Решение № 2-452/2018 2-452/2018~М-376/2018 М-376/2018 от 2 сентября 2018 г. по делу № 2-452/2018

Гражданское дело № 2-452/2018


Р Е Ш Е Н И Е

И М Е Н Е М Р О С С И Й С К О Й Ф Е Д Е Р А Ц И И

г. Агрыз РТ 03 сентября 2018 года.

Агрызский районный суд Республики Татарстан в составе

председательствующего судьи Галявиевой А.Ф.,

при секретарях Платоновой Н.С., Никоновой А.М.,

с участием истца ФИО1 и его представителей – ФИО3 и адвоката Мухаметзянова А.И. (ордер № 062563, удостоверение № 2369),

представителя ответчика (третьего лица) – исполкома Красноборского сельского поселения Агрызского муниципального района РТ ФИО4,

ответчика ФИО5, ее представителя по доверенности – ФИО6,

ответчика (третьего лица) - ФИО10

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело

по иску ФИО1 к ФИО5, ФИО10, исполнительному комитету Красноборского сельского поселения Агрызского муниципального района Республики Татарстан о восстановлении срока для принятия наследства, о признании права собственности на имущество в порядке наследования по завещанию и по праву представления,

по встречному иску ФИО5 к ФИО1, исполнительному комитету Красноборского сельского поселения Агрызского муниципального района Республики Татарстан, третьим лицам – ФИО10, ФИО11, нотариусу Агрызского нотариального округа Республики Татарстан ФИО12 о признании принявшей наследство и о признании завещания недействительным,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском в вышеуказанной формулировке указав следующее: ДД.ММ.ГГГГ умерла двоюродная бабушка истца – ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ года рождения. После ее смерти открылось наследство, состоящее из земельного участка с находящимися на нем домом и постройками, расположенными по адресу <адрес> и акций АО «Татнефть». Истец является наследником по завещанию, однако в предусмотренный законом срок принятие наследства не было оформлено, поскольку истец не знал о наличии завещания в его пользу. Кроме того выяснилось, что на получение наследства претендует племянница наследодателя ФИО5. Учитывая, что срок для принятия наследства был пропущен по уважительной причине, истец просил восстановить срок для принятия наследства, открывшегося после смерти ФИО2.

В ходе рассмотрения дела истец в порядке ст. 39 ГПК РФ увеличил исковые требования, в окончательном варианте просил:

-восстановить срок для принятия наследства, открывшегося после смерти ФИО2;

-признать за истцом право собственности на ? долю наследственного имущества, открывшегося после смерти ФИО2 в порядке наследования по завещанию, оформленному ФИО2 в пользу ФИО13 и ФИО1;

-признать за истцом право собственности на ? долю наследственного имущества, открывшегося после смерти ФИО2 в порядке наследования по праву представления после смерти ФИО13, наследником которого является ФИО1.

ФИО1 в ходе предварительного судебного заседания иск поддержал. Его представители – ФИО3 и адвокат Мухаметзянов А.И. в судебном заседании предъявленные исковые требования поддержали, встречные исковые требования ФИО5 не признали.

Ответчик ФИО5 иск не признала, предъявила встречные исковые требования о признании недействительным завещания ФИО2 от 14.05.1991 года как удостоверенное неуполномоченным на то лицом. Кроме того в ходе рассмотрения дела в порядке ст. 39 ГПК РФ увеличила исковые требования и в окончательном варианте просила:

-признать недействительным завещание ФИО2 от 14.05.1991 года совершенного в пользу ФИО13 и ФИО1;

-признать ФИО5 фактически принявшей наследство после смерти ФИО2, умершей ДД.ММ.ГГГГ.

Представитель ответчика – исполнительного комитета Красноборского сельского поселения Агрызского муниципального района Республики Татарстан ФИО4 исковые требования ФИО5 о признании недействительным завещания ФИО2 от 14.05.1991 года не признал, пояснил, что специалист по делопроизводству Красноборского сельского Совета ФИО45 в исследуемый период обладала полномочиями по выполнению нотариальных действий, в том числе по удостоверению завещания, поскольку в селе отсутствовал нотариус. Имеется реестр, в котором регистрировались совершаемые в тот период нотариальные действия, в том числе имеется запись об оспариваемом завещании. Однако документы, подтверждающие полномочия ФИО45 на совершение нотариальных действий в производстве администрации сельского поселения и в архиве отсутствуют.

ФИО10 являясь ответчиком по иску ФИО1 – иск признала, в то же время являясь третьим лицом на стороне ответчика по встречному иску, встречные исковые требования ФИО5 не признала, полагала эти требования недоказанными, подлежащими отклонению.

Третье лицо – ФИО11 в судебном заседании отсутствовала, направила письменный отзыв, в котором указала, что на наследство после смерти ФИО2 не претендует, отказывается от причитающейся ей доли наследства в пользу ФИО5.

Нотариус Агрызского нотариального округа ФИО12 в судебном заседании отсутствовала, в отзыве просила рассмотреть дело без ее участия, представила копию наследственного дела после смерти ФИО2, начатое 03.04.2016 года.

Выслушав лиц, участвующих в рассмотрении дела, допросив свидетелей, исследовав и оценив представленные сторонами доказательства в соответствии с положениями ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу о том, что истец ФИО1 не доказал, как того требует статья 56 ГПК РФ, обоснованность и законность своих требований, а потому предъявленные им исковые требования подлежат отклонению. Вместе с тем встречные исковые требования ФИО5 обоснованны и подтверждены соответствующими доказательствами, следовательно подлежат удовлетворению. Придя к такому выводу суд исходит из следующего:

Предметом спора, возникшего между сторонами и юридически значимыми обстоятельствами, подлежащими доказыванию по настоящему делу являются следующие обстоятельства: наличие наследников после смерти наследодателя ФИО2, принявших наследство юридически либо фактически; степень их родства с наследодателем и очередность для принятия наследства; наличие либо отсутствие оснований для восстановления истцу срока для принятия наследства; так же обстоятельства, свидетельствующие о том, является ли ФИО5 лицом, обладающим правом на оспаривание завещания от 14.05.1991 г. и лицом принявшим наследство после смерти наследодателя. Кроме того необходимо определить, является ли оспариваемое завещание действительным (недействительным).

Согласно пункту 2 статьи 1131 ГК РФ завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права и законные интересы которого нарушены этим завещанием.

Судом установлено и никем не оспаривается, что ФИО5 приходится наследодателю ФИО2 родной племянницей (ФИО5 – дочь ФИО7, которая приходилась родной сестрой наследодателю ФИО2), то есть ФИО5 является наследником второй очереди по праву представления (п. 2 ст. 1143 ГК РФ). Установлено и никем не оспаривается, что наследники первой очереди после смерти ФИО2, отсутствуют. Соответственно ФИО5 является лицом, обладающим правом на оспаривание завещания, оформленного от имени ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ.

Родство истца – ФИО1 с наследодателем ФИО2 устанавливается следующим образом:

ФИО1 приходится сыном ФИО50 и внуком ФИО8, который в свою очередь приходился родным братом наследодателю ФИО2, тем самым наследодатель ФИО2 приходилась истцу двоюродной бабушкой, то есть истец ФИО1 после смерти ФИО2 исходя из пункта 2 статьи 1145 ГК РФ является наследником пятой очереди и наследует только в случае отсутствия наследников предыдущих очередей.

Вместе с тем учитывая, что ФИО9 (мать истца), по чьей линии мог бы наследовать истец, умерла ДД.ММ.ГГГГ (то есть мать истца умерла раньше наследодателя ФИО2, умершей ДД.ММ.ГГГГ), и исходя из положений пункта 1 статьи 1146 ГК РФ, не предусматривающего наследование по праву представления наследников пятой очереди, то ФИО1 в данном случае может быть наследником только по завещанию, но не по закону.

Между тем завещание ФИО2 от 14.05.1991 года в пользу ФИО1 и его отца ФИО13, оспаривается наследником второй очереди – ФИО5.

Рассматривая исковые требования ФИО5 о признании завещания от 14.05.1991 года недействительным, суд исходит из того, что суду представлены объективные и достоверные доказательства, подтверждающие, что оспариваемое завещание удостоверено неуполномоченным на то лицом, а потому является недействительным. К такому выводу суд приходит исходя из следующего:

В период составления оспариваемого завещания от 14.05.1991 года ФИО2, наследственные отношения регулировались ГК РСФСР от 11.06.1964 года в редакции от 21.03.1991 г.

Порядок удостоверения завещаний определялся Законом РСФСР от 02.08.1974 года N 852 "О государственном нотариате", Законом Российской Федерации от 06.07.1991 года N 1550-1 "О местном самоуправлении в Российской Федерации", Инструкцией о порядке совершения нотариальных действий исполнительными комитетами районных, городских, поселковых, сельских Советов депутатов трудящихся, утвержденной постановлением Совета Министров РСФСР от 30.06.1975 года N 394.

Согласно пункту 1 абзаца 1 статьи 15 Закона РСФСР от 02.08.1974 года N 852 "О государственном нотариате", действовавшего на момент составления оспариваемого завещания, в населенных пунктах, где нет государственных нотариальных контор, исполнительные комитеты районных, городских, поселковых, сельских Советов народных депутатов совершают нотариальное действие - удостоверение завещания.

Совершение нотариальных действий поселковой, сельской администрацией предусматривалась так же пунктом 10 статьи 54 Закона РФ от 06.07.1991 года N 1550-1 "О местном самоуправлении в Российской Федерации".

Порядок совершения нотариальных действий, в том числе и удостоверение завещаний, регулировался Инструкцией о порядке совершения нотариальных действий исполнительными комитетами районных, городских, поселковых, сельских Советов депутатов трудящихся, утвержденной постановлением Совета Министров РСФСР от 30.06.1975 года N 394.

В соответствии с пунктом 3 указанной выше Инструкции нотариальные действия в исполнительных комитетах районных, городских, поселковых, сельских Советов депутатов трудящихся совершают председатель, заместитель председателя, секретарь или члены исполнительного комитета, на которых по решению исполнительного комитета соответствующего Совета депутатов трудящихся возложено совершение нотариальных действий.

В период составления завещания государственная нотариальная контора на территории села Красный Бор Агрызского района ТАССР, отсутствовала, в связи с чем в соответствии с вышеуказанными нормами законодательства, действовавшего на тот момент, удостоверение завещания могло быть осуществлено должностным лицом, на которого по решению исполнительного комитета данного сельского Совета возложено совершение нотариальных действий.

ФИО45, удостоверившая оспариваемое завещание, являлась специалистом по делопроизводству Красноборского сельского Совета Агрызского района ТССР (так записано в завещании); тем самым она не относилась к должностным лицам органов местного самоуправления, занимающим должности, указанные в пункте 3 Инструкции о порядке совершения нотариальных действий исполнительными комитетами районных, городских, поселковых, сельских Советов депутатов трудящихся, утвержденной постановлением Совета Министров РСФСР от 30.06.1975 года N 394. Кроме того отсутствует решение исполнительного комитета Красноборского сельского Совета или иной документ, в соответствии с которым на ФИО45 были возложены полномочия по совершению нотариальных действий. Соответственно она не являлась должностным лицом, уполномоченным на совершение такого нотариального действия, как удостоверение завещания. Указанное подтверждается представленными в суд документами и никем не опровергнуто.

В частности, судом из архивного отдела исполкома Агрызского муниципального района РТ, а так же из исполнительного комитета Красноборского сельского поселения Агрызского муниципального района РТ были истребованы документы, подтверждающие наличие полномочий на удостоверение нотариальных действий специалиста по делопроизводству Красноборского сельского Совета Агрызского района ТАССР ФИО45 за период 1990-1991 г.г. (приказ о приеме на работу, должностную инструкцию, протоколы заседаний исполнительного комитета Красноборского сельского поселения, сессий исполкома и Президиума Совета, решения и (или) иные документы).

Из ответа начальника архивного отдела исполнительного комитета Агрызского муниципального района Республики Татарстан № 512 от 13.07.2018 года следует, что в заседании исполкома Красноборского сельского Совета народных депутатов Агрызского района от 17.05.1991 года (период составления оспариваемого завещания) ФИО45 членом Президиума не значится. В протоколах заседаний Красноборского сельского Совета Агрызского района приказ о приеме на работу специалиста с указанием должностных обязанностей не обнаружен. Документы, подтверждающие полномочия на удостоверение нотариальных действий специалистов по делопроизводству, документы по личному составу Красноборского сельского Совета народных депутатов Агрызского района Республики Татарстан на хранение не поступали.

В подтверждение указанного в суд так же представлены копии протоколов заседаний исполнительного комитета Красноборского сельского поселения, протоколов сессий исполкома и протоколов заседаний Президиума Красноборского сельского Совета народных депутатов за период 1990 – 1991 г.г.

Из пояснений руководителя исполкома Красноборского сельского поселения Агрызского муниципального района РТ ФИО4 в судебном заседании установлено, что в архивных фондах исполкома Красноборского сельского поселения истребуемые судом вышеуказанные документы отсутствуют.

Согласно ст. 7 Федерального закона от 26.11.2001 года N 147-ФЗ "О введении в действие части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации" к завещаниям, совершенным до введения в действие части третьей Кодекса (то есть до 01.03.2002 года), применяются правила об основаниях недействительности завещания, действовавшие на день совершения завещания.

В силу абзаца 1 статьи 48 ГК РСФСР от 11.06.1964 года в редакции от 21.03.1991 г. недействительна сделка, не соответствующая требованиям закона.

В силу статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Пунктом 1 статьи 168 ГК РФ предусмотрено, что за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 ст. 168 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 5 статьи 1118 ГК РФ завещание является односторонней сделкой, которая создает права и обязанности после открытия наследства.

По данному делу установлено, что специалист по делопроизводству Красноборского сельского Совета ФИО45 в период на 14.05.1991 года не обладала полномочиями на совершение нотариальных действий, в том числе на удостоверение завещания, соответственно сделка (оспариваемое завещание) в момент ее совершения не соответствовала требованиям закона и в силу ст. 168 ГК РФ и аналогичных норм ранее действовавшего ГК РСФСР (ст. ст. 48, 50), является ничтожной (недействительной) сделкой.

Исходя из вышеуказанного исковые требования ФИО5 о признании недействительной сделкой завещания ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ, оформленного в пользу истца и его отца, подлежат удовлетворению.

Согласно ст. 59 ГК РСФСР сделка, признанная недействительной, считается недействительной с момента ее совершения; в соответствии с п. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения; следовательно, завещание, удостоверенное 14.05.1991 г. неуполномоченным на то лицом, не влечет возникновения права на наследство после смерти ФИО2 ни у истца ФИО1, ни у его отца ФИО13, упомянутого в завещании, тем более, что ФИО13 умер ДД.ММ.ГГГГ, то есть умер раньше наследодателя ФИО2 (умершей ДД.ММ.ГГГГ), соответственно не мог быть ее наследником.

При таких обстоятельствах отсутствуют основания для удовлетворения исковых требований истца о восстановлении срока для принятия им наследства после смерти ФИО2.

Принимая во внимание изложенные обстоятельства, суд приходит к выводу об отклонении исковых требований ФИО1 так же в части о признании за ним права собственности на ? долю наследственного имущества в порядке наследования по завещанию ФИО2 и на ? долю наследственного имущества по праву представления после смерти отца – ФИО13, как не обоснованные и не доказанные.

Рассматривая встречные исковые требования ФИО5 о признании принявшей наследство после смерти ФИО2, суд исходит из следующего:

В соответствии со статьей 546 ГК РСФСР, действовавшей на момент смерти ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ) наследник считается принявшим наследство, если он фактически вступил во владение наследственным имуществом или подал в нотариальную контору по месту открытия наследства заявление о принятии наследства.

Аналогичные требования содержатся в статье 1153 ГК РФ, согласно которой признается, пока не доказано иное, что наследник принял наследство, если он совершил действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства, в частности если наследник: вступил во владение или в управление наследственным имуществом; принял меры по сохранению наследственного имущества, защите его от посягательств или притязаний третьих лиц; произвел за свой счет расходы на содержание наследственного имущества; оплатил за свой счет долги наследодателя или получил от третьих лиц причитавшиеся наследодателю денежные средства и т.д.

Как разъяснено в пункте 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" наследник, принявший наследство, независимо от времени и способа его принятия считается собственником наследственного имущества, носителем имущественных прав и обязанностей со дня открытия наследства вне зависимости от факта государственной регистрации прав на наследственное имущество и ее момента.

Таким образом, закон связывает момент возникновения у наследника права собственности на наследственное имущество с моментом открытия наследства в случае, если наследство было принято в порядке и способами, установленными законом.

Согласно пункту 36 вышеназванного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 г. N 9, под совершением наследником действий, свидетельствующих о фактическом принятии наследства, следует понимать совершение предусмотренных пунктом 2 статьи 1153 ГК РФ действий, а также иных действий по управлению, распоряжению и пользованию наследственным имуществом, поддержанию его в надлежащем состоянии, в которых проявляется отношение наследника к наследству как к собственному имуществу. Указанные действия должны быть совершены в течение срока принятия наследства, установленного статьей 1154 ГК РФ.

ФИО5 поддерживая заявленные ею требования и утверждая о том, что она фактически приняла наследство после смерти ФИО2 в течение установленного законом шестимесячного срока в судебном заседании показала следующее:

Учитывая, что она (ФИО5) в младенчестве осталась без матери, ФИО2 жалела ее, поддерживала и между ними были близкие отношения. В период с 1977 года по 1988 год она проживала у ФИО2, так как ей было негде жить. У Ласковой с 1977 года некоторое время так же проживала ФИО35. В 1988 году ей (ФИО5) предоставили квартиру и она переехала от ФИО2, однако продолжала навещать ее, помогала ей по хозяйству, обрабатывала огород и т.д., кроме того она содержала в сарае у ФИО14 своих свиней и кур. Этим обстоятельством был недоволен ФИО13 – отец истца, который относился к ней (ФИО5) неприязненно, постоянно ругался и не желал пускать ее в хозяйство ФИО24, говорил, что ФИО24 оформит в его пользу завещание, что она (ФИО5) тут никто, это было в 1991 - 1992 годах. ФИО2 в тот период было 88 лет, у нее была частичная потеря памяти, она не могла самостоятельно решать сложные вопросы, терялась, чем пользовался ФИО13, который проживал на одной улице с Ласковой, постоянно приходил к ней, хозяйничал у нее, препятствовал ей (ФИО5) в общении с Ласковой и вероятно вынудил ее подписать в свою пользу завещание. О том, что Ласкова ФИО22 могла оформить завещание в чью-либо пользу она даже предположить не могла, поскольку в тот период по своему психическому состоянию она не могла понимать значение своих действий, была под влиянием Ч-вых, никогда не говорила о завещании. Когда Ласкова умерла, то в ее хозяйстве стал «хозяйничать» сын ФИО13 - истец ФИО1, который на всех постройках Ласковой повесил свои замки, ругался с ней (ФИО5), запрещал приходить в дом Ласковой, вскоре после похорон заставил ее убрать из сарая свиней и кур. Тем не менее она осенью собрала урожай с огорода, а для того, чтобы забрать наследственное имущество, в хозяйство Ласковой она была вынуждена неоднократно приходить в отсутствие ФИО1 со знакомыми односельчанами и забирала свои вещи и наследственное имущество частями, при этом она считала себя наследником и говорила об этом ФИО26 неоднократно, они постоянно ругались по этому поводу. Считает, что она фактически приняла наследство после смерти ФИО14, забрав в 1995 году в свое хозяйство принадлежавший ФИО24 огородный инвентарь (ведра, лопаты, вилы, грабли, мотыги и т.д.), а так же забрав одежду ФИО14 (куртку, шаль), половики, посуду (банки, тарелки, кастрюли, чайник и т.д.). Так же считает, что фактическое принятие ею наследства подтверждается тем, что как на период смерти ФИО2, так и в течение нескольких месяцев после ее смерти в 1995 году, она продолжала пользоваться принадлежащими наследодателю постройками (в сарае содержала свиней) и земельным участком (летом обрабатывала, осенью 1995 года собрала урожай). В дальнейшем истец не допускал ее до хозяйства. Кроме того в настоящее время ей известно, что ФИО24 завещала ей часть своих денежных вкладов, однако Ч-вы после смерти ФИО14 забрали все документы и она не знала об этом и не могла воспользоваться этими вкладами. При этом никто из Ч-вых о наличии завещания в их пользу не говорил.

Фактическое принятие ФИО5 наследства после смерти ФИО2 в установленный законом шестимесячный срок подтверждается кроме ее показаний, объяснениями ФИО15, ФИО16, ФИО17 (л.д.) и показаниями допрошенных в судебном заседании свидетелей:

Свидетель ФИО35 показала, что в период с 1977 по 1979 г.г. она вместе с ФИО5 ФИО23 квартировала (проживала) у ФИО2 в с. Красный Бор, при этом ФИО23 не брала за проживание деньги, они помогали ей по хозяйству, обрабатывали огород, производили уборку в доме и т.д.. В 1979 году она переехала, а ФИО30 проживала у ФИО23 до 1990–х годов, продолжала помогать ФИО23, содержала там скотину даже после переезда в свою квартиру. На этой же улице проживали ФИО22, в частности ФИО13, который пользуясь преклонным возрастом ФИО23 и тем, что она страдала потерей памяти, часто «хозяйничал» в хозяйстве ФИО23, к ФИО30 относился неприязненно, ругался, что она ходит к ФИО23, а после смерти ФИО13 у ФИО23 стал «хозяйничать» его сын – Владимир Леонидович, который пользуясь болезненным состоянием ФИО23 запирал ее в доме на замок, так как она могла уйти и потеряться, она не ориентировалась на местности, не узнавала людей. После похорон ФИО2 ФИО22 повесили свои замки и не пускали туда ФИО5 ФИО23. В связи с этим ФИО30 была вынуждена ходить туда в отсутствие ФИО22. Летом 1995 года она вместе с ФИО30 пришли в хозяйство ФИО23 и забрали оттуда штыковые лопаты, грабли, мотыги, ведра и еще какие – то инструменты. ФИО30 считала себя наследником и говорила, что имущество ФИО23 должно перейти к ней как ближайшему наследнику, но этому препятствовали ФИО22, «захватив» наследственное хозяйство.

Свидетель ФИО36 в судебном заседании показал, что в конце июля 1995 года после похорон ФИО2 ее племянница ФИО18 попросила его помочь перенести вещи из дома ФИО2, он согласился и помог унести к ФИО30 посуду – кастрюли, банки, чайник, еще какие – то предметы. ФИО30 объяснила, что она наследник ФИО25, поэтому забирает наследство.

Свидетель ФИО37 в судебном заседании показала, что летом 1995 года после похорон ФИО2 она проходила мимо дома ФИО23 А.А.. В это время из дома ФИО23 вышла ее племянница - ФИО5 ФИО23 и попросила помочь унести вещи. Она согласилась и ФИО30 вынесла большой льняной мешок, набитый какой-то одеждой и еще какими-то свертками, мешок был набит полностью, тяжелый. Она помогла донести мешок до дома ФИО30 и ушла. Поскольку она знала, что ФИО30 приходится умершей ФИО23 племянницей, то в правомерности действий ФИО30 сомнений не возникло.

В соответствии со статьей 1111 ГК РФ наследование осуществляется по завещанию и по закону. Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а так же в случаях, установленных ГК РФ.

Согласно ст. 1152 и ст. 1162 ГК РФ наследник, принявший наследство и не отказавшийся от него в течение срока, установленного для принятия наследства, считается собственником этого имущества с момента открытия наследства независимо от времени получения свидетельства о праве на наследство и момента государственной регистрации права собственности на наследственное имущество.

Таким образом, для наследников установлено специальное правило относительно момента приобретения права собственности на недвижимое имущество в порядке наследования: право собственности возникает с момента открытия наследства при условии его последующего принятия, а не с момента государственной регистрации права. Учитывая указанное и принимая во внимание наличие вышеперечисленных доказательств, суд приходит к выводу, что ФИО5 ФИО23 фактически приняла наследство после смерти ФИО2.

Согласно пункту 1 статьи 1128 ГК РФ права на денежные средства, внесенные гражданином во вклад или находящиеся на любом другом счете гражданина в банке, могут быть по усмотрению гражданина завещаны либо в порядке, предусмотренном статьями 1124-1127 ГК РФ, либо посредством совершения завещательного распоряжения в письменной форме в том филиале банка, в котором находится этот счет. В отношении средств, находящихся на счете, такое завещательное распоряжение имеет силу нотариально удостоверенного завещания.

Пунктом 3 указанной статьи предусмотрено, что права на денежные средства, в отношении которых в банке совершено завещательное распоряжение, входят в состав наследства и наследуются на общих основаниях в соответствии с правилами ГК РФ. Эти средства выдаются наследникам на основании свидетельства о праве на наследство и в соответствии с ним.

Согласно сведениям, предоставленным ПАО «Сбербанк» (ответ № от ДД.ММ.ГГГГ) по счету №(4493) имеется сообщение по вкладу ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ в соответствии с которым записано: «завещаю свой вклад ФИО5 ФИО23, ФИО13, ФИО11, ФИО19 в равных долях».

Судом установлено, что вышеупомянутый ФИО13 умер ДД.ММ.ГГГГ; ФИО19 умер ДД.ММ.ГГГГ; ФИО11, привлеченная к участию в рассмотрении дела в качестве третьего лица, представила в суд ходатайство о рассмотрении дела в ее отсутствии. В своем ходатайстве ФИО11 указала, что не претендует на открывшееся наследственное имущество после смерти ФИО2 в чем бы оно ни находилось и руководствуясь ст. 1158 ГК РФ отказывается от всего наследуемого имущества после смерти ФИО2 в пользу ФИО5 ФИО23.

Тем самым установлено, что наследником после смерти ФИО2 по вышеуказанному вкладу, в настоящее время является ФИО5 ФИО23.

Исходя из изложенного суд приходит к выводу о том, что встречные исковые требования ФИО5 ФИО23 подлежат удовлетворению в полном объеме.

Суд считает несостоятельными доводы представителя ФИО22 В.Л. – Мухаметзянова А.И. о применении сроков исковой давности к исковым требованиям ФИО30 Н.И. о признании завещания недействительным исходя из следующего:

По общему правилу срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной составляет 3 года (п. 1 ст. 181 ГК РФ).

Исчисление этого срока зависит от того, кто подал иск – сторона сделки или иное лицо. В случае, когда иск подает иное лицо (как в данном случае), то срок начинает течь со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале исполнения сделки. При этом данный срок не может превышать 10 лет со дня начала исполнения сделки (п. 1 ст. 181 ГК РФ). Такой десятилетний срок начинает течь не ранее ДД.ММ.ГГГГ и применяться не ранее ДД.ММ.ГГГГ (п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 43).

При этом срок исковой давности по требованию о признании ничтожной сделки недействительной не течет, если она не исполнялась (п. 101 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25).

По данному делу установлено, что оспариваемая сделка (завещание) совершена 14.05.1991 года. После смерти наследодателя ФИО2, умершей ДД.ММ.ГГГГ, лица, в чью пользу было совершено завещание, (в частности один из них – истец ФИО1) к нотариусу о принятии наследства на основании завещания, не обратились и само завещание не предъявили, то есть данная сделка не исполнялась.

Как следует из представленной в суд копии наследственного дела № 195/2016, данное завещание было предъявлено нотариусу не ранее 18.11.2016 года (дата открытия наследственного дела). При этом с заявлением о принятии наследства после смерти ФИО2 к нотариусу обратилась ФИО10 (сестра истца), а не ФИО1, в чью пользу было составлено завещание.

ФИО10 в судебном заседании показала, что о наличии оспариваемого завещания мог знать и знал только ФИО13, который скончался внезапно 12.03.1993 года, не передав никому своих документов, не сообщив о наличии завещания. Завещание было обнаружено и передано нотариусу только в мае 2018 года, после того, как ФИО5 обратилась к нотариусу о принятии наследства после смерти ФИО2. С ФИО5 ФИО2 в последние годы жизни не общалась, поскольку находилась под их (ФИО22) опекой и присмотром. ФИО2 не хотела пускать ее (ФИО5) в дом для проживания, что подтверждается письмом родной сестры ФИО20, которая написала письмо, обращаясь к ним (ФИО22) с просьбой пустить ФИО5 на проживание к ФИО21 с тем, чтобы она (ФИО30) могла бы ухаживать за ФИО2. ФИО5 ФИО23 не ухаживала за ФИО2, не заботилась о ней и ее хозяйстве, поэтому не могла быть ее наследником.

Из показаний ФИО5 следует, что она обратилась к нотариусу о принятии наследства 03.04.2018 года, при этом оспариваемое завещание нотариусу было предъявлено только тогда, когда ФИО22 узнали о ее (ФИО5) намерении оформить свои наследственные права относительно наследственного имущества после смерти ФИО23 А.А., то есть оспариваемое завещание было подано нотариусу после 03.04.2018 года. Тем самым о существования завещания и его содержание ФИО5 стало известно только после 03.04.2018 года. Указанное подтверждается материалами наследственного дела № 195/2016 и показаниями истца, его представителей и ФИО10 о том, что оспариваемое завещание было обнаружено и предъявлено нотариусу в мае 2018 года.

Из вышеуказанного следует, что срок исковой давности для оспаривания завещания от 14.05.1991 года начал течь не ранее 03.04.2018 года, то есть тогда, когда завещание было предъявлено к исполнению нотариусу и тогда, когда ФИО5 узнала о наличии данного завещания.

Таким образом срок исковой давности для оспаривания ФИО5 завещания ФИО2 от 14.05.1991 года, не истек.

Доводы представителя истца Мухаметзянова А.И. о том, что не подтверждается фактическое принятие ФИО5 наследства после смерти ФИО2 Суд считает несостоятельными. Указанное, по мнению представителя истца следует из того, что имущество, принадлежавшее ФИО2, ФИО5 забрала еще до смерти наследодателя, а потому по его мнению, это имущество не является наследственным.

Между тем эти доводы представителя истца опровергаются показаниями ФИО5, так же вышеизложенными показаниями свидетелей ФИО35, ФИО37, ФИО36, показаниям которых у суда нет оснований не доверять. В частности из показаний указанных лиц следует, что имуществом ФИО2 ФИО5 пользовалась и распоряжалась как до смерти наследодателя (содержала в постройках скотину, обрабатывала, сажала огород), так и в течение шести месяцев после смерти наследодателя (продолжала содержать скотину, забрала огородный инвентарь, посуду и др. имущество).

В силу ст.ст. 98, 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы и расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В данном случае исходя из того, что решение суда состоялось в пользу ФИО5, интересы которой по доверенности в судебных заседаниях представлял ФИО6 и суду представлены доказательства, подтверждающие ее расходы (две квитанции об оплате по 300 рублей государственной пошлины – всего 600 рублей, договор об оказании юридических услуг об оплате 45 000 рублей за услуги представителя), суд считает ее заявление обоснованным и подлежащим удовлетворению.

При этом суд учитывает степень сложности рассматриваемого дела, количество судо-дней, объем выполненной работы, так же исходя из требований обоснованности, разумности и справедливости, считает заявление ФИО5 об оплате услуг представителя подлежащим удовлетворению, взыскав с ФИО1 в ее пользу 20 000 рублей, оплаченных ФИО5 представителю по доверенности ФИО6, а так же 600 рублей в возврат государственной пошлины.

Исходя из изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к исполнительному комитету Красноборского сельского поселения Агрызского муниципального района Республики Татарстан, ФИО5, ФИО10 о восстановлении срока для принятия наследства, о признании права собственности на имущество в порядке наследования по завещанию и по праву представления, отказать.

Встречные исковые требования ФИО5 к ФИО1, исполнительному комитету Красноборского сельского поселения Агрызского муниципального района Республики Татарстан, третьим лицам – ФИО10, ФИО11, нотариусу Агрызского нотариального округа Республики Татарстан ФИО12 о признании завещания недействительным и о признании принявшей наследство, удовлетворить.

Признать завещание от 14.05.1991 года, совершенное от имени ФИО2 в пользу ФИО13 и ФИО1, удостоверенное специалистом по делопроизводству Красноборского сельского поселения Агрызского района ТАССР зарегистрированное в реестре за № 45, недействительным.

Признать ФИО5 принявшей наследство, открывшееся после смерти ФИО2, умершей ДД.ММ.ГГГГ.

Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО5 расходы на оплату услуг представителя 20 000 (десять пять тысяч) рублей и 600 (шестьсот) рублей в возврат оплаченной государственной пошлины, всего 20 600 (двадцать пять тысяч шестьсот) рублей.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Татарстан в течение одного месяца через районный суд.

Председательствующий судья Агрызского райсуда РТ Галявиева А.Ф.

Судья: Галявиева А.Ф.