Решение № 2-3583/2019 2-3583/2019~М-2895/2019 М-2895/2019 от 1 декабря 2019 г. по делу № 2-3583/2019

Дело №2-3583/2019

№


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

ДД.ММ.ГГГГ <адрес>

Московский районный суд г. Чебоксары Чувашской Республики под председательством судьи Кузнецовой А.В.,

при секретаре судебного заседания Лазаревой Н.М.,

с участием истца ФИО1, одновременно представляющего интересы ООО «АльянсГрупп» на основании приказа № от ДД.ММ.ГГГГ,

представителя ответчика ФИО2, одновременно представляющего интересы ответчика Малеванного А.И. – ФИО3, действующего на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Малеванному А.И,, ФИО2, о признании договора цессии недействительным,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском с учетом уточнений к Малеванному А.И., ФИО2 о признании недействительным договора уступки права требования. Исковые требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО2 был заключен договор займа на сумму 1 000 000 рублей под 3% в месяц. ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и Малеванным А.И., заключен договор уступки прав требования по договору займа от ДД.ММ.ГГГГ Истец считает, что договор уступки является недействительной (ничтожной) сделкой ввиду следующего. Ответчик ФИО2 передала Малеванному А.И. недействительные права по договору займа от ДД.ММ.ГГГГ, поскольку истец ФИО1 выплачивал ФИО2 проценты по договору займа с момента заключения по ДД.ММ.ГГГГ Таким образом, на момент уступки права требования сумма задолженности по договору (процентам, неустойке) была меньше той, что была передана. Истец ссылается на то, что между сторонами сложились «некоммерческие обязательственные отношения, не связанные с предпринимательской деятельностью», в связи, с чем требовалось согласие должника на уступку права требования, личность кредитора имеет существенное значение для должника. Согласно условиям договора займа местом исполнения обязательства является место проживания займодавца, в связи, с чем цессией существенно нарушены права должника, так как уступка делает исполнение обязательства значительно более обременительным для него. Подпись в договоре от имени Малеванного А.И. совершена не им, что говорит о об «антисоциальности сделки». Также истец полагает, что договор уступки является мнимой сделкой, поскольку составлен после получения ФИО2 уведомления ФИО1 о зачете ранее полученной от ФИО1 денежной суммы. Истец со ссылкой на ст.ст. 10, 167, 170 ГК РФ просит признать недействительными договор уступки права требования от ДД.ММ.ГГГГ, соглашение от ДД.ММ.ГГГГ к договору уступки права требования от ДД.ММ.ГГГГ, заключенные между Малеванным А.И, и ФИО2,.

В судебном заседании истец ФИО1, одновременно представляющий интересы ООО «АльянсГрупп», исковые требования поддержал в полном объеме, просил их удовлетворить.

Ответчики ФИО2, ФИО4 в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, обеспечили явку своего представителя.

Представитель ответчика ФИО2, одновременно представляющий интересы ответчика Малеванного А.И. – ФИО3 исковые требования не признал, по основаниям, изложенным в письменных отзывах, просил в иске отказать.

Третье лицо ООО «АЛЮР» явку своего представителя в судебное заседание не обеспечило, извещено надлежащим образом.

Выслушав стороны, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 (займодавец) и ФИО1 (заемщик) был заключен договор займа на сумму 1 000 000 рулей, сроком до ДД.ММ.ГГГГ, с уплатой 3% в месяц 15 числа следующего месяца. Факт получения денежных средств подтверждается распиской, истцом ФИО1 не оспаривается.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и Малеванным А.И. заключен договор уступки прав требования по договору займа от ДД.ММ.ГГГГ, заключенному с ФИО1 в размере 1 905 000 руб. (основной долг 1 000 000 руб., проценты за пользование займом за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ - 450 000 руб., неустойка – ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – 455 000 руб.).

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и Малеванным А.И. заключено соглашение к договору уступки права требования (цессии) от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому внесены изменения в пункты 1.1, 1.4 договора уступки прав требования.

Истец, полагая, что данный договор цессии, а также соглашение к нему, являются недействительной сделкой, обратился с данным иском в суд.

В силу пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Пунктом 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 ГК РФ).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 16.07.2009 N 738-О-О, заинтересованным лицом следует понимать лицо, имеющее материально-правовой интерес в признании сделки ничтожной, в чью правовую сферу эта сделка вносит неопределенность и может повлиять на его правовое положение.

В силу пункта 2 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации, если договором был предусмотрен запрет уступки, сделка по уступке может быть признана недействительной по иску должника только в случае, когда доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об указанном запрете.

Законом предусмотрены исключения из общего правила уступки прав требования, в частности это случаи когда уступка требования не допускается без согласия должника по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника (п. 2 ст. 388 Гражданского кодекса Российской Федерации).

С учетом того, что истцом не доказан факт того, что личность кредитора для него имеет существенное значение, довод истца о необходимости получения его согласия на совершение договора уступки права требования, на которое он ссылается в обоснование иска, не основан на законе, поэтому не может являться основанием для признания договора уступки прав требований, соглашения к нему, недействительными по данному основанию.

В силу пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Из смысла данной нормы следует, что при совершении мнимой сделки стороны не преследуют цели совершения какой-либо сделки вообще, не намереваются совершить какие-либо действия, влекущие соответствующие данной сделке правовые последствия. Однако исполнение (полное или частичное) договора одной из сторон в условиях, когда конечная цель сделки не была достигнута, может свидетельствовать об отсутствии оснований для признания договора мнимой сделкой.

В пункте 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, по смыслу положений пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации и с учетом приведенной выше правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 для признания сделки мнимой необходимо доказать наличие у лиц, участвующих в сделке, отсутствие намерений исполнять сделку. Однако исполнение (полное или частичное) договора одной из сторон в условиях, когда конечная цель сделки не была достигнута, может свидетельствовать об отсутствии оснований для признания договора мнимой сделкой.

В производстве Московского районного суда г. Чебоксары Чувашской Республики имеется гражданское дело №, судом произведена замена истца ФИО2 на Малеванного А.И., производство по делу приостановлено до рассмотрения данного дела. Таким образом, судом установлено, что ФИО4 имеет реальное намерение исполнить сделку, а именно взыскать с ФИО1 задолженность по договору займа от ДД.ММ.ГГГГ

Установленные обстоятельства свидетельствуют о том, что действия сторон по подписанию договора уступки права требования совершены с намерением породить правовые последствия, воля сторона направлена на реальное исполнение договора займа от ДД.ММ.ГГГГ

Поскольку при рассмотрении настоящего спора не установлено злоупотребление правом со стороны кредитора, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований полагать, что договор уступки права требования, соглашение к нему, заключены с нарушением положений статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Учитывая положения приведенных норм материального закона и установленные обстоятельства, суд приходит к выводу о том, что требования истца основаны на ошибочном толковании норм права, и при указанных обстоятельствах оспариваемый договор уступки права требования, соглашение к нему, не могут быть признаны недействительными, поскольку при их заключении стороны преследовали цель создать реальные правовые последствия в виде перехода к цессионарию прав требования.

В части довода истца о передаче ФИО2 Малеванному А.И. по договору цессии недействительных прав, суд приходит к следующему.

Согласно п. 1 ст. 390 ГК РФ цедент отвечает перед цессионарием за недействительность переданного ему требования, но не отвечает за неисполнение этого требования должником, за исключением случая, если цедент принял на себя поручительство за должника перед цессионарием.

По смыслу приведенной нормы закона передача недействительного требования рассматривается как нарушение цедентом своих обязательств перед цессионарием, вытекающих из соглашения об уступке права (требования). При этом под недействительным требованием понимается как право (требование), которое возникло бы из обязательства при условии действительности сделки, так и несуществующее право.

Из положенной ст. 390 ГК РФ вытекает, что действительность соглашения об уступке права (требования) не ставится в зависимость от действительности требования, которое передается новому кредитору. Неисполнение обязательства по передаче предмета соглашения об уступке права (требования) влечет ответственность передающей стороны, а не недействительность самого обязательства, на основании которого передается право.

В связи, с чем оснований для признания недействительным договора уступки права требования от ДД.ММ.ГГГГ, соглашения к нему, по данному основанию у суда не имеется.

Довод истца о том, что подпись в договоре уступки права требования исполнена не Малеванным А.И., также судом не принимается, поскольку самим ответчиком подпись не оспаривается, факт заключения договора подтверждается, им совершены реальные действия по исполнению сделки (подано заявление о процессуальном правопреемстве, поддержано требование о взыскании с ФИО1 задолженности по договору займа от ДД.ММ.ГГГГ).

Факт оплаты по договору цессии ответчиками ФИО2 и Малеванным А.И. в судебном заседании подтвержден, что также следует из условий договора уступки права требования от ДД.ММ.ГГГГ (п. 1.4 договора).

Довод истца о существенном изменении условий договора в части места исполнения обязательств заемщиком, судом не принимается, поскольку не имеет правового значения и не является основанием для признания договора цессии недействительным.

Кроме того, суд учитывает, что сделка, совершенная с нарушением порядка ее заключения, может быть признана судом недействительной, если доказано реальное нарушение прав истца такой сделкой и решение по делу восстановит его нарушенные права.

Поскольку истцом суду не доказано реальное нарушение его прав при совершении данной сделки, суд отказывает в удовлетворении исковых требований.

Руководствуясь ст.195-198 ГПК РФ, суд

решил:

ФИО1 в удовлетворении исковых требований о признании недействительным договора уступки права требования от ДД.ММ.ГГГГ, соглашения от ДД.ММ.ГГГГ к договору уступки права требования от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между Малеванным А.И, и ФИО2,, отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный суд Чувашской Республики через Московский районный суд г. Чебоксары в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий судья А.В. Кузнецова

Мотивированное решение составлено ДД.ММ.ГГГГ