Решение № 2-171/2018 2-171/2018 (2-2498/2017;) ~ М-2991/2017 2-2498/2017 М-2991/2017 от 21 февраля 2018 г. по делу № 2-171/2018

Дело № 2-171/2018


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Воркута Республика Коми 22 февраля 2018 года

Воркутинский городской суд Республики Коми в составе председательствующего судьи Бунякиной Е.А.,

при секретаре судебного заседания Осиповой К.А.,

с участием истца Гель А.Я.,

его представителя ФИО1,

представителя ответчика ФИО2,

представителя третьего лица на стороне ответчика Государственного учреждения – Регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации по Республике Коми ФИО3,

заместителя Воркутинского межрайонного прокурора по надзору за исполнением законов в угледобывающей промышленности ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО5 к Акционерному обществу по добыче угля «Воркутауголь» об установлении факта несчастного случая на производстве, возложении обязанности составить акт о несчастном случае на производстве, компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л:

Истец обратился в суд с иском к ответчику об установлении факта несчастного случая на производстве, возложении обязанности составить акт о несчастном случае на производстве, компенсации морального вреда. Просил суд установить факт несчастного случая на производстве произошедшим с Гель А.Я. при получении им телесных повреждений в результате выпадения породы при выполнении работ обусловленных трудовым договором; возложить обязанность на ответчика составить и выдать истцу акт формы Н-1 о тяжелом несчастном случае на производств и взыскать компенсацию морального вреда в сумме 1 000 000 руб. В обоснование указал, что работал с 2015 года у ответчика на шахте «Заполярная» горным мастером. 07.11.2017г. горнорабочему по ремонту горных выработок ФИО6 и проходчику ФИО7 был выдан наряд на производство - затяжки кровли в районе перекрепления Конвейерного штрека 714-с пласта Тройного. Старшим звена являлся горнорабочий по ремонту горных выработок 4 разряда ФИО6 Получив головной светильник, шахтный самоспасатель, прибор газового контроля и другие СИЗ, и, прибыв установленным маршрутом в 19 часов 55 минут на рабочее место, совместно с другими работниками истец приступил к выполнению сменного задания. Рабочие, выполняя наряд, принялись пилить доску для затяжки «лобовины», находясь впереди перекрепленной рамы. Истец стоял с другой стороны возле защитного щита, который закрывал ленточный конвейер 2КЛБТ-1000 сбоку, и находился примерно в 2 метрах от рабочего полка. Истец развернулся от ленточного конвейера, лицом к ходовой части выработки, и в этот момент примерно в 22 часа 50 минут его сбило с ног. Он потерял сознание. После получения травмы к истцу подошел ФИО7 и начал оказывать первую доврачебную помощь. Потом пришли работники участка № 7 для выяснения причин произошедшего. Дали дополнительный перевязочный пакет, после чего, вместе с работниками участка профилактических работ истец выехал «на гора», где его уже ожидали врачи МБЭР. Реанимобилем МБЭР истец был доставлен в приемное отделение ГБУЗ РК «ВБСМП». Согласно выписки из истории болезни взрослого травматолого-ортопедического отделения ГБУЗ РК «ВБСМП» № 6266 от 24.11.2017 г. при поступлении 08.11.2017 г. в 01 час 50 минут у истца выявлены следующие телесные повреждения: <адрес> Согласно акту расследования тяжелого несчастного случая б/н от 24.11.2017 г. комиссия пришла к выводу, что несчастный случай, произошедший с истцом, необходимо квалифицировать как несчастный случай не связанный с производством; не подлежащий оформлению актом Н-1, к учёту и регистрации в АО «Воркутауголь» не принимать, с чем истец не согласен. Считает, что несчастный случай с ним произошел на производстве, в связи с чем, должен быть составлен акт по форме Н-1. Компенсацию морального вреда в связи с нарушением работодателем его трудовых прав оценивает в 1 000 000 рублей.

Определением суда от 14.12.2017 г. произведена замена ответчиков с Филиала ЗАО «Северсталь-ресурс» Акционерного общества по добыче угля «Воркутауголь» и структурного подразделения «Шахта «Заполярная» АО «Воркутауголь» на Акционерное общество по добыче угля «Воркутауголь», поскольку структурное подразделение и филиал не обладают признаками юридического лица. К участию в деле в качестве третьего лица на стороне ответчика привлечено Государственное учреждение – Региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации по Республике Коми.

Третье лицо на стороне ответчика в отзыве на иск указало, что согласно ст. 227 ТК РФ расследованию и учету подлежат несчастные случаи, произошедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах, в том числе в течение рабочего времени на территории работодателя либо в ином месте выполнения работы, в том числе во время установленных перерывов. Из акта расследования несчастного случая на производстве следует, что 07 ноября 2017 г. Гель А.Я. не мог получить травму при обстоятельствах, изложенных им в объяснительной, обстоятельства травмы искажены заявителем и не соответствуют действительности. По мнению комиссии по расследованию установлено, что повреждения полученные, пострадавшим, могли произойти только в случае падения с рабочего полка или с ленточного конвейера, т.е. не при исполнении пострадавшим трудовых обязанностей.

В судебном заседании истец и его представитель поддержали исковые требования по доводам, изложенным в исковом заявлении. Истец дополнил, что контролирует технологию работ. Сами рабочие проработали на предприятии 20 лет. Каждую работу они знают от и до. Истец может контролировать только технологию выполнения, последовательность, соблюдение техники безопасности. Любые действия, какие бы они там не делали, пилили или носили, истец не должен контролировать и ходить за ними постоянно. В предварительном судебном заседании истец пояснил, что вывал породы не видел, так как стоял боком. Удар пришелся слева, в районе тазобедренного сустава, грудной клетки. При травмировании он находился на рабочем месте и выполнял работу согласно должностной инструкции. Рабочие, которых он контролировал находились в 6-7 м от него. В районе несчастного случая на ПК127+2 был обнаружен кусок породы размером 06*07*0,15 метров. Конвейерная лента работала, он на неё не забирался и не спрыгивал. До прихода на работу, телесных повреждений у него не было.

Представитель истца ФИО1 пояснил, что сторона ответчика выдвигает предположительные доводы, которые не подтверждены объективно, нет заключений, которые опровергали бы объяснения истца. Показания свидетелей были записаны членами комиссии, как им выгодно.

Представитель ответчика с иском не согласился, пояснил, что показания свидетелей ФИО6 и ФИО7 содержат противоречия обстоятельствам травмирования истца. Они услышали момент травмирования, увидели лежащего человека, дозатянули кровлю выработки, а потом, когда пришел горный мастер 7 участка и принес бинт, они оказали медицинскую помощь. Предполагает, что место несчастного случая и обстоятельства несчастного случая противоречат показаниям свидетелей, а также показаниям истца. Предполагает, что истец травмировался при иных обстоятельствах и в ином месте, на конвейере. Такой механизм травмирования возможен при неудачном сходе с движущегося конвейера, но не выпадения куска породы из затянутого пространства. Также работодатель не признает иск, поскольку не было установлено место и время несчастного случая, обстоятельства получения травмы. Получение травмы было, по мнению работодателя, не при исполнении работ согласно должностной инструкции. Согласно должностной инструкции истца, он должен контролировать ведение работ по распиливанию досок, которые велись в 6 метрах от него. Он визуально не мог контролировать. Он должен был находиться в месте распиливания доски. Очевидцев несчастного случая не было. Свидетелями несчастного случая не даны показания, отсутствуют в материалах дела сведения и показания свидетелей о том, что они являлись очевидцами несчастного случая и видели механизм получения работником травмы, момент получения работником травмы. Компенсация морального вреда является завышенной, не соответствует требованиям разумности и справедливости. Полагает, что работник получил травму не при исполнении трудовых обязанностей, обусловленных трудовым договором. Истец должен был находиться в ином месте, а не в месте выпадения куска породы.

Представитель третьего лица на стороне ответчика пояснила, что иск об установлении несчастного случая на производстве и составлении акта формы Н-1 следует удовлетворить, поскольку травма произошла с истцом при выполнении им трудовых обязанностей на его рабочем месте. Если бы комиссия по технике безопасности установила бы грубейшее нарушение в данном случае, то они обязаны были бы составить акт формы Н-1, установив вину истца вплоть до 100 процентов. От этого зависит моральный вред, который выплачивает работодатель. Актом формы Н-1 данный случай должен быть оформлен.

Свидетель ФИО7, допрошенный в предварительном судебном заседании 14.02.2018 г., пояснил, что работает проходчиком. 07.11.2017 получил наряд на затяжку пролета рамы под лавой в выработке 714-я лава плата тройного. Наряд выполнял с Лелюхом, пилили доски для затяжки кровли. Гель А.Я. контролировал работу метрах в 4-5. Дальше услышали вывал породы, повернулись, истец лежал на почве. Подбежали, увидели рассечение у него на голове. Кусок породы лежал сантиметрах в 30-40 от него. На ленточный конвейер в том месте не заберешься, там барабан и энергопоезд висит. Свидетель с Лелюхом перебинтовали Геля А.Я., потом с 7 участка горный мастер пришел, позвонили диспетчеру, чтобы дизель дал и вывезли.

Свидетель ФИО6, допрошенный в предварительном судебном заседании 14.02.2018 г., пояснил, что работает горнорабочим по ремонту горных выработок. 07.11.2017 наряд на затяжку кровли выдал Гель А.Я. ему и ФИО7, а, если будет горная масса, то и на уборку горной массы. Пришли на точку перекрепления, выдвинули временную крепь, пошли и принесли сетку ЗМШ, нарезали, принялись затягивать, затянули ту раму, которую перекрепила предыдущая смена. До неперекрепленной рамы оставалась пачка породы, она голая. Когда раму перекрепляешь, то это место остается незакрепленным. Приняли решение напилить досок и закрыть лобовину, чтобы никого не травмировало. Принесли лес, начали пилить, услышали шум. Порода падала на доски, обернулись, увидели пыль, а Гель А.Я. спиной к конвейеру сидел. Гель А.Я. на конвейер или на полок не залазил. Породы после вывала было много, в том числе крупной. Оказали пострадавшему медицинскую помощь, переместили его на другую сторону полка. У него телесные повреждения были в виде ран на голове, за ухом. Они перевязали его. Позднее с 7-го участка подошел горный мастер. Потом повезли выдавать пострадавшего.

Свидетель ФИО8, допрошенный в судебном заседании пояснил, что 07.11.2017 был исполняющим обязанности заместителя начальника участка. При самой травме не присутствовал. Выполняли свои работы, а участок истца работал на территории участка свидетеля. До выполнения работ у Гель А.Я. травм не было. Он контролировал работы как горный мастер. Выполнением работ занимались 2 человека. Работы велись по перекреплению выработки. После травмы дизелист, который находился неподалеку, узнал, что произошла травма, позвал свидетеля. Нужно было диспетчеру звонить. Когда свидетель пришел, диспетчеру уже позвонили. Свидетель пришел, когда уже делали перевязку. Само место, откуда выпускается порода, закреплено быть не может. Оттуда порода выпускается, там щель в полметра. Кусок породы был большой примерно сантиметров 30-40 и метр на полметра. Истца трясло после травмы головы, он был шоковом состоянии, ничего не говорил. Истцу перевязку делали. У истца повреждения были на голове и шее. Свидетели, которые обнаружили истца до ФИО8, пояснили, что истца ударило куском породы.

Заслушав лиц, участвующих в деле, свидетелей, исследовав письменные материалы дела, обозрев медицинскую карту стационарного больного № 6266 ВБ СМП, медицинскую карту амбулаторного больного № 76801 Поликлиники ООО «РГС-Мед», медицинскую карту амбулаторного больного МБУ «Воркутинская поликлиника», заслушав заключение прокурора, полагавшего, что исковые требования подлежат удовлетворению, суд приходит к следующему.

Судом установлено, что истец с 01.08.2011 г. состоял с ответчиком в трудовых отношениях, а с 07.01.2017 работал горным мастером участка профилактических работ СП Шахта «Заполярная» АО «Воркутауголь». 07.11.2017 г. истец работал согласно графику выходов в третью смену с 20-00 до 2-00 часов. Из акта о расследования несчастного случая на производстве следует, что 07.11.2017г. в 17 часов 20 минут Гель А.Я. прибыл на СП «Шахта Заполярная» и проследовал в нарядную участка профилактических работ. В нарядной участка профилактических работ горный мастер Гель А.Я. провел работникам тематический инструктаж по безопасному ведению работ. Начальник участка профилактических работ ФИО9 звену работников 3 смены, в составе горнорабочего по ремонту горных выработок ФИО6 и проходчика ФИО7, выдал наряд по телефону на производство затяжки кровли в районе перекрепления Конвейерного штрека 714-с пласта Тройного, старшим звена являлся горнорабочий по ремонту горных выработок 4 разряда (далее по тексту ГРГВ) ФИО6 Выдача наряда была произведена в соответствии с Положением о нарядной системе в структурных подразделениях АО «Воркутауголь». После выдачи наряда Гель А.Я. провел работникам инструктаж по безопасным методам ведения работ. Расписав в Книге нарядов за полученный наряд и инструктаж работников звена и отметив наряд у начальника смены, Гель А.Я. проследовал в помещение производственных бань, где переоделся в специальную одежду, получил головной светильник, шахтный самоспасатель, прибор газового контроля и другие СИЗ, и, прибыв установленным маршрутом, в 19 часов 55 минут, на рабочее место, совместно с другими работниками, приступил к выполнению сменного задания. Работники звена, прибыв на место, приступили к выполнению наряда. Затянули одну раму затяжкой ЗМШ. Затем передвинули временное крепление наперед. Осталось затянуть «лобовину», перепад высоты между старыми и новыми рамами арочной крепи, в районе перекрепления. Рабочие принялись пилить доску для затяжки «лобовины», находясь впереди перекрепленной рамы. Горный мастер Гель А.Я. стоял с другой стороны, возле защитного щита, который закрывал ленточный конвейер 2КЛБТ-1000 сбоку. И находился примерно в 2 метрах от рабочего полка. Гель А.Я. развернулся от ленточного конвейера, лицом к ходовой части выработки. В этот момент, примерно в 22 часа 50 минут, его сбило с ног. (Внесено в протокол опроса от 09.11.2017 года со слов Гель А.Я.). Пострадавший выдвинул предположение о том, что после получения травмы, он потерял сознание. После получения травмы к нему подошел ФИО7 и начал оказывать первую доврачебную помощь. Потом пришли работники участка №7 для выяснения причин произошедшего. Подали ему дополнительный перевязочный пакет, после чего, вместе с работниками участка профилактических работ Гель А.Я. выехал «на гора», где его ожидали врачи МБЭР. Реанимобилем МБЭР пострадавший был доставлен в приемное отделение ГБУЗ РК «ВБСМП».

В ходе расследования, несчастного случая на производстве, членами комиссии было установлено, что членами комиссии при осмотре места несчастного случая не были обнаружены какие-либо травмирующие факторы, которыми могла быть получена травма, от воздействия которых Гель А.Я. мог получить повреждения здоровью, которые указаны в «Медицинском заключении о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести» (Учетная форма №315/у) №185ч от 09.11.2017г. Так же при осмотре места происшествия не установлено место, откуда могла выпасть порода («лобовина» была затянута сеткой ЗМШ по всей длине). И.о. зам. начальника участка по добыче угля №7 ФИО8 в 22 часа 55 минут, на месте несчастного случая был проведен устный опрос: - пострадавшего Геля А.Я., который жаловался на головокружение. Возможных очевидцев несчастного случая ФИО7 и ФИО6, в ходе которого было установлено, что они только услышали шум от падающей породы, когда находились на рабочем полке, затем услышали крик, спустились с полка и увидели пострадавшего. При опросе членами комиссии, ФИО7 и ФИО6 утверждали, что они находились по другую сторону полка и пилили доску. В ходе опроса очевидцев несчастного случая было установлено, что оборка кровли на данном участке выработки не производилась, что соответствует действительности. Работники передвинули наперед временную крепь и приступили к затяжке кровли. Таким образом, травмирующий фактор, указанный работниками ФИО6 и ФИО7, отсутствовал. Показания ФИО7 и ФИО6 несостоятельны, так как они утверждают, что занимались распиловкой доски для затяжки «лобовины» и после травмирования Геля А.Я. затянули «лобовину» кусками доски, хотя, как было указано выше, при осмотре места на «лобовине» была сетка ЗМШ. Обстоятельства травмы искажены и не соответствуют действительности, что не дает возможности комиссии выяснить причины несчастного случая. По мнению комиссии по расследованию, повреждения, полученные пострадавшим, могли произойти только в случае падения с рабочего полка или с ленточного конвейера. Сертифицированными средствами индивидуальной защиты Гель А.Я. обеспечен в полном объеме в соответствии с «Межотраслевыми правилами обеспечения работников специальной одеждой, специальной обувью и другими средствами индивидуальной защиты».

В ходе проведённого расследования комиссия пришла к выводу о том, что установлено отсутствие причинно-следственной связи между выполняемым производственным процессом, повреждением здоровья пострадавшего и событиями, предшествовавшими несчастному случаю, во время несчастного случая и после несчастного случая; пострадавшим и очевидцами была предпринята попытка сокрытия обстоятельств несчастного случая, путем искажения фактов. Причины, вызвавшие несчастный случай не установлены. Лица, ответственные за допущенные нарушения законодательных и иных нормативных правовых и локальных нормативных актов, явившихся причинами несчастного случая не установлены. Комиссия приняла решение: несчастный случай, произошедший с истцом, квалифицировать как несчастный случай не связанный с производством и не подлежащий оформлению актом Н-1, к учёту и регистрации в АО «Воркутауголь» не принимать.

Согласно выписке из истории болезни взрослого травматолого-ортопедического отделения ГБУЗ РК «ВБСМП» № 6266 от 24.11.2017 г. при поступлении 08.11.2017 г. в 01 час 50 минут у Гель А.Я. выявлены телесные повреждения: <адрес>

Несчастным случаем на производстве в силу ст. 3 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" и статьи 227 Трудового кодекса РФ признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении обязанностей по трудовому договору или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем или совершаемых в его интересах как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем (или на личном транспортном средстве в случае его использования в производственных (служебных) целях по распоряжению работодателя (его представителя) либо по соглашению сторон трудового договора), и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

Согласно статье 3 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" страховой случай - подтвержденный в установленном порядке факт повреждения здоровья застрахованного вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, который влечет возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию.

Верховный Суд Российской Федерации в пунктах 8, 9 Постановления Пленума от 10.03.2011 N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" разъяснил, что надлежит учитывать, что положениями Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ), регулирующими вопросы расследования несчастных случаев на производстве (статьи 227 - 231), предусматривается возможность квалификации в качестве несчастных случаев, связанных с производством, и составление актов по форме Н-1 по всем несчастным случаям, имевшим место при исполнении работниками их трудовых обязанностей, даже если в причинении вреда работнику виновно исключительно третье лицо, не являющееся работодателем этого работника. Следовательно, по всем случаям, признанным связанными с производством, пострадавший работник со дня наступления страхового случая в соответствии со статьей 7 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ вправе требовать обеспечения по страхованию.

Событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при следовании к месту служебной командировки и обратно, во время служебных поездок на общественном или служебном транспорте, а также при следовании по распоряжению работодателя (его представителя) к месту выполнения работы (поручения) и обратно, в том числе пешком, также может быть отнесено к несчастным случаям на производстве.

Согласно пункту 3 Положения "Об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях" утвержденного Постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 24.10.02 N 73, расследованию как несчастный случай подлежат события, произошедшие на территории организации, других объектах и площадях, закрепленных за организацией на правах владения либо аренды (территория организации), либо в ином месте работы в течение рабочего времени, в том числе во время следования на рабочее место (с рабочего места).

Статьей 209 Трудового кодекса РФ определено, что рабочее место - место, где работник должен находиться или куда ему необходимо прибыть в связи с его работой и которое прямо или косвенно находится под контролем работодателя.

Из копии должностной инструкции следует, что горный мастер осуществляет оперативной руководство за выполнением работ в смене, в соответствии с полученным нарядом; осуществляет визуальный контроль запыленности рудничного воздуха и горных выработок, проверяет наличие, исправность и функционирование средств пылеподавления; соблюдение трудовой и производственной дисциплины на участке; контролирует выполнение работ в соответствие с технической документацией и технологическим нормами и правилами (том.1 л.д. 47, п.3.1.4). Из показаний свидетелей, а также акта о расследовании несчастного случая следует, что истец при получении травмы находился на своем рабочем месте и выполнял свои трудовые обязанности.

Доводы представителя ответчика, а также сведения указанные в акте о том, что не были обнаружены травмирующие факторы, которыми могла быть получена травма, от воздействия которых Гель А.Я. получил повреждения здоровью опровергается свидетельскими показаниями, а также самим актом, из которого следует, что несчастный случай с истцом произошел 07.11.2017 г. на Конвейерном штреке 714-о пласта Тройного, в районе ПК 127. В районе несчастного случае на ПК 127+2м. лежит кусок породы размером 0,6*0,7*0,15 м. в количестве 1 шт. на расстоянии 0,5 м. от ленточного конвейера. Свидетели слышали шум от падающей породы, потом увидели Гель А.Я., лежащего на почве выработки.

Норма части первой статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в силу которой правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, конкретизируется в части первой статьи 56 того же Кодекса, в силу которой каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Как следует из содержания части 1 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Ответчиком не представлено доказательств того, что несчастный случай с истцом не относится к производственной травме и мог с ним произойти в результате падения с полка или езды на конвейере. Указанные доводы представителя ответчика являются предположением и не подтверждаются доказательствами по гражданскому делу. Вместе с тем, доводы истца о том, что он получил травму в результате выброса породы из незакрепленного пространства подтверждаются показаниями свидетелей ФИО7 и ФИО6, которые слышали шум падающей породы, а впоследствии обнаружили травмированного истца. Оснований не доверять показаниям свидетелей, предупрежденным об уголовной ответственности у суда не имеется. Показания свидетелей логичны и обоснованы, подтверждаются материалами дела, а также самим актом, в котором указан предмет, которым был травмирован Гель А.Я. - кусок породы размером 0,6*0,7*0,15 м.

Также, суд принимается во внимание, что частью 6 статьи 229.2 Трудового кодекса РФ установлен исчерпывающий перечень обстоятельств, при наличии которых несчастные случаи могут быть квалифицированы как не связанные с производством. Рассматриваемый несчастный случай к таким обстоятельствам не относится.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что требования Гель А.Я. об установлении факта несчастного случая на производстве, произошедшего 07 ноября 2017 года с ним в структурном подразделении «Шахта Заполярная» Акционерного общества по добыче угля «Воркутауголь» подлежат удовлетворению.

Статьей 212 Трудового кодекса РФ установлено, что работодатель обязан обеспечить, в том числе, расследование и учет в установленном настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации порядке несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний. В соответствии с частями 1, 6 статьи 230 Трудового кодекса РФ и Положения о порядке расследования и учета несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, утвержденного Постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 24 октября 2002 года N 73, по каждому несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай, на производстве и повлекшему за собой необходимость перевода пострадавшего в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, на другую работу, потерю им трудоспособности на срок не менее одного дня либо смерть пострадавшего, оформляется акт о несчастном случае на производстве по установленной форме в двух экземплярах, обладающих равной юридической силой. Работодатель в трехдневный срок после завершения расследования несчастного случая на производстве обязан выдать один экземпляр утвержденного им акта о несчастном случае на производстве пострадавшему (его законному представителю или иному доверенному лицу). При страховых случаях, третий экземпляр акта о несчастном случае на производстве и копии материалов расследования работодатель в трехдневный срок после завершения расследования несчастного случая на производстве направляет в исполнительный орган страховщика (по месту регистрации работодателя в качестве страхователя).

Таким образом, из вышеназванных норм права следует, что о любом несчастном случае (групповом, легком, тяжелом, со смертельным исходом), произошедшим с застрахованным лицом, работодатель, как страховщик, обязан составить акт и направить его в исполнительный орган страховщика. Обязанность работодателя по выдаче пострадавшему работнику акта о несчастном случае на производстве, каким-либо пресекательным сроком не ограничена, носит длящийся характер и прекращается лишь с его выдачей. Вместе с тем, поскольку в ходе судебного разбирательства установлено, что такой несчастный случай на производстве действительно произошел с Гель А.Я., а предусмотренный законодательством акт не оформлен, не выдан истцу, извещение и акт в исполнительный орган страховщика, не направлены, требования Гель А.Я. в данной части также подлежали удовлетворению.

Истец просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в связи с неисполнением норм трудового законодательства. Согласно статье 237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1). В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (часть 2). Пунктом 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года N 2 предусмотрено, что в соответствии с частью четвертой статьи 3 и частью девятой статьи 394 Кодекса суд вправе удовлетворить требование лица, подвергшегося дискриминации в сфере труда, а также требование работника, уволенного без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконно переведенного на другую работу, о компенсации морального вреда.

Учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы). Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Неисполнение требований трудового законодательства причинило истцу моральный вред, подлежащий компенсации, в соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации. Учитывая объем и характер причиненных истцу нравственных страданий, степень вины ответчика, требования разумности и справедливости, а также длительность нарушения ответчиком трудовых прав истца, приходит к выводу о необходимости частичного удовлетворения заявленных требований в размере 10 000 рублей.

В соответствии со статьёй 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в размере 6 000 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ:

Установить факт несчастного случая на производстве, произошедшего 07 ноября 2017 года, с ФИО5 в структурном подразделении «Шахта Заполярная» Акционерного общества по добыче угля «Воркутауголь».

Возложить обязанность на Акционерное общество по добыче угля «Воркутауголь» составить и выдать ФИО5 акт о несчастном случае на производстве, произошедшим с ним 07 ноября 2017 года, по форме Н-1.

Взыскать с Акционерного общества по добыче угля «Воркутауголь» в пользу ФИО5 компенсацию морального вреда в размере 10 000 (десять тысяч) рублей.

Взыскать с Акционерного общества по добыче угля «Воркутауголь» государственную пошлину в бюджет муниципального образования городского округа «Воркута» в размере 6 000 (шесть тысяч) рублей.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный суд Республики Коми через Воркутинский городской суд Республики Коми в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Мотивированное решение в окончательной форме изготовлено 27 февраля 2018 года.

Председательствующий судья Е.А. Бунякина

<адрес>

<адрес>

<адрес>

<адрес>

<адрес>

<адрес>

<адрес>

<адрес>

<адрес>

<адрес>

<адрес>

<адрес>

<адрес>

<адрес>

<адрес>

<адрес>

<адрес>

<адрес>

<адрес>

<адрес>

<адрес>

<адрес>