Апелляционное определение № 33-1680/2026 33-18032/2025 от 11 февраля 2026 г.

Дело №33-1680/2026 (33-18032/2025, №2-66/2025)

УИД: 66RS0004-01-2024-002863-58

Мотивированное
апелляционное определение изготовлено 12.02.2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 29.01.2026

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе: председательствующего Мартыновой Я.Н., судей Хазиевой Е.М. и Корякина М.В.,

при ведении протоколирования с использованием средств аудиозаписи помощником судьи Черных Н.Ю.

рассмотрела в апелляционном порядке в открытом судебном заседании гражданское дело по первоначальному исковому заявлению Акционерного общества «Страховое общество газовой промышленности» к ФИО1, ФИО2 в лице законного представителя ФИО1, о признании договора недействительным, применении последствий недействительности сделки,

встречному исковому заявлению ФИО1, действующей в своих интересах и интересах ФИО2, к Акционерному обществу «Страховое общество газовой промышленности» о взыскании страхового возмещения, убытков, компенсации морального вреда, неустойки, штрафа,

поступившее по апелляционным жалобам истца АО «СОГАЗ», ответчика ФИО1

на решение Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 07.05.2025.

Заслушав доклад судьи Корякина М.В., объяснения представителя истца ФИО3, ответчика ФИО1, ее представителя ФИО4, представителя третьего лица ФИО5, судебная коллегия

установила:

истец АО «СОГАЗ» обратился в суд с иском к ФИО1, действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетней дочери ТАВ, о признании недействительным договора ипотечного страхования, заключенного между АО «СОГАЗ» и ФИО6, применении последствий недействительности сделки. В обоснование исковых требований указано, что между АО «СОГАЗ» и ФИО6 заключен договор добровольного страхования от несчастных случае и болезней и страхования недвижимого имущества № 1323 IPU 000252 SR от 13.03.2023 (далее Договор страхования) в соответствии с Правилами комплексного ипотечного страхования № 156 от 30.01.2023 (далее Правила). По договору было застраховано заложенное имущество квартира, к страховым рискам отнесены смерть, инвалидность, сумму страховой премии по договору страхования составила 18417руб., которая оплачена страхователем полностью. Срок действия Договора страхования с 14.03.2023 по 13.01.2047, выгодоприобретателями являются в пределах денежных средств по кредитному Договору – АО «Банк Дом.РФ», а также наследники. <дата> ФИО6 скончался, причиной смерти послужило <...>. 17.01.2024 ФИО1 обратилась с заявлением на страховую выплату. Согласно приложенным к заявлению медицинским документам у ФИО6 за период с 01.01.2021 по 31.12.2021 были диагностированы <...> впервые выявленный 29.04.2021. Отмечено, что несмотря на диагностирование имеющихся заболеваний, задолго до заключения Договора страхования, ФИО6 при заключении Договора страхования об их наличии не уведомил истца, что в полном мере стороне истца не позволило оценить страховые риски, которые могли повлиять на размер исчисленной страховой премии. Кроме того, с учетом Клинических рекомендаций один из модифицирующих факторов развития <...>», соответственно между заболеванием <...> и «<...>» имеется причинно-следственная связь, от которого напрямую зависела вероятность наступления страхового события по риску «смерть застрахованного лица в результате заболевания», что являлось существенным условием при заключении договора. Страхователем заведомо не сообщено об имеющемся заболевании, о состоянии своего здоровья, что является основанием для признания Договора страхования недействительным.

С учетом изложенного, указано, что страхователем допущены нарушение существенных условий страхования, выразившееся в несообщении страховщику о диагностированных заболеваниях, которые увеличивали страховые риски, влияли на вероятность их наступления, в связи с чем просили признать договора страхования недействительным, применить последствия недействительности сделки, взыскать расходы по оплате государственной пошлины в размере 6000 руб.

Протокольным определением Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 06.05.2024 принято встречное исковое заявление ФИО1, действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетней дочери ТАВ, к АО «СОГАЗ» о взыскании с ответчика страхового возмещения, компенсации морального вреда, убытков, неустойки, штрафа.

В обоснование встречных исковых требований указано, что между АО «СОГАЗ» и ФИО6 был заключен Договор страхования. В период действия Договора Страхования наступил страховой случай – смерть ФИО6 от <...><...>. 17.01.2024 ФИО1 обратилась в АО «СОГАЗ» с заявлением о страховом случае, однако в выплате было отказано. Решение об отказе истец полагала незаконным. Доказательств наличия у ФИО6 умысла на введение в заблуждение страховщика не представлено, при этом страховщик не лишен был возможности запрашивать дополнительные сведения относительно состояния здоровья страхователя. Доказательств наличия причинно-следственной связи между наступлением смерти ФИО6 от «<...> и наличием у него при жизни «<...>», диагностированного менее чем за 2 года до наступления страхового риска не представлено.

Ввиду отсутствия правовых оснований для отказа в выплате страхового возмещения, истец по встречному иску просила взыскать с ответчика с учетом уточнений, принятых протокольным определением суда, с ответчика АО «СОГАЗ» в пользу АО «Банк. Дом РФ» страховое возмещение в размере 2058 974,25 руб., с ответчика АО «СОГАЗ» в пользу ФИО1, действующей в своих интересах и несовершеннолетней ТАА страховое возмещение в размере 35323,60 руб. (по 17 616,30 руб. в пользу каждого из истцов), компенсацию морального вреда в размере 100000 руб. (по 50000 руб. в пользу каждого из истцов), неустойку в размере 18 417 руб. (по 9 208,50 руб. в пользу каждого из истцов), проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 473 731,73 руб. (по 236 865,86 руб. в пользу каждого из истцов), штраф в размере 50% от присужденной сумму в пользу каждого из истцов, а также взыскать с АО «СОГАЗ» в пользу ФИО1 убытки в размере 413 756,60 руб.

Решением Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 07.05.2025 исковые требования АО «СОГАЗ» к ФИО1, ТАА в лице законного представителя ФИО1, о признании договора недействительным, применении последствий недействительности сделки – оставлены без удовлетворения.

Встречные исковые требования ФИО1, действующей в своих интересах и интересах ТАА, о взыскании страхового возмещения, убытков, компенсации морального вреда, неустойки, штрафа – удовлетворены частично, с АО «СОГАЗ» в пользу АО «Банк ДОМ.РФ» взысканы денежные средства в виде страхового возмещения в счет погашения задолженности по кредитному договору №0079-00223/ИКР-23РБ от 13.03.2023 по состоянию на 24.04.2025 в размере 2058974,25 руб.

С АО «СОГАЗ» в пользу ФИО1 взысканы денежные средства в счет страхового возмещения в размере 17616,30 руб., компенсация морального вреда в размере 20000 руб., неустойку в размере 3000 руб., убытки в размере 255984,01 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 236865,86 руб., штраф в размере 150000 руб.

С АО «СОГАЗ» в пользу ТАА в лице ФИО1 взысканы денежные средства в счет страхового возмещения в размере 17616,30 руб., компенсация морального вреда в размере 20000 руб., неустойку в размере 3000 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 236865,86 руб., штраф в размере 100000 руб. В удовлетворении остальных исковых требований - отказано. С АО «СОГАЗ» в доход бюджета взыскана государственная пошлина в размере 46 299 руб. (л.д. 47 – 61 т. 2).

Не согласившись с таким решением, истец АО «СОГАЗ» подал апелляционную жалобу, в которой просит отменить решение суда первой инстанции, постановить по делу новое решение об удовлетворении заявленного требования в полном объеме, в встречные требования – оставить без удовлетворения. По мнению апеллянта, страховщиком было доказано, что при заключении договора страхования ФИО6 представил заведомо ложные сведения о состоянии своего здоровья. Это имело существенное значение при определении степени страхового риска. На день заключения договора страхования (13.03.2023) и заполнения заявления-анкеты у страхователя имелось заболевание, о котором он не сообщил, и которое состоит в причинно-следственной связи с наступлением события (л.д.84-87 т. 2).

С решением суда также не согласилась, ответчик ФИО1, которая просит решение суда изменить в части размера убытков, неустойки и штрафа, так как расчеты произведенные судом первой интонации неверные (л.д. 98-101 т. 2).

В письменных возражениях ответчик ФИО1 просит апелляционную жалобу истца оставить без удовлетворения.

Гражданское дело с апелляционной жалобой поступило в Свердловский областной суд 23.12.2025.

В соответствии со ст. 14 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в автоматизированном режиме распределено судье судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда Корякину М.В.

Определением судьи судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 29.12.2025 принято к производству и назначено к рассмотрению в судебном заседании на 29.01.2026.

Представитель истца ФИО3 в судебном заседании суда апелляционной инстанции поддержала доводы апелляционной жалобы АО «СОГАЗ», просила жалобу удовлетворить, а апелляционную жалобу ответчика ФИО1 оставить – без удовлетворения.

Ответчик ФИО1, ее представитель ФИО4 поддержали свою апелляционную жалобу, просили изменить решение суда первой инстанции, в удовлетворении апелляционной жалобы истца – отказать.

Представитель третьего лица ФИО5 в судебном заседании указала, на законность решения суда первой инстанции. Вопрос об удовлетворении апелляционных жалоб оставила на усмотрение суда.

Заслушав участников процесса, проверив материалы дела и обжалуемое решение в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе (ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), судебная коллегия приходит к следующему выводу.

Согласно п. 1 ст. 2 Закона Российской Федерации от 27.11.1992 № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» (далее - Закон об организации страхового дела) страхование - отношения по защите интересов физических и юридических лиц при наступлении определенных страховых случаев за счет денежных фондов, формируемых страховщиками из уплаченных страховых премий (страховых взносов), а также за счет иных средств страховщиков.

В соответствии с п. 2 ст. 4 Закона об организации страхового дела объектами страхования от несчастных случаев и болезней могут быть имущественные интересы, связанные с причинением вреда здоровью граждан, а также с их смертью в результате несчастного случая или болезни (страхование от несчастных случаев и болезней).

В силу п.п. 1 и 2 ст. 9 названного Закона страховым риском является предполагаемое событие, на случай наступления которого проводится страхование.

Страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю или иным третьим лицам.

Согласно ст. 934 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору личного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию), уплачиваемую другой стороной (страхователем), выплатить единовременно или выплачивать периодически обусловленную договором сумму (страховую сумму) в случае причинения вреда жизни или здоровью самого страхователя или другого названного в договоре гражданина (застрахованного лица), достижения им определенного возраста или наступления в его жизни иного предусмотренного договором события (страхового случая).

Пунктом 3 ст. 10 Закона Российской Федерации от 27.11.1992 № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» установлено, что под страховой выплатой понимается денежная сумма, которая определена в порядке, установленном федеральным законом и (или) договором страхования, и выплачивается страховщиком страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю при наступлении страхового случая.

Статьей 942 Гражданского кодекса Российской Федерации определены существенные условия договора страхования.

Так, согласно пп. 1 - 4 п. 2 ст. 942 Гражданского кодекса Российской Федерации при заключении договора личного страхования между страхователем и страховщиком должно быть достигнуто соглашение: о застрахованном лице; о характере события, на случай наступления которого в жизни застрахованного лица осуществляется страхование (страхового случая); о размере страховой суммы; о сроке действия договора.

Условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых, одобренных или утвержденных страховщиком либо объединением страховщиков (правилах страхования) (п. 1 ст. 943 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Условия, содержащиеся в правилах страхования и не включенные в текст договора страхования (страхового полиса), обязательны для страхователя (выгодоприобретателя), если в договоре (страховом полисе) прямо указывается на применение таких правил и сами правила изложены в одном документе с договором (страховым полисом) или на его оборотной стороне либо приложены к нему. В последнем случае вручение страхователю при заключении договора правил страхования должно быть удостоверено записью в договоре (п. 2 ст. 943 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В судебном заседании установлено и подтверждается материалами дела, что между АО «БАНК Дом. РФ» и ФИО6 заключен кредитный договор <№>/ИКР -23РБ от 13.03.2023. В тот же день подано заявление по ипотечному страхованию и между АО «СОГАЗ» и ФИО6 заключен договор добровольного страхования от несчастных случае и болезней и страхования недвижимого имущества <№> IPU 000252 SR от 13.03.2023 (далее Договор страхования) в соответствии с Правилами комплексного ипотечного страхования №156 от <дата> (далее - Правила).

По Договору страхования застраховано заложенное имущество квартира, к страховым рискам отнесены смерть (п. 2.4.1.1. Правил), инвалидность, сумма страховой премии по договору страхования составила 18417 руб., которая оплачена страхователем полностью.

Срок действия Договора страхования с 14.03.2023 по 13.01.2047 в случае своевременного внесения страхователем страховой премии на очередной период страхования, с учетом внесенной страховой премии период страхования составил с <дата> по <дата>.

В качестве выгодоприобретателей указаны АО «Банк Дом.РФ» в пределах денежного обязательства по Кредитному договору, а также наследники.

<дата> ФИО6 скончался.

Согласно заключению эксперта 274 основной причиной смерти ФИО6 явилась <...>, признаки которых выявлены при судебно-медицинском исследовании трупа и подтвержденные лабораторными методами исследования, смерть внезапная. Выводы указанной экспертизы также подтверждены заключением эксперта № 6065 от 06.09.2023.

Наследниками, принявшими наследство после смертиФИО6, является его супругаФИО1 и дочь – ТАА, что подтверждается свидетельствами о праве на наследство.

Задолженность по кредитному договору<№>/ИКР -23РБ от 13.03.2023 не погашена, по состоянию на 24.04.2025 составляет в части основного долга 2058974,25 руб., процентов – 2550,20 руб.

17.01.2024 ФИО1 обратилась с заявлением на страховую выплату в АО «СОГАЗ», в котором уведомила страховщика о наступлении страхового события по договору страхования от№ 1323 IPU 000252 SR от 13.03.2023.

Определением суда от 16.07.2024 делу была назначена комиссионная судебно-медицинская экспертиза, производство которой поручено ООО «Медицинское бюро экспертиз и исследований».

На разрешение экспертов поставлены вопросы о том, повышает ли заболевание «<...>», диагностированный ФИО6 29.04.2021, риск возникновения заболевания «<...>», которое указано в качестве причины смерти ФИО6, наступившей <дата>; имеется ли причинно-следственная связь, между диагностированным ФИО6 29.04.2021 заболеванием «<...>» и причиной наступления смерти ФИО6 <дата>, указанной в заключении эксперта <№> ГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы»? Если да, то указать какая причинно-следственная связь: прямая или косвенная?

Согласно выводам заключения комиссии экспертов <№>-Э от 04.04.2025 следует, что у пациентов с <...> риск развития <...> в 2-4 раза выше, а риск развития <...> в 6-10 раз выше, чем в общей популяции. На фоне <...> есть риск развития <...>, что является независимым фактором развития внезапной смерти. Таким образом, <...> - связанные между собой заболевания, одно утяжеляет течение и прогноз другого.

У ФИО6 на период января 2020 г. и на период апреля 2021 г. имелись факторы риска развития <...>, такие как наследственный анамнез, <...>, высокий уровень <...>, повышенный уровень <...> и <...>, <...>), <...> в анамнезе, что позволяет говорить о наличии связи между развитием <...> при наличии <...>. Отмечено, что отсутствие каких-либо объективных медицинских данных, лабораторных исследований в период с апреля 2021 года до момента наступления смерти ФИО6 <дата>, в том числе о лечении <...> и другой сопутствующей <...> не позволяют оценить характер данной связи: прямая или косвенная.

Допрошенный в судебном заседании эксперт МЕМ поддержала выводы заключения комиссии экспертов, указав на их обоснованность и последовательность. Отметила, что ФИО6 диагноз «<...>» при жизни не диагностирован, однако именно «<...>» явилась причиной смерти. Согласно результатам исследования ФИО6 незадолго до наступления смерти употреблял <...>), однако это никак не сказалось на наступление смерти. Пояснила, что наличие заболевания «<...>» не всегда приводит к «<...>», данные заболевания являются самостоятельными. Действительно наличие <...> может служить и может повлиять на развитие <...>, вместе с тем по приставленным данным такового не следует ввиду отсутствия лабораторных исследований, инструментальных и функциональных. Пояснила, что представленный в судебном заседании биохимический анализ крови от 03.08.2021 не повлиял бы на выводы экспертного заключения, имеющиеся расхождения в выписном эпикризе значения не имеют. Указала, что прямую причинно-следственную связь оснований установить не имеется. Отметила, что на развитие заболевания «<...>» также влияют <...> и другое, которые также присутствовали у ФИО6

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении исковых требований АО «СОГАЗ», суд первой инстанции исходил из того, что АО «СОГАЗ» в ходе судебного разбирательства не представил относимых, допустимых и достаточных доказательств, свидетельствующих о сообщении ФИО6 страховщику при заключении договора страхования ложных сведений о состоянии своего здоровья, способных повлиять на риск страхового случая, наступившего впоследствии с застрахованным лицом, в связи с чем не усмотрел оснований для признания заключенного между АО «СОГАЗ» и наследодателем договора добровольного личного страхования недействительным.

Разрешая встречные исковые требования ФИО1, суд первой инстанции пришел к выводу о необходимости удовлетворения заявленных требований в части, поскольку наступил страховой случай - смерть страхователя в результате болезни, впервые диагностированной в период страхования, в связи с чем, страховая компания должна исполнить свои обязательства по выплате страхового возмещения надлежащим образом, оснований для освобождения от выплаты страхового возмещения при рассмотрении дела не установлено. После смерти страхователя ФИО6 к его наследникам ФИО1 и ТАА, а также исходя и договора страхования в пользу АО «БАНК Дом. РФ» в размере основного долга (2 058 974,25 руб.).

Также, судом первой инстанции, с учетом положений ст. 15 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей», в пользу ответчиков взыскана компенсация морального вреда в размере 20 000 руб. в пользу каждого.

Кроме того, судом взыскана неустойка в размере 3 000 руб. в пользу каждой, штраф в размере 150000 руб. в пользу ФИО1 и 100000 руб. в пользу ФИО2, предусмотренный ст. 13 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей», поскольку, отсутствуют сведения о добровольном исполнении требований потребителя.

На основании ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации судом с 20.02.2024 по 07.05.2025 взысканы проценты за пользование чужими денежными средствами размере по 236865,86 руб. в пользу каждого из ответчиков.

Руководствуясь ст.98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд взыскал расходы по уплате государственной пошлины в размере 46 299 руб.

Судебная коллегия не находит оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на правильном применении норм материального и процессуального права и правильном определении обстоятельств, имеющих значение по делу, установленных на основании исследованных в судебном разбирательстве доказательств, которым дана оценка по правилам, предусмотренным ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, результаты которой изложены в мотивировочной части решения в соответствии с требованиями, закрепленными ст. 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Апелляционная жалоба АО «СОГАЗ» содержит доводы относительно несогласия с отказом в удовлетворении исковых требований страховщика.

Доводы апелляционной жалобы АО «СОГАЗ» о том, что страхователь ФИО6 намеренно умолчал о наличии у него заболевания, как <...>, в связи с чем, договор страхования должен быть признан недействительным, подлежат отклонению ввиду следующего.

Положениями ст. 944 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику.

Существенными признаются во всяком случае обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в его письменном запросе.

Из этого следует, что согласно названной норме закона страховщик имеет возможность самостоятельно определить дополнительный по отношению к установленным в п. 1 ст. 942 Гражданского кодекса Российской Федерации перечень существенных условий договора в зависимости от степени их значимости для вероятности наступления страхового случая.

Страховщик, являясь коммерческой организацией (п. 2 ст.50, п. 1 ст. 96 Гражданского кодекса Российской Федерации), и действуя в рамках своей предпринимательской деятельности, должен проявлять осмотрительность и разумность при заключении сделок (абз. 3 п. 1 ст. 2 Гражданского кодекса Российской Федерации). В противном случае риски последствий неосмотрительного и неразумного поведения возлагаются на субъекта такого поведения.

Согласно п. 4 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с добровольным страхованием имущества граждан, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017, в случае сомнений относительно толкования условий договора добровольного страхования, изложенных в полисе и правилах страхования, и невозможности установить действительную общую волю сторон с учетом цели договора должно применяться толкование, наиболее благоприятное для потребителя (contra proferentem).

Если после заключения договора страхования будет установлено, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, указанных в п. 1 ст. 944 Гражданского кодекса Российской Федерации, страховщик вправе потребовать признания договора недействительным и применения последствий, предусмотренных п. 2 ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, как на то указано в п. 3 ст. 944 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу п. 2 ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абз. 3 п. 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

Из анализа указанных выше положений законодательства следует, что договор страхования может быть признан недействительным при доказанности прямого умысла в действиях страхователя, направленного на введение в заблуждение страховщика, а также того, что заведомо ложные сведения касаются обстоятельств, которые впоследствии явились непосредственной причиной наступления страхового случая.

Таким образом, обязательным условием применения нормы о недействительности сделки является наличие умысла страхователя, направленного на сокрытие обстоятельств или предоставление ложных сведений, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления.

При этом обязанность доказывания наличия умысла страхователя при сообщении страховщику заведомо ложных сведений лежит на страховщике, обратившемся в суд с иском о признании сделки недействительной.

Юридически значимым обстоятельством для установления оснований недействительности спорного договора является наступление страхового случая по договору именно в результате конкретного заболевания, которое явилось непосредственной причиной наступления инвалидности как страхового случая, и о котором страхователь при заключении договора умолчал или представил страховщику ложные сведения.

Наступление страхового случая в результате иных обстоятельств, о которых страхователь не знал, не мог знать, и не представлял относительно них заведомо ложные сведения страховщику, не может являться основанием для признания договора страхования недействительным.

АО «СОГАЗ» при заключении договора страхования не воспользовалось предоставленным ему ст. 945 Гражданского кодекса Российской Федерации правом провести обследование страхуемого лица для оценки фактического состояния его здоровья и оценку в связи с этим страхового риска путем осмотра или запроса необходимых сведений, в связи с чем заблуждение страхователя при заключении договора страхования относительно обстоятельств, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая, не должно использоваться против страхователя. Придя к данному выводу, суд исходит из того, что АО «СОГАЗ», как субъект предпринимательской деятельности, профессионально занимающийся в сфере страхования, не воспользовалось своим правом, предусмотренным п. 2 ст. 945 Гражданского кодекса Российской Федерации, соответственно, не проявив должной степени заботливости, осмотрительности и заинтересованности при заключении договора страхования в части выяснения состояния здоровья ФИО6, АО «СОГАЗ» несет повышенные риски наступления негативных последствий. Кроме того, до обращения наследников в страховую компанию с заявлением о наступлении страхового случая страховщик с иском в суд о признании договора недействительным не обращался, требований о доплате страховой премии к страхователю не предъявлял. При указанных обстоятельствах, оснований для признания поведения страхователя заведомо недобросовестным, преследующим целью причинить вред другому лицу, не имеется.

Доводы апелляционной жалобы истца о том, что судом первой инстанции неверно произведен расчет убытков, неустойки, штрафа судебная коллегия находит несостоятельными, поскольку указанные расчеты судебной коллегией проверены, являются правильными.

С учетом изложенного судебная коллегия полагает, что решение суда первой инстанции соответствует обстоятельствам дела и требованиям закона, постановлено по заявленным требованиям, юридически значимые обстоятельства судом установлены и исследованы с достаточной полнотой, имеющимся в материалах дела доказательствам дана надлежащая оценка, оснований для его отмены по доводам апелляционных жалоб не имеется.

С учётом вышеизложенного, руководствуясь положениями п. 1 ст. 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 07.05.2025 оставить без изменения, апелляционные жалобы Акционерного общества «Страховое общество газовой промышленности», ФИО1 - без удовлетворения.

Председательствующий: Мартынова Я.Н.

Судьи: Хазиева Е.М.

Корякин М.В.