Апелляционное определение № 33-243/2026 33-6028/2025 от 20 января 2026 г.

Дело № 33-243/2026 (33-6028/2025); 2-747/2025

72RS0021-01-2024-006466-32


апелляционное определение

г. Тюмень

21 января 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Тюменского областного суда в составе:

председательствующего:

Кучинской Е.Н.,

судей: с участием прокурора: при секретаре:

Груздевой А.С., ФИО1 Макаровой Н.Т.,ФИО2

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ответчика Карась ФИО16 на решение Тюменского районного суда Тюменской области от 23.06.2025 года, которым постановлено:

«Исковые требования Карася ФИО17, Карася ФИО18 к Карась ФИО19 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки удовлетворить частично.

Признать сделку между ФИО3 ФИО20 и Карась ФИО21 (паспорт РФ <.......>) по договору от 11.12.2014 купли-продажи жилого дома, расположенного по адресу: <.......> кадастровый номер <.......>, недействительной.

Возвратить в собственность Карась ФИО22 (паспорт РФ <.......>) 1/2 долю в праве на жилой дом, расположенный по адресу: <.......> кадастровый номер <.......>.

Включить в состав наследственной массы наследодателя ФИО3 ФИО23, умершей 03.06.2023, 1/2 долю в праве на жилой дом, расположенный по адресу: <.......> кадастровый номер <.......>.

В остальной части иска – отказать».

Заслушав доклад судьи Тюменского областного суда Кучинской Е.Н. об обстоятельствах дела и доводах апелляционной жалобы, судебная коллегия

установила:

ФИО4, ФИО5 обратились в суд с иском к ФИО6, с учетом уточнения исковых требований просили признать недействительным договор купли-продажи жилого дома по адресу: <.......>, заключенный 11 декабря 2014 года между ФИО7 и ФИО6, и применить последствия недействительности сделки - возвратить в собственность ФИО4 1/2 долю в праве на жилой дом; включить в состав наследственной массы наследодателя ФИО7, умершей 03.06.2023, 1/2 долю в праве на жилой дом; аннулировать запись №<.......> от 25.12.2014 в Едином государственном реестра недвижимого имущества о регистрации права собственности ФИО6

В обоснование иска указали, что скончавшаяся ФИО7 являлась супругой ФИО4 и матерью Карася В.В. В период брака, 01 ноября 1982 года, ФИО4 и ФИО7 приобрели в собственность спорный жилой дом, право собственности на который было зарегистрировано за ФИО7 С 1996 года ФИО4 и ФИО7 стали проживать отдельно, но брак расторгнут не был. В спорном жилом доме осталась ФИО7 Решением Тюменского районного суда Тюменской области от 11 сентября 2013 года по гражданскому делу № 2-1667/2013 произведен раздел совместно нажитого имущества супругов. За ФИО4 и ФИО7 было признано право долевой собственности по 1/2 доли на жилой дом по адресу: <.......>. ФИО4 право собственности на 1/2 долю на основании решения суда не зарегистрировал. 03 июня 2023 года ФИО7 умерла. На похоронах ФИО7 истцам от дочери Карася В.В. - ФИО6 стало известно, что в декабре 2014 года ФИО7 по договору купли-продажи передала жилой дом в ее собственность. ФИО4 согласие на отчуждение своей доли в жилом доме не давал, данное имущество выбыло из собственности ФИО4 вопреки его воли. В результате заключения договора купли-продажи жилого дома от 11 декабря 2014 года ФИО4 и ФИО5, являясь наследниками первой очереди, лишены возможности оформить права на имущество супруги и матери, поскольку оно незаконно выбыло из наследственной массы. Совершенная между ФИО7 и ФИО6 сделка в силу статей 166, 167, 168, 169 ГК РФ не соответствует требованиям закона и противоречит основам правопорядка и нравственности, нарушает запрет, установленный п.1 ст. 10 ГК РФ, положений п.2 ст. 209, п.2 ст.218, ст.253 ГК РФ, п.3 ст. 35 СК РФ, противоречит существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, а также посягает на права и охраняемые законом интересы истцов. Совершая оспариваемую сделку, ФИО7 была осведомлена о состоявшемся судебном решении о разделе совместно нажитого в период брака с ФИО4 имущества. Поскольку правоспособность ФИО7 прекращена, 1/2 доля в праве на жилой дом подлежат включению в состав наследственной массы ФИО7

Судом постановлено изложенное выше решение, с которым не согласна ответчик ФИО6 в лице представителя ФИО8, в апелляционной жалобе просит решение отменить, в удовлетворении исковых требовании отказать.

Указывает, что на момент заключения сделки купли-продажи спорного жилого дома единственным собственником указанного имущества согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости являлась ФИО7 Отмечает, что после приобретения ФИО4 и ФИО9 жилого дома, право собственности было зарегистрировано на ФИО7 Указывает, что с 1996 года ФИО4 не живет в данном доме, бремя содержания имущества не несёт, налог на имущество не оплачивает, содержанием дома не занимается, коммунальные платежи также не вносит. Настаивает, что о состоявшемся разделе имущества между ФИО6 и ФИО7 она не знала. Обращает внимание, что договор купли-продажи заключен по истечении более года с момента вынесения Тюменским районным судом решения о разделе имущества супругов (решение 11.09.2013, сделка 11.12.2014), то есть, по ее мнению, этого времени было достаточно, чтобы истец зарегистрировал право собственности.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика ФИО8 доводы апелляционной жалобы поддержала.

Представитель истцов ФИО10 просил оставить решение без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

По заключению прокурора Макаровой Н.Т. решение отмене по доводам апелляционной жалобы не подлежит.

Истцы ФИО4, ФИО5, ответчик ФИО6, представители третьих лиц Управления Росреестра по Тюменской области, администрации Тюменского района Тюменской области, третье лицо нотариус ФИО11 в суд не явились, о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы извещены, также информация о деле была заблаговременно размещена на официальном сайте Тюменского областного суда oblsud.tum.sudrf.ru (раздел «Судебное делопроизводство»).

Ходатайств об отложении судебного разбирательства не поступало, доказательств уважительности причин неявки не представлено.

На основании части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в их отсутствие.

Проверив законность принятого судом решения и материалы дела в пределах доводов апелляционной жалобы, как предусмотрено частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом установлено, что с 14 февраля 1976 года ФИО4 и ФИО7 состояли в зарегистрированном браке (т.1, л.д.13). Брак расторгнут не был. Супруги совместно не проживали с 1995-1996 года.

В период брака супругами ФИО4 и ФИО7 за счет совместно нажитых денежных средств был приобретен жилой дом, площадью 70 кв.м, по адресу: <.......>. Впоследствии дому присвоен №<.......> (т.1, л.д.15-16).

Решением Тюменского районного суда Тюменской области от 11 сентября 2011 года по делу №2-1667/2013 произведен раздел совместно нажитого ФИО4 и ФИО7 имущества - жилого дома по адресу: <.......>.

За ФИО4 и ФИО7 признано право долевой собственности на указанный жилой дом по 1/2 доли за каждым.

Решение вступило в законную силу 17 октября 2013 года (т.2, л.д.84-85).

Данный судебный акт для осуществления регистрации права собственности в 1/2 доли на жилой дом по адресу: <.......> ни ФИО7, ни ФИО12 не направлялись, не предъявлялись, в связи с чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество сохранялись сведения о праве собственности ФИО7 на указанный объект.

11 декабря 2014 года между ФИО7 (продавец) и ФИО6 в лице законного представителя ФИО13 (покупатель) заключен договор купли-продажи жилого дома, расположенного по адресу: <.......>. В тот же день по акту приема-передачи жилой дом передан в собственность ФИО6 в лице законного представителя ФИО13 (т.1, л.д.116, 118).

03 июня 2023 года ФИО7 умерла, что подтверждается свидетельством о смерти № <.......> № <.......> (т.1, л.д.12).

Разрешая спор и признавая недействительным договор купли-продажи от 11 декабря 2014 года, суд первой инстанции исходил из того обстоятельства, что сделка по распоряжению совместным имуществом супругов совершена ФИО7, осведомленной о состоявшемся судебном решении о разделе имущества, в отсутствие нотариально удостоверенного согласия супруга, в связи с чем, пришел к выводу, что договор заключен с нарушением действующего законодательства, поскольку имущество, являющееся предметом оспариваемой сделки, является совместно нажитым имуществом, приобретенным во время брака, признав поведение ФИО7 недобросовестным.

Кроме того, ссылаясь на тот факт, что ранее – в 2023 году ФИО4, ФИО5 обращались с требованиями к ФИО13, ФИО6 о признании договора купли-продажи недействительным, применении последствий недействительности сделки, оставленными без рассмотрения определением Тюменского районного суда от 28 августа 2024 года, и ФИО6 предъявляла к ФИО4 встречный иск о прекращении права собственности, признании права собственности, выплате компенсации, в удовлетворении которого решением Тюменского районного суда от 28 августа 2024 года было отказано (дело №2-900/2024), суд посчитал, что ответчик ФИО6 признает право собственности ФИО4 на спорный жилой дом, имела намерение выплатить компенсацию за его долю.

Заявление стороны ответчика о применении исковой давности было отклонено по мотиву того, что согласно пояснениям истцов ФИО4 и Карася В.В. о названной сделке им стало известно лишь на похоронах ФИО7, то есть в 2023 году, при том, что ФИО4 длительное время не проживал на территории Тюменской области; отношения между супругами, а также сыном ФИО5 не складывались; фактически в доме проживала ФИО7, ФИО13 и ФИО6; право собственности на названный дом было зарегистрировано только за ФИО7

Согласно части 1 статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение суда должно быть законным и обоснованным.

В пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении» разъяснено, что решение может считаться законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права. Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Указанным требованиям обжалуемое решение не отвечает: выводы суда, изложенные в решении, не соответствуют обстоятельствам дела, неправильно применены нормы материального права.

В соответствии с пунктом 1 статьи 131 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней. Регистрации подлежат: право собственности, право хозяйственного ведения, право оперативного управления, право пожизненного наследуемого владения, право постоянного пользования, ипотека, сервитуты, а также иные права в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными законами.

Согласно положениям статьи 8.1 Гражданского кодекса российской Федерации в случаях, предусмотренных законом, права, закрепляющие принадлежность объекта гражданских прав определенному лицу, ограничения таких прав и обременения имущества (права на имущество) подлежат государственной регистрации (пункт 1).

Права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, если иное не установлено законом (пункт 2).

Если право на имущество возникает, изменяется или прекращается вследствие наступления обстоятельств, указанных в законе, запись о возникновении, об изменении или о прекращении этого права вносится в государственный реестр по заявлению лица, для которого наступают такие правовые последствия. Законом может быть предусмотрено также право иных лиц обращаться с заявлением о внесении соответствующей записи в государственный реестр (пункт 4).

Вступившие в законную силу судебные акты являются основанием для осуществления государственной регистрации прав (пункт 5 части 2 статьи 14 Федеральный закон от 13.07.2015 №218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости»).

Исходя из приведенных норм решение Тюменского районного суда Тюменской области от 11 сентября 2011 года по делу №2-11667/2013 о разделе совместно нажитого ФИО4 и ФИО7 имущества являлось основанием для государственной регистрации права общей долевой собственности ФИО4 и ФИО7 на спорный жилой дом по 1/2 доли за каждым. До осуществления государственной регистрации общей долевой собственности сохранялся режим совместной собственности.

В соответствии с пунктом 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Пунктом 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что для заключения одним из супругов сделки по распоряжению имуществом, права на которое подлежат государственной регистрации, сделки, для которой законом установлена обязательная нотариальная форма, или сделки, подлежащей обязательной государственной регистрации, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга.

Супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки, по правилам статьи 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу пунктов 1 и 2 статьи 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе.

Законом или в предусмотренных им случаях соглашением с лицом, согласие которого необходимо на совершение сделки, могут быть установлены иные последствия отсутствия необходимого согласия на совершение сделки, чем ее недействительность.

Поскольку законом не установлено иное, оспоримая сделка, совершенная без необходимого в силу закона согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, может быть признана недействительной, если доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об отсутствии на момент совершения сделки необходимого согласия такого лица или такого органа.

Таким образом, сделка купли-продажи между ФИО7 и ФИО6 является оспоримой, при этом срок для обращения в суд о признании договора недействительным составлял один год со дня, когда истец узнал или должен был узнать о совершении данной сделки.

Ссылаясь на получение истцами информации об отчуждении жилого дома по договору купли-продажи от 11 декабря 2014 года лишь в июне 2023 года, суд не учел, что в силу статьи 210 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором, а согласно пункту 3 статьи 3 Налогового кодекса Российской Федерации каждое лицо должно уплачивать законно установленные налоги и сборы.

Для собственников недвижимости – физических лиц установлен налог на имущество физических лиц (глава 32 Налогового кодекса Российской Федерации).

Считая себя собственником 1/2 доли в праве собственности на жилой дом на основании судебного решения, ФИО4 обязан был принять меры к уплате налога на имущество, для чего в разумные сроки, не превышающие, по мнению судебной коллегии, двух лет со дня вступления 17 октября 2013 года решения в законную силу, обратиться в орган Росреестра для государственной регистрации права собственности, - в этом случае он мог либо предотвратить совершение сделки, либо ему очевидно стало бы известно о заключении договора.

Следовательно, ФИО4 должен был узнать о нарушении своего права не позднее 17 октября 2015 года.

Поскольку иск предъявлен 18 ноября 2024 года (т.1, л.д.28), срок исковой давности для оспаривания сделки ФИО4 пропущен.

ФИО5 самостоятельного права для оспаривания сделки, совершенной в отношении имущества, принадлежавшего его родителям, не имеет, его право требовать применения последствия недействительности сделки путем включения 1/2 доли в состав наследства возникает в случае признания договора купли-продажи недействительным по иску ФИО4, в связи с чем, момент, когда ФИО4 узнал о заключении договора купли-продажи, юридического значения не имеет.

Ссылаясь в обоснование отказа в применении исковой давности на предпринятые истцами меры, суд данный вывод не раскрывает, конкретные меры не указывает.

Также суд привел в решении статью 169 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна и влечет последствия, установленные статьей 167 настоящего Кодекса.

Вместе с тем мотивов, по которым могла применяться данная норма, решение не содержит, оснований полагать, что оспариваемый договор купли-продажи жилого дома преследовал цель, противную основам правопорядка или нравственности, не усматривается.

Коме того, суд указал, что сделка совершена ФИО7 и ФИО13 в интересах ФИО6 с нарушением действующего законодательства, поскольку имущество, являющееся ее предметом, является совместно нажитым, приобретенным во время брака, и признал поведение ФИО7 недобросовестным.

Согласно абзацу первому пункта 2, пунктам 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В силу пунктов 1, 5 статьи 10 названного Кодекса не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

В пунктах 7, 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При наличии в законе специального основания недействительности подобная сделка признается недействительной по этому основанию, например по правилам статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что сделка, нарушающая законодательный запрет на злоупотребление правом, может быть признана недействительной судом по требованию лица, чье право нарушено этой сделкой, на основании статьи 10 и пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Однако для признания недействительной по этому основанию двусторонней сделки необходимо установить, что злоупотребление правом допущено обеими сторонами сделки, которые действовали в обход закона.

Если злоупотребление правом второй стороны сделки не установлено, то в силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации предполагается, что она действовала добросовестно (определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2022 по делу № 16-КГ24-35-К4).

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (абзац 3 пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Таким образом, добросовестность приобретателя презюмируется.

Зарегистрированное право может быть оспорено только в судебном порядке. Лицо, указанное в государственном реестре в качестве правообладателя, признается таковым, пока в установленном законом порядке в реестр не внесена запись об ином.

Приобретатель недвижимого имущества, полагавшийся при его приобретении на данные государственного реестра, признается добросовестным (статьи 234 и 302), пока в судебном порядке не доказано, что он знал или должен был знать об отсутствии права на отчуждение этого имущества у лица, от которого ему перешли права на него (абзацы первый и третий пункта 6 статьи 8.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Между тем доказательств злоупотребления правом со стороны ответчика ФИО6, действовавшей при совершении сделки в лице законного представителя ФИО13, истцом не представлено, в связи с чем, сделка не может быть признана ничтожной на основании статьи 10 и пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Вопреки выводу суда, то обстоятельство, что ранее ФИО6, являясь ответчиком в деле №2-900/2024 по аналогичным требованиям ФИО4 и Карася В.В., оставленным без рассмотрения, предъявляла встречный иск о признании права собственности, при рассмотрении которого высказывала намерение выплатить компенсацию за долю ФИО4, свидетельствует не о признании ФИО6 за ним права собственности, а лишь об избрании такого способа защиты.

В силу статьи 301 Гражданского кодекса Российской Федерации, которой также руководствовался суд первой инстанции, собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения (пункт 1).

Если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли (пункт 2).

Согласно разъяснениям пунктов 35, 39 Постановления Пленума Верховного и Высшего Арбитражного Судов Российской Федерации от 29.04.2010 №10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», если имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе обратиться с иском об истребовании имущества из незаконного владения приобретателя (статьи 301, 302 ГК РФ). Когда в такой ситуации предъявлен иск о признании недействительными сделок по отчуждению имущества, суду при рассмотрении дела следует иметь в виду правила, установленные статьями 301, 302 ГК РФ.

По смыслу пункта 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли.

Недействительность сделки, во исполнение которой передано имущество, не свидетельствует сама по себе о его выбытии из владения передавшего это имущество лица помимо его воли. Судам необходимо устанавливать, была ли воля собственника на передачу владения иному лицу.

Если, несмотря на отсутствие регистрации права общей долевой собственности, исходить из вступившего в законную силу судебного решения о разделе имущества, то ФИО7, являясь собственником 1/2 доли, вправе была распорядиться принадлежащим ей имуществом (статья 209 Гражданского кодекса Российской Федерации) в установленном законом порядке, оснований для включения ее доли в состав наследства не имеется.

Поскольку отчуждалась не доля, а жилой дом в целом, то нотариального удостоверения сделка не требовала (пункт 1 части 1.1 статьи 42 Федерального закона от 13.07.2015 №218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости»), ничтожной в силу пункта 3 статьи 163 Гражданского кодекса Российской Федерации не являлась.

В то же время продажа доли ФИО4 осуществлена ФИО7 в отсутствие полномочий.

В этом случае на основании приведенных норм, учитывая возмездность сделки, ФИО4 вправе был истребовать свою долю из владения ответчика при установлении недобросовестности приобретателя либо выбытии жилого дома из владения истца помимо его воли.

Под владением в институте виндикационного иска следует понимать фактическое обладание вещью.

Бремя доказывания факта выбытия имущества из владения собственника помимо его воли, а в случае недоказанности этого факта - бремя доказывания недобросовестности приобретателя возлагается на самого собственника.

Из искового заявления следует, что ФИО4 добровольно выехал из жилого дома в 1996 году, с тех пор он вселиться не пытался, бремя содержания имущества не нес, налоги на недвижимое имущество не оплачивал, с заявлением о регистрации права собственности в регистрирующий орган не обращался, что свидетельствует о выбытии жилого дома из владения ФИО4 по его воле.

Доказательств недобросовестности приобретения спорных объектов ФИО6 в лице ФИО13 не представлено, осведомленность о разделе имущества в судебном порядке не подтверждена.

На момент сделки записи об ограничениях и обременениях в отношении жилого дома в ЕГРН отсутствовали, ФИО7 значилась собственником данных объектов.

При этом правоподтверждающее значение государственной регистрации прав на объекты недвижимости и ее значимость как гарантии правовой определенности в обороте недвижимости, позволяющей его участникам соизмерять собственное поведение и предвидеть последствия такового в условиях неизменности официально признанного статуса правообладателей, неоднократно подчеркивал Конституционный Суд Российской Федерации (постановления от 14.05.2012 №11-П, от 04.06.2015 №13-П и др.).

Иное нарушало бы баланс прав и законных интересов всех участников гражданского оборота и тем самым вело бы - в противоречие со статьей 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации - к неоправданному ограничению права собственности, гарантируемого ее статьей 35, на что указывал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 13.07.2021 №35-П по делу о проверке конституционности пункта 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Кроме того, на иск об истребовании имущества из чужого незаконного владения распространяются нормы об исковой давности.

В соответствии со статьей 195, пунктом 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Согласно пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (пункт 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как указано выше, действуя осмотрительно, в разумный срок обратившись за государственной регистрацией права, по крайней мере, для добросовестного исполнения обязанности собственника по уплате налога, ФИО4 должен был узнать о нарушении своего права не позднее, по мнению судебной коллегии, двух лет с момента вступления в законную силу решения о разделе имущества, то есть, предусмотренный законом трехлетний срок исковой давности, о применении которого заявлено ответчиком, истек в 2018 году, также пропущен.

Таким образом, доводы апелляционной жалобы заслуживают внимание, требования о признании сделки недействительной, возврате имущества и включении имущества в состав наследства удовлетворению не подлежали.

При изложенных обстоятельствах решение в части удовлетворения исковых требований нельзя признать законным и обоснованным, на основании пунктов 3, 4 части 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации подлежит отмене с принятием нового решения об отказе в удовлетворении иска в данной части.

Руководствуясь статьями 328 - 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Тюменского районного суда Тюменской области от 23 июня 2025 года отменить в части удовлетворения исковых требований и принять в данной части новое решение.

Карасю ФИО24 (паспорт <.......>), Карасю ФИО25 (паспорт <.......>) в удовлетворении иска к Карась ФИО26 (паспорт <.......>) о признании недействительным договора купли-продажи жилого дома, расположенного по адресу: <.......>, кадастровый номер <.......>, заключенного 11 декабря 2014 года между ФИО3 ФИО27 и Карась ФИО28 (паспорт <.......>), возврате в собственность Карася ФИО29 (паспорт <.......>) 1/2 доли в праве на жилой дом и включении в состав наследственной массы наследодателя ФИО3 ФИО30, умершей 03 июня 2023 года, 1/2 доли в праве на жилой дом, расположенный по адресу: <.......>, кадастровый номер <.......> – отказать.

В остальной части решение оставить без изменения.

Апелляционную жалобу ответчика Карась ФИО31 – удовлетворить.

Председательствующий: Кучинская Е.Н.

Судьи коллегии: Груздева А.С.

ФИО1

Мотивированное апелляционное определение составлено 03 февраля 2026 года.