Апелляционное определение № 33-321/2026 от 25 февраля 2026 г.

Судья Нетеса С.С. Дело № 33-321/2026

Дело № 2-6000/2025

УИД 41RS0001-01-2025-007871-93


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

26 февраля 2026 года г. Петропавловск-Камчатский

Судебная коллегия по гражданским делам Камчатского краевого суда в составе:

председательствующего Мартьяновой С.Ю.,

судей Томашевской М.В., Миронова А.А.,

с участием прокурора Ляховенко В.В.,

при секретаре Пушкарь О.И.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к страховому публичному акционерному обществу «Ингосстрах», ФИО4 о взыскании материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, неустойки, компенсации морального вреда, иску ФИО5 к ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе страхового публичного акционерного общества «Ингосстрах» на решение Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 01 октября 2025 года.

Заслушав доклад судьи Томашевской М.В., объяснения представителя истцов ФИО3, ФИО5А– адвоката Мартыновой Е.В., заключение прокурора Ляховенко В.В., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО3 обратилась в суд с иском к СПАО «Ингосстрах» и ФИО4, указав, что 14 января 2025 года в результате дорожно-транспортного происшествия (далее ДТП) по вине неустановленного водителя, управлявшего принадлежащим ФИО4 автомобилем «Тойота Марк 2 Квалис», государственный регистрационный знак №, был поврежден принадлежащий ей автомобиль «Киа Вайд Бонго», государственный регистрационный знак №. Гражданская ответственность владельца автомобиля «Тойота Марк 2 Квалис» на момент ДТП была застрахована в СПАО «Ингосстрах». В установленный законом срок страховая компания страховую выплату не произвела, отказав в ее осуществлении со ссылкой на отсутствие постановления по делу об административном правонарушении с указанием виновного лица.

ФИО3 просила взыскать с СПАО «Ингосстрах» страховое возмещение в размере 400 000 руб., неустойку за период с 11 июня 2025 года по день вынесения решения суда в размере 400 000 руб., компенсацию морального вреда 50 000 руб., штраф и судебные расходы, а с ФИО4 – сумму материального ущерба, превышающую страховую выплату, в размере 102 600,52 руб. и судебные расходы.

ФИО5, управлявший в момент ДТП автомобилем «Киа Вайд Бонго», обратился с иском к ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного здоровью в результате полученных в ДТП повреждений <данные изъяты>, в размере 100 000 руб. и судебных расходов.

Решением Петропавловск-Камчатского городского суда от 01 октября 2025 года исковые требования ФИО3 и ФИО5 удовлетворены. Суд взыскал с СПАО «Ингосстрах» в пользу ФИО3 страховую выплату 400 000 руб., неустойку 400 000 руб., компенсацию морального вреда 3 000 руб., штраф 200 000 руб., судебные издержки 35 000 руб. С ФИО4 в пользу ФИО3 взыскана сумма материального ущерба 102 600,52 руб. и судебные расходы 24 078 руб., в пользу ФИО5 – компенсация морального вреда 20 000 руб. и судебные издержки 10 000 руб. С СПАО «Ингосстрах» в бюджет городского округа взыскана государственная пошлина 24 000 руб.

В апелляционной жалобе СПАО «Ингосстрах» просит решение суда отменить, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований к страховщику. В обоснование жалобы указывает, что судом первой инстанции нарушены нормы материального права. По мнению заявителя, лицо, управлявшее автомобилем «Тойота Марк 2 Квалис» в момент ДТП и скрывшееся с места происшествия, не было установлено, управляло транспортным средством без законных оснований, поскольку не являлось его владельцем, не было вписано в полис ОСАГО и не имело доверенности. Ссылаясь на положения ст. 1 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее Закон об ОСАГО) и разъяснения, содержащиеся в определении Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 29 марта 2023 года по делу № 88-7815/2023, страховщик утверждает, что такое лицо не является субъектом страховых отношений, следовательно, у СПАО «Ингосстрах» отсутствует обязанность по выплате страхового возмещения. Также апеллянт полагает, что суд не установил фактического собственника транспортного средства, не выяснил обстоятельства выбытия автомобиля из обладания законного владельца, не рассмотрел вопрос о привлечении к участию в деле Российского Союза Автостраховщиков и непосредственного причинителя вреда. Кроме того, обращает внимание на утрату силы п. 45 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 декабря 2017 года № 58, на который, по мнению заявителя, мог ссылаться истец, и полагает, что действующее постановление Пленума Верховного Суда РФ от 08 ноября 2022 года № 31 не содержит аналогичных разъяснений о безусловной обязанности страховщика выплачивать возмещение при использовании транспортного средства любым лицом.

Возражения на апелляционную жалобу не поступили.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель истцов ФИО3, ФИО5 – адвокат Мартынова Е.В. возражала против удовлетворения апелляционной жалобы ответчика, полагая, что страховая компания не исполнила свои обязательства надлежащим образом.

Прокурором Ляховенко В.В. дано заключение, в соответствии с которым решение суда первой инстанции является законным и обоснованным, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о времени и месте судебного разбирательства в суде апелляционной инстанции надлежащим образом, в судебное заседание не явились, представителей в суд не направили.

С учетом положений ч. 1 ст. 327, ч. 3 ст. 167 ГПК РФ суд апелляционной инстанции пришел к выводу о возможности рассмотрения дела в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле.

Выслушав лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, материал № об административном правонарушении, предусмотренном ст. 12.24 КоАП РФ, проверив законность и обоснованность решения суда в порядке ст. 327.1 ГПК РФ в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 195 ГПК РФ решение суда должно быть законным и обоснованным. Как разъяснено в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении», решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению. Решение является обоснованным, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требования закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании.

Судебная коллегия полагает, что решение суда первой инстанции указанным требованиям соответствует.

Разрешая спор, суд первой инстанции правильно руководствовался положениями статей 929, 931, 1064, 1072, 1079 ГК РФ, нормами Закона об ОСАГО, а также разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08 ноября 2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств».

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что 14 января 2025 года произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля «Тойота Марк 2 Квалис», государственный регистрационный знак №, принадлежащего ФИО4, под управлением неустановленного лица, и автомобиля «Киа Вайд Бонго», государственный регистрационный знак № принадлежащего ФИО3, под управлением ФИО5 Виновником ДТП признан неустановленный водитель автомобиля «Тойота Марк 2 Квалис», нарушивший пункт 13.9 Правил дорожного движения РФ и скрывшийся с места происшествия. Гражданская ответственность владельца автомобиля «Тойота Марк 2 Квалис» на момент ДТП была застрахована в СПАО «Ингосстрах» по полису ОСАГО <данные изъяты>.

Согласно заключению ООО «Группа содействия Дельта» от 17 февраля 2025 года №, составленному по заявке СПАО «Ингосстрах», стоимость восстановительного ремонта транспортного средства истца составляет без учета износа – 779 800 руб., с учетом износа – 457 700 руб., стоимость транспортного средства определена в размере 200 000 руб., стоимость годных остатков составляет 21 912 руб.

Таким образом, в результате ДТП наступила полная гибель транспортного средства потерпевшего.

Обратившись к страховщику с заявлением о страховой выплате, ФИО3 получила отказ, мотивированный отсутствием постановления по делу об административном правонарушении с указанием виновного лица.

Между тем, как обоснованно указал суд первой инстанции, полный пакет документов, предусмотренных Правилами обязательного страхования, включая документы, составленные сотрудниками ГИБДД, из которых следовало, что ДТП произошло по вине водителя автомобиля, гражданская ответственность владельца которого застрахована СПАО «Ингосстрах», был представлен страховщику 21 мая 2025 года. В связи с этим у страховой компании отсутствовали правовые основания для отказа в выплате страхового возмещения.

Определяя размер ущерба, суд обоснованно принял за основу экспертное заключение №, выполненное ИП ФИО1, согласно которому рыночная стоимость автомобиля истца до повреждения составляла 532 587 руб., стоимость годных остатков – 29 986,48 руб., в связи с чем размер подлежащего возмещению ущерба составил 502 600,52 руб. Поскольку лимит ответственности страховщика по договору ОСАГО составляет 400 000 руб., суд правомерно взыскал эту сумму со страховой компании, а оставшуюся часть ущерба в размере 102 600,52 руб. – с собственника транспортного средства ФИО4, который не доказал, что автомобиль выбыл из его обладания в результате противоправных действий третьих лиц.

Удовлетворяя требования о взыскании неустойки, штрафа и компенсации морального вреда со страховщика, суд исходил из установленного факта нарушения прав потребителя, выразившегося в невыплате страхового возмещения в установленный законом срок. Расчет неустойки, произведенный судом за период с 11 июня 2025 года по 01 октября 2025 года, соответствует требованиям п. 21 ст. 12 Закона об ОСАГО, а ее размер обоснованно ограничен страховой суммой. Штраф взыскан в соответствии с п. 3 ст. 16.1 Закона об ОСАГО. Оснований для применения ст. 333 ГК РФ суд не усмотрел, с чем судебная коллегия соглашается.

Разрешая требования ФИО5 о компенсации морального вреда, суд, руководствуясь ст.ст. 151, 1100, 1101 ГК РФ, учел факт причинения истцу телесных повреждений <данные изъяты>, степень физических и нравственных страданий, требования разумности и справедливости, определив размер компенсации в 20 000 руб.

Доводы апелляционной жалобы СПАО «Ингосстрах» о том, что неустановленный водитель, управлявший автомобилем «Тойота Марк 2 Квалис», не является субъектом страховых отношений, поскольку управлял транспортным средством без законных оснований, и поэтому у страховщика отсутствует обязанность по выплате страхового возмещения, основаны на неправильном толковании норм материального права.

В соответствии с абзацем 11 ст. 1 Закона об ОСАГО страховым случаем признается наступление гражданской ответственности владельца транспортного средства за причинение вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших при использовании транспортного средства, влекущее за собой в соответствии с договором обязательного страхования обязанность страховщика осуществить страховую выплату. При этом под владельцем транспортного средства понимается собственник, а также лицо, владеющее транспортным средством на ином законном основании (абзац 4 указанной статьи).

Из материалов дела следует, что собственником автомобиля «Тойота Марк 2 Квалис» является ФИО4, его гражданская ответственность как владельца застрахована в СПАО «Ингосстрах». Доказательств того, что в момент ДТП автомобиль выбыл из обладания собственника в результате противоправных действий третьих лиц (угона), материалы дела не содержат.

Неустановление лица, управлявшего автомобилем, не равнозначно его утрате в результате противоправных действий. Сам по себе факт того, что личность водителя не установлена, а собственник ФИО4 и допущенное к управлению указанным автомобилем ФИО2 отрицают свою причастность к управлению в момент ДТП, не свидетельствуют о безусловном выбытии автомобиля из обладания собственника в результате противоправных действий третьих лиц. Более того, из материалов дела следует, что автомобиль не находился в розыске, его собственник ФИО4 с заявлением об угоне не обращался, что подтверждается материалами административного расследования. Следовательно, на момент ДТП законным владельцем источника повышенной опасности оставался ФИО4, и его гражданская ответственность за вред, причиненный при использовании этого автомобиля, была застрахована. То обстоятельство, что личность непосредственного водителя не установлена, не освобождает страховщика от обязанности по выплате страхового возмещения потерпевшему, поскольку страхуется риск ответственности владельца транспортного средства, а не конкретного водителя. Иное толкование противоречило бы целям Закона об ОСАГО, направленным на защиту прав потерпевших на возмещение причиненного им вреда.

Вот вариант абзаца, который органично впишется в мотивировочную часть апелляционного определения при отклонении данного довода жалобы:

Не может быть принят во внимание тот факт, что собственник транспортного средства ФИО4 не включен в число лиц, допущенных к управлению, поскольку данное обстоятельство не освобождает страховщика от обязанности по выплате страхового возмещения потерпевшему. В соответствии с п. 1 ст. 6 Закона об ОСАГО объектом обязательного страхования являются имущественные интересы, связанные с риском гражданской ответственности владельца транспортного средства по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших при использовании транспортного средства на территории Российской Федерации. Таким образом, по договору ОСАГО застрахована ответственность самого владельца (собственника) как законного обладателя источника повышенной опасности, независимо от того, кто именно находился за управлением в момент дорожно-транспортного происшествия. Тот факт, что собственник не указан в полисе в качестве лица, допущенного к управлению, при наступлении страхового случая может являться основанием для предъявления страховщиком регрессного требования к непосредственному причинителю вреда в порядке ст. 14 Закона об ОСАГО, однако не освобождает страховую компанию от исполнения обязательств перед потерпевшим, поскольку страховой случай наступил при использовании застрахованного транспортного средства.

Ссылка заявителя на определение Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 29 марта 2023 года по делу № 88-7815/2023 не может быть принята во внимание, поскольку в указанном деле, речь шла о ситуации, когда был установлен факт противоправного завладения автомобилем (угон), что влечет иные правовые последствия и не относится к обстоятельствам настоящего спора.

Доводы о том, что суд не установил фактического собственника автомобиля и обстоятельства выбытия автомобиля из обладания законного владельца, также несостоятельны. Суд первой инстанции дал надлежащую оценку объяснениям ФИО4 и ФИО2 о том, что автомобилем пользуется ФИО2, и обоснованно указал, что каких-либо доказательств, подтверждающих переход права собственности или законное владение иным лицом, в материалы дела не представлено. Сам по себе факт пользования автомобилем иным лицом без надлежащего оформления не освобождает собственника от ответственности за вред, причиненный при использовании этого автомобиля, что соответствует разъяснениям, содержащимся в п. 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина».

Необоснованным является и довод жалобы о необходимости привлечения к участию в деле Российского Союза Автостраховщиков. В соответствии со ст. 18 Закона об ОСАГО компенсационные выплаты осуществляются РСА в случаях, если страховая выплата по обязательному страхованию не может быть осуществлена, в частности, вследствие применения к страховщику процедуры банкротства, неизвестности лица, ответственного за причиненный вред, отсутствия договора ОСАГО у причинителя вреда. В данном случае гражданская ответственность владельца автомобиля «Тойота Марк 2 Квалис» была застрахована в СПАО «Ингосстрах», следовательно, обязанность по выплате страхового возмещения лежит на этом страховщике, а не на РСА.

Утверждение апеллянта о том, что п. 45 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 декабря 2017 года № 58 утратил силу, а действующее постановление Пленума от 08 ноября 2022 года № 31 не содержит аналогичных разъяснений, не опровергает правильности выводов суда первой инстанции. Отсутствие в новом постановлении прямого указания на обязанность страховщика выплачивать возмещение при использовании транспортного средства любым лицом не отменяет этой обязанности, вытекающей непосредственно из положений Закона об ОСАГО, которые были правильно применены судом.

При таких обстоятельствах судебная коллегия приходит к выводу, что решение суда первой инстанции является законным и обоснованным, постановленным в соответствии с нормами материального и процессуального права.

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на его обоснованность и законность либо опровергали выводы суда, в связи с чем признаются судебной коллегией несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого решения.

Руководствуясь статьями 327.1 – 329 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 01 октября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение составлено ДД.ММ.ГГГГ.