Решение № 2-406/2018 2-406/2018 ~ М-252/2018 М-252/2018 от 3 мая 2018 г. по делу № 2-406/2018

Дело № 2-406/2018


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Мелеуз 04 мая 2018 г.

Мелеузовский районный суд Республики Башкортостан в составе:

председательствующего судьи Маликовой А.И.

при секретаре судебного заседания Сиротиной Е.С.

с участием старшего помощника Мелеузовского межрайонного прокурора Баязитова И.К.,

истицы ФИО1, ее представителя адвоката Шлычкова О.А.,

представителей ответчика ГБУ Мелеузовская районная и городская ветеринарная станция РБ ФИО2, ФИО3, адвоката Якуповой Л.Т.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ГБУ Мелеузовская районная и городская ветеринарная станция РБ о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с вышеуказанным иском, обосновав его тем, что с <дата обезличена> работала в ГБУ Мелеузовская районная и городская ветеринарная станция РБ в должности ветеринарного врача. Приказом <№> от <дата обезличена> была уволена на основании п. 8 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ. Считает увольнение незаконным. Медицинское заключение работодателю не предоставляла, о переводе на облегченные условия труда не просила. Кроме того, не соблюден установленный законом порядок увольнения, так как ей не был предложен перевод на работу в соответствии с медицинским заключением, а также она не была уведомлена об отсутствии такой работы и предстоящем увольнении. Просит восстановить ее на работе в ГБУ Мелеузовская районная и городская ветеринарная станция РБ в должности ветеринарного врача, взыскать с ГБУ Мелеузовская районная и городская ветеринарная станция РБ средний заработок за время вынужденного прогула в сумме 83622,50 рублей и компенсацию морального вреда в размере 50000 рублей.

В судебном заседании ФИО1 и ее представитель адвокат Шлычков О.А. поддержали исковые требования. ФИО1 в ходе подготовки к судебному разбирательству и рассмотрения дела в суде пояснила, что <дата обезличена> пришла на работу, ей сообщили об увольнении. Она подписала обходной лист, а затем почувствовала себя стало плохо. На такси поехала к врачу, который выдал листок нетрудоспособности. Сообщила о больничном работодателю, после чего пошла к адвокату, который подсказал, чтобы она написала заявление о своем несогласии с увольнением. В тот же день <дата обезличена> пришла на ветстанцию и написала заявление о том, что возражает против увольнения, больничный лист представит позже. От ознакомления с приказом об увольнении <дата обезличена> отказалась. <дата обезличена> листок нетрудоспособности был закрыт. <дата обезличена> ей выдали трудовую книжку, ознакомили с приказом о расторжении трудового договора. После увольнения <дата обезличена>. поехала в институт профзаболеваний, где у нее попросили представить документы об условиях труда. На ее запрос работодатель не ответил. Обращение в прокуратуру не помогло. Адвокат посоветовал подать иск о восстановлении на работе, поскольку была нарушена процедура увольнения. Изначально не намеревалась обращаться с таким иском, подала заявление «из принципа», так как ей не выдали документы, которые она просила. С <дата обезличена> по <дата обезличена> находилась на стационарном лечении в институте профзаболеваний. После <дата обезличена> препятствий для обращения в суд не было. Справку врачебной комиссии не оспаривает. Считает, что по данной справке ее не могли уволить, а должны были направить на обследование в институт профзаболеваний. Увольнение оспаривает по процедурным моментам – в связи с тем, что ее не уведомили о предстоящем прекращении трудовых отношений, а также в связи с тем, что ее уволили в период временной нетрудоспособности. Возражает против проведения экспертизы профпригодности. От прохождения экспертизы не уклонялась. <дата обезличена> приехала в экспертное учреждение и сообщила, что улетает в г. Москва в гости к сестре на две недели. Вернувшись <дата обезличена>, узнала, что материалы дела возвратили в суд.

Представители ответчика ГБУ Мелеузовская районная и городская ветеринарная станция РБ ФИО2, ФИО3, адвокат Якупова Л.Т. иск не признали. Просили применить последствия пропуска месячного срока исковой давности для обращения в суд с требованиями о восстановлении на работе и отказать в иске. По обстоятельствам дела пояснили, что ФИО1 была принята на работу ветеринарным врачом в подразделение по ветеринарному обслуживанию и ветеринарно-санитарной экспертизе на ООО «Башкирский птицеводческий комплекс им. Гафури». Данное подразделение ГБУ Мелеузовская районная и городская ветеринарная станция РБ финансировалось за счет внебюджетных средств. Поскольку ООО «Башкирский птицеводческий комплекс им. Гафури» обанкротилось, прекратило работать и выпускать продукцию, то подразделение было сокращено с <дата обезличена> Два остальных работника данного подразделения были уволены, а молодому специалисту ФИО1 предложили временно поработать ветеринарным врачом в подразделении по ветеринарному обслуживанию и ветеринарно-санитарной экспертизе на ООО «Мелеузовский мясокомбинат». Условия труда работника при этом не менялись. С <дата обезличена> ФИО1 стала работать в данном подразделении. Отработав два дня, <дата обезличена> ФИО1 ушла на больничный, а выйдя на работу, <дата обезличена> представила справку, что ей противопоказана работа, связанная с пылью, пухом и пером птицы, химическими реагентами. Затем ФИО1 попросила отпуск без сохранения заработной платы с <дата обезличена> по <дата обезличена> Поскольку работа ветеринарного врача напрямую связана с животными и химическими реагентами, используемыми в лабораторных исследованиях, то <дата обезличена> ФИО1 была уволена. Вакантные должности ветеринарного фельдшера и санитара ФИО1 не могли быть предложены, так как работа в данных должностях тоже основана на взаимодействии с животными и химикатами. После подписания обходного листа ФИО1 ушла и оформила больничный, ознакомиться с приказом в день увольнения отказалась. Об увольнении ФИО1 фактически знала с утра. Считают, что процедура увольнения была соблюдена. Работодатель сообщил ФИО1 о том, что не может предложить ей работу, соответствующую медицинским показаниям. Уведомлять о предстоящем увольнении работодатель в данном случае не должен. Просят учесть, что ФИО1 отказалась от прохождения судебной экспертизы, тем самым признала факт наличия у нее заболевания, препятствующего исполнению должностных обязанностей ветеринарного врача, фельдшера или санитара. Какие-либо иные доказательства, подтверждающие возможность работы в указанных должностях ФИО1 не представила. Оснований не доверять справке врачебной комиссии в составе трех врачей у работодателя не имелось. При наличии такой справки продолжение трудовых отношений с ФИО1 было невозможным. Срок исковой давности истцом пропущен значительно, уважительных причин для пропуска срока с <дата обезличена> до <дата обезличена> не имелось.

Представитель третьего лица Управления ветеринарии Республики Башкортостан в судебное заседание не явился, извещен о времени и месте рассмотрения дела.

Выслушав участников судебного процесса, исследовав материалы дела, заслушав прокурора, полагавшего, что иск не подлежит удовлетворению, суд приходит к следующему.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, приказом от <дата обезличена> ФИО1 была принята на работу в ГБУ Мелеузовская районная и городская ветеринарная станция РБ на должность ветеринарного врача подразделения по ветеринарному обслуживанию и ветеринарно-санитарной экспертизе на ООО «Башкирский птицеводческий комплекс им. Гафури».

<дата обезличена> между сторонами заключен письменный трудовой договор.

Приказом от <дата обезличена> в связи с производственной необходимостью ветеринарный врач ФИО1 с <дата обезличена> по <дата обезличена> временно перемещена в другое структурное подразделение – подразделение по ветеринарному обслуживанию и ветеринарно-санитарной экспертизе на ООО «Мелеузовский мясокомбинат» без изменения условий труда.

С <дата обезличена> по <дата обезличена> ФИО1 был выдан листок нетрудоспособности. Приступить к работе она должна была <дата обезличена>

<дата обезличена> ФИО1 также выдана справка врачебной комиссии ГБУЗ РБ «Мелеузовская ЦРБ» за <№>, согласно которой истице, работающей на ветстанции, по состоянию здоровья противопоказана работа с пылью, пухом и пером птицы, химическими реагентами на постоянный срок.

<дата обезличена> ФИО1 написала заявление о предоставлении отпуска без сохранения заработной платы по <дата обезличена>

Приказом от <дата обезличена> указанный отпуск истице предоставлен.

Согласно акту от <дата обезличена><№> после выхода из отпуска без сохранения заработной платы ФИО1 было разъяснено об отсутствии для нее вакантного рабочего места в соответствии с медицинскими показаниями, указанными в заключении от <дата обезличена><№>.

Приказом от <дата обезличена> трудовой договор с ФИО1 расторгнут по основанию, предусмотренному п. 8 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ с выплатой выходного пособия в размере двухнедельного среднего заработка.

Из акта от <дата обезличена><№> следует, что в 09.00 часов ФИО1 в связи с увольнением выдан обходной лист, который был подписан в период времени с 09.30 часов до 10.40 часов. В 14.15 часов ФИО1 пришла в отдел кадров, обходной лист не сдала, подписать приказ об увольнении отказалась, трудовую книжку не забрала, ушла с работы. В 16.14 часов ФИО1 вновь пришла и написала заявление о своем несогласии с увольнением, уведомив, что с <дата обезличена> находится на больничном.

Выданный ФИО1 <дата обезличена> листок нетрудоспособности закрыт <дата обезличена>

<дата обезличена> ФИО1 ознакомлена с приказом об увольнении и получила трудовую книжку.

Разрешая возникший между сторонами спор, суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований.

Согласно ч. 2 ст. 212 Трудового кодекса РФ работодатель обязан обеспечить недопущение работников к исполнению ими трудовых обязанностей в случае медицинских противопоказаний.

Абзац 5 ч. 1 ст. 76 Трудового кодекса РФ устанавливает обязанность работодателя отстранить от работы работника при выявлении в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, противопоказаний для выполнения работником работы, обусловленной трудовым договором.

Работодатель отстраняет от работы (не допускает к работе) работника на весь период времени до устранения обстоятельств, явившихся основанием для отстранения от работы или недопущения к работе, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими федеральными законами (ч. 2 ст. 76 ТК РФ).

В период отстранения от работы (недопущения к работе) заработная плата работнику не начисляется, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом или, иными федеральными законами (ч. 3 ст. 76 ТК РФ).

Исходя из требований ст. 234 Трудового кодекса РФ обязанность возместить неполученный заработок может быть возложена на работодателя только в случае незаконного лишения работника возможности трудиться.

Согласно ч. 1 ст. 73 Трудового кодекса РФ работника, нуждающегося в переводе на другую работу в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, с его письменного согласия работодатель обязан перевести на другую имеющуюся у работодателя работу, не противопоказанную работнику по состоянию здоровья.

Согласно п. 8 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ основанием прекращения трудового договора является отказ работника от перевода на другую работу, необходимого ему в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, либо отсутствие у работодателя соответствующей работы.

По смыслу закона, для прекращения трудового договора по указанному основанию требуются нуждаемость работника в переводе на другую работу, подтвержденная медицинским заключением и отказ работника от перевода на другую работу или отсутствие у работодателя соответствующей работы.

Такое правовое регулирование направлено на охрану здоровья работника.

При этом статья 73 Трудового кодекса РФ не обязывает работодателя письменно уведомлять работника о наличии либо отсутствии имеющихся на момент предоставления медицинского заключения вакансиях. В связи с чем кадровая служба может в устном порядке предложить работнику другую вакантную должность или сообщить работнику, что ему не могут быть обеспечены условия труда, соответствующие состоянию его здоровья.

Также трудовое законодательство не возлагает на работодателя обязанности заблаговременно уведомлять работника о предстоящем увольнении по основанию, предусмотренному п. 8 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ.

Учитывая, что в данном случае работодатель по объективным причинам не имеет возможности создать специальные условия труда для работника на его рабочем месте исходя из обязательных для работодателя рекомендаций, то основанием для прекращения трудового договора является не инициатива работодателя, а общие основания, перечень которых приведен в ст. 77 Трудового кодекса РФ. Основания увольнения по инициативе работодателя и запрет на увольнение работников в период временной нетрудоспособности содержатся в ст. 81 Трудового кодекса РФ, положения которой на рассматриваемый трудовой спор не распространяются.

В связи с чем доводы истицы о нарушении ответчиком процедуры увольнения, а именно невыполнении действий по предоставлению письменных уведомлений о предложении другой работы в соответствии с медицинским заключением, о предстоящем увольнении, а также незаконности увольнения в период временной нетрудоспособности суд находит несостоятельными.

Проверяя доводы иска в части того, что справка врачебной комиссии от <дата обезличена><№> не является медицинским заключением и не могла служить основанием для увольнения, суд исходит из следующего.

Порядок выдачи медицинскими организациями справок и медицинских заключений, утвержден Приказом Минздравсоцразвития России от 02 мая 2012 г. N 441н.

Согласно п. 12 указанного Порядка медицинские заключения выдаются гражданам по результатам проведенных медицинских освидетельствований, медицинских осмотров, диспансеризации, решений, принятых врачебной комиссией, а также в иных случаях, когда законодательством Российской Федерации предусматривается наличие медицинского заключения.

Пунктом 13 Порядка устанавливается, что медицинские заключения выдаются на основании медицинского обследования гражданина, в том числе комиссионного, и содержат комплексную оценку состояния здоровья гражданина, включая сведения о наличии медицинских противопоказаний для осуществления отдельных видов деятельности и о соответствии состояния здоровья работника поручаемой ему работе.

Медицинские заключения оформляются в произвольной форме с проставлением штампа медицинской организации или на бланке медицинской организации (при наличии), подписываются врачами-специалистами, участвующими в вынесении медицинского заключения, руководителем медицинской организации, заверяются личными печатями врачей-специалистов и печатью медицинской организации, в оттиске которой должно быть идентифицировано полное наименование медицинской организации, соответствующее наименованию, указанному в уставе медицинской организации. В случае вынесения медицинского заключения врачебной комиссией медицинской организации медицинское заключение также подписывается членами и руководителем врачебной комиссии (п. 14 Порядка).

Справка врачебной комиссии ГБУЗ РБ «Мелеузовская ЦРБ» от <дата обезличена><№> соответствует вышеуказанным требованиям. В этой справке указано, что ФИО1, работающей на ветстанции, по состоянию здоровья противопоказана работа с пылью, пухом и пером птицы, химическими реагентами на постоянный срок.

ФИО1 занимала должность ветеринарного врача, то есть в силу своих должностных обязанностей работала в контакте с животными, в том числе птицами, а также химическими реактивами, используемыми при лабораторных исследованиях.

Аналогичная работа, требующая контакта с животными и химикатами, согласно должностным характеристикам выполняется ветеринарным фельдшером и ветеринарным санитаром, вакантные рабочие места которых имелись у работодателя на момент увольнения, и которые не могли быть предложены истцу в связи с медицинскими противопоказаниями.

Из имеющихся в деле карт аттестации рабочих мест ветеринарного врача, ветеринарного фельдшера, ветеринарного санитара ГБУ <адрес обезличен> и городская ветеринарная станция РБ следует, что данные рабочие места по общей оценке условий труда по вредным (опасным) факторам имеют подкласс 3.3 (вредные условия труда 3 степени – условия труда, при которых на работника воздействуют вредные и (или) опасные производственные факторы, уровни воздействия которых способны вызвать стойкие функциональные изменения в организме работника, приводящие к появлению и развитию профессиональных заболеваний легкой и средней степени тяжести (с потерей профессиональной трудоспособности) в период трудовой деятельности, ч. 4 ст. 14 Федерального закона от <дата обезличена> № 426-ФЗ «О специальной оценке условий труда»).

Таким образом, работа ветеринарного врача, ветеринарного фельдшера, ветеринарного санитара ГБУ Мелеузовская районная и городская ветеринарная станция РБ протекает в условиях с вредными производственными факторами.

При наличии указанных в справке врачебной комиссии ГБУЗ РБ «Мелеузовская ЦРБ» от <дата обезличена><№> медицинских противопоказаний ответчик не мог допустить ФИО1 к вредной работе и не мог предложить ей перевод на другую должность, исключающую вредные факторы производства, в связи с отсутствием таковой.

ФИО1 также не могла быть отстранена от работы на временный срок до устранения обстоятельств, явившихся основанием для недопущения к работе, как этого требует ч. 2 ст. 76 Трудового кодекса РФ, так как в справке врачебной комиссии указано, что истцу противопоказана работа с пылью, пухом и пером птицы, химическими реагентами на постоянной основе.

То обстоятельство, что в основу приказа об увольнении положена справка врачебной комиссии, а не заключение медицинской экспертизы само по себе не влечет признание увольнения незаконным, поскольку по существу ответчик сделал правильный вывод о невозможности продолжения истцом работы по состоянию здоровья в прежней должности.

В ходе судебного разбирательства ФИО1 не представила доказательств, подтверждающих, что ей не противопоказана работа ветеринарным врачом, фельдшером или санитаром. Справка врачебной комиссии и приведенные в ней сведения истцом не были опровергнуты.

В соответствии с ч. 1 ст. 55 Гражданского процессуального кодекса РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Согласно ч. 1 ст. 57 Гражданского процессуального кодекса РФ доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле. Суд вправе предложить им представить дополнительные доказательства. В случае, если представление необходимых доказательств для этих лиц затруднительно, суд по их ходатайству оказывает содействие в собирании и истребовании доказательств.

В соответствии с ч. 2 ст. 12 Гражданского процессуального кодекса РФ суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, оказывает лицам, участвующим в деле, содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства при рассмотрении и разрешении гражданских дел.

В силу ч. 1 ст. 58 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинской экспертизой является проводимое в установленном порядке исследование, направленное на установление состояния здоровья гражданина, в целях определения его способности осуществлять трудовую или иную деятельность, а также установления причинно-следственной связи между воздействием каких-либо событий, факторов и состоянием здоровья гражданина. Одним из видов медицинских экспертиз, проводимых в Российской Федерации, является экспертиза профессиональной пригодности и экспертиза связи заболевания с профессией (п. 5 ч. 2 ст. 58 Закона).

В соответствии с ч.ч. 1, 2, 3 ст. 63 названного Закона экспертиза профессиональной пригодности проводится в целях определения соответствия состояния здоровья работника возможности выполнения им отдельных видов работ. Экспертиза профессиональной пригодности проводится врачебной комиссией медицинской организации с привлечением врачей-специалистов по результатам предварительных медицинских осмотров и периодических медицинских осмотров. По результатам экспертизы профессиональной пригодности врачебная комиссия выносит медицинское заключение о пригодности или непригодности работника к выполнению отдельных видов работ. Порядок проведения экспертизы профессиональной пригодности, форма медицинского заключения о пригодности или непригодности к выполнению отдельных видов работ устанавливаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Исходя из существа рассматриваемого спора, необходимости установления юридически значимых обстоятельств по делу, к которым, в частности, относится наличие либо отсутствие медицинских противопоказаний для выполнения работы, принимая во внимание, что данный вопрос требует специальных познаний, которыми суд не обладает, необходимые сведения для правильного разрешения дела могли быть получены посредством проведения медицинского освидетельствования либо судебной экспертизы в соответствии со статьей 79 Гражданского процессуального кодекса РФ.

Поскольку ФИО1 возражала против назначения судебной экспертизы, суд по своей инициативе назначил экспертизу профессиональной пригодности и поручил ее проведение ФБУН «Уфимский НИИ медицины труда и экологии человека».

Однако, истица уклонилась от госпитализации в медицинском учреждении и участия в экспертизе, несмотря на разъяснение ей последствий, предусмотренных ч. 3 ст. 79 Гражданского процессуального кодекса РФ.

Кроме того, ФИО1 подала частную жалобу на определение Мелеузовского районного суда РБ от <дата обезличена> о назначении судебной экспертизы. В связи с пропуском срока обжалования частная жалоба была возвращена истцу.

После возобновления производства по делу ФИО1 подтвердила, что возражает против проведения судебной экспертизы.

В связи с чем при отсутствии в деле иных доказательств у суда не имеется законных оснований для возложения на работодателя обязанности восстановить истицу на работе, то есть фактически обязать допустить к работе, выполнение которой противопоказано ей по состоянию здоровья решением врачебной комиссии.

Кроме того, с <дата обезличена> должность, которую занимала ФИО1, была исключена из штатного расписания ГБУ Мелеузовская районная и городская ветеринарная станция РБ в связи с сокращением штатов подразделения по ветеринарному обслуживанию и ветеринарно-санитарной экспертизе на ООО «Башкирский птицеводческий комплекс им. М.Гафури».

Также ФИО1 пропустила срок исковой давности, установленный ст. 392 ТК РФ, что является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Согласно ст. 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении – в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки. При пропуске по уважительным причинам указанные сроки могут быть восстановлены судом.

Исковое заявление ФИО1 зарегистрировано Мелеузовским районным судом РБ <дата обезличена>, тогда как об увольнении ей стало известно <дата обезличена> при ознакомлении с приказом о прекращении трудового договора и получении трудовой книжки. Таким образом, истцом явно пропущен срок для обращения в суд с иском о восстановлении на работе.

В качестве причин пропуска указанного срока ФИО1 в письменном ходатайстве указала, что с <дата обезличена> по <дата обезличена> находилась на больничном, лечилась в стационаре, затем продолжала лечение дома и не могла обратиться за юридической помощью, о нарушении своего права узнала только от адвоката.

Между тем, в ходе подготовки к судебному разбирательству ФИО1 поясняла, что обращалась к адвокату уже <дата обезличена>, и он посоветовал ей написать заявление о своем несогласии с увольнением, что она и сделала.

Согласно объяснениям ФИО1 после окончания стационарного лечения, то есть после <дата обезличена> каких-либо препятствий для обращения в суд с иском у нее не было. Изначально она не намеревалась оспаривать увольнение, с данным иском обратилась «из принципа», так как работодатель не выдавал ей документы.

Исходя из положений ст. 392 Трудового кодекса РФ, начальным моментом течения срока обращения в суд является момент, когда истец узнал или должен был узнать о нарушении трудовых прав.

Выражение «должен был узнать» означает, что работник в силу его обычных знаний, в том числе правовых, и жизненного опыта мог и должен был узнать о нарушении его трудовых прав. При этом действует презумпция, что работник мог или должен был узнать о нарушенном праве в момент такого нарушения, а потому обязанность доказывания обратного (не мог и не должен был) возлагается на работника. Таких доказательств истцом не представлено.

На основании изложенного суд отказывает в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ГБУ Мелеузовская районная и городская ветеринарная станция РБ о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный суд РБ через Мелеузовский районный суд РБ в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Решение принято в окончательной форме <дата обезличена>

Председательствующий судья: А.И. Маликова

...

...