Апелляционное определение № 33-296/2026 33-5817/2025 от 19 января 2026 г.

БЕЛГОРОДСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

31RS0020-01-2025-001594-28 33-296/2026 (33-5817/2025)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Белгород 20 января 2026 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Белгородского областного суда в составе:

председательствующего Филипчук С.А.,

судей Никулиной Я.В., Гроицкой Е.Ю.

при секретаре Суворовой Ю.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к ФИО3, ФИО4, Российскому Союзу Автостраховщиков о взыскании материального ущерба, компенсации морального вреда, не полученного заработка, компенсационной выплаты, судебных расходов и признании договора купли-продажи недействительным.

по апелляционным жалобам ФИО3, ФИО4

на решение Старооскольского городского суда Белгородской области от 3 сентября 2025 г.

Заслушав доклад судьи Никулиной Я.В., объяснения представителя истцов ФИО5, возражавшего против доводов апелляционных жалоб ответчиков, полагавшего решение суда законным и обоснованным, представителя ответчика ФИО3 – ФИО6, поддержавшего доводы апелляционной жалобы ФИО3 и просившего удовлетворить апелляционную жалобу ответчика ФИО4, судебная коллегия,

установила:

ФИО1 и ФИО2 обратились в суд с иском, в котором просили взыскать с ФИО3 в пользу ФИО2 материальный ущерб в размере 1246931 руб., расходы по оплате госпошлины в сумме 27469 руб. 30 коп., расходы по оплате услуг представителя в сумме 35000 руб., расходы по оплате услуг эксперта в сумме 17000 руб., в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 2000000 руб., не полученный заработок в размере 1158842 руб., расходы по оплате госпошлины в сумме 18000 руб., расходы по оплате услуг представителя в сумме 35000 руб., с Российского Союза Автостраховщиков (РСА) компенсационную выплату в размере 500000 руб. Также просили признать договор купли-продажи автомобиля от 30.09.2024, заключенный между ФИО3 и ФИО4 недействительным.

В обоснование требований сослались на то, что вред им был причинен водителем ФИО4, который управляя транспортным средством Ниссан Альмера, р/знак №, принадлежащим на праве собственности ФИО3, нарушив Правила дорожного движения РФ совершил столкновение с мотоциклом Дукати, р/знак №, под управлением ФИО1

Гражданская ответственность владельца автомобиля Ниссан Альмера, р/знак № на момент дорожно-транспортного происшествия застрахована не была.

Договор купли-продажи указанного автомобиля Ниссан Альмера, р/знак № от 30.09.2024 и представленный ответчиками является мнимым.

Решением Старооскольского городского суда Белгородской области от 3 сентября 2025 г. иск удовлетворен в части. Признан недействительным договор купли-продажи автомобиля от 30.09.2024, с ФИО3 в пользу ФИО2 взыскан материальный ущерб в размере 1246931 руб., расходы по оплате госпошлины в сумме 27469 руб. 30 коп., расходы по оплате услуг представителя в сумме 35000 руб., расходы по оплате услуг эксперта в сумме 17000 руб. С ФИО3 в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в сумме 800000 руб., не полученный заработок в размере 1158842 руб., расходы по оплате госпошлины в сумме 18000 руб., расходы по оплате услуг представителя в сумме 35000 руб.

С РСА в пользу ФИО1 взыскана компенсационная выплата в размере 500000 руб.

В остальной части в удовлетворении требований отказано.

В апелляционной жалобе ответчик ФИО4 просит решение суда в части признания недействительным договора купли-продажи автомобиля отменить, принять новое об отказе в удовлетворении исковых требований в данной части. Указывает на то, что на момент дорожно-транспортного происшествия он являлся законным владельцем транспортного средства, которое было приобретено им на основании договора купли-продажи, кроме того он как законный владелец обращался в суд с иском о снятии ареста с транспортного средства, наложенного в рамках исполнительного производства в отношении ФИО3

В апелляционной жалобе ответчик ФИО3 просит решение суда отменить, принять новое, которым в удовлетворении требований отказать. Ссылается на то, что он, будучи собственником транспортного средства, распорядился им, путем заключения с ФИО4 договора купли-продажи. Транспортное средство выбыло из его владения и на момент дорожно-транспортного происшествия находилось во владении и пользовании покупателя и нового собственника ФИО4

В судебное заседание апелляционной инстанции не явились истцы, извещены электронными заказными письмами, врученными 19.12.2025 и 25.12.2025, ответчики ФИО3, извещен электронным заказным письмом, ФИО4, извещен путем направления сообщения по средствам ГЭПС, сообщение прочитано 20.12.2025, РСА, извещено электронным заказным письмом, врученным 24.12.2025, третье лицо САО «ВСК», извещено электронным заказным письмом. Об уважительности причин неявки не явившиеся лица суду не сообщили, об отложении судебного заседания не просили. Истцы обеспечили участие в судебном заседании представителя, ответчик ФИО3 также обеспечил участие своего представителя.

Судебная коллегия на основании статей 167, 327 ГПК РФ считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся участников судебного разбирательства.

Проверив законность и обоснованность судебного решения по правилам части 1 статьи 327.1 ГПК РФ, изучив доводы апелляционной жалобы, выслушав лиц, участвующих в деле, судебная коллегия приходит к следующему выводу.

Разрешая заявленные требования суд первой инстанции руководствуясь положениями статей 15, 151, 171, 1064, 1079, 1086, 1099-1101 ГК РФ, Федерального закона от 25 апреля 2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» установил, что на момент дорожно-транспортного происшествия законным владельцем транспортного средства Ниссан Альмера, находившегося под управлением водителя ФИО4 фактически являлся ФИО3, в связи с чем, пришел к выводу о наличии оснований для признания договора купли-продажи от 30.09.2024 заключенного между ФИО3 и ФИО4 недействительным, возложении обязанности по возмещению материального ущерба причиненного ФИО2, компенсации морального вреда, не полученного заработка ФИО1 на ФИО3, взыскании с РСА в пользу ФИО1 компенсационной выплаты в размере 500000 руб. Оснований для удовлетворения остальной части требований судом не установлено.

С данными выводами суда первой инстанции соглашается судебная коллегия.

Так, в соответствии с пунктом 1 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно статье 1064 названного кодекса вред, причиненный имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1).

Лицо, причинившее вред, освобождается от его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2).

Пунктом 1 статьи 1079 ГК РФ предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 данного кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Таким образом, законным владельцем источника повышенной опасности, на которого законом возложена обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате использования источника повышенной опасности, является юридическое лицо или гражданин, эксплуатирующие источник повышенной опасности в момент причинения вреда в силу, принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, права оперативного управления либо в силу иного законного основания.

Следовательно, субъектом ответственности за причинение вреда источником повышенной опасности является лицо, которое обладало гражданско-правовыми полномочиями по использованию соответствующего источника повышенной опасности, имело его в своем реальном владении и использовало на момент причинения вреда.

При этом, по смыслу приведенных правовых норм, ответственность за причиненный источником повышенной опасности вред несет его собственник, если не докажет, что право владения источником повышенной опасности было передано им иному лицу в установленном законом порядке.

Как следует из материалов дела, 06.10.2024 около 17 час. 15 мин. в районе дома №№ <адрес> по участку дороги, являющейся второстепенной по отношению к автодороге, проходящей <адрес>, водитель ФИО4, управляя транспортным средством Ниссан Альмера, р/знак №, в нарушение пункта 13.9 Правил дорожного движения РФ не уступил дорогу транспортному средству, двигавшемуся по главной дороге, игнорируя требования пункта 10.1 Правил дорожного движения РФ не учел дорожные условия и допустил столкновение с мотоциклом «Дукати Монстер+», р/знак №, под управлением водителя ФИО1, принадлежащим ФИО2

В результате данного дорожно-транспортного происшествия транспортное средство мотоцикл «Дукати Монстер+», р/знак № было повреждено, ФИО1 причинены телесные повреждения, которые квалифицированы как повреждения, повлекшие тяжкий вред здоровью.

Гражданская ответственность на момент дорожно-транспортного происшествия в отношении транспортного средства Ниссан Альмера, р/знак № застрахована не была.

Согласно договору купли-продажи автомобиля от 30.09.2024 он заключен между ФИО3 (продавец) и ФИО4, предметом договора является транспортное средство ФИО7, р/знак №, стоимость транспортного средства 500000 руб., продавец деньги получил.

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Исходя из смысла приведенной нормы, для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения

Согласно пункту 86 Постановления Пленума ВС РФ № 25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой ГК РФ», мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ). Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Суд первой инстанции, делая вывод о наличии оснований для признания договора купли-продажи транспортного средства недействительным, указал на то, что о мнимости данной сделки свидетельствует то, что при рассмотрении уголовного дела по факту данного дорожно-транспортного происшествия, ФИО4 на спорный договор купли-продажи не ссылался. Приговором суда установлено, что автомобиль принадлежал ФИО3 Кроме того по указанию суда о мнимости сделки свидетельствует тот факт, что заявление от ФИО3 в <данные изъяты> о прекращении регистрации поступило спустя 9 дней после дорожно-транспортного происшествия, что расценено судом как желание ФИО3 уйти от ответственности перед истцами.

Также судом дана оценка ссылке стороны ответчика ФИО3 на наличие решения Старооскольского городского суда от 14.05.2025 по иску ФИО4 к ФИО3, ФИО8 об освобождении имущества от ареста, которым установлено, что собственником автомобиля Ниссан Альмера, р/знак № является ФИО4, данная ссылка признана судом не убедительной, так как данным решением не устанавливался факт мнимости договора купли-продажи именно от 30.09.2024, истцы по указанному делу для участия в деле по иску об освобождении имущества от ареста не привлекались.

Судом учтены показания самого ФИО4 данные им при рассмотрении уголовного дела, из которых не следует, что на момент дорожно-транспортного происшествия он являлся собственником автомобиля Ниссан Альмера, р/знак № – показания в качестве подозреваемого от 25.01.2025.

Судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о наличии оснований для признания договора купли-продажи транспортного средства от 30.09.2024 недействительным по следующим основаниям.

Из показаний ФИО4 приведенных в тексте приговора <данные изъяты> от 04.08.2025 следует, что с 2021 года автомобиль Ниссан Альмера р/знак № он арендовал у ФИО3, в 2023 году ФИО3 продал данный автомобиль его другу, который в последующем он арендовал у него. После этого друг продал ему автомобиль без оформления соответствующих документов, поскольку на автомобиле установлено газовое оборудование, не оформленное надлежащим образом.

Также во вводной части приговора указано, что ФИО4 является самозанятым в сфере такси.

В протоколе допроса ФИО4 от 25.01.2025 последним указано, что в 2023 году он купил у ФИО3 автомобиль Ниссан Альмера, р/знак №, но переоформить не успел, т.к. не полностью выплатил за него деньги.

Гражданская ответственность на момент дорожно-транспортного происшествия в отношении транспортного средства Ниссан Альмера, р/знак № застрахована не была.

Согласно сведениям <данные изъяты> автомобиль Ниссан Альмера, р/знак № с 29.06.2021 по 15.10.2024 был зарегистрирован за ФИО3, с 15.10.2024 на основании заявления ФИО3 поданного через портал государственных услуг регистрация прекращена в связи с продажей ФИО4 на основании договора купли-продажи от 30.09.2024. В настоящее время, данное транспортное средство на учете не состоит.

Как следует из материалов гражданского дела № № по иску ФИО4 к ФИО3 об освобождении имущества от ареста, данное исковое заявление со ссылкой на то, что транспортное средство Ниссан Альмера р/знак № принадлежит ФИО4 на основании договора купли-продажи с 30.09.2024, арест на него наложен 09.12.2024, что по его мнению является незаконным, поступило в суд 14.03.2025, решением суда от 14.05.2025 иск удовлетворен.

В приведенных материалах дела содержится копия свидетельства о регистрации транспортного средства, где собственником значится ФИО3 и копия паспорта транспортного средства, где последняя запись о собственнике значится от 30.09.2024 с указанием наименования собственника – ФИО4, данная запись уполномоченными органами <данные изъяты> не удостоверена, печать регистрирующего органа отсутствует.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия, соглашаясь с выводами суда о том, что законным владельцем транспортного средства Ниссан Альмера на момент дорожно-транспортного происшествия являлся именно ФИО3 и отмечает, что все действия, на которые ссылаются ответчики в качестве подтверждения фактического заключения между ними договора купли-продажи и передачи транспортного средства во владение от ФИО3 ФИО4, кроме непосредственно даты заключения договора 30.09.2024, имевшей место до события дорожно-транспортного происшествия (06.10.2024), совершены уже после дорожно-транспортного происшествия. Пояснения ФИО4, данные им в ходе рассмотрения уголовного дела в части того на каком основании он управлял транспортным средством имеют отличия и не носят признаков единства, ссылка на договор купли-продажи от 30.09.2024 заключенный между ним и ФИО3 отсутствует.

Таким образом, ответственность за причиненный источником повышенной опасности вред несет его собственник, если не докажет, что право владения источником передано им иному лицу в установленном законом порядке.

Таких доказательств суду первой и апелляционной инстанций ответчиком ФИО3 не представлено, в связи с чем, судебная коллегия полагает, что оснований для отмены решения суда по доводам, содержащимся в апелляционных жалобах ответчиков, не имеется.

При определении размера материального ущерба, судом принято и положено в основу решения заключение ООО «<данные изъяты>» № № от 06.03.2025, представленное стороной истца, согласно которому стоимость устранения дефектов транспортного средства после дорожно-транспортного происшествия составляет 2805800 руб., рыночная стоимость транспортного средства – 1423700 руб., стоимость годных остатков – 186768 руб. 94 коп. Вывода данного заключения, ответчиками не опровергнуты, иных доказательств размера материального ущерба не представлено, ходатайство о назначении судебной экспертизы, никем не заявлено.

Поскольку в результате дорожно-транспортного происшествия наступила полная гибель транспортного средства, в пользу ФИО2 определена к взысканию сумма равная 1236931 руб. 06 коп. (в пределах заявленных требований).

При определении подлежащей взысканию компенсации морального вреда в пользу ФИО1, судом принято во внимание, заключение эксперта № № от 06.12.2024, согласно которому у ФИО1 имелись множественные телесные повреждения головы, шеи, туловища, таза, которые являлись компонентами одной травмы и расценены как тяжкий вред здоровью, в результате чего последний испытал физическую боль, а также нравственные страдания, в том числе в связи с длительным лечением и невозможностью вести для себя обычный образ жизни, установление группы инвалидности. В связи с этим судом определена сумма компенсации морального вреда в размере 800000 руб.

Разрешая вопрос о взыскании в пользу ФИО1 суммы утраченного заработка, судом указано, что на момент дорожно-транспортного происшествия ФИО1 работал в АО «<данные изъяты>», что подтверждается трудовой книжкой и трудовым договором. Согласно справке 2-НДФЛ за 2024 год и представленного истцом расчета, за период времени с 06.10.2024 по 02.03.2025 им утрачен заработок в сумме 1158842 руб. 50 коп. Данная сумма и определена к взысканию.

Размер утраченного заработка также ответчиком ФИО3 не оспорен.

С учетом удовлетворения требований иска в части взыскания материального ущерба, компенсации морального вреда, утраченного заработка, судом в соответствии со статьей 94 ГПК РФ взысканы расходы истца ФИО2 в сумме 17000 руб. по оплате услуг эксперта.

В соответствии со статьей 98 ГПК РФ в пользу истцов с ФИО3 взысканы понесенные по делу судебные расходы по оплате госпошлины в размере 27469 руб. 30 коп. и 18000 руб., а также в соответствии с положениями статьи 100 ГПК РФ оплата услуг представителя в сумме 35000 руб. каждому.

Решение суда в части размера материального ущерба, компенсации морального вреда, утраченного заработка, распределения понесенных истцами расходов по оплате услуг эксперта, оплате государственной пошлины, расходов по оплате услуг представителя ответчиками ФИО3 и ФИО4 не обжалуется, апелляционные жалобы доводов в данной части не содержат, поэтому предметом проверки суда апелляционной инстанции не являются.

При таких обстоятельствах, приведенные выше положения закона судом первой инстанции учтены, выводы суда соответствуют установленным обстоятельствам дела и нормам материального и процессуального права, правильно примененным и истолкованным судом.

Доводы апелляционных жалоб, основаны на неверном толковании норм материального и процессуального права, по существу сводятся к несогласию с оспариваемым судебным постановлением и направлены на переоценку доказательств, не содержат фактов, которые не проверены и не учтены судом при рассмотрении дела, влияли на обоснованность и законность судебного постановления, либо опровергали оспариваемые выводы суда, не могут служить основанием для отмены оспариваемого судебного постановления.

Таким образом, обжалуемое решение суда является законным, обоснованным и отмене не подлежит.

Руководствуясь ст.ст. 327-329 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Старооскольского городского суда Белгородской области от 3 сентября 2025 г. по гражданский делу по иску ФИО1 ((СНИЛС <данные изъяты>), ФИО2 (СНИЛС <данные изъяты>) к ФИО3 (СНИЛС <данные изъяты>) Российский Союз Автостраховщиков (ИНН <***>) ФИО4 (СНИЛС <данные изъяты> о возмещении материального ущерба оставить без изменения, апелляционные жалобы ответчиков ФИО3 и ФИО4 – без удовлетворения.

Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Белгородского областного суда может быть обжаловано в Первый кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения путем подачи кассационной жалобы (представления) через Старооскольский городской суд Белгородской области.

Мотивированное апелляционное определение составлено 29 января 2026 г.

Председательствующий

Судьи