Апелляционное определение № 33-1675/2026 от 24 февраля 2026 г.

Судья Говорова А.Н.

УИД 38RS0031-01-2025-005166-97

Судья-докладчик Дмитриева Е.М.

№ 33-1675/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

25 февраля 2026 года г. Иркутск

Судебная коллегия по гражданским делам Иркутского областного суда в составе:

судьи-председательствующего Дмитриевой Е.М.,

судей Рябченко Е.А., Седых Д.А.,

при секретаре Николушенко В.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-4453/2025 по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами, судебных расходов,

по апелляционной жалобе представителя истца ФИО1 – ФИО3

на решение Иркутского районного суда Иркутской области от 25 ноября 2025 г.,

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2, в котором просил взыскать с ответчика в пользу истца неосновательное обогащение в размере 100 000 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 30.05.2023 по 10.06.2025 в размере 33 641 руб. 12 коп. и за период с 11.06.2025 по день фактической уплаты долга из расчета от суммы долга (100 000 руб.) по банковской ставке рефинансирования за каждый день пользования денежными средствами, а также просил взыскать судебные расходы по уплате государственной пошлины.

В обоснование заявленных требований ФИО1 указал, что 29.05.2023 перечислил ФИО2 (счет Номер изъят в Байкальском банке ПАО Сбербанк) денежные средства в размере 100 000 руб. по устной договоренности между ее супругом ФИО4 и истцом, для покрытия затрат, связанных с приобретением ООО «Спец» (генеральным директором и учредителем которого является ФИО4) разъездного судна «СВАМИ», приобретенного у ФИО5 Денежные средства предоставлялись на условиях возврата. Перечисление денежных средств на имя ФИО2 обусловлено тем, что счета ФИО4 были заблокированы в рамках арбитражного дела о его банкротстве; расчетный счет ООО «Спец» также заблокирован.

Поскольку денежные средства ФИО2 не возвращены, истец просил взыскать неосновательное обогащение в судебном порядке.

Судом к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика привлечены ООО «Спец», ФИО5, ФИО4

Решением Иркутского районного суда Иркутской области от 25.11.2025 в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами, судебных расходов отказано в полном объеме.

В апелляционной жалобе представитель истца ФИО1 – ФИО3 просит отменить решение суда, исковые требования удовлетворить.

В обоснование доводов апелляционной жалобы указано, что суд первой инстанции не проверил, куда и на какие цели ответчиком направлялись полученные денежные средства от истца.

Указывает, что доказательств затопления судна по вине ООО «Спец», его генерального директора ФИО4, ответчиком ФИО2 не представлены, в связи с чем полагает, что необходимость или обязанность несения ими расходов на ликвидацию последствий затопления судна не доказана. Выражает несогласие с выводом суда об отсутствии доказательств неосновательного обогащения.

Письменных возражений на апелляционную жалобу не поступило.

Судебная коллегия в порядке ст. 167 ГПК РФ считает возможным рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие не явившихся участников процесса.

Заслушав доклад судьи Иркутского областного суда Дмитриевой Е.М., объяснения представителя истца ФИО1 ФИО3, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом апелляционной инстанции и следует из материалов дела, 29.05.2023 Ф перечислил ФИО2 денежные средства в размере 100 000 руб.

Из пояснений истца следует, что ФИО5 продал ООО «Спец» (генеральным директором и учредителем которого является ФИО4) судно «СВАМИ». Ф по поручению ФИО5 перечислил ФИО2 денежные средства по устной договоренностью с ФИО4 (отцом ФИО2) с условием их возврата; денежные средства предоставлены для покрытия затрат, связанных с приобретением ООО «Спец» судна «СВАМИ» (для подъема судна после его частичного затопления весной 2023 года – буксировку судна, откачку воды, ликвидацию последствий затопления). Денежные средства израсходованы в соответствии с указанной целью - судно «СВАМИ» поднято, отбуксировано к месту стоянки. После решением суда договор купли-продажи судна «СВАМИ» расторгнут, с ФИО5 в пользу ООО «Спец» взысканы уплаченные за судно денежные средства. Ф перечислил денежные средства ФИО2, которая производила расчеты за поднятие судна, поскольку счета ФИО4 и ООО «Спец» были заблокированы по судебным актам арбитражного суда.

Данные пояснения подтверждаются судебным приказом Арбитражного суда Иркутской области от 10.02.2023 по делу №А19-2397/2023 (о взыскании денежных средств с ООО «Спец»), определениями Арбитражного суда Иркутской области от 18.01.2022 и от 30.05.2023 по делу №А19-247/2022 (о банкротстве ФИО4), вступившим в законную силу 08.10.2025 решением Иркутского районного суда Иркутской области от 04.06.2025 по гражданскому делу №2-2244/2025 (об удовлетворении иска ООО «Спец» к ФИО5 о расторжении договора купли-продажи судна «СВАМИ» и возврате уплаченных за судно денежных средств, об отказе в удовлетворении встречного иска ФИО5 к ООО «Спец» о взыскании долга по оплате за судно).

В решении суда по делу №2-2244/2025 указано, что по поручению ФИО5 на счет дочери директора ООО «Спец» ФИО4 - ФИО2 переведены денежные средства третьими лицами в общей сумме 250 000 руб. (платежами по 100 000 руб. и 150 000 руб.) для решения вопроса по судну. Судно в настоящее время находится на стоянке, имеется задолженность по оплате услуг за предоставление стоянки. Затопление судна, по мнению ФИО5, произошло по вине ООО «Спец».

Разрешая заявленные исковые требования, суд первой инстанции исходил из отсутствия доказательств того, что ФИО1, перечисляя денежные средства, ставил ФИО2 в известность о том, что у нее возникает обязанность возвратить полученные денежные суммы, при этом Ф, перечисляя денежные средства, не мог не знать, что денежные средства перечисляются им на карту именно ФИО2 Суд первой инстанции отметил, что перечисление денежных средств было осуществлено истцом ответчику во исполнение несуществующего между ними обязательства, при этом истец знал о том, что у него отсутствуют какие-либо основания для перечисления ответчику денежных средств, при этом денежные средства истцом перечислены добровольно, по просьбе третьего лица – ФИО5, а не по просьбе ФИО2 или ФИО4 Принимая во внимание, что денежные средства ФИО2 фактически получены в рамках договорных отношений, существовавших между ООО «Спец» и ФИО5, что в рамках судебного разбирательства подтверждали истец, ответчик и третьи лица, договоренности относительно спорной суммы имелись именно между ФИО5, по поручению которого действовал Ф, и третьим лицом ООО «Спец» в лице ФИО4, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных требований.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на нормах материального права, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, подтверждены письменными доказательствами и не вызывают у судебной коллегии сомнений в их законности и обоснованности.

Согласно п. 1 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 этого кодекса.

В силу ст. 1103 ГК РФ положения о неосновательном обогащении подлежат применению к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством.

Как разъяснил Верховный Суд РФ в п. 2 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2025), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 25.04.2025, положения статьи 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации о неосновательном обогащении подлежат применению к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством постольку, поскольку нормами о соответствующем виде договора не предусмотрено иное.

Не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности (п. 4 ст. 1109 ГК РФ).

Из приведенных правовых норм следует, что по делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком, а на ответчика - обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату.

В пункте 7 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17.07.2019, сформулирована правовая позиция, согласно которой по делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком, а на ответчика - обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату.

Согласно правовой позиции, сформулированной в пункте 16 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020, приобретенное либо сбереженное за счет другого лица без каких-либо на то оснований имущество является неосновательным обогащением и подлежит возврату, в том числе когда такое обогащение является результатом поведения самого потерпевшего. При этом в целях определения лица, с которого подлежит взысканию неосновательное обогащение, необходимо установить не только сам факт приобретения или сбережения таким лицом имущества без установленных законом оснований, но и то, что именно ответчик является неосновательно обогатившимся за счет истца и при этом отсутствуют обстоятельства, исключающие возможность взыскания с него неосновательного обогащения.

В соответствии с особенностью предмета доказывания по делам о взыскании неосновательного обогащения на истце лежит обязанность доказать, что на стороне ответчика имеется неосновательное обогащение, обогащение произошло за счет истца и правовые основания для такого обогащения отсутствуют. В свою очередь, ответчик должен доказать отсутствие на его стороне неосновательного обогащения за счет истца, наличие правовых оснований для такого обогащения либо наличие обстоятельств, исключающих взыскание неосновательного обогащения, предусмотренных ст. 1109 ГК РФ.

Для установления факта неосновательного обогащения необходимо отсутствие у ответчика оснований (юридических фактов), дающих ему право на получение денежных средств, а значимыми для дела являются обстоятельства: в связи с чем и на каком основании истец вносил денежные средства на счета ответчика, в счет какого обязательства перед ответчиком.

Как следует из материалов дела, доказательства заключения договора займа, иного договора, предполагающего возврат денежных средств, между ФИО1 и С, ФИО4 или ФИО5, суду первой инстанции не представлены, равно как и доказательства того, что истец при перечислении денежных средств ставил ответчика в известность о наличии у нее обязательств по возврату таковых, при этом Ф при перечислении денежных средств обладал информацией о реквизитах банковской карты ФИО2 и знал об отсутствии каких-либо обязательств перед ответчиком. Денежные средства истцом перечислены добровольно, по просьбе третьего лица – ФИО5, а не по просьбе ФИО2 или ФИО4

Таким образом, суд первой инстанции правомерно указал, что денежные средства ФИО2 фактически получены в рамках договорных отношений, существовавших между ООО «Спец» и ФИО5, что в рамках судебного разбирательства подтверждали истец, ответчик и третьи лица. Договоренности относительно спорной суммы имелись именно между ФИО5, по поручению которого действовал Ф, и третьим лицом ООО «Спец» в лице ФИО4, а предоставление ООО «Спец» в лице ФИО4 номера телефона, принадлежащего ФИО2, для осуществления перевода является способом исполнения согласованной с ФИО5 договоренности в связи с имеющимися ограничениями в отношении банковских счетов ФИО4, ООО «Спец».

При этом, как следует из материалов дела, стороны подтвердили и не оспаривали факты поступления денежных средств в размере 100 000 руб. на счет ФИО2 от ФИО1, целевое предоставление и расходование указанных денежных средств (на ликвидацию последствий затопления судна), расторжение договора купли-продажи судна.

Следовательно, ФИО2 не оставила полученные от ФИО1 денежные средства, а израсходовала их по назначению (судно поднято и отбуксировано к месту стоянки).

При таких обстоятельствах выводы суда первой инстанции о отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных исковых требований являются правомерными.

Доводы апелляционной жалобы не являются основанием для отмены обжалуемого судебного постановления, поскольку сводятся к несогласию с выводами суда, их переоценке, не содержат ссылок на наличие оснований для отмены решения суда, предусмотренных ст. 330 ГПК РФ, вследствие чего не могут быть приняты во внимание.

Нарушений норм материального и процессуального права, повлекших вынесение незаконного решения, судом не допущено, в связи с чем решение суда, проверенное в силу ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы, является законным, обоснованным и отмене не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Октябрьского районного суда г. Иркутска от 26 декабря 2024 г. по данному гражданскому делу оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Судья-председательствующий Е.М. Дмитриева

Судьи Е.А. Рябченко

Д.А. Седых

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 10.03.2026.