Решение № 2-3719/2018 2-3719/2018~М-3404/2018 М-3404/2018 от 17 сентября 2018 г. по делу № 2-3719/2018

Дело № 2-3719/2018


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

18 сентября 2018 года г.Уфа

Октябрьский районный суд г.Уфы Республики Башкортостан в составе председательствующего судьи Жучковой М.Д.,

при секретаре Галияновой Е.Л.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 , ФИО3 , ФИО4 о признании сделок недействительными,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 , ФИО3 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности ничтожной сделки.

В обоснование исковых требований указала, что является собственником 1/2 доли в праве общей долевой собственности на жилое помещение по адресу: <адрес>, на основании решения Октябрьского районного суда г.Уфы РБ от ДД.ММ.ГГГГ. ФИО2 являлся собственником 1/2 доли в праве общей долевой собственности на указанную квартиру на основании того же решения Октябрьского районного суда г.Уфы РБ от ДД.ММ.ГГГГ. Однако ФИО2 не обращался в регистрирующий орган с заявлением о регистрации за ним права на соответствующую долю на квартиру до ДД.ММ.ГГГГ, так как он является должником по исполнительным производствам перед несколькими взыскателями. На протяжении многих лет она обращалась к ответчику с просьбой продать по обоюдному согласия спорную квартиру либо продать ей свою долю, в связи с тем обстоятельством, что ФИО2 не осуществлял длительное время расходы по содержанию жилья. В начале <адрес> года ФИО2 позвонил ей и предложил выкупить его долю за 3 000 000 руб. Она ответила, что рыночная стоимость предлагаемой доли завышена, тем более у него перед ней имеется большая задолженность по алиментным обязательствам на содержание общего несовершеннолетнего ребенка. После неоднократных переговоров с ФИО2 и его представителем, ФИО2 сообщил ей, что подарит свою долю, чтобы она не могла стать собственником всей квартиры. В связи с изложенными обстоятельствами, она обратилась в МФЦ с заявлением о выдаче сведений по отчуждению доли ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ из выписки из Единого государственного реестра недвижимости об объекте недвижимости ей стало известно, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 зарегистрировал право собственности на 1/2 долю в праве общей долевой собственности на спорную квартиру и в тот же день заключил договор дарения с ФИО3 , которая является близким родственником ФИО2 ФИО3 фактически действуя в интересах ФИО2 , пытается совершить отчуждение 1/2 доли спорной квартиры. Фактически договор дарения не исполнялся сторонами. Полагает, что сделка дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенная между ФИО2 и ФИО3 , является мнимой, так как совершена для вида, с целью сокрытия имущества, в связи с наличием нескольких исполнительных производств в отношении ФИО2 Сделка дарения доли спорной квартиры была совершена без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, во избежание санкций в рамках исполнительного производства в отношении имущества, сохранения имущества от обращения на него взыскания. При этом действия ответчика ФИО2 по отчуждению единственного имеющегося у него имущества, за счет которого было бы возможно исполнить решение суда о взыскании алиментов, свидетельствуют о заведомо недобросовестном осуществлении гражданских прав, в связи с чем, квалифицируется, как злоупотребление правом.

Истец просит признать договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ 1/2 доли жилого помещения по адресу: <адрес>, заключенный между ФИО2 и ФИО3 ничтожным, применить последствия недействительности сделки в виде возврата 1/2 доли в названном жилом помещении в собственность ФИО2

Впоследствии истец уточнила исковые требования, указав дополнительно, что по исполнительному производству, возбужденному в отношении ФИО2 о взыскании в ее пользу по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ долг составляет 752 105,98 руб. По договору дарения от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 подарила ФИО4 ? долю в праве общей долевой собственности на спорную квартиру. Как усматривается из материалов дела договор дарения между ФИО3 и ФИО4 заключен в 2016 года, а документы на регистрацию права собственности за ФИО4 сданы ДД.ММ.ГГГГ. Доверенностью от ДД.ММ.ГГГГ от имени ФИО3 на имя ФИО2 , ФИО5 подтверждается факт того, что после заключения договора дарения в 2016 году, ФИО3 продолжала оставаться собственником спорной доли в квартире и передала полномочия по управлению и пользованию квартирой указанным гражданам. Кроме того, ФИО5 является родным сыном ФИО4 и зарегистрирован по одному адресу с ней. По договору жилого помещения от ДД.ММ.ГГГГ по доверенности от имени ФИО3 действует ФИО6 Согласно расписке от ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 , действующий от имени ФИО3 по доверенности получил от нее (ФИО1 ) денежные средства в размере 27 000 руб. по договору аренды квартиры от ДД.ММ.ГГГГ. Полагает, что фактически между ФИО3 и ФИО4 заключен договор купли-продажи доли спорной квартиры в ДД.ММ.ГГГГ года, по которому денежные средства были переданы ФИО2 Таким образом, во избежание соблюдения предложения о преимущественной покупке доли ей как собственнику ? доли спорной квартиры, ФИО2 произвел отчуждение своей доли путем совершения формальной сделки с ФИО3 Сделка дарения между ФИО2 и ФИО3 доли спорной квартиры была совершена без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, во избежание санкций в рамках исполнительного производства в отношении имущества, сохранения имущества от обращения на него взыскания. Действия ФИО2 по отчуждению единственного имеющегося у него имущества, за счет которого было бы возможно исполнить решение суда о взыскании алиментов, свидетельствуют о заведомо недобросовестном осуществлении гражданских прав, в связи с чем, квалифицируется как злоупотребление правом.

Истец просит признать договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ 1/2 доли жилого помещения по адресу: <адрес>, заключенный между ФИО2 и ФИО3 недействительным; признать договор дарения 1/2 доли жилого помещения по адресу: <адрес>, заключенный между ФИО3 и ФИО4 недействительным; применить последствия недействительности сделки в виде возврата 1/2 доли в названном жилом помещении в собственность ФИО2

В судебное заседание представитель истца ФИО1 – ФИО7 просила удовлетворить уточненные исковые требования по основаниям, изложенным в исковом заявлении и в уточнении к нему.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, представив в суд письменное заявление, просила рассмотреть дело в ее отсутствие.

Представитель ответчика ФИО3 – ФИО8 в судебном заседании просил отказать в удовлетворении иска по основаниям, изложенным в письменном отзыве на иск.

Представитель ответчика ФИО4 – ФИО9 в судебном заседании просил отказать в удовлетворении иска.

Ответчик ФИО2 , будучи надлежаще извещенный о дне, времени и месте рассмотрения дела, в соответствии со ст. 113 ГПК РФ, в судебное заседание не явился. Имеется письменный отзыв на иск. Через канцелярию суда представил ходатайство об отложении судебного заседания, указывая, что ему избрана мера пресечения в виде домашнего ареста, с местом содержания- <адрес> (по данному адресу извещался о настоящем заседании). В связи с чем не имеет возможности участвовать лично в заседании, но нужно время, чтобы нанять адвоката и изучить материалы дела. В то же время о дате заседания ДД.ММ.ГГГГ. ФИО2 был извещен по адресу: ДД.ММ.ГГГГ о чем свидетельствует его подпись в почтовом уведомлении, имел достаточно времени для подготовки. Ходатайство об отложении судебного заседания отклонено, доказательств уважительности причин неявки суду не представлено.

Ответчики ФИО3 , ФИО4, будучи надлежаще извещенными о дне, времени и месте рассмотрения дела, в соответствии со ст. 113 ГПК РФ, в судебное заседание не явились. Причину неявки не сообщили, об отложении разбирательства дела не просили. Воспользовались своим правом на участие в судебном заседании через представителей.

Суд в соответствии со ст. 167 ГПК РФ пришел к выводу о рассмотрении дела в отсутствие н е явившихся участников процесса.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Судом установлено, что на основании решения Октябрьского районного суда г.Уфы РБ от ДД.ММ.ГГГГ, вступившего в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, за истцом ФИО1 признано право собственности на ? долю в праве общей совместной собственности на квартиру № №.

Право собственности истца ФИО1 на указанную долю в спорном жилом помещении было зарегистрировано в установленном законом порядке.

На основании договора дарения, заключенного ДД.ММ.ГГГГ между ответчиком ФИО2 и ответчиком ФИО3 , ? доля в праве собственности в названном выше жилом помещении, принадлежащая истцу ФИО2 перешла в собственность ответчика ФИО3 Указанная сделка прошла государственную регистрацию, о чем имеется свидетельство о государственной регистрации права от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ ответчик ФИО4 зарегистрирована собственником ? в праве общей долевой собственности на жилого помещения по адресу: <адрес>, основанием для регистрации прав собственности за ФИО4 явился договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ.

Обращаясь в суд с настоящим иском, ФИО1 указала, что сделка дарения между ФИО2 и ФИО3 и последующая сделка дарения, совершенная между ФИО3 и ФИО4, доли спорной квартиры была совершена без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, во избежание санкций в рамках исполнительного производства в отношении имущества, сохранения имущества от обращения на него взыскания. Действия ФИО2 по отчуждению единственного имеющегося у него имущества, за счет которого было бы возможно исполнить решение суда о взыскании алиментов, свидетельствуют о заведомо недобросовестном осуществлении гражданских прав, в связи с чем, квалифицируется как злоупотребление правом.

Согласно ч.1 ст. 3 ГПК РФ, заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

Частью 3 статьи 17 Конституции РФ установлено, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

В соответствии со ст. 10 ГК РФ (в редакции, действовавшей на момент заключения оспариваемых сделок), не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах (п.1). В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права (п.2).

Как разъяснил Верховный Суд РФ в пункте 1 Постановления Пленума от ДД.ММ.ГГГГ № "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений Верховного Суда РФ, злоупотребление правом является поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в ст. 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

При этом под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права. Злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

По своей правовой природе злоупотребление правом является нарушением запрета, установленного в ст. 10 ГК РФ, в связи с чем злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (ст.ст. 10 и 168 ГК РФ).

В пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой ГК РФ» разъяснено, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

Согласно пункту 2 статьи 168 ГК РФ (в редакции, действовавшей на момент заключения оспариваемых договоров) сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом. Суд вправе применить такие последствия по собственной инициативе (п.2 ст. 166 ГК РФ).

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (п.2 ст. 167 ГК РФ).

Заинтересованность может признаваться не только за участниками сделки, но и за лицами, чьи права и законные интересы прямо нарушены оспариваемым договором.

Граждане и юридические лица свободны в заключении договора, а его условия определяются по усмотрению сторон (ст. ст. 421, 422 ГК РФ), однако, гражданско-правовая природа сделок подразумевает, что воля сторон должна быть направлена на фактическое, реальное возникновение, прекращение или изменение гражданских прав и обязанностей по данным сделкам, возникновение соответствующих им правовых последствий.

В обратном случае, сделка может быть признана недействительной, мнимой.

В соответствии с п.1 ст. 170 ГК РФ, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Исходя из смысла приведенной правовой нормы, мнимость сделки обусловлена тем, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Как следует из разъяснений, изложенных в п.86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Исходя из изложенного суд признает, что истец является лицом, заинтересованным в признании судом недействительными оспариваемых сделок, поскольку ее (истца) требования направлены на обеспечение восстановления имущественной правоспособности должника и обеспечение возможности соразмерного удовлетворения интересов истца как взыскателя в исполнительном производстве.

Как установлено судом в отношении ответчика ФИО2 01.10.2010г. возбуждено исполнительное производство № о взыскании с него алиментов в пользу ФИО1

Согласно постановлению о расчете задолженности по алиментам от ДД.ММ.ГГГГ за ФИО2 числится задолженность по алиментам за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 752 105,98 руб.

При изложенных обстоятельствах, в отсутствие доказательств фактического намерения ФИО3 приобрести право собственности на предмет сделки, а также интереса в использовании спорного имущества по назначению, исходя из характера и последовательности действий ответчиков, принимая во внимание, что стороны сделки являются близкими родственниками, при этом ФИО2 представлял интересы ФИО3 в судебных и административных органах, суд приходит к выводу, что оспариваемый договор заключен без намерения дарителя прекратить свое право собственности на предмет сделки, а заключен сторонами лишь для вида, с целью, направленной на сокрытие имущества должника и исключения обращения на него взыскания в рамках исполнительного производства.

Суд, руководствуясь нормами материального права о мнимости сделки, исходит из того, что ФИО2 , будучи осведомленным о взыскании с него в пользу истца суммы в размере 752 105,98 руб., произвел отчуждение принадлежащей ему ? доли спорного жилого помещения, тем самым избежав обращения взыскания на имущество. При этом суд принимает во внимание, что действия ФИО2 , подарившего принадлежащее ему на праве собственности имущество своей родственнице ФИО3 , при наличии неисполненных обязательств на крупную сумму по смыслу ст. 10 ГК РФ не являются разумными и добросовестными.

Что касается оформления необходимых документов и регистрации перехода права собственности, то указанные действия сами по себе не свидетельствуют о фактическом намерении сторон исполнить сделки. Формальность этих действий подтверждается также тем, что встречное исполнение по сделкам отсутствовало, несмотря на заключение сделок, фактический переход права собственности от ФИО2 к ФИО3 отсутствовал.

При этом доводы ответчиков о пропуске истцом срока исковой давности по заявленным требованиям являются необоснованными исходя из следующего.

ДД.ММ.ГГГГ вступили в силу поправки в подразделы 4 и 5 раздела 1 части первой Гражданского кодекса РФ (Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ № 100-ФЗ), затрагивающие, в том числе, порядок исчисления сроков исковой давности по требованиям о признании ничтожных сделок недействительными и применении последствий их недействительности (п.1 ст. 181 ГК РФ).

В соответствии с новой редакцией Закона № 100-ФЗ пункт 1 статьи 181 ГК РФ, срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (п.3 ст. 166 ГК РФ) составляет три года, который исчисляется со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, то есть одна из сторон приступила к фактическому исполнению, а другая – к принятию такого исполнения.

Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной по сделке, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной по сделке, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 101 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по смыслу пункта 1 статьи 181 ГК РФ, если ничтожная сделка не исполнялась, срок исковой давности по требованию о признании ее недействительной не течет.

Поскольку оспариваемый договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ. являлся мнимым и сторонами не исполнялся, срок для предъявления требований о признании его недействительным и для применения последствий его недействительности следует исчислять с даты, когда истец впервые узнал, что стороны договора приступили к фактическому исполнению договора.

Из объяснений ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ. (содержащихся в материале КУСП №) следует, что бывший муж не дает ей права проживать и распоряжаться спорной квартирой. Из объяснений ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ. следует, что её дядя ФИО2 подарил ей 1\2 долю квартиры, пояснив, что договор дарения формальный, т.е. заселением, выселением, распределением денег за аренду квартиры она не занимается, а распоряжается ФИО2

Оспаривая данные пояснения, представитель ФИО3 сослался на то, что такие пояснения ею были даны под давлением ФИО1 , которая угрожала привлечением к ответственности за сдачу квартиры в наем.

Данные доводы, а также ссылки на то, что постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, при вынесении которого были даны объяснения, отменено, идет новая проверка, суд во внимание не принимает, поскольку объяснения ФИО3 от 7.07.2017г. имеют самостоятельную доказательственную значимость вне зависимости от уголовно-правовой оценки действий участников конфликта от ДД.ММ.ГГГГ. Лживость данных объяснений никем из участников процесса не опровергнута.

Данные объяснения, помимо того, что подтверждают мнимость сделки дарения между ФИО2 и ФИО3 , также свидетельствуют о том, что на дату ДД.ММ.ГГГГ. никто из участников сделки к её фактическому исполнению не приступил.

Поскольку исполнение по сделке от ДД.ММ.ГГГГ не производилось, при этом о нарушении своих прав, о намерении ответчика распорядиться спорным жилым помещением истец узнала в мае 2018 года, суд приходит к выводу, что срок исковой давности по требованию о признании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ недействительным не истек.

В подтверждение мнимости сделки истец ссылается на типовой договор найма жилого помещения – <адрес>, составленный 2.10.2017г. между ФИО1 и ФИО10 и расписку от 7.02.2017г. о получении денежных средств по данному договоруТихомировым К.М. , действующим по доверенности от 10.11.2017г., по которой также уполномачивается и ФИО2 на заключение договора найма с правом получения денежных средств.

Вместе с тем, из содержания данных документов однозначно не усматривается, что квартирой распоряжается ФИО2

В то же время доводы ответчиков, в том числе изложенные в отзыве ФИО2 , что доля была подарена на свадьбу племянницы, какими-либо доказательствами (например, объяснениями супруга ФИО3 . обстоятельствами совместного пользования супругами данной долей), не подтверждены.

Анализируя ссылку представителя ФИО4 на квитанции об оплате последней квартплаты за спорную квартиру, суд обращает внимание на то, что данные оплаты начались не с момента заключения договора дарения, а с момента его регистрации, когда фактически возник спор между ФИО1 и ФИО2 . Данный факт подтверждает, что оплаты носят формальный характер, с целью создать видимость распоряжения и пользования спорным имуществом новым собственником. В то же время довод ответчиков о причинах дарения дорогостоящего имущества между посторонними людьми (факт спасения жизни ФИО3 действиями ФИО4) представляется надуманным, так как какими-либо доказательствами не подтвержден.

Исходя из изложенного суд приходит к выводу о признании недействительными договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ 1/2 доли жилого помещения по адресу: <адрес>, заключенного между ФИО2 и ФИО3 , а также последующей сделки, заключенной ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и ФИО4

Поскольку оспариваемые сделки являются ничтожными, суд полагает возможным применить последствия их недействительности путем возврата ФИО2 1\2 доли в праве собственности на спорное недвижимое имущество.

Руководствуясь ст.ст. 12, 56, 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к ФИО2 , ФИО3 , ФИО4 о признании сделок недействительными удовлетворить.

Признать недействительным договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ 1/2 доли жилого помещения по адресу: <адрес>, заключенный между ФИО2 и ФИО3 .

Признать недействительным договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ 1/2 доли жилого помещения по адресу: <адрес>, заключенный между ФИО3 и ФИО4.

Применить последствия недействительности (ничтожности) сделок в виде возврата 1/2 доли в жилом помещении по адресу: <адрес>, в собственность ФИО2

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Башкортостан путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд <адрес> Республики Башкортостан в течение месяца с момента составления решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме составлено 24 сентября 2018г.

Судья М.Д. Жучкова