Решение № 2-1838/2018 2-1838/2018~М-1504/2018 М-1504/2018 от 20 ноября 2018 г. по делу № 2-1838/2018

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОСССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

21.11.2018 года город Воронеж

Советский районный суд города Воронежа в составе:

председательствующего судьи Куприной В.Б.,

при секретаре Авериной О.К.,

с участием: представителей истца – ФИО3 по доверенности ФИО4, адвоката по ордеру ФИО5,

представителя ответчика – ФИО6 по доверенности ФИО7,

представителя третьего лица – ООО СК «Согласие» по доверенности ФИО8,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к ФИО6, ФИО9 о признании недействительным договора купли-продажи квартиры, истребовании имущества из чужого незаконного владения,

установил:

первоначально ФИО3 обратился в Советский районный суд г. Воронежа к ФИО6, ФИО9 с иском, в котором просил суд признать недействительными договоры купли-продажи квартиры, площадью 69,4 кв.м, кадастровый №, расположенной по адресу: <адрес>, <адрес>, заключенные весной 2017 года между ФИО3 и ФИО9 и в дальнейшем – 18.05.2017 года между Шевчуком Е.В и ФИО6

В ходе рассмотрения дела исковые требования были уточнены. Окончательно истец просит суд: признать недействительным договор купли-продажи квартиры, площадью 69,4 кв.м, кадастровый №, расположенной по адресу: <адрес>, заключенный 07.03.2017 года между ФИО3 и ФИО9, и истребовать из чужого незаконного владения ФИО6 квартиру, расположенную по адресу: <адрес>.

В обоснование требований указано, что ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.р., был зарегистрирован и проживал в принадлежащей ему квартире, площадью 69,4 кв.м, кадастровый №, расположенной по адресу: <адрес>. 12.02.2018 года ФИО4 (сыну ФИО3) стало известно, что ФИО3 в указанной квартире не проживает, снят с регистрационного учета, а саму квартиру продал 07.03.2017 года ФИО9 В связи с неизвестным местом нахождения ФИО3 12.02.2018 года ФИО4 обратился в правоохранительные органы с заявлением о его розыске. В ходе розыскных мероприятий было установлено, что с августа 2017 года ФИО3 находился в БУЗ ВО «<адрес> клинический психоневрологический диспансер», где он проходит лечение до настоящего времени. Также указано, что 18.05.2017 года ФИО9 продал спорную квартиру ФИО6 Иного жилья ФИО3 на право собственности не имеет, спорная квартира была его единственным жильем. В этой связи, а кроме того в силу наличия болезненных расстройств психической деятельности ФИО3, не позволяющих последнему понимать значение своих действий и руководить ими, в том числе на момент заключения сделки от 07.03.2017 года, по мнению стороны истца, являются основаниями для признания таковой (сделки) недействительной, что, в свою очередь, как следствие, – основанием для истребования спорной квартиры из чужого незаконного владения. Также указано, что передача ответчиком – ФИО9 денежной суммы ФИО3 в размере 2 100 000 рублей в счет оплаты приобретаемой квартиры не подтверждена, также как факт телефонных разговором указанных лиц, предшествующий дате заключения договора купли-продажи от 07.03.2017 года. Ссылаясь на изложенное, истец обратился с настоящим иском в суд.

В судебное заседание истец – ФИО3 не явился, о рассмотрении дела извещался судом в предусмотренном законом порядке, для участия в заседании направил своих представителей: по доверенности ФИО4, адвоката по ордеру ФИО5, которые заявленные исковые требования поддержали, полагали их законными и обоснованными, в связи с чем, настаивали на удовлетворении иска. Дополнительно ФИО4 пояснил, что является сыном ФИО3 Спорная квартира была выделена в собственность истцу по программе замены старого жилья, подлежащего сносу, на новую. Оформлением права собственности ФИО3 на новую (спорную) квартиру занимался он (ФИО4) согласно нотариально удостоверенной доверенности, поскольку уже на тот момент истец не мог самостоятельно решать подобные вопросы. Проживал в квартире ФИО3 один, обслуживал себя минимально, совершал самостоятельно лишь покупку продуктов, в остальном ему помогал ФИО4 Указал, что доводы иска о том, что ФИО3 на момент совершения сделки не понимал значение своих действий и не мог руководить ими, подтверждаются выводами проведенной судебной экспертизы.

Ответчик – ФИО9 в судебное заседание не явился, о дне и времени рассмотрения дела извещен надлежаще, об уважительности причин неявки в заседание не сообщил. Ранее в заседании исковые требования не признал, представил письменные возражения на иск, в которых указано, что посредством сайта объявлений Авито он нашел предложение о продаже квартиры, расположенной по адресу: <адрес>. Созвонился с продавцом, коим оказался ФИО3, договорился о встрече для просмотра квартиры. При осмотре квартиры было установлено, что она находится в запущенном состоянии, в ней было много мусора и насекомых. ФИО3 пояснял, что единственный сын от него отказался, более года не навещает его, жизнью не интересуется, в связи с чем, он принял решение продать квартиру и переехать жить в деревню. В дальнейшем, осмотрев все выбранные к приобретению объекты, ФИО9 остановил свой выбор на спорной квартире, для чего 07.03.2017 года встретился с ФИО3, проверил предоставленные последним документы, в т.ч. справку о том, что он не состоит на учете в психоневрологическом диспансере, передал ему сумму, назначенную за продажу квартиры, после чего они подали документы для регистрации в Управление Росреестра по ВО. В период с февраля по март 2017 года – с момента переговоров о продаже квартиры до заключения сделки – ФИО3 вел себя адекватно, понимал суть происходящего, задавал вопросы по сути сделки, лично присутствовал при подаче документов на регистрацию. После совершения сделки ФИО3 ФИО9 больше не видел, о его судьбе ничего не известно было. Дополнительно в заседании ФИО9 пояснял, что в день заключения оспариваемого договора ФИО3 был один, одет опрятно, запах алкоголя от него не чувствовался. Заключение договора купли-продажи, передача денежных средств в размере 2 100 000 рублей и ключей от квартиры были осуществлены в здании Управления Росреестра по ВО. После сдачи документов для регистрации стороны разошлись, больше ФИО3 он (ФИО9) не видел. В приобретенную квартиру последний наведался через пару дней, в ней остались от прежнего собственника стол, кровать, грязный холодильник и мусор. Планируемый ремонт ФИО9 не удалось произвести по семейным обстоятельствам, в связи с чем, он принял решение о ее (квартиры) продаже, для чего подал объявление. Через две недели появился покупатель (ФИО6), который купил квартиру за 1 970 000 рублей.

Ответчик – ФИО6 в судебное заседание также не явилась, извещалась о дне и времени рассмотрения дела надлежаще; ранее в заседании исковые требования не признала, указав, что спорную квартиру приобрела у ФИО9 за счет средств ипотечного кредитования. Банком неоднократно проводились проверки оформляемой сделки, никаких оснований, препятствующих ее заключению, установлено не было. Ее владение спорной квартирой осуществляется на законных основаниях.

В заседании представитель ответчика – ФИО6 по доверенности ФИО7 исковые требования ФИО3 также не признала, просила суд в иске отказать.

Третье лицо – ПАО Банк «Возрождение» в заседание своего представителя не направило, извещено о рассмотрении дела в предусмотренном законом порядке, ранее в материалы дела были представлены письменные возражения на иск, в которых указано, что на момент заключения договора купли-продажи от 07.03.2017 года ФИО3 не состоял на учете в психоневрологическом диспансере, а выводу судебной экспертизы, указывающие на то, что истец на момент отчуждения квартиры страдал психическим расстройством, установлены на показаниях последнего и его сына. Таким образом, банк полагает заявленные требования необоснованными, в связи с чем, просит суд в удовлетворении иска отказать.

Представитель третьего лица – ООО СК «Согласие» по доверенности ФИО8 в судебном заседании исковые требования не признала, в том числе по изложенным в письменных возражениях доводам, в которых указано, что выводы судебной экспертизы основаны лишь на устных пояснениях подэкспертного – ФИО3, каких-либо письменных документов, подтверждающих наличие у последнего психического расстройства на момент совершения оспариваемой сделки от 07.03.2017 года, в материалы дела не представлено. Таким образом, заключение судебной экспертизы надлежит оценивать наравне с иными собранными по делу доказательствами.

В силу ст. 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) лица, участвующие в деле, извещаются или вызываются в суд заказным письмом с уведомлением о вручении, судебной повесткой с уведомлением о вручении, телефонограммой или телеграммой, по факсимильной связи либо с использованием иных средств связи и доставки, обеспечивающих фиксирование судебного извещения или вызова и его вручение адресату.

Распоряжение своими правами по усмотрению лица является одним из основополагающих принципов судопроизводства.

Согласно ст. 9 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В силу статьи 35 ГПК РФ лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами.

В материалах дела имеются сведения об извещении сторон в установленном законом порядке о дне и времени судебного заседания.

На основании изложенного, учитывая обстоятельства дела, правовую позицию участников судебного заседания, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся в заседание лиц, извещенных судом в предусмотренном законом порядке о времени и месте рассмотрения дела, по представленным в деле доказательствам.

Выслушав представителей сторон, допросив судебных экспертов, обозрев медицинскую кару КУЗ ВО «ВОКПНД» амбулаторного больного ФИО3, исследовав материалы, суд приходит к следующему.

Как установлено судом и усматривается из материалов дела в 2015 году администрацией г/о <адрес> ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.р., была предоставлена в собственность квартира, кадастровый №,, общей площадью 69,4 кв.м, по адресу: <адрес> (т. 1 л.д. 65-82).

В соответствии с п. 1 ст. 420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

В силу п. 1 ст. 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Согласно материалам дела 07.03.2017 года между ФИО3 (Продавец) и ФИО9 (Покупатель) был заключен договор купли-продажи квартиры, согласно которому Продавец продал, а Покупатель купил <адрес> (т. 1 л.д. 87) стоимостью 2 100 000 рублей.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела <адрес> на основании договора купли-продажи от 18.05.2017 года в настоящее время принадлежит ФИО6, которая приобрела данный объект недвижимости с использованием средств ипотечного кредитования (т. 1 л.д. 108-123).

Предъявление иска мотивировано тем, что иного жилья ФИО3 на право собственности не имеет, спорная квартира была его единственным жильем. В этой связи, а кроме того, в силу наличия болезненных расстройств психической деятельности ФИО3, не позволяющих последнему понимать значение своих действий и руководить ими, в том числе на момент заключения сделки от 07.03.2017 года, по мнению стороны истца, являются основаниями для признания таковой (сделки) недействительной, что, в свою очередь, как следствие, – основанием для истребования спорной квартиры из чужого незаконного владения. Таким образом, оспаривая договор купли-продажи от 07.03.2017 года, истец ссылается на положения ст. 177 ГК РФ.

Согласно ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Так, согласно ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Необходимым условием действительности сделки является соответствие волеизъявления воле лица, совершающего сделку. Нельзя считать действительными сделки, совершенные гражданином в состоянии, когда он не сознавал окружающей его обстановки, не отдавал отчета в совершаемых действиях и не мог руководить ими. Причина такого состояния, по смыслу анализируемой статьи, может быть разной, в том числе оно может быть вызвано наличием того или иного заболевания.

В соответствии с ч. 1 ст. 12 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Согласно ч. 1 ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Анализ приведенных норм закона во взаимной связи, приводит к выводу, что гражданское дело должно рассматриваться судом в пределах основания и предмета иска, с учетом представленных истцом доказательств, а также в пределах возражений ответчика с учетом представленных им же соответствующих доказательств.

Как установлено судом и не опровергнуто материалами дела на дату – 07.03.2017 года ФИО3 в областном клиническом психоневрологическом диспансере не состоял.

Согласно собранным доказательствам 13.02.2017 года ФИО3 обращался в платное отделение КУЗ ВО «<данные изъяты>» для получения справки об отсутствии психических расстройств на момент осмотра (т. 1 л.д. 51, т. 2 л.д. 99-101, мед.карта амбулаторного больного №).

Как установлено судом из пояснений сторон и не опровергнуто документально, после заключения договора купли-продажи от 07.03.2017 года ФИО3 никто не видел, как пояснил ФИО9, после сдачи документов на регистрацию в Управлении Росреестра по ВО, стороны сделки разошлись каждый в свою сторону.

Согласно материалам дела 12.02.2018 года ФИО4 обращался в правоохранительные органы в целях розыска безвестно пропавшего отца – ФИО3 (КУСП № от 12.02.2018 года). В ходе проведенных оперативно-розыскных мероприятий место нахождение ФИО3 было установлено, последний с августа 2017 года находился на лечении в Воронежском областном клиническом психоневрологическом диспансере с диагнозом: «Деменция». В диспансер ФИО3 был доставлен 05.08.2017 года сотрудниками полиции, которые обнаружили его в тапочках и оборванных вещах возле магазина «Пятерочка» по адресу: <адрес>. Данный адрес, как установлено судом, относится к старому адресу места жительства ФИО3

Из системного толкования ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В ходе рассмотрения дела по ходатайству стороны истца определением Советского районного суда <адрес> от 08.06.2018 года по делу была назначена и проведена судебная амбулаторная судебная психолого- психиатрическая экспертиза в отношении ФИО3

Заключением комплексной судебной психолого-психиатрической комиссии экспертов КУЗ ВО «<данные изъяты>» № от 25.07.2018 года установлено, что ФИО3 страдал ранее, в том числе и на момент включения договора купли-продажи с ФИО9, 07.03.2017 года, и страдает в настоящее время психическим расстройством, приобретенным слабоумием в форме деменции в связи со смешанными заболеваниями (шифр по №). На это указывают сведения о том, что уже с 2016 года стали выявляться изменения в состоянии подэкспертного, которые были отмечены его соседкой по дачному участку: он похудел; что свидетельствует о белково-энергетической недостаточности, что, в свою очередь, может свидетельствовать о декомпенсации сердечно-сосудистой патологии, что является одним из важнейших патогенетических патопластических факторов у лиц с органической патологией и косвенно свидетельствуют о выраженности психических нарушений, у него отмечались тенденции к снижению когнитивно-мнестических функций: были провалы в памяти, он заговаривался, перестал узнавать людей. Даже человеку, не обладающему специальными познаниями в области психиатрии, подэкспертный визуально казался каким-то странным. После расселения в новой квартире испытуемый проживал с конца лета 2015 года. Уже в феврале года, со слов, ФИО9: «квартира была в очень запущенном состоянии, в ней было много мусора и наличие насекомых», что говорит на наличие когнитивно-мнестического снижения с утратой критических возможностей по отношению к социально-бытовым условиям своего проживания. При этом с зимы 2017 года в новой квартире испытуемый не появлялся (опрос жителей представителем «УСЗН <адрес>» в медицинской карте стационарного больного № КУЗВО «<данные изъяты>» <адрес> на имя ФИО3). Не смотря на наличие в материалах гражданского дела заключений 13.02.2017 года, подтверждающих отсутствие психопатологии на момент осмотра, утверждать, что на момент совершения сделки ФИО3 был здоров – невозможно, так как данные справки были получены за 21 день до момента совершения сделки, других подтверждающих доказательств нет. Сделка по отчуждению единственной квартиры имела заведомо ущербный характер, потому что после совершения сделки ФИО3 не имел более места для своего проживания и не приобрел какую-либо недвижимость, фактически он стал лицом без определенного места жительства. После совершения сделки место нахождения и место проживания ФИО3 в период с 7 марта 2017 года по 5 августа 2017 года было неизвестно. Подобные тенденции к возможному бродяжничеству, осведомленности, что у него в данном городе проживает сын, при наличии денежных средств, которые якобы, согласно расписке, были перед испытуемому покупателем его квартиры, свидетельствуют о явных когнитивно-мнестических нарушениях с выраженным снижением критических прогностических способностей. Факт появления в июле 2017 года в районе нахождения предыдущею места жительства, при вероятной осведомленности, что дом снесли еще в 2016 году, свидетельствует о сохранности старых воспоминаний, при отсутствии недавних или новых (в районе нахождение новой квартиры подэкспсртный замечен не был с зимы 2017 года), что подтверждает наличие значительного снижения когнитивно-мнестических возможностей. При клиническом обследовании у ФИО3 также выявлены характерные для указанного расстройства: на первый план выступает неспособность к целенаправленной умственной деятельности, грубые мнестические нарушения, пассивность, растерянность, отсутствие критики к своему состоянию. Данное психическое расстройство при отсутствии сведений о наличии острой нейро-сосудистой патологии (ОНМК, ТИА) развивается в течение длительного времени. Выявлена соматическая отягощенность: «ИБС Кардиосклероз атеросклеротический. Атеросклероз аорты, коронарных, церебральных сосудов 111. Анемия», а также неврологическая отягощенность: «Церебральный атеросклероз. Дисциркуляторная энцефалопатия с вестибуло- атактическими нарушениями». Отмечается нарушение физиологических отправлений в связи с психическим состоянием. Таким образом, болезненные расстройства психической деятельности ФИО3 выражены столь значительно, что на момент совершения сделки купли- продажи квартиры, 07.03.2017 года, он не мог понимать значение своих действий и руководить ими, так же свободно и осознанно принимать решение и руководить действиями по его реализации. Кроме того экспертным исследованием установлено, что на момент отчуждения квартиры ФИО3 могли быть присущи такие индивидуально-психологические особенности как внушаемость, подчиняемость, пассивность, растерянность, отсутствие критических прогностических способностей вследствие которых он не мог понимать значение своих действий и руководить ими (т. 1 л.д. 93-97).

Оснований ставить под сомнение достоверность вышеуказанного заключения судебной экспертизы у суда не имеется, поскольку она проведена компетентными экспертами в соответствии с требованиями Федерального закона от 31 мая 2001 года N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" на основании определений суда о поручении проведения экспертизы, эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

В соответствии со ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Следуя указанной норме права, оценивая представленные доказательства в их совокупности, суд полагает правильным принять во внимание указанное выше заключение комиссии экспертов.

Каких-либо дополнительных доказательств, доводов, ходатайств, в опровержение указанной правовой позиции, в материалы дела не представлено.

При этом по ходатайству представителя третьего лица – ООО СК «Согласие» в заседании были допрошены эксперты, которые являлись членами судебной экспертной комиссии и давали заключение № от 25.07.2018 года.

Так, эксперт ФИО1 пояснил, что является заместителем главного врача, врачом судебно-психиатрического отделения, экспертом высшей категории, кандидатом медицинских наук, со стажем работы более 15 лет. Указал, что судебно-экспертное исследование проводилось посредством беседы с ФИО3, его обследования, исследования материалов дела, по результатам чего у последнего было выявлено наличие психического заболевания, в том числе по состоянию на 07.03.2017 года. При экспертном исследовании ФИО3 осмотрело множество врачей, которые провели ни одно исследование с помощью медицинской техники, в том числе по итогам чего был установлен факт отсутствия события инсульта у подэкспертного. Инсульт, в свою очередь, является причиной резкого и быстротечного развития сосудистой деменции. В этой связи период начала развития психического расстройства у ФИО3 – не менее 5-8 лет. Факт того, что последний не состоял на учете в психоневрологическом диспансере, не вызвало никакого удивления, поскольку подобнее явление является распространенным – страдающих психиатрическими заболеваниями в области около 150 000 человек, в то время как на учете состоит порядка 30 000 человек. Человек, страдающий деменцией, способен совершать стереотипные действия – оплачивать коммунальные услуги, покупать продукты, выносить мусор, для них это привычные действия. Деменция является прогрессирующим заболеванием и ее излечение невозможно. Факт захламленности жилого помещения, присущий синдрому «Плюшкина», является одним из признаков деменции. В случае отсутствия установленного у ФИО3 данного признака, выводы судебной экспертизы не изменились бы. Заключение является обоснованным и однозначным. На спорный период факт того, что ФИО3 не мог понимать значение своих действий и руководить ими, является очевидным, и установить таковой «налицо» не затруднительно. Одновременно указал, что в рамках экспертизы проводился анализ выданной 13.02.2017 года ФИО3 справки об отсутствии у него психического заболевания. Вывод относительно данного вопроса свелся к тому, что оказанная услуга была платной, врач, выдавший справку, не проводя осмотр, провел прием в сокращенные сроки, тем самым бесспорно не удостоверился о действительном состоянии здоровья, лица, обратившегося за получением соответствующей справки.

Эксперт ФИО2 в заседании указала, что является психологом высшей категории, экспертом, со стажем работы более 28 лет. Пояснила, что период экспертного исследования ФИО3 составил 21 день, за это время подэкспертного посещали специалисты-эксперты, исследовали его, проводили тесты. В ее (эксперта) обязанности входит давать ответы на вопросы об индивидуально-психических особенностях подэкспертных, поэтому пояснить, как давно развилось у ФИО3 психическое расстройство, она не компетентна.

В соответствии с ч. 1 и 2 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Принимая во внимание установленные по делу обстоятельства, в том числе факт того, что спорная квартира являлась единственным жильем ФИО3, выданная 13.02.2017 года справка об отсутствии у последнего психического заболевания носила формальный характер, а психическое состояние ФИО3 на спорный момент было очевидно, одновременно проанализировав представленные доказательства в их совокупности, в том числе доказательства в обоснование ответчиком – ФИО9 наличия у него денежных средств на покупку спорного жилого помещения (л.д. 11-139), и не установив доказанность данного обстоятельства, наоборот, посчитав, что ФИО9 действовал с признаками злоупотребления, заключая оспариваемый договор с лицом, наличие психических изменений которого невозможно было не заметить (по мнению экспертов), учитывая пояснения судебных экспертов, то, что у суда нет оснований не доверять показаниям указанных лиц, поскольку они являются последовательными и не противоречат установленным обстоятельствам по делу, согласно заключению № от 25.07.2018 года установив, что на момент заключения договора купли-продажи от 07.03.2017 года ФИО3, действительно, не понимал значение своих действий и не мог руководить ими, что иных доказательств в материалы дела не представлено и в соответствии с требованиями ст. 195 ГПК РФ суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований ФИО3 о признании недействительным договора купли-продажи квартиры, площадью 69,4 кв.м, кадастровый №, расположенной по адресу: <адрес>, заключенного 07.03.2017 года между ФИО3 и ФИО9

Согласно ст. 301 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Следуя указанной норме права, принимая во внимание, что удовлетворение вышеуказанных исковых требования, в свою очередь, являющихся основанием для применения последствий недействительности сделки, суд как следствие приходит к выводу об удовлетворении исковых требований ФИО3 об истребовании спорного имущества из чужого незаконного владения, и восстановлении в ЕГРП записи о регистрации права собственности ФИО3 в отношении квартиры площадью 69,4 кв.м, кадастровый №, расположенной по адресу: <адрес>.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 – 198 ГПК РФ, суд

решил:

Признать недействительным договор купли-продажи квартиры, площадью 69,4 кв.м, кадастровый №, расположенной по адресу: <адрес>, заключенный 07.03.2017 года между ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Применить последствия недействительности сделки.

Истребовать из чужого незаконного владения ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, квартиру, площадью 69,4 кв.м, кадастровый №, расположенную по адресу: <адрес>.

Погасить запись в ЕГРП о праве собственности ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, на квартиру, площадью 69,4 кв.м, кадастровый №, расположенную по адресу: <адрес>.

Восстановить в ЕГРП запись о регистрации права собственности ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, на квартиру площадью 69,4 кв.м, кадастровый №, расположенную по адресу: <адрес>.

Решение может быть обжаловано в Воронежский областной суд через Советский районный суд в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Куприна В.Б.

В окончательной форме решение суда составлено 26.11.2018 года.