Решение № 2-126/2025 2-126/2025(2-2006/2024;)~М-852/2024 2-2006/2024 М-852/2024 от 4 февраля 2025 г. по делу № 2-126/2025

Дело №2-126/2025

УИД 32RS0001-01-2024-001367-26


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

5 февраля 2025 г. г. Брянск

Бежицкий районный суд г.Брянска в составе

председательствующего судьи Козловой С.В.,

при секретаре Рухмаковой В.О.,

с участием представителя истца ФИО1,

представителя ответчиков и третьего лица ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО4, ФИО5 о признании договора дарения доли в праве общей долевой собственности на жилой дом и применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратилась в суд с иском к ФИО4, ФИО5, Г.., ссылаясь на то, что ДД.ММ.ГГГГ умер Т.. После его смерти открылось наследство в виде 16/100 долей в праве общей долевой собственности на жилой дом по адресу: <адрес> которое принял его <данные изъяты> - ответчик ФИО5

В ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 предложил ей как сособственнику указанного жилого дома приобрести его долю. Предлагал оформить договор дарения во избежание уплаты налога.

Как следует из иска, сделка не состоялась по причине несогласия истца с предложенными условиями.

В этой связи доля в доме продана им иному лицу - ДД.ММ.ГГГГ Г.., действовавшим на основании доверенности в интересах ФИО5 (даритель) и ФИО4 (одаряемый) заключен договор дарения 16/100 долей спорного жилого дома.

Об указанном договоре истцу стало известно в ДД.ММ.ГГГГ в связи с рассмотрением Бежицким районным судом г. Брянска гражданского дела по иску М.

Истецуказала, что имеет преимущественное право покупки, отчуждение ответчиком принадлежащих ему долей жилого дома другому лицу по договору купли-продажи под видом договора дарения нарушает ее права.

Ссылаясь на изложенное, истец просила суд признать договор дарения 16/100 долей жилого дома по адресу: <адрес>, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО4 и Г.., ничтожным, применить последствия недействительности ничтожной сделки в соответствии со ст.ст. 167, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Определением суда от 05.02.2025 производство по делу в части требований к ФИО6 прекращено ввиду его смерти (согласно выписке из актовой записи о смерти <данные изъяты>

Истец ФИО3, ответчики ФИО4, ФИО5 в судебное заседание не явились, извещались надлежаще.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 исковые требования поддержала,просила их удовлетворить.

Ответчик ФИО5 в письменных возражениях указал, что с истицей он встречался только один раз, когда приезжал из Словакиидля принятия наследства после смерти отца. При их встрече <данные изъяты> Щ.заявлял об отсутствии заинтересованности в приобретении доли отца в доме, в том числе и на безвозмездной основе. Вариант продажи не рассматривал, поскольку отец еще при жизни выражал желание о передаче доли ФИО4, который оказывал ему помощь вместе с ФИО6, ухаживал за ним в его отсутствие.<данные изъяты> рассказывал, что истица и ее отец, с которыми он жил по-соседству, делали его жизнь невыносимой, негативно относились к нему, применяли физическую силу, между ними имелись многочисленные судебные тяжбы. Позднее состоялся телефонный разговор с отцом истицы, который просил продать ему долю отца, на что с учетом характера его отношений с отцом последовал отказ. Через неделю Г.Юсообщил, что отцом истца заменен замок на двери во двор, из-за чегопришлось вызывать полицию. Этот случай лишь укрепил убеждение в передаче части дома ФИО4 В возражениях выразил убежденность в том, что истица и ее отец не имеют ни морального, ни юридического права на долю дома его отца. Доля дома <данные изъяты> им безвозмездно передана в собственность ФИО7

Ответчик ФИО4 в ходе судебного разбирательства пояснял, что <данные изъяты> ФИО5 находился в конфликтных отношениях с соседом по дому - <данные изъяты> истицы, который его постоянно терроризировал, отключал ему водоснабжение. Онжепроживал в соседнем доме, всегда помогал Т. по хозяйству, приносил воду, косил траву во дворе. После смерти Т. его <данные изъяты> подарил ему долю <данные изъяты> в доме за хорошее отношение к <данные изъяты>. Денег с него за долю не просил.После заключения договора дарения самостоятельно оплатил налог.

Представитель ответчиков ФИО5, ФИО4, третьего лица ФИО8 - ФИО2 исковые требования не признала. Указала, что ФИО5 на протяжении длительного периода времени проживает за границей, знаком с В.Г.ВБ. с детства, тот проживал по-соседству с <данные изъяты>, являлся его близким другом. По просьбе ответчика ФИО4 ухаживал за его отцом, помогал по хозяйству. Т. не давалистцу обещаний продать свою долю в доме ввиду крайне конфликтных отношений. В отношении <данные изъяты> со стороны семьи истца имелись случаи издевательств, негативного отношения. Договор дарения с ФИО4 Г. заключал по доверенности. Сделка совершена добровольно и безвоздмезно в благодарность за заботу об отце. Налог в размере 13% при оформлении договора дарения оплачивал ФИО4

Третьи лица ФИО8, ФИО10 (сособственники жилого дома), нотариус Брянского нотариального округа ФИО11, представитель Управления Росреестра по Брянской области в судебное заседание не явились, извещены надлежаще.

Третье лицо ФИО8 ранее в судебном заседании пояснила, что проживает в <адрес> спорного дома. При общении с <данные изъяты> ответчика Т. тот постоянно ей жаловался на своих соседей М.. С ФИО4 у Т. были хорошие, дружеские отношения. ФИО4 ему помогал, обеспечивал водой. После смерти Т. Г. интересовался у нее, не желает ли она приобрести долю умершего, но она отказалась. Разговора о покупке ФИО4 доли между ними небыло.

Представитель третьего лица Управления Росреестра по Брянской области в отзыве на искразрешение заявленных требований полагал на усмотрение суда.

Третье лицо нотариус Брянского нотариального округа ФИО11 письменно ходатайствовала о рассмотрении дела без ее участия.

С учетом мнения представителей сторон, положений ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела, суд исходит из следующего.

В соответствии п.1 ст.166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В силу п.3 ст.166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

В исковом заявлении такого лица должно быть указано право (законный интерес), защита которого будет обеспечена в результате возврата каждой из сторон всего полученного по сделке (п.78 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерацииот 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Обратившись в суд, истец указала на нарушение ее права преимущественной покупки доли в праве общей долевой собственности на жилой дом заключением сторонами договора дарения доли.

В соответствии со ст. 250 ГК РФ истец отнесена к числу лиц, наделенных таким правом, а потому наделена и правом оспаривания договора дарения доли в праве на жилой дом, собственником которого она также является.

Как установлено судом, согласно актуальным сведениям Единого государственного реестра недвижимости жилой дом с кадастровым номером № общей площадью 210,8 кв.м. по адресу: <адрес>, принадлежит на праве общей долевой собственности ФИО4 - 16/100 долей, ФИО8 - 17/100 долей, Ф. - 7/20 долей, ФИО3 (ранее -ФИО12) - 3/20 доли.

Доля, принадлежащая ФИО4, ранее являлась собственностью Т., умершего ДД.ММ.ГГГГ.

После смерти Т. наследство в виде 16/100 долей в праве на дом принял его <данные изъяты> ФИО5, проживающий за пределами Российской Федерации, что не оспаривалось сторонами.

Далее ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 подарил долю ФИО4, о чем свидетельствует заключенный от его имени Г. договор дарения, удостоверенный нотариусом Брянского нотариального округа Брянской области ФИО11 По условиям договора Г.., действующий по доверенности от имени ФИО5(даритель) безвозмездно передал в дар В.. (одаряемый) 16/100 долей в праве общей долевой собственности на спорный жилой дом.

В отсутствие каких-либо ограничений договор дарения зарегистрирован в установленном законом порядкеДД.ММ.ГГГГ, до настоящего времени ФИО4 является собственником на 16/100 доли вышеуказанного жилого дома.

Обратившись в суд, истец указала на притворность указанного договора дарения, совершенного с целью прикрытия фактически совершенного договора купли-продажи в обход преимущественного права истца как сособственника на покупку доли.

В подтверждение своей позиции стороной истца в качестве доказательств заявлено о принятии показаний свидетелей Г., Щ., М.

Свидетель Г. пояснил, что хорошо знаком со сторонами. Одну часть дома занимает семья истца, другую часть дома занималТ., который умер. Ему известно, что сын умершего ФИО5 проживает за границей. Они с М. обсуждали предложение Г. перечислить деньги за часть дома на счет ФИО5 без оформления договора дарения. Речь шла о перечислении <данные изъяты> в валюте на счет ФИО5 Про оформление договора дарения ему ничего неизвестно. Умерший Т. жил в доме один, сам ходил в магазин, по хозяйству ему никто не помогал.

СвидетельЩ. пояснил, что истец приходится ему супругой. Ему известно, что к ним в дом приходил Г. с риэлтором, они с тестем обсуждали цену доли Т. Г. предложил оформить сделку договором дарения во избежание уплаты налога. Сначала сошлись на цене <данные изъяты>, затем просили <данные изъяты>, а затем назвали еще большую цену. Деньги просили перевести в валюте на счет ФИО5, который находился за границей. От его имени действовал Г. по доверенности. Этой сделкой занимался его тесть М., он вел переговоры с Г. Лично ему предложение по покупке доли дома наследник ФИО5 не делал.

СвидетельМ. пояснил, что истец является его дочерью. Т. был его соседом, проживал во второй части дома. После смерти Т. его <данные изъяты> ФИО5 пришел к нему домой с ФИО6 и предложил выкупить долю <данные изъяты>. Он дал свое согласие на сделку, так как имел преимущественное право покупки. Они договорились о цене в сумме <данные изъяты> Затем наследник увеличил цену до <данные изъяты> ФИО5 предложил ему оформить сделку по договору дарения, он согласился и на это предложение. Когда ФИО5 уехал за границу, Г. предложил ему перевести на счет ответчика <данные изъяты> в валюте с учетом оплаты налога, а уже потом заключить договор дарения. С данной суммой он согласился, но деньги перечислять отказался, поскольку боялся, что деньги уйдут на финансирование <данные изъяты>. Как-то к нему пришел Г. и сказал, что у него от ФИО5 есть доверенность, и он хочет попасть в дом. Он засомневался и не открыл ему калитку. Тогда Г. вызвал полицию и ему пришлось отдать ключ от калитки.

В опровержение позиции истца стороной ответчиков заявлено о принятии показаний свидетелей.

Так, свидетель В. в ходе судебного разбирательства пояснила, что является <данные изъяты> ответчика ФИО7 Т. она знала с ДД.ММ.ГГГГ года, он был ее соседом. <данные изъяты> Т. - ФИО5 за два года до смерти отца выехал из России на постоянное место жительства в <данные изъяты>. <данные изъяты> между собой общались по телефону. С соседями МА. Т. до своей смерти находился в конфликтных отношениях. ДД.ММ.ГГГГ году его <данные изъяты> предложил <данные изъяты> долю в доме. Денег за долю не просил, поскольку <данные изъяты> хорошо к нему относился - супруг помогал Т. по хозяйству. В ДД.ММ.ГГГГ года между ФИО5 и ее <данные изъяты> заключен договор дарения. Намерений продавать данную долю дома уФИО5 не было, деньги за долю ему не выплачивали. В настоящее время они с супругом делают в доме ремонт.

Свидетель С. суду пояснил, что является соседом ФИО4, хорошо его знает. Умершего Т. знал около 50 лет. Ему известно, что Т. хорошо отзывался о ФИО4, поскольку последний ему помогал по хозяйству. Умершего Г.. он также знал, тот у Т. был учеником на заводе. Отношения с соседями М. у умершего были конфликтным, они его «терроризировали». О заключении договора дарения ему ничего не известно. Г. при жизни ему говорил, что боится соседей М., что однажды хотел попасть в дом, но соседи его не впустили, вызывал полицию.

Свидетель М. суду пояснил, что живет по <адрес> с ДД.ММ.ГГГГ года. С истицей не знаком, ответчика ФИО7 знает хорошо. Ему известно, что сын умершего Т. - ФИО5 проживает за границей. Он подарил свою часть дома, в которой жил его <данные изъяты>, ФИО7, помогавшему <данные изъяты> отцу при жизни.

По ходатайству стороны истца судом истребовалась информация о переводах денежных средств ФИО4 на счет ФИО5 Представленные по запросу суда сведения из банковских организаций о движении денежных средств не подтвердили наличие таких переводовв период заключения ими договора дарения.

Из информации нотариуса Брянского нотариального округа Брянской области ФИО11 следует,что ДД.ММ.ГГГГ ею удостоверен договор дарения 16/100 долей спорного жилого дома, заключенный между ФИО5(даритель) в лице Г. и ФИО4(одаряемый). В процессе подготовки и совершения сделки ею установлено волеизъявление сторон, разъяснены условия и последствия сделки. Сторонам в п. 12 договора разъяснено, что мнимая сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, а также притворная сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях - недействительны. Стороны заверили нотариуса, что предмет и условия указанного договора не имеют цели обхода закона или вскрытия их истинных намерений, а также не являются злоупотреблением ими права. Стороны также заверили нотариуса о намерении совершить дарение по указанному договору и о том, что их действительная воля направлена на безвозмездную передачу дара. Представление встречных обязательств нотариусом не выявлено.

Оценивая приведенные обстоятельства, суд исходит из следующего.

В соответствии с п.п.1,2 ст.209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В соответствии с п.2 ст.218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственник, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Истец указала, что заключив мнимый договор дарения доли в праве собственности на дом, ответчики фактически заключили договор купли-продажи.

По договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену) (ст.454 ГК РФ).

Согласно п.1 ст.572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу, либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.При наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такому договору применяются правила, предусмотренные п.2 ст.170 кодекса.

В свою очередь в соответствии с п.1 ст.170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в п.86 Постановления от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (п.1 ст.170 ГК РФ). Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании п.1 ст.170 ГК РФ.

Исходя из смысла приведенной нормы материального права, мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения. Поэтому, обращаясь в суд с иском о признании сделки ничтожной по основаниям, предусмотренным п.1 ст.170 ГК РФ, истец должен доказать, что при ее совершении стороны не только не намеревались ее исполнять, но и то, что оспариваемая сделка действительно была не исполнена. Сделки, которые являются мнимыми, совершаются лишь для того, чтобы создать ложное представление об их заключении у третьих лиц, тогда как в действительности стороны не намерены ничего изменять в своем правовом положении. При доказывании в суде мнимости спорной сделки истцу необходимо доказать, что при совершении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки. При этом из определения мнимой сделки, данного в ст.170 ГК РФ, следует, что в результате ее заключения не происходит никакой фактической передачи имущества, прав или обязанностей, а сделка совершается лишь для вида.

Таким образом, для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида.

В п.2 ст.170 ГК РФ указано, что притворная сделка, это есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила.

Как следует из разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», изложенных в п.87, в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила. Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным Гражданским кодеком Российской Федерации или специальными законами.

По смыслу действующего законодательства для признания сделки недействительной по мотиву ее притворности необходимо установить, что воля обеих сторон была направлена на совершение сделки, отличной от заключенной, выяснить фактические отношения между сторонами, а также намерения каждой стороны.

При этом по общему правилу в соответствии с п.5 ст.10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Суд полагает, что в рассматриваемой ситуации доказательств, с достоверностью подтверждающих, что договор дарения был совершен лишь для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия, истцом, исходя из бремени доказывания, не представлено.

Напротив, по форме и содержанию договор соответствует положениям ст.ст.572,574 ГК РФ, сторонами согласованы все существенные условия договора, четко выражены его предмет и воля сторон, договор не содержит встречного исполнения. Содержащихся в ст.575 ГК РФ обстоятельств, при наличии которых дарение запрещается, и предусмотренных ст. 576 ГК РФ ограничений дарения при разрешении спора не установлено.

Сделка исполнена, осуществлена государственная регистрация перехода права. Ответчик ФИО4 несет бремя расходов за переданное ему в дар имущество.

Доводы истца о предложении ответчика ФИО5 ей как собственнику приобрести его долю в доме прямыми бесспорными доказательствами не подтверждены. Пояснения свидетелей стороны истца к числу таковых отнесены быть не могут. Правового значения ее доводы в указанной части для разрешения спора не имеют.

Ввиду изложенного, требования истца к ответчикам ФИО4, ФИО5, ФИО6 о признании договора дарения доли в праве общей долевой собственности на жилой дом и применении последствий недействительности сделки суд полагает не подлежащими удовлетворению.

Руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО3 к ФИО4, ФИО5 о признании договора дарения доли в праве общей долевой собственности на жилой дом и применении последствий недействительности сделки - оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Брянский областной суд через Бежицкий районный суд г.Брянска в месячный срок со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий, судья С.В. Козлова

В окончательной форме решение суда изготовлено 12.02.2025.

Председательствующий, судья С.В. Козлова