Апелляционное определение № 33-349/2026 от 9 февраля 2026 г.

Судья: Котин Е.И. Дело № 2-186/2025

Докладчик: Илларионов Д.Б. Дело №33-349/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Новосибирского областного суда в составе:

председательствующего Выскубовой И.А.

судей Илларионова Д.Б., Яроцкой Н.С.

при секретаре Миловановой Ю.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании в апелляционном порядке в городе Новосибирске 10 февраля 2026 года гражданское дело по апелляционным жалобам представителя Министерства Финансов Российской Федерации, ФИО1, ФИО2, ФИО3 на решение Октябрьского района города Новосибирска от 19 сентября 2025 года по иску Лузинова Марка Юрьевича, ФИО3 и ФИО1 к Министерству финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Новосибирской области, МВД России о взыскании компенсации причиненного вреда в результате незаконных мер процессуального принуждения, о компенсации морального вреда.

Заслушав доклад судьи Новосибирского областного суда Илларионова Д.Б., пояснения лиц, участвующих в судебном заседании,

УСТАНОВИЛА:

ФИО2, ФИО3, ФИО1 обратились в суд с исковым заявлением к Министерству финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Новосибирской области о взыскании компенсации причиненного вреда в результате незаконных мер процессуального принуждения, о компенсации морального вреда.

В обоснование своих требований указано, что в декабре 2011 года ФИО2, ФИО3 передали своему сыну ФИО1 денежные средства в размере 3262000 рублей для приобретения недвижимого имущества.

Указанные денежные средства ФИО1 хранил по месту своего проживания по адресу: <данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ в рамках возбужденного уголовного дела при проведении обыска в жилище ФИО1 по адресу: <данные изъяты> изъяты принадлежащие совместно ФИО2 и ФИО3 денежные средства в размере 3262000 рублей.

ДД.ММ.ГГГГ в ходе личного обыска ФИО1 изъяты денежные средства в размере 11500 рублей.

Указанные денежные средства 3262000 рублей и 11500 рублей с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находились во владении и распоряжении органов предварительного расследования.

Только ДД.ММ.ГГГГ в ходе предварительного расследования на денежные средства в сумме 3273500 рублей постановлением Железнодорожного районного суда города Новосибирска был наложен арест.

Приговором Заельцовского районного суда города Новосибирска от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч.3 ст.30, п.«а» ч.3 ст.228.1 УК РФ, ч.3 ст.30, п.«а, г» ч.3 ст.228.1 УК РФ, ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, ч. 3 ст. 30, п. «а, г» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, ч. 1 ст. 30, п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, ч. 1 ст. 30, п. «а, г» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ. Этим же приговором он оправдан в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, п. «а, г» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, ч. 1 ст. 174.1 УК РФ.

Приговором Заельцовского районного суда города Новосибирска от ДД.ММ.ГГГГ принято решение на основании п. 41 ч. 3 ст. 81 УПК РФ, п. «а» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ о конфискации денежных средств в сумме 3273500 рублей, изъятых при личном досмотре ФИО1 и при проведении обыска по месту его жительства.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Новосибирского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ приговор в части конфискации денежных средств оставлен без изменения, вступил в законную силу, в части конфискации денежных средств исполнен в полном объеме.

При этом денежные средства, изъятые при проведении обыска по месту жительства ФИО1, принадлежали ФИО2 и ФИО3, о чем последние, а также ФИО1 сообщали неоднократно в ходе предварительного и судебного следствия.

ДД.ММ.ГГГГ определением Восьмого кассационного суда общей юрисдикции приговор Заельцовского районного суда города Новосибирска от ДД.ММ.ГГГГ и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Новосибирского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ в части конфискации изъятых у ФИО1 денежных средств в сумме 3273500 рублей отменено, дело в этой части передано в суд первой инстанции на новое судебное рассмотрение иным составом суда в порядке, предусмотренном главой 47 УПК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ постановлением Заельцовского районного суда г.Новосибирска денежные средства в размере 1631000 рублей возвращены ФИО2, денежные средства в размере 1631000 рублей возвращены ФИО3 и денежные средства в размере 11500 рублей возвращены ФИО1 Указанное решение суда вступило в законную силу ДД.ММ.ГГГГ.

Постановлением Заельцовского районного суда города Новосибирска от 29.12.2020 исполнено в марте 2021 года.

ДД.ММ.ГГГГ постановлением Заельцовского районным судом г.Новосибирска внесены изменения в постановление Заельцовского районного суда города Новосибирска от ДД.ММ.ГГГГ, за ФИО1 признано право на реабилитацию, а также право на возмещение материального и морального вреда.

Определением Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ, изменившим приговор Заельцовского районного суда г.Новосибирска от ДД.ММ.ГГГГ и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Новосибирского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ, признано незаконным и необоснованным применение в порядке п.«а» ч.1 ст.104.1 УК РФ конфискации денежных средств в сумме 3273500 рублей. При этом принимая решение в данной части, суд кассационной инстанции указал о недоказанности приобретения указанных денежных средств в результате преступной деятельности.

В дальнейшем постановлением Заельцовского районного суда г.Новосибирска от ДД.ММ.ГГГГ установлена принадлежность денежных средств в размере 1631000 руб. ФИО2, денежных средств в размере 1631000 руб. ФИО3, а денежных средств в размере 11500 рублей руб. ФИО1, и постановлено о возвращении их последним.

Указанное свидетельствует, что Заельцовским районным судом г.Новосибирска, при постановлении приговора от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО5 нарушены требования п.3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, а именно неверно установлен факт принадлежности денежных средств в размере 3262000 рублей, что в свою очередь, свидетельствует о судебной ошибке.

Принятие указанных измененных вышестоящей судебной инстанцией решений Заельцовским районным судом города Новосибирска ДД.ММ.ГГГГ и в последующим Новосибирским областным судом ДД.ММ.ГГГГ повлекло незаконное и необоснованное нахождения денежных средств длительный период в распоряжения органа предварительного расследования, выбытия денежных средств из законного владения истцов, а также применения в отношении ФИО2, ФИО3 и ФИО1 иных мер процессуального принуждения, предусмотренные раздела 14 главы 4 Уголовно-процессуального кодекса РФ - наложение ареста на имущество, которое в дальнейшем явилось необоснованным основанием для применения конфискации имущества - денежных средств.

В отношении реабилитированного не применяются положения 1069 ГК РФ в части обязательного установления вины государственного органа для возмещения вреда.

Вместе с тем, ФИО3 и ФИО2 в силу уголовного закона не имеют права на реабилитацию, в той мере, в какой указанным правом обладает ФИО1

Постановлением Заельцовского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 и постановлением Заельцовского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 отказано в признании права на реабилитацию, поскольку они прямо не отнесены к субъектам уголовного судопроизводства.

Исходя из обстоятельств дела, ФИО3 и ФИО2 были подвергнуты идентичным мерам уголовного принуждения, что и ФИО1, в связи, с чем уменьшение их процессуальных гарантий, связанных с обязыванием доказывания наличия вины государственного органа при применении указанных мер, противоречит требованиям ст.19 Конституции РФ в части уменьшения гарантий судебной защиты, по отношению к лицу, за которым в силу прямого указания Закона, признано право на реабилитацию.

В связи с этим при определении процессуальных прав ФИО2 и ФИО3 надлежит руководствоваться порядком возмещения вреда, определенным главой 18 УПК РФ, по аналогии Закона.

При этом допущенные судебные ошибки судов первой и апелляционных инстанций, а также незаконное и необоснованное нахождение денежных средств длительный период в распоряжения органа предварительного расследования привели к причинению имущественного вреда вследствие незаконного и необоснованного выбытия денежных средств у законных владельцев ФИО2, ФИО3 и ФИО1, и невозможности их использования. Указанное привело к обесцениванию денежных средств вследствие негативных экономических процессов (инфляции), выраженных в утрате покупательской способности указанных денежных средств.

Указанные нарушения имущественных прав истцов исправлены только при отмене Восьмым кассационным судом общей юрисдикции решений суда первой и апелляционной инстанций в части принятых решений о применении конфискации денежных средств и последовавшим судебным решением Заельцовского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ, по истечению более 8 лет.

ФИО2, ФИО3 и ФИО1 причинен имущественный вред, выразившийся в обесценивание на протяжении более 8 лет указанных денежных средств в результате инфляционных экономических процессов, и снижению их покупательской способности.

В действующем законодательстве отсутствуют нормы, прямо предусматривающие возмещение имущественного вреда, возникшего вследствие инфляционных процессов, за исключением механизма, предусмотренного ст.208 ГПК РФ.

Конституционный Суд РФ неоднократно отмечал, в том числе в Постановлении от ДД.ММ.ГГГГ №-П, что индексация присужденных денежных сумм представляет собой правовой механизм, позволяющий полностью возместить потери взыскателя от длительного неисполнения судебного решения в условиях инфляционных процессов.

С учетом требований ст.133 УПК РФ и ст.135 УПК РФ в связи с выбытием из законного владения ФИО2, ФИО3 и ФИО1 на длительный период времени денежных средств и их обесцениванием, последним подлежит возмещение вреда, связанного с обесцениванием указанных денежных средств, путем применения механизма, схожего по аналогии с правовым механизмом, закрепленным ст.208 ГПК РФ, как процессуальной гарантии защиты их имущественных интересов от инфляционных процессов и поддержания покупательской способности указанных денежных средств в период с момента их изъятия и до возвращения в законное владение.

В связи с изъятием денежных средств в размере 3262000 рублей в ходе обыска в жилище ФИО1, наложением ареста на денежные средства и применении конфискации денежных средств они вышли из законного владения их правообладателей ФИО2, ФИО3 и последние были лишены права пользования своим имуществом - денежными средствами в размере 1631000 рублей и денежными средствами в размере 1631000 рублей с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

В указанный период ФИО2 понес финансовые потери, связанные с обесцениванием вышеуказанных денежных средств в результате экономических явлений (инфляции). В указанный период обесценивание денежных средств в размере 1631000 рублей составило 1086448 рублей 68 копеек.

В указанный период ФИО3 понесла финансовые потери, связанные с обесцениванием вышеуказанных денежных средств в результате экономических явлений (инфляции). В указанный период обесценивание денежных средств в размере 1631000 рублей составило 1086448 рублей 68 копеек.

В связи с изъятием денежных средств в размере 11500 рублей в ходе личного досмотра ФИО1, наложением ареста на денежные средства и применении конфискации денежных средств, они вышли из законного владения их правообладателя ФИО1, и последний был лишен права пользования своим имуществом - денежными средствами в размере 11500 рублей, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

В указанный период ФИО1 понес финансовые потери, связанные с обесцениванием вышеуказанных денежных средств в результате экономических явлений (инфляции). В указанный период обесценивание денежных средств в размере 11500 рублей составило 7661 рубль 08 копеек.

Денежные средства в размере 1631000 рублей и 1631000 рублей, принадлежащие ФИО2 и ФИО3, являются накоплениями последних за период 20-летней трудовой деятельности, целью накопления которых являлось приобретение имущества. Лишенные столь большого накопления денежных средств, являющихся экономией в длительный период времени имеющегося у ФИО2 и ФИО3 дохода, состоящего только из заработной платы, претерпеваемых лишений в связи с уменьшением потребляемых денежных средств для реализации цели накопления, и явившихся вследствие изменения образа жизни, в результате лишения указанных накоплений денежных средств испытали нравственные переживания, нарушившие принадлежащие ФИО3 и ФИО1 нематериального блага, как достоинство. Действиями сотрудников правоохранительных органов и решениями судов по изъятию и конфискации денежных средств ФИО2 и ФИО3 причинен ущерб их нематериальным правам в виде достоинства как самооценки качеств добросовестности и законопослушности, и испытываемом унижении и дискомфортном состоянии. В результате указанных причиненных нравственных страданий ФИО2 и ФИО3 причинен моральный вред следствие которого стало значительное ухудшение состояние здоровья последних в указанный период времени, причиной которой явились эмоциональные переживания ввиду сложившейся длительной психотравмирующей ситуации, длительной процедуры доказывания своих имущественных прав, необоснованной применении в отношении их иных мер процессуального принуждения в виде ареста имущества - денежных средств.

В результате незаконного и необоснованного применения в отношении ФИО2, ФИО3 мер процессуального принуждения - ареста денежных средств и последующей конфискации им причинены моральные страдания, которые ФИО2 и ФИО3 оценивают в 200000 рублей каждый.

ДД.ММ.ГГГГ постановлением Заельцовского районного суда г.Новосибирска денежные средства в размере 1631000 рублей возвращены ФИО2, денежные средства в размере 1631000 рублей возвращены ФИО3 и денежные средства в размере 11500 рублей возвращены ФИО1

ДД.ММ.ГГГГ постановлением Заельцовского районным судом г.Новосибирска внесены изменения в постановление Заельцовского районного суда г. Новосибирска от ДД.ММ.ГГГГ, за ФИО1 признано право на реабилитацию, а также право на возмещение материального и морального вреда.

Денежные средства в размере 11500 рублей, принадлежащие ФИО1 являлись накоплениями последнего. В результате лишения указанных накоплений денежных средств, а также в результате необоснованного применения меры процессуального принуждения в виде ареста денежных средств и их конфискации ФИО1 испытал нравственные переживания, нарушившие принадлежащие ФИО1 нематериального блага, как достоинство, добросовестность и законопослушность приобретения указанных денежных средств. Действиями сотрудников правоохранительных органов и решениями судов по изъятию и конфискации денежных средств ФИО1 причинен ущерб его нематериальным правам в виде достоинства как самооценки качеств добросовестности и законопослушности. В степень причинения нравственных страданий выражается в их длительности, поскольку истцу на протяжении восьми лет приходилось бороться с халатностью государственных служащих, что, в свою очередь, вызывало у истца чувства подавленности, неприятия и разочарования в справедливости системы Российского правосудия и Российской Федерации как правового государства в целом.

В результате незаконного и необоснованного применения в отношении истца ФИО1 мер процессуального принуждения - ареста денежных средств и последующей конфискации ему причинены моральные страдания, которые ФИО1 с учетом их длительности и интенсивности оценивает в 200000 рублей.

Истцы просили:

взыскать в пользу ФИО2 причиненный вред в результате незаконных мер процессуального принуждения, в размере 1086448 рублей 68 копеек с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации, а также с Министерства внутренних дел Российской Федерации в лице Главного управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Новосибирской области солидарно;

взыскать в пользу ФИО3 причиненный вред результате незаконных мер процессуального принуждения, размере 1086448 рублей 68 копеек с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны - Российской Федерации, а также с Министерства внутренних дел Российской Федерации в лице Главного управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Новосибирской области солидарно;

взыскать в пользу ФИО1 причиненный вред результате незаконных мер процессуального принуждения, в размере в размере 7661 рубль 08 копеек с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации, а также с Министерства внутренних дел Российской Федерации в лице Главного управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Новосибирской области солидарно;

взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации, а также с Министерства внутренних дел Российской Федерации в лице Главного управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Новосибирской области солидарно в пользу ФИО2 моральный вред, в размере 200000 рублей;

взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации, а также с Министерства внутренних дел Российской Федерации в лице Главного управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Новосибирской области солидарно в пользу ФИО3 моральный вред, в размере 200000 рублей;

взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации, а также с Министерства внутренних дел Российской Федерации в лице Главного управление Министерства внутренних дел Российской Федерации по Новосибирской области солидарно в пользу ФИО1 моральный вред, в размере 200000 рублей.

Решением Октябрьского районного суда города Новосибирска 19 сентября 2025 года исковые требования ФИО1 удовлетворены частично.

Суд постановил взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 10000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1, ФИО2, ФИО3 отказано.

С решением суда не согласился представитель Министерства Финансов Российской Федерации, просит решение суда отменить, производство по делу в части требований ФИО1 о компенсации морального вреда прекратить.

Апеллянт ссылается на то, что из описательно-мотивировочной части решения Октябрьского районного суда города Новосибирска от 07.04.2017, которым в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда за незаконное уголовное преследование, истцом в качестве одного из доводов уже было указано на незаконное изъятие денежных средства (абзац 10 решения). Таким образом, данное требование не могло быть рассмотрено в рамках настоящего спора.

В свою очередь, Октябрьским районным судом города Новосибирска при вынесении обжалуемого решения указано, что на момент вынесения решения от ДД.ММ.ГГГГ о компенсации морального вреда в размере 15000 рублей не было за истцом признано право на реабилитацию (ДД.ММ.ГГГГ) и не было вынесено постановление о возврате денежных средства (ДД.ММ.ГГГГ).

Апеллянт считает, что сам факт обращения ФИО1 в Октябрьский районный суд города Новосибирска в 2017 году о компенсации морального вреда, в связи с незаконным уголовным преследованием свидетельствует о том, что ему было известно о праве на реабилитацию и способ его реализации, а обращение ФИО1 осенью 2024 года в Заельцовский районный суд города Новосибирска с заявлением о признании за ним права на реабилитацию не имеет правового значения в рамках настоящего дела.

С решением суда не согласился ФИО1, просит решение суда отменить в части отказа в возмещении имущественного вреда ФИО1 Требования ФИО1 в указанной части удовлетворить в полном объеме. При невозможности рассмотрения указанных требований в порядке гражданского судопроизводства - прекратить производство по делу в указанной части.

Решение Октябрьского районного суда города Новосибирска от 19 сентября 2025 года изменить в части возмещения морального вреда ФИО1 в порядке реабилитации. Удовлетворить заявленные исковые требования в полном объеме.

Апеллянт полагает, что судом нарушен порядок рассмотрения требований реабилитированного в части рассмотрения требований имущественного характера.

В настоящем случае ФИО1 лишен права рассмотрения вопроса о возмещении имущественного вреда в установленном законом порядке уголовного судопроизводства, лишен возможности повторного обращения в связи с отказом в удовлетворении требования о возмещении вреда в порядке гражданского судопроизводства в силу требований ст.134 ГПК РФ.

Постановлением Заельцовского районного суда города Новосибирска от 12.11.2024, за ФИО1 было признано право на реабилитацию, а также право на возмещение морального и материального вреда, связанного с незаконной конфискацией денежных средств.

В указанном случае, требования о возмещении материального вреда ФИО1, не могли быть предметом судебного рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства до исчерпания ФИО1 иных способов судебной защиты.

Разрешение указанного вопроса по существу судом первой инстанции, является нарушением норм процессуального права, лишающим ФИО1 судебной защиты своих прав в установленном Законом порядке.

Апеллянт полагает, что присуждение компенсации морального вреда из расчета 1200 (одна тысяча двести рублей) за каждый год нравственных страданий истца, является нарушением принципа разумности и справедливости.

Требования истца основывались не на индексации незаконно конфискованных денежных средств, а в возмещении вреда, связанного с их незаконной конфискацией.

Сторона истца указывала на то обстоятельство, что нормы ст.208 ГПК РФ не могут быть применены к данному спору, поскольку с.208 ГПК РФ, является процессуальной нормой.

Сторона истца полагала, что в отсутствие прямо законодательно закрепленного механизма возмещения вреда в указанном случае, допустимо применение как прямо применяемых судами механизмов ст.395 ГК РФ, так и применения ст.208 ГПК РФ по аналогии, что не противоречит требованиям ст.11 ГПК РФ.

С целью реализации права истца на возмещение вреда был приобщен расчет возмещения вреда в порядке ст.395 ГК РФ, а также судебная практика по идентичному делу.

С решением суда не согласились ФИО2, ФИО3, просят решение отменить, исковые требования ФИО2, ФИО3 в части возмещения имущественного вреда, а также компенсации морального вреда, связанные с применением незаконных мер уголовного принуждения удовлетворить в полном объеме.

Из существа заявленных исковых требований, требования о возмещении имущественного вреда истцом не являются вытекающими из требований о возмещении имущественного вреда.

Указанные требования вытекают из применения по отношению к истцам мер уголовного принуждения, что следует из постановления Заельцовского районного суда города Новосибирска от 29.12.2020.

В указанном случае к истцам ФИО3, ФИО2 были применены меры уголовного принуждения в порядке УПК РФ, признанные в последующим незаконными как постановлением Заельцовского районного суда города Новосибирска от 29.12.2020, так и фактически определением Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ.

Апеллянты полагают, что судом первой инстанции дана неправильная оценка исковым требованиям, выразившаяся в отсутствии взаимосвязи между примененными по отношению к апеллянтам мерам уголовного принуждения и установлении требований о возмещении морального вреда из существа требований о возмещении имущественного вреда.

Апеллянты считают, что судом первой инстанции неправильно определены основания исковых требований.

Нарушен принцип равноправия сторон, учитывая, что исковые требования ФИО1 о компенсации морального вреда были частично удовлетворены.

При разрешении дела, суд первой инстанции руководствовался Определением Конституционного суда Российской Федерации № от ДД.ММ.ГГГГ.

В данном случае не усматривается взаимосвязи между правоотношениями истцов в рассматриваемом споре и невозможности удовлетворения их имущественных требований.

Судом первой инстанции вопрос применения механизма возмещения вреда для целей настоящего спора на обсуждение сторон не выносился.

Проверив материалы дела на основании ст.327.1 ГПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом первой инстанции установлено, что в рамках возбужденного ДД.ММ.ГГГГ уголовного дела в отношении ФИО1 по признакам состава преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, п. «г» ч.3 ст.228.1 УК РФ при проведении обыска в жилище ФИО1 по адресу: <адрес> изъяты принадлежащие совместно ФИО2, ФИО3 (родителям ФИО1) денежные средства в размере 3262000 рублей. ДД.ММ.ГГГГ в ходе личного обыска ФИО1 изъяты денежные средства в размере 11500 рублей. Данные денежные средства в сумме 3262000 рублей и 11500 рублей с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находились в распоряжении органов предварительного расследования, ДД.ММ.ГГГГ в ходе предварительного расследования на денежные средства в сумме 3273500 рублей постановлением судьи Железнодорожного районного суда г.Новосибирска был наложен арест.

Приговором Заельцовского районного суда города Новосибирска от 28.07.2014 ФИО1 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, ч. 3 ст. 30, п. «а, г» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, ч. 3 ст. 30, п. «а, г» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, ч. 1 ст. 30, п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, ч. 1 ст. 30, п. «а, г» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ.

На основании указанного приговора ФИО1 оправдан в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, п. «а, г» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, ч. 1 ст. 174.1 УК РФ.

Данным приговором постановлено на основании п.41 ч.3 ст.81 УПК РФ, п.«а» ч.1 ст.104.1 УК РФ конфисковать денежные средства в сумме 3273500 рублей, изъятые при личном досмотре ФИО1 и при проведении обыска по месту его жительства.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Новосибирского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ данный приговор в части конфискации денежных средств оставлен без изменения, вступил в законную силу.

ДД.ММ.ГГГГ определением Восьмого кассационного суда общей юрисдикции приговор Заельцовского районного суда города Новосибирска от ДД.ММ.ГГГГ и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Новосибирского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ в части конфискации изъятых у ФИО1 денежных средств в сумме 3273500 рублей отменены, дело в этой части передано в суд первой инстанции на новое рассмотрение иным составом суда в порядке, предусмотренном главой 47 УПК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ постановлением Заельцовского районного суда города Новосибирска денежные средства в размере 1631000 рублей возвращены ФИО2, денежные средства в размере 1631000 рублей возвращены ФИО3 и денежные средства в размере 11500 рублей возвращены ФИО1

Постановление суда вступило в законную силу ДД.ММ.ГГГГ.

Постановление Заельцовского районного суда города Новосибирска от 29.12.2020 исполнено в марте 2021 года.

ДД.ММ.ГГГГ постановлением Заельцовского районного суда города Новосибирска внесены изменения в постановление Заельцовского районного суда города Новосибирска от ДД.ММ.ГГГГ, за ФИО1 признано право на реабилитацию, а также право на возмещение материального и морального вреда.

Разрешая исковые требования суд первой инстанции указал следующее.

Как следует из позиции истцов, денежные средства, изъятые при проведении обыска по месту жительства ФИО1 в сумме 3262000 рублей, принадлежали ФИО2 и ФИО3, о чем последние, а также ФИО1 сообщали неоднократно в ходе предварительного и судебного следствия. По мнению истцов, допущенные судебные ошибки судов первой и апелляционных инстанций, а также незаконное и необоснованное нахождение денежных средств длительный период в распоряжения органа предварительного расследования привели к причинению имущественного вреда законным владельцам денежных средств ФИО2, ФИО3 и ФИО1 и невозможности их использования, указанное привело к обесцениванию денежных средств вследствие негативных экономических процессов (инфляции), выраженных в утрате покупательской способности денежных средств, данный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации.

Суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 о возмещении ему морального вреда в порядке реабилитации в связи с привлечением к уголовной ответственности (и последующим признанием за ним права на реабилитацию в связи с вынесением постановления о возврате изъятых у истца в ходе предварительного следствия денежных средств).

Судом первой инстанции не принят во внимание довод стороны ответчиков о том, что право ФИО1 на реабилитацию уже было реализовано при вынесении решения Октябрьского районного суда г.Новосибирска 07.04.2017, которым в его пользу была взыскана компенсация морального вереда за незаконное уголовное преследование.

Суд посчитал, что компенсация морального вреда в порядке реабилитации в размере 15000 руб. в пользу истца ФИО1 была взыскана в связи с частичным оправданием ФИО1 приговором Заельцовского районного суда г.Новосибирска от 28.07.2014г. в совершении преступлений, предусмотренных ч.3 ст.30, п. «а, г» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, ч. 1 ст. 174.1 УК РФ (с учетом апелляционного определения судебной коллегии по уголовным делам Новосибирского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ). К моменту вынесения данного решения суда не было вынесено определение Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ об отмене приговора Заельцовского районного суда города Новосибирска от ДД.ММ.ГГГГ и апелляционного определения судебной коллегии по уголовным делам Новосибирского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ в части конфискации изъятых у ФИО1 денежных средств, а также не было вынесено постановление Заельцовского районного суда города Новосибирска от ДД.ММ.ГГГГ о возврате денежных средств ФИО1, а также не было вынесено постановление Заельцовского районного суда города Новосибирска от ДД.ММ.ГГГГ о признании за ФИО1 права на реабилитацию, включающее в себя право на возмещение материального и морального вреда. При вынесении решения Октябрьского районного суда города Новосибирска ДД.ММ.ГГГГ при определении размера присуждаемой ФИО1 компенсации морального вреда судом не могло быть учтено право ФИО1 на возмещение вреда в связи с последующим признанием судом необоснованной конфискации у ФИО1 денежных средств.

С учетом того, что возмещение истцу ФИО1 вреда в порядке реабилитации в связи с признанием такого права постановлением Заельцовского районного суда города Новосибирска от ДД.ММ.ГГГГ после вынесения постановления Заельцовского районного суда города Новосибирска от ДД.ММ.ГГГГ о возврате денежных средств ФИО1 до рассмотрения настоящего гражданского дела не состоялось, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что компенсация морального вреда подлежит присуждению истцу ФИО1 в настоящем гражданском деле.

Принимая во внимание установление в судебном разбирательстве несения истцом нравственных страданий, связанных с применением указанной меры в отношении истца, суд первой инстанции пришел к выводу, что требования истца ФИО1 о возмещении ему морального вреда являются обоснованными.

Сумма компенсации морального вреда определена судом в размере 10000 рублей.

Разрешая исковые требования ФИО2, ФИО3, ФИО1 суд первой инстанции исходил из следующего.

Согласно выводам заключения эксперта ООО «ФЭС Экспертиза» от ДД.ММ.ГГГГ:

фактический размер утраты покупательной способности вследствие негативных экономических (инфляционных) процессов, денежных средств в размере 1631000 рублей, принадлежащих ФИО2, в натуральном (денежном) выражении в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ составляет 1086536,32 руб.;

фактический размер утраты покупательной способности вследствие негативных экономических (инфляционных) процессов, денежных средств в размере 1631000 рублей, принадлежащих ФИО3, в натуральном (денежном) выражении в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ составляет 1086536,32 руб.;

фактический размер утраты покупательной способности вследствие негативных экономических (инфляционных) процессов, денежных средств в размере 1631000 рублей, принадлежащих ФИО2, в натуральном (денежном) выражении в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ составляет 7661,05 руб.

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что действующее законодательство предусматривает возможность компенсации имущественных потерь, вызванных влиянием инфляционных процессов (снижение покупательской способности денежных средств) именно применительно к присужденным денежным суммам и только с момента принятия соответствующего судебного решения. Согласно выводами проведенной по делу судебной экспертизы, эксперт при расчете суммы фактического размера утраты покупательной способности вследствие негативных экономических (инфляционных) процессов денежных средств исходил из индексов потребительских цен на товары и услуги по данным Федеральной службы государственной статистки.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции исходил из того, что изъятие у истцов денежных средств (хранившихся у обвиняемого по уголовному делу) было произведено в установленном Уголовно-процессуальным кодексом РФ порядке в связи с наличием оснований полагать, что их сбережение было связано с совершением преступления. Отсутствие таких оснований было установлено при вынесении определения Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ об отмене приговора Заельцовского районного суда г. Новосибирска от ДД.ММ.ГГГГ и апелляционного определения судебной коллегии по уголовным делам Новосибирского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ в части конфискации изъятых у ФИО1 денежных средств, а также при вынесении постановления Заельцовского районного суда города Новосибирска от ДД.ММ.ГГГГ о возврате денежных средств ФИО1

В настоящем случае истцы согласно тексту искового заявления и расчету суммы иска со ссылкой на выводы судебной экспертизы требуют взыскать в их пользу сумму компенсации имущественного вреда в размере 1086448,68 руб. (в пользу ФИО2 и ФИО3) и 7 661,08 руб. (в пользу ФИО1), за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, то есть за период с момента фактического изъятия денежных средств и до момента вступления в законную силу постановления суда о возврате денежных средств, не оспаривая при этом, что после вступления постановления суда о возврате в законную силу оно было фактически исполнено и денежные средства были перечислены истцам.

Суд первой инстанции не усмотрел оснований для удовлетворения исковых требований ФИО2, ФИО3 о компенсации причиненного морального вреда (нравственных страданий), связываемого с причинением им имущественного вреда, и выражающегося в том числе в ухудшении состояния здоровья истцов, поскольку заявлено истцами как вытекающее из требования о компенсации имущественного вреда, в удовлетворении которого судом отказано, допустимых доказательств, достоверно подтверждающих причинно-следственную связь между действиями органов предварительного расследования и ухудшением состояния здоровья истцов истцами не представлено. Из приобщенных к делу отдельных заключений по результатам приема врачей-специалистов такая причинно-следственная связь не усматривается.

Судебная коллегия не может согласиться с выводами суда первой инстанции о наличии оснований для удовлетворения исковых требований о компенсации морального вреда в пользу ФИО1 В остальной части оснований для отмены решения суда по доводам апелляционных жалоб не усматривается.

Согласно статье 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

На основании части 1 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (УПК РФ) право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, в силу пункта 1 части 2 статьи 133 данного кодекса имеет подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор.

Иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (часть 2 статьи 136 УПК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В силу пункта 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 данного кодекса.

Статьей 1100 ГК РФ предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

В соответствии со статьей 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2).

Доводы апелляционной жалобы Министерства Финансов Российской Федерации об отсутствии основания для взыскания компенсации морального вреда заслуживают внимания.

Из материалов дела следует, что решением Октябрьского районного суда города Новосибирска от 07 апреля 2017 года иск ФИО1 к Министерству финансов РФ о компенсации морального вреда в порядке реабилитации удовлетворен частично, с Министерства финансов РФ за счет средств Казны Российской Федерации в пользу ФИО1 взыскана денежная компенсация морального вреда в размере 15000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 5000 рублей.

Из решения суда следует, что ФИО1 был оправдан по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ч.3 ст.30 п.п. «а, г» ч.3 ст.228.1 УК РФ, и ч.1 ст.174.1 УК РФ на основании п.3 ч.2 ст.302 УПК РФ в связи с отсутствием в его действиях указанных составов преступлений.

За ФИО1 было признано право на реабилитацию в соответствии с положениями статей 135-138 УПК РФ.

Из материалов дела следует, что в рамках возбужденного ДД.ММ.ГГГГ уголовного дела в отношении ФИО1 по признакам состава преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, п.«г» ч.3 ст.228.1 УК РФ ДД.ММ.ГГГГ в ходе личного обыска ФИО1 изъяты денежные средства в размере 11500 рублей.

ДД.ММ.ГГГГ постановлением Заельцовского районного суда г.Новосибирска денежные средства в размере 1631000 рублей возвращены ФИО2, денежные средства в размере 1631000 рублей возвращены ФИО3 и денежные средства в размере 11500 рублей возвращены ФИО1 Постановление суда вступило в законную силу ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ постановлением Заельцовского районного суда г.Новосибирска внесены изменения в постановление Заельцовского районного суда г.Новосибирска от ДД.ММ.ГГГГ, за ФИО1 признано право на реабилитацию, а также право на возмещение материального и морального вреда.

Судом первой инстанции при разрешении требований ФИО1 о компенсации морального вреда не учтено, что фактически они основаны на предполагаемом нарушении имущественных права истца, связанных с изъятием принадлежащих ему денежных средств в размере 11500 рублей.

При этом в удовлетворении требований имущественного характера истцу ФИО1 было отказано.

В соответствии с п.2 ст.1099 ГК РФ моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

Применительно к предполагаемому истцом случаю нарушения его имущественных прав, законом не предусмотрена возможность компенсации морального вреда.

В соответствии с положениями статьи 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В данном случае доказательств, подтверждающих нарушение личных неимущественных прав истца ФИО1 в связи с применением к нему указанной меры уголовно-правового характера, суду в соответствии с требованиями ст.56 ГПК РФ не представлено.

Доказательств незаконности действий должностных лиц в части изъятия, хранения денежных средств на денежные средства по смыслу положений ст.1069 ГК РФ в ходе рассмотрения дела не представлено.

Согласно ч.1 ст.134 УПК РФ суд в приговоре, определении, постановлении, а следователь, дознаватель в постановлении признают за оправданным либо лицом, в отношении которого прекращено уголовное преследование, право на реабилитацию. Одновременно реабилитированному направляется извещение с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

Признание право на реабилитацию обусловлено оправданием лица, прекращением уголовного преследования по реабилитирующим основаниям.

Фактически право истца на компенсацию морального вреда в связи незаконным привлечением к уголовной ответственности было реализовано при рассмотрении дела Октябрьским районным судом города Новосибирска 07 апреля 2017 года.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия приходит к выводу о наличии оснований для отмены решения суда первой инстанции в части взыскания в пользу ФИО1 суммы компенсации морального вреда в размере 10000 рублей с принятием нового решения об отказе в удовлетворении искового заявления в данной части.

Доводы апелляционной жалобы ФИО1 о нарушении судом первой инстанции порядка рассмотрения требований реабилитированного не могут быть приняты во внимание.

В соответствии с п.1-5 ч.1 ст.135 УПК РФ возмещение реабилитированному имущественного вреда включает в себя возмещение:

заработной платы, пенсии, пособия, других средств, которых он лишился в результате уголовного преследования;

конфискованного или обращенного в доход государства на основании приговора или решения суда его имущества;

штрафов и процессуальных издержек, взысканных с него во исполнение приговора суда;

сумм, выплаченных им за оказание юридической помощи;

иных расходов.

Под иными расходами, возмещение которых реабилитированному предусмотрено пунктом 5 части 1 статьи 135 УПК РФ, следует понимать как расходы, которые понесены реабилитированным лицом непосредственно в ходе уголовного преследования (например, в связи с привлечением специалиста), так и расходы, понесенные им в целях устранения последствий незаконного или необоснованного уголовного преследования, включая затраты на возмещение расходов, связанных с рассмотрением вопросов реабилитации, восстановления здоровья и других (п.15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве».

Вместе с тем, имущественный вред, заявленный ко взысканию ФИО1, не указан в перечне, предусмотренном п.1-5 ч.1 ст.135 УПК РФ.

Требование истца ФИО1 о взыскании вреда в результате обесценивания денежных средств вследствие негативных экономических процессов могло быть заявлено и рассмотрено в рамках гражданского судопроизводства.

Кроме того, согласно ч.1 ст.138 УПК РФ восстановление трудовых, пенсионных, жилищных и иных прав реабилитированного производится в порядке, установленном статьей 399 настоящего Кодекса для разрешения вопросов, связанных с исполнением приговора. Если требование о возмещении вреда судом не удовлетворено или реабилитированный не согласен с принятым судебным решением, то он вправе обратиться в суд в порядке гражданского судопроизводства.

В данном случае ФИО1 реализовал свое право на обращение в суд в порядке гражданского судопроизводства.

Доводы апелляционных жалоб истцов в части отказа в возмещении имущественного вреда, не могут быть приняты во внимание.

Согласно п.1 ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу п.2 ст.1064 ГК РФ лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Для наступления ответственности по ст.1064 ГК РФ, помимо установления факта причинения ущерба и его размера, необходимо установление противоправности поведения причинителя вреда, причинной связи между фактом причинения вреда и противоправными действиями ответчиков, вины и доказанность размера ущерба.

Согласно ст.1082 ГК РФ удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15).

В соответствии с п.2 ст.15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно правовым позициям, приведенным в Определении Конституционного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №-О ранее выраженными правовыми позициями Конституционного Суда Российской Федерации императивный конституционно значимый (в системе действующего правового регулирования) характер условию об индексации в соответствии с инфляцией - как об упрощенном порядке возмещения имущественных потерь - придается именно применительно к присужденным денежным суммам и только с момента принятия соответствующего судебного решения (п.2).

Конституционный Суд Российской Федерации ранее отмечал, что для возложения обязанности возместить убытки суд должен установить состав правонарушения, включающий факт наступления вреда, противоправность поведения и вину причинителя вреда, причинно-следственную связь между его действиями (бездействием) и наступившими неблагоприятными последствиями, а равно размер ущерба (Постановления от ДД.ММ.ГГГГ №-П, от ДД.ММ.ГГГГ N 1-П и др.).

Хотя сами по себе инфляционные потери и могут рассматриваться как определенного рода вред, причиняемый имущественным интересам лица, действия должника, однако, обычно являются косвенной причиной их влияния на имущественную сферу кредитора: такие потери вызваны не исключительно его противоправным поведением, а объективными экономическими процессами, сопутствующими в качестве внешнего обстоятельства любым гражданско-правовым отношениям. Так, в отсутствие причинно-следственной связи - которая является, как отметил в Постановлении от ДД.ММ.ГГГГ №-П Конституционный Суд Российской Федерации, conditio sine qua non (непременным условием) обязательства возместить причиненный вред - инфляционные потери не могут автоматически расцениваться в качестве вреда в том значении, в котором они понимаются в действующем законодательстве, судебной практике и гражданско-правовой доктрине.

Возможное же нормативное решение, состоящее в том, что в рассматриваемой ситуации в качестве вреда (убытков) автоматически признаются инфляционные потери потерпевшего и они считаются наступившими по вине причинителя вреда, поскольку вследствие его действий потерпевший не мог распоряжаться в течение некоторого времени денежными средствами, на чем фактически настаивает заявитель, не было бы лишено разумных правовых оснований. Но - поскольку потерпевший, даже если бы денежные средства находились у него, не обязательно распорядился бы ими способами, которые бы нивелировали падение их покупательной способности, тем более что возможность достижения такого эффекта во многом зависит от совокупности обстоятельств, в том числе находящихся вне контроля этого субъекта правоотношений, - это означало бы установление презумпции или правомерной юридической фикции. Такое решение законодателя, в том числе для отдельных случаев наступления вреда, в частности связанных с совершением преступления, не выходило бы за пределы предоставленной ему статьями 71 (пункт "о") и 76 (часть 1) Конституции Российской Федерации дискреции в области регулирования гражданско-правовых отношений. Однако необходимость его принятия из положений Конституции Российской Федерации не вытекает (п.4).

Судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что, исходя из обстоятельств настоящего дела изъятие у истцов денежных средств было произведено в установленном Уголовно-процессуальным кодексом РФ порядке в связи с наличием оснований полагать, что их сбережение было связано с совершением преступления. Отсутствие таких оснований было установлено при вынесении определения Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ об отмене приговора Заельцовского районного суда города Новосибирска от ДД.ММ.ГГГГ и апелляционного определения судебной коллегии по уголовным делам Новосибирского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ в части конфискации изъятых у ФИО1 денежных средств, а также при вынесении постановления Заельцовского районного суда города Новосибирска от ДД.ММ.ГГГГ о возврате денежных средств ФИО1

Доказательств незаконности действий должностных лиц при изъятии, хранении денежных средств по смыслу ст.1069 ГК РФ, суду в соответствии с требованиями ст.56 ГПК РФ суду не представлено.

Из материалов дела следует, что денежные средства были возвращены истцам.

Исходя из приведенных норм Закона и правовых позиций Конституционного Суда РФ, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для взыскания с ответчиков в пользу истцов ФИО2, ФИО3, ФИО1 компенсации причиненного имущественного вреда, который обоснован изъятием в ходе следственных действий принадлежащих истцам денежных средств, вследствие чего под влиянием инфляционных процессов произошло их обесценивание (снижение покупательской способности).

Доводы апелляционной жалобы ФИО2, ФИО3 в части несогласия с отказом во взыскании компенсации морального вреда не могут быть приняты во внимание.

Постановлениями Заельцовского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3, ФИО2 отказано в принятии заявления о признании за ними права на реабилитацию, поскольку они не отнесены уголовно-процессуальным Законом к кругу лиц, имеющих право на реабилитацию.

Как правильно отмечено судом первой инстанции, данное требование не подлежит удовлетворению, поскольку заявлено истцами как вытекающее из требования о компенсации имущественного вреда, в удовлетворении которого судом отказано, в соответствии с требованиями ст.56, 57 ГПК РФ допустимых доказательств, достоверно подтверждающих причинно-следственную связь между действиями органов предварительного расследования и ухудшением состояния здоровья истцов истцами не представлено. Из приобщенных к делу отдельных заключений по результатам приема врачей-специалистов такая причинно-следственная связь не усматривается.

Кроме того, применительно к предполагаемому истцами случаю нарушения их имущественных прав, Законом не предусмотрена возможность компенсации морального вреда.

Доказательств нарушения личных неимущественных прав истцами ФИО2, ФИО3 в ходе рассмотрения дела не представлено.

В не отмененной части решение суда является законным и обоснованным, оснований к его отмене или изменению не усматривается, судом первой инстанции исследованы обстоятельства дела, дана надлежащая оценка представленным доказательствам, выводы суда не противоречат материалам дела, юридически значимые обстоятельства по делу судом установлены правильно, нормы материального права судом применены верно. Иные доводы апелляционных жалоб истцов не свидетельствуют о наличии оснований для отмены или изменения решения суда первой инстанции.

Руководствуясь статьями 328-330 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Октябрьского районного суда города Новосибирска от 19 сентября 2025 года отменить в части взыскания суммы компенсации морального вреда.

Принять по делу в данной части новое решение, которым в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать.

В остальной части решение суда первой инстанции оставить без изменения.

Апелляционную жалобу Министерства Финансов Российской Федерации удовлетворить.

Апелляционные жалобы истцов оставить без удовлетворения.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Кассационная жалоба на апелляционное определение может быть подана в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 25.02.2026