Решение № 2-1-139/2017 2-139/2017 2-139/2017~М-80/2017 М-80/2017 от 17 мая 2017 г. по делу № 2-1-139/2017

Дело 2-1-139/2017


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Кировский районный суд Калужской области

в составе председательствующего судьи Пасынковой О.В.

при секретаре Прокопчук Н.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Кирове Калужской области

18 мая 2017 года

дело по иску ФИО2, действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетнего ФИО1 к Министерству обороны Российской Федерации, Департаменту жилищного обеспечения Министерства обороны Российской Федерации, Федеральному государственному казенному учреждению «Центральное ТУИО» Министерства обороны Российской Федерации о признании права собственности на жилое помещение в порядке приватизации,

установил:

03 февраля 2017 года истец ФИО2, действуя в своих интересах и интересах несовершеннолетнего сына ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ рождения, обратилась в суд с иском к ответчикам: Министерству обороны РФ, ФГКУ «ЗРУЖО» МО РФ в лице территориального отделения в <адрес> – <адрес> в котором указала, что она, ФИО2, совместно с несовершеннолетним сыном ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ рождения, проживает в изолированном жилом помещении площадью 31,5 кв.м., расположенном по адресу: <адрес>. Согласно письму Кировской районной администрации МР «Город Киров и Кировский район» от 18.03.2015 года № вышеуказанное жилое помещение принадлежит Министерству обороны РФ. Однако согласно уведомлению от 02.02.2015 № в ЕГРПЕ сведения о зарегистрированных правах отсутствуют. Данное жилое помещение было предоставлено в 1978 году ФИО3 (матери истицы), как работнику войсковой части № на основании ордера. За сроком давности ордер не сохранился. Вместе с тем с 1978 года ФИО3 до ДД.ММ.ГГГГ (до дня смерти) проживала в жилом помещении, расположенном по указанному выше адресу. На сегодняшний день в данном жилом помещении зарегистрированы и проживают ФИО2 и ее несовершеннолетний сын ФИО1, на протяжении всего времени проживания и по настоящее время истица несет бремя содержания жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>, но договор найма заключен не был. Сведения о включении жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес> состав служебных жилых помещений, расположенных в военном городке Шайковка отсутствуют. С целью заключения договора социального найма на спорное жилое помещение, ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 направила письмо в ФГКУ «ЗРУЖО» МО РФ по <адрес>, однако ответ не был получен. Ранее истцами не было реализовано право на приватизацию жилья. В связи с чем истцы просили суд признать за собой, ФИО2, ФИО1 в равных долях право собственности на жилое помещение, кадастровый №, расположенное по адресу: <адрес>.

Определением судьи от 02 марта 2017 года процессуальное положение указанного в иске в качестве ответчика ФГКУ «ЗРУЖО» МО РФ в лице Территориального отделения в Калужской области – г. Калуга было изменено на третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, а в качестве соответчиков были привлечены: Департамент жилищного обеспечения МО РФ, ФГКУ «Центральное ТУИО» МО РФ (л.д. 1).

В судебном заседании истица ФИО2 и ее представитель по доверенности ФИО4 исковые требования полностью поддержали, просили иск удовлетворить, сославшись на обстоятельства и приведя доводы, изложенные в иске и письменном отзыве на возражения ответчиков (л.д. 192-195).

В судебном заседании 24 марта 2017 года представитель истицы ФИО2 по доверенности ФИО4 поддержав заявленные исковые требования, пояснила, что маме ее доверительницы - ФИО3 как работнику войсковой части №, в 1978 году была предоставлена квартира № в доме № в <адрес>, взамен квартиры № дома № <адрес>, которая была бараком и не являлась служебной. То есть маме доверительницы предоставили квартиру в целях улучшения жилищных условий. Ордер на вновь предоставленную квартиру не сохранился за давностью лет. За период проживания в квартире ни с мамой ее доверительницы ФИО3, ни с самой доверительницей ФИО2, договоров служебного найма в отношении указанной квартиры не заключалось, требований о выселении к ним также не предъявлялось. Мама ее доверительницы отработала в войсковой части № с 1957 года по 1997 год на различных должностях. На момент смерти в 2004 году мама ее доверительницы иного жилья не имела. Ее доверительница ФИО2 была вселена в спорную квартиру в качестве члена семьи ее мамы в 1978 году, то есть вместе с мамой. Потом в связи с обучением ее доверительница выписалась из квартиры в 1990 году и по 1996 год была прописана по месту учебы в <адрес>. После окончания учебы она вернулась в квартиру к маме и была в 1996 году вновь в ней зарегистрирована, а потом после рождения сына в 2003 году, он также был зарегистрирован в указанной квартире. Так как городок <адрес> открыли в 2011 году, то ее доверительница и ее сын право на отселение утратили, и занимаемая ими квартира является их единственным местом жительства (л.д. 95-96).

В судебное заседание ответчики: Министерство обороны РФ, Департамент жилищного обеспечения Министерства обороны Российской Федерации, ФГКУ «Центральное ТУИО» МО РФ, третье лицо ФГКУ «Западное региональное управление жилищного обеспечения» МО РФ в лице Территориального отделения в Калужской области – г. Калуге своих представителей не направили, ходатайств об отложении дела не заявляли.

В письменных возражениях на иск представитель ФГКУ «Центральное ТУИО» Министерства обороны РФ по доверенности ФИО5 просила в удовлетворении исковых требований отказать по доводам, изложенным в возражениях (л.д. 101-104).

В письменных возражениях на иск представитель Министерства обороны РФ по доверенности ФИО6 просил дело рассмотреть без участия представителя Министерства обороны РФ и просил суд отказать истцам в иске по основаниям, изложенным в возражениях на иск (л.д. 107-109, 120-121).

Суд на основании статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации определил рассмотреть дело в отсутствие неявившихся представителей ответчиков и третьего лица.

Суд, выслушав истицу ФИО2 и ее представителя по доверенности ФИО4, исследовав материалы дела, находит исковые требования, подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В судебном заседании установлено, что маме истицы ФИО2 – ФИО3, как работнику войсковой части №, на состав семьи, включая ее и дочь – истицу по делу ФИО2 была предоставлена для проживания квартира № в доме № <адрес>, что подтверждается выпиской из домовой книги (л.д. 7, 51).

Семья Н-вых была зарегистрирована в указанной квартире с ДД.ММ.ГГГГ, что также подтверждается выпиской из домовой книги (л.д. 7, 51).

Согласно ответу ООО «ГУЖФ» в лице абонентского пункта № следует, что контрольный талон к ордеру на квартиру № дома № <адрес> за сроком давности не сохранился. Сведениями о нахождении решения жилищной комиссии <адрес> гарнизона от января 1978 года на основании которого ФИО3 был выдан ордер, АП № не располагает (л.д. 49).

Указанный ответ согласуется с объяснениями истицы и ее представителя о не сохранении у истицы и ее мамы ФИО3 ордера на квартиру за сроком давности.

Из выписки из домовой книги также усматривается, что спорная квартира № в доме № <адрес> в 1978 году маме истицы ФИО3 была предоставлена взамен квартиры № в доме № <адрес>.

Как пояснила в ходе рассмотрения дела представитель истицы ФИО2 по доверенности ФИО4 квартира № в доме № <адрес> была предоставлена маме ее доверительницы взамен квартиры № в доме № <адрес>, находящейся в бараке, который подлежал сносу, то есть в целях улучшения жилищных условий.

Указанное обстоятельство подтверждается сведениями, предоставленными АП№ ООО «ГУЖФ» от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым следует, что ордер на <адрес> дома (барака) № <адрес> за сроком давности не сохранился (л.д. 155).

В карточке прописки на ФИО3 (маму истицы ФИО2) указано, что ФИО3 была прописана в квартире № дома № <адрес> с ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 156).

Истица ФИО2 вместе со своим несовершеннолетним сыном ФИО1, вселенным в спорную квартиру в 2003 году как член семьи ФИО3 и ФИО2 до настоящего времени проживают в указанной квартире, что подтверждается выпиской из домовой книги.

На момент вселения в квартиру в 1978 году мама истицы ФИО2 – ФИО3, которой была предоставлена спорная квартира, состояла в трудовых отношениях с войсковой частью №, стаж работы в которой составил с 1957 года по 1997 год, то есть около 40 лет (л.д. 11 – 16).

Учитывая, что поскольку правоотношения по предоставлению спорной квартиры и вселению в нее истицы ФИО2 в качестве члена семьи ФИО3, возникли до введения в действие ЖК РФ, имевшего место 1 марта 2005 года, в силу статьи 5 закона N 189-ФЗ от 29 декабря 2004 года «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации» суд считает, что к ним применимы нормы ЖК РСФСР.

Статьей 7 Жилищного кодекса РСФСР, действовавшего в период предоставления спорного жилого помещения, было предусмотрено, что жилые дома и жилые помещения предназначаются для постоянного проживания граждан, а также для использования в установленном порядке в качестве служебных жилых помещений и общежитий.

В силу статьи 47 Жилищного кодекса РСФСР единственным основанием для вселения в предоставленное жилое помещение являлся ордер, который выдавался гражданину на основании решения исполнительного комитета районного, городского Совета народных депутатов о предоставлении жилого помещения. В силу части 3 указанной нормы выдача ордеров на жилые помещения в военных городках производилась в порядке, предусмотренном законодательством Союза ССР.

Представитель Министерства обороны Российской Федерации в представленных в дело письменных возражениях на иск в обоснование своей позиции указала на то, что п.10 Положения о порядке обеспечения жилой площадью в Советской Армии и Военно-Морском Флоте, утв. Приказом Министра обороны СССР от 10 ноября 1975 года №285 предусматривал, что гражданский персонал обеспечивается на период работы только служебными помещениями.Однако в п.7 данного Положения было указано, что рабочие и служащие Советской Армии и Военно-Морского Флота, работающие в воинских частях, размещенных вне городов и поселков городского типа, обеспечиваются жилой площадью по месту работы за счет жилого фонда этих воинских частей.

Согласно пунктам 22 и 48 Положения предусмотрено, что в списки нуждающихся в жилой площади военнослужащие вносились на основании решений командиров воинских частей, рабочие и служащие Советской Армии и Военно-Морского Флота – по совместным решениям командования (администрации) и местных комитетов профсоюза. Списки распределения жилой площади по установленной форме (приложение №2 к Положению) с необходимым и документами направлялись через довольствующую КЭЧ района на утверждение начальнику гарнизона. Утвержденный список являлся основанием для оформления установленным порядком ордеров на заселение жилой площади.

Также в пункте 31 Положения указано, что заселение служебных жилых помещений производится по специальным ордерам после включения таких помещений в число служебных решением исполкома Совета депутатов трудящихся.

Аналогичные положения, регулирующие порядок обеспечения жильем рабочих и служащих Советской Армии и Военно-Морского Флота и выдачу ордеров на жилые помещения, нашли свое отражение в пункте 2 постановления Совета Министров СССР от 06 мая 1983 года №405 «О порядке предоставления жилых помещений в военных городках и выдачи ордеров на эти помещения», согласно которому, ордера на жилые помещения, в том числе на служебные и в общежитиях, находящиеся в закрытых и обособленных военных городках, выдаются квартирно-эксплуатационными органами Министерства обороны, Министерства внутренних дел, руководством органов и командованием воинских частей (по принадлежности жилищного фонда) на основании принятых в установленном порядке решений о предоставлении жилой площади.

Таким образом, из приведенных выше нормативно-правовых актов следует, что квартирно-эксплуатационными органами Министерства обороны ордера на жилые помещения выдавались не только на служебные, но и на основании статей 10, 47, 50-51 ЖК РСФСР по договорам жилищного найма, которые носили бессрочный характер.

В совокупности, представленные в дело стороной истца доказательства, в том числе объяснения самой истицы и ее представителя, факт предоставления спорной квартиры маме истицы – ФИО3 в 1978 году взамен жилого помещения, расположенного в бараке, что свидетельствует о предоставлении квартиры в целях улучшения жилищных условий ФИО3, а также отсутствие в материалах дела доказательств, с достоверностью свидетельствующих о том, что предоставленная в 1978 году маме истицы ФИО2 – ФИО3 квартира № в доме № <адрес> была предоставлена в качестве служебной и вышеприведенные положения нормативных правовых актов, свидетельствуют, что мама истицы ФИО2 – ФИО3 и сама истица ФИО2 были вселены в спорную квартиру в 1978 году и проживали в ней на условиях договора жилищного найма, носящего бессрочный характер, то есть не на условиях договора служебного найма. Сам по себе факт отсутствия ордера и контрольного талона к ордеру ввиду давности, не может свидетельствовать о возникновении иных правоотношений между наймодателем жилого помещения в лице Калужской КЭЧ и нанимателем ФИО3 – мамой истицы и не опровергает вывод суда, приведенный выше.

Согласно Распоряжению Правительства Российской Федерации от 01 июня 2000 года N 752-р и Распоряжению Правительства Российской Федерации от 19 августа 2011 года № 1470-р, «О внесении изменений в Перечень имеющих жилищный фонд закрытых военных городков Вооруженных Сил Российской Федерации и органов федеральной службы безопасности, утвержденный распоряжением Правительства Российской Федерации от 01.06.2000 № 752-р» <адрес> являлся закрытым военным городком до исключения его из указанного перечня на основании вышеуказанного распоряжения от 19.08.2011 года.

То есть, из материалов дела следует, что в настоящее время спорная квартира не находится в закрытом военном городке.

Кроме того, квартира семье истицы ФИО2 была предоставлена до того, как <адрес> был включен в Перечень закрытых военных городков Вооруженных Сил Российской Федерации.

Последующее решение о придании <адрес> в Кировском районе Калужской области статуса закрытого военного городка не могло привести к изменению правовых оснований предоставления спорного жилого помещения.

Следовательно, суд считает, что истица ФИО2, вселенная в спорную квартиру в 1978 году в качестве члена семьи ФИО3, а также несовершеннолетний сын истицы ФИО1, вселенный в квартиру в 2003 году также в качестве члена семьи ФИО3 приобрели право пользования спорным жилым помещением на основании ст. ст. 10, 47, 50-51 ЖК РСФСР, то есть на условиях договора жилищного найма, носящего бессрочный характер.

Согласно статье 2 Закона РФ от 04 июля 1991 года № 1541-1 «О приватизации жилищного фонда в РФ», предусмотрено, что граждане Российской Федерации, имеющие право пользования жилыми помещениями государственного или муниципального жилищного фонда на условиях социального найма, вправе приобрести их на условиях, предусмотренных настоящим Законом, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, в общую собственность либо в собственность одного лица, в том числе несовершеннолетнего, с согласия всех имеющих право на приватизацию данных жилых помещений совершеннолетних лиц и несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет.

В соответствии со статьей 4 этого же Закона Российской Федерации не подлежат приватизации жилые помещения, находящиеся в аварийном состоянии, в общежитиях, в домах закрытых военных городков, а также служебные жилые помещения, за исключением жилищного фонда совхозов и других сельскохозяйственных предприятий, к ним приравненных, и находящийся в сельской местности жилищный фонд стационарных учреждений социальной защиты населения.

Таким образом, законодатель, определяя круг объектов, не подлежащих приватизации, в качестве общего правила ввел запрет на приватизацию служебных жилых помещений и жилых помещений, находящихся в домах закрытых военных городков.

В соответствии со статьей 11 вышеуказанного Закона установлено, что каждый гражданин имеет право на приобретение в собственность бесплатно, в порядке приватизации, жилого помещения в государственном и муниципальном жилищном фонде социального использования один раз.

Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 августа 1993 года №8 «О некоторых вопросах применения судами Закона Российской Федерации «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» разъяснено, что гражданам не может быть отказано в приватизации занимаемых ими жилых помещений на предусмотренных этим Законом условиях, если они обратились с таким требованием.

Из ответа начальника отдела Департамента имущественных отношений МО РФ от 17.02.2017 года в адрес ФИО2 усматривается, что по вопросу приватизации ФИО2 рекомендовано обратиться в ФГКУ «Центральное ТУИО» МО РФ (л.д. 85).

Являясь ответчиком по указанному делу ФГКУ «Центральное ТУИО» МО РФ в представленных в дело письменных возражениях на иск указало лишь на на то, что у ФГКУ «Центральное ТУИО» Минобороны России отсутствуют сведения о статусе жилого помещения и что, с 1 марта 2005 года информацией об отнесении жилых помещений к числу служебных располагают органы местного самоуправления по месту нахождения жилого помещения (л.д. 104)..

Согласно письму заместителя Главы Кировской районной администрации МР «Город Киров и Кировский район» №- БЖ от 13.03.2017 года квартира № в доме № <адрес> в муниципальной собственности не находится (л.д. 53).

Кроме того, квартира № в доме № <адрес> не включена в Перечень служебных жилых помещений <адрес>, который предоставлен в адрес суда Кировской районной администрацией МР «Город Киров и Кировский район (л.д. 54-55).

Согласно ответам администрации СП «Деревня Выползово» № от 13.03.2017 года, Министерства экономического развития Калужской области от 17.03.2017 года, МТУ Росреестра в Калужской, Брянской и Смоленской областях от 14.03.2017 года спорная квартира в собственности сельского поселения, в реестре государственной собственности Калужской области и в реестре федерального имущества не находится (л.д. 48, 56, 58).

Согласно справкам, выданным КП Калужской области «БТИ» Кировский филиал, за № от 21.03.2017 года, № от 21.03.2017 года истцы ФИО2 и несовершеннолетний ФИО1 право на приватизацию жилья на территории Кировского района Калужской области не использовали (л.д. 87, 88).

Согласно справке № от 03.04.2017 года Городской Управы г. Калуги следует, что согласно базе данных приватизированного жилья отдела корпоративного управления и приватизации муниципального имущества ФИО2 право на приватизацию жилья в г. Калуге не использовала (л.д. 112).

При изложенных выше обстоятельствах, учитывая, что истица ФИО2 и ее несовершеннолетний сын ФИО1 занимают спорную квартиру на условиях договора жилищного найма, носящего бессрочный характер, квартира не находится в закрытом военном городке, истцы право на приватизацию не использовали, стороной ответчика не представлено доказательств, что на момент предоставления квартиры маме истицы – ФИО3 в 1978 году квартира обладала статусом служебного жилого помещения, и учитывая, что спорная квартира была предоставлена взамен занимаемого жилого помещения, являющегося бараком, то есть в целях улучшения жилищных условий, суд считает, что имеются правовые основания для признания за истцами ФИО2 и ее несовершеннолетним сыном ФИО1 права собственности в равных долях по 1/2 доле за каждым из истцов на жилое помещение – квартиру № дома № в <адрес> в порядке приватизации.

Руководствуясь статьями 194–199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Признать за ФИО2, ФИО1 право собственности в равных долях по 1/2 доле за каждым из истцов на жилое помещение – квартиру № в доме № <адрес> в порядке приватизации.

Решение суда может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Судебную коллегию по гражданским делам Калужского областного суда через Кировский районный суд Калужской области в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий: О.В. Пасынкова

Решение в окончательной форме принято судом 23 мая 2017 года.