководитель Учреждения действует от имени Учреждения без доверенности, добросовестно и разумно представляет его интересы на территории Российской Федерации и за её пределами, в том числе, составляет штатное расписание Учреждения и регламентирующие деятельность Учреждения внутренние документы, в пределах своей компетенции издаёт приказы и другие акты, осуществляет права и несет обязанности работодателя для работников Учреждения.

Приказом директора Бюджетного учреждения Удмуртской Республики «Центр кадастровой оценки и технической инвентаризации недвижимого имущества» № от <дата> в целях оптимизации расходов учреждения принято решение (п. 1) об исключении с <дата> из штатного расписания Каракулинского отделения БУ УР «ЦКО БТИ» следующих должностей:

1. Руководителя группы инвентаризации строений и сооружений;

2. Инженера по инвентаризации строений и сооружений 1 категории.

Суд отмечает, что должность <данные скрыты> Каракулинского отделения БУ УР «ЦКО БТИ» в штатном расписании ответчика (по состоянию на <дата>), на момент проведения организационно-штатных мероприятий, была единственной.

<дата> истцу было вручено уведомление о предстоящем увольнении <дата> по п. 2 части 1 ст. 81 ТК РФ, о чем в указанном уведомлении имеется собственноручная подпись истца.

На момент принятия решения о сокращении должностей действовало штатное расписание организации, утвержденное <дата> на период с <дата>, в соответствии с которым в Учреждении работало <данные скрыты> единиц, в Каракулинском отделении – <данные скрыты>. Новое штатное расписание было согласовано и утверждено приказом директора учреждения № от <дата> и введено с <дата> с указанием <данные скрыты> единиц, в, том числе, в Каракулинском отделении – <данные скрыты>

<дата> истцу вручено уведомление о наличии одной вакантной должности от <дата>, работу по которой истец могла выполнять с учетом имеющейся у неё квалификации и состоянии здоровья.

Согласия на перевод на имеющуюся вакантную должность истец не дала.

Приказом ответчика №-л/с от <дата> истец уволена по инициативе работодателя в связи с сокращением численности или штата работников организации по п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ<дата>. Основание: приказ о сокращении штата от <дата> №, уведомление о проведении мероприятий по сокращению штата работников Каракулинского отделения от <дата> №, уведомление о наличии вакантных должностей от <дата>.

Судом установлено, что истец имеет на иждивении четверо несовершеннолетних детей: ФИО3, <дата> года рождения, ФИО4, <дата> года рождения, ФИО5, <дата> года рождения, ФИО6, <дата> года рождения, и совершеннолетнего (на день рассмотрения дела) сына ФИО7, <дата> года рождения. Отцом ФИО3, ФИО4, ФИО5 С., ФИО2 С. является ФИО8, брак с которым расторгнут решением мирового судьи судебного участка Каракулинского района Удмуртской Республики от <дата>.

В судебном заседании истец отказалась давать пояснение на вопрос суда, о том, проживает ли она совместно с бывшим супругом. Вместе с тем истец указала, что бывший супруг добровольно предоставляет деньги на содержание детей. Суд по алиментам решения не выносил. Претензий к бывшему супругу по алиментам у истца нет. С детьми бывший супруг общается и участвует в их воспитании. Отец ФИО7 умер, но до 18 лет истец получала пособие по потере кормильца. В настоящее время работает в ООО «Кадастровый центр» кадастровым инженером. Это основное место работы с полным рабочим днем.

Истец отказать пояснить в судебном заседании о том, работала ли она в ином месте работы на момент увольнения ответчиком.

Однако, в судебном заседании представителем ответчика была представлена суду копия трудового договора № от <дата> заключенного между ООО «Удмуртземпроект» и ФИО1 (истцом по делу) согласно которого истец была принята на работу в ООО «Удмуртземпроект» на должность кадастрового инженера с <дата> по <дата>, по совместительству (п. 1.1.- 1.4.).

В судебном заседании установлено, что истец не относится к категории работников имеющих ребенка в возрасте до трех лет, не является одинокой матерью, воспитывающей ребенка-инвалида в возрасте до восемнадцати лет или малолетнего ребенка - ребенка в возрасте до четырнадцати лет, с другим лицом, воспитывающим указанных детей без матери, с родителем (иным законным представителем ребенка), являющимся единственным кормильцем ребенка-инвалида в возрасте до восемнадцати лет либо единственным кормильцем ребенка в возрасте до трех лет в семье, воспитывающей трех и более малолетних детей, если другой родитель (иной законный представитель ребенка) не состоит в трудовых отношениях, следовательно, на истца не распространяются гарантии, предусмотренные статьей 261 Трудового кодекса Российской Федерации.

При этом суд отмечает, что официального определения понятия одинокой матери, равно как и лица, воспитывающего ребенка без матери, не содержится ни в Трудовом кодексе Российской Федерации, ни в иных федеральных законах.

Согласно разъяснениям, указанным в ответе на вопрос 6 Обзора законодательства и судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за первый квартал 2010 года, утвержденного Постановлением Президиума Верховного суда Российской Федерации от <дата>, при предшествовавшем регулировании в области социальной защиты материнства и детства общепризнанным считалось понятие одинокой матери как не состоящей в браке, если в свидетельствах о рождении детей запись об отце ребенка отсутствует или эта запись произведена в установленном порядке по указанию матери (при сохранении права на получение установленных выплат в случае вступления одинокой матери в брак). При этом наравне с такими матерями соответствующие денежные выплаты назначались женщинам, не состоящим в браке, записанным в качестве матерей усыновленных ими детей, а в отдельные периоды - также вдовам и вдовцам, имеющим детей и не получающим на них пенсию по случаю потери кормильца или социальную пенсию (например, п. 3 Постановления Совета Министров СССР от <дата> N 659 "Об утверждении Положения о порядке назначения и выплаты пособий беременным женщинам, многодетным и одиноким матерям" и п. 8 названного Положения, п. 4 Временного положения о порядке назначения и выплаты единовременного пособия при рождении ребенка, единого ежемесячного пособия на детей, государственного пособия одиноким матерям, утвержденного Постановлением Совета Министров СССР от <дата> N 1177, п. 41 Положения о порядке назначения и выплаты государственных пособий гражданам, имеющим детей, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от <дата> N 883).

Кроме того, абзацем 2 пункта 28 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 января 2014 года № 1 «О применении законодательства, регулирующего труд женщин, лиц с семейными обязанностями и несовершеннолетних» определено, что к одиноким матерям по смыслу данной нормы может быть отнесена женщина, являющаяся единственным лицом, фактически осуществляющим родительские обязанности по воспитанию и развитию своих детей (родных или усыновленных) в соответствии с семейным и иным законодательством. Иными словами, это женщина, которая в силу ряда обстоятельств воспитывает своих детей без отца, например: отец ребенка умер, лишен родительских прав или ограничен в них, по состоянию здоровья не может лично воспитывать и содержать ребенка, отбывает наказание в учреждениях, исполняющих наказание в виде лишения свободы, уклоняется от воспитания детей или от защиты их прав и интересов, в иных ситуациях. Перечень таких обстоятельств является открытым.

Таким образом, по мнению суда, с учетом установленных по делу обстоятельств, и, в частности, пояснений истца, на истца не распространяются гарантии, предусмотренные статьей 261 Трудового кодекса Российской Федерации, в виду того, что на момент увольнения истца, она (истец) не имела ребенка в возрасте до трех лет, не являлась одинокой матерью, воспитывающей ребенка-инвалида в возрасте до восемнадцати лет или малолетнего ребенка - ребенка в возрасте до четырнадцати лет, с другим лицом, воспитывающим указанных детей без матери, с родителем (иным законным представителем ребенка), являющимся единственным кормильцем ребенка-инвалида в возрасте до восемнадцати лет либо единственным кормильцем ребенка в возрасте до трех лет в семье, воспитывающей трех и более малолетних детей, если другой родитель (иной законный представитель ребенка) не состоит в трудовых отношениях.

Указанные обстоятельства установлены из текста искового заявления, пояснений сторон, перечисленных материалов дела и сторонами в судебном заседании не оспаривались.

Требование истца о восстановлении на работе не подлежит удовлетворению по следующим основаниям: сокращение штата, в частности, одной штатной должности инженера по инвентаризации строений и сооружений 1 категории Каракулинского отделения БУ УР «ЦКО БТИ» является реальным; срок предупреждения о предстоящем увольнении работодателем соблюден; при увольнении истца преимущественное право оставления на работе работодателем не учитывалось в виду, что должность инженера по инвентаризации строений и сооружений 1 категории Каракулинского отделения БУ УР «ЦКО БТИ» в штатном расписании ответчика на момент проведения организационно-штатных мероприятий была одна; все вакантные должности на период начиная с момента предупреждения о предстоящем увольнении до момента увольнения истца работодателем истцу были предложены; работник от предложенной работы отказался; истец не являлся членом профсоюзной организации в виду отсутствия указанной организации у ответчика; на истца не распространяются гарантии, предусмотренные статьей 261 Трудового кодекса Российской Федерации.

С учетом установленных обстоятельств, суд не принимает во внимание доводы представителя истца о том, что при увольнении истца работодателем не соблюдены требования ст. 179 ТК РФ.

Не принимаются судом во внимание и пояснения представителя истца о том, что после расторжения трудового договора с ФИО1 в Каракулинское отделение Сарaпульского филиала БУ УР «ЦКО БТИ» на работу принята ФИО11, которая фактически исполняет трудовые обязанности, которые ранее исполняла ФИО1, в виду того, что стороной истца не представлено суду достаточно достоверных доказательств, подтверждающих указанные обстоятельства.

Напротив, представленные стороной ответчика документы, в частности, приказ о приёме работника на работу № л/с от <дата> свидетельствует о том, что ФИО11 принята на основное место работы в Каракулинское отделение БУ УР «ЦКО БТИ» на должность техника по инвентаризации строений и сооружений после увольнения <дата> (приказ № л/с от <дата>) с указанной должности ФИО10

При этом должностные обязанности инженера по инвентаризации строений и сооружений 1 категории и техника по инвентаризации строений и сооружений являются различными, что прямо следует из содержания представленных ответчиком должностных инструкций инженера по инвентаризации строений и сооружений 1 категории (утвержденной <дата>) и техника по инвентаризации строений и сооружений (утвержденной <дата>), что истцом в судебном заседании не оспаривалось.

Доводы представителя истца о том, ответчиком не были предложены истцу иные вакантные места (в иных отделениях ответчика) являются несостоятельными по следующим основаниям.

Согласно пункту 29 Постановления Пленума ВС РФ от 17.03.2004 года "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса РФ", в соответствии с частью третьей статьи 81 Кодекса увольнение работника в связи с сокращением численности или штата работников организации индивидуального предпринимателя допускается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. Судам следует иметь в виду, что работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. При решении вопроса о переводе работника на другую работу необходимо также учитывать реальную возможность работника выполнять предлагаемую ему работу с учетом его образования, квалификации, опыта работы.

Пунктом 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ разъясняется, что под другой местностью понимается местность за пределами административно-территориальных границ соответствующего населенного пункта.

Суд отмечает, что доказательств наличия вакантных мест у ответчика в данной местности (<адрес>) стороной истца суду не представлено и судом не установлено.

В судебном заседании установлено, что на момент увольнения (<дата>) истец не пребывала в отпуске или в состоянии временной нетрудоспособности.

Приказ об увольнении № л/с от <дата> подписан уполномоченным лицом – И.о. директора ФИО20, действовавшей на основании приказа Министерства имущественных отношений Удмуртской Республики №-ок от <дата>.

Таким образом, исходя из того, что:

- сокращение штата работников (в частности истца) в действительности имело место;

- истец отказалась от перевода на другую имеющуюся у работодателя работу, которую могла выполнять с учетом её состояния здоровья;

- истец не имела права преимущественного оставления на работе;

- истец предупреждена об увольнения работодателем персонально и под роспись не менее чем за два месяца до увольнения,

расторжение трудового договора с истцом произведено ответчиком правомерно. Порядок увольнения, предусмотренный статьей 180 ТК РФ, работодателем соблюден.

При указанных обстоятельствах требование истца признать увольнение незаконным, восстановить ФИО1 на работе в БУ УР «ЦКО БТИ» в должности <данные скрыты>, не основано на законе, а потому удовлетворению не подлежит.

Соответственно не подлежат удовлетворению и требования истца о взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда, в виду того, что указанные требования основаны на требовании истца о восстановлении на работе, в удовлетворении которого истцу отказано.

В соответствии с ч. 4 ст. 103 ГПК РФ в виду того, что обе стороны освобождены от уплаты судебных расходов, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, возмещаются за счет средств соответствующего бюджета.

С учетом изложенного не имеют значения иные доводы сторон и представленные ими доказательства.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Бюджетному учреждению Удмуртской Республики «Центр кадастровой оценки и технической инвентаризации недвижимого имущества» о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, денежной компенсации морального вреда, отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Удмуртской Республики (через Первомайский районный суд г. Ижевска) в течение месяца со дня изготовления мотивированной части решения.

Мотивированная часть решения изготовлена 09 января 2019 года.

Судья - ПОДПИСЬ

КОПИЯ ВЕРНА

Судья - А.А. Созонов