Решение № 2-157/2020 2-157/2020(2-2859/2019;)~М-2810/2019 2-2859/2019 М-2810/2019 от 22 января 2020 г. по делу № 2-157/2020

Дело № 2-157/2020


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации (России)

Красноармейский районный суд города Волгограда

в составе председательствующего судьи Мурашкиной И.А.,

при секретаре Тен А.А.,

с участием истцов ФИО1, ФИО2, представителя истцов ФИО3, представителя ответчика ФИО4, старшего помощника прокурора Красноармейского района г. Волгограда Федоровой Е.И.,

23 января 2020 года в городе Волгограде, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО5 ФИО11, ФИО5 ФИО12 к ГУП Волгоградской области «Волгоградавтотранс» о компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1, ФИО2 обратились в суд с иском к ГУП Волгоградской области «Волгоградавтотранс» о взыскании морального вреда.

В обоснование своих требований указали, что 21.07.2019г. произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автобуса с госномером №, принадлежащего ответчику, в результате которого их мать ФИО13 погибла.

На основании изложенного просят взыскать с ответчика моральный вред в сумме по 650000 руб. каждому.

В судебном заседанииистцы ФИО1, ФИО2, их представитель ФИО3 исковые требования поддержали, просили их удовлетворить.

Представитель ответчика ГУП Волгоградской области «Волгоградавтотранс» по доверенности ФИО4 в судебном заседании исковые требования не признал, пояснив, что ответчиком выплачено истцам по соглашению денежная сумма в размере 100000 руб. Кроме того, страховой организацией выплачено 2000000 руб., виновным в ДТП выплачено 300000 руб.

Третье лицо БахшалиевХ.Г.ов судебном заседании исковые требования поддержал, пояснив, что после ДТП принес свои соболезнования истцам, вину признал. Также пояснил, что истцы были потрясены случившимся, находились в отчаянии.

Выслушав стороны, 3 лицо, заключение прокурора Федоровой Е.И., полагавшей, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению, исследовав материалы дела, суд считает исковые требования подлежащими частичному удовлетворению.

В соответствии со статьями 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно пункту 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 г. N 10 (в ред. от 06.02.2007 г. N 6) "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные и физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно правовой позиции Верховного Суда РФ, выраженной в абз. 3 п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 1 от 26.01.2010г. «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности, членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

Таким образом, законодателем не определен круг лиц, имеющих право на получение компенсации морального вреда в связи с утратой близких людей, он определяется в зависимости от обстоятельств, свидетельствующих о причинении данным лицом морального вреда.

Действующее законодательство, в частности, нормы ст. ст. 151, 1079, 1099, 1100 ГК РФ, не исключает возможность компенсации морального вреда, причиненного смертью близкого человека.

В соответствии с пунктом 8 названного Постановления Пленума Верховного Суда РФ при определении компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных и физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Право на охрану здоровья, производным от которого является право на компенсацию морального вреда, относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых нематериальных прав человека, подлежащих государственной защите (статьи 2, 7, 20, 41 Конституции Российской Федерации, ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Согласно статье 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Судом установлено, что 21 июля 2019 года произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автобуса VOLGABUS– №, под управлением водителя БахшалиеваХ.Г.о, принадлежащего ГУП Волгоградской области «Волгоградавтотранс».

Водитель БахшалиевХ.Г.оне убедился в том, что пассажир ФИО14 отошла на безопасное расстояние от автобуса, возобновил движение от остановки общественного транспорта, совершил наезд задним правым колесом на пассажира ФИО15 В результате дорожно-транспортного происшествия пешеходу ФИО16 были причинены тесные повреждения, квалифицирующиеся как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и состоят в прямой причинно-следственной связи со смертью ФИО17

Согласно документа № о произошедшем событии на транспорте и его обстоятельствах, составленного ГУП ВО «Волгоградавтотранс» 21.07.2019г. водитель автоколонны № филиала ГУП ВО «Волгоградавтотранс» ФИО6, управляя автобусом Volgabus №, госномер №, следовал по маршруту №, совершил наезд на ФИО18

Постановлением Красноармейского районного суда г. Волгограда от 07.10.2019г. уголовное дело в отношении БахшалиеваХ.Г.о. по ч. 3 ст. 264 УК РФ производством прекращено по основаниям ст. 25.1, 446.2 УПКРФ.

Судом установлено, что погибшая ФИО19 являлась матерью истцов.

Пленум Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года N 1 в п. 32 Постановления "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснил, что поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Из пояснений истцов, данных в судебном заседании, следует, что они поддерживали тесную связь со своей матерью, ФИО2 ежедневно общался с матерью по телефону, она часто бывала у него дома, ФИО1 ежедневно приезжал к матери, все праздники они проводили вместе, их мать была активным человеком, не нуждалась в опеке.

Из пояснений свидетеля ФИО20, данных в судебном заседании, следует, что с умершей ФИО21 он проживал в одном подъезде, общался с ней, к ней часто приезжали сыновья, она к ним уезжала на несколько дней, праздники вместе проводили, отношения с сыновьями были хорошие.

Свидетель ФИО22. в судебном заседании пояснила, что является <данные изъяты> ФИО2 Ее свекровь ФИО23 была активным человеком, приезжала к ним в гости, к ФИО5 ФИО24. Каждый день ФИО2 общался с матерью по телефону, а ФИО1 ежедневно заезжал к матери на обед. Никаких ссор, конфликтов между матерью и сыновьями не было, у них были прекрасные отношения, истцы тяжело перенесли смерть своей матери.

Не доверять показаниям свидетелей у суда нет оснований, так как свидетели последовательно рассказали об известных им событиях, личной заинтересованности в исходе дела не установлено, их показания также подтверждаются иными доказательствами, исследованными в судебном заседании.в частности, фотографиями, представленными истцами, на которых истцы изображены вместе со своей матерью.

При определении размера компенсации морального вреда суд руководствуется положениями статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд исходит из того, что в результате смерти матери истцы безусловно испытывали нравственные страдания, поскольку гибель матери является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи., оценивает данную компенсацию с учетом принципа разумности и справедливости в размере по 300000 рублей каждому.

Определенный в такой сумме размер компенсации морального вреда согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст. ст. 21 и 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда.

Доводы представителя ответчика ФИО4 о том, что ответчик выплатил истцам денежные средства на погребение, виновный в ДТП и страховая компания выплатили денежные средства, не могут повлиять на существо принятого решения, так как у истцов имеется право, установленное законом, на компенсацию морального вреда.

ИстцомФИО1 заявлено о взыскании с ответчика расходов на представителя в сумме 20000 руб.

Согласно статье 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

При этом разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (пункт 13 Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела»).

Из материалов дела следует, что в связи с необходимостью защиты нарушенного права ФИО1 вынужден был обратиться за получением квалифицированной юридической помощи. В соответствии с представленными в материалы дела квитанцией от 12.11.2019г. истцомФИО1 произведена оплата юридических услуг в размере 20000 руб.

Суд, учитывая сложность дела, время, затраченное представителем истца, количество судебных заседаний, с учетом требований разумности и справедливости, приходит к выводу о необходимости взыскания с ответчика в пользу истцаФИО1 расходов на оплату услуг представителя в сумме 5000 руб.

Согласно ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в федеральный бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

В связи с изложенным, учитывая, что истец освобожден от уплаты государственной пошлины, суд пришел к выводу, что с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 руб.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

Решил:

Исковые требования ФИО5 ФИО25, ФИО5 ФИО26 удовлетворить частично.

Взыскать с ГУП Волгоградской области «Волгоградавтотранс» в пользу ФИО5 ФИО27 компенсацию морального вреда в сумме 300000 руб., судебные издержки по оплате услуг представителя в суме 5000 руб., а всего 305000 (триста пять тысяч) рублей.

Взыскать с ГУП Волгоградской области «Волгоградавтотранс» в пользу ФИО5 ФИО28 компенсацию морального вреда в сумме 300000 (триста тысяч) рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО5 ФИО29, ФИО5 ФИО30 к ГУП Волгоградской области «Волгоградавтотранс» о взыскании морального вреда в сумме по 350000 руб. каждому – отказать.

Взыскать с ГУП Волгоградской области «Волгоградавтотранс» в доход бюджета муниципального округа город-герой Волгоград государственную пошлину в размере 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Волгоградский областной суд через Красноармейский районный суд города Волгограда в течение месяца со дня составления мотивированного решения.

Мотивированное решениесоставлено машинописным текстом с использованием технических средств 30 января 2020 года.

Председательствующий Мурашкина И.А.