Решение № 2-5831/2017 2-5831/2017~М-2738/2017 М-2738/2017 от 2 ноября 2017 г. по делу № 2-5831/2017

Дело № 2-5831/2017


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

« 03 » ноября 2017 года г.Одинцово

Одинцовский городской суд Московской области в составе

председательствующего судьи Захаровой Л.Н.

при секретаре Болотине Т.М.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО8, ФИО9, ФИО10 к ФИО11, ФИО12 о признании недействительным договора дарения квартиры, применении последствий недействительности, встречному иску ФИО11, ФИО12 к ФИО8, ФИО9, ФИО10 о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истцы ФИО8, ФИО9 и ФИО10 обратились в суд с иском к ФИО11, ФИО12 о признании недействительным договора дарения, заключённого между ФИО11 и ФИО11 с ФИО12 от 01.06.2016 года, в отношении жилого помещения по адресу: АДРЕС применении последствий недействительности ничтожной сделки – исключении записи о регистрации права за номерами № и № из реестра Управления федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии Московской области.

В обоснование заявленных требований указали, что ФИО1. являлся собственником квартиры № в АДРЕС. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1. умер. Наследниками к его имуществу являются ФИО8, ФИО9 и ФИО10, которые обратились к нотариусу с заявлением о принятии наследства в виде вышеуказанной квартиры, однако получили отказ по тем основаниям, что данная квартира на момент смерти ФИО1. В. ему не принадлежала ввиду отчуждения в собственность ФИО11 и ФИО12 по договору дарения от 01.06.2016 года. Между тем, истицы полагают, что в момент заключения договора ФИО1 в силу имеющихся у него заболеваний не был способен понимать значения своих действий и руководить ими, не осознавал сути сделки, более того, до наступления этого состояния он не имел намерения продавать квартиру. При таких обстоятельствах истицы полагают договор дарения недействительным и вынуждены обратиться в суд за защитой своего нарушенного пава.

В рамках рассмотрения настоящего гражданского дела ФИО11, ФИО12 предъявили встречное исковое заявление к ФИО8, ФИО9, ФИО10 об обязании опровергнуть сведения, обвиняющие ФИО11 и ФИО12 в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 т. 159 УК РФ, в отношении умершего отца ФИО1 а равно доведении его до недееспособного состояния, указанные в исковом заявлении от 03.04.2017 года, принести публичные извинения, взыскании компенсации морального вреда в размере 1000000 руб. 00 коп. в пользу каждого, возмещении в пользу каждого судебных расходов: по оплате услуг юриста в размере 40000 руб. 00 коп., за оформление доверенности 850 руб. 00 коп., за оплату государственной пошлины 900 руб. 00 коп.

Свои требования мотивировали тем, что доказательства признания недееспособности ФИО1. не представлены, каких-либо органических повреждений головного мозга у ФИО11 выявлено не было. При этом, не обладая познаниями в области уголовного права, ФИО8, ФИО9, ФИО10 квалифицируют действия ФИО11 и ФИО12 по ч. 4 ст. 159 УК РФ как мошенничество, совершенное организованной группой либо в особо крупном размере, повлекшее лишение гражданина права на жилое помещение, то есть обвинили истцов в совершении тяжкого преступления. Однако приговор суда, вступивший в законную силу, в отношении ФИО11 и ФИО12 отсутствует. Данное обстоятельство привело к нарушению чести и достоинства истцов, поскольку о них распространены порочащие сведения касательно отношения к родному отцу. Данными действиями ответчиков истцам причинены серьезные переживания и нравственные страдания, что способствовало ухудшению состояния их здоровья, то есть причинен моральный вред.

Истец ФИО8 в судебное заседание явилась заявленные требования поддержала, в удовлетворении встречного иска просила отказать.

Истцы ФИО9, ФИО10 в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещались судом надлежащим образом.

Ответчики и их представитель в судебное заседание явились, с требованиями ФИО8, ФИО9, ФИО10 не согласились, полагая их незаконными и необоснованными. На удовлетворении встречного иска настаивали в полном объеме.

Третьи лица нотариус ФИО13, Управление Росреестра по Московской области своих представителей не направили, будучи надлежаще уведомленными о дате месте и времени судебного разбирательства.

Суд с учетом мнения участников процесса и в силу положений ст. 167 ГПК РФ счел возможным рассмотреть дело при установленной явке.

Изучив материалы дела, выслушав доводы лиц, участвующих в деле, допросив свидетелей ФИО2, ФИО3, ФИО4, суд приходит к следующему.

В силу части 1 статьи 3 ГПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном названным Кодексом.

На основании статьи 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом, но в силу обычных начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии со статьями 11, 12 ГК РФ суды общей юрисдикции осуществляют защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав определенными указанным кодексом способами защиты и иными, предусмотренными законом.

Согласно статье 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон. Понуждение к заключению договора не допускаются, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством. Стороны могут заключить договор как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами.

Статьей 432 ГК РФ предусмотрено, что договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В силу ст. 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

При установлении факта недействительности договора, необходимо учитывать следующие обстоятельства - нарушение требовании закона или иных правовых актов при совершении договора, несоблюдение специальных требовании к договору, несоблюдение формы договора. Наличие признаков недействительности договора как в целом, так и в его части доказывает истец.

В силу ч. 1 ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

В соответствии с ч. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Пунктом 1 ст.572 ГК РФ предусмотрено, что по договору дарения одна сторона ( даритель ) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно ст.160 ГК РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

В соответствии с п.1 ст.166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения (п.1 ст. 177 ГК РФ ).

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Бремя доказывания юридически значимых обстоятельств по данной категории дел лежит на истце и в силу положений ст. 56 ГПК РФ является его обязанностью.

Между тем, разрешая возникший между сторонами спор, проанализировав установленные по делу фактические обстоятельства во взаимосвязи с приведенными по тексту решения действующими правовыми нормами, суд приходит к выводу, что таких доказательств, достоверно свидетельствующих о нахождении ФИО1. в момент заключения договора дарения в состоянии, неспособном понимать значения своих действий и руководить ими, истцами не представлено, а судом не установлено.

Так, из материалов дела усматривается, что ФИО1. являлся собственником квартиры № в АДРЕС на основании договора о долевом участии в строительстве жилой площади № от 04.12.2002 года, акт приема-передачи квартиры от 04.06.2004 года ( л.д. 15-16 том 1, лд 24 том 2 ).

При жизни был женат на ФИО5., имел четырех дочерей и сына, его супруга умерла в ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1. произвел отчуждение принадлежащей ему квартиры в пользу ФИО11 и ФИО12 в равных долях, то есть по ? доли каждому, по договору дарения (л.д. 80-81 том 1 ).

Из текста договора следует, что на момент его заключения стороны подтвердили, что они действуют добровольно, не вынужденно, на обоюдно выгодных условиях, понимают значение своих действий, осознают суть подпитываемого договора и обстоятельства его заключения и не заблуждаются относительно сделки; не лишались и не ограничивались в дееспособности; под опекой попечительством а также патронажем не состоят, не страдают заболеваниями, лишающими их возможности понимать значение своих действий и руководить ими; по состоянию здоровья могут самостоятельно осуществлять и защищать свои права и исполнять обязанности; осознают последствия нарушения договора.

Указанный договор подписан собственноручно ФИО1., подпись его никем не оспаривалась.

Договор удостоверен нотариусом Одинцовского нотариального округа Московской области ФИО13 и прошел государственную регистрацию в установленном порядке в Управлении Росреестра по Московской области.

В момент нотариально оформления договора дарения ФИО1 лично присутствовал у нотариуса, сомнений в его дееспособности у нотариуса не возникло.

07.06.2016 года Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Московской области зарегистрирован переход права собственности на спорную квартиру от ФИО1 к ФИО11 и ФИО12, правообладателям выданы свидетельства о регистрации права собственности на нежилое помещение (л.д. 15 том 1, 78-79 том 1).

При этом, в целях осуществления государственной регистрации договора дарения и перехода права собственности на спорное жилое помещение ФИО1 лично присутствовал 01.06.2016 года при подаче документов в МФЦ Московской области «Одинцово», лично подавал заявление о государственной регистрации права на недвижимое имущество, производил оплату государственной пошлины и получал выписку из домовой книги для совершения регистрации (л.д. 20-22 том 2).

На момент заключения договора ФИО1 на учете у психиатра и нарколога по месту жительства не состоял, недееспособным по решению суда признан не был, длительным психическим расстройством не обладал, что подтверждается совокупностью представленных в материалы дела медицинских документов: записи приема врача специалиста в городе здоровья, из которых следует, что на 30.06.2016 года у ФИО1 психических расстройств не выявлено (л.д. 100-101 том 1), эпикризом из Центральной клинической больницы с поликлиникой Терапевтическое отделение №, согласно которому ФИО1 находился в больнице на лечении с 26.04.2016 года по 23.05.2016 года, при этом согласно записей врача обладал ясным сознанием, правильно ориентировался, был контактен, имел рефлексы: симметричные, живые, острой грубой очаговой патологии со стороны ЦНС врачом не выявлено, менингеальных знаков не имел, обладал ровным и спокойным настроением, имел нормальный сон (л.д. 59-71 том 1); выписным эпикризом из истории болезни ФИО1. Республиканской клинической больницы им. Г.Я. Ремешевской, согласно которому в период обследования с 14.03.2016 - 31.03.2016 у ФИО1 психических расстройств не выявлено (л.д. 93-95 том 1); данными из Одинцовской центральной районной больницы за период лечения ФИО1 с 25.01.2016 года по 19.02.2016 года, согласно которых психических расстройств у пациента не выявлено, рекомендовано наблюдение у участкового терапевта (л.д. 91-92 том 1), выписным эпикризом из истории болезни ФИО1 из Дорожной клинической больницы имени ФИО6 на станции ....., из которого следует, что за период лечения с 21.01.2016 года по 25.01.2016 года психических расстройств у пациента не выявлено (л.д. 86-90 том 2), выписным эпикризом из истории болезни ФИО1 в Республиканской клинической больницы, из которого следует, что за период его обследования в учреждении с 09.10.2015 года по 28.10.2015 года психических расстройств у ФИО1. не выявлено (л.д. 83-85 том 1).

Кроме того, при проведении лабораторных исследований в июне 2016 года в отношении ФИО1 в его анализах не было обнаружено следов психотропных веществ. (л.д. 72-73 том 1)

С 2007 года ФИО1 осуществлял денежные переводы ФИО14, проживающей в АДРЕС, а с 2009 года переводил денежные средства ФИО7 (л.д. 121-191 т. 1), то есть ежемесячно осуществлял перечисление денежных средств на содержание старших дочерей, с 2008 года ФИО1. имел водительское удостоверение (л.д. 210 т. 1), самостоятельно производил оплату коммунальных платежей.(л.д. 192-203)

Данное обстоятельство согласуется и с показаниями свидетелей, допрошенных в судебном заседании в ходе рассмотрения настоящего гражданского дела, из которых также следует, что на момент заключения оспариваемого договора дарения ФИО1.., будучи дееспособным, в состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, не находился.

Так, свидетель ФИО2 показала, что семью А-вых знает с 2005 года, с Амосовым Василием вместе работали, потом отношения переросли в более близкие семейные, в настоящее время сожительствуют вместе, проживая по адресу: АДРЕС При жизни ФИО1 свидетель хорошо его знала. Он часто упоминал, что воля его супруги, матери спорящих сторон, как и его воля, чтобы квартира, расположенная по адресу АДРЕС была подарена младшим детям, Василию и Татьяне, так как у старших все есть, они сформировались как личности и могут позаботиться о себе сами. При подписании договора дарения у нотариуса ФИО1 вел себя как обычно, на здоровье не жаловался, самочувствие было нормальное, каких-либо подозрений плохого состояния не вызывало. Разговаривал хорошо, человек очень разумный, в поступках взвешенный. Он очень умный и начитанный. Самостоятельно пришел к нотариусу. При этом со слов свидетеля, к нотариусу он первоначально ходил, консультировался самостоятельно, записался на прием, договорился, потом позвонил ФИО12 и сказал, чтобы она вместе с братом приехала к нотариусу с паспортом. Цель по телефону не объяснил. Цель приезда к нотариусу ФИО1 объяснил только в кабинете нотариуса. Свидетель пояснила, что поскольку является собственником автотранспортного средства, Татьяну и Василия возила к нотариусу, и соответственно стала невольным свидетелем оформления дарения квартиры. Они его ни о чем не спрашивали. Он был взрослый вменяемый человек, сам все решил. Со слов свидетель, ФИО1. болел, но о болезни ничего не говорил, каких-либо внешних проявления плохого самочувствия, психических отклонений не было. Он был сознательный человек, о чем его не спроси, подробно разъяснял, эрудированный был. Со слов свидетеля, заболел ФИО1. приблизительно, с октября 2015 года. Об это ФИО2 известно, поскольку они все вместе проживали в спорной квартире и ФИО1. был все время на глазах, по своему основному заболеванию лежал в нескольких больницах. Потом позвонила Люба и предложила лечение в ...... На что он согласился. После приезда из ....., он лежал в «Кремлевской» больнице. О лечении договаривался ФИО7. В больницу навещать мы приезжали регулярно, покупали все необходимое для лечения и нахождения в больнице.

Свидетель ФИО4 показала, что с ФИО12 знакома с 1 сентября 2005 года, они вместе учились, приблизительно через два месяца, с момента знакомства, она была в гостях у Татьяны дома, где она ее познакомила с ее отцом – ФИО1. Свидетель часто приезжала к ним в гости, они вместе за столом разговаривали. ФИО1 был замечательным человеком. Приблизительно полтора года назад она с Татьяной встречала ФИО1 в аэропорту, тогда обратила внимание, что он был чем-то не доволен, взволнован. Уже дома, в квартире, расположенной по адресу: АДРЕС ФИО1 рассказал, что очень недоволен своей поездкой и своими старшими детьми. Он рассказал и показал предсмертное письмо супруги, мамы Татьяны и Василия, в котором содержалась ее последняя воля подарить квартиру младшим детям - Татьяне и Василию. Старшие обеспечены, младшие совсем без жилья. Она была свидетелем того, что воля умерших родителей заключалась в том, чтобы подарить квартиру, расположенную по адресу: АДРЕС, младшим детям - Татьяне и Василию. Сам ФИО1 неоднократно поддерживал волю покойной супруги: «Нельзя оставлять младших без жилья, они совсем не устроены в жизни». Последний раз видела ФИО1 за несколько месяцев до смерти. Он был позитивно настроен. Беседа между ними была как обычно, ничего странного свидетель не заметила, только надутый живот. Он никогда не жаловался на свое физическое состояние. Речь у него была как обычно, каких-либо дефектов не было. Это было в конце апреля, начале мая. Свидетель часто была в гостях у ФИО12, на протяжении 12 лет. За все это время я истицу видела только один раз в ...... В квартире по адресу: АДРЕС, истицу не видела ни разу.

Свидетель ФИО3 обратила внимание суда, что с семьей умершего не знакома, знакома только с врачом - ФИО1, у которого лечилась на протяжении семи - восьми лет. Наблюдалась один раз в полгода. ФИО1 делал очень хороший массаж. Она сначала обращалась к нему как к гомеопату, потом как к массажисту. В последний раз на личном приеме была в конце 2015 года. Видела в феврале 2016 года. Дальше все общение проходило по телефону. Консультировалась. Последний раз общалась с ним в мае 2016 года. Потом узнала, что он умер. При последнем разговоре с ФИО1 каких-либо изменений не заметила. На вопросы отвечал четко, по существу. Все четко и ясно рассказывал относительно моего заболевания. Я даже не подозревала что он чем - либо болеет. О его заболевании не знала.

Замечаний к допросу свидетелей у суда не имелось, суд счел их не противоречащими материалам дела и исследованным в судебном заседании обстоятельствам дела.

В рамках настоящего гражданского дела проведена психолого-психиатрическая экспертиза, согласно заключению комиссии экспертов № от 06 октября 2017 года которой ФИО1. при жизни, в том числе в юридически значимый период - 01 июня 2016 года, признаков психического расстройства не обнаруживал. Имеющееся у него в тот период соматическое заболевание - цирроз печени, не сопровождалось грубым интеллектуально-мнестическим снижением, расстройством сознания, психотической симптоматикой (бредом, галлюцинациями), а также в представленной медицинской документации не содержатся сведения о побочных действиях, принимаемых им лекарственных препаратах и их передозировках. По своему психическому состоянию, при подписании договора дарения - 01 июня 2016 года, ФИО1 мог понимать значение своих действий и руководить ими.

В период исследуемых событий у ФИО1 не обнаружено каких-либо болезненных расстройств психической деятельности, которые бы лишали или ограничивали его способность к самостоятельному волеизъявлению в момент оформления договора дарения квартиры от 01.06.2016 года.

Указанное заключение не вызывает сомнений у суда, поскольку не содержит противоречий, у суда отсутствуют сведения о заинтересованности экспертов в исходе дела, квалификация которых надлежащим образом подтверждена и которые предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Таким образом, при разрешении настоящего спора, судом бесспорно установлено, что договор дарения оформлен в надлежащей форме (ст.574 ГПК РФ), содержит ясно выраженное намерение совершить безвозмездную передачу конкретного предмета – квартиры конкретному лицу, договор основан на взаимном соглашении. Требования закона, предусмотренные гражданским законодательством к договору дарения, соблюдены. Условия, форма договора дарения соблюдены, намерение дарения ясно выражено, договор дарения прошел регистрацию, исполнен. Доказательств, что ФИО1. находился в таком состоянии, что не был способен понимать значение своих действий, суду не представлено. Также отсутствуют доказательства, что внешнее выражение воли ФИО1 не соответствовало ее подлинному содержанию. При таких обстоятельствах правовых оснований для удовлетворения заявленных исковых требований ФИО8, ФИО9, ФИО10 к ФИО11, ФИО12 о признании недействительным договора дарения квартиры, применении последствий недействительности договора не имеется.

В соответствии с ч. 1 ст. 23 Конституции РФ каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени.

Часть 1 ст.29 Конституции РФ каждому гарантируется свобода мысли и слова.

Согласно ч. 1 ст. 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, каждый имеет право свободно выражать свое мнение. Это право включает свободу придерживаться своего мнения и свободу получать и распространять информацию и идеи без какого-либо вмешательства со стороны публичных властей и независимо от государственных границ.

В соответствии со ст. 152 ГК РФ, гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Опровержение должно быть сделано тем же способом, которым были распространены сведения о гражданине, или другим аналогичным способом. Гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, наряду с опровержением таких сведений или опубликованием своего ответа вправе требовать возмещения убытков и компенсации морального вреда, причиненных распространением таких сведений.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 7, 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» от 24.02.2205 года № 3, по делам данной категории необходимо иметь в виду, что обстоятельствами, имеющими в силу статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации значение для дела, которые должны быть определены судьей при принятии искового заявления и подготовке дела к судебному разбирательству, а также в ходе судебного разбирательства, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.

Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу. Сообщение таких сведений лицу, которого они касаются, не может признаваться их распространением, если лицом, сообщившим данные сведения, были приняты достаточные меры конфиденциальности, с тем, чтобы они не стали известными третьим лицам.

Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения. Не могут рассматриваться как не соответствующие действительности сведения, содержащиеся в судебных решениях и приговорах, постановлениях органов предварительного следствия и других процессуальных или иных официальных документах, для обжалования и оспаривания которых предусмотрен иной установленный законами судебный порядок (например, не могут быть опровергнуты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации сведения, изложенные в приказе об увольнении, поскольку такой приказ может быть оспорен только в порядке, предусмотренном Трудовым кодексом Российской Федерации).

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

В силу пункта 1 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений.

При рассмотрении дел о защите чести и достоинства одним из юридически значимых обстоятельств, подлежащих установлению, является характер распространенной информации, то есть установление того, является ли эта информация утверждением о фактах либо оценочным суждением мнением убеждением.

ФИО11 и ФИО12, заявляя требования о защите чести и достоинства, обязании опровергнуть сведения, обвиняющие ФИО11 и ФИО12 в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 т. 159 УК РФ, в отношении умершего отца ФИО1., а равно доведении его до недееспособного состояния, указанные в исковом заявлении от 03.04.2017 года, принести публичные извинения, истцы по встречному иску ссылаются на то обстоятельство, что ответчиками по встречному иску распространены порочащие сведения, связанные с обвинением их в совершении мошеннических действий, при этом приговор суда, вступивший в законную силу, о таком событии отсутствует.

Статья 152 Гражданского кодекса Российской Федерации предоставляет гражданину, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, право наряду с опровержением таких сведений требовать возмещения убытков и морального вреда. Данное правило в части, касающейся деловой репутации гражданина, соответственно применяется и к защите деловой репутации юридических лиц (пункт 7 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации). Поэтому правила, регулирующие компенсацию морального вреда в связи с распространением сведений, порочащих деловую репутацию гражданина, применяются и в случаях распространения таких сведений в отношении юридического лица.

Компенсация морального вреда определяется судом при вынесении решения в денежном выражении. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание обстоятельства, указанные в части 2 статьи 151 и пункте 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Если не соответствующие действительности порочащие сведения распространены в средствах массовой информации, суд, определяя размер компенсации морального вреда, должен учесть характер и содержание публикации, а также степень распространения недостоверных сведений. При этом подлежащая взысканию сумма компенсации морального вреда должна быть соразмерна причиненному вреду и не вести к ущемлению свободы массовой информации.

Вместе с тем, оценивая исследованные в судебном заседании обстоятельства дела и разрешая встречные исковые требования по существу, суд приходит к выводу, что требования ФИО11 и ФИО12 о защите чести и достоинства удовлетворению не подлежат, поскольку указанные сведения содержатся в исковом заявлении и по сути являются суждением, истцов по первоначальному иску, их субъективной оценкой обстоятельств, связанных с болезнью и смертью отца, в отношении ответчиков и не могут считаться распространением сведений, порочащих честь и достоинство ФИО11 и ФИО12 Кроме того, указанные сведения распространены при рассмотрении настоящего гражданского дела и участии в судебном заседании и по смыслу закона не являются распространением информации третьим лицам.

Таким образом, истцами по встречному истцу в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ не доказан факт распространения ответчиками по встречному иску в отношении них порочащих сведений или недостоверной информации третьим лицам, что в свою очередь является основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований, в том числе, и компенсации морального вреда.

Частью 1 статьи 98 ГК РФ предусмотрено, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В соответствии с частью 1 статьи 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

При подаче встречного иска истцами уплачена государственная пошлина в общей сумме 1800 руб. 00 коп., которая возмещению с ответчиков в пользу истцов не подлежит в связи с отклонением судом заявленных встречных исковых требований в полном объеме.

В силу ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся расходы на оплату услуг представителей.

Согласно ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В обоснование ходатайства о взыскании с ФИО8, ФИО9 и ФИО10 расходов на оплату услуг представителя в размере 40000 руб. 00 коп. в пользу каждого и расходов за оформление доверенности в сумме 190 руб. 00 коп. (л.д. 77 том 1) заявителем в материалы дела приобщен договор на оказание юридических услуг (л.д. 240-242 том 1) и расписка в получении денежных средств (л.д. 243 том 1).

Согласно разъяснениям, изложенным в Постановлении пленума Верховного суда РФ от 21.01.2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ).

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ, статья 112 КАС РФ, часть 2 статьи 110 АПК РФ).

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Разумность судебных издержек на оплату услуг представителя не может быть обоснована известностью представителя лица, участвующего в деле.

Конституционный Суд Российской Федерации в Определении N 382-О-О от 17 июля 2007 года указал на то, что нормы ч. 1 ст. 100 ГПК РФ предоставляют суду право уменьшить сумму, взыскиваемую в возмещение расходов по оплате услуг представителя. Обязанность суда взыскивать судебные расходы, понесенные лицом, вовлеченным в судебный процесс, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах, является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера судебных расходов и расходов по оплате услуг представителя.

Таким образом, оценив вышеизложенное, учитывая участие представителя ФИО11, ФИО12 при рассмотрении дела, объем выполненной им работы, принцип разумности и справедливости, а также тот факт, что по заявленном исковым требованиям ФИО8, ФИО9 и ФИО10 судом постановлено отказное решение, суд приходит к выводу о солидарном взыскании с ФИО8, ФИО9 и ФИО10 в пользу ФИО11 и ФИО12 расходов на оплату услуг представителя в сумме 30000 руб. 00 коп. в пользу каждого.

Правовых оснований для возмещений с истцов по основному иску в пользу ответчиков по основному иску расходов за составление нотариальной доверенности суд не находит поскольку она не связана с конкретным делом что противоречит разъяснениям, изложенным в Постановлении пленума Верховного суда РФ от 21.01.2016 года № 1.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 12, 194-198, ГПК РФ,

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований ФИО8, ФИО9, ФИО10 к ФИО11, ФИО12 о признании недействительным договора дарения квартиры от 01 июня 2016 года, заключенного между ФИО11, ФИО11 и ФИО12 в отношении жилого помещения, расположенного по адресу: АДРЕС и применении последствий недействительности ничтожной сделки, исключении записи о регистрации права – отказать.

В удовлетворении встречных исковых требований ФИО11, ФИО12 к ФИО8, ФИО9, ФИО10 о взыскании солидарно компенсации морального вреда в размере 1 000 000 руб. в пользу каждого, обязании ФИО8, ФИО9, ФИО10 опровергнуть сведения и обязании принести публичные извинения – отказать.

Взыскать солидарно с ФИО8, ФИО9, ФИО10 в пользу ФИО11 в счет возмещения расходов по оплате юридических услуг 30 000 руб.

Взыскать солидарно с ФИО8, ФИО9, ФИО10 в пользу ФИО12 в счет возмещения расходов по оплате юридических услуг 30 000 руб.

Решение может быть обжаловано в Московский областной суд через Одинцовский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Федеральный судья Захарова Л.Н.

Мотивированное решение изготовлено 20 ноября 2017 года