Апелляционное определение № 33-8622/2026 от 20 апреля 2026 г.

ИИ помощник КонсультантПлюс для юриста

УИД 03RS0003-01-2025-011803-05

№ 2-9429/2025

Судья 1-й инстанции Казбулатов И.У.

Категория 2.178

ВЕРХОВНЫЙ СУД

РЕСПУБЛИКИ БАШКОРТОСТАН


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ


дело 33-8622/2026

21 апреля 2026 г. г. Уфа

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан в составе председательствующего Калимуллиной Л.Р.,

судей Искандарова А.Ф., Семенова И.С.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Загидуллиной Э.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к АО «Экспобанк» о защите прав потребителя,

по апелляционным жалобам ФИО1, акционерного общества «Экспобанк» на решение Кировского районного суда г. Уфы от 25 ноября 2025 г.,

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Республики Башкортостан Калимуллиной Л.Р., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с иском к АО «Экспобанк» (далее – Банк) о защите прав потребителя, указав, что им и ответчиком заключен договор, содержащий оспариваемые условия, которые истец полагает нарушающими баланс интересов его Банка.

На основании изложенного истец просит суд признать ничтожным заключенный дата ФИО1 и АО «Экоспобанк» договор вклада в той мере, в какой он несет в себе неопределенность в правового значения положения: «подтвержденность выписки», в той мере, в какой ФИО1 вменено в обязанность информирование АО «Экспобанк» об изменениях в выданных им уполномочиях, в той мере, в какой ФИО1 вменено в обязанность раскрытие перед АО «Экспобанк» обстоятельств своей частной жизни, в той мере, в какой произвольно ограничена свобода ФИО1 в уступке его требования к АО «Экспобанк», в той мере, в какой ФИО1 навязано согласие быть подвергнутым штрафу, в той мере, в какой ФИО1 навязано согласие на покрытие произвольных издержек АО «Экспобанк», в той мере, в какой ФИО1 вменено согласие на безакцептное списание средств со счета, в какой он навязывает ФИО1 претензионный порядок разрешения споров с АО «Экспобанк».

Решением Кировского районного суда г. Уфы от дата исковые требования ФИО1 к АО «Экспобанк» о защите прав потребителей, удовлетворены частично. Признан ничтожным заключенный дата ФИО1 и АО «Экспобанк» договор вклада в той мере, в какой он несет в себе неопределенность в правового значения положения: «подтвержденность выписки», в той мере, в какой ФИО1 вменено в обязанность информирование АО «Экспобанк» об изменениях в выданных им уполномочиях, в той мере, в какой ФИО1 вменено в обязанность раскрытие перед АО «Экспобанк» обстоятельств своей частной жизни, в той мере, в какой произвольно ограничена свобода ФИО1 в уступке его требования к АО «Экспобанк», в той мере, в какой ФИО1 навязано согласие быть подвергнутым штрафу, в той мере, в какой ФИО1 навязано согласие на покрытие произвольных издержек АО «Экспобанк», в той мере, в какой ФИО1 вменено согласие на безакцептное списание средств со счета. Отказано полностью в удовлетворение исковых требований ФИО1 к АО «Экспобанк» в части признания ничтожным пункта 11.4, заключенного дата ФИО1 и АО «Экспобанк» договора вклада. Взыскана с АО «Экспобанк» в доход местного бюджета городского округа гор.Уфы государственная пошлину в размере 3 000 руб.

Не согласившись с решением суда, ФИО1 подал апелляционную жалобу, в которой просит решение изменить, удовлетворив исковые требования в полном объеме, признав ничтожным также пункт 11.4 договора. В обоснование указывает, что выводы суда в части отказа не соответствуют обстоятельствам дела и противоречат правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 11 Обзора судебной практики по делам о защите прав потребителей (утвержден Президиумом Верховного Суда РФ 14 октября 2020 г.), а также практике Верховного Суда Республики Башкортостан (дела №..., №..., №...) и Шестого кассационного суда. Полагает, что условие об обязательном проведении переговоров до обращения в суд ограничивает его право на судебную защиту и является ничтожным.

АО «Экспобанк» также подана апелляционная жалоба, в которой Банк просит решение суда отменить как незаконное и необоснованное, принять новое решение об отказе в иске полностью. В обоснование указывает, что резолютивная часть решения не содержит указания на конкретные пункты договора, признанные ничтожными, что делает решение неисполнимым и противоречащим принципу правовой определенности; истец является профессиональным участником гражданского оборота (кандидат юридических наук, истец по многочисленным спорам с банками), в связи с чем не может признаваться слабой стороной, нуждающейся в повышенной защите; включение в договор условий, дублирующих публично-правовые обязанности клиента (в частности, по идентификации в соответствии с Федеральным законом № 115-ФЗ), не противоречит закону и не может быть признано ничтожным; условие об информировании об отзыве доверенностей соответствует ст. 189 ГК РФ и не создает для истца неоправданных обременений; ограничение уступки права требования без согласия Банка обусловлено требованиями ПОД/ФТ и не является произвольным; условие о безакцептном списании соответствует ст. 854 ГК РФ и Положению Банка России № 762-П, а заранее данный акцепт был подписан истцом в заявлении на открытие вклада; неопределенность формулировки «подтвержденность выписки» не влечет ничтожность условия, поскольку возможная неясность может быть устранена при толковании; истец злоупотребляет правом, оспаривая условия договора, которые сами по себе не нарушают его прав.

Лица, участвующие в деле и не явившиеся на апелляционное рассмотрение, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом, в том числе путем размещения указанной информации на официальном сайте Верховного Суда Республики Башкортостан. Судебная коллегия, руководствуясь статьями 167, 327 ГПК РФ, рассмотрела дело без участия указанных лиц.

Проверив решение суда в соответствии с нормами частей 1 и 2 статьи 327.1 ГПК РФ в пределах доводов и требований апелляционных жалоб, изучив письменные пояснения истца, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом установлено и материалами дела подтверждаются следующие обстоятельства.

дата ФИО1 и АО «Экспобанк» заключен договор вклада, состоящий из собственно договора (Заявление), а также Правил размещения срочных банковских вкладов физических лиц в АО «Экспобанк» (далее – Правила).

Договор составлен по модели договора присоединения, условия которого определены банком в стандартных формах.

Оспариваемые истцом Правила содержат следующее регулирование:

[Клиент обязан]

6.1.3. Информировать Банк об изменении любых сведений, полученных Банком от Вкладчика, Представителя вкладчика, при его Идентификации в целях выполнения Банком требований Федерального закона № 115-ФЗ, Положения Банка России от 15 октября 2015 г. № 499-П «Об идентификации кредитными организациями клиентов, представителей клиента, выгодоприобретателей и бенефициарных владельцев в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», касающихся проведения Идентификации и обновления информации о Вкладчиках, их Представителях, бенефициарных владельцах и выгодоприобретателях, с предоставлением подтверждающих документов, в том числе об изменении сведений, полученных Банком от Вкладчика в целях выполнения требований Федерального закона от 28 июня 2014 г. № 173-ФЗ «Об особенностях осуществления финансовых операций с иностранными гражданами и юридическими лицами, о внесении изменений в Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях и признании утратившими силу отдельных положений законодательных актов Российской Федерации» и Налогового Кодекса Российской Федерации.

6.1.4. Срок для представления документов/ сведений/ информации составляет 7 (семь) календарных дней с даты изменения соответствующих документов/ сведений/ информации.

6.1.5. Информировать Банк по его требованию (запросу) о любых изменениях в Идентификационных и иных данных с представлением документов, подтверждающих указанные изменения, и иных документов, запрашиваемых Банком.

6.1.6. Срок для представления документов/сведений/информации составляет 1 (один) календарный месяц с даты получения требования (запроса) Банка, если иной срок не установлен в требовании (запросе) Банка.

6.1.11. Предоставлять по требованию Банка документы, необходимость которых будет обусловлена требованиями действующего законодательства Российской Федерации, Договором вклада и настоящими Правилами.

6.1.8. Уведомить Банк письменным заявлением об отзыве доверенности или отмене завещательного распоряжения, оформленных в соответствии с п. 6.2.1 и 6.2.2 настоящих Правил, путем личного обращения в любой Офис Банка.

В письменном заявлении Вкладчика в обязательном порядке должна быть указана информация о реквизитах доверенности/завещательного распоряжения, а также информация, позволяющая Банку идентифицировать Представителя/наследника.

Риск убытков и иных неблагоприятных последствий вследствие не уведомления Вкладчиком Банка об отзыве/отмене доверенностей/завещательных распоряжений, либо вследствие нарушения, установленного настоящим пунктом Правил порядка уведомления, несет Вкладчик.

6.1.10. Не уступать, не передавать или иным образом отчуждать либо предпринимать меры, направленные на уступку, передачу или иное отчуждение своих прав или обязательств по Договору вклада без предварительного письменного согласия Банка. Любая уступка, передача или иное отчуждение Вкладчиком любого права или обязательства по Договору вклада без предварительного письменного согласия Банка ничтожны.

При нарушении Вкладчиком указанного в настоящем пункте условия, Вкладчик уплачивает Банку штраф в размере ста минимальных размеров оплаты труда. Штраф подлежит уплате в течение 15 (Пятнадцати) Рабочих дней с даты уведомления Вкладчика путем направления / предоставления письменного уведомления, содержащего в т.ч. информацию о нарушении Вкладчиком условий Договора вклада, о штрафе и иную информацию, включая реквизиты для оплаты штрафа.

Указанное уведомление может быть направлено/предоставлено Банком

Вкладчику любым из следующих способов:

– путем направления сообщения с использованием Сервисов ДБО (при условии подключения Вкладчика к Сервисам ДБО), при этом Вкладчик считается уведомленным с момента отправления Банком сообщения;

– путем направления почтового уведомления по адресу, указанному Вкладчиком в Договоре вклада, при этом Вкладчик считается уведомленным с момента доставки Вкладчику почтового уведомления;

– путем вручения уведомления Вкладчику при личном обращении Вкладчика в Офис Банка, при этом Вкладчик считается уведомленным с момента вручения Банком уведомления.

При этом уплата Вкладчиком штрафа не отменяет ничтожности/недействительности уступки, передачи или иного отчуждения Вкладчиком любого права или обязательства по Договору вклада без предварительного письменного согласия Банка.

6.1.12. Оплачивать услуги Банка в соответствии с Тарифами Банка, а также возмещать Банку понесенные Банком расходы, связанные с исполнением Договора вклада.

6.2.3. Подписывая Заявление на открытие вклада и присоединяясь к настоящим Правилам, Вкладчик предоставляет Банку право и дает согласие на списание со Счета вклада без его дополнительного Распоряжения денежных средств (согласно заранее данному акцепту в соответствии с Заявлением на открытие вклада):

– на основании платежных требований, инкассовых поручений, банковских ордеров и иных расчетных документов, в т.ч. составляемых Банком для осуществления списания в рамках применяемых форм безналичных расчетов, предусмотренных законодательством РФ и выставляемых Банком к Счету вклада по обязательствам, указанным в Договоре вклада и в соответствии с его условиями. Возможно частичное исполнение расчетных документов;

– в целях перевода денежных средств в дату возврата Вклада со Счета вклада на Банковский счет/Специальный счет (если Вкладчиком не будет дано распоряжение об ином).

6.4.5. Вкладчик обязан вернуть Банку, а Банк вправе осуществить списание денежных средств со Счета вклада без дополнительного Распоряжения Вкладчика (на основании заранее данного акцепта):

– в случае ошибочного зачисления Банком денежных средств на Счет вклада;

– в оплату Вкладчиком комиссионного вознаграждения Банка и понесенных Банком расходов, связанных с исполнением Договора вклада в соответствии с Тарифами;

– в случае ошибочного перечисления (перевода) Банком денежных средств на Счет вклада, в том числе ошибочно начисленных Банком и перечисленных Вкладчику процентов;

– в иных случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, настоящими Правилами.

Оспариваемые Правила содержат следующее регулирование:

[Банк обязан]

6.3.6. Предоставлять Вкладчику по его требованию выписки по Счету вклада. Выписка считается подтвержденной, а Вкладчик не имеющим претензий, если он не представит в Банк письменные возражения в течение 10 (десяти) календарных дней с даты получения выписки.

Оспариваемые Правила содержат также следующее регулирование:

6.4.21. За нарушение Вкладчиком п. 6.1.2.-6.1.4. настоящих Правил взимать с Вкладчика штраф в размере 5 000 (Пять тысяч) рублей за каждый случай нарушения.

Истцом заявлено, что банк не вправе вменять ему в обязанность то, что относится к условиям деятельности самого Банка, и что, хотя и выступает публичной обязанностью гражданина, в то же время не является частной обязанностью клиента, противопоставляемого именно Банку.

Разрешая требования истца, руководствуясь положениями п. 1 ст. 209, ст. 307, ст. 404, ст. 422, ст. 426, ст. 428, ст. 421 ГК РФ, ст. 9 Закона о платежной системе, ст. 6 Федерального закона от 27 июля 2006 г. №149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации», ст. 27 Федерального закона от 27 июня 2011 г. № 161-ФЗ «О национальной платежной системе», законом Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей», п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений ГК РФ о заключении и толковании договора», п. 2.9.1. Положения Банка России от 29 июня 2021 г. №762-П «О правилах осуществления перевода денежных средств», суд первой инстанции признал недействительными ряд условий договора вклада, заключённого по модели присоединения, как ущемляющих права потребителя. Условия, возлагающие на вкладчика частноправовую обязанность информировать банк об изменении идентификационных данных и устанавливающие сроки такого информирования, признаны ничтожными в части придания им договорного характера, поскольку проведение идентификации является публичной функцией банка и не требует дублирования в виде договорных санкций. Положения, обязывающие клиента уведомлять банк об отзыве доверенности или завещательного распоряжения исключительно личным обращением в офис под угрозой возложения на него риска убытков, признаны недействительными как произвольно ограничивающие право распоряжения уполномочием и освобождающие банк от ответственности. Условие о запрете уступки прав по договору без письменного согласия банка с установлением штрафа за нарушение признано недействительным полностью, поскольку такой запрет не основан на законе и несоразмерно нарушает баланс интересов, а штраф произволен и не связан с реальными потерями. Пункт о возмещении банку любых понесённых расходов признан недействительным в той мере, в какой он допускает переложение на потребителя операционных издержек профессиональной деятельности банка. Условия о заранее данном акцепте на безакцептное списание денежных средств признаны недействительными в полном объёме, так как они лишают потребителя информации о времени, размере и основаниях списания и не отвечают требованиям свободного волеизъявления. Положение, согласно которому выписка считается подтверждённой, а клиент — не имеющим претензий при непредставлении возражений в десятидневный срок, признано недействительным как неправомерно обязывающее потребителя заботиться о собственных интересах и способное привести к перераспределению рисков в ущерб клиенту. Установленный договором штраф в размере пяти тысяч рублей за каждый случай нарушения обязанностей по информированию признан ничтожным, так как публичный порядок не допускает взимания подобных штрафов с потребителей.

Кроме того, оспариваемые Правила содержат также следующее регулирование:

11.4. Все споры Стороны обязуются разрешать путем переговоров, а в случае, если не будет достигнуто согласие, в соответствии с законодательством Российской Федерации. Все, что не предусмотрено Договором вклада, регулируется законодательством Российской Федерации.

В части требования о признании недействительным указанного условия о переговорном порядке разрешения споров суд отказал, указав, что буквальное толкование этого пункта не устанавливает обязательного досудебного претензионного порядка, и нарушение прав истца в данной части отсутствует.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о ничтожности условий, которыми на потребителя возлагаются обязанности по информированию Банка об изменении персональных данных и иных сведений, необходимых для идентификации, в сжатые сроки (7 календарных дней, 1 месяц) и под угрозой штрафа (п. 6.1.3–6.1.6, 6.4.21 Правил).

В соответствии с Федеральным законом № 115-ФЗ обязанность по идентификации клиентов и обновлению информации возложена на организации, осуществляющие операции с денежными средствами. Клиент обязан предоставить информацию по запросу банка, но законодательство не устанавливает для клиента самостоятельной обязанности в инициативном порядке в жестко фиксированные сроки уведомлять банк об изменении, например, паспортных данных. Более того, возложение такой обязанности с установлением санкции за ее неисполнение (штраф 5 000 руб.) является незаконным ограничением прав потребителя, поскольку действующее законодательство не предусматривает договорной ответственности гражданина за непредоставление информации, которая может быть получена банком иными способами (в том числе через государственные информационные системы). Суд первой инстанции обоснованно указал, что банк, осуществляя публичную функцию, не вправе «приватизировать» публичное регулирование, превращая его в частно-правовую обязанность потребителя под страхом штрафа. Аналогичная правовая позиция изложена в определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 22 сентября 2020 г. № 5-КГ20-78-К2.

Условие об обязанности раскрывать обстоятельства частной жизни (в той части, которая выходит за пределы обязательной идентификации) также правомерно признано ничтожным, поскольку посягает на неприкосновенность частной жизни (ст. 23 Конституции РФ) и не имеет законного обоснования.

Также судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о признании ничтожным условие, возлагающее на вкладчика обязанность уведомлять Банк об отзыве доверенности с установлением риска убытков при неуведомлении (п. 6.1.8 Правил). Статья 189 ГК РФ действительно возлагает на лицо, выдавшее доверенность, обязанность известить об отмене известных ему третьих лиц. Однако вкладчик не обязан извещать банк, если банк не является тем третьим лицом, перед которым представитель действует на основании доверенности. Кроме того, возложение на вкладчика риска всех убытков без учета вины банка и без возможности доказывания того, что банк знал или должен был знать об отмене доверенности, противоречит ст. 189 ГК РФ и является несправедливым условием. Следовательно, вывод суда о ничтожности данного условия является правильным.

Суд верно указал, что банк имеет иные средства защиты своих интересов, не прибегая к тотальному запрету на уступку, признав ничтожным условие о запрете уступки прав по договору вклада без предварительного письменного согласия Банка под угрозой ничтожности и штрафа (п. 6.1.10 Правил). В соответствии с п. 3 ст. 388 ГК РФ уступка требования по денежному обязательству действительна даже при наличии договорного запрета, если цессионарий не знал или не должен был знать о запрете. Включение же условия о ничтожности уступки и штрафе противоречит закону. Более того, ограничение уступки права требования по банковскому вкладу не обусловлено разумными экономическими причинами (за исключением случаев, предусмотренных законом, например, требования ПОД/ФТ, которые могут быть реализованы банком при непосредственном обращении цессионария).

Суд первой инстанции обоснованно признал ничтожным условие, позволяющее Банку списывать денежные средства со счета вкладчика без дополнительного распоряжения в случаях «ошибочного зачисления», «оплаты комиссионного вознаграждения и расходов Банка» и «в иных случаях, предусмотренных Правилами» (п. 6.4.5 Правил). В силу ст. 854 ГК РФ списание денежных средств со счета без распоряжения клиента допускается только по решению суда либо в случаях, предусмотренных законом или договором. Однако договорное условие о безакцептном списании должно быть конкретным: определять сумму акцепта или порядок ее определения, получателя средств и основание списания (п. 2.9.1 Положения Банка России № 762-П). Оспариваемое условие таким требованиям не отвечает, поскольку позволяет банку произвольно определять наличие «ошибки» или «расходов» и списывать средства без контроля со стороны клиента. Это ущемляет права потребителя, поэтому является ничтожным. Ссылка Банка на то, что заранее данный акцепт содержится в заявлении на открытие вклада, несостоятельна, поскольку заявление не содержит конкретных сумм, получателей и порядка определения, а лишь отсылает к Правилам, которые также неопределенны.

Судом первой инстанции обоснованно признано ничтожным условие о штрафе в размере 5 000 руб. за нарушение обязанностей, предусмотренных п. 6.1.2–6.1.4 Правил, поскольку законом не предусмотрена договорная неустойка за непредоставление информации для идентификации. Установление штрафа за неисполнение публичной обязанности частно-правовым договором противоречит природе ПОД/ФТ и является ничтожным. Условие о возмещении «понесенных Банком расходов, связанных с исполнением Договора вклада» (п. 6.1.12) также обоснованно признано ничтожным, так как позволяет банку относить на потребителя любые свои операционные издержки без указания их размера и оснований, что противоречит ст. 29 Федерального закона «О банках и банковской деятельности», запрещающей одностороннее увеличение комиссионного вознаграждения.

Суд первой инстанции пришел к верному выводу о ничтожности положения, в силу которого выписка считается подтвержденной, а вкладчик – не имеющим претензий, если он не представит письменные возражения в течение 10 календарных дней (п. 6.3.6 Правил). Данное условие возлагает на потребителя бремя доказывания ошибочности выписки в чрезвычайно короткий срок, что противоречит распределению бремени доказывания по спорам о банковских операциях (ст. 56 ГПК РФ) и ущемляет права потребителя.

Довод жалобы АО «Экспобанк» о неопределенности резолютивной части решения судебная коллегия находит несостоятельным.

Суд первой инстанции, признавая ничтожными отдельные условия договора вклада, с достаточной степенью определенности описал те материально-правовые запреты и обязанности, которые были навязаны потребителю и которые противоречат закону. Отсутствие в резолютивной части ссылок на конкретные пункты Правил не свидетельствует о неисполнимости решения, поскольку суд, исходя из содержания исковых требований и установленных обстоятельств, вправе формулировать выводы в обобщенном виде, позволяющем однозначно определить, какие именно условия признаны недействительными. Более того, из мотивировочной части решения очевидно следует, какие именно пункты Правил (6.1.3–6.1.6, 6.1.8, 6.1.10, 6.1.12, 6.2.3, 6.4.5, 6.4.21, а также положение о «подтвержденности выписки») признаны судом ничтожными. Такое решение является исполнимым, поскольку Банк обязан исключить из своей договорной практики соответствующие условия в отношениях с истцом.

Довод Банка о том, что ФИО1 в силу юридического образования и активной судебной практики не может считаться экономически слабой стороной, отклоняется. Законодательство о защите прав потребителей исходит из объективного критерия – гражданин, заказывающий услугу для личных, семейных, домашних нужд, является потребителем независимо от уровня его юридической грамотности. Наличие у истца ученой степени и опыта участия в судебных процессах не лишает его правовых гарантий, установленных Законом Российской Федерации «О защите прав потребителей», и не освобождает Банк от обязанности соблюдать требования о недопустимости включения в договор условий, ущемляющих права потребителя. Более того, именно профессиональный статус Банка как лица, разрабатывающего стандартные формы договоров, предопределяет необходимость оценки его условий на предмет соответствия закону независимо от личности контрагента.

Относительно доводов апелляционной жалобы ФИО1 в части отказа в признании ничтожным пункта 11.4 договора, судебная коллегия приходит к следующему выводу.

Пункт 11.4 Правил (в договоре) гласит: «Все споры Стороны обязуются разрешать путем переговоров, а в случае, если не будет достигнуто согласие, в соответствии с законодательством Российской Федерации».

Анализируя данное условие, суд первой инстанции указал, что оно не устанавливает обязательный досудебный (претензионный) порядок урегулирования спора, а лишь декларирует намерение сторон разрешать разногласия путем переговоров. В отличие от условий, рассмотренных в приведенных истцом судебных актах (например, определение Верховного Суда РФ от 5 февраля 2019 г. № 49-КГ18-61), оспариваемый пункт не содержит фраз, указывающих на обязательность переговоров до обращения в суд, не устанавливает сроков для ответа на претензию и не предусматривает правовых последствий несоблюдения такого порядка (например, оставление иска без рассмотрения). Напротив, в нем прямо указано, что при недостижении согласия спор разрешается «в соответствии с законодательством», которое не требует обязательных переговоров для данной категории споров.

Относительно доводов апелляционной жалобы ФИО1 в части отказа в признании ничтожным пункта 11.4 договора, судебная коллегия не находит оснований для отмены или изменения решения в этой части.

Пункт 11.4 Правил (в договоре) гласит: «Все споры Стороны обязуются разрешать путем переговоров, а в случае, если не будет достигнуто согласие, в соответствии с законодательством Российской Федерации».

Анализируя данное условие, суд первой инстанции обоснованно указал, что оно не устанавливает обязательный досудебный (претензионный) порядок урегулирования спора, а лишь декларирует намерение сторон разрешать разногласия путем переговоров. В отличие от условий, рассмотренных в приведенных истцом судебных актах (например, определение Верховного Суда РФ от 5 февраля 2019 г. № 49-КГ18-61), оспариваемый пункт не содержит фраз, указывающих на обязательность переговоров до обращения в суд, не устанавливает сроков для ответа на претензию и не предусматривает правовых последствий несоблюдения такого порядка (например, оставление иска без рассмотрения). Напротив, в нем прямо указано, что при недостижении согласия спор разрешается «в соответствии с законодательством», которое не требует обязательных переговоров для данной категории споров.

Сам по себе призыв к переговорам, не подкрепленный механизмом принуждения и не создающий препятствий для доступа к правосудию, не может рассматриваться как ограничение права на судебную защиту, гарантированного ст. 46 Конституции РФ. Потребитель вправе обратиться в суд без проведения каких-либо переговоров, и банк не вправе ссылаться на несоблюдение досудебного порядка, поскольку такой порядок законом не установлен, а договором не введен в качестве обязательного.

Приведенные истцом примеры из практики Верховного Суда Республики Башкортостан (дела №... не являются прецедентными и не имеют обязательного значения при рассмотрении настоящего дела. В каждом конкретном случае суд оценивает содержание договорного условия. В упомянутых истцом делах, по всей видимости, имелись иные формулировки, которые суды расценили как устанавливающие обязательный претензионный порядок. В данном же случае буквальное толкование п. 11.4 не позволяет сделать такой вывод. Правовая позиция, изложенная в пункте 11 Обзора судебной практики по делам о защите прав потребителей (утвержден Президиумом Верховного Суда РФ 14 октября 2020 г.), также исходит из того, что ничтожным признается условие, устанавливающее обязательный досудебный порядок для категории споров, где такой порядок не предусмотрен законом. Поскольку оспариваемое условие такого обязательного порядка не устанавливает, оснований для признания его ничтожным не имеется.

Таким образом, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении иска в этой части.

Судебная коллегия не усматривает в обжалуемом решении нарушения или неправильного применения норм как материального, так и процессуального права, доводы апелляционной жалобы, проверенные в порядке ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, не содержат обстоятельств, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия полагает, что судом первой инстанции были исследованы все юридически значимые по делу обстоятельства и дана надлежащая оценка собранным по делу доказательствам, в связи с чем, решение суда первой инстанции является законным и отмене не подлежит.

Руководствуясь статьями 327-329 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Кировского районного суда г. Уфы от 25 ноября 2025 года оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО1 и АО «Экспобанк» – без удовлетворения.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Апелляционное определение может быть обжаловано в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения в кассационном порядке в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (г. Самара) по правилам, установленным главой 41 ГПК РФ, через Кировский районный суд г. Уфы.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение составлено 23 апреля 2026 г.



Суд:

Верховный Суд Республики Башкортостан (Республика Башкортостан) (подробнее)

Ответчики:

АО Экспобанк (подробнее)

Судьи дела:

Калимуллина Лилия Рафилевна (судья) (подробнее)


Судебная практика по:

По доверенности
Судебная практика по применению норм ст. 185, 188, 189 ГК РФ