Апелляционное определение № 33-6775/2025 от 16 декабря 2025 г.

Дело № 33-6775/2025

УИД 27RS0001-01-2025-002358-07


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

г. Хабаровск 17 декабря 2025 года

Судебная коллегия по гражданским делам Хабаровского краевого суда в составе:

председательствующего судьи Разуваевой Т.А.

судей Галенко В.А., Ягодиной А.А.

при секретаре Евтушенко М.Е.

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Хабаровскому краю и Еврейской автономной области на решение Центрального районного суда г. Хабаровска от 23 сентября 2025 года по иску ФИО1 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Хабаровскому краю и Еврейской автономной области о признании незаконным решения, обязании назначить страховую пенсию со дня первоначального обращения, взыскании морального вреда.

Заслушав доклад судьи Разуваевой Т.А., пояснения представителя ОСФР по Хабаровскому краю и ЕАО ФИО2, ФИО1, судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

ФИО1 обратилась с иском к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Хабаровскому краю и Еврейской автономной области (далее - ОСФР по Хабаровскому краю и ЕАО) о признании решения незаконным, обязании назначить страховую пенсию со дня первоначального обращения, взыскании компенсации морального вреда, в обоснование требований указав, что 28.12.2022 обратилась в территориальный Пенсионный фонд с заявлением о назначении страховой пенсии по старости досрочно на основании п. 3 ч. 1 ст. 30 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях». Решением от 09.01.2023 № 12 ей отказано в назначении досрочной, страховой пенсии по старости в связи с недостаточностью специального стажа. Истец не согласна с данным решением. Указывает, что в период с 04 марта 1999 года по 01 апреля 2002 года работала в ОАО «Дальхимфарм» в должности аппаратчик экстрагирования. До 29 июля 2005 года работала на этом же предприятии и выполняла те же функции, как аппаратчик перколяции. В период с 12 января 2006 года по 03 мая 2006 года работала в филиале ФГУП «Строительное управление ДВО МО РФ» в должности машиниста мостового крана. В период с 13 октября 2006 года по 28 января 2009 года работала в ОАО «Амурский кабельный завод» в должности машинист крана. В период с 02 февраля 2009 года по 07 июля 2010 года работала в ФГУП «2529 центральная база ремонта вооружения» в должности машинист крана. В период с 15 июля 2010 года по 22 февраля 2012 года работала в «Тоннельный отряд № 12» в местности, приравненной к районам Крайнего Севера, в должности машинист крана. В период с 24 февраля 2012 года по 24 октября 2014 года работала в ООО «Металлсервис-Хабаровск» в должности машинист крана. В период с 25 октября 2014 года по 14 апреля 2015 года работала в ОАО «Российские железные дороги» в должности машинист крана. Всего Пенсионный фонд подтвердил 11 лет 10 месяцев льготного стажа. Таким образом, истец полагает, что имеет достаточный специальный трудовой стаж работы в должностях, на работах, по профессиям или специальностям в учреждениях, организациях, на производствах, связанных со специфическими условиями труда, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости. Истец просила признать незаконным решение Пенсионного фонда Российской Федерации от 09.01.2023 № 12 об исключении из специального стажа периода работы и об отказе в назначении истцу досрочной страховой пенсии по старости и сделать правильный и законный расчет специального стажа, обязать ответчика принять решение о назначении досрочной страховой пенсии с даты подачи первого заявления от 28.12.2022 и сделать правильный расчет с учетом индексации и инфляции. Взыскать с ответчика компенсацию морального ущерба в размере 100 000 рублей, а также возместить судебные расходы.

Решением Центрального районного суда г. Хабаровска от 23 сентября 2025 года исковые требования ФИО1 удовлетворены частично, постановлено признать незаконным решение ОСФР по Хабаровскому краю и ЕАО от 09.01.2023 № 12, признать за ФИО1 право на досрочное назначение страховой пенсии по старости в соответствии с пунктом 6 части 1 статьи 32 Федерального закона от 28.12.2013 № 400 «О страховых пенсиях» с 28.12.2022 при наличии требуемой величины индивидуального пенсионного коэффициента, взыскать с ОСФР по Хабаровскому краю и ЕАО в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей, расходы на уплату государственной пошлины в размере 3 000 рублей.

В апелляционной жалобе и в дополнении к ней ОСФР по Хабаровскому краю и ЕАО просит решение суда первой инстанции отменить в части удовлетворения требований о компенсации морального вреда и вынести в этой части новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований, указывая, что суд неправильно применил нормы материального и процессуального права, оснований для взыскания компенсации морального вреда не имеется, поскольку отсутствует совокупность обстоятельств, с наличием которых законодатель связывает возможность компенсации морального вреда.

В соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Проверив материалы дела, законность и обоснованность судебного постановления, его соответствие нормам материального права, регулирующим спорные правоотношения, оценив имеющиеся в деле доказательства, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом первой инстанции установлено, что ФИО1 28.12.2022 обратилась в ОПФР по Хабаровскому краю и ЕАО с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости в связи с работой в тяжелых условиях, предоставив документы.

Решением ОПФР по Хабаровскому краю и ЕАО от 09.01.2023 № 12 истцу отказано в досрочном назначении страховой пенсии по старости по п. 3 ч. 1 ст. 30 Федерального закона № 400-ФЗ ввиду отсутствия 15 лет специального стажа в качестве машинистов строительных, дорожных и погрузо-разгрузочных машин. В специальный стаж зачтено 10 лет 04 месяца 25 дней.

Решением ОСФР по Хабаровскому краю и ЕАО от 04.09.2023 № 3279 ФИО1 дополнительно зачтен специальный стаж с 02.02.2009 по 12.04.2010, с 14.04.2010 по 07.07.2010. Специальный стаж истца составил 11 лет 10 месяцев 00 дней. Решением от 04.09.2023 ФИО1 отказано в досрочном назначении пенсии по п. 3 ч. 1 ст. 30 Федерального закона № 400-ФЗ в связи с отсутствием 15 лет специального стажа в качестве машиниста строительных, дорожных и погрузо-разгрузочных машин.

Из ответа ОСФР по Хабаровскому краю и ЕАО от 19.06.2024 № 12/10099л на обращение ФИО1 следует, что по заявлению ФИО1 от 26.02.2024 ей назначена досрочная страховая пенсия по старости в соответствии с п. 6 ч. 1 ст. 32 Федерального закона № 400-ФЗ, при определении ее размера применены повышающие коэффициенты к ИПК - 1,16, к фиксированной выплате - 1,12. На дату подачи ФИО1 заявления от 28.12.2022 об установлении досрочной пенсии согласно п. 3 ч. 1 ст. 30 Федерального закона № 400-ФЗ при наличии требуемого страхового стажа и величины ИПК у нее не имелось необходимого стажа работы в качестве тракториста-машиниста, поэтому право на пенсию по этому основанию у нее отсутствовало. Однако, при суммировании стажа на соответствующих видах работ и в местности, приравненной к районам Крайнего Севера, с указанной даты ФИО1 действительно могла быть назначена страховая пенсия по старости с учетом «северного стажа».

Таким образом, право на назначение страховой пенсии по старости в соответствии с п. 6 ч. 1 ст. 32 Федерального закона № 400-ФЗ у истца имелось на 28.12.2022 на день подачи заявления о назначении страховой пенсии по старости, в связи с чем суд пришел к выводу о частичном удовлетворении исковых требований истца о признании за ФИО1 права на назначение страховой пенсии по старости в соответствии с п. 6 ч. 1 ст. 32 Федерального закона от 28.12.2013 № 400 «О страховых пенсиях» с 28.12.2022 при наличии требуемой величины индивидуального пенсионного коэффициента.

Кроме того, суд пришел к выводу, что поскольку нарушение прав истца на своевременное пенсионное обеспечение имело место и поскольку незаконными действиями ОСФР по Хабаровскому краю и ЕАО ФИО1 причинены нравственные страдания, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 10 000 рублей.

На основании положений ч.1 ст.327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов апелляционной жалобы, в связи с чем проверяет законность оспариваемого судебного постановления в части взыскания с ответчика в пользу истца денежной компенсации морального вреда.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции ввиду следующего.

Абзац 10 статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации в качестве одного из способов защиты гражданских прав предусматривает возможность потерпевшей стороны требовать компенсацию морального вреда.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (пункт 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на компенсацию морального вреда, причиненного действиями (бездействием), нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага.

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 2 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

В пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, в силу пункта 2 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом (например, статья 15 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-I «О защите прав потребителей», абзац шестой статьи 6 Федерального закона от 24.11.1996 № 132-ФЗ «Об основах туристской деятельности в Российской Федерации»). В указанных случаях компенсация морального вреда присуждается истцу при установлении судом самого факта нарушения его имущественных прав.

Судам следует учитывать, что в случаях, если действия (бездействие), направленные против имущественных прав гражданина, одновременно нарушают его личные неимущественные права или посягают на принадлежащие ему нематериальные блага, причиняя этим гражданину физические или нравственные страдания, компенсация морального вреда взыскивается на общих основаниях. Например, умышленная порча одним лицом имущества другого лица, представляющего для последнего особую неимущественную ценность (единственный экземпляр семейного фотоальбома, унаследованный предмет обихода и др.) (пункт 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Из изложенного следует, что одним из способов защиты потерпевшей стороны гражданских прав, является компенсация морального вреда.

Моральный вред - это, нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права либо нарушающими имущественные права гражданина. Суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда, если гражданину причинен моральный вред действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а в случаях, предусмотренных законом, - и действиями, нарушающими имущественные права гражданина.

Право на пенсионное обеспечение является имущественным правом гражданина.

При этом, нормативно-правовым актом, устанавливающим основания возникновения и порядок реализации права граждан Российской Федерации на страховые пенсии является Федеральный закон от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», которым возможность привлечения органов, осуществляющих пенсионное обеспечение, к ответственности в виде возмещения морального вреда, не предусмотрена.

В абзаце 3 пункта 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» даны разъяснения о том, что моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления и их должностных лиц, нарушающих имущественные права гражданина, исходя из норм статьи 1069 и пункта 2 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации, рассматриваемых во взаимосвязи, компенсации не подлежит. Вместе с тем моральный вред подлежит компенсации, если оспоренные действия (бездействие) повлекли последствия в виде нарушения личных неимущественных прав граждан. Например, несоблюдение государственными органами нормативных предписаний при реализации гражданами права на получение мер социальной защиты (поддержки), социальных услуг, предоставляемых в рамках социального обслуживания и государственной социальной помощи, иных социальных гарантий, осуществляемое, в том числе в виде денежных выплат (пособий, субсидий, компенсаций и т.д.), может порождать право таких граждан на компенсацию морального вреда, если указанные нарушения лишают гражданина возможности сохранять жизненный уровень, необходимый для поддержания его жизнедеятельности и здоровья, обеспечения достоинства личности.

Таким образом, законодатель установил ответственность в виде компенсации морального вреда лишь за действия, нарушающие личные неимущественные права гражданина либо посягающие на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а в иных случаях компенсация морального вреда может иметь место при наличии указания об этом в законе.

Страховая пенсия, согласно пункту 1 статьи 3 Федерального закона «О страховых пенсиях», является ежемесячной денежной выплатой в целях компенсации застрахованным лицам заработной платы и иных выплат и вознаграждений, утраченных ими в связи с наступлением нетрудоспособности, в том числе вследствие старости, право на которую определяется в соответствии с условиями и нормами, установленными данным федеральным законом.

Исходя из этого трудовая (страховая) пенсия по старости, будучи одним из видов трудовых (страховых) пенсий, является индивидуализированной выплатой, компенсирующей застрахованному лицу предполагаемую утрату его заработной платы, иных выплат и вознаграждений в связи с наступлением такого страхового случая, как нетрудоспособность вследствие старости (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 04.04.2017 № 696-О).

Из приведенных норм права и разъяснений о их применении следует, что применительно к спорным отношениям необходимо разрешить спор на основании общих положений гражданского законодательства о компенсации морального вреда.

Пенсия, на назначение которой претендовала истец, является социальной гарантией, предусмотренной статьей 39 Конституции РФ.

Причиненный истцу моральный вред, хоть и связан с нарушением имущественного права, однако поскольку последствием указанного незаконных действий пенсионного органа явилось нарушение личного неимущественного права (нематериального блага) моральный вред подлежит компенсации в силу прямого указания статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункта 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", в связи с чем, доводы апелляционной жалобы в этой части подлежат отклонению. А с учетом установленных судом обстоятельств о длительности неназначения истцу страховой пенсии по старости при наличии у пенсионного органа всех необходимых для принятия решения документов, судом верно определен размер компенсации морального вреда.

В связи с изложенным оснований для отмены решения суда по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 328 - 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

решение Центрального районного суда г. Хабаровска от 23 сентября 2025 года по иску ФИО1 к отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Хабаровскому краю и Еврейской автономной области о признании незаконным решения, обязании назначить страховую пенсию со дня первоначального обращения, взыскании морального вреда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Девятый кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение составлено 18 декабря 2025 года