Приговор № 2-17/2019 2-61/2018 от 5 августа 2019 г. по делу № 2-17/2019

ИРКУТСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

Дело № 2-17/2019


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

г. Братск 06 августа 2019 года

Иркутский областной суд в составе:

председательствующего судьи Тюниной И.И.,

при секретарях Гусаровой Л.А., Осипцовой Е.В., Долгих Т.И., Дедюхиной О.М., Скаткове Р.В.,

с участием государственных обвинителей Рогова А.В., Корнева В.С., Нам Н.Ю.,

подсудимой ФИО1 и ее защитников – адвокатов Пономаренко В.Д., Возных Т.Ю., Полосина И.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении:

ФИО1, <...> года рождения, уроженки села <...>, проживающей без регистрации по адресу: <...>, имеющей высшее образование, состоящей в фактических брачных отношениях, имеющей малолетнего ребенка М., <...> года рождения, не работающей, не судимой,

содержащейся под стражей с 28 января 2004 года по 26 марта 2004 года, с 11 октября 2018 года,

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного пунктами «ж», «з» части 2 статьи 105 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 совершила убийство группой лиц по найму.

Преступление было совершено при следующих обстоятельствах:

В конце марта – начале апреля 2003 года в квартире <...> ФИО1 предложила П. (осужден за данное деяние Иркутским областным судом 26 июля 2004 года) совершить убийство Д. за вознаграждение в размере семидесяти пяти тысяч рублей, на что П. согласился. ФИО1 предоставила П. информацию о месте проживания, времени нахождения дома Д. и времени отсутствия в квартире иных лиц.

04 апреля 2003 года в период времени с 23 часов 00 минут до 23 часов 30 минут ФИО1 впустила П. в квартиру <...> и передала ему нож, которым тот, действуя умышленно с целью причинения смерти группой лиц по найму, нанес Д. множественные удары в область грудной клетки справа, в поясничную область, в область правой ягодицы, причинив ему телесные повреждения в виде множественных слепых колото-резаных ранений грудной клетки, поясничной области и правой ягодицы, относящихся к разряду причинивших тяжкий вред здоровью каждое. В это же время ФИО1, действуя умышленно на причинение смерти Д. совместно и согласованно с П. группой лиц, из личной неприязни, нанесла ножом Д. множественные удары в область шеи и задней поверхности грудной клетки, причинив потерпевшему телесные повреждения в виде резаной раны шеи с повреждением гортани, правых общей сонной и внутренней яремной вен, множественных проникающих колото-резаных ранений грудной клетки справа с повреждением правого легкого, множественных слепых колото-резаных ранений шеи, грудной клетки, относящихся к разряду причинивших тяжкий вред здоровью каждое.

Смерть Д. наступила на месте происшествия от обильной кровопотери, развившейся в результате множественных резаных и колото-резаных ран шеи, грудной клетки, поясницы, правой ягодицы, то есть от совместных и согласованных действий ФИО1 и П.

Подсудимая ФИО1 свою вину в убийстве Д. группой лиц по найму не признала, согласно ее показаниям в суде, и показаниям, исследованным по ходатайству стороны защиты, данными ею на предварительном следствии (т. 1 л.д. 144-148, 161-163, 186-193, 206-210, 211-215) следует, что погибший Д. приходился ей бывшим мужем, прожили вместе 25 лет, муж злоупотреблял алкогольными напитками, пьянки заканчивались всегда ссорами, два раза был осужден за то, что избил ее. Есть решение о разводе, но из суда это решение не забирала. Продолжали с мужем проживать в одной квартире после развода, вместе воспитывали детей, совместно занимались предпринимательской деятельностью. Примерно в 22 часа 45 минут 4 апреля 2003 года она ушла из квартиры, муж остался дома один, вернулась после 1 часа ночи, в квартиру не смогла пройти, сыновья сказали, что с папой случилось страшное, она узнала, что мужа убили. П. знала как знакомого ее продавца Г.. Об убийстве мужа с ним не договаривалась, П. ее оговорил под принуждением со стороны Н., с которым у нее были неприязненные отношения.

Виновность подсудимой в описанном выше преступном деянии подтверждается следующими доказательствами:

Из оглашенных по согласию сторон показаний потерпевшего А., данных им в ходе предварительного следствия, следует, что погибший Д. приходился ему отцом. Мать говорила ему, что отца убили из-за денег, но он ей не верил, так как он бы знал, если в квартире были деньги, Его мать ФИО1 4 апреля 2004 года с Т. уехали из дома, не предупредив никого, забрав с собой все личные вещи, оставили на стоянке пропуск на автомобиль «Газель». Он понял, что они уехали навсегда. Больше с ней не общался (т. 1 л.д. 239-241).

Из оглашенных показаний П.(осужденного за данное деяние Иркутским областным судом 26 июля 2004 года), данных им в ходе предварительного следствия при допросах в качестве подозреваемого, обвиняемого, при проверке показаний на месте, в ходе очной ставки с подозреваемой ФИО1 (т. 1 л.д. 106-113, 116-118, 144-148, 154-157, т.2 л.д. 18-22), следует, что он знаком с ФИО1 с июня 2002 года. В марте и в апреле 2003 года ФИО1 обращалась к нему с просьбой помочь убить ее супруга Д., он согласился. Она пообещала ему за убийство Д. вознаграждение в сумме 75 000 рублей. В оговоренное заранее время в 23 часа 4 апреля 2003 года он пришел в квартиру к Д., где в прихожей ФИО1 передала ему нож, он в зале нанес ножом 4-5 ударов потерпевшему Д. по туловищу, ФИО1 нанесла потерпевшему несколько ударов ножом по шее и в спину, перерезала горло. Когда Д. упал, ФИО1 продолжила наносить удары ножом. ФИО1 за убийство Д. заплатила ему 5000 рублей. При проверке показаний на месте наглядно продемонстрировал, каким способом он совместно с ФИО1 совершил убийство Д. в квартире <...>.

Свидетель Г. в судебном заседании и на предварительном следствии (т. 2 л.д. 146-150) показала, что в первых числах апреля 2003 года она с П. делали ремонт в квартире ФИО1 в доме <...>. Вечером П. уходил из квартиры, отсутствовал не менее 10-15 минут. Потом в квартиру пришла ФИО1, за ней П., который попросил ее сказать сотрудникам милиции, если ее вызовут на допрос, что он и ФИО1 с ней находились в квартире весь вечер, никуда не выходили. Позже П. ей сообщил о том, что по просьбе ФИО1 убил Д. Сказал, что ФИО1 обещала заплатить ему и после убийства заплатила деньги.

Свидетель Н. в судебном заседании и на предварительном следствии (т. 1 л.д. 222-223) показал, что в феврале 2003 года ФИО1 обращалась к нему с просьбой убить ее мужа Д., говорила, что заплатит. При разговоре присутствовал его брат В. С подобным предложением она обращалась еще раз, когда он был один, и третий раз – когда он был с Р. и Е.. Он отказался.

Свидетель В. в судебном заседании и на предварительном следствии (т. 1 л.д. 224-225) показал, что ФИО1 в феврале 2003 года обратилась к нему и к Н. с просьбой убить ее мужа Д. Они отказались.

Свидетель Е. в судебном заседании и на предварительном следствии (т. 1 л.д. 244-245) показал, что ФИО1 ему, Н. и Р. предлагала убить ее мужа Д. Они не согласились убивать ее супруга.

Свидетель Р. в судебном заседании и на предварительном следствии (т. 1 л.д. 242-243) показал, что ФИО1 в феврале-марте 2003 года просила его, Н. и Е. помочь ей убить супруга Д., говорила, что при разводе потеряет имущество. Они отказались.

Свидетель Т. в судебном заседании показал, что ФИО1 приходится ему гражданской женой, проживают совместно с начала 2004 года. Со слов ФИО1 знает, что Д. зарезали, было множество ножевых ран. Охарактеризовал ФИО1 только с положительной стороны, заботливая мать, внимательная, спокойная. Пояснил, что в 2004 году ее освободили из-под стражи, они с ФИО1 на следующий день уехали в г. Краснокаменск Забайкальского края. Там ФИО1 работала, но без оформления трудовых отношений. После рождения сына занималась его воспитанием, работать перестала. Они меняли место жительства 4 раза – это было связано с его работой. С 2010 года жили в Оренбургской, Челябинской, Свердловской областях, в 2015 году вернулись в Забайкалье. Пояснить, почему при задержании ФИО1 представилась ФИО2, в свидетельстве о рождении ребенка указана мать ФИО2, был ли у ФИО1 паспорт, не смог. Не обращал внимания на то, что в свидетельстве о рождении ребенка ФИО1 указана как ФИО2. Не знал, что ФИО1 была объявлена в розыск.

Свидетель З. в судебном заседании показала, что она работает учителем начальных классов <...>. Подсудимую знает как ФИО2, мать ученика М., охарактеризовала ее как ответственного, отзывчивого человека.

Свидетель Х. в судебном заседании показала, что она работает учителем МБОУ Гимназия <...>. Подсудимую знает как мать ученика 5 класса М. ФИО2, охарактеризовала ее как активного человека, помогала на школьных мероприятиях.

Свидетель Б. в судебном заседании показал, что он осуществлял предварительное расследование по уголовному делу в отношении П. и ФИО1 по обвинению в совершении убийства группой лиц по найму. После того, как весной 2004 года ФИО1 скрылась, дело в отношении нее было выделено в отдельное производство. ФИО1 вызывали в прокуратуру в день освобождения из-под стражи, но она не являлась. Мера пресечения избрана не была, судебное решение об отказе в продлении срока содержания под стражей не вступило в законную силу, было обжаловано, затем было отменено, но на тот период времени ФИО1 уже скрылась от органов предварительного расследования. Сын ФИО1 в показаниях пояснил, что она собрала вещи и в спешке уехала. Сотрудникам милиции было дано поручение установить местонахождение ФИО1, опрашивались соседи, родственники, было установлено, что она скрылась за пределы г. Братска. ФИО1 была объявлена в розыск. По поводу паспорта ФИО1 к нему не обращалась.

Свидетель Л. в судебном заседании показал, что он осуществлял предварительное расследование по уголовному делу по факту убийства Д., в январе 2004 года допрашивал ФИО1 в качестве подозреваемой. Данное следственное действие проводилось в присутствии адвоката Ю. В ходе допроса никаких жалоб, замечаний ни от ФИО1, ни от адвоката не поступало. В протоколе допроса зафиксированы все вопросы следователя и все ответы подозреваемой. ФИО1, которая сама прочитала протокол и подписала его.

Из протокола осмотра места происшествия от 5 апреля 2003 года следует, что в ходе осмотра квартиры <...> на полу в зале обнаружен труп Д. с признаками насильственной смерти. (т. 1 л.д. 5-12).

Из заключения судебно-медицинской экспертизы следует, что смерть Д. последовала от обильной кровопотери, развившейся в исходе множественных резаных и колото-резаных ранений шеи, грудной клетки, поясницы, правой ягодицы. При исследовании трупа обнаружены повреждения в виде резаной раны шеи с повреждением гортани, правых общей сонной артерии и внутренней яремной вены; множественных проникающих колото-резаных ранений грудной клетки справа с повреждением правого легкого; множественных слепых колото-резаных ранений шеи, грудной клетки, поясничной области и правой ягодицы, относящихся к разряду причинивших тяжкий вред здоровью каждое как по признаку опасности для жизни, так и как вызвавшие состояние, угрожавшее жизни потерпевшего и находятся в прямой причинной связи со смертью. Все повреждения прижизненны, могли быть причинены в относительно короткий промежуток времени ударами колото-резаным орудием. После причинения всех повреждений потерпевший мог жить не более 3-5 минут. (т. 1 л.д. 15-20)

На предварительном следствии, будучи допрошенной в качестве подозреваемой, ФИО1 показала, что в январе 2003 года П., увидев ее состояние после скандала с Д., предложил ей помочь избавиться от мужа. Второй раз разговор об убийстве Д. произошел между ней и П. в середине февраля 2003 года, когда П. сказал ей, что продумает обстоятельства совершения убийства Д. П. сказал, что она будет должна заплатить ему 10 000 рублей за оказанную услугу – убийство Д. 30 марта 2003 года они с П. договорились, что П. придет 04 апреля 2003 года в период времени с 21 до 22 часов, что она все приготовит – детей дома не будет. 04 апреля 2003 года в начале 23 часа П. пришел к ней домой, она вышла к нему в коридор. П. сказал ей, чтобы она оделась и выходила на улицу, ждала его. Она вышла на улицу, через 10-15 минут на улицу вышел П., сказал, что он все сделал. Она отдала П. 5000 рублей (т.1 л.д. 123-136).

Приговором Иркутского областного суда от 26 июля 2004 года П. признан виновным в убийстве Д. группой лиц по найму, приговор вступил в законную силу и изменению не подвергался (т. 2 л.д. 176-181, 182-184). В соответствии со ст. 90 УПК РФ приговор Иркутского областного суда от 26 июля 2004 года в отношении П. не предрешает виновность ФИО1, однако обстоятельства, установленные указанным приговором, суд признает без дополнительной проверки.

Суд, оценивая вышеизложенные доказательства, которые каждое в отдельности соответствуют требованиям закона о допустимости доказательств, считает их достаточными в своей совокупности для признания подсудимой ФИО1 виновной в описанном выше преступном деянии, и при квалификации действий приходит к следующим выводам.

Показания потерпевшего А. и свидетелей П., Г.), Н., В., Е., Р., Т., З., Х., Б., Л. являются достоверными, поскольку они в своей совокупности не противоречат друг другу и согласуются между собой и с другими доказательствами по делу. У суда нет оснований не доверять показаниям потерпевшего и свидетелей, поскольку поводов для оговора подсудимой у них не имелось, отсутствуют какие-либо данные, указывающие на их заинтересованность в исходе дела.

Указанные выше показания подсудимой ФИО1, данные ею при допросе в качестве подозреваемой (т. 1 л.д. 123-136), суд признает допустимыми доказательствами, поскольку они были даны в присутствии адвоката, ФИО1 разъяснялось право не свидетельствовать против самой себя, о чем свидетельствует ее подпись в протоколе допроса и достоверными в той части, в какой они объективно подтверждаются и согласуются с другими доказательствами по делу: результатами осмотра места происшествия, показаниями потерпевшего А., осужденного П., свидетелей Г.), Н., В., Р., Е.

Отдельные несовпадения и некоторая разница в описании деталей происшествия в показаниях ФИО1 и П., отрицание подсудимой ФИО1 ее причастности к совершению убийства Д. группой лиц по найму, доводы о том, что П., свидетели Н., В., Р., Е. оговаривают ее, противоречат установленным в судебном заседании обстоятельствам, объясняются занятой позицией ФИО1 по реализации ею своего права на защиту против выдвинутого в отношении нее обвинения.

Доводы подсудимой ФИО1 о несоответствии показаний П. в части описания расположения мебели в квартире, предметов и тела потерпевшего с протоколом осмотра места происшествия не свидетельствует о самооговоре П. и оговоре им ФИО1 и о недостоверности его показаний в целом, поскольку они согласуются в совокупности с другими доказательствами, исследованными в суде и изложенными выше в приговоре, а некоторые различия в показаниях не относятся к обстоятельствам, имеющим существенное значение для вывода суда о виновности подсудимой ФИО1

Суд, анализируя показания подсудимой ФИО1 о непричастности к убийству Д., данные в суде и на предварительном следствии (т. 1 л.д 161-163, 186-193, 206-210, 211-215, 144-148), в совокупности с другими доказательствами, исследованными в суде, находит их недостоверными и оценивает их как способ защиты подсудимой от обвинения в совершении особо тяжкого преступления.

При таких обстоятельствах суд считает, что другим лицом, указанным в приговоре Иркутского областного суда от 26 июля 2004 года, совершившим с осужденным П. убийство Д. по найму, была именно ФИО1 и квалифицирует действия ФИО1 по пунктам «ж», «з» части 2 статьи 105 УК РФ (в редакции ФЗ от 13.06.1996г. № 63-ФЗ) – как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, совершенное группой лиц по найму.

Об умысле подсудимой ФИО1 на убийство свидетельствует способ и орудие преступления: нанесение ножом с достаточной силой, о чем свидетельствует проникающий характер ранений, множественных ударов по телу потерпевшего Д.

Поскольку совершение убийства Д. было обусловлено получением исполнителем преступления материального вознаграждения, что охватывалось умыслом каждого из соучастников преступления, то суд квалифицирует действия ФИО1 по пункту «з» части 2 статьи 105 УК РФ, именно ФИО1 наняла П. совершить убийство своего мужа Д. за вознаграждение.

В процессе убийства подсудимая ФИО1 действовала согласованно с П., их действия были объединены единством умысла, а объективная сторона, включая физическое насилие над потерпевшим, выполнялась каждым из соучастников, что свидетельствует о роли ФИО1 как соисполнителя убийства и суд квалифицирует ее действия по пункту «ж» части 2 статьи 105 УК РФ.

Преступление, за совершение которого ФИО1 предъявлено обвинение, совершено 04 апреля 2003 года. Рассматривая вопрос о необходимости применении положений ст. 78 УК РФ в отношении ФИО1, суд, исследовав материалы дела, приходит к выводу, что после освобождения из-под стражи 26 марта 2004 года обвиняемая ФИО1 скрылась от органов следствия, в связи с чем 08 апреля 2004 года была объявлена в розыск, и ее местонахождение было установлено лишь в октябре 2018 года в ходе оперативно-розыскных мероприятий. Это подтверждается показаниями потерпевшего А., показавшего, что после освобождения в 2004 году мать с Т.., забрав личные вещи, уехали на автомобиле «Газель», и больше он ее не видел, свидетеля Б., показавшего, что после освобождения в суде ФИО1 из-под стражи, последняя для выполнения следственных действий к следователю не явилась, была объявлена в розыск, судебное решение об отказе в ходатайстве следователя о продлении срока содержания под стражей ФИО1 было отменено. Кроме того, в судебном заседании установлено, что ФИО1 на протяжении периода времени с 2004 года по 2018 год представлялась ФИО2, что подтверждает сама подсудимая, свидетели З., Х., Т. В представленной суду копии свидетельства о рождении сына подсудимой в графе мать указана ФИО2. (т.3 л.д.45) Как следует из исследованных документов отдела кадров, где работала подсудимая ФИО1 с 20.08.2004 года по 01.03.2005 года, она была трудоустроена без паспорта как ФИО3 - фамилия подсудимой до брака. (т.3 л.д.244-249). Суд находит показания ФИО1 о том, что она не скрывалась от органов следствия, не знала, что разыскивается правоохранительными органами надуманными, которые опровергаются вышеизложенными доказательствами в этой части.

Установленные судом обстоятельства свидетельствуют о том, что обвиняемая ФИО1, стремясь избежать наказания за совершенное убийство Д., скрылась от органов следствия, и таким образом, течение сроков давности в порядке ч. 3 ст. 78 УК РФ было приостановлено.

Из сведений о личности потерпевшего Д. следует, что он не судим, состоял на учете врача нарколога с диагнозом: хронический алкоголизм 2 ст., по месту жительства характеризовался положительно как уравновешенный человек, от соседей жалоб не поступало (т. 2 л.д. 203, 213, 214).

Из сведений о личности подсудимой ФИО1 следует, что она не судима, на учете врачей нарколога, психиатра не состояла, по месту жительства в г. Братске в 2003 году и г. Чита в настоящее время, по месту работы за период с 2004 по 2007 гг. характеризуется положительно (т. 2 л.д. 190-194, 196-199, 200, т.3 л.д.85,168).

Из заключения комплексной психолого-психиатрической экспертизы следует, что ФИО1 ранее какими-либо хроническим или временным психическим расстройством, слабоумием или иным болезненным состоянием психики не страдала, в настоящее время не страдает и в период инкриминируемого ей деяния вышеперечисленных расстройств не обнаруживала. В момент инкриминируемого ей деяния ФИО1 могла осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. По своему психическому состоянию в настоящее время она также может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими. В настоящее время по своему психическому состоянию в принудительном лечении она не нуждается (т. 2 л.д. 68-75).

Кроме выводов экспертов, суд учитывает наблюдаемое судом поведение подсудимой в судебном заседании, которая поддерживала адекватный речевой контакт, критически относилась к предъявленному обвинению и активно защищались от него, а также суд учитывает исследованные в судебном заседании данные о личности подсудимой, условия ее жизни.

С учетом изложенного, суд признает подсудимую вменяемым лицом, способным осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, и поэтому подсудимая должна нести уголовную ответственность за содеянное.

Решая вопрос о назначении наказания подсудимой ФИО1, суд руководствуется положениями ст.ст. 6, 60 УК РФ.

Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимой ФИО1, являются возраст подсудимой, состояние здоровья, наличие малолетнего ребенка, частичное признание вины на предварительном следствии, противоправное поведение потерпевшего, явившееся поводом к совершению преступления.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимой ФИО1, суд не усматривает.

Поскольку отсутствуют исключительные обстоятельства, значительно уменьшающие степень общественной опасности совершенного подсудимой ФИО1 особо тяжкого преступления, то суд не применяет при определении размера и вида наказания подсудимой требования ст.ст. 64 и 73 УК РФ.

С учетом установленных фактических обстоятельств дела, суд не находит оснований для применения ч. 6 ст. 15 УК РФ при оценке тяжести совершенного подсудимой ФИО1 особо тяжкого преступления.

Наказание в соответствии со ст. 58 УК РФ подсудимая ФИО1 должна отбывать в исправительной колонии общего режима.

При зачете времени содержания под стражей в срок отбытия наказания суд руководствуется положениями ч.1 ст.10 УК РФ, п. «б» ч.3-1 ст.72 УК РФ.

Хранение и передача вещественных доказательств разрешается судом в порядке ст. 82 УПК РФ.

Решая вопрос о мере пресечения в отношении ФИО1, принимая во внимание данные о личности подсудимой, изложенные обстоятельства дела, суд не находит оснований для изменения меры пресечения в виде заключения под стражу, в целях обеспечения исполнения назначенного наказания по приговору суда и приходит к выводу о необходимости оставить без изменения меру пресечения в виде заключения под стражу в отношении ФИО1 до вступления приговора в законную силу.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 296, 307, 308, 309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1 признать виновной в совершении преступления, предусмотренного пунктами «ж», «з» части 2 статьи 105 УК РФ (в редакции ФЗ от 13.06.1996г. № 63-ФЗ), и назначить наказание в виде лишения свободы сроком на 8 (восемь) лет с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Срок наказания исчислять с момента вступления приговора в законную силу.

Зачесть в срок отбытия наказания время содержания под стражей с 28 января 2004 года по 26 марта 2004 года, с 11 октября 2018 года до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

Меру пресечения ФИО1 в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу оставить без изменения.

Вещественные доказательства по уголовному делу, находящиеся в камере хранения вещественных доказательств СО по Падунскому району города Братска СУ СК России по Иркутской области: рубашка, трусы, трико, футболка Д., куртка П., полотенце, три ножа, образцы биологического происхождения ФИО1, Д., образцы отпечатков пальцев рук ФИО1, Д., П., шесть следов пальцев рук – уничтожить.

Приговор может быть обжалован в Верховный Суд Российской Федерации через Иркутский областной суд в г. Братске в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденной ФИО1, содержащейся под стражей, в тот же срок со дня вручения ей копии приговора. В случае обжалования приговора, осужденная в тот же срок вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий