Решение № 2-127/2018 2-127/2018 (2-2555/2017;) ~ М-2805/2017 2-2555/2017 М-2805/2017 от 9 мая 2018 г. по делу № 2-127/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

10 мая 2018 года г. Владивосток

Советский районный суд г. Владивостока Приморского края в составе:

председательствующего судьи С.А. Юлбарисовой

при секретаре О.Н. Морозовой,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о возложении обязанности освободить самовольно занятый земельный участок перед частью его дома,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о признании недействительными и исключении из ГКН сведений об описании местоположения границ земельного участка, устранении препятствий в пользовании земельным участком. В обоснование указал, что является собственником земельного участка с кадастровым номером <номер>, местоположение установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка, ориентир: часть жилого дома, почтовый адрес ориентира: г. Владивосток, <адрес>. На данном земельном участке расположен жилой дом, собственником части которого он является. Вторая часть дома – квартира <адрес> принадлежит ФИО2 Она же является собственником смежного земельного участка с кадастровым номером <номер>. Между двумя вышеназванными земельными участками установлен забор. ФИО2 самовольно, без согласования с ним установила забор между смежными участками таким образом, что захватила часть принадлежащего ему земельного участка. Более того, в 2014 году ФИО2 провела кадастровые работы в связи с образованием двух земельных участков путем перераспределения земельных участков с кадастровыми номерами <номер> и <номер>. В связи с изменением конфигурации земельных участков им были присвоены новые кадастровые номера: земельному участку с кадастровым номером <номер> присвоен новый кадастровый номер <номер>, а земельному участку с кадастровым номером <номер> – номер <номер>. ФИО2 стала собственником земельного участка с кадастровым номером <номер>. Его право на земельный участок с кадастровым номером <номер> не зарегистрировано, данный участок стоит на кадастровом учете со статусом «временный». При этом протокол образования земельных участков им не подписывался, кадастровый учет проведен без его участия и согласия. В государственный кадастр недвижимости внесены неправильные уникальные характеристики земельного участка с кадастровым номером <номер>, так как его координаты не соответствуют фактическому месту расположения. Восстановить его права возможно лишь исключив ошибочные сведения о координатах характерных точек границ смежного земельного участка из ГКН. Кроме того, перед его частью дома и проездом по <адрес> находится земельный участок, принадлежащий на праве собственности администрации г. Владивостока. Распоряжается им, в силу прямого указания закона, департамент земельных и имущественных отношений Приморского края. Данный земельный участок – единственный проезд к его дому. На нем построена и эксплуатируется им канализация. ФИО2 самовольно, без проведения межевания и без разрешения департамента земельных и имущественных отношений Приморского края захватила часть земельного участка, находящегося перед домом, и установила на нем металлический забор. При этом часть стены его дома оказалась в ее дворе, окна его дома теперь выходят на забор, расположенный на расстоянии менее метра от стекол, и в ее двор. Тем самым он оказался лишен возможности полноценно эксплуатировать свое имущество. Также ФИО2 построила под его окнами без получения необходимой разрешительной документации канализацию. Площадь захваченной ею территории перед его окнами составляет 140 кв. м. На основании изложенного просил признать недействительным и исключить из Государственного кадастра недвижимости (снять с учета в графической части) сведения об описании местоположения границ (о координатах характерных точек границ) земельного участка с кадастровым номером <номер>; обязать ответчика устранить препятствия в пользовании им принадлежащим на праве собственности имуществом: жилым домом и земельным участком, расположенными по адресу: Приморский край, г. Владивосток, <адрес>, путем возложения на ФИО2 обязанности: перенести забор, разделяющий их земельные участки, снести забор и освободить самовольно захваченный ею земельный участок перед его частью дома и проездом по <адрес>; взыскать с ответчика в его пользу понесенные им судебные расходы.

21.11.2017 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, было привлечено Управление Росреестра по Приморскому краю (л.д. 84-85).

Определением Советского районного суда г. Владивостока от 30.01.2018 от ФИО1 принят отказ от исковых требований в части признания недействительными и исключении из Государственного кадастра недвижимости (снятия с учета в графической части) сведений об описании местоположения границ (о координатах характерных точек границ) земельного участка с кадастровым номером <номер>. Производство по гражданскому делу по иску ФИО1 к ФИО2 о признании недействительными и исключении из ГКН сведений об описании местоположения границ земельного участка прекращено (л.д. 110-111).

В судебном заседании 30.01.2018 истец, его представитель на основании нотариально удостоверенной доверенности (л.д. 11) – ФИО3 также конкретизировали требование о возложении на ответчика обязанности перенести забор, указав, что просят обязать ответчика устранить препятствия в пользовании ФИО1 принадлежащим ему имуществом, а именно, перенести забор, разделяющий земельные участки сторон, согласно межевому плану, представленному стороной ответчика (л.д. 148-150).

В настоящем судебном заседании истец ФИО1 отказался от иска к ФИО2 в части требования о возложении обязанности перенести забор, разделяющий их земельные участки, поскольку спор в этой части урегулирован мирным путем. Отказ от данного требования был принят судом, производство по делу в указанной части прекращено, о чем вынесено соответствующее определение.

Требование о возложении на ФИО2 обязанности снести забор и освободить самовольно захваченный ею земельный участок, собственность на который не разграничена, расположенный перед частью дома ФИО1 и проездом по <адрес>, истец и его представитель поддержали. В ходе рассмотрения дела поясняли, что собственность на земельный участок, расположенный между частью жилого дома, используемой истцом (<адрес>), и дорогой по <адрес>, не разграничена. Он не принадлежит ни ФИО1, ни ФИО2, однако последняя самовольно заняла указанный участок, огородив его забором. Вместе с тем, расстояние между данным забором и стеной части жилого дома, принадлежащей истцу, составляет менее 3 м, что не соответствует требованиям строительных норм и правил, в частности, требованиям СП 30-102-99. Забор находится на уровне окон, нарушает визуальное восприятие, мешает смотреть в сторону улицы, портит вид. Более того, истец желает сам использовать земельный участок, самовольно захваченный ответчиком, в связи с чем, он обратился в департамент земельных и имущественных отношений Приморского края с заявлением о предоставлении участка в аренду. Использование данного участка иным лицом препятствует этому. Также в судебных заседаниях ФИО1 пояснял, что в том момент, когда он приобрел себе в собственность часть дома и земельный участок, забор, о сносе которого заявлено исковое требование, уже был возведен. После приобретения части дома он увеличил ее размер с 10 кв. м до 150 кв. м, соорудив пристройку и надстроив второй этаж. Разрешение на такое строительство им получено не было, однако он намерен узаконивать данную постройку. В результате реконструкции принадлежащей ему части дома, забор оказался вплотную к его окнам. По его просьбе ответчик отодвинула забор на некоторое расстояние, но не убрала его.

Представители ответчика на основании нотариально удостоверенных доверенностей (л.д. 43, 198) – ФИО4 и ФИО5 в судебном заседании возражали против удовлетворения исковых требований. В ходе рассмотрения дела указывали на то, что истцом не представлено доказательств тому, что наличие спорного забора каким-либо образом нарушает либо создает со стороны ответчика реальную угрозу нарушения его права собственности либо иного законного владения. Забор был установлен по согласованию между ответчиком и предыдущим собственником части жилого дома задолго до приобретения указанной части дома истцом. Истец приобрел часть жилого дома и земельный участок в 2010 году. В это время забор уже был возведен. С момента приобретения части дома по настоящее время истец не предъявлял к ответчику никаких претензий в отношении существующего забора. Проход и проезд к принадлежащей истцу части жилого дома по адресу: <адрес>, со стороны дороги с <адрес> имеется. Убрать забор не представляется возможным, поскольку перед домом, расположенным по адресу: г. Владивосток, <адрес>, находится проезжая часть. Следовательно, отсутствие забора повлечет за собой возникновение опасности для семьи ответчика, в которой растут малолетние дети. Поставить забор по границе, разделяющей дом, невозможно, поскольку там расположены коммуникации. Расстояние между частью жилого дома истца и забором уменьшилось в результате того, что истец самовольно без получения соответствующего разрешения реконструировал дом путем возведения пристройки. Сооруженная истцом постройка имеет признаки капитальности, на кадастровый учет не поставлена. Право собственности на реконструированный жилой дом в установленном законом порядке за истцом не зарегистрировано. Таким образом, реконструированный жилой дом истца не является объектом гражданских прав. Истец не может заявлять требования об устранении препятствий в пользовании жилым домом, который реконструирован и не принадлежит ему на праве собственности в ныне существующей конфигурации и площади. Кроме того, земельный участок, на котором возведен забор ответчика, не принадлежит истцу на каком-либо вещном праве. Собственность в отношении указанного участка не разграничена, следовательно, наличие забора на этом участке права истца никак не затрагивает. Несоблюдение требований СНиП при устройстве забора о нарушении прав истца также не свидетельствует. Более того, когда истец начал возводить пристройку к своей части жилого дома, по его просьбе ответчик уже отодвигал забор, чтобы у ФИО1 была возможность обслуживать дом. Также в ходе рассмотрения дела представители ответчика не отрицали факт отсутствия документов, которые бы подтверждали принадлежность ответчику на каком-либо праве земельного участка, огороженного забором. Указывали на то, что ФИО2 обратилась в департамент земельных и имущественных отношений Приморского края с соответствующим заявлением о предоставлении ей земельного участка, собственность на который не разграничена.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, департамента земельных и имущественных отношений Приморского края (далее, в том числе, – Департамент) ФИО6, действующая на основании доверенности (л.д. 160), в судебном заседании пояснила, что Департамент не поддерживает ни истца, ни ответчика. Поскольку собственность на земельный участок, огороженный забором ответчика, не разграничена, на него имеют право претендовать как стороны по делу, так и иные лица.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явилась. О месте и времени его проведения извещалась надлежащим образом посредством направления в ее адрес судебной повестки заказным письмом с уведомлением о вручении (л.д. 189). Указанное письмо было возвращено в суд с отметкой почтового отделения об истечении срока хранения (л.д. 196-197).

Согласно статье 113 ГПК РФ суд предпринял все меры для вручения ответчику ФИО2 судебных извещений, и ее нежелание получать указанные извещения не может говорить о нарушении ее процессуальных прав.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, администрации г. Владивостока в судебное заседание не явился. О месте и времени рассмотрения дела уведомлен надлежащим образом (л.д. 190). Причины его неявки суду неизвестны, ходатайств об отложении судебного разбирательства не поступало. Ранее в ходе рассмотрения дела представителем администрации г. Владивостока был представлен отзыв, в котором указано, что земельный участок с кадастровым номером <номер> является смежным по отношению к земельному участку с кадастровым номером <номер>, который, в свою очередь, принадлежит муниципальному образованию г. Владивосток на праве собственности. В период с 2009 года по 2017 год ФИО2 в управление муниципальной собственности г. Владивостока по вопросу перераспределения принадлежащего ей земельного участка с кадастровым номером <номер> и земельного участка, находящегося в муниципальной собственности, не обращалась. Также вышеуказанный земельный участок граничит с земельными участками, государственная собственность на которые не разграничена (л.д. 50-52).

Представители третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Управления Росреестра по Приморскому краю в судебное заседание также не явился. О месте и времени рассмотрения дела уведомлен надлежащим образом (л.д. 193). Причины его неявки суду неизвестны, ходатайств об отложении судебного разбирательства не поступало.

При таких обстоятельствах суд, в силу положений статьи 167 ГПК РФ, счел возможным провести судебное заседание в отсутствие неявившихся ответчика, представителей третьих лиц администрации г. Владивостока, Управления Росреестра по Приморскому краю.

Выслушав пояснения сторон, исследовав материалы дела, давая оценку всем представленным доказательствам в их совокупности в соответствии с положениями статьи 67 ГПК РФ, суд приходит к следующему выводу.

В ходе рассмотрения дела судом установлено, что ФИО1 на праве собственности принадлежал земельный участок с кадастровым номером <номер> общей площадью 750 кв. м. Данное обстоятельство подтверждается представленным в материалы дела свидетельством о государственной регистрации права собственности от <дата><серия><номер>.

Из содержания материалов дела следует, что смежным по отношению к земельному участку с кадастровым номером <номер> являлся земельный участок с кадастровым номером <номер> общей площадью 750 кв. м, принадлежавший ФИО2, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права собственности от <дата><серия><номер> (л.д. 31).

Из объяснений сторон и имеющихся в материалах дела документов установлено, что на указанных земельных участках расположен жилой дом, которому присвоен адрес: г. Владивосток, <адрес>. Данное домовладение разделено в натуре на две самостоятельные части, с присвоением каждой из них самостоятельного адреса: г. Владивосток, <адрес> и г. Владивосток, <адрес> (л.д. 76, 78).

Согласно свидетельству о государственной регистрации права собственности от <дата><серия><номер> квартира <адрес> принадлежит на праве собственности ответчику (л.д. 73). Квартира <адрес> принадлежит истцу, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права собственности от <дата><серия><номер> (л.д. 13).

Указанное домовладение располагалось таким образом, что квартира <адрес> была расположена на земельном участке ответчика с кадастровым номером <номер>, а квартира <адрес> – на земельном участке истца с кадастровым номером <номер>.

В судебном заседании установлено, что часть жилого дома, расположенная по адресу: г. Владивосток, <адрес>, была реконструирована ФИО2 Право собственности на часть жилого дома расположенную по адресу: г. Владивосток, <адрес>, в реконструированном виде было признано за ней на основании апелляционного определения Судебной коллегии по гражданским делам Приморского краевого суда от 29.11.2016 (л.д. 79-83).

Также из объяснений сторон и имеющихся в материалах дела документов установлено, что в 2014 году произведено перераспределение земельных участков с кадастровым номерами <номер> и <номер>, поскольку было установлено, что часть жилого дома, принадлежащая ответчику (квартира <адрес>), накладывалась на земельный участок истца (площадь наложения – 1,5 кв. м), а часть жилого дома, принадлежащая истцу (квартира <адрес>), накладывалась на земельный участок ответчика (площадь наложения – 1,5 кв. м) (л.д. 71).

В ходе перераспределения земельных участков кадастровым инженером ООО «Центр геоизысканий» Ф.И.О.1 составлен межевой план от 17.07.2014, в котором отображена ныне существующая конфигурация и взаимное расположение земельных участков сторон (л.д. 121-135).

В результате указанного перераспределения существенного изменения границ земельных участков не произошло, их площади остались прежними. Земельному участку ответчика, имевшему кадастровый номер <номер>, был присвоен новый кадастровый номер – <номер>, а земельному участку истца, имевшему кадастровый номер <номер>, был присвоен номер <номер>. Данное обстоятельство подтверждается, в частности, кадастровыми паспортами земельных участков с кадастровыми номерами <номер> и <номер> (л.д. 144-145, 146-147).

В настоящий момент земельный участок с кадастровым номером <номер> находится в пользовании ФИО2, а земельный участок с кадастровым номером <номер> – в пользовании ФИО1

Взаимное расположение указанных земельных участков отражено, в частности, на топографическом плане от декабря 2016 года, составленном ООО «Геодезист» (л.д. 14-17), в графическом приложении к представленному в материалы дела стороной истца заключению специалиста ООО «Землемеръ» Ф.И.О.2 от 25.03.2018 (л.д. 166). Также из названного графического приложения к заключению специалиста ООО «Землемеръ» усматривается, что в настоящий момент часть жилого дома ответчика, расположенная по адресу: г. Владивосток, <адрес>, находится на земельном участке с кадастровым номером <номер>, а часть жилого дома, принадлежащая истцу, по адресу: г. Владивосток, <адрес>, – на земельном участке с кадастровым номером <номер>.

Как усматривается из содержания приложенной к материалам дела выдержки из публичной кадастровой карты, восточнее вышеназванных земельных участков расположен земельный участок, государственная собственность в отношении которого не разграничена (л.д. 27-28). Распоряжается данным участком, согласно пункту 1.1.1 Положения о департаменте земельных и имущественных отношений Приморского края, утвержденного Постановлением Администрации Приморского края от 05.12.2012 №374-па, департамент земельных и имущественных отношений Приморского края.

Кроме того, восточнее земельных участков сторон, но южнее земельного участка, государственная собственность в отношении которого не разграничена, расположен принадлежащий на праве собственности муниципальному образованию город Владивосток земельный участок с кадастровым номером <номер> площадью 1 896 кв. м. Указанное обстоятельство подтверждается представленным в материалы дела ответом Управления муниципальной собственности г. Владивостока от 17.10.2017 №28/10-5697 (л.д. 53), выпиской из реестра муниципального имущества Владивостокского городского округа от 16.10.2017 №26246 (л.д. 54), свидетельством о государственной регистрации права собственности от <дата><серия><номер> (л.д. 55), обзорными схемами взаимного расположения земельных участков по адресу: г. Владивосток, в районе <адрес> (л.д. 57, 58).

Из материалов дела также усматривается, что напротив северо-восточной стены части жилого дома ФИО1 на расстоянии от 1,77 м до 1,95 м расположен забор, требования о сносе которого заявлены истцом.

Указанный забор, как установлено судом и не отрицалось лицами, участвующими в деле, возведен ФИО2 на земельном участке, государственная собственность в отношении которого не разграничена.

ФИО2 использует указанный участок, огороженный возведенным ею забором, для собственных нужд. При этом в ходе рассмотрения дела представители ФИО2 не отрицали факт отсутствия у нее документов, которые бы подтверждали принадлежность ей на каком-либо праве данного участка.

Указанное обстоятельство подтверждается, в частности, ответами администрации г. Владивостока от 23.03.2018 №3315-ог и от 20.04.2018 №3315-ог (л.д. 161-162, 200-201). Так, из содержания ответа от 23.03.2018 следует, что в ходе выезда на место по адресу: г. Владивосток, <адрес>, установлено, что имеются признаки занятия собственником земельного участка с кадастровым номером <номер> дополнительного земельного участка путем установки ограждения, хозяйственных построек, строений и иных объектов на земельном участке, государственная собственность в отношении которого не разграничена, права не оформлены, на кадастровом учете не состоящем (л.д. 161-162).

Место расположения спорного забора отражено на топографическом плане от декабря 2016 года, составленном ООО «Геодезист» (л.д. 14-17); графическом приложении к заключению специалиста ООО «Землемеръ» от <дата> (л.д. 166).

Фактическое расположение части жилого дома, принадлежащей истцу, и спорного забора, запечатлено на приобщенных к материалам дела фотографиях (л.д. 112, 114-118, 165).

Частью 3 статьи 36 Конституции Российской Федерации определено, что условия и порядок пользования землей определяются на основе федерального закона.

Пунктом 1 статьи 1 ГК РФ закреплено, что гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты.

Владение, пользование и распоряжение землей и другими природными ресурсами в той мере, в какой их оборот допускается законом (статья 129), осуществляются их собственником свободно, если это не наносит ущерба окружающей среде и не нарушает прав и законных интересов других лиц (пункт 3 статьи 209 ГК РФ).

Согласно подпункту 2 пункта 1 статьи 40 ЗК РФ собственник земельного участка имеет право возводить жилые, производственные, культурно-бытовые и иные здания, сооружения в соответствии с целевым назначением земельного участка и его разрешенным использованием с соблюдением требований градостроительных регламентов, строительных, экологических, санитарно-гигиенических, противопожарных и иных правил, нормативов.

По смыслу пункта 1 статьи 41 ЗК РФ лица, не являющиеся собственниками земельных участков, за исключением обладателей сервитутов, осуществляют права собственников земельных участков, установленные статьей 40 настоящего Кодекса.

В соответствии со статьей 304 ГК РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Одним из способов защиты права может являться восстановление положения, существовавшего до нарушения права, и пресечение действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения (статья 12 ГК РФ).

Как разъяснено в пунктах 45-46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №10, Пленума ВАС РФ №22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», в силу статей 304, 305 ГК РФ иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение. Такой иск подлежит удовлетворению и в том случае, когда истец докажет, что имеется реальная угроза нарушения его права собственности или законного владения со стороны ответчика. Иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению независимо от того, на своем или чужом земельном участке либо ином объекте недвижимости ответчик совершает действия (бездействие), нарушающие право истца. При рассмотрении исков об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, путем возведения ответчиком здания, строения, сооружения суд устанавливает факт соблюдения градостроительных и строительных норм и правил при строительстве соответствующего объекта. Несоблюдение, в том числе незначительное, градостроительных и строительных норм и правил при строительстве может являться основанием для удовлетворения заявленного иска, если при этом нарушается право собственности или законное владение истца.

Таким образом, одним из юридически значимых обстоятельств по настоящему делу является наличие нарушения права собственности или законного владения истца.

В соответствии со статьей 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в совокупности с положениями части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статей 12, 35 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Обязанность доказывания факта и характера нарушения права лежит на лице, заявившем требования о защите права.

Обращаясь с иском в рамках положений статьи 304 ГК РФ об устранении нарушений права собственника, не связанных с лишением владения, истец обязан представить доказательства противоправности действий ответчика, наличия негативных для него последствий и причинно-следственной связи между действиями ответчика и возникновением этих последствий.

Иск об устранении нарушений права собственника, не связанных с лишением владения, может быть удовлетворен при доказанности, что чинимые ответчиком препятствия носят реальный, а не мнимый характер.

В подтверждение доводов иска о нарушении прав ФИО1 наличием спорного забора стороной истца представлено заключение специалиста ООО «Землемеръ» Ф.И.О.2 от 25.03.2018. Из содержания указанного заключения следует, что металлический забор высотой более 1 м, огораживающий периметр территории, находящейся в фактическом пользовании у части жилого дома по <адрес> в г. Владивостоке, располагается в непосредственной близости от границ части жилого дома по <адрес> в г. Владивостоке. Минимальное расстояние составило 1,77 м. Земельный участок располагается в зоне Ж-1 (зона застройки индивидуальными жилыми домами). Согласно пункту 3 статьи 23 Правил землепользования и застройки на территории Владивостокского городского округа существуют минимальные отступы от границ земельных участков в целях определения мест допустимого размещения зданий, строений и сооружений (СП 30-102-99 «Планировка и застройка территорий малоэтажного жилищного строительства»). До стен жилого дома минимальный отступ составляет 3 м. Соответственно забор, огораживающий участок, должен располагаться минимум в 3 м от границ части жилого дома по <адрес> в г. Владивостоке (л.д. 163-170).

Также из содержания данного заключения усматривается, что минимальное расстояние от части жилого дома, принадлежащей истцу, до спорного забора составляет 1,77 м, максимальное – 1,95 м (л.д. 165).

Принимая во внимание указанное обстоятельство, суд, вместе с тем, учитывает следующее.

При приобретении истцом части жилого дома, расположенной по адресу: г. Владивосток, <адрес>, данный объект недвижимости имел общую площадь 10,7 кв. м. Указанный факт подтверждается, в частности, свидетельством о государственной регистрации права собственности от <дата><серия><номер> (л.д. 13), кадастровым паспортом части жилого дома, составленным по состоянию на 14.12.2009 (л.д. 18-19). Также данное обстоятельство не оспаривалось стороной истца.

Из объяснений представителей ответчика, а также из объяснений самого истца судом установлено, что на момент приобретения ФИО1 части жилого дома по адресу: <адрес>, спорный забор уже был возведен.

Впоследствии ФИО1 была проведена реконструкция принадлежащей ему части жилого дома, в результате чего его общая площадь увеличилась до 150 кв. м., что было подтверждено истцом в ходе судебного заседания.

Сведений о том, что за истцом было признано право собственности на часть жилого дома, расположенную по адресу: г. Владивосток, <адрес>, в реконструированном состоянии, суду не представлено.

Как усматривается из имеющегося в материалах дела технического паспорта на жилой дом, расположенный по адресу: г. Владивосток, <адрес>, составленного по состоянию на 07.04.1994, изначально указанное домовладение располагалось не вплотную к восточной границе земельного участка (л.д. 178-181).

В настоящее время, как следует из топографического плана от декабря 2016 года, составленного ООО «Геодезист» (л.д. 14-17), а также из обзорной схемы взаимного расположения земельных участков (л.д. 57), восточная граница части жилого дома, принадлежащей истцу, выходит за границы земельного участка с кадастровым номером <номер>.

Указанные обстоятельства позволяют суду прийти к выводу о том, что уменьшение расстояния между спорным забором и частью жилого дома истца произошло в результате осуществленной истцом реконструкции.

Таким образом, с учетом того, что на момент приобретения части жилого дома истцом спорный забор уже имел место, именно ФИО1 при осуществлении реконструкции принадлежащей ему части жилого дома должен был учитывать возможные негативные последствия увеличения общей площади принадлежащего ему жилого помещения и, соответственно, должен нести риск указанных последствий.

Судом не усматривается вины ответчика в нарушении нормативно установленного расстояния от границы части жилого дома, принадлежащей истцу, до спорного забора, поскольку данные нарушения возникли вследствие реконструкции части жилого дома, принадлежащей истцу.

Также судом установлено, что доступ к части жилого дома, принадлежащей истцу, к его земельному участку с кадастровым номером <номер> не ограничен. Указанное обстоятельство подтверждается содержанием ответа администрации г. Владивостока от 23.03.2018 №3315-ог (л.д. 161-162). На местности имеется широкий проезд от дороги по <адрес> к земельному участку истца, что визуально усматривается из приложенных к делу фотографий (л.д. 117). Кроме того, данное обстоятельство не отрицалось стороной истца.

Как уже было указано судом ранее, земельный участок, на котором возведен спорный забор, не принадлежит ни истцу, ни ответчику. Государственная собственность в отношении данного участка не разграничена. Таким образом, один лишь факт наличия на не принадлежащем ФИО1 земельном участке забора, возведенного ФИО2, прав и законных интересов истца не нарушает.

Довод истца о том, что он желает сам использовать земельный участок, самовольно захваченный ответчиком, в связи с чем он обратился в департамент земельных и имущественных отношений Приморского края с заявлением о предоставлении участка в аренду, значения для разрешения настоящего спора не имеет, поскольку в данный момент какое-либо право у истца на данный участок отсутствует. Возможность возникновения такого права у истца в дальнейшем в настоящий момент правового значения не имеет. Кроме того, судом учитывается, что факт обращения истца в департамент земельных отношений, ГСН и КДС Приморского края и в департамент земельных и имущественных отношений Приморского края с заявлениями о предоставлении земельного участка, государственная собственность в отношении которого не разграничена, в аренду имел место в 2012 и 2013 годах (л.д. 202-203, 204-205). Сведений о том, что в таком предоставлении ФИО1 было отказано в связи с наличием на земельном участке спорного забора, суду не представлено.

С заявлением о перераспределении земель и земельного участка с кадастровым номером <номер> в департамент земельных и имущественных отношений Приморского края обращалась также и ФИО2 (л.д. 182, 183-184, 185).

Суду стороной истца также не представлено надлежащих и достоверных доказательств доводам о том, что спорный забор находится на уровне окон части жилого дома, принадлежащей ФИО1, нарушает визуальное восприятие. Напротив, из приложенных к материалам дела фотографий (л.д. 114) усматривается, что верхняя часть спорного забора находится на уровне, либо незначительно превышает уровень нижней части оконных проемов квартиры истца. Истец не ссылался на нарушение уровня инсоляции его жилого помещения, не представил какого-либо экспертного заключения относительно несоответствия высоты забора установленным нормативам. В представленном истцом заключении специалиста ООО «Землемеръ» Ф.И.О.2 от 25.03.2018 указано, что спорный забор превышает 1 м в высоту, однако точная высота забора не указана (л.д. 163-170).

С учетом изложенного, выявленное специалистом ООО «Землемеръ» Ф.И.О.2 несоответствие расположения спорного забора относительно границы части жилого дома истца нормативно установленному расстоянию (3 м), не может быть признано судом существенным нарушением.

Кроме того, истец, его представитель в ходе рассмотрения дела не конкретизировали, каким именно образом нарушает права ФИО1 факт несоблюдения нормативно установленных расстояний между спорным забором и принадлежащей ему частью жилого дома.

Один лишь факт несоблюдения нормативных расстояний, установленных строительными нормами и правилами, при недоказанности наличия нарушений иных прав истца, сам по себе основанием для удовлетворения требований являться не может.

Каких-либо доказательств, свидетельствующих о возведении спорного забора с существенным нарушением градостроительных и строительных норм и правил, а также доказательств тому, что его сохранение нарушает права ФИО1, препятствует ему в пользовании его земельным участком, обслуживании принадлежащей ему части жилого дома, реально создает угрозу его жизни, здоровью либо имуществу не представлено.

Целью судебной защиты является восстановление нарушенных или оспариваемых прав. В рассматриваемом случае нарушений прав истца действиями ответчика не установлено.

Все вышеизложенное свидетельствует об отсутствии оснований для удовлетворения требования о возложении на ФИО2 обязанности снести забор и освободить самовольно захваченный ею земельный участок, собственность на который не разграничена, расположенный перед частью дома ФИО1 и проездом по <адрес>.

Поскольку суд пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения основного требования истца, то удовлетворению также не подлежит производное от него требование о взыскании судебных расходов.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 об освобождении от забора земельного участка, собственность на который не разграничена, находящегося перед частью его дома – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Приморский краевой суд через Советский районный суд г. Владивостока в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Мотивированное решение изготовлено 16.05.2018.

Судья С.А. Юлбарисова