Решение № 2-2296/2017 2-2296/2017~М-2307/2017 М-2307/2017 от 21 ноября 2017 г. по делу № 2-2296/2017

Дело № 2-2296-2017


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Белгород 22 ноября 2017 года

Белгородский районный суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Переверзевой Ю.А.,

при секретаре Зеленской Ю.М.,

с участием: истца ФИО1, представителя истца ФИО2, представителя ответчика ФИО3, представителя третьего лица следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Белгородской области ФИО4, представителя третьего лица прокуратуры Белгородской области ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском к Министерству финансов РФ о компенсации морального вреда, в обоснование заявленных требований указал, что приговором Октябрьского районного суда г. Белгорода от 2.02.2017 он был оправдан по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ, на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ. Считает, что незаконным привлечением к уголовной ответственности ему были причинены нравственные страдания, компенсацию которых в размере 300 000 рублей просит взыскать с ответчика.

В судебном заседании истец и его представитель заявленные требования поддержали в полном объеме.

Представитель ответчика иск не признал, считая требования завышенными и не подлежащими удовлетворению в заявленном размере.

Представитель третьего лица следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Белгородской области просил отказать в удовлетворении заявленных требований.

Представитель прокуратуры Белгородской области считает требования истца завышенными, полагает возможным взыскать компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей.

Исследовав в судебном заседании обстоятельства по представленным в деле доказательствам, суд признает исковые требования подлежащими удовлетворению в части.

Согласно ст. 53 Конституции РФ каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии с ч. 1 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

В силу п. 1 ч. 2 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор.

Пунктом 1 ст. 1070 ГК РФ предусмотрено, что вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ (ст. 1100 ГК РФ).

Согласно п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

В силу п. 1 ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии с разъяснениями, данными в п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

В пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Приговором Октябрьского районного суда г. Белгорода от 2.02.2017 ФИО1 оправдан в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ, на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ – в связи с отсутствием в его деянии состава преступления; за ним признано право на реабилитацию.

Апелляционным постановлением Белгородского областного суда от 5.04.2017 приговор оставлен без изменения.

Таким образом, установив факт незаконного привлечения ФИО1 к уголовной ответственности, суд в соответствии с вышеприведенными нормами материального права приходит к выводу о праве истца на возмещение морального вреда.

Из материалов уголовного дела следует, что 25.05.2015 следователем по ОВД следственного отдела по городу Белгород следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Белгородской области К.О. возбуждено уголовное дело в отношении неустановленных лиц по ч. 2 ст. 109 УК РФ по факту смерти С.А.

Постановлением следователя от 13.08.2016 ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ.

В этот же день ФИО1 избрана мера процессуального принуждения – обязательство о явке.

17.08.2016 обвинительное заключение по обвинению ФИО1 утверждено заместителем прокурора города Белгорода, после чего уголовное дело направлено в суд.

12.09.2016 судьей Октябрьского районного суда г. Белгорода назначено предварительное слушание по данному уголовному делу на 19.09.2016, после проведения которого назначено судебное заседание на 6.10.2016.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает, что задержание ФИО1 в порядке ст.ст. 91, 92 УПК РФ не производилось, какая-либо мера пересечения истцу не избиралась.

В отношении ФИО1 применена иная мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке, которая в соответствии с ч. 2 ст. 112 УПК РФ состоит в письменном обязательстве являться по вызовам дознавателя, следователя или в суд, а в случае перемены места жительства незамедлительно сообщать об этом.

Таким образом, нарушений прав истца, связанных с применением к нему меры процессуального принуждения в виде обязательства о явке, в ходе производства по уголовному делу, а также действительным ограничением его прав на свободу передвижения, то есть существенных нарушений прав, гарантированных Конституцией Российской Федерации, допущено не было.

Кроме того, от занимаемой должности ФИО1 в принудительном порядке не освобождался, постановление о временном отстранении от должности в отношении истца не выносилось, что он не отрицал в судебном заседании. То есть, его привычный образ жизни не изменялся, препятствий к осуществлению истцом трудовой деятельности в период уголовного преследования не имелось.

Доводы истца о том, что уголовное преследование отразилось на его деловой репутации, суд отклоняет, поскольку в материалах дела не содержится доказательств на лишение истца возможности трудиться по месту работы, осуществлять деятельность в занимаемой им должности, утраты к нему доверия со стороны коллег.

Доказательств причинения вреда здоровью в связи с незаконным уголовным преследованием истцом не представлено, поскольку не имеется доказательств причинно-следственной связи между незаконным привлечением к уголовной ответственности и ухудшением состояния здоровья истца (гипертоническим кризом).

Учитывая изложенные обстоятельства, длительность уголовного преследования, характер перенесенных истцом нравственных страданий, требования разумности и справедливости, суд приходит к выводу о взыскании суммы компенсации морального вреда в размере 20 000 рублей.

Компенсация морального вреда в указанном размере будет соответствовать характеру и объему причиненных истцу нравственных страданий, будет являться разумной и справедливой с учетом фактических обстоятельств по делу.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

иск ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, удовлетворить в части.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 20 000 рублей.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Белгородский областной суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Белгородский районный суд Белгородской области.

Мотивированное решение суда изготовлено 8.12.2017.

Судья Ю.А. Переверзева