Решение № 2-1148/2017 2-1148/2017~М-1028/2017 М-1028/2017 от 31 октября 2017 г. по делу № 2-1148/2017

Дело № 2 – 1148/2017


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Ленинск-Кузнецкий городской суд Кемеровской области

в составе председательствующей судьи Зебровой Л.А.

при секретаре Ефимовой Е.В.,

с участием:

истца ФИО1,

представителя истца ФИО2, действующей на основании нотариальной доверенности от 13.07.2017 года,

представителей ответчика - Главное управление Министерства внутренних дел Российской Федерации по Кемеровской области – ФИО3, действующей на основании доверенности за <номер> от <дата> со сроком действия по <дата>, ФИО4, действующей на основании доверенности за <номер> от <дата> со сроком действия по <дата>,

прокурора Креймер Л.Н.

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Ленинске-Кузнецком

«01» ноября 2017 года

гражданское дело по иску ФИО1 к Главному управлению министерства внутренних дел Российской Федерации по Кемеровской области о признании незаконными заключения служебной проверки и приказа об увольнении, восстановлении на службе в органах внутренних дел, взыскании среднего заработка за все время вынужденного прогула и компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

Истец ФИО1 обратился в суд к ответчику Главному управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по Кемеровской области (далее по тексту ГУ МВД РФ по КО) с исковыми требованиями, которые в соответствии со ст.39 ГПК РФ были им письменно уточнены в судебных заседаниях (том 1-16.06.2017 г – лд. 139-142; 04.07.2017 г. – лд. 183-185; 13.07.2017 г. – лд. 205-206 и определение суда от 13.07.2017 г. – лд. 218-224; том 2 – 29.08.2017 г. – лд.2 и определение суда от 29.08.2017 г. – лд. 2-7) и с учетом уточненных требований в настоящее время истец просит суд:

- признать незаконным заключение служебной проверки от <дата> по факту совершения ФИО1 проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел;

- признать незаконным приказ от <дата><номер>/лс начальника Главного Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Кемеровской области Л. об увольнении ФИО1 со службы в органах внутренних дел;

- восстановить ФИО1 на службе в органах внутренних дел Российской Федерации путем назначения на занимаемую ранее должность;

- взыскать с Главного Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Кемеровской области в пользу ФИО1 средний заработок за все время вынужденного прогула.

- взыскать с Главного Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Кемеровской области в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 5000 руб.

Свои требования Истец мотивирует тем, что с <дата> являлся сотрудником органов внутренних дел Российской Федерации.

Приказом от <дата><номер> л/с начальника Главного Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Кемеровской области Л. был уволен из органов внутренних дел на основании пункта 9 части 3 статьи 82 Федерального закона от <дата> №342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел).

Истец считает увольнение из органов внутренних дел Российской Федерации незаконным ввиду следующего.

Со ссылкой на п.4 ст.77 и пункт 14 ст.81 Трудового кодекса Российской Федерации (далее по тексту ТК РФ), ст.34 Федерального закона от 07.02.2011 №3-ФЗ «О полиции» истец указывает, что особенности регулирования правоотношений между сторонами, возникающих при прохождении службы в органах внутренних дел, установлены Федеральным законом от 30.11.2011 №342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее по тексту – Закон № 342-ФЗ), Федеральным законом от 07.02.2011 №3-ФЗ «О полиции», а также Трудовым кодексом Российской Федерации в той части, в какой они не урегулированы вышеперечисленными специальными федеральными законами.

Пунктом 6 части 1 статьи 50 Закона №342-ФЗ предусмотрено, что увольнение со службы в органах внутренних дел является одним из видов дисциплинарного взыскания, которое может налагаться на сотрудника органов внутренних дел в случае нарушения им служебной дисциплины, а также в иных случаях, предусмотренных Законом №342-ФЗ.

Приказ об увольнении истца из органов внутренних дел был издан на основании пункта 9 части 3 статьи 82 Закона №342-ФЗ, согласно которому контракт подлежит расторжению, а сотрудник органов внутренних дел увольнению со службы в органах внутренних дел в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел.

Содержание термина «проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел» Законом №342-ФЗ не определено.

При этом, как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 17.02.2015 №278-О, пункт 9 части 3 статьи 82 Федерального закона «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» не предполагает возможности его произвольного применения, поскольку презюмирует, что принятию решения об увольнении сотрудника органов внутренних дел со службы за совершение проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел, т.е. за несоблюдение им добровольно принятых на себя обязательств, предусмотренных законодательством, предшествует объективная оценка совершенного им деяния, а обоснованность увольнения со службы может быть предметом судебной проверки.

Увольнение является мерой дисциплинарного взыскания, налагаемой на сотрудника органов внутренних дел в случае нарушения им служебной дисциплины.

Согласно части 1 статьи 47 Закона №342-ФЗ служебной дисциплиной является соблюдение сотрудником органов внутренних дел установленных законодательством Российской Федерации, Присягой сотрудника органов внутренних дел Российской Федерации, дисциплинарным уставом органов внутренних дел Российской Федерации, контрактом, приказами и распоряжениями руководителя федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, приказами и распоряжениями прямых и непосредственных руководителей (начальников) порядка и правил выполнения служебных обязанностей и реализации предоставленных прав.

Обязанности сотрудника органов внутренних дел по соблюдению и поддержанию служебной дисциплины определены пунктом Дисциплинарного устава органов внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 14.10.2012 №1377.

Истец указывает, что он не совершал никаких действий, свидетельствующих о нарушении им вышеуказанных обязанностей по соблюдению и поддержанию служебной дисциплины, а также иные действия, которые могли бы быть расценены как порочащие честь сотрудника органов внутренних дел.

В связи с чем, ФИО1 считает, что приказ о наложении на него дисциплинарного взыскания в виде увольнения со службы издан без установленных федеральным законом оснований.

Основанием для издания приказа об увольнении явилось заключение служебной проверки от <дата>, выводы которой Истец считает необоснованными и просит суд признать данное заключение служебной проверки незаконным, по следующим основаниям:

В соответствии с частями 1, 3, 7 статьи 52 Законом №342-ФЗ при проведении служебной проверки подлежит установлению полный состав дисциплинарного проступка, включая определение объекта (охраняемые законом общественные отношения, которым причине вред в результате проступка), объективной стороны (совершение противоправного деяния) и субъективной стороны (вины сотрудника органов внутренних дел в совершении проступка).

По мнению истца, указанные требования закона не были исполнены ответчиком при проведении служебной проверки и составлении заключения по результатам проверки, в частности:

Истец считает, что в заключение служебной проверки от <дата> отсутствует указание на посягательство им на какой-либо объект дисциплинарного проступка и причинение им какого-либо вреда (или создание вероятности причинения вреда).

Истец указывает, что какие-либо действия, оскорбительные для других граждан, в том числе, для сотрудников Госавтоинспекции, он не совершал; решения из соображений личной заинтересованности не принимал; при выполнении служебных обязанностей поступки, вызывающие сомнение в его объективности, справедливости и беспристрастности, наносящие ущерб его репутации, авторитету федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, а также государственной власти, не совершал.

А потому один из элементов состава дисциплинарного проступка (объект) при проведении служебной проверки ответчиком не был установлен и в заключении по результатам проверки не указан.

Также истец указывает, что согласно пункта 2 заключения служебной проверки от <дата>, объективная сторона совершенного им проступка заключается в совершении им административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.26 КоАП РФ.

Однако наличие события административного правонарушения устанавливается в ходе производства по делу об административном правонарушении, результатом которого является вынесение постановления о назначении административного наказания либо о прекращении производства по делу об административном правонарушении; при этом, отсутствие состава административного правонарушения исключает производство по делу об административном правонарушении (статья 24.1, пункт 1 части 1 статьи 24.5, частиь1 статьи 29.9 КоАП РФ).

Следовательно, совершение любым лицом (в том числе, сотрудником органов внутренних дел) административного правонарушения может быть подтверждено только вступившим в законную силу постановлением о назначении административного наказания за указанное правонарушение, и в отсутствие такого постановления лицо не может считаться совершившим такое правонарушение.

Поскольку факт совершения им административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.26 КоАП РФ в установленном законом порядке к моменту составления заключения служебной проверки от <дата> подтвержден не был, поскольку постановление мирового судьи судебного участка №5 Ленинск-Кузнецкого городского судебного района от 24.03.2017 о привлечении к административной ответственности по ч.1 ст.12.26 КоАП РФ в законную силу не вступило, то есть ФИО1 не считался совершившим административное правонарушение (совершение которого было ответчиком в заключении служебной проверки указано как совершение дисциплинарного проступка), и ответчик был не вправе считать указанное обстоятельство установленным.

ФИО1 считает вывод служебной проверки о наличии объективной стороны дисциплинарного проступка, которая была описана в заключение служебной проверки, не соответствующим действительности.

Для квалификации его действий как невыполнение законного требования уполномоченного лица ответчик должен был установить, осознавал ли истец противоправность своих действий и предвидел ли (или мог предвидеть), что его действия влекут установленную законом ответственность, то есть воспринимались ли и могли ли восприниматься им, как законные, требования сотрудников ГИБДД.

Однако, из видеозаписи с места составления протокола об административном правонарушении, по-мнению истца усматривается, что сотрудник ГИБДД лишь спрашивает его о согласии пройти освидетельствование на месте и согласие проехать с ними в медицинское учреждение, однако при этом не разъясняет ФИО1 последствия отказа пройти медицинское освидетельствование и не сообщает, что данная процедура предусмотрена законом и что он, как водитель имеющий признаки опьянения, обязан пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения в связи с отказом пройти освидетельствование на месте; из видео записи следует, что требование сотрудника ГИБДД отсутствовало, не было озвучено по требуемой законом форме, а было озвучено как вопрос о желании или нежелании истца проехать с сотрудниками ГИБДД в медицинское учреждение для прохождения медицинского освидетельствования. Данное обстоятельство было установлено Ленинск-Кузнецким городским судом при рассмотрении жалобы на постановление о назначении административного наказания.

Вышеуказанная видеозапись имелась в распоряжении ответчика при проведении проверки, однако, ответчиком не были сделаны выводы, соответствующие содержанию данной видеозаписи, а именно, о том, что требования о прохождении медицинского освидетельствования сотрудниками ДПС не были озвучены по требуемой законом форме; напротив, ответчик сделал вывод о неисполнении истцом законного требования уполномоченного лица, что противоречит содержанию данной видеозаписи.

Истец считает, что вывод служебной проверки о наличии его вины в совершении дисциплинарного проступка не соответствует действительности, противоречит объективным доказательствам, которые имелись в распоряжении ответчика при проведении проверки. Следовательно, вышеуказанное заключение является незаконным и нарушающим его права, так как заключение служебной проверки явилось основанием издания приказа об увольнении из органов внутренних дел.

В соответствии со ст.237 ТК РФ истец просит взыскать в свою пользу компенсацию морального вреда в сумме 5000 рублей, размер которого обосновывает степенью причиненных ему нравственных страданий, связанных с тем, что он был неправомерно уволен из органов внутренних дел, с формулировкой, которая порочит его честь и достоинство.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился; согласно письменного заявления от 04.09.2017 г просит рассмотреть дело по существу в его отсутствие с участием представителя по нотариальной доверенности ФИО2 (т.2 лд. )

В соответствии с частью 5 ст.167 ГПК РФ суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствии истца.

Допрошенный ранее в судебных заседаниях 07, 16 и 28 июня, и 04.07.2017г., истец ФИО1 свои уточненные исковые требования поддержал в полном объеме, ссылаясь в обосновании своих доводов на письменные пояснения (т.1 лд. 105-107, 136-138, 143-144, 207-208), из которых следует, что истец оспаривает выводы ответчика о том, что он совершил проступок, который явился основанием для прекращения контракта, а именно, отказался от прохождения медицинского освидетельствования при управлении транспортным средством по требованию сотрудников ГИБДД, зафиксированный протоколом об административном правонарушении от <дата><номер>.

Какие-либо специальные требования к прохождению сотрудниками органов внутренних дел, управляющими транспортными средствами, медицинского освидетельствования по требованию должностных лиц, уполномоченных на осуществление федерального государственного надзора в области безопасности дорожного движения, действующим законодательством Российской Федерации, в том числе, Законом от 30.11.2011 №342-ФЗ, -не предусмотрены.

Следовательно, на указанных лиц в части прохождения медицинского освидетельствования при управлении транспортным средством возлагаются те же обязанности и распространяются те же гарантии, которые предусмотрены действующим законодательством Российской Федерации для других граждан Российской Федерации.

Обязанность водителя транспортного средства проходить освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и медицинское освидетельствование на состояние опьянения по требованию должностных лиц, уполномоченных на осуществление федерального государственного надзора в области безопасности дорожного движения, предусмотрена пунктом 2.3.2 Правил дорожного движения, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 23.10.1993 №1090. Невыполнение водителем транспортного средства законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, если такие действия (бездействие) не содержат уголовно наказуемого деяния, образует состав административного правонарушения, предусмотренный частью 1 статьи 12.26 КоАП РФ.

Следовательно, совершение любым лицом, в том числе, сотрудником органов внутренних дел указанного противоправного поступка, может быть подтверждено только вступившим в законную силу постановлением о назначении административного наказания за указанное правонарушение. В отсутствие такого постановления лицо не может считаться совершившим указанный проступок.

Факт совершения истцом проступка, за совершение которого со мной был расторгнут контракт, а именно - невыполнение требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, в установленном законом порядке к моменту составления заключения служебной проверки Главного управления от <дата> и издания Приказа от <дата><номер> подтвержден не был, поскольку постановление мирового судьи судебного участка №5 Ленинск-Кузнецкого городского судебного района от 24.03.2017 о привлечении его к административной ответственности по ч.1 ст.12.26 КоАП РФ в законную силу не вступило, а впоследствии было отменено решением Ленинск-Кузнецкого городского суда от 02.05.2017 по делу №12-140/17.

При этом, истец считает, что его действия по отказу от прохождения медицинского освидетельствования не могут расцениваться как противоправные, поскольку, как следует из положений части 1 статьи 12.26 КоАП РФ, требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения должны быть законными. При этом, действия сотрудника органов внутренних дел, связанные с реализацией государственной функций по контролю и надзору за соблюдением участниками дорожного движения требований в области обеспечения безопасности дорожного движения могли быть расценены как законные (а мои действия, соответственно, как противоправные, то есть как проступок, порочащий честь сотрудника органов внутренних дел) только в случае, если указанное требование было обусловлено правами данного должностного лица, предоставленными им действующим законодательством, то есть если результат освидетельствования на состояние алкогольного опьянения необходим для подтверждения или опровержения факта правонарушения или объективного рассмотрения дела о правонарушении.

Со ссылкой на пункты 47, 63-81, Административного регламента, утв. Приказом МВД России от 02.03.2009 №185 (далее – Регламент) истец указывает, что из материалов дела об административном правонарушении следует, что сотрудниками органов внутренних дел остановка его транспортного средства в предусмотренном Регламентом порядке (с требованием об остановке транспортного средства с помощью громкоговорящего устройства или жестом руки, указанием места остановки транспортного средства, сообщением истцу причины остановки, и т.д.) - не осуществлялась. Он был остановлен сотрудниками органов внутренних дел вне транспортного средства, когда транспортным средством не управлял, то есть (согласно пункту 1.2 Правил дорожного движения) являлся пешеходом.

Кроме того, ни визуально, ни посредством фиксации с использованием технических средств факт совершения нарушения им правил дорожного движения сотрудниками органов внутренних дел до его остановки не был установлен.

Кроме того, Ленинск-Кузнецким городским судом при рассмотрении его жалобы было установлено, что требование сотрудника ГИБДД отсутствовало, не было озвучено по требуемой законом форме, а было озвучено как вопрос о моем желании или нежелании проехать с ними в медицинское учреждение для прохождения медицинского освидетельствования.

Следовательно, действия сотрудников органов внутренних дел по остановке ФИО1, как пешехода, и последующее их требование о прохождении медицинского освидетельствования, - не соответствовали требованиям вышеуказанного Регламента, то есть являлись незаконными и не могли быть восприняты ФИО1, как законные, в связи с чем, его отказ выполнить данное неправомерное требование сотрудников органов внутренних дел, не является проступком.

Истец считает, что утверждение ответчика о том, что к поступку, порочащему честь сотрудника органов внутренних дел, относится также невыполнение ФИО1 требования о постановке служебного автомобиля после рабочего дня на место хранения (парковки) по адресу: <...>, не проставление отметок в журнале выхода и возвращения автотранспорта, не сдача путевого листа по месту хранения автомобиля, не сообщение диспетчеру автохозяйства ФКУ «ЦХиСО ГУ МВД России по Кемеровской области» о постановке служебного автомобиля на место стоянки <дата>, - основано на неправильном применении и толковании закона.

В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 13 Закона № 342-ФЗ сотрудник органов внутренних дел обязан заботиться о сохранении своих чести и достоинства, не допускать принятия решений из соображений личной заинтересованности, не совершать при выполнении служебных обязанностей поступки, вызывающие сомнение в объективности, справедливости и беспристрастности сотрудника, наносящие ущерб его репутации, авторитету федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, а также государственной власти.

Согласно части 1 статьи 5, частям 1-4, 6 статьи 9 Федерального закона от 07.02.2011 №3-ФЗ «О полиции» полиция осуществляет свою деятельность на основе соблюдения и уважения прав и свобод человека и гражданин; полиция при осуществлении своей деятельности стремится обеспечивать общественное доверие к себе и поддержку граждан; действия сотрудников полиции должны быть обоснованными и понятными для граждан; в случае нарушения сотрудником полиции прав и свобод граждан или прав организаций полиция обязана в пределах своих полномочий принять меры по восстановлению нарушенных прав и свобод; сведения, порочащие честь, достоинство и деловую репутацию гражданина, преданные гласности сотрудником полиции, в случае признания их не соответствующими действительности судом, следователем, органом дознания или самой полицией должны быть опровергнуты в той же форме, в какой они были преданы гласности, в возможно короткий срок, но не превышающий одного месяца со дня признания таких сведений не соответствующими действительности.

Из содержания вышеуказанных, а также иных норм Закона №342-ФЗ и Федерального закона от 07.02.2011 №3-Ф3 «О полиции» следует, что порочащим честь сотрудника органов внутренних дел может быть только такое нарушающее нормы действующего законодательства деяние, которое сотрудник совершил в отношении гражданина и действовал при этом, как должностное лицо, осуществляющее соответствующие служебные полномочия.

Однако, совершение им вышеуказанных действий права и законные интересы граждан никаким образом не затрагивали, и, таким образом, сомнение в его объективности, справедливости и беспристрастности, как сотрудника органов внутренних дел, у граждан или общественности не вызывали и не могли вызвать.

Следовательно, вышеуказанные нарушения истцом требований внутреннего распорядка органа внутренних дел, касающихся порядка пользования служебным транспортом, не являются проступком, порочащем честь сотрудника органов внутренних дел.

В судебном заседании представитель истца ФИО5, действующая в интересах ФИО1 на основании нотариальной доверенности <номер> от <дата>, сроком действия 3 года (лд.204 т. 1) уточненные исковые требования поддержала в полном объеме, также ссылаясь в обосновании заявленных требований на доводы, изложенные в исковом заявлении и уточнениях к нему и письменных пояснениях истца.

В судебном заседании 01.11.2017 г. представитель истца также просила суд учесть, что выводы служебной проверки о совершении истцом проступка являются преждевременными, так как на момент проведения служебной проверки и принятия по ней заключения Постановление мирового судьи от 24.03.2017 года в связи с поданной ФИО1 жалобой не вступило в законную силу, а потому заключение судебной проверки и приказ об увольнении надлежит признать незаконными, восстановить ФИО1 в занимаемой должности, и пр наличии к тому оснований, приступить к процедуре увольнения.

Представители ответчика - ГУ МВД РФ по КО – ФИО3, действующая на основании доверенности за <номер> от <дата> со сроком действия по <дата> (лд.103 т.1) и ФИО4, действующая на основании доверенности за <номер> от <дата> со сроком действия по <дата> (лд.16 т.1) уточненные исковые требования не признали, ссылаясь на доводы, изложенные в письменных возражениях (т.1 лд. 107-115, лд. 145-149, 167-170), из которых следует, что ответчик считает требования Истца не подлежащими удовлетворению в полном объеме, так как увольнение ФИО1 <данные изъяты> по пункту 9 части 3 статьи 82 Закона от 30.11.2011 г. № 342-ФЗ является законным и обоснованным, по следующим основаниям:

Основанием для принятия решения об увольнении ФИО1 из органов внутренних дел явились результаты служебной проверки от <дата>, которая была назначена <дата> по рапорту начальника УРЛС ГУ МВД России по Кемеровской области, <данные изъяты> о том, что <дата> в 00 час. 05 мин. в г. Ленинск-Кузнецкий напротив <адрес>, был задержан старший оперуполномоченный межрайонного отдела по борьбе с преступлениями в сфере налогообложения по городам Кемерово, Юрге, Анжеро-Судженску, Ленинск-Кузнецкому, Мариинску и прилегающим районам Управления ЭБ и ПК ГУ МВД России по Кемеровской области майор полиции ФИО1 который управлял служебным автомобилем <данные изъяты>, с признаками опьянения. Составлен административный материал по ч. 1 ст. 12.26 КРФ об АП. Служебный автомобиль <данные изъяты> доставлен на территорию Межмуниципального отдела МВД России «Ленинск-Кузнецкий».

На основании заключения служебной проверки от <дата>, приказом ГУ МВД России по Кемеровской области от <дата><номер>л/с, ФИО1 был уволен из органов внутренних дел по п. 9 ч. 3 ст. 82 Закона № 342 –ФЗ (в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудников органов внутренних дел) Закона о службе.

Считают необоснованными доводы истца о незаконности его увольнения в связи с отсутствием в его действиях проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних.

В ходе проведения служебной проверки было установлено, что старший оперуполномоченный межрайонного отдела по борьбе с преступлениями в сфере налогообложения по городам Кемерово, Юрге, Анжеро-Судженску, Ленинск-Кузнецкому, Мариинску и прилегающим районам Управления экономической безопасности и противодействия коррупции ГУ МВД России по Кемеровской области майор полиции ФИО1 совершил проступок, порочащий честь сотрудника органов внутренних дел, выразившийся в нарушении п. 1 ч. 1 ст. 12, п. 2 ч. 1 ст. 13 Закона о службе, п.п. 2 ч. 1 ст. 2, ч. 4 ст. 7, ч.1 ст. 9, п.п. 11 ч. 1 ст.12 Федерального закона от 07.02.2011 № 3-ФЗ «О полиции» (далее – Закон о полиции), п.п. 10.1, 20.2, 20.4 приказа ГУ МВД России по Кемеровской области от 23.12.2016 № 766 «О закреплении транспортных средств», пп. «б» п.5 Дисциплинарного устава органов внутренних дел Российской Федерации, утверждённого Указом Президента Российской Федерации от 14.10.2012 № 1377, в части допущения совершения проступка, порочащего честь и достоинство, совершения действий, наносящих ущерб авторитету полиции, невыполнения обязанности по пресечению административных правонарушений, в непринятии мер к предотвращению административных правонарушений, не соблюдении безусловного выполнения обязанности по обеспечению защиты правопорядка и законности, пренебрежении долгом сотрудника, состоящем в безусловном выполнении закрепленных Присягой, законами и профессионально-этическими нормами обязательств, вследствие чего вместо предупреждения и пресечения административного правонарушения, осознавая противоправность своих действий, лично совершил деяние, содержащее признаки административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КРФ об АП, а именно <дата> в свободное от службы время управлял служебным автомобилем <данные изъяты> с признаками алкогольного опьянения, отказался пройти медицинское освидетельствование на предмет алкогольного опьянения, тем самым не выполнил законные требования сотрудников ГИБДД в то время, как сам сотрудник должен служить примером для общества, являясь представителем особого вида государственной службы, призванного обеспечивать правопорядок и общественную безопасность, чем допустил пренебрежение предписаниями законов и нормативных правовых актов, соблюдение которых является его обязанностью как сотрудника полиции, что нанесло ущерб репутации и авторитету органов внутренних дел; а также с начала 2017 года не выполнял требование о постановке служебного автомобиля <данные изъяты> после рабочего дня на место хранения (парковки) по адресу: <...>, в журнале выхода и возвращения автотранспорта ФИО1, как водитель данного служебного автомобиля отметки не делал, путевой лист по месту хранения автомобиля не сдавал, диспетчеру автохозяйства ФКУ «ЦХиСО ГУ МВД России по Кемеровской области» о постановке служебного автомобиля на место стоянки <дата> не сообщил.

Ответчик считает не основанными на нормах материального права доводы истца о незаконности его увольнения в связи с отсутствием в законодательного закрепления понятия «проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел».

Согласно части 4 статьи 7 Закона о полиции сотрудник полиции, как в служебное, так и во внеслужебное время должен воздерживаться от любых действий, которые могут вызвать сомнение в его беспристрастности или нанести ущерб авторитету полиции.

Порядок и условия прохождения службы в органах внутренних дел, требования к служебному поведению сотрудника органов внутренних дел урегулированы в Законе о службе.

Сотрудник обязан: знать и соблюдать Конституцию Российской Федерации, законодательные и иные нормативные правовые акты Российской Федерации в сфере внутренних дел, обеспечивать их исполнение (п.1 ч.1 ст.12 Закона о службе).

В силу пункта 2 части 1 статьи 13 Закона о службе, предусматривающего требования к служебному поведению сотрудника органов внутренних дел, при осуществлении служебной деятельности, а также во внеслужебное время сотрудник органов внутренних дел должен заботиться о сохранении своих чести и достоинства, не допускать принятия решений из соображений личной заинтересованности, не совершать при выполнении служебных обязанностей поступки, вызывающие сомнение в объективности, справедливости и беспристрастности сотрудника, наносящие ущерб его репутации, авторитету федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, а также государственной власти.

Основными направлениями деятельности полиции является предупреждение и пресечение преступлений и административных правонарушений (п.п.2 ч.1 ст.2 закона о полиции).

Полиция при осуществлении своей деятельности стремится обеспечивать общественное доверие к себе и поддержку граждан (ч.1 ст.9 закона о полиции).

Сотрудник полиции обязан пресекать административные правонарушения и осуществлять производство по делам об административных правонарушениях, отнесенных законодательством об административных правонарушениях к подведомственности полиции (п.п.11 ч.1 ст.12 закона о полиции).

Сотрудник обязан выполнять приказы и распоряжения руководителей (начальников), отданные в установленном порядке и не противоречащие федеральным законам (подпункт «б» пункта 5 Дисциплинарного устава органов внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 14.10.2012 № 1377).

Истец не выполнил требование руководителя ГУ МВД России по Кемеровской области о постановке служебного автомобиля после рабочего дня на место хранения по адресу: <...>, в журнале выхода возвращения автотранспорта, ФИО1, как водитель служебного автомобиля отметки не делал, путевой лист по месту хранения автомобиля не сдавал, диспетчеру автохозяйства ФКУ «ЦХиСО ГУ МВД России по Кемеровской области» о постановке служебного авто на место стоянки <дата> не сообщил, чем нарушил требования приказа ГУ МВД России по Кемеровской области от 23.12. 2016 № 766 (п.10, 20). С указанным приказом истец ознакомлен под роспись.

Служба в органах внутренних дел является особым видом государственной службы, направлена на реализацию публичных интересов, что предопределяет наличие у сотрудников, проходящих службу в этих органах, специального правового статуса, обусловленного выполнением конституционно значимых функций по обеспечению правопорядка и общественной безопасности. Законодатель, определяя правовой статус сотрудников, проходящих службу в органах внутренних дел, вправе устанавливать для этой категории граждан особые требования, в том числе к их личным и деловым качествам, и особые обязанности, обусловленные задачами, принципами организации и функционирования органов внутренних дел, а также специфическим характером деятельности указанных лиц (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 16 апреля 2009 года № 566-О-О).

В силу пункта 9 части 3 статьи 82 Закона о службе контракт подлежит расторжению, а сотрудник органов внутренних дел увольнению со службы в органах внутренних дел в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел.

Ответчик считает, что правовых оснований для признания незаконным приказа об увольнении не имеется.

Пунктом 97 Порядка обеспечения денежным довольствием сотрудников органов внутренних дел Российской Федерации, утвержденного приказом МВД России от 31.01.2013 № 65 установлено, что сотруднику, восстановленному на службе в органах внутренних дел, выплачивается не полученное (недополученное) им за время вынужденного прогула денежное довольствие, установленное по замещаемой им ранее должности в органах внутренних дел.

В связи с отсутствием оснований для удовлетворения требований о восстановлении на службе, не подлежат удовлетворению требования истца о взыскании денежного довольствия за время вынужденного прогула.

В судебном заседании 01.11.2017 г. представитель ответчика ФИО4 также пояснила, что ответчик считает, что отсутствуют основания для удовлетворения исковых требований ФИО1 о признании незаконными заключения служебной проверки и приказа об увольнении из органов внутренних дел, о восстановлении на службе в органах внутренних дел. Поскольку требования о взыскании денежного довольствия за все время вынужденного прогула и компенсации морального вреда являются производными от основного требования, то ответчик считает, что не имеется оснований для их удовлетворения.

Заслушав стороны, их представителей, допросив свидетелей, исследовав письменные материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего отказать истцу в полном объеме в удовлетворении заявленных требований, суд считает заявленные исковые требования не подлежащими удовлетворению, по следующим основаниям:

В соответствии со ст.5 Трудового Кодекса Российской Федерации (далее по тексту ТК РФ) регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений осуществляется трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права: Трудовым Кодексом РФ, иными федеральными законами: указами Президента РФ, постановлениями Правительства РФ, и нормативными правовыми актами федеральных органов исполнительной власти.

Согласно ст.11 ТК РФ, особенности правового регулирования труда отдельных категорий работников (руководителей организаций, лиц, работающих по совместительству, женщин, лиц с семейными обязанностями, молодежи, государственных служащих и других) устанавливаются настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

Правоотношения, связанные с поступлением на службу в органы внутренних дел, ее прохождением и прекращением, а также определением правового положения (статуса) сотрудника органов внутренних дел, регулируются Федеральным законом от 30 ноября 2011 г. № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее по тексту – Федеральный закона от 30.11.2011 г. № 342-ФЗ), Федеральным законом от 7 февраля 2011 г. № 3-ФЗ «О полиции», другими федеральными законами, нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации, Правительства Российской Федерации, федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел (ст. 3 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. № 342-ФЗ).

Согласно положениям ст. 13 Федерального закона от 30.11.2011 г. № 342-ФЗ, предусматривающим требования к служебному поведению сотрудника органов внутренних дел, при осуществлении служебной деятельности, а также во внеслужебное время, сотрудник органов внутренних дел должен заботиться о сохранении своих чести и достоинства, не допускать принятие решений из соображений личной заинтересованности, не совершать при выполнении служебных обязанностей поступки, вызывающие сомнение в объективности, справедливости и беспристрастности сотрудника, наносящие ущерб его репутации, авторитету федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, а также государственной власти.

Согласно п. 2 Приказа МВД России от 31.10.2013 года № 883 «О признании утратившим силу приказа МВД России от 24.12.2008 года № 1138» необходимо руководствоваться в системе МВД России до издания Кодекса профессиональной этики сотрудника органов внутренних дел Российской Федерации Типовым кодексом этики и служебного поведения государственных служащих Российской Федерации и муниципальных служащих (одобрен решением президиума Совета при Президенте Российской Федерации по противодействию коррупции от 23.12.2010 года, протокол № 21).

В соответствии с п.п. «а», «м» п. 11 Типового кодекса этики и служебного поведения государственных служащих Российской Федерации и муниципальных служащих (одобрен решением президиума Совета при Президенте РФ по противодействию коррупции от 23.12.2010 года (протокол № 21) государственные (муниципальные) служащие, сознавая ответственность перед государством, обществом и гражданами, призваны: исполнять должностные обязанности добросовестно и на высоком профессиональном уровне в целях обеспечения эффективной работы государственных органов и органов местного самоуправления; воздерживаться от поведения, которое могло бы вызвать сомнение в добросовестном исполнении государственным (муниципальным) служащим должностных обязанностей, а также избегать конфликтных ситуаций, способных нанести ущерб его репутации или авторитету государственного органа либо органа местного самоуправления.

В соответствии с ч. 1 ст. 49 Федерального закона от 30.11.2011 г. № 342-ФЗ нарушением служебной дисциплины (дисциплинарным проступком) признается виновное действие (бездействие), выразившееся в нарушении сотрудником органов внутренних дел законодательства Российской Федерации, дисциплинарного устава органов внутренних дел Российской Федерации, должностного регламента (должностной инструкции), правил внутреннего служебного распорядка федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, его территориального органа или подразделения, либо в несоблюдении запретов и ограничений, связанных со службой в органах внутренних дел, и требований к служебному поведению, либо в неисполнении (ненадлежащем исполнении) обязательств, предусмотренных контрактом, служебных обязанностей, приказов и распоряжений прямых руководителей (начальников) и непосредственного руководителя (начальника) при выполнении основных обязанностей и реализации предоставленных прав.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной, как в Постановлении от 06.06.1995 г., так и Определениях от 21.12.2004 г. № 460-О, 16.04.2009 г. № 566-О, 19.06.2012 г. № 1174-О, служба в органах внутренних дел является особым видом государственной службы, направлена на реализацию публичных интересов, что предопределяет наличие у сотрудников, проходящих службу в этих органах, специального правового статуса, обусловленного выполнением конституционно значимых функций по обеспечению правопорядка и общественной безопасности. Законодатель, определяя правовой статус сотрудников, проходящих службу в органах внутренних дел вправе устанавливать для этой категории граждан особые требования, в том числе и к их личным и деловым качествам, и особые обязанности, обусловленные задачами, принципами организации и функционирования органов внутренних дел, а также специфическим характером деятельности указанных лиц.

Поступая на службу в органы внутренних дел, гражданин добровольно возлагает на себя обязанность соответствовать указанным требованиям и добросовестно исполнять свои обязанности.

Служба в органах внутренних дел Российской Федерации представляет собой специфическую трудовую деятельность граждан.

Особый правовой статус сотрудника органов внутренних дел, выраженный, в том числе, и при исполнении обязанностей сотрудник находится под защитой государства, порождает более широкий круг обязанностей и, как следствие, более жесткие требования, предъявляемые к его профессиональным и морально-психологическим качествам.

Пунктом 6 части 1 статьи 50 Федерального закона от 30.11.2011 года № 342-ФЗ предусмотрено, что на сотрудника органов внутренних дел в случае нарушения им служебной дисциплины, а также в иных случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом, может налагаться такое дисциплинарное взыскание как увольнение со службы в органах внутренних дел.

Согласно пункта 9 части 3 ст. 82 Федерального закона от 30.11.2011 года № 342-ФЗ контракт подлежит расторжению, а сотрудник органов внутренних дел увольнению со службы в органах внутренних дел в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел.

В силу п. 6 ст. 51 Федерального закона № 342-ФЗ дисциплинарное взыскание должно быть наложено не позднее чем через две недели со дня, когда прямому руководителю (начальнику) или непосредственному руководителю (начальнику) стало известно о совершении сотрудником органов внутренних дел дисциплинарного проступка, а в случае проведения служебной проверки или возбуждения уголовного дела - не позднее чем через один месяц со дня утверждения заключения по результатам служебной проверки или вынесения окончательного решения по уголовному делу. В указанные сроки не включаются периоды временной нетрудоспособности сотрудника, нахождения его в отпуске или в командировке.

В силу ч. 1 ст. 52 Федерального закона от 30.11.2011 г. № 342-ФЗ служебная проверка проводится по решению руководителя федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел или уполномоченного руководителя при необходимости выявления причин, характера и обстоятельств совершенного сотрудником органов внутренних дел дисциплинарного проступка, подтверждения наличия или отсутствия обстоятельств, предусмотренных статьей 14 настоящего Федерального закона, а также по заявлению сотрудника.

При проведении служебной проверки, как установлено частью 3 ст. 52 Федерального закона от 30.11.2011 г. № 342-ФЗ, в отношении сотрудника органов внутренних дел должны быть приняты меры по объективному и всестороннему установлению: 1) фактов и обстоятельств совершения сотрудником дисциплинарного проступка; 2) вины сотрудника; 3) причин и условий, способствовавших совершению сотрудником дисциплинарного проступка; 4) характера и размера вреда, причиненного сотрудником в результате совершения дисциплинарного проступка; 5) наличия или отсутствия обстоятельств, препятствующих прохождению сотрудником службы в органах внутренних дел.

Приказом МВД России от 26.03.2013 № 161 утвержден Порядок проведения служебной проверки в органах, организациях и подразделениях Министерства внутренних дел Российской Федерации, которым конкретизирована процедура проведения таких проверок, определены полномочия лица, проводящего проверку.

Указанный Порядок предусматривает, что лицо, проводившее служебную проверку, обязано документально подтвердить дату и время совершения дисциплинарного проступка, обстоятельства, влияющие на степень и характер ответственности сотрудника, в отношении которого проводится служебная проверка, как отягчающие, так и смягчающие свою вину; осуществить сбор документов и материалов, характеризующих личные и деловые качества сотрудника, совершившего дисциплинарный проступок. Заключение по результатам служебной проверки составляется на основании имеющихся в материалах служебной проверки данных (п. 34).

Сотрудник, в отношении которого проводилась служебная проверка, вправе обжаловать заключение по результатам служебной проверки вышестоящему руководителю (начальнику) либо в суд (п. 47).

Из содержания приведенных норм следует, что в случае совершения сотрудником органов внутренних дел проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел, он подлежит безусловному увольнению со службы, а контракт с ним – расторжению. Применение других мер ответственности в данном случае невозможно, поскольку закон не представляет руководителю органа внутренних дел права избрания для такого сотрудника иной более мягкой меры ответственности, чем увольнение из органов внутренних дел.

Увольнение сотрудник органов внутренних дел за совершение проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел, обусловлено особым правовым статусом указанных лиц.

Как следует из материалов дела и не оспаривается сторонами, а потому суд считает данные обстоятельства установленными, майор полиции ФИО1 с <дата> по <дата> проходил службу в органах внутренних дел в должности старший оперуполномоченный межрайонного отдела по борьбе с преступлениями в сфере налогообложения по городам Кемерово, Юрге, Анжеро-Судженску, Ленинск-Кузнецкому, Мариинску и прилегающим районам Управления экономической безопасности и противодействия коррупции ГУ МВД России по Кемеровской области.(лд. 7-8 сведения трудовой книжки)

Согласно рапорту начальника УРЛС ГУ МВД России по Кемеровской области, <данные изъяты> от <дата> было выявлено, что <дата> в 00 час. 05 мин. в г. Ленинск-Кузнецкий напротив <адрес> был задержан старший оперуполномоченный ФИО1, который управлял служебным автомобилем <данные изъяты>, с признаками опьянения. В отношении майора полиции ФИО1 составлен административный материал по ч. 1 ст. 12.26 КРФ об АП. Служебный автомобиль <данные изъяты> доставлен на территорию Межмуниципального отдела МВД России «Ленинск-Кузнецкий». Просит назначить проведение служебной проверки. (д.26)

В отношении старшего оперуполномоченного межрайонного отдела по борьбе с преступлениями в сфере налогообложения по городам Кемерово, Юрге, Анжеро-Судженску, Ленинск-Кузнецкому, Мариинску и прилегающим районам Управления экономической безопасности и противодействия коррупции ГУ МВД России по Кемеровской области майора полиции ФИО1 старшим инспектором по особым поручениям инспекции по личному составу УРЛС ГУ МВД России по КО подполковником внутренней службы Л.А.В. проведена служебная проверка по факту совершения проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел.

Заключением служебной проверки установлен факт нарушения старшим оперуполномоченным межрайонного отдела по борьбе с преступлениями в сфере налогообложения по городам Кемерово, Юрге, Анжеро-Судженску, Ленинск-Кузнецкому, Мариинску и прилегающим районам Управления экономической безопасности и противодействия коррупции ГУ МВД России по Кемеровской области майором полиции ФИО1 п. 1 ч. 1 ст. 12, п. 2 ч. 1 ст. 13 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», п.п. 2 ч. 1 ст. 2, ч. 4 ст. 7, ч.1 ст. 9, п.п. 11 ч. 1 ст.12 Федерального закона от 07.02.2011 № 3-ФЗ «О полиции» (далее – Закон о полиции), п.п. 10.1, 20.2, 20.4 приказа ГУ МВД России по Кемеровской области от 23.12.2016 № 766 «О закреплении транспортных средств», пп. «б» п.5 Дисциплинарного устава органов внутренних дел Российской Федерации, утверждённого Указом Президента Российской Федерации от 14.10.2012 № 1377, в части допущения совершения проступка, порочащего честь и достоинство, совершения действий, наносящих ущерб авторитету полиции, невыполнения обязанности по пресечению административных правонарушений, в непринятии мер к предотвращению административных правонарушений, не соблюдении безусловного выполнения обязанности по обеспечению защиты правопорядка и законности, пренебрежении долгом сотрудника, состоящем в безусловном выполнении закрепленных Присягой, законами и профессионально-этическими нормами обязательств, вследствие чего вместо предупреждения и пресечения административного правонарушения, осознавая противоправность своих действий, лично совершил деяние, содержащее признаки административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КРФ об АП, а именно <дата> в свободное от службы время управлял служебным автомобилем <данные изъяты> с признаками алкогольного опьянения, отказался пройти медицинское освидетельствование на предмет алкогольного опьянения, тем самым не выполнил законные требования сотрудников ГИБДД, в то время, как сам сотрудник должен служить примером для общества, являясь представителем особого вида государственной службы, призванного обеспечивать правопорядок и общественную безопасность, чем допустил пренебрежение предписаниями законов и нормативных правовых актов, соблюдение которых является его обязанностью как сотрудника полиции, что нанесло ущерб репутации и авторитету органов внутренних дел; а также с начала 2017 года не выполнял требование о постановке служебного автомобиля <данные изъяты> после рабочего дня на место хранения (парковки) по адресу: <...>, в журнале выхода и возвращения автотранспорта ФИО1, как водитель данного служебного автомобиля отметки не делал, путевой лист по месту хранения автомобиля не сдавал, диспетчеру автохозяйства ФКУ «ЦХиСО ГУ МВД России по Кемеровской области» о постановке служебного автомобиля на место стоянки <дата> не сообщил. (т.1 лд. 27-48)

Заключение служебной проверки было утверждено начальником ГУ МВД России по Кемеровской области Л. <дата>, то есть с соблюдением установленного ч. 4 ст. 52 Федерального закона от 30.11.2011 г. № 342-ФЗ тридцатидневного срока со дня принятия решения о ее проведении.

ФИО1 был ознакомлен с заключением служебной проверки под роспись <дата>.(лд.48

Таким образом, ГУ МВД России по Кемеровской области были соблюдены требования ст. 52 Федерального закона от 30.11.2011 г. № 342-ФЗ и приказа МВД России от 26.03.2013 № 161.

По результатам проведенной служебной проверки приказом начальника ГУ МВД России по Кемеровской области от <дата><номер> л/с майор полиции ФИО1 старший оперуполномоченный межрайонного отдела по борьбе с преступлениями в сфере налогообложения по городам Кемерово, Юрге, Анжеро-Судженску, Ленинск-Кузнецкому, Мариинску и прилегающим районам Управления экономической безопасности и противодействия коррупции ГУ МВД России по Кемеровской области был уволен из органов внутренних дел по пункту 9 части 3 ст. 82 Федерального закона от 30.11.2011 г. № 342-ФЗ (в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудников органов внутренних дел)

(т.1 лд. 120)

14.04.2017г. истцу по почте было направлено уведомление о получении личных документов с приложением выписки из приказа об увольнении. (т.1 лд.121, квитанция об отправлении – лд.122)

<дата> ФИО1 под расписку получил выписку из приказа об увольнении и трудовую книжку (т.1 лд. 123)

Дополнительно ФИО1 был ознакомлен с приказом об увольнении под роспись 17.04.2017г. (т.1 лд. 120), т.е. с соблюдением требований ч. 11 ст. 51 Федерального закона от 30.11.2011 г. № 342-ФЗ.

Таким образом, суд считает установленным, что процедура увольнения ФИО1 не нарушена, нарушение норм действующего законодательства, регулирующего порядок увольнения работодателем не допущено.

В обосновании незаконности заключения служебной проверки истцом заявлено о недоказанности совершения им проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел.

Однако суд считает, что факт совершения истцом проступка, порочащего честь сотрудника полиции, нашел свое подтверждение в ходе судебного разбирательства.

Так, судом были установлены следующие обстоятельства, при которых был совершен проступок истцом ФИО1:

<дата> экипаж <номер> в составе инспекторов ДПС ОР ДПС ГИБДД Межмуниципального отдела МВД России «Ленинск-Кузнецкий» лейтенанта полиции З., младшего сержанта полиции К., в соответствии с постовой ведомостью расстановки нарядов ДПС от <дата>. работали по надзору за безопасностью дорожного движения в г. Ленинск-Кузнецком. ( т.1 лд.80 – постовая ведомость)

<дата> в 00 час. 05 мин. в <адрес> внимание инспекторов привлек автомобиль <данные изъяты>, который выехал с одного парковочного места и быстро заехал на другое парковочное место этого же дома.

Включив светосигнальную установку сотрудники ДПС подъехали к остановившемуся автомобилю, из которого с переднего пассажирского сиденья вышла девушка, после чего с водительского сиденья вышел мужчина. Лейтенант полиции З. подошёл к водителю, представился и потребовал передать ему водительское удостоверение и документы на транспортное средство. После того, как водитель передал документы, лейтенант полиции З. предложил водителю пройти в патрульный автомобиль для проверки по базе данных «ФИС ГИБДД – М» на розыск и штрафы. Когда водитель ФИО1 сел в патрульный автомобиль, то сотрудники полиции З. и К. почувствовали исходящий от ФИО1 запах алкоголя изо рта. После чего ФИО1 предоставил своё служебное удостоверение сотрудника ОВД. Данная информация была передана ответственному по ОГИБДД капитану полиции Д., который в свою очередь проинформировал ответственного дежурного от руководства Межмуниципального отдела МВД России «Ленинск-Кузнецкий» подполковника полиции Ж..

<дата> в 00 час. 18 мин. с применением видеозаписи лейтенантом полиции З. ФИО1 были зачитаны права в соответствии со ст. 51 Конституции Российской Федерации и ст. 25.1 КРФ об АП, после чего ФИО1 был отстранен от управления транспортным средством протоколом <номер> об отстранении от управления транспортным средством, в котором ФИО1 расписался. Кроме того, ФИО1 было предложено пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения на месте, с которым ФИО1 первоначально согласился. В это же время к патрульному автомобилю подошла жена ФИО1, которая предложила ему отказаться от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения. После чего ФИО1 отказался от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения на месте. Далее, <дата> в 00 час. 27 мин. лейтенантом полиции З. в отношении ФИО1 был составлен протокол <номер> о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, в котором ФИО1 расписался, указав, что отказывается от прохождения медицинского освидетельствования.

В процессе составления административных материалов, инспекторами ДПС также было выявлено, что ФИО1 управлял служебным автомобилем <данные изъяты>.

За нарушение п. 2.3.2 ПДД РФ (отказ по требованию сотрудника полиции, уполномоченного на осуществление государственного надзора в области безопасности дорожного движения, от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения) в отношении ФИО1 <дата> в 00 час. 34 мин. лейтенантом полиции З. был составлен протокол <номер> об административном правонарушении по ч. 1 ст. 12.26 КРФ об АП, в котором ФИО1 расписался и в объяснении написал, что перегнал автомобиль в районе 100 метров, в связи с тем, что на утро будут производить очистку крыш и могли повредить автомобиль.

<дата> в 00 час. 55 мин. лейтенантом полиции З. был составлен протокол <номер> о задержании транспортного средства, которым управлял ФИО1 с целью перемещения на специализированную штрафную стоянку, расположенную по адресу: <адрес>.

Вышеизложенные обстоятельства подтверждаются материалами служебной проверки, а именно: рапортами инспекторов ДПС ОР ДПС ГИБДД Межмуниципального отдела МВД России «Ленинск-Кузнецкий» лейтенанта полиции З. (т.1 лд. 62, лд. 63-64, лд.68-69), младшего сержанта полиции К. (т.1 лд.66-67), ответственного по ОГИБДД Межмуниципального отдела МВД России «Ленинск-Кузнецкий» капитана полиции Д. (т.1 лд.61), ответственного дежурного от руководства МО МВД России «Ленинск-Кузнецкий» начальника межрайонного отдела ЭКЦ ГУ МВД России по КО (т.1 лд.65), протоколом <номер> об отстранении от управления транспортным средством (т.1 лд. 76), протоколом <номер> о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения 9т.1 лд.77), протоколом <номер> об административном правонарушении по ч. 1 ст. 12.26 КРФ об АП (т.1 лд.78), протоколом <номер><номер> о задержании транспортного средства (.1 л. 79), а также видеозаписями с видеорегистраторов, установленных в патрульном автомобиле <номер> (лд.166), которые были просмотрены в судебном заседании <дата> ( т.1 лд.174-177), из которых также следует, что видеозаписи производились в момент совершения процессуальных действий, о чем сделана отметка в протоколе об отстранении транспортным средством <номер> ( т.1 лд.76) и протоколе о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения <номер> (т.1 л 77).

При проведении служебной проверки были истребованы от ФИО1 объяснения, из которых следует, что <дата> он находился после рабочего дня дома по адресу: <адрес>. Около 00 час. 00 мин. он вышел на улицу с целью переставить автомобиль от одного края дома к середине дома. После того, как он переставил автомобиль, проехав при этом около 100 метров, поставил его на парковочное место. После того, как он вышел из автомобиля и закрыл его, к нему подъехал автомобиль сотрудников ГИБДД с включенными проблесковыми маячками. Сотрудник ГИБДД стал тянуть ФИО1 к патрульному автомобилю, предлагал сесть в него. После того как Дюков сел в автомобиль ему сообщили, что его подозревают в том, что он управлял автомобилем в состоянии алкогольного опьянения. На момент прибытия сотрудников ГИБДД ФИО1 уже самостоятельно покинул автомобиль, закрыв его на замок, тем самым ФИО1 не имел намерения передвигаться на автомобиле по проезжей части. ФИО1 отказался от прохождения освидетельствования на алкогольное опьянение в связи с тем, что сотрудники ГИБДД неоднократно включали и выключали регистратор, с кем-то советовались по телефону, к тому же алкометра на месте у них не было и его затем кто-то привёз. ФИО1 пояснил, что сотрудники ГИБДД его не останавливали, каких-либо мер по остановке автомобиля с их стороны предпринято не было, так как он самостоятельно его покинул и оставил на парковочном месте.

Также ФИО1 указывал, что в тот вечер у него было повышенное давление, так как у него гипертония, поэтому цвет лица был красным. По поводу запаха алкоголя изо рта ФИО1 пояснил, что вечером <дата> употреблял в пищу окрошку, приготовленную на домашнем квасе, кроме того, он выпил квас отдельно в чистом виде, поэтому и был запах, содержащий алкоголь. (т.1 лд.59-60)

Из имеющихся в материалах служебной проверки объяснений Д. следует, что вечером <дата> она с мужем ФИО1 вышли перегнать машину, так как позвонили из ЖЭКа и попросили убрать автомобиль в связи с тем, что собирались сбивать сосульки с крыши. Они сели в автомобиль и перегнали его. Когда вышли из машины, то увидели, что подъехали сотрудники ДПС. Мужа начали тянуть в патрульный автомобиль, а она осталась на улице и видела, что сотрудник ДПС неоднократно выходил на улицу, кому-то звонил, называя фамилию мужа. Также ей было видно, что в салоне включали и выключали камеру. Потом сотрудник ДПС начал оформлять протокол. Когда мужу предложили пройти освидетельствование, то она предложила ему отказаться, так как видела, что оснований для освидетельствования не было. Зная специфику работы мужа, она подумала, что это может быть провокацией, так как когда подъехали сотрудники ДПС, муж автомобилем не управлял.(т.1 лд.49)

Проанализировав вышеизложенные доказательства, которые истцом в силу требований ст.56 ГПК РФ не опорочены, суд соответствии со ст.67 ГПК РФ оценивает их как относимые, допустимые и достоверные.

Допрошенные в судебном заседании 16.06.2017 г. (т.1 лд. 151-161) свидетели З.А.С. и К.А.Е. подтвердили суду, что в ночь с <дата> на <дата> они работали в экипаже на служебном автомобиле с бортовым номером <номер>. Двигаясь по маршруту патрулирования со стороны автовокзала в сторону микрорайона, около 24 часов ночи в районе <адрес> возле <адрес> их внимание привлек автомобиль, который выехал с одной стороны парковки и примерно через 10-15 метров резко заехал на другое парковочное место. Данное обстоятельство вызвало у них подозрение, потому когда автомобиль повернул на парковку, они включили проблесковые маячки. После того как они подъехали к автомобилю и З.А.С. начал выходить из служебного автомобиля, то они увидели, что из передней двери со стороны пассажира вышла девушка, после чего со стороны водителя начал выходить водитель. З.А.С. подошел к водителю и согласно п.2.1.1 ПДД потребовал предъявить документы: водительское удостоверение и свидетельство на транспортное средство. Водитель передал водительское удостоверение, но у него не оказалось с собой свидетельства на транспортное средство, в связи с чем, З.А.С. пригласил водителя пройти в служебный автомобиль для проверки данного автомобиля по базе на предмет угона. Данные водителя стали известны из его водительского удостоверения, им оказался ФИО1. У остановленного автомобиля не было никаких служебных опознавательных знаков, это был обычный гражданский автомобиль.

В служебном автомобиле Дюков сел на переднее пассажирское сиденье, а З.А.С. сел на заднее пассажирское сиденье, он проверил автомобиль по базе на предмет розыска; находясь в непосредственной близости от ФИО1, они почувствовали резкий запах алкоголя, исходящий от водителя. З.А.С. сказал ФИО1, что у него имеются признаки алкогольного опьянения, а именно, запах алкоголя изо рта и покраснение кожных покровов лица. ФИО1 не отрицал факт алкогольного опьянения, он достал свое служебное удостоверение и предложил решить вопрос по-другому, они отказались. После чего К.А.Е. сообщил в дежурную часть МО МВД России «Ленинск-Кузнецкий» о том, что задержали сотрудника полиции с признаками алкогольного опьянения. Поскольку были выявлены признаки алкогольного опьянения, З.А.С. отстранил ФИО1 от управления транспортным средством, затем он зачитал ему соответствующие статьи и предложил ФИО1 пройти мед.освидетельствование на предмет алкогольного опьянения по прибору, находящемуся в служебном автомобиле, на что Дюков сначала согласился. В тот момент, когда З.А.С. начал готовить прибор к прохождению мед.освидетельствования, в служебный автомобиль заглянула супруга ФИО1 и сказала ему, что не нужно проходить освидетельствование, после чего ФИО1 отказался от прохождения медосвидетельствования на месте. После чего ФИО1 было предложено проехать в мед.учреждение для прохождения мед. освидетельствования, на что он также отказался, свой отказ он ничем не мотивировал. Через некоторое время к патрульному автомобилю подъехал ответственный по ГИБДД – Д. и ответственный по МО МВД Ж., который сел в служебный автомобиль и разговаривал с ФИО1, потом Ж. сказал ФИО1, что ты знаешь, что за это будет.

После оформления документов ФИО1 в них расписался. Затем супруга ФИО1 принесла документы на автомобиль <данные изъяты>, из которых стало ясно, что задержанный автомобиль является служебным.

Оценивая показания свидетелей З.А.С. и К.А.Е. в соответствии с требованиями ст.67 ГПК РФ суд исходит из того, что в процессе разбирательства по делу судом не было установлено обстоятельств, позволяющих сомневаться в объективности и правдивости показаний кого-либо из указанных свидетелей; свидетели не заинтересованы в исходе дела, показания свидетелей согласуются между собой, с материалами служебной проверки и с видеозаписью, а потому у суда нет оснований не доверять показаниям данных свидетелей, и суд признает данные показания свидетелей относимыми, допустимыми и достоверными.

Из допрошенного в судебном заседании 07.06.2017 г. (т.1 лд.126-129) показаний свидетеля К.В.П. следует, что ФИО1 работал старшим оперуполномоченным и находился в его непосредственном подчинении с 2011 года, нареканий по работе к ФИО1 не было. ФИО1 участвовал в совместной проверке с налоговым органом налогоплательщика и зимой 2017 года данный налогоплательщик пытался решить вопрос об уменьшении в отношении него налоговых санкций. Считает, что в отношении ФИО1 была организована провокация и на самом деле он был трезв.

Оценивая показания свидетеля К.В.П. суд принимает во внимание тот факт, что в отношении данного свидетеля также была проведена служебная проверка по факту ненадлежащей организации морально-психологического обеспечения и проведения индивидуально-воспитательной работы, в том числе в отношении истца ФИО1 По результатам служебной проверки, утвержденной начальником ГУ МВД России по Кемеровской области <дата>, К.В.П. был объявлен выговор (т.1 лд.27-48), что дает основание суду принять в качестве заслуживающего внимание довод ответчика о том, что свидетель ФИО6 не может быть беспристрастным свидетелем по данному делу.

При этом, в ходе служебной проверки К.В.П. предоставил объяснение, из которого следует, что ФИО1 неоднократно предупреждался им о соблюдении транспортной дисциплины, с ним проводилась воспитательная работа, следовательно, ответственность за сложившуюся ситуацию лежит только на ФИО1 (т.1 л.д. 54-56)

Кроме того, в материалах служебной проверки отсутствуют какие-либо сведения о провокации в отношении ФИО1, при этом, ни ФИО1, ни К.В.П. ни о какой провокации не докладывали.

Более того, акт проверки в налоговой был составлен в феврале 2017 года, о чем подтвердил и сам истец в судебном заседании 07.06.2017, а проступок ФИО1 совершил <дата>, т.е. уже после составления акта.

В процессе судебного разбирательства истец в силу требований ст.56 ГПК РФ также не предоставил суду доказательств того, что в отношении него <дата> имела место быть провокация. При таких обстоятельствах, доводы истца о провокации носят предположительный характер и не могут быть приняты судом во внимание.

Принимая во внимание вышеизложенные обстоятельства, а также учитывая, что показания свидетеля К.В.П. не согласуются с другими установленными судом доказательствами, а потому суд не может признать в силу требований ст.67 ГПК РФ показания свидетеля К.В.П. как относимые, допустимые и достоверные.

Из показаний <данные изъяты> - свидетеля Ж.А.Г. в судебном заседании <дата>. (т.1 лд.191-196) следует, что <дата> в 00 час.50 мин. он, как ответственный дежурный, <дата> в 00 час.50 мин. прибыл на место остановки автомобиля. Он увидел сидящего в автомобиле ДПС <номер> ФИО1, на которого сотрудник ДПС составлял протокол. Он сел в автомобиль, общался с ФИО1, при этом признаков алкогольного опьянения у ФИО1 он не заметил.

Оценивая показания свидетеля Ж.А.Г. в соответствии с требованиями ст.67 ГПК РФ суд исходит из того, что в процессе разбирательства по делу судом не было установлено обстоятельств, позволяющих сомневаться в объективности и правдивости показаний свидетеля. Однако показания свидетеля Ж.А.Г. являются его субъективной оценкой состояния ФИО1, которую суд не может признать компетентным выводом. Кроме того, показания свидетеля Ж.А.Г. не относятся к обстоятельствам, имеющим юридическое значение при рассмотрении данного трудового спора. В связи с изложенным, суд не может признать показания свидетеля Ж.А.Г. по делу в качестве относимых, допустимых и достоверных доказательств.

Кроме того, в материалах дела имеется Постановление мирового судьи судебного участка № 5 Ленинск-Кузнецкого городского судебного района от 24.03.2017 года, которым ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КобАП РФ, назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 30000 руб. с лишением права управления ТС на срок 1 год 06 мес.

(т.2 лд. )

Решением Ленинск-Кузнецкого городского суда Кемеровской области от <дата> по жалобе ФИО1 постановление мирового судьи было отменено, производство по делу прекращено в связи с отсутствием состава административного правонарушения.(т.1 лд.11-13)

Постановлением председателя Кемеровского областного суда от 07.07.2017 года указанное решение Ленинск-Кузнецкого горсуда от <дата> отменено, жалоба ФИО1 направлена на новое рассмотрение. (т.1 лд. 201-203)

При новом рассмотрении решением Ленинск-Кузнецкого городского суда Кемеровской области от <дата> постановление мирового судьи судебного участка № 5 Ленинск-Кузнецкого городского судебного района Кемеровской области от <дата> о признании виновным и привлечении к административной ответственности ФИО1 по ч.1 ст.12.26 КобАП РФ оставлено без изменения, жалоба ФИО1. В. без удовлетворения. (т. 1 лд. 246-248)

Постановлением Кемеровского облсуда от 27.10.2017 г. Постановление мирового судьи от <дата> и решение Ленинск-Кузнецкого горсуда от <дата> оставлены без изменения (т.2 лд. )

В соответствии с частью 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Доводы представителя истца о том, что выводы служебной проверки о совершении истцом проступка являются преждевременными, поскольку на момент проведения служебной проверки и принятия по ней заключения Постановление мирового судьи от <дата> в связи с поданной ФИО1 жалобой не вступило в законную силу, а потому заключение судебной проверки и приказ об увольнении надлежит признать незаконными, - суд отвергает по следующим основаниям:

Причиной увольнения ФИО1 со службы послужил совершенный им проступок, порочащий честь сотрудника органов внутренних дел (в свободное от службы время управлял служебным автомобилем с признаками алкогольного опьянения - запах алкоголя изо рта, резкое изменение окраски кожных покровов лица, отказался пройти медицинское освидетельствование на предмет алкогольного опьянения, тем самым не выполнил законные требования сотрудников полиции), умаляющий авторитет сотрудника органов внутренних дел.

Данный проступок был подтвержден в ходе проведения служебной проверки.

Для решения вопроса о законности увольнения ФИО1 со службы в органах внутренних дел юридически значимым обстоятельством является установление совершения сотрудником органов внутренних дел действий, нарушающих профессионально-этические принципы, нравственные правила поведения, закрепленные положениями нормативных правовых актов, как при исполнении служебных обязанностей, так и вне служебной деятельности, подрывающих деловую репутацию и авторитет органов внутренних дел.

Указанные обстоятельства не являлись предметом рассмотрения по делу о привлечении ФИО1 к административной ответственности, где разрешался вопрос о наличии или отсутствии в его действиях состава административного правонарушения, за которое предусмотрена административная, а не дисциплинарная ответственность. Именно из этого исходит суд, устанавливая правоотношения сторон.

Вынесение заключения по служебной проверке <дата> и издание приказа об увольнении от <дата> до завершения процедуры обжалования постановления мирового судьи от <дата> и решений Ленинск-Кунецкого городского суда от <дата>.и от <дата>, не свидетельствует об отсутствии в действиях ФИО1 проступка, факт совершения которого установлен служебной проверкой, в связи с чем у ответчика имелись основания для увольнения ФИО1 по пункту 9 части 3 статьи 82 Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ.

Кроме того, ФИО1 уволен не в связи с совершением административного правонарушения, а в связи с совершением дисциплинарного проступка.

Более того, расторжение контракта и увольнение сотрудника по ст. п. 9 ч. 3 ст. 82 вышеупомянутого Федерального закона не предусматривает обязательное привлечение сотрудника к административной ответственности.

Данная правовая позиция отражена также в Определении Конституционного суда РФ от 03.07.2014 № 1486-О, в котором Конституционный суд РФ сделал вывод, что причиной увольнения сотрудника в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел, является проступок, умаляющий авторитет органов внутренних дел и противоречащий требованиям, предъявляемым к сотрудникам полиции, - независимо от того, предусмотрена ли за данное деяние административная либо уголовная ответственность.

Проверяя доводы истца ФИО1 об отсутствии в его действиях проступка, связанного с нарушением требований о постановке служебного автомобиля на место стоянки, судом установлено следующее.

В соответствии с требованиями п.п.10.1,20.2,20.4 приказа ГУ МВД России по О от 23.12.2016. № 766 «О закреплении транспортных средств», майор полиции ФИО1 обязан после рабочего дня поставить служебный автомобиль <данные изъяты>, который закреплен за ФИО1 данным приказом, на место хранения (парковки) по адресу: <адрес>, сдать путевой лист, поставить отметку о возвращении в журнале выхода-возвращения, сообщить диспетчеру автохозяйства ФКУ «ЦХиСО ГУ МВД России по КО» о постановке служебного автомобиля на место стоянки.(т.1 лд.82-85 –приказ). С указанным приказом ФИО1 был ознакомлен под роспись <дата> (лд. 86 т.1)

В соответствии с п.п. б» п.5 Дисциплинарного устава органов внутренних дел Российской Федерации, утв. Указом Президента РФ от 14.10.2012 года № 1377, сотрудник обязан выполнять приказы и распоряжения руководителей.

В материалах служебной проверки имеется повторное объяснение ФИО1, в котором он указывает, что <дата> на служебном автомобиле ездил в г. Кемерово, так как он находится в штате ГУ МВД России по Кемеровской области, в зону обслуживания межрайонного отдела входят г. Ленинск-Кузнецкий, Мариинск, Анжеро-Судженск, Юрга, Кемерово и прилегающие районы. В <адрес> он был в ФСБ и Главном управлении. Вернулся в г. Ленинск-Кузнецкий в 20 час. 00 мин. Постановка служебного автомобиля осуществляется на территории Межмуниципального отдела МВД России «Ленинск-Кузнецкий», о чём составлен рапорт. <дата> он поставил автомобиль на стоянке возле дома по <адрес>, так как с утра планировал ехать на техническое обслуживание, хотел произвести плановый ремонт двигателя.

Рапорт на выезд он не составлял, так как считал, что по территории оперативного обслуживания можно передвигаться без рапорта. Рапорт на выезд после 19 час. 00 мин. он также не составлял. О постановке служебного автомобиля вне территории Межмуниципального отдела МВД России «Ленинск-Кузнецкий» ФИО1 сотрудника АТХ не уведомил. О том, что служебный автомобиль <дата> находился вне стоянки Межмуниципального отдела МВД России «Ленинск-Кузнецкий», руководству ФИО1 также не сообщал.(т.1 лд. 57-58)

При проведении служебной проверки из докладных записок <данные изъяты> ОХ и СО Межмуниципального отдела МВД России «Ленинск-Кузнецкий» С.Е.С. было установлено, что автомобиль <данные изъяты> на территории Межмуниципального отдела МВД России «Ленинск-Кузнецкий» не ставился в течение 2017 года, в журнале выхода и возвращения автотранспорта водитель отметки не делал(т.1 лд.87, лд.88), указанные документы опровергают объяснение ФИО1 о постановке служебного автомобиля на территории Межмуниципального отдела.

Оценивая в совокупности представленные доказательства, суд считает, что при проведении служебной проверки ГУ МВД России по Кемеровской области были соблюдены все требования ст. 52 Федерального закона от 30.11.2011г. № 342-ФЗ и приказа МВД России от 26.03.2013 № 161.

Выводы, содержащиеся в заключение служебной проверки по факту, порочащего честь сотрудника органа внутренних дел отвечают критериям полноты и объективности.

В связи с указанным выводом, правовых оснований для признания незаконным заключения служебной проверки в отношении ФИО1 не имеется.

Таким образом, исследовав все обстоятельства дела, оценив представленные суду доказательства в их совокупности, в том числе, дав оценку материалам служебной проверки и установленным в ходе ее проведения фактам нарушения ФИО7 требований закона, предъявляемых к поведению сотрудника органов внутренних дел как в служебное, так и во внеслужебное время, суд пришел к выводу о наличии в действиях ФИО1 проступка, порочащего честь сотрудника внутренних дел, и, соответственно, о наличии у ответчика основания для привлечения истца к дисциплинарной ответственности в виде увольнения со службы по пункту 9 части 3 статьи 82 Федерального закона от 30.11.2011г. № 342-ФЗ.

При таких обстоятельствах, а также учитывая, что нарушений процедуры увольнения истца в ходе рассмотрения дела также не было установлено, суд пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 о признании незаконными заключения служебной проверки и приказа об увольнении из органов внутренних дел, восстановлении на службе в органах внутренних дел.

Поскольку требования о взыскании среднего заработка ( денежного довольствия) за все время вынужденного прогула и компенсации морального вреда являются производными от основного требования, то у суда также не имеется оснований для их удовлетворения.

В соответствии со ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основании своих требований и возражений.

Исходя из вышеизложенного, с учетом доказательств, представленных истцом и ответчиком, и согласным на окончание рассмотрения дела по имеющимся в деле доказательствам, суд пришел к выводу о том, что права истца действиями ответчика нарушены не были и отсутствуют основания для удовлетворения требований:

- о признании незаконным заключения служебной проверки от <дата> по факту совершения ФИО1 проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел;

- о признании незаконным приказа от <дата><номер>/лс начальника Главного Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Кемеровской области Л. об увольнении ФИО1 со службы в органах внутренних дел;

- о восстановлении ФИО1 на службе в органах внутренних дел Российской Федерации путем назначения на занимаемую ранее должность;

- о взыскании с Главного Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Кемеровской области в пользу ФИО1 среднего заработка за все время вынужденного прогула;

- взыскании с Главного Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Кемеровской области в пользу ФИО1 компенсации морального вреда в размере 5 000 рублей.

Руководствуясь ст.ст. 194 – 199, 321 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Отказать в удовлетворении исковых требований ФИО1 к Главному управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по Кемеровской области:

- о признании незаконным заключения служебной проверки;

- о признании незаконным приказа от <дата><номер>/лс об увольнении ФИО1 со службы в органах внутренних дел;

- о восстановлении ФИО1 на службе в органах внутренних дел Российской Федерации;

- о взыскании с Главного Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Кемеровской области в пользу ФИО1 среднего заработка ( денежного довольствия) за все время вынужденного прогула и компенсации морального вреда в размере 5 000 рублей.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Кемеровский областной суд через Ленинск – Кузнецкий городской суд Кемеровской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено «07» ноября 2017ода

Судья: подпись Л.А. Зеброва

Подлинник документа находится в материалах гражданского дела № 2-1148/2017 Ленинск-Кузнецкого городского суда Кемеровской области.