Решение № 2-1140/2025 2-1140/2025~М-859/2025 М-859/2025 от 27 августа 2025 г. по делу № 2-1140/2025

УИД: 66RS0011-01-2025-001200-36

№ 2-1140/2025


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Каменск-Уральский 14 августа 2025 года

Красногорский районный суд г. Каменска-Уральского Свердловской области в составе:

председательствующего судьи Безукладниковой М. И.,

при секретаре Ивакиной О. В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску

ФИО1

к

ФИО2

о признании договора дарения недействительным,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в Красногорский районный суд г. Каменска-Уральского с исковым заявлением к ФИО2 о признании договора дарения недействительным.

В исковом заявлении истец просит:

- признать договор дарения, заключенный 4 июня 2024 года между ФИО1 и ФИО2, недействительной сделкой

- исключить из Единого государственного реестра недвижимости реестровую запись № от 7 июня 2024 года, выполненную в отношении ФИО2.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, просила о рассмотрении дела в ее отсутствие.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явилась, представила суду заявление о проведении судебного заседания в ее отсутствие.

Исследовав представленные доказательства, суд приходит к следующему.

4 июня 2024 между ФИО1 и ФИО2 заключен договор дарения жилого помещения по адресу: <адрес> (л.д. 9).

Согласно части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункты 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Согласно статье 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

По смыслу названных законоположений, добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны.

Наличие такого поведения у сторон оспариваемой сделки судом не установлено, доказательств его наличия не представлено.

Согласно пункту 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В пункте 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, по общему правилу является оспоримой (пункт 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации). В данном пункте постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации перечислены в качестве примера некоторые сделки, которые в силу прямого указания закона отнесены к ничтожным сделкам.

Применительно к статьям 166 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды. Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной, как посягающая на публичные интересы, например сделка о залоге или уступке требований, неразрывно связанных с личностью кредитора (пункт 1 статьи 336, статья 383 Гражданского кодекса Российской Федерации), сделка о страховании противоправных интересов (статья 928 Гражданского кодекса Российской Федерации). Само по себе несоответствие сделки законодательству или нарушение ею прав публично-правового образования не свидетельствует о том, что имеет место нарушение публичных интересов (пункт 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 5 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Из изложенных положений Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что по общему правилу сделка, не соответствующая требованиям закона, является оспоримой, ничтожной такая сделка является тогда, когда она еще и посягает на публичные интересы (интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды, нарушен явно выраженный запрет, установленный законом) либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц.

Обязанность доказать мнимость сделки лежит на лице, заявившем иск о мнимости сделки (часть 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Из материалов гражданского дела следует, что 29 марта 2017 года ФИО2 заключен договор купли-продажи квартиры по адресу: город *, стоимость квартиры, полученная продавцом ФИО2, составила 1 150 000 рублей 00 копеек (л.д. 12-15).

29 мая 2017 года ФИО1 приобрела жилое помещение – <адрес> стоимостью 1 630 000 рублей 00 копеек (л.д. 16-17).

04 июня 2024 года ФИО1 передала право собственности ФИО2 на жилое помещение – <адрес> на условиях договора дарения (л.д. 9).

Однако фактически имело место возвращение долга не денежными средствами, а имуществом, т.е. возмездные материальные отношения, что противоречит смыслу договора дарения.

В силу части 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В судебном заседании истец представила доказательства того, что стороны договора дарения от 4 июня 2024 года не имели намерений и воли на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей по правилам договора дарения, фактически между ними имели место материальные правоотношения по возвращению задолженности, что противоречит безвозмездной природе договора дарения.

На основании изложенного, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения требований истца о признании договора дарения недействительным и применении последствий недействительности сделок в виде возврата в собственность ФИО1 недвижимого имущества.

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Иск ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения недействительным удовлетворить.

Признать недействительным договор дарения жилого помещения по адресу: <адрес>, с кадастровым №, заключенный 4 июня 2024 года между ФИО1 и ФИО2.

Применить последствия недействительности сделки в виде возвращения жилого помещения с кадастровым № в собственность ФИО1.

Решение суда является основанием для внесения изменений в Единый государственный реестр недвижимости.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы в канцелярию Красногорского районного суда.

Решение изготовлено в окончательной форме 28 августа 2025 года.

ПРЕДСЕДАТЕЛЬСТВУЮЩИЙ: М. И. Безукладникова