Апелляционное определение № 22-844/2025 от 14 декабря 2025 г.

Судья Тютин А.В. дело № 22-844/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

город Салехард 15 декабря 2025 года

Судебная коллегия по уголовным делам суда Ямало-Ненецкого автономного округа в составе

председательствующего судьи Калинкина С.В.,

судей Скрипова С.В., Трумма А.Р.,

при секретаре судебного заседания Ишметовой Д.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению прокурора г. Лабытнанги Юшкова П.С., апелляционным жалобам осуждённой ФИО2 и её защитника Иванова Э.Ю. на приговор Лабытнангского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 22 января 2025 года, по которому

ФИО2, родившаяся ДД.ММ.ГГГГ <адрес>, несудимая,

осуждена по ч. 3 ст. 30, пп. «ж», «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ к 8 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима с ограничением свободы на срок 1 год, с установлением ограничений не изменять места жительства (пребывания) и не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования, где осужденная будет проживать после отбытия лишения свободы, без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, и возложением обязанности являться в указанный орган один раз в месяц для регистрации.

ФИО2 заключена под стражу в зале суда.

В срок наказания ФИО2 постановлено зачесть время содержания под стражей в период с 27 декабря 2023 года по 22 января 2024 года и с 22 января 2025 года до дня вступления приговора в законную силу — из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима; время нахождения под запретом выходить за пределы жилого помещения в период с 23 января 2024 года по 21 января 2025 года — из расчета два дня запрета определенных действий за один день лишения свободы.

Приговором разрешена судьба вещественных доказательств, в частно-сти на основании п. «г» ч. 1 ст. 1041 УК РФ конфискован принадлежащий ФИО2 сотовый телефон «Самсунг».

Этот же приговор в отношении осуждённых ФИО3 и ФИО4 вступил в законную силу 26 мая 2025 года и предметом настоящей апелляционной проверки в части их осуждения не является.

Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 12 ноября 2025 года апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 26 мая 2025 года в отношении ФИО2 отменено, уголовное дело в этой части передано на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции в ином составе суда.

Заслушав доклад судьи Скрипова С.В., изложившего существо состоявшихся судебных решений, доводы апелляционного представления и апелляционных жалоб, выступления прокурора Коробка Д.Д., поддержавшего требования апелляционного представления, осуждённой ФИО2 и защитника Иванова Э.Ю., поддержавших доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

По приговору суда ФИО5 признана виновной и осуждена за покушение на убийство Потерпевший №1, совершённое группой лиц по предварительному сговору, из корыстных побуждений, по найму.

Согласно приговору, при изложенных в нём обстоятельствах, преступление совершено в период с 12 декабря по 27 декабря 2023 года в г. Лабытнанги Ямало-Ненецкого автономного округа.

В апелляционном представлении прокурор г. Лабытнанги Юшков П.С. считает приговор подлежащим изменению по мотивам неправильного применения уголовного закона, чрезмерной мягкости назначенного наказания. По мнению прокурора, правильно определив корыстный мотив совершения преступления, суд необоснованно учёл смягчающим наказание обстоятельством противоправное и аморальное поведение потерпевшего, не нашедшее своего подтверждения представленными доказательствами. Потерпевший проживал отдельно от осуждённой и не представлял для неё угрозы. Решение о предоставлении Потерпевший №1 для проживания <адрес> было принято самой ФИО2, как собственником данного жилого помещения, которая со своей семьёй проживала по другому адресу. Также судом необоснованно признано в качестве смягчающего обстоятельства заявление потерпевшего об отсутствии претензий к подсудимым и примирении с ними, так как дела данной категории не подлежат прекращению в связи с примирением сторон. Признание названных обстоятельств смягчающими привело к назначению несправедливого наказания, считает прокурор и просит усилить наказание ФИО2

В апелляционной жалобе и дополнениях к ним осуждённой ФИО2 и защитником Ивановым Э.Ю. высказывается согласованная позиция о несоответствии изложенных в приговоре выводов суда фактическим обстоятельствам дела. Как считает сторона защиты, суд не принял во внимание показания ФИО3, свидетелей Свидетель №2 и Свидетель №3, говорящие о непричастности ФИО2 к отравлению потерпевшего. ФИО2 пыталась отговорить от совершения преступления других соучастников, что свидетельствует об отсутствии у неё умысла на убийство. В ходе предварительного расследования ФИО2 последовательно давала показания, изобличающие соучастников. Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы в организме потерпевшего не обнаружены отравляющие вещества, а концентрация ацетона не является токсичной, его наличие может быть связано с болезнью печени и поджелудочной железы потерпевшего. Кроме того, суд не рассмотрел вопрос о добровольном отказе от совершения преступления по событиям 27 декабря 2023 года, не применил к ФИО2, имеющей на иждивении двоих малолетних детей, положения ст. 82 УК РФ, не учёл мнение потерпевшего, не имеющего к осуждённой претензий и просившего прекратить в отношении неё уголовное дело, не обсудил возможность применения положений ч. 6 ст. 15, ст. ст. 64, 73 УК РФ.

В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель Шибакова И.С. просит оставить их без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, доводы апелляционного представления, апелляционных жалоб, заслушав участников процесса, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Приговор суда полностью соответствует требованиям ст. 307 УПК РФ, содержит описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотива, целей и последствий преступления, конкретных преступных действий, совершенных осужденной в групповом преступлении.

Суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства дела и сделал обоснованный вывод о доказанной виновности ФИО2 в совершении преступления на основе совокупности исследованных в судебном заседании доказательств, получивших всестороннюю объективную оценку в соответствии с требованиями ст. ст. 17, 87, 88 УПК РФ. Допустимость, относимость, достоверность и достаточность взятых в основу приговора доказательств сомнений не вызывает.

Так, в ходе судебного разбирательства осуждённые ФИО3 и ФИО2 вину признали, показали, что договорились между собой об убийстве Потерпевший №1 путём его отравления. Для оказания помощи в убийстве потерпевшего первоначально обратились к Свидетель №3, затем к ФИО4 27 декабря 2023 года ФИО3 подмешала в бутылку водки ингредиенты, способные по их мнению вызвать отравление потерпевшего, передала её ФИО2, однако последняя была задержана сотрудниками полиции.

ФИО4 в ходе следствия показал, что ФИО2 и ФИО3 просили его помочь избавиться от потерпевшего, который постоянно употреблял спиртные напитки, собирал в квартире собутыльников. Примерно 15 декабря 2023 года ФИО2 при нём залила в бутылку водки какую-то жидкость с целью отравить Потерпевший №1 (т. 10 л.д. 59-63, 162-170, 171-178).

О высказывании ФИО2 совместно с ФИО3 намерений лишить жизни ФИО2 путём отравления так же показали свидетели Свидетель №2, Свидетель №3, Свидетель №4 и Свидетель №4 Свидетели Свидетель №2 и Свидетель №3 также слышали о вовлечении в преступление ФИО6 за вознаграждение (т. 8 л.д. 171-75, 177-180, т. 9 л.д. 144-148, 151-153, 158-162, 233-236, 241-244, 245-247, 252-254, 257-260).

Из стенограмм телефонных переговоров ФИО2 со Свидетель №3, ФИО3 и ФИО6 следует, что осуждённая настаивала на отравлении Потерпевший №1, обсуждалось как это сделать (т. 1 л.д. 47-48, 50, 185-192).

Согласно заключениям экспертов, в содержащейся в изъятой у ФИО2 бутылке жидкости, в изъятых с места жительства Потерпевший №1 бутылках содержатся ядовитые, сильнодействующие вещества и растворитель, а в крови потерпевшего сильнодействующее вещество фенобарбитал, ацетон, этиловый спирт (этанол) в концентрации 4,4 г/л, изопропиловый спирт, приведшие к острому сочетанному отравлению повлекшему лёгкий вред его здоровью (т. 1 л.д. 97-99, т. 4 л.д. 84-86, 100-113, 126-130, 155-156, 168-178, 107-108, 189-191, 249, т. 5 л.д. 131-141, 176-210-251).

Каких-либо противоречий в доказательствах, не оцененных судом и могущих поставить под сомнение выводы о виновности ФИО2 в совершении преступления, не имеется.

Причастность ФИО2 к совершению преступления, направленность её умысла именно на лишение жизни Потерпевший №1 подтверждаются согласующимися между собой перечисленными выше показаниями свидетелей, стенограммами телефонных переговоров и фактом обнаружения у неё бутылки водки, смешанной с различными веществами.

Судом первой инстанции проверялись доводы стороны защиты о добровольном отказе ФИО2 от совершения преступления и им в приговоре дана надлежащая мотивированная оценка. Как верно указано судом, ФИО2 и другие соучастники выполнили все действия, направленные на убийство Потерпевший №1, однако не смогли довести до конца реализацию совместного преступного умысла, поскольку потерпевший был госпитализирован и его острое отравление купировано. После выписки потерпевшего из больницы ФИО2 получила от матери бутылку водки с добавленными в неё отравляющими веществами, которую совместно с ФИО4 должна была доставить в квартиру Потерпевший №1, но была задержана сотрудниками полиции.Таким образом, вопреки требованиям ст. 31 УК РФ, ФИО2 не отказывалась добровольно и окончательно от доведения преступления до конца, а была лишена такой возможности по независящим от неё обстоятельствам.

Так как договорённость на лишение жизни потерпевшего между со-участниками преступления состоялась до начала совершения действий, непосредственно направленных убийство Потерпевший №1, в действиях осуждённой верно установлен квалифицирующий признак совершения преступления группой лиц по предварительному сговору.

Поскольку участие ФИО4 в совершении убийства потерпевшего было обусловлено получением им в будущем вознаграждения от ФИО3 и ФИО2, суд правильно квалифицировал действия каждого осуждённого, как совершённые по найму. Так как ФИО2 выполняла ещё и функции исполнителя преступления, её действия верно квалифицированы без ссылки на ч. 3 ст. 33 УК РФ.

Однако судебная коллегия не может согласиться с осуждением ФИО2 по квалифицирующему признаку совершения преступления из корыстных побуждений.

По смыслу уголовного закона, убийство следует квалифицировать как совершённое из корыстных побуждений в тех случаях, когда оно совершено в целях получения материальной выгоды для виновного или других лиц (денег, имущества или прав на его получение, прав на жилплощадь и т.п.) или избавления от материальных затрат (возврата имущества, долга, оплаты услуг, выполнения имущественных обязательств, уплаты алиментов и др.).

Мотивируя осуждение ФИО2 по квалифицирующему признаку совершения преступления из корыстных побуждений, суд указал, что она желала освободиться от расходов по содержанию потерпевшего, оплате за него коммунальных услуг, а также преследовала цель освобождения занимаемой им жилой площади. Но предъявленное осуждённым обвинение не содержит указания на такой мотив совершения преступления, как получение прав на жилую площадь в результате убийства потерпевшего. В данном случае суд, в нарушение требований ч. 2 ст. 252 УПК РФ, вышел за пределы предъявленного обвинения, чем ухудшил положение осужденной.

Ссылки на желание осуждённой освободиться от затрат на содержание Потерпевший №1, оплаты за него коммунальных услуг также не свидетельствуют о наличии у неё корыстного мотива. Затраты на содержание потерпевшего не были для ФИО7 обязательными и осуществлялись ей добровольно. Квартира, в которой проживал Потерпевший №1, принадлежала осуждённой, и убийство потерпевшего не освобождало её от обязанности дальнейшего внесения коммунальных платежей.

Указанное свидетельствует об отсутствии в действиях ФИО2 квалифицирующего признака совершения преступления из корыстных побуждений, а потому он подлежит исключению из её осуждения.

В остальном суд правильно определил мотив совершения преступления, связанный с образом жизни Потерпевший №1, вследствие чего ФИО2 испытывала чувства стыда, унижения и обиды, которые переросли в личные неприязненные отношения и желание избавиться от потерпевшего путём его убийства.

С учётом этого ФИО2 следует считать осуждённой по ч. 3 ст. 30, пп. «ж», «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ за покушение на убийство, то есть умышленные действия лица, непосредственно направленные на причинение смерти другому человеку, совершённое группой лиц по предварительному сговору, по найму, если при этом преступление не было доведено до конца по независящим от этого лица обстоятельствам.

При назначении ФИО2 наказания суд правильно установил наличие смягчающих обстоятельств, к числу которых обоснованно отнёс наличие малолетних детей у виновной (п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ), активное способствование расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступления (п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ), противоправность и аморальность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления (п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ), заявление о признании вины и раскаянии в содеянном, воспитание в детском возрасте в детском доме, принесение извинений, а также заявление потерпевшего об отсутствии претензий к осуждённым и примирении с ними (ч. 2 ст. 61 УК РФ).

Обстоятельств, не учтённых судом в нарушение положений ч. 1 ст. 61 УК РФ в качестве смягчающих наказание, не имеется.

Вопреки доводам апелляционного представления, поводом к совершению преступления явился именно противоправный и аморальный образ жизни потерпевшего, в связи с чем оснований для исключения указанного смягчающего обстоятельства не имеется.

Суд вправе был признать в порядке ч. 2 ст. 61 УК РФ смягчающим обстоятельством заявление потерпевшего об отсутствии претензий к осуждённым и примирении с ними.

Отягчающих наказание обстоятельств судом не установлено.

Характер общественной опасности группового преступления, посягающего на основную защищаемую законом ценность (жизнь человека), не даёт оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ.

С учётом уменьшения объема обвинения в связи с исключением квалифицирующего признака совершения преступления из корыстных побуждений, назначенное ФИО2 наказание подлежит смягчению.

Кроме того, судебная коллегия находит, что в отношении осуждённой ФИО2 имеются обстоятельства, существенно уменьшающие степень общественной опасности содеянного. Она имеет на иждивении двоих малолетних детей, по месту жительства характеризуется положительно, воспитывалась в детском доме, давала последовательные показания о всех обстоятельствах преступления, своих действиях и действиях других соучастников. ФИО2 в течение длительного времени несла бремя содержания брата, убиралась в жилом помещении и обеспечивала его функциональность, пыталась отвадить потерпевшего от пристрастия к алкоголю.

Указанные обстоятельства в своей совокупности, с учётом раскаяния подсудимой в содеянном и необходимости воспитания двух малолетних детей, судебной коллегией признаются исключительными, существенно уменьшающими степень общественной опасности ФИО2 и совершённого ею преступления, дающими основания применить к ней положения ст. 64 УК РФ и назначить наказание ниже низшего предела, предусмотренного санкцией ч. 2 ст. 105 УК РФ.

Дополнительное наказание в виде ограничения свободы, назначенное судом ФИО2, является обязательным, оснований для его смягчения или изменения судебная коллегия не усматривает.

Вместе с тем, принимая во внимание перечисленные выше исключительные обстоятельства, положительные характеристики ФИО2, полученные судом апелляционной инстанции сведения о надлежащем исполнении ей своих родительских обязанностей, в том числе по постановке детей на медицинский учёт и их медицинскому обслуживанию, воспитанию и образованию, включая дошкольное, обеспечении детям достойных условий жизни, отсутствии её семьи на профилактических учётах, судебная коллегия находит возможным исправление осуждённой при предоставлении отсрочки реального отбывания наказания до достижения её младшим ребенком — ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, — четырнадцатилетнего возраста (ч. 1 ст. 82 УК РФ).

Помимо этого, подлежит устранению допущенная судом первой инстанции ошибка при зачёте ФИО2 периода действия с 23 января 2024 года по 21 января 2025 года запрета, предусмотренного пунктом 1 части шестой статьи 1051 УПК РФ, подлежавшего зачёту в срок содержания под стражей согласно п. 11 ч. 10 ст. 109 УПК РФ из расчёта два дня его применения за один день содержания под стражей, с последующим зачётом стражи в срок наказания из расчёта один день содержания под стражей за полтора дня отбывания лишения свободы в исправительной колонии общего режима, в соответствии с п. «б» ч. 31 ст. 72 УК, чего не было сделано судом, неправильно исчислившим срок запрета в срок лишения свободы напрямую из расчёта два дня за один день.

Вопрос о зачёте времени содержания ФИО7 под стражей с 12 ноября 2025 года по 15 декабря 2025 года в срок лишения свободы подлежит разрешению судом в случае нарушения осуждённой условий предоставленной отсрочки отбывания наказания.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 38913, 38920, 38928 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Лабытнангского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 22 января 2025 года в отношении осуждённой ФИО2 изменить.

Исключить осуждение ФИО2 по квалифицирующему признаку совершения преступления из корыстных побуждений.

С применением ст. 64 УК РФ смягчить назначенное ФИО2 основное наказание до 4 лет лишения свободы.

Зачесть ФИО2 на основании п. 11 ч. 10 ст. 109 УПК РФ в срок содержания под стражей время запрета, предусмотренного п. 1 ч. 6 ст. 1051 УПК РФ, в период с 23 января 2024 года по 21 января 2025 года из расчёта два дня его применения за один день содержания под стражей, с последующим зачётом стражи в срок наказания из расчёта одни день содержания под стражей за полтора дня отбывания лишения свободы в исправительной колонии общего режима (п. «б» ч. 31 ст. 72 УК РФ).

На основании ч. 1 ст. 82 УК РФ отсрочить ФИО2 реальное отбывание назначенного ей наказания до достижения её сыном ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, четырнадцатилетнего возраста.

Осуждённую ФИО2 из-под стражи освободить незамедлительно.

В остальном приговор в отношении ФИО2 оставить без изменения, апелляционное представление прокурора, апелляционные жалобы осуждённой ФИО2 и защитника Иванова Э.Ю. — без удовлетворения.

Кассационная жалоба (представление) на настоящее апелляционное определение может быть подана в порядке, предусмотренном главой 471 УПК РФ, в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение шести месяцев с момента его провозглашения, через суд первой инстанции для рассмотрения по правилам ст. ст. 4017 - 4018 УПК РФ, а случае пропуска указанного срока обжалования или отказа в его восстановлении — непосредственно в тот же суд кассационной инстанции для рассмотрения по правилам ст. ст. 40110 - 40112 УПК РФ.

В случае кассационного обжалования судебного решения, осуждённая вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции, о чём ей следует указать в своей кассационной жалобе или в возражениях на жалобы, представления, принесённые другими участниками уголовного процесса.

Председательствующий /подпись/

Судьи /подписи/